Александр Яманов
Бесноватый цесаревич 5

Глава 1

Май 1805 года. Екатеринослав, Херсон, Российская Империя.

Удивительно, если бы Орлов выбрал своей ставкой другой город. Алексей Григорьевич окончательно переселился поближе к своему новому детищу – ЮГК. Он и большую часть своего конезавода перевёз на новые земли. Заодно выстроил недалеко от Екатеринослава роскошный дворец, где продолжал устраивать приёмы, но снизил прежнюю активность. Ныне его мысли занимал концерн, любимые лошади, а также внедрение новых сельскохозяйственных культур. За короткий срок граф создал несколько огромных поместий, напоминающих южноамериканские латифундии. При этом он умудрился совместить их с артелями, где работники владели паями и получали часть прибыли с продаж. Так как человеком он был щедрым и не злым, то простой народ жил вполне себе хорошо. Сам концерн имел доли в десятках артелей разного профиля, разбросанных на огромных территориях от Орловки, заложенной на месте Донецка моего времени, до Кременчуга. Также, следуя моим установкам, акционеры открыли два ремесленных училища, десять школ, пять больниц и два дома призрения.

А ещё сходу начал выдавать продукцию казённый завод, построенный недалеко от кременчугского сталелитейного. К процессу строительства подошли очень грамотно. Пока возводились корпуса и осуществлялась доставка оборудования, рабочие с инженерами обучались на заводах нашего концерна. Параллельно строился посёлок с домами и вообще всё шло по плану. Уже через два года армия и флот получили новые пушки. Ассортимент был достаточно обширны и ориентировался не только на армию. Разнообразные фуры, возки и инструменты разлетались как горячие пирожки. Только самые важные и секретные детали, вроде рессор, шли из Сестрорецка.

Всё это мне за два дня рассказал весьма довольный граф. Орлов недавно выдал замуж свою единственную дочь, которая сейчас была на сносях, отчего буквально лучился от счастья. За это и многое другое он искренне благодарил одного странного царевича, посоветовавшего вместо Европы ехать в Дикое Поле. С учётом того, что замуж Анна вышла по любви, то это только добавляла мне очков. Избранником молодой графини стал мой протеже Николай Каменский, что радовало меня лично.

Сегодня начали собираться высокопоставленные гости – владельцы заводов, крупных поместий и купцы. Среди них были акционеры ЮГК и промышленники, мечтавшие получить новые концессии в бурно развивающемся регионе. Землевладельцы с торговыми людьми тоже быстро сориентировались, прочитав в газете приглашение на экономический форум и моё личное приглашение. А так как я теперь не только командующий Южной армией, но ещё наместник Новороссии и Кавказа, то глупо отказываться от такого перспективного собрания.

С моим назначением вообще получилось забавно. Изначально меня хотели сплавить в Южную армию, и после окончания войны с турками назначить наместником на Кавказе. Через семафор Императору были отправлены мои хотелки с возражениями, мол хочу ещё получить Белорусскую губернию и Новороссию. В результате торгов мне отошли Кавказ, Новороссия и Малороссия. Видать слишком сильно я засел в печёнках придворной камарильи с братцем, что меня одарили таким преференциями и властью. С другой стороны, грамотные люди прекрасно понимают, что под мой контроль попали слаборазвитые земли, в которые надо вкладывать уйму сил и средств. Таким образом, на меня просто списали всю ответственность за развитие огромного региона.

При этом я сохранял за собой должность канцлера, но правительством реально руководит Румянцев. На зиму запланировано заседание Госсовета, где будут обсуждать перестановки и новые назначения. За своё кресло держаться не собираюсь. Меня Питер изрядно задолбал и вообще не люблю я этот город. А вот новую игрушку в виде колоссальных территорий на юге, я никому не отдам. Хотят отодвинуть меня подальше, так кто против? Не понимают убогие, что я уже запустил необратимые преобразования в русском обществе. А после судебной реформы страна изменится кардинально. Главное, чтобы не убрали грамотных людей, понимающих необходимость преобразований. А вот за них я буду биться до конца. Времена высокородных бездельников и неучей у власти закончились.

– Господа, я рад всех видеть в этом замечательном доме, и хочу поблагодарить гостеприимного хозяина, – киваю в сторону улыбающегося Орлова, – Про успешное развитие всем вам известной компании поговорим в процессе. Хотелось бы понять, что привело в эти землю большую часть гостей?

– Известно что, – прогудел Максим Лугинин, медный король и владелец чуть ли не половины полотняных мануфактур Тульской губернии, – Новые месторождения да сахар.

К моему глубочайшему разочарованию нам не удалось сохранить в секрете начало массовых посевов сахарной свёклы. Кстати, в этом сезоне на полную мощность заработают два перерабатывающих завода, которые уже через год сильно ударят по иностранным монополистам. А ещё есть подсолнечное масло, которое пока всерьёз не воспринимают, но оно уже начинает завоёвывать рынок. Массовые посевы конопли артелями с отдельными крупными помещиками также дали колоссальный толчок в производстве пеньки, тканей, масла, бумаги и развитию животноводства. Строительство военных и торговых кораблей, вкупе с непрекращающимися боевыми действиями на море требовали просто огромных объёмов пеньки с парусиной. И наши производители за последние шесть лет добились колоссального прогресса, сделав ставку на новые станки производства КБ. Орлов смеялся, когда рассказывал, что уже отбил все вложения в сельское хозяйство, а вот сталелитейные заводы с шахтами только недавно начали приносить прибыль. Но до окупаемости ещё далеко.

Хотя если вернуться к сахару, то шила в мешке не утаишь. Тот же Лугинин унаследовал от отца Средиземноморскую компанию и импортировал колониальные товары. Наша Мальтийская торговая фактически выкупила у него большую часть бизнеса. Максим Ларионович сам не хотел заниматься этим направлением, заодно понял, кто стоит за новым монополистом и отошёл в сторонку. Но многочисленная агентура и связи у него остались. Впрочем, как у многих других промышленников. И не научились в этом времени ещё адекватно воспринимать понятие тайны. Если в государственных вопросах, путём отделения особо говорливых голов, мне удалось навести порядок, то у частников это проблема. Кто бы знал, каких трудов мне стоило уговорить Кулибина и Ко не публиковать данные по паровой машине нового образца. Ну не могут люди понять, что это стратегическая информация. Ладно, не буду о грустном.

– Вы правы, но не совсем. Если уж сегодня собралась столь интересная публика, то не мешает обсудить перспективы промышленности вообще. Я же не просто так утвердил список именно с вашими фамилиями, – улыбнувшись, поясняю свои действия, – Здесь присутствуют только те заводчики, кто отказался от крепостничества и начал активно внедрять механизацию труда. Это же касается землевладельцев, решивших поменять старую систему хозяйствования и перешедших на новые формы отношений с крестьянами. Также присутствующие среди приглашённых купцы никогда не были замечены в порочном промысле навроде выкупных платежей и ростовщичества. Значит, вы люди прогрессивные и патриотически настроенные. Не понимать вреда существования рабства и колоссального отставания русской экономики, может только закостенелый ретроград, подлец или излишне алчный человек. С ними мне не по пути. Думаю, если ваш совокупный капитал, вложенный в новые проекты, увеличится в пять-семь раз, то через несколько лет мы просто перестанем обращать внимание на существование этих мелких торгашей и кустарей.

Народ заулыбался, но пока плохо понимал куда я клоню. Кому не понравится, что их посчитали достойными и избранными. К тому же моя деловая репутация была на очень высоком уровне. Они сами могли воочию убедиться, как за семь лет среди голой степи выросли заводы, были проведены дороги и распаханы тысячи десятин чернозёма. А ещё создан практически образцовый агрохолдинг под руководством Харламова с целым промышленным кластером между Новгородом и Ярославлем.

– Основным направлением промышленности, кроме добывающей со сталеплавильной, я вижу текстильную, обрабатывающую и изготовление готовой продукции. Даже сейчас, объём закупок иностранных тканей превышает внутреннее производство в три раза. Разница составляет примерно пятнадцать миллионов рублей. Это ваши деньги, которые уходят всяким англичанам с голландцами, – делаю паузу и смотрю на заелозивших воротил, – Подобный разрыв будет сохраняться, пока мы не перейдём на новые станки и механизацию труда. То же самое касается обработки кож и дерева. Мы гоним на запад исключительно сырьё, а надо готовую продукцию. В металлургии похожая картина, но пока мы выдерживаем конкуренцию благодаря низким ценам. Но это продлится ещё лет десять, пока в Европе не утихнет война. После её окончания тамошние промышленники массово применять технически новинки. Англия оторвалась от нас лет на тридцать. Но вскоре Россия не сможет догнать даже такие отсталые страны, как Австрия и Пруссия.

Гости смотрели на меня и вроде начали чего-то понимать. По крайней мере, колоссальная сумма, которая просто так уходила за границу, не могла оставить их равнодушными. Я же продолжил свою речь.

– Сюда приглашены не только промышленники, но и помещики с купцами, – а публика собралась действительно разношёрстная, – Посему я и хотел донести до вас свои соображения по развитию русской экономики на ближайшие десять лет. В первую очередь хотел задать вам вопрос, почему мы не перенимаем лучшие и самые успешные заграничные проекты. Англичане и фламандцы давно показали всему миру, что на обыкновенных тканях можно заработать серьёзные деньги. Может у нас нет земли для выпаса овец или выращивания льна с коноплёй? Или кто-то мешает русскому заводчику закупать хлопок в САСШ для производства бумажной ткани? Англичане везут сырец из Индии, с другого края света, и всё равно в огромном профите. Правильно, всё упирается в косность и отсутствие новых станков, которые гораздо эффективнее ручного труда. Тем более что сейчас у нас мир с островитянами, блокада снята, и никто не мешает наладить поставки столь нужного нам продукта.

– А если через два года опять случится разрыв, и англичане устроят новую блокаду? – задал вопрос Терентий Солдатенков, молодой представитель московского семейства производителей тканей.

– Правильный вопрос. Ваша задача – убедить Императора и Кабмин в необходимости соблюдения Россией нейтралитета. Если же противостояние с Англией неизбежно, то надо искать новых поставщиков, например, в Египте, Греции или договариваться с бухарцами и хорезмийцами. Но для этого в тех землях необходимо наладить сам процесс производства хлопка.

– Так ведь проливы закрыты. Не пустит нас султан до тех земель. Или перекроет, когда ему захочется. И какой смысл вкладывать деньги? А Хива слишком далека, – не унимался Солдатенков.

Народ не выдержал и начал переговариваться. Многие понесли немалые потери из-за демарша Порты. Наша Левантийская компания, в которую преобразовалась Мальтийская, продолжала торговать. Но ряд товаров, османская таможня возить запретила и чувствовалось, что не обошлось здесь без наших английских друзей.

– Есть ещё один вариант. Недавно я вернулся с победоносной войны. Империя приросла новыми землями и союзниками. А Коджары через пару лет забудут про обиду, так как у обоих государств есть общий враг. С одной стороны, наша армия уже начала решать проблему беспрепятственного прохода русских кораблей через проливы. С другой, я бы посоветовал обратить вам внимание на земли Карабахского, Нахичеванского, Талышского и Ширванского ханств, а также на север Персии. Эти земли просто созданы для выращивания хлопка. Со мной в походе были не только рудознатцы, но и грамотные агрономы из Академии Наук. С их докладом я ознакомлю вас позже. Думаю, это лучший вариант – выращивать столь ценное сырьё самостоятельно. Или покупать его у стран, которым просто некому его продать, кроме России. Ну и про Хиву с Бухарой не стоит забывать. Завоёвывать их нет смысла, а вот усмирить и сделать вассалами давно пора. Семиречье уже наше и оттуда можно проводить войсковые операции, дабы не тащить обозы через безлюдие степи.

Делаю очередную паузу и чувствую, что народ подобрался и внимательно ловит каждое моё слово. Среди части русского общества давно ходят слухи, что я в некотором роде предсказатель или даже оракул. Частенько вспоминают про Архангела Михаила, который, так сказать, одарил меня многими талантами. Мои прошлые откровения про грядущие победы французов и предательства союзников, до сих пор весьма популярны среди офицеров. Надо учитывать, что нынешние жители, даже самые образованные, излишне подвержены мистицизму и прочей чуши. Но сопоставив успехи моих предприятий за восемь лет, волей-неволей начнёшь верить в духов и прочих ангелов. А ещё есть Золотой проект, который уже начал приносить Империи и добытчикам существенные прибыли. И связывают это именно с моей деятельностью.

В общем, в течение двух дней я вываливал на приглашённых свои мысли о самых перспективных направлениях развития мировой экономики. Было принято решение о создании трёх транспортных компаний с собственным флотом на Балтике, Каспии и Чёрном море. Промышленники с купцами и отдельно землевладельцы организовали свои союзы. В первую очередь для кооперации, обмена опытом и привлечения в свои ряды новых адекватных членов. Пусть лучше думают, как больше заработать, чем осчастливить окружающих какими-нибудь завиральными идеями всеобщего благополучия.

Порадовало, что часть крупных помещиков, забыли про обиды и вполне конструктивно включились в прения. Деньги нужны всем и умные люди давно поняли, что нельзя жить прошлым. Слишком велика вероятность остаться на обочине истории. Если уж сам Император уделяет огромное внимание промышленности, фактически возглавляя казённые заводы, то глупо идти против такой силы.

Ещё общество будоражат слухи, что начались коренные преобразования в системе государственного имущества под руководством Гарденберга. Псковская губерния стала полигоном для испытания новой общественной формации и переведена на особое положение. Там уже были освобождены от крепости все государственные крестьяне и проходит массовый выкуп крестьян у помещиков. Заодно был введён дополнительный налог на каждого крепостного. Вместо общин, начали действовать артели, что наталкивалось на сопротивление как дворян, так и бывших рабов. При этом все желающие переселялись по специальной программе на новые земли или в города, где требовались рабочие руки. Эксперимент шёл со скрипом, но никто не собирался его останавливать. Спесивые и недалёкие аристократы откровенно посмеивались над глупой затеей. Но люди дела сразу поняли, что сегодня Псков, завтра Новгород. А через десять лет реформы начнутся по всей стране и в первую очередь пострадают нерадивые хозяева, чурающиеся прогресса. С учётом начавшейся массовой конфискации заложенных имений, повода для смеха было мало. Одно дело лишиться привилегий, на которые пока никто не думал покушаться и совсем другое потерять источник доходов. Дворяне же любили деньги не меньше купцов с промышленниками.

Напоследок я решил подкинуть гостям такую кость, от которой они в здравом уме никогда не откажутся. В огромном зале были размещены несколько подставок, на которых крепились рисунки, пока закрытые тканью.

– Господа, это Ефим Алексеевич Черепанов, – киваю на коренастого и обросшего бородой, как Карл Маркс, изобретателя, – Он представит вам проект, над которым работал последние годы. И скажу вам честно, ему есть чем гордиться.

Бывший крепостной смутился ещё сильнее, особенно когда увидел обращённый на него насмешливый взгляд одного из Демидовых. Но потом явно принял какое-то решение, усмехнулся и с явным вызовом посмотрел на лощёное лицо промышленника, у которого я выкупил русского гения. Мои накачки всё-таки возымели своё действие. Я давно вдалбливал окружающим, что уважать надо только людей дела. А разного рода бездельники, паразиты или просто спесивые неадекваты – это просто мусор. Никчёмные людишки, которые уже при нашей жизни отправятся на свалку истории, недостойны внимания. Жалование того же Черепанова уже сейчас превышало доход какого-нибудь генерал-лейтенанта. А это действительно солидные деньги. И многие инженеры с изобретателями понимали, что заработают ещё больше, в том числе личное дворянство. А ещё им положен процент с прибыли. И какой смысл стесняться или выражать почтение людям, которые этого не заслуживают?

– Господа, – начал доклад Черепанов, – Наверняка многие из вас читали в экономическом приложении описание нового изобретения нашего КБ.

Не став слушать ответы, Ефим Алексеевич снял ткань с первой подставки. На полотне размером примерно два на три метра был изображён прототип будущего паровоза. Кстати, рисовала макеты Маша Первушина. Особо ей удались три счастливые мордашки, выглядывающие из окна одного из вагонов. Но сейчас не об этом. Работы над двигателем и ходовой ещё хватало. Но с корпусом и основными характеристиками инженеры уже определились. Чем-то наш первенец был похож на знаменитую «Кукушку» или скорее шведский «Паровоз В», но с закрытой кабиной.

Здесь народ не выдержал и обступил Черепанова. Пришлось наводить порядок и подпускать людей лицезреть девайс по очереди. Ну как маленькие детишки. Хотя многие были в курсе об успешных испытаниях нового механизма и что один царевич катал на нём своих отпрысков. Минут через десять обстановка успокоилась, и народ расселся по своим местам.

– Через три года мы начнём выпускать механические повозки на паровом двигателе. Передвигаться сия конструкция будет по специально выложенному полотну, состоящему из металлических рельсов и деревянных шпал. Многие из вас знакомы с вагонками, которые используются на заводах и шахтах. Здесь всё будет так же, только вагоны будут цепляться к паровозу, который доставит их в нужное место. Планируемое количество грузовых вагонов, которое сможет передвигать наше изобретение около восьми – десяти. Первоначальная грузоподъёмность одного вагона будет составлять порядка 15000 фунтов чистого веса. Если же везти одновременно грузы и людей, то механизм сможет двигать шесть грузовых повозок и пять с людьми. То есть одновременно можно доставить из одного города в другой около 2200–2400 пудов товара и семьдесят человек. Скорость перемещения сего паровоза составляет порядка двадцати пяти вёрст в час. Но надо учитывать время на заправку, обслуживание и прочие мелочи. Но за световой день, вполне возможно преодолевать около двухсот вёрст.

Здесь народ опять не выдержал и буквально засыпал докладчика вопросами. Многие из которых были весьма наивными, оно и немудрено. Но кто-то отнёсся к новости весьма прагматично. Я тоже вмешался и подлил масла в огонь интереса.

– Господин Черепанов больше говорит о преимуществах и достоинствах нового вида транспорта. Но надо сказать главное – за паровыми машинами будущее. Это также касается речных судов, которые вскоре будут оснащаться новым двигателем. И там речь пойдёт уже о совершенно иных объёмах перевозимых грузов. Господам же заводчикам я пока предлагаю оценить перспективы строительства железных дорог. Длина одной рельсы составляет пятнадцать футов или четыре с половиной метра.

Закон о переходе на метрическую систему был принят сразу после смерти Павла. Но общество усиленно сопротивлялось новинке, чем изрядно меня бесит. Хорошо, что всё было сразу согласовано с АН и новые меры внедрятся в научно-инженерную среду. Хотя ретрограды продолжают держаться за свои фунты, золотники, дюймы и прочие пуды с вёрстами. Я тем временем принялся далее охмурять промышленников.

– Примерный вес рельсы двести килограмм или четыреста пятьдесят фунтов. Прибавьте к этому восемь болтов для крепления на каждые десять футов, более пятидесяти костылей и накладки для крепления. А теперь умножьте всё это, например, на двадцать пять тысяч. Именно столько потребуется полотна для прокладки дороги из столицы в Новгород. А потом переведите всё это в фунты, пуды или килограммы, чтобы понять сколько потребуется металла для строительства небольшого железнодорожного пути. Но ведь нам нужно связать новым видом транспорта всю страну. Ладно, давайте пока посчитаем необходимое количество металла для дороги Питер – Великий Новгород – Тверь – Москва – Владимир – Нижний Новгород. А ведь надо будет строить ещё паровозы, вагоны, станции, платформы, ремонтные мастерские, водокачки и угольные склады. Нужен будет сам уголь, щебень для полотна, стройматериалы для станций и много всего иного.

Здесь народ завис, а в зале повисла тишина. Я прямо-таки ощущал, как в головах гостей работают ролики, пытающиеся осознать количество требуемого металла и иных материалов, не считая людей с другими ресурсами. И напоследок решаю добить почтенных гостей, которые и так были у меня в кармане.

– Государству придётся строить десятки или сотни мостов. И это будут не каменные убожества, а самые настоящие гиганты из металла. Также придётся кормить, поить, одевать десятки тысяч рабочих. Перед началом строительства нужно будет произвести машины для копания и укладки рельсов. А ещё десятки тысяч обыкновенных инструментов навроде лопат, ломов, кирок, тачек и прочих носилок. Но главное – строительство железных дорог займёт не менее сорока лет. Это активная часть, а разного рода мелкие и дополнительные ветки будут строиться ещё лет сто или больше. И вам решать присоединяться к этому проекту или остаться в стороне.

В итоге было принято дополнительное решение о создании консорциума, который будет помогать государству строить железные дороги. В новую структуру войдут все присутствующие и именно им будет принадлежать право снабжения будущей РЖД. Бинго!

До Херсона добирался по Днепру. Та ещё задачка с учётом порогов. Но Дугин организовал всё на высшем уровне, и мы преодолели часть сухопутного пути, пересели на весьма быстроходный кораблик. Вернее, транспортов было несколько. Только мне с графом, который вызвался проводить высокопоставленного гостя, досталась более быстроходная и хорошо вооружённая канонерка. Капитанил на ней заместитель командующего Дунайской флотилией Акимов. Он был послан командующим Черноморский флотом Сарычевым[1], чтобы ввести меня в курс дела. На этот раз наши вооружённые силы подошли к войне полностью готовыми. В том числе были построены специальные речные суда для помощи армии для штурма дунайской оборонительной линии. Саму флотилию возглавлял адмирал Пустошки[2], который её фактически и построил с нуля. А турки укрепились неслабо. Если учитывать, что наша группировка была в три раза меньше вражеской, ситуация была сложной.

Тем временем мы неплохо пообщались с Орловым, обсуждая перспективы развития края. Что касается природы, то это просто чудо! Огромная река и бесконечная степь, прямо-таки настраивали на поэтический лад. А вот всё остальное было грустно. Колоссальные расстояния, отсутствие нормальных дорог и низкая плотность населения. Рабочих для заводов и шахт приходилось покупать в близлежащих русских губерниях. Благо, что заработала программа переселения. Но сами помещики с большой неохотой осваивали новые земли, при этом ни в какую не соглашаясь давать вольную крестьянам. Хотя только слабоумный не понимал выгоды от новых форм хозяйствования. Нет, были и огромные латифундии с наёмными работниками, но они находились в абсолютном меньшинстве. Местные помещики предпочитали селить на своих землях крепостных, благо крымская угроза была давно нивелирована. Их не смущало даже то, что ЮГК и латифундисты зарабатывали раза в три больше с одинакового участка земли. Но ничего, к вам приехал Костя.

– Думаю, что Киев должен стать культурной, Екатеринослав экономической, а Херсон политической столицей Югороссии. Я так называю Малороссию с Новороссией, дабы не путаться. В Киеве хватает духовных училищ и монастырей, посему отдадим церковникам древний русский город. А основная сила этих земель южнее, где залегают огромные запасы металла и угля с прочими минералами. И, конечно, побережье, через порты которого должна идти вся торговля. Тот же Херсон обладает весьма удобной бухтой и возможностью добираться из него морем, речным или сухопутным путём до любого города края.

– Отчего вам так не нравится Киев? – удивлённо ответил Орлов, – Это губернский город с весьма развитой культурной жизнью.

Ну не рассказывать же графу про будущее этого важного города. Российская, а далее Советская Империи вложили безумные деньги в развитие этого города. В итоге он стал столицей непонятного государственного образования.

– Сейчас это дыра, в которой правят поляки. Никакого экономического потенциала в данном виде город не имеет. Вот пусть и остаётся такой же деревней. Основными городами должны стать будущие промышленные центры, такие как Екатеринослав, Кременчуг, Николаев и ваша Орловка. Там же надо открывать ремесленные училища и университеты, чтобы ученики загодя разбирались фабрикантами. Заодно в процессе учёбы они смогут проходить необходимую практику. Всё должно быть подчинено рационализму. Зачем учиться металлургии в Москве или столице, где подобных заводов отродясь не было? То же самое касается земледельческих и многих других наук. Заодно у студентов будет меньше времени на развлечения и они не будут заражаться дурными идеями. Я давно передал брату проект указа о распределении по городам Империи подобных учебных заведений. Это же должно касаться военных и шляхетских училищ. Ведь любая школа или университет – есть огромное подспорье для небольших городов, да и жизнь там дешевле. С одной стороны, ученики и учителя с прочим персоналом дают возможность людям заработать. А с другой существенно снижаются их расходы на жильё с пропитанием. Построить дом в Воронеже в десять раз дешевле, нежели в столице. То же самое касается съёмного жилья. Вот такая арифметика.

– О каких дурных мыслях идёт речь, Ваше Высочество?

– Жизнь течёт и меняется. Мы просто не можем представить, что будет через десять лет. Предположим, что в будущем станут популярны какие-нибудь революционные идеи навроде французских. Это сейчас мне удалось обезглавить всех этих масонов, либералов, иезуитов и прочую сволочь. Но это не отменяет того факта, что именно в высших учебных заведениях молодые люди могут стать жертвами разного рода проповедников, призывающих бороться за всеобщее счастье и прочую чушь. Будь в столице десяток университетов и двадцать училищ, то их станет невозможно контролировать. Плюс студенты не будут представлять никакой опасности, находясь в провинции. Ну побузят они в каком-нибудь Мухосранске и хрен с ними. Зачинщиков схватит полиция, излишне активных забреют в солдаты и далее тишь да гладь. Поэтому я стараюсь смотреть в будущее. Множество грамотных людей – это медаль о двух сторонах. Даже сейчас среди высшего света и офицерства хватает увлечённых разного рода ложами и обществами. А далее эта тенденция может начать расти как снежный ком. Поэтому сей процесс необходимо контролировать и направлять, пока российское общество не стабилизируется.

Ныне Херсон – это крупнейший город русского Причерноморья и жителей здесь больше, чем в Киеве. Порт, верфи, сталелитейный завод и много всего иного. Вот завод, прочие грязные производства и верфь я перенесу, а порт должен продолжать оставаться главными воротами Юга России. Одесса в качестве бандитского и контрабандного центра мне не нужна. Главным перевалочным пунктом будет именно Херсон. Только надо озаботиться углублением фарватера, а то больно он мелок для крупных морских судов. Заодно надо подумать про железнодорожную ветку вдоль Днепра и на северо-восток к Донбассу. А пока я заселился в дом бывшего генерал-губернатора края Ришельё[3]. Самого Дюка я отправил на Кавказ к Неклюдову в качестве своего зама по гражданским вопросам. Человек он деятельный и грамотный, пусть помогает строить в регионе мирную жизнь и развивает экономику.

Здесь меня ещё догнало письмо от благоверной. Если передать вкратце, то Юля скучает, устала жить одна с постоянными отлучками мужа. Поэтому она сдаёт все дела помощникам, берёт с собой детей и едет на юг. Вот это точно не к спеху. У меня здесь война на носу. Ладно, в любом случае я собирался построить в окрестностях города поместье, вот пусть этим займётся моя деятельная супруга. Заодно надо озаботиться открытием нормальной школы или гимназии, куда пойдут учиться наши дети. Мы с Юлей сторонники централизованной системы образования, а не всяких гувернёров и прочих непонятных наставников. В общем, прибавилось забот.

А местные чиновники видать чего-то почувствовали и засуетились. Встречали меня как Кару небесную и самым натуральным образом дрожали. Ещё до моего приезда начались повальные отставки губернских и городских служащих. Это они зря. Первое что я сделал, получив указ Александра – это запретил увольнения для всех гражданских и военных чинов. А также написал Мясоедову, чтобы прислал своих людей. Буду при помощи ревизоров и своей разведки шерстить местных казнокрадов с мздоимцами. Плохо, что времени сейчас в обрез, но никто не мешает пока собирать информацию. Тем более что в армии создана своя ревизионная служба, её я тоже решил привлечь. Дюк действительно хороший администратор, но он человек своего времени и просто мог не обратить внимание на прегрешения подчинённых. На военной верфи был порядок, а вот ко многим ведомствам были большие вопросы.

Назавтра договорился с предводителем местного дворянства осмотреть окрестности для выбора участка под строительство своей резиденции. А ещё меня ждёт множество мероприятий, необходимо знакомиться с людьми и соседями. Вот не люблю я этого. Надо быстрее отплывать в Одессу. Наша армия уже форсировала Днестр и начала движение к Дунаю. Каменский сходу взял Аккерман и должен уже подойти к Измаилу. Одновременно армия Михельсона атаковала Хотинскую крепость, после взятия которой должна двинуться на Яссы-Галац-Браилов. На месте я не усижу, всё равно сорвусь и поеду поближе к месту боевых действий. Но всё должно идти по плану. Сначала решаю гражданские и личные вопросы, а затем передовая. Мешать генералам с адмиралами не собираюсь. Наоборот, моя задача сделать всё, чтобы никто не мешал им воевать.

Глава 2

Июнь 1805 года. Одесса, Российская Империя. Килия, Измаил, Оттоманская Порта.

– Адмирал не может гарантировать вашу безопасность, поэтому лучше идти на Одессу, а далее сушей. Сейчас в районе устья Дуная могут шнырять корабли османов, и всякая сволочь, навроде пиратов.

Обсуждаем с Акимовым положение дел на море. Надо сказать, что ситуация складывается в нашу пользу. Сарычеву удалось удивить эскадру адмирала Сейди Али-паши, разбив её чуть ли не на рейде Севастополя. Басурмане не стали изобретать велосипед и решили сначала уничтожить наш черноморский флот, а затем отбиваться от средиземноморского. Они поверили информации, которую им и их английским друзьям скармливала флотская разведка. На самом деле к 1805 году на Чёрном море Россия располагала пятью новейшими линейными кораблями, семью фрегатами и более чем двумя десятками мелких судов. И это, не считая старых посудин, с которыми планировали воевать басурмане. В итоге одиннадцать линейных кораблей, десять фрегатов и пять шлюпов турок, были просто сметены в ходе двенадцатичасового боя. Три 84-пушечных корабля было потоплено, два захвачено. Из 50- пушечников пять затонули и два выбросились на берег. Сам Сарычев погнался за флагманом османского флота 120-пушечным «Мессудине», который сопровождали остатки разгромленной эскадры. По словам Дмитрия Сергеевича, далеко турки уйти не должны, разве что им поможет погода, так как море начало заметно волноваться.

В Одессе приход двух канонерок особо не заметили, что меня полностью устраивало. В порту шла обычная жизнь – разгружались корабли, сновали баркасы и лодки. В сопровождении охраны мы проследовали к ожидающим меня возкам и уже через двадцать минут были на месте. Ранее здесь проживал тот самый Дюк, вот прямо иду по стопам легендарного француза. Особых церемоний разводить не стали. Все нужные мне люди сейчас в действующей армии, а выслушивать разных чиновников нет никакого желания. Пётр сразу занялся организацией нашей поездки. Кстати, уже полноценная рота моих егерей прибыла в город и ждала команды выдвигаться. В Екатеринослав и Херсон меня сопровождало три десятка, остальные сразу выдвинулись из Черкас в сторону Одессы. Дивизия фон Миллера была тоже на подходе. Опасаясь действий турецкого флота, морем были отправлены только артиллерия, боеприпасы и часть имущества. Личный состав двигался пешим ходом и ожидался со дня на день. С выборжцами я чувствую себя как-то более спокойно. Это мой оперативный резерв, если учитывать выучку, общее количество пушек и новых боеприпасов в дивизии.

В сторону Днестра мы выдвинулись через два, когда была получена информация о нахождении фон Миллера. Что можно сказать об окружающей местности? Едисанская степь за последние сто лет стала ареной ожесточённых сражений между Россией и Портой, пока окончательно не отошла нам по условиям Ясского мира. С учётом того, что через эту землю продолжали уходить крымские татары или, наоборот, возвращаться ногайцы, то местность сильно обезлюдела. Надо учитывать, что продолжались набеги как кочевников, так и сволочи вроде орликовцев, части новых сечевиков и греческих пиратов. Понятно, что их ждал жаркий приём, но популярности среди переселенцев этот край не добавил. Хотя албанцы, греки, сербы и прочие болгары продолжали искать спокойною жизнь на южных рубежах Империи. Их селили чуть далее, за Бугом. Местное население в лице молдаван, гагаузов и славян предпочитало жить выше по Днестру или в районе Тирасполя под защитой русской армии. А вообще, земля здесь отличная, с колоссальными перспективами. Стоит за неё повоевать с османской нечистью.

Два раза встречали казацкие разъезды, которые патрулировали степь. Также обогнали несколько обозов, идущих под внушительной охраной. Я свою персону не афишировал, одевшись в мундир майора выборжцев, и общался исключительно со своими ребятами. Все переговоры взял на себя Филипс, как наиболее дипломатичный и пронырливый. По словам наших временных попутчиков, особых проблем с передвижением сейчас нет. Хотя в начале года, как только подсохла земля, летучие отряды степняков и сипахов пытались устроить проблемы нашим снабженцам. Кстати, с православными беглецами в лице запорожцев и липован с прочими раскольниками давно были установлены надёжные контакты. Это я потребовал от Каменского сразу после назначения его на пост командующего. В массе своей это были простые люди, обманутые или испугавшиеся мнимого преследования. Но после объявления указа о веротерпимости, который убрал все ограничения с раскольников, многие начали возвращаться в Россию. С началом войны мы планировали вернуть вообще всех беглецов. Нечего разбрасываться генофондом.

Один из таких караванов нам повстречался уже после форсирования Днестра. Русские сапёры соорудили вполне себе надёжный понтонный мост, который мог выдержать даже тяжелогружённую армейскую фуру. Что можно сказать по репатриантам? На оборванцев или запуганных людей они не похожи. Добротная одежда, достаточно много скота, практически все мужчины вооружены огнестрелом. Мне такие граждане очень нравятся. Думаю, на Кавказе они не растеряются и дадут горцам отпор, если те захотят устроить набег. Часть переселенцев шла на Терек, а другая за Урал. Денег на это я не жалел, хотя Шульц и писал мне гневные письма, что мол разоряются наши компании. Казна выдавала людям практически неограниченное количество земли, главное, чтобы смогли обработать. Получается все были довольны. Россия получала новых поданных, а они защиту и земельные наделы.

– Таким образом, ситуация сложилась патовая, если выражаться шахматным языком. Мы взяли с ходу Бендеры и Аккерман, далее двумя колоннами подошли к Измаилу с Килией. Михельсон не менее быстро взял Хотин, погрузил большую часть войск с имуществом на речные суда, спустился по Пруту и атаковал Яссы. Сейчас его части в Галаце и готовятся штурмовать Браилов. А вот далее сплошные неясности, – Каменский водил карандашом по весьма подробной карте, объясняя мне диспозицию.

В огромном шатре присутствовало всё командование Южной армии, за исключением западной группировки Михельсона. Народ подобрался бывалый и энергичный, который точно нельзя заподозрить в нерешительности. Но русские войска после неудачного штурма, отошли от двух крепостей и стали ждать подкреплений. Каменский, конечно, не Багратион, который отличался излишней авантюрностью, но сильно поспешил, получив приказ о начале боевых действий. Осадная артиллерия и чуть ли половина армии ещё только добирались до Дуная. Плюс странное поведение противника. Несмотря на троекратное превосходство, а с учётом гарнизонов, оно гораздо больше, Ибрагим Хилим-паша даже не думал атаковать. Правда его левый фланг захватил Бухарест, но основные силы разместились между Рущуком-Силистрией и Браиловым-Килией. Теоретически мы могли форсировать Дунай и ударить по любой группировке. Но оставлять в тылу гарнизоны крепостей, которые по численности едва ли не равнялись нашей армии, было глупостью.

– В Стамбуле произошёл переворот, – взял слово командующий дунайской флотилией Пустошкин, – Янычары, скорее всего, по приказу англичан свергли монарха. Ибрагим ждал указаний от нового султана. По сведениям разведки, Мустафа IV настроен весьма решительно и вскоре османы должны перейти в наступление. Его предшественник Селим III был умнее и наверняка хотел измотать нас в оборонительной войне. Но это не понравилось островным союзникам, которые вложили в перевооружение турецкой армии огромные средства. Здесь на равнине мы имеем преимущество, несмотря на численное меньшинство. Но в холмистой и горной местности наши войска увязнут.

– Что с нашими союзниками? – спрашиваю командующего.

Каменский в ответ сморщился, выражая своё отношение к этой публике.

– Этот местный господарь[4] сбежал на север, как только османы подошли к Бухаресту. Толку от этого сброда, который называется валашской армией, как от козла молока. Сербы при помощи полка Исаева взяли Белград. К ним в поддержку выдвинулись уланы полковника О’Рурка. Но удивительно, противник пока никак не ответили на наши действия, и стягивает войска из Боснии с близлежащими провинциями. Удержать город вполне реально, а вот с наступлением я бы не спешил. Черногорцы более надёжны. Но их возможности ограничены, хотя с учётом нашего экспедиционного корпуса, можно оттянуть часть османских сил.

– В чём сложность взять Килию? Ведь были договорённости с комендантом крепости, что османы сдадут её без боя?

К войне мы готовились не только обучая армию с флотом, но искали и другие способы. В первую очередь работала разведка, наводя мосты к османским военным и чиновникам. И я был просто уверен, что самая восточная дунайская крепость уже наша.

– Прибыл новый комендант, который отстранил старого. С ним пришёл почти полк пехоты и несколько батарей. Килия и так сильно укреплялась в последние годы. А сейчас она по оборонительным возможностям ничем не уступит Измаилу. Плюс почти пятидесятитысячная армия на противоположном берегу, усиленная двумя ордами непримиримых татар. Османы будут стоять насмерть.

– Наша речная флотилия ничем не сможет помочь?

– Ширина Дуная в этом месте составляет около ста пятидесяти саженей, – ответил адмирал, – Река простреливается как со стороны крепости, так и с противоположного берега. Я согласен с графом, басурмане ведут себя весьма странно. Если на море они предсказуемы и закономерно разбиты, то здесь другое дело. Их речная флотилия поднялась выше и продолжает сопротивление. Чувствуется, что работает единое командование армии и флота. Обычно это не свойственно армии султана.

Надо учитывать огромный численный перевес и то, что Каменский не получил обещанные полки. Наш Император решил поиграть в солдатиков, и большая часть русской армии готовится к европейскому походу. А вообще, ситуация достаточно странная. Насколько я помню историю моего времени, Порта разорвала союз с Англией и стала союзником Франции. И англичане действительно пытались нивелировать французское влияние и пресечь русско-турецкую войну. Наверное, это один из редких случаев, когда их интересы требовали сосредоточения основных сил России на европейском направлении. Думаю, на островитян сильно повлияли наши действия в Средиземноморье. Бриты не могут простить России захват Мальты и самостоятельную деятельность эскадры Ушакова. А ведь наш флот фактически уничтожили алжирских и тунисских пиратов, став доминирующей силой от Сардинского пролива до Крита. Вопрос уничтожения османского флота в Эгейском море – это дело времени. Я как раз жду новостей от адмирала. А наш Император несмотря на явное участие англичан в натравливании Порты и перевооружении её армии, заключил с ними союз.

– Слушайте приказ. Килия должна быть взята в ближайшую неделю. Осадная артиллерия на подходе. Как только она прибудет, начинаем бомбардировку крепости. Далее, атакуем осман со стороны суши и высаживаем десант в их тылу. Предварительно проводим высадку десанта и уничтожаем береговые батареи с противоположного берега. Отзовите все войска, кроме лёгкой кавалерии от Измаила. Отправьте гонца к Михельсону, чтобы он начал атаку одновременно с нами. Его задача взять Браилов, форсировать Дунай и угрожать врагам окружением в Добрудже. Они же не знают точную численность наших войск. Если удастся, то надо брать и Мачин. Ещё не мешает переправить на ту сторону отряды казаков, башкир и калмыков. Пусть делают рейды по тылам противника и наводят панику.

В принципе Каменский и сам бы начал штурм. Да и конные отряды диверсантов уже были сформированы. Просто он прекрасно понимает, что изменившаяся диспозиция и численный перевес противника, приведёт к огромным жертвам. А я этого не люблю, да и резервов у нас, по сути, нет. И наша победу может стать пирровой. Потеряем часть самых обученных войск и за Дунаем нас просто раздавят числом. Одна надежда на полнейшее превосходство нашей артиллерии, как количественно, так и выучкой обслуги. Ещё и моряки, молодцы!

– С чего вдруг такая жестокость? Ранее мирных жителей особо не трогали.

Объезжаю в сопровождении Каменского и свиты взятый Измаил. Тяжело передать чувства, которые буквально разрывают меня изнутри. Это даже не ненависть, а какая-то всепоглощающая ярость. Я не вчера родился и многое повидал. Чего только стоят замученные помещиками дети или умирающие в жутких муках русские солдаты. Но вот подобного изуверства не понимаю. Сажать на кол предварительно изнасилованных детей или сжигать церкви, забитые прихожанами, обычная действительность под турецким игом. В моём мире эта падаль любит орать про крестоносцев, убивших пару тысяч мусульман при штурме Иерусалима. Только столетия геноцида почему-то называют мирным сосуществованием. Ничего страшного, я пришёл сюда, дабы исправить историческую несправедливость.

Килию мы взяли в результате стремительного штурма. Шестидневная бомбардировка и имитация подкопов, настроили осман на долгую осаду. Каменский же всё это время тренировал солдат на специальных насыпях, имитирующих крепостные укрепления, и заставлял до автоматизма отрабатывать манёвр. За день до штурма десант уничтожил береговые батареи с противоположной стороны, наведя ещё много шума. И менее чем через сутки русская армия атаковала крепость с нескольких направлений. Ворота мы выбили ещё накануне. Далее штурмовые отряды заложили мину, взорвали остатки стены и ворвались в город. Дабы избежать ненужных потерь, улицы зачищались при помощи лёгких пушек. Этого добра у нас хватало, боеприпасов тоже. По времени солдат никто не ограничивал, периодически меняя личный состав. Османы не выдержали через три часа. Ведь одно дело встречать лицом к лицу врага и другое, когда тебя методично расстреливают из пушек. Комендант прислал переговорщиков, и первая твердыня пала.

Уже через три дня мы были под Измаилом. Диспозиция русской армии, с одной стороны, была лучше, чем у Килии. Дунай здесь делится на два рукава и правый берег представляет собой сплошные мелкие озёра с болотистой местностью. Крупные отряды и артиллерию там разместить проблематично. Здесь даже нет нормальной дороги на Тульчу, расположенную на другом берегу. Но зато укрепления и бастионы твердыни, которую периодически брали русские войска, действительна внушали. Тем временем хорошие вести пришли от Михельсона, который умудрился с ходу взять Браилов. Неплохой он командующий, хотя и старой школы.

В случае с Измаилом основную ставку мы сделали на речную флотилию. Береговая артиллерия противника была сразу подавлена и канонерки начали планомерный обстрел не слишком укреплённых стен. Османы огрызались, два раза наши корабли были атакованы турецкими, но всё было тщетно. Сухопутная армия также методично бомбила укрепления и пробивала бреши в стенах. Тем временем я послал к новому коменданту крепости Ибрагим Пехливан-оглу парламентёров, предложив приемлемые условия сдачи. На что осаждённые ответил вылазкой кавалерии, которую мы чуть не проморгали. А головы штабс-капитана Котляревского и двух переводчиков были насажены на колья и брошены в расположение наших войск. Учётом того, что в крепости расположилась подмога в виде 4000 янычар, ситуация перестала быть томной.

Насколько я помню, в моей реальности осада Измаила продлилась чуть ли не два года. На эти неудачи ещё наложилось восстание буджакских татар, которые попили русской армии немало крови. В этот раз никаких степняков в этих краях уже не было. Кто хотел, ушёл на Кубань, остальных мы вытеснили в Добруджу. Но именно они постоянно беспокоили нас набегами, явно координируемые из крепости. Всё это не добавляло мне хорошего настроения, но лезть на крепость в лобовую атаку, значит, тупо положить половину войска. Вот Каменский и занимался строительством укреплений, возводил позиции для осадной артиллерии, вёл борьбу с татарскими наскоками. Последних удалось задавить буквально за неделю, а вот янычары и гарнизон провели ещё три вылазки, одна из которых была успешной.

Но кольцо вокруг крепости сомкнулось. Благодаря перебежчику валаху нам удалось узнать время новой диверсии. Отряд османов, решивший атаковать со стороны реки, попал в огневую ловушку и был полностью уничтожен. Ворваться в крепость не удалось, но уверенность защитников сильно поколебалась. Новый перебежчик рассказал о начавшихся казнях сомневающейся части войск и мирного населения. При этом Пехливан не позволил выйти из города мирным жителям вне зависимости от конфессии. Мусульман он тоже выпускать не собирался.

Ситуацию помог исправить мой старый знакомец фон Рентелень. Выборжцы подошли к крепости в конце июня и встали отдельным лагерем. После представления офицеров командующему я пригласил своих боевых товарищей на ужин. За девять лет знакомства особых секретов у нас друг от друга не было. И мы часто устраивали мозговые штурмы, обсуждая прошедшие и предстоящие битвы.

А ведь они сильно изменились за последние годы. Как-то раньше не обращал внимания, что я в этом времени уже девять лет. Моим первенцам, о которых я вспоминаю достаточно редко, пару дней назад исполнилось восемь. Что я вообще знаю о своих соратниках? Томас уже майор и пару лет назад женился на своей ненаглядной Анне Неклюдовой, став каким-то излишне серьёзным. Его брат Герман тоже женился на остзейской немке и в прошлом году стал отцом. Крапачёв давно поручик и уже не похож на того восторженного юнца, везде сующего свой нос. Не изменился только Богдан, всё также похожий на ласку с неприятным взглядом. Да и наш артиллерист, остался таким же любознательным всезнайкой, хотя давно уже майор и ждал войны для получения погон подполковника.

Обильный ужин офицеры смели не заметив. Ещё бы, после двух месяцев в походе, начнёшь ценить более изысканную пищу, нежели щи с кашей. Далее народ приступил к дегустации моего вина, которое я обычно возил чуть ли бочками, ещё и постоянно обновляя запасы. Так за беседой мы обсудили текущие события и добрались к проблеме штурма твердыни.

– Я считаю, что необходимо опробовать ракеты, – воскликнул фон Рентелень, – Заодно напишем нашим изобретателям о недостатках, пусть внесут изменения в следующую партию.

А я и забыл, что выборжцы должны были получить партию изобретения капитана Засядко[5]. С ним вообще получилось странно. Познакомившись с Александром Дмитриевичем ещё во время швейцарского похода, я как-то в компании артиллеристов обмолвился о перспективах ракет. На смех меня не подняли, но прочитали целую лекцию неразумному неучу о том, что подобное вооружение – есть тупиковая ветвь. Но вот молодому подпоручику мои слова засели в душу и через год он написал мне письмо о своих экспериментах. Таких энтузиастов мы с Кулибиным как раз и искали по всей стране. В результате будущий отец русского ракетостроения сначала прошёл стажировку в КБ, а затем был командирован в Сестрорецк к Данилову.

Сначала у конструктора мало чего получалось. Но далее с помощью советов одного цесаревича дело пошло на лад. Особенно помогли мои воспоминания о палестинских Кассамах. Как раз с основанием для запуска у Засядко были главные проблемы. Ну не мог он сам до этого додуматься. Англичане тоже использовали специфическую станину, весьма ломкую и ненадёжную. Я же предложил основу в виде волнообразного листа, похожего на шифер, и угадал. Уже в 1803 году прошли первые испытания пороховых ракет в металлической оболочке. За успешную деятельность, Александр Дмитриевич получил чин капитана, приказ усовершенствовать изделия и работу над новым секретным проектом. Мы не собирались применять новое оружие в текущей войне. У меня на него были совсем иные планы. Но склады были переполнены, а творцы вундервафли требовали провести испытания в боевых условиях. Вот и прибыл из Новгорода, куда в целях секретности было перенесено производство, целый обоз с учеником изобретателя.

– Разумное предложение, – отвечаю артиллеристу, – Только надо провести предварительные стрельбы и в процессе штурма не сжечь город. Он ещё понадобится России.

Конечно, я не мог обойтись без своих придумок и ракеты были оснащены свистульками для специфического звука, дабы османы прониклись ещё больше. Ещё сдуру ляпнул про Катюшу, в итоге название так и прилипло. Народ подумал, что это в честь моей дочери. Вот Юля обрадуется, когда узнает. Назвать ракету, которая будет наводить ужас на противника, именем ребёнка.

А османские солдаты реально прониклись. Обстрел мы начали на самом рассвете, дабы был ещё эффект от огненных всполохов. В общем, шоу удалось на славу. Не знаю, кто из солдат противника сохранил штаны в чистоте. Если уж я вздрогнул от дружного залпа, сопровождаемого мерзким свистом и мощнейшими разрывами. Хрен знает чего там намешал Засядко, но передовые укрепления с частью стены, через двадцать минут и четыре залпа выглядели печально. А далее был решительный штурм на деморализованного противника.

В общем, Измаил мы вязли. Не сразу и ценой достаточно больших потерь, но тем не менее. После того как наши штурмовые отряды ворвались внутрь, враги даже не думали сдаваться. И если на второй день уличных боёв обычные солдаты гарнизона сначала поодиночке, а потом массово начали поднимать руки, то янычаре во главе с Ибрагимом Пехливан-оглу стояли насмерть. Через некоторое время мы поняли причину такого отчаянного сопротивления, ведь Каменский предлагал сражающимся уйти с оружием. Особенно после отражения двух попыток форсирования Дуная османской армией. Отряды лёгкой кавалерии мы тоже выловили, и наш речной флот полностью блокировал реку вплоть до Галаца.

А дело было в том, что османы решили заняться своей любимой забавой – резнёй мирного населения. И понятно, что жертвами стали беззащитные христиане, которых в крепости было около трети жителей. Я долго ещё буду помнить смердящие от разложения горы обезглавленных тел мужчин, детей и стариков. Молодых женщин и девочек, естественно, использовали по назначению. Поэтому части из них удалось спастись, так как они были заперты в отдельные загоны, как скот. Вы бы видели эти полные тоски и безнадёги глаза. Худые, грязные и истерзанные тела неоднократно изнасилованных детей. Женщины, которым досталось не меньше прикрывающие несчастных своими телами. Ненавижу турок!

В прошлой жизни я терпеть не мог этот гнусный народ. Недочеловеки, государство которых было построено на чудовищном и нечеловеческом насилии. Система девширме, угон в рабство сотен тысяч славян, массовые казни христиан и евнухи. Для меня вообще загадка, насколько короткая память у нашего народа. Сотни или тысячи слабых на передок девок едут на курорты потрахаться с турками. Они не понимают, что их не считают за людей? И чем дальше, тем сильнее молодое поколение забывает, что для них мы просто человеческий материал. Рабы, слуги, но никак не полноценные люди. Но потомки рабовладельцев и изуверов прекрасно помнят историю, грезя о реванше. Достаточно посмотреть на разного рода протурецкие организации, обозначающие как зону своего влияния половину территории России. Всегда ругался с мамой, когда она смотрела эти пропагандистские сериалы, воспевающие благородство и прочую чушь, никогда не свойственную туркам. Ложь и сплошное лицемерие, которые скармливается домохозяйкам и прочим дурочкам. А больше всего я презираю падаль, которая связала свою судьбу с представителями этого мерзкого этноса и родивших от них ублюдков. Для меня они просто потерли право называться людьми. Самое забавное, что как только начинаются проблемы с папашами мусульманами, то шкуры бегут за помощью в российское посольство. Собакам – собачья смерть и никак иначе! Но самые главные враги – это наша власть, которая продаёт турецким мразям современное оружие и поддерживает исторического врага экономически. Они реально не понимают, что нельзя делать противника сильнее, даже если тот на время одел шкуру друга? Я вообще много чего не понимал в своём мире.

– Ибрагим-паша и две сотни янычар взяты в плен, – продолжал свой доклад Каменский, – Ещё сдались около четырёх тысяч солдат гарнизона и по домам сидит столько же местных магометан, кто не успел сбежать в Тульчу перед нашим приходом. Татар почти всех перебили, да и мало их было. Большая часть вырвалась ещё при первой вылазке.

– Наши союзники уже отстирали шаровары и готовы к бою? – спрашиваю с усмешкой про аника-воинов из молдаван и валахов.

– Так точно. Войска господарей Константина и Александра[6] собраны в единое войско. И вроде как полны решимости бить османов, – с улыбкой ответил командующий.

– Ага. Только этих трусов было не видно при штурме бастионов Килии и Измаила, – я далёк от веселья и лояльного отношения к подобным союзникам, – Отправьте к этим господам гонца. Пусть выделят палачей. Или просто людей, которые готовы убивать беззащитных пленников. Обычно подобные народы весьма охочи до разного рода зверств, а вот воевать они особо не стремятся.

– А зачем нам палачи? – воскликнул Каменский.

– Ну не русским же солдатам марать свои руки о турецкую мерзость. А этих лживых фанариотов[7] мы повяжем кровью. Их хозяева в Стамбуле не простят казни паши и янычар. Попробуют сбежать или отказаться, значит, поймаем и отправим вслед за убийцами. Далее, пусть весь этот сброд идёт на Бухарест и освобождает город самостоятельно. Усилим их артиллерией и поможем речной флотилией. Хотят независимости – пусть добывают её самостоятельно. У нас на этой войне свои интересы, и я не позволю лить русскую кровь ради всяких инородцев. Также прошу вас пригласить на совместный ужин бригадира Илью Катаржи[8]. Чую, что это не последняя война с османами. А нам нужны действительно верные и деятельные люди среди местной знати. Не все они насквозь прогнили и готовы менять хозяев как перчатки. Вот и подумаем над кандидатом в будущие господари Молдавии. Валахи же пусть разбираются сами.

Умельцы среди будущих румын и прочей сволочи нашлись весьма быстро. С Ибрагима сняли кожу живьём, да так умело, что он ещё жил некоторое время после казни. Янычар вместе со всей административной и военной верхушкой крепости посадили на кол. Простых офицеров и горожан мусульманского вероисповедания оскопили, так же, как и каждого второго солдата. Остальным служилым прописали по пятьдесят шомполов и вышвырнули на другой берег. На следующий день после взятия Измаила, был наведён понтон через Дунай, и русская армия начала переправляться на правый берег великой реки. Неискалеченным врагам и мирным жителям объяснили, что так мы будем поступать с каждым пленным, если на подконтрольных османских территориях начнётся резня мирных жителей.

– Скажите Илья Филиппович, как вы относитесь к идее независимого Молдавского княжества?

Я не стал разводить политесы, на которые просто не было времени. На послезавтра намечено общее собрание командиров русских полков, в том числе западной группировки, и все мои мысли были уже там. Крепкий, неожиданно светловолосый и голубоглазый молдаванин завис после моего вопроса, но быстро принял решение. Дураком он не был, сразу поняв, что сегодняшний ужин в присутствие брата Императоров и командующего, не просто светские посиделки.

– Любой молдавский патриот мечтает о свободе для своей Родины. Но за последние сто лет было много русско-турецких войн, в которых мы неизменно поддерживали наших северных друзей. Но в результате басурмане никуда не ушли и продолжают насиловать мой народ. И несмотря на три поражения подряд, именно Стамбул контролирует Молдавию с Валахией. Более того, они сменили правящие династии в Бухаресте и Яссах, посадив на трон своих греческих шавок. Мы ненавидим этих пришельцев. И армия подчиняется им только по причине поддержки греков Россией.

– Я тоже считаю, что предателям и слугам врагов не место в будущих независимых княжествах. Вопрос простой. Сможете ли вы создать боеспособную армию из добровольцев? И кого вы порекомендуете в качестве лидера валахов. Уж очень мне не понравилась реакция господарей на казни осман. Такое ощущение, что они сочувствовали изуверам.

– Не знаю как насчёт армии, но два полноценных полка собрать возможно. Если вы усилите его своей артиллерией и обучите добровольцев, то это будут боеспособные части. Что касается валахов, то наибольшим уважением среди дворян и простого народа пользуется Григоре Бранковяну. Он ведёт своё род от Басарабов и Контакузенов. Несмотря на молодость, боярин успел отличиться, вступив в австрийскую армию. И тогда ему было всего четырнадцать лет. Далее он воевал в составе черногорских чётников и проявил немалые военные таланты. Валахи пойдут за ним, предатели-греки для них тоже как кость в горле.

– Да будет так. Начинайте формировать собственную армию, заодно передайте письмо боярину. Русская армия всячески вам поможет, но не будет воевать за ваши земли. Думаю, после того как войска фанариотов потерпят поражение под Бухарестом, придёт ваш час. Не упустите момент и воспользуйтесь им в полной мере. Заодно передаю вам план территориального деление двух будущих независимых княжеств. Сразу предупреждаю, что Черновцы, Хотин, Сороки и Южная Бессарабия войдут в состав России. Это не обсуждается. Зато торговля по Дунаю, Пруту и Днестру для ваших купцов будет беспошлинная. Границу с Валахией определяйте сами. Но также донесите до Георге, что Добруджа войдёт в состав Империи, как и всё черноморское побережье вплоть до Бургаса. То есть все земли, находящееся под прямым управлением турок отходят к нашей державе. А вот далее вас никто не ограничивает. Можете воевать с той же Австрией за Трансильванию или со Стамбулом за Болгарию. Но без участия России.

Глава 3

Август 1805 года. Добруджа, Оттоманская Порта.

– Мы уже поднимали этот вопрос, Николай Михайлович, – продолжаю бесконечный спор с командующим, – Мнение офицеров и генералов меня не волнует. А солдат должен видеть все зверства осман и понимать, что воюет не просто за интересы Императора с дворянами. Русский человек должен понимать, что спасает своих православных братьев. Ибо это есть миссия России, нести этот крест или предназначение, как вам угодно.

– Но ведь вы сами весьма пренебрежительно отзываетесь о боевой подготовке валахов и местных славян.

– Не путайте политику с благородными человеческими порывами. Я не заблуждаюсь насчёт народов, которых мы, по сути, спасаем от уничтожения. Кроме черногорцев, все остальные весьма ненадёжные людишки, столетиями привыкшие лизать задницы магометанским наместникам, предавать веру предков и грабить таких же бедолаг, как они сами. Но зачем об этом знать нашим солдатам и офицерам? Пусть думают, что мы не просто бьём многолетнего врага, но и освобождаем православных братьев. У меня же вполне конкретные планы – к началу новой войны в Европе, Россия должна закрепиться на определённых территориях. Далее будем думать. А резня мирных мусульман с массовыми казнями пленных – это хороший урок для осман и их прихлебателей. Они привыкли к нормальному отношению со стороны европейских армий. Ну в крайнем случае временно выгонят из домов и девок посимпатичнее попользуют. А сейчас враг в страхе и даже ужасе.

– Но ведь это ожесточает войска султана, и даже местные мирные жители начинают яростно сражаться на стенах городов. Вспомните, что было в Тульче, – не унимался Каменский, – А ещё басурмане озлобились и жестоко пытают наших пленных. Что в ответ вызывает дополнительную ярость наших солдат. Именно вы приказали показывать, что сотворили башибузуки и прочая мерзость. Плюс все эти гайдуки, казаки и степняки совсем перестали стесняться. Режут и берут в полон всех магометан без разбору.

– Вы верно заметили – магометан. Хотя наши союзные кочевники из башкир, ногайцев и буджакцев тоже молятся Аллаху. При этом особо не стесняются грабить и убивать своих единоверцев. После показательного процесса над командирами бугских казаков Балеевым, Ельчаниновым и ногайцами Темир беем с Аслан мирзой, прекратились любые насилия против христиан. Это самое главное.

– Зато они вдвойне усилились против всех остальных, включая жидов, – воскликнул командующий, – Понятно, что, когда вы посадили на кол три десятка человек, из которых половина может и не виновата, кто угодно проникнется. Но зачем изгонять местных мусульман? Я ещё могу понять ваше жестокое отношение к османам. Но славяне с цыганами живут здесь столетиями, просто часть из них из-за непреодолимых обстоятельств сменили веру.

– Я очищаю будущие русские земли от ненужного населения, которое никогда не станет нашим и всегда будет смотреть в сторону Стамбула или прочих Парижей с Лондонами. Что касается валахов, молдаван и православных славян, мы просто избавляем их от возможности выбора. Более им не удастся договориться с турками. Если русская армия уйдёт, то их просто уничтожат и заселят эти земли колонистами из Анатолии или татарами. А теперь они будут биться за свою землю, вернее, жизни, до конца, так как договориться с прежними хозяевами не получится. Ну, а пустующие земли и оставленные дома мы заселим переселенцами из России. Да и солдатам лучше жить под крышей, нежели ютиться в палатках.

– Это чудовищный цинизм и жестокосердие, Ваше Высочество!

– Нет, всего лишь расчёт и политика.

Подобные разговоры мы ведём с Каменским уже более месяца. Если после Измаила он особо не возмущался, то резня в Тульче возбудила излишне эмоционального генерала. Но постепенно я обрабатываю столь нужного мне полководца. Николай Михайлович реально хорош, я ни грамма не жалею, что сделал на него ставку. Одновременно растут и молодые офицеры, которым показывают, как надо воевать. Я настоял, чтобы командующий проводил регулярные разборы прошедших битв и анализировал ошибки с интересными решениями. Офицерам подобные разборы очень нравятся. Да и я слушаю всех внимательно, делая свои выводы по персоналиям.

Я так и не понял, чего хотел Ибрагим-паша. У тебя более ста тысяч войск. Понятно, что часть выдвинулась на захват Бухареста, но тем не менее. Все крепости левого берега Дуная пали в течение двух месяцев. Михельсон после взятия Браилова упёрся в Мачин, но должен взять его со дня на день. Тульчу Каменский буквально снёс, даже не заметив солидных укреплений и отчаянного сопротивления. А далее началось паническое бегство неприятеля и местного неправославного населения. Всякая сволочь из задунайских сечевиков и неадекватных некрасовцев тоже драпала, аж пятки сверкали. Глупо было не воспользоваться ситуацией и не послать в рейд по тылам неприятеля нашу лёгкую кавалерию. Вот казачки с ногайцами и разгулялись.

Армия в это время отдыхала, пополняла запасы боеприпасов и продовольствия, непрерывно идущих по морю. Я вообще горжусь тем, что в кои веки наши солдаты и офицеры занимались исключительно тем, чем должны – они воевали. Амуниция, оружие, питание с прочими мелочами доставлялись по плану и в нужном количестве. Повешенные ещё в июне полковник интендантского ведомства Бакланов, с пятерыми сослуживцами и пятнадцатью купцами, мотивировал снабженцев на трудовые подвиги. Дело это вскрылось при моём посещении Одессы. Прихватив с собой отличившихся купцов, интендантов мы арестовали уже в действующей армии. Не знаю как насчёт моего морального облика, но никто из офицеров и генералов даже не заикнулся о милосердии. Сейчас в ведомстве Канкрина наводится порядок и людей десятками отправляют на каторгу. Я же воспользовался ситуацией и по закону военного времени просто вздёрнул уродов, которые поставили в войска гнилую пшеницу и сапатых лошадей. Благо, что солдаты не успели отравиться, а больная скотина была вовремя обнаружена и уничтожена. С тех пор я просто забыл про интендантов, а они творили прямо-таки чудеса, выполняя свой долг.

В конце июля Ибрагим-паша решился дать нам генеральное сражение и начал стягивать войска к Бабадагу. К этому времени обе группировки русских войск объединились и занимались подготовкой. Нашим тридцати пяти тысячам и семи полкам иррегулярной конницы противостояло полноценные сто двадцать тысяч осман. Левое крыло неприятеля во главе с Хюсрев-пашой разбило валашско-молдавский сброд под Бухарестом, но далее не двигалось. Неутешительные вести пришли из Сербии, где шли ожесточённые бои за Белград. Не подоспей вовремя русская подмога и всё могло окончиться разгромом. Но всё там висело на ниточке. Уж слишком велико было превосходство магометан в численности. Есть и осман толковые командиры, которые используют наши промашки.

Зато на другом берегу Чёрного моря дела шли гораздо лучше. Сарычев закупорил османский флот в Мраморное море и сразу ринулся помогать десантной операции Кубанской армии. Анапа и Сухум-кале пали в течении двух недель. Дальнейшему движению помешали действия черкесов, которые в кои веки объединились и потребовали концентрации всех имеющихся русских войск. Цицианов, принявший титул царя Картли-Кахетии тоже не сидел в сторонке. Вместе с корпусом Гудовича, грузины сначала остановили мощную армию во главе с Эрзурумским пашой. Далее они начали добивать мелкие отряды и брать горные крепости. У данной группировки был чёткий план, а основные действия запланированы на следующий год. Хотя по докладам разведки активизировались горцы, движимые алчностью и завистью. Несколько крупных отрядов действовали вместе с нашими войсками и, как всегда, хорошо воевали, параллельно разграбляя всё до чего могли дотянуться.

Сарычев тем временем осадил Поти, но с ходу взять порт не смог. Уж слишком большой был перевес у осаждённых. В любом случае, до вступления в войну Персии, основные действия будут происходить на Дунае. А сообщение между черкесами и османами мы перерезали. Другой вопрос, реально ли нынешними силами противостоять озлобленным горцам, которые потеряли практически все источники доходов.

Не знаю, войдёт ли Бабадагское сражение в один ряд с Кагулом или Рымником, но очень на это надеюсь. Получив в свои руки полное командование, Каменский проявил себя во всей красе. Поползновения в сторону саботажа от Михельсона и Мейндорфа я пресёк очень жёстким образом, отправив последнего в тыл, заниматься снабжением, а первого пожалел исключительно за прошлые заслуги. Меня всегда бесило, когда я читал про подобные дикости со стороны русских генералов. Как можно не прийти на помощь или начать наступление вне плана, дабы нагадить сопернику? Это было свойственно больше концу 19 и началу 20 века, но и сейчас подводных камней хватало. Только я человек простой, могу и генерала повесить за саботаж, о чём прилюдно донёс краснеющему Михельсону. Надеюсь, такая гнусь как нарушение субординации более не будет подниматься в русской армии. В моём присутствии, как минимум.

Основной упор командующий сделал на наше тотальное превосходство в артиллерии. И, конечно, неожиданная высадка десанта в тылу османской армии, расстроила планы Ибрагим-паши. Вместе с выборжцами я находился в оперативном резерве и видел все перемещения наших войск. Фон Миллер долго ругался, но выполнил приказ. Ну уж очень хочется ему повоевать, будто Персии не хватило. Офицеры дивизии полностью поддерживали генерала, они тоже жаждали чинов и славы. Мною же двигало желание сохранить живыми как можно больше русских солдат, чего нынешние современники просто не понимали.

– Не пущу! Мне знаком этот блеск в ваших глазах, поэтому хоть казните, – непреклонным тоном заявил Первушин.

После прискакавшего курьера с приказом дивизии приготовиться к атаке, авантюрная мысль посетила и меня. Уж очень хочется вместе со своими ребятами врубиться в строй ненавистных басурман. Но слова Ивана и напряжённые взгляды охраны, остудили мой пыл. Действительно, слишком много дел завязано на меня. Мне и здесь делать нечего, в тылу работы хватает. В принципе я и собирался ближе к октябрю двигать в Херсон. Но моя поддержка необходима тому же Каменскому, так что не зря съездил на войну. Заодно оценил подготовку русской армии, испытал новинки и сделал себе заметки о ряде недостатков. Давно пора отправлять на пенсию старых развалин и неучей, которым делать нечего в современной армии. Показывать личную храбрость и заваливать врага трупами русских солдат может любой дурак. А вот воевать умно дано не каждому. Каменский это делать умеет, поэтому он и командует армией. Но Николай Михайлович излишне эмоционален и его нужно периодически контролировать. А то организует марш-бросок на Стамбул и положит в походе всех солдат.

В итоге удары выборжцев по правовому флангу осман и высадка в тыл морского десанта решили исход десятичасового сражения. А далее пошло уничтожение бегущего противника. К своей чести, янычары отступали организованно, периодически огрызаясь штыковой контратакой. Но на следующий день самые боеспособные части неприятеля были прижаты к морю и безжалостно уничтожены с помощью артиллерии. Ну нет пока защиты от шрапнели, которая наводит на противника сущую панику. Фанатики несколько раз бросались в отчаянную рукопашную, но быстро выкашивались нашими богами войны. Не знаю, уничтожили ли мы весь янычарский корпус, но точно нанесли ему тяжелейший урон. Виктория!

А вот далее начались трудовые будни. Трофейные команды собирали оружие и прочие ценности, которые не успели умыкнуть казаки с номадами. У тех был настоящий праздник – они захватили лагерь Ибрагим-паши. Разграбить казну и основные припасы им не позволили, но эти мародёры и так вдоволь прибарахлились. Врачи трудились в поте лица, благо полевые госпитали и большое количество персонала позволяло спасать множество людей. Кстати, меня посетила мысль поселить часть солдат, у которых уже подходит к концу срок службы, на левом берегу Дуная. Что-то вроде римских легионеров, получавших землю на фронтире. Надо будет помочь им с деньгами на хозяйство и обеспечить женским полом. Хотя после последних зверств с людьми здесь не очень, большинство предпочло сбежать за Днестр или в Австрию. Но можно мусульманок наловить, многие из них вполне себе славянского или валашского происхождения. Ничего страшного окрестим, никуда не денутся. У тех же казаков жена турчанка или черкешенка скорее правило, нежели исключение.

Сама же ситуация, в которой оказалась русская армия называется позиционный тупик. Идти на юг, преследуя развалившуюся османскую армию, значит, получить удар во фланг от группировки Хюсрев-паши и гарнизонов крепостей, которые тот наверняка мобилизует. А ещё есть боснийская и румельская армии. Путь в массе своей это сброд, но их очень много. Нам же надеяться на подкрепление нет никакого смысла. Можно сделать марш-бросок, но в районе Шумлы нас ждёт новое генеральное сражение. Даже если мы разобьём осман, в чём я не сомневаюсь, то потери будут такие, что в любом случае русской армии придётся отступить на нынешние позиции. А впереди ещё и разные перевалы при полном бездорожье.

Примерно это же озвучил Каменский на совещании, которое проходило в доме бывшего бейлербея Тульчи. Присутствовали всего несколько человек, так как речь шла не о тактической, а стратегической задаче.

– Основной целью кампании этого года, с учётом наших ограниченных резервов, я считаю захват Кюстенджи и Маганлии. Думаю, эти крепости-порты можно взять даже без боя. Османы в панике. На юг бегут не только мирные жители, но и войска. Дезертирство приняло массовый характер. Начнём бомбардировки с моря, пока армия будет в пути. А далее предлагаем комендантам, если они не сбежали, почётную сдачу. Вторая колонна под командованием Ивана Ивановича, – командующий кивнул в сторону Михельсона, – Блокирует Силистрию. Штурмовать её с ходу не нужно, у нас просто недостаточно войск. Это очень важная крепость и гарнизон там сильнее, чем в Измаиле. Также наши действия могут вызвать ответную реакцию Хюсрев-паши. Он понимает, что русский речной флот возьмёт под контроль Дунай и его армия окажется на противоположном берегу без возможности пополнять припасы. У осман остаётся один путь – оставить Бухарест, пересечь реку и закрепиться в Рущуке. А вот далее я не знаю, будем смотреть по обстановке. Атаковать главную твердыню басурман втрое меньшими силами – значит положить армию и ретироваться в Едисан, оставив всё завоёванное.

В принципе мы и так откусили в несколько раз больше, чем можем прожевать. Поэтому присутствующие генералы и адмиралы не спорили. Беседа сразу приняла деловой характер и вояки начали обсуждать детали. Я же прикидывал варианты, которых было немного. Подкреплений из России, кроме степняков и казаков, ждать не стоит. Валахи и молдаване организуют более или менее боеспособные части не ранее сентября. Пока союзнички делят власть и погрязли в склоках. Сербы и два наших полка сидят в осаде. Но оно к лучшему, под Белградом сосредоточилась тридцатитысячная армия неприятеля. Она не может взять город и отступить для басурман проблема, так как велика вероятность получить удар в спину. Черногорцы заняли несколько горных областей, держат в напряжении достаточно крупную группировку и отвлекают внимание румельской армии. От греков на суши толку как от козла молока.

Из позитивного – жду новостей от действий эскадры Ушакова. В Закавказье такая же патовая ситуация, где у нас с грузинами просто нет сил для масштабного наступления. Тупик как он есть. Эх, если бы у одного недалёкого Императора было больше мозгов и меньше комплексов. Нам бы сейчас десять пехотных и четыре конных полка. Не знаю как насчёт Стамбула, но к следующему году Шумлу с Бургасом русские войска бы взяли. А это уже меч, который висит над Адрианополем и далее столицей Порты. Но какой смысл сейчас рассуждать об этом?

С таким невесёлыми думками я добрался до своего временного жилища. Отдал коня на попечение конюха и через сад прошёл в огромный дом, который ранее принадлежал какому-то местному купцу. Жилище стандартное для мусульман – высокий забор, никаких окон наружу, что очень понравилось моей охране. Хозяин со слугами сбежал. На удивление дом особо не пострадал, и я спокойно разместился в нём с телохранителями, секретариатом и егерями.

Обратил внимание на улыбающихся часовых. Ну хоть у кого-то хорошее настроение. Меня же накрыла волна какого-то сплина. В этом мире я уже девять лет и вроде есть поводы для гордости. По крайней мере, история точно пошла другим путём и уже не вернётся в прежнее русло. Но задним числом понимаешь, что наделал множество ошибок, хватался за мелкие дела и проекты, которые можно было отложить или поручить помощникам. Ещё меня периодически посещали мысли о необходимости нахождения на троне Александра. Правда, я усиленно гнал подобные думы, но они постоянно возвращались. Может, изначально это имело смысл, но сейчас без шансов. Свергнуть брата я смогу – убить вряд ли. Но отправить в уютный каземат Петропавловской крепости без проблем. А что дальше? Смещение старшей ветви нашей династии? Значит, в компанию к Александру придётся отправить Лизу с детьми. И когда мне ждать первый заговор? Думаю, через месяц, если не раньше. А вдруг взбунтуется какой-нибудь полк или целый округ? Это Гражданская война, что на фоне текущей политической ситуации чревато развалом России или потерей немалых территорий. Ведь несколько полков регулярной армии не пугачёвский сброд. Обязательно поднимут голову поляки, фрондирующие дворяне и прочая сволочь. Да и убьют меня, если не сразу, так через год-два. Смерти я не боюсь, не в первый раз. Но мои необдуманные действия могут привести к необратимым последствиям. Так что остаётся жить днём сегодняшним и хандрить. Но долго заниматься самобичеванием мне не пришлось.

Гостью звали Матильда фон Штюрмер. История её появления в Тульче была похожа на какой-то бульварный приключенческий роман. Приплыть из Стамбула через кишащее контрабандистами и прочими мутными персонажами Чёрное море – это сущая авантюра. И вообще, сама жизнь незаконнорождённой дочери австрийского посла в Порте более походила на это самое сомнительное произведение.

Молодой секретарь посольства влюбился в сербскую пленницу, а может, заложницу. Всё как положено в женских любовных романах. Далее у счастливой пары рождается сын и через два года дочь, которую назвали Матильда. Только мама называла свою любимицу Милица. Через некоторое время у секретаря появилась возможность продвинуться по карьерной лестнице, но для этого пришлось жениться на дочери тогдашнего посла фон Теста. На жизни его сербской семьи это отразилось не сразу. Но после неожиданной смерти матери многое изменилось. Благо отец от детей не отказался и переправил их к своей бездетной сестре в Австрию. Более того, оба ребёнка получили фамилию фон Штюрмер, правда, считались детьми умершего брата собственного отца. Вот такая мексиканская или австро-турецкая драма с сербским акцентом.

Брат Милицы в юном возврате вступил в ряды императорской армии, так как с детства бредил войной. Сама героиня нашей повести росла в поместье тётушки, которая кудахтала над ней как наседка. А ещё юная девица увлекалась разного рода модными философами и прогрессивными течениями. И, естественно, не обошли её стороной статьи одного беспокойного русского принца. В общем, в далёком Тироле появилась ещё одна моя фанатка. Как показывает практика, мои идеи весьма популярны в Европе и количество их сторонников растёт с каждым годом. Образование общества «Олимпия» и прогрессивные законы в России сделали Милицу самой настоящей суфражисткой, со скидкой на время. Война застала девушку в гостях у отца, и она решилась на сумасбродный поступок.

Баронесса буквально взяла штурмом моё жилище, то-то охрана посмеивалась. Несмотря на общую авантюрность затеи, её сопровождал немалый отряд телохранителей и пара служанок. Значит, в голове девушки не только ветер, но и присутствует немного ума. А может всё дело в хмуром чернявом мужичке, которого она представила как своего управляющего и родственника со стороны матери. Тот производил впечатление бывалого и адекватного человека. Сама Милица совершенно не походила на сербку. Русые волосы, зелёные глаза, тонкие черты лица, без балканской резкости. В общем, обычный нордический типаж, без намёка на юг. Мама наградила её живостью характера и забавной непосредственностью.

Мы мило общались в саду, где я попросил накрыть стол, как появился первый гость. Фон Лоде вроде приехал по делам, но чего-то то и дело посматривал на мою гостью. После того как мы разобрались с грузами, которые пришли лично для меня, главный интендант выборжцев удалился. Он чего-то пытался мне сказать, может, напрашивался на ужин, но его общество точно меня не привлекало. Я прекрасно понимаю, что в городе появилась молодая и яркая девица, а ты тут месишь грязь, дышишь пылью с потом уже месяцев пять. Хочется пообщаться и почувствовать себя цивилизованным человеком. Но я здесь при чём? Затем прибежал чуть ли незапыхавшийся майор Нейтгард, который сейчас занимал должность помощника начштаба армии. Этот Донжуан перестарок тоже пожирал взглядом баронессу. Причина появления немца была ещё более смешной, будто в дивизии пропали адъютанты, с кем можно передать совсем неважные бумаги. Чего-то мне начала надоедать эта излишняя назойливость. У меня были планы отдохнуть, собраться с мыслями, посидеть над своими бумагами, выпить наконец-то. Давно не было новостей от Волкова, который сейчас занимался одним из важнейших заданий, которые я перед ним ставил. Нервничаю я. А здесь эти павлины. Будто баб совсем нет.

Кстати, у меня вообще женщины не было более года. Хотя я абсолютно не собирался воспринимать Милицу, как сексуального партнёра. Под меня здесь уже пытались подсунуть местных «красавиц», но безуспешно. Народ знал о моём отношении к насилиям над мирным населением, тем более женским и вёл себя более или менее адекватно. Это касалось только христиан и надо было делать скидку на войну. Голодные, испуганные и ищущие защиты женщины сами вполне себе добровольно заводили отношения с военными. Ведь это возможность поесть, заработать денег, а ещё элементарная безопасность для семей беженцев. Нескольких насильников из казаков и двух солдат я приказал повестить, особо не рефлексируя. Народ побурчал, но начал вести себя более деликатно. Когда за пару краюх хлеба и полмешка крупы перед тобой с радостью задерут юбку, то какой смысл брать женщину силой? Не я это придумал. Война такая вещь, что быстро стираются общепринятые нормы морали и этики.

– Боюсь, что скоро в расположении нашей дивизии начнутся брожение, – отвечаю на немой вопрос Милицы, – Господа, наверное, соскучились по обществу прекрасных дам. А так как до ближайшего приемлемого общества вёрст триста, то паломничество будет продолжаться.

– Вы про этих забавных офицеров? – улыбка у девушки просто загляденье, – Первый встретился мне по дороге из порта. Он, наверное, какой-то квартирмейстер и сопровождал несколько больших повозок. А второй был весьма любезен и проводил нас до этого дома. Но хочу их разочаровать, я здесь точно не ради этих, без сомнения, достойных господ. Меня интересуете исключительно вы.

Вот что ты будешь делать? Меня реально преследуют фанатки и поклонницы. Мои дворцы в столице и Новгороде завалены письмами восторженных дамочек со всей Европы. Я сейчас что-то вроде популярного поп-символа, если сравнивать с XXI веком. Здесь пытаешься быть примерным семьянином, думать исключительно о делах государственных и судьбе русского народа. Но женщины разных возрастов готовы буквально пачками прыгать к тебе в койку. Мне всё-таки не десять лет, и я понимаю, на что намекает моя гостья. Или я слишком переоцениваю свою популярность и причина нашей встречи сугубо деловая.

За ужином, не обращая внимания на этикет, мы обсуждали темы, которые волнуют баронессу. Она действительно увлечена борьбой за предоставление женщинам равных прав. С учётом того, что в Австрии с этим большущие проблемы, количество сторонниц равноправия растёт как грибы после дождя. Разошлись мы волне целомудренно. В сопровождении своей служанки, гостья последовала в женские покои, всё-таки это мусульманское жилище. Я же решил заняться делами. Ещё час читал корреспонденцию и всячески себя занимал, дабы опять не предаваться меланхолии. После вечернего туалета зашёл в спальню и сразу схватился за стилет, с которым не расставался даже в кровати. Такое ощущение, что в комнате кто-то есть. При этом оба охранника, на входе даже не пошевелились, продолжая бодрствовать при ярком свете керосинки.

– Вы всегда так осторожны? Даже в собственную спальню не заходите без охраны? – произнёс насмешливый голосок.

Только сейчас я рассмотрел, что под балдахином кто-то шевельнулся. Моё внимание было приковано к открытому окну, забранному мелкой сеткой от насекомых. Но оказалось это не нападение, хотя с какой стороны посмотреть. Милица обложила меня по всем правилам осады.

Откидываю прозрачную ткань, снимаю халат и ложусь на кровать. Провожу рукой по трепещущему девичьему телу и понимаю, что не удержусь. Нахожу неожиданно сухие губы девушки и долго её целую. При этом моя рука не отрывается от её небольшой, но упругой груди с острыми сосками.

– Я хотела объяснить, – нервно прошептала баронесса.

– Всё потом.

И вообще, о чём говорить? В этот момент я даже не думал том, что совершаю очередной опрометчивый шаг. Отрываюсь от мягких губ немого напрягшейся девушки и начинаю медленно путешествовать по её горячему телу. Милица хотела чего-то сказать, но затем сама впилась в мои губы. Целовалась она страстно, но совершенно неумело. Переворачиваю её на спину и нежно целую шею, плечи, груди. Медленно раздвигаю её ноги и начинаю поглаживать лобок, покрытый шелковистыми волосами. Баронесса судорожно вздохнула, когда я провёл пальцем по мокрому лону. Сдерживаться больше нет сил и я вхожу в неё, сметая тонкую преграду под вскрик девушки. Опять целую мягкие уста и начинаю постепенно двигаться. Не знаю, насколько ей приятно, может, и больно, но остановиться выше моих сил. Буквально через минуту меня буквально прорвало, и я сам издаю звук более похожий на рычание. Но через некоторое время успокаиваюсь и просто ложусь набок, прижимая к себе девушку. Уснул я моментально. Сквозь сон слышу, как гостья вышла, но через некоторое время вернулась. Опять обнимаю молодое и приятно пахнущее тело, окончательно отключившись.

Просыпаюсь от какого-то несоответствия. Постепенно понимаю, что дело в девичьей головке, примостившейся на моём плече. Я уже и забыл, когда последний раз беззаботно нежился в кровати, тем более с женщиной. Аккуратно переворачиваюсь набок и рассматриваю свою любовницу. Стягиваю простынь и с удовольствием констатирую, что Милица просто прекрасна. Гибкое и стройное тело, крепкие груди, длинные ноги, аппетитная попка и вообще она красавица. Зелёные глазищи сначала смотрят на меня с недоумением, потом девушка резко покраснела и начала кутаться в простыни. Останавливаю её судорожные попытки прикрыть такое великолепие. Кладу палец ей на губы, не давай возразить.

– Нельзя стыдиться такой красоты, – произношу с улыбкой, – Ею надо только гордиться.

Провожу рукой по вмиг затвердившим соскам. Милица дёрнулась было в попытке остановить мои поползновения, но потом просто крепко обняла. Нет, утреннего эротического сеанса не будет, хотя мне этого очень хочется. Уж очень много дел, я и так опаздываю. Продолжим вечером, а сейчас дела. Зато настроение стремительно улучшилось, и я готов просто летать от переполнявших меня сил. Женщины, что же вы делаете с мужчинами? Не думаю, что причина моей меланхолии было в отсутствии секса. Всё-таки для меня нынешнего важно хоть что-то испытывать к партнёрше. А красавица-баронесса задела в моей душе какие-то струны и просто вдохнула в меня жизнь.

– До полудня у меня дела, – целую девушку в аккуратный носик, – Далее я в полном вашем распоряжении. Предлагаю устроить пикник на живописном берегу Дуная. Или я готов исполнить любой каприз своей прекрасной гостьи.

Глава 4

Сентябрь – ноябрь 1805 года. Добруджа, Силистрия Оттоманская Порта.

Михельсон погиб глупо. Пожилой человек банально упал с лошади и разбился. Не помню, как он умер в моей реальности, да это и неважно. Вопрос о командующем западной группы нашей армии для меня не стоял. Хотя Каменский и его штаб настаивали на Мейендорфе, чего я абсолютно не понимал. Неплохой комполка и кавалерист, но причём здесь командование корпусам, состоящем из семи полков? Ведь не так сложно завести личное дело на высший генералитет и офицерство, что я давно предложил Генштабу. Вроде какие-то попытки предпринимались, ведь армию ждала глобальная переаттестация. Скорее всего, отложим эту реформу на послевоенный период, но работа уже ведётся. По итогам нынешних боевых действий и предстоящих баталий в Европе, тоже сделаем выводы. А они напрашиваются и далеко не в пользу весомой части офицерства. И это несмотря на то, что Каменский целенаправленно готовил армию в течение двух лет. Хорошо, что он перестал оглядываться на старших товарищей и при моей поддержке начал проявлять свои полководческие таланты.

Николай Михайлович даже вступил со мной в спор по поводу кандидата на место Михельсона и второго лица в армии. Я продавил своё решение и им стал Барклай-де-Толли. Питерские интриганы выдавили толкового генерала, и отправили его контролировать создание резервной армии в Подолии. Михаил Богданович оказался грамотным и инициативным профессионалом. Он быстро навёл порядок в нашем тылу после ухода основных сил на юг. По крайней мере, моя разведка докалывала об огромном количестве жалоб, отправленных в Питер интендантами, возмущёнными самоуправством нового командующего. Это кляузники делали зря. Тайная экспедиция как раз и взяла за правило рассматривать подобные сигналы, но против самих жалобщиков. Что крайне облегчало поимку очередных казнокрадов и саботажников.

На моё письмо Барклай отреагировал моментально и уже через две недели был в Тульче. Далее он отправился под Рущук, где и должна была решиться судьба кампании этого года. В данный момент времени Силистрия с Журжей уже пали, а объединённая валашско-молдавская армия заняла Бухарест. Впрочем, оно не удивительно – очень удобно геройствовать за спиной русских полков. Но боги с ними, хоть наведут порядок в тылу и очистят страну от огромного количества разбойников, грабящих население под видом гайдуков с прочими борцами за свободу. Ранее приходилось выделять часть кавалерии для поимки этой сволочи.

Тем временем с юга пришли две важнейшие новости, которые вскоре кардинально изменят ситуацию на линии соприкосновения. Ушаков разгромил османский флот при Афоне, в чём я ни грамма не сомневался. Но Фёдор Фёдорович пошёл дальше и при помощи десанта с греческими повстанцами захватили крепость Чанаккале, тем самым полностью закупорив Дарданеллы. А это уже был шах османскому королю, грозящий матом. Одно дело лишиться военного флота и совсем другое прекращение поставок продовольствия в столицу. А ещё есть огромная действующая армия, которую нужно кормить. Действия турецких фуражиров, если так можно назвать этих разбойников, уже спровоцировали массовые восстания и бегство христиан в Россию с Австрией. Впрочем, своих единоверцев османские интенданты грабили с неменьшей остервенением. Особенно доставалось ренегатам из боснийцев, горанцев, помаков, торбешей и прочей сволочи.

Но ещё более удивительные события происходили в Стамбуле. Мустафа IV не продержался у власти даже полгода и был свергнут в результате мятежа. Новый султан Махмуд II[9] казнил как предшественника, так и огромное количество коррумпированных чиновников, не жалея руководство янычар с бекташами[10]. Он опирался на войска нового строя и некоторых деятельных вельмож вроде бывшего рущукского землевладельца Мустафа-паши Байрактара, который был назначен великим визирем.

Ещё один неординарный товарищ Кер Юсуф Зияуддин-паша заменил Ибрагим-пашу и сейчас усиленно укреплял подходы к Бургасу и Шумле. Заодно он жестокими методами начал наводить порядок в огромной, но деморализованной османской армии. Хюсрев-паша, возглавивший оборону Рущука и получивший значительные подкрепления, поклялся на Коране, что крепость не сдаст. В принципе дело житейское, мы на капитуляцию и не рассчитывали, уничтожим басурман в ходе штурма.

Не знаю, насколько будет действенна нынешняя тактика русской армии против французов, но османы, как и ранее персы, не смогли ей ничего противопоставить. Молниеносные удары, чёткая связь между полками, тотальное доминирование артиллерии и выучки солдат, сделали своё дело. Ещё надо учитывать единоначалие и строгое выполнение приказов командующего, что контролировал ваш покорный слуга. Поэтому у врагов не было шансов. Плюс практически идеальная работа интендантства и взаимодействие с флотом. Были и разного рода ошибки с недостатками, но Каменский с Генштабом провели просто колоссальную работу. Другой вопрос будет ли эффективна подобная тактика в войне с Наполеоном? Там и неуёмная жажда Александра прославить своё имя. А также все честолюбивые генералы навроде Кутузова, Багратиона, Буксгевдена и ещё союзники из австрийцев с пруссаками, которые вызывали у меня здоровый скептицизм. Нужен один командующий и грамотный штаб. Задача монарха просто обеспечить полную поддержку своему ставленнику. Пусть армией руководит Кутузов или Багратион, главное – это единоначалие. Сможет ли мой братец добиться подобного и не лезть в чужую епархию? Думаю, что нет. А ведь ещё есть австрийский и прусский монархи. В общем, остаётся только молиться, чтобы наши военачальники положили как можно меньше русских солдат за чужие интересы.

– Прошу вас разрешить мне отбыть в расположение сербской армии для сопровождения обоза. Также я подал рапорт о переводе меня в русский корпус генерала Исаева.

– Но я не занимаюсь утверждением переводов. Это дела командующего куда я не лезу, – отвечаю на странное заявление фон Лоде.

Полковник перехватил меня в расположении штаба армии, где я обсуждал вопросы переправки беженцев за Дунай. Вокруг Тульчи образовался целый палаточный городок, куда стекались сотни, а затем тысячи христиан, спасающихся от мести, османов и их шавок. Часть мужчин, желающих сражаться, мы сразу ставили на довольствие и отправляли в тренировочный лагерь. Их семьям также был положен паёк и возможность переселиться на русские земли. Но достаточно большая часть местных славян и валахов воевать особо не стремилась. В итоге городок разросся и стал просто опасен в плане возникновения эпидемий. Вот мы и мобилизовали все свободные посудины, закрепили за партиями беженцев специальных комиссаров, которые должны помочь им с устройством на новом месте. Я написал своему управляющему в Херсоне, чтобы на местах выделили людей и деньги, для строительства домов. Заодно предоставим переселенцам инструменты, семена, скот и пусть развивают сельское хозяйство. После всех перенесённых ужасов, надеюсь, что они зубами вцепятся в новые перспективы.

Дело – это муторное и заняло у меня более недели. Ещё нас донимала бесконечная толпа просителей, которая сначала пробовала давить на жалость и устроила столпотворение у моей резиденции. Кто-то рассказал, что здесь остановился брат русского царя и началось. Пришлось даже разгонять самых непонятных. На что сильно обиделась Милица и даже целый день со мной не разговаривала. Ночью мы решили все разногласия, к взаимному удовольствию, но пришлось заняться проблемой капитально. В итоге ситуация медленно начала сдвигаться с мёртвой точки. Людей переписали, отсортировали, разбили на группы и начали грузить на корабли.

Уставал я капитально, в первую очередь морально. Ни о каком отдыхе или развлечениях речи не шло. Ещё и ночи проходили весьма бурно. Молодая баронесса распробовала плотские удовольствия и надо сказать, что ей они очень понравились. Она действительно запала в мне душу. Эта австро-сербка с северной кровью и южным взрывным темпераментом. Но примерно через три недели гостья начала собираться в Австрию. В принципе наш роман должен был когда-нибудь закончиться, может оно и к лучшем.

И здесь вдруг визит главного интенданта выборжцев. Сначала фон Лоде мялся как девица, но наконец решился и попросил аудиенцию. Сегодня он был бледен, мешки под глазами и даже щегольские усы, казалось, обвисли, будто устали вместе с хозяином.

– У вас, что-то ещё, Карл Романович? Я действительно жутко занят и сейчас еду на пристань. К сожалению, некоторые вопросы нужно решать лично или хотя бы проследить для начала.

– Прошу вас оставить Матильду Игнатову в покое и разрешить ей уехать домой, – срывающимся голосом произнёс этот тридцатичетырёхлетний Ромео.

В принципе я знал, что он добивается внимания баронессы, и в моё отсутствие даже выезжал с ней на прогулки. Это их личное дело, чему я даже в мыслях не собирался противиться. Но преподносить ситуацию таким образом, будто подлец-принц пленил прекрасную девицу и держит её в неволе – просто глупость.

– Я никоим образом не удерживаю баронессу, господин подполковник. И не забывайте, с кем вы разговаривайте. А сейчас прошу не мешать, у меня много дел.

Во временном порту, в который мы превратили участок недалеко от Тульчи, творилось самое настоящее безумие. Беженцы быстро забыли обо всех договорённостях, к какой группе их прикрепили и прочие менее значительные вещи. Дружной толпой эта галдящая орда, увешанная тюками и, несущая за собой плачущих детей, попыталась проникнуть на корабли. Просто животные, а не люди. Хотя, что я знаю о жизни этих бедолаг? Но ведь из-за каких-то паникёров, вся многодневная работа насмарку. Ещё и этот перезрелый воздыхатель испортил настроение. С трудом сдерживая выплёскивающееся раздражение, послал егеря из сопровождения, привести коменданта порта.

Тем временем беженцы, как стадо грязных шакалов, начали окружить мой кортеж, чего-то причитая по-болгарски или сербски, протягивая грязных и визжащих детей. Ладно бы если они прибыли сегодня и не могли попасть на последние уходящие корабли. Так ведь нет – многие прожили в лагере несколько недель, получили врачебную помощь и продовольствие. Порядок отправки в Россию был строго согласован с выбранными старостами. Наверное, подумали, что можно полностью сесть русским на шею, ведь типа они же свои, православные.

– Богдан, – спокойно говорю подобравшемуся командиру егерей, – Найдите мне быстро старост этого сброда. Они, скорее всего, вон там в тенёчке – курят и бездельничают. И особо не церемоньтесь, если немного помнёте эту сволочь, то я только порадуюсь.

Вмиг, не разбирая кто перед ними, несколько всадников устремились сквозь толпу. Перепуганные попрошайки начали в ужасе разбегаться. Через пару минут перед мои очи приволокли пару десятков мужичков разного возраста. Объединяла их только повышенная волосатость и страх в глазах, постепенно переходящий в ужас. Просто некоторых из этих бездельников приволокли на арканах, изрядно ободрав о землю, кого-то отстегали ногайками или просто набили морды.

– Переводи, – приказываю одному из мужиков со свежей ссадиной на носатом лице, – Даю вам полчаса для наведения порядка. Здесь должны остаться только те люди, которые есть в списках на отправку. Если через указанный срок вы не справитесь, то будут выбраны новые старосты. А вас всех немедля посажу на кол. Выполнять!

Чего-то я совсем озверел. Моё раздражение не повод угрожать людям, пусть и балбесам, что их казнят за сущую нелепость. Хотя бесят меня эти бездельники, которые за пару недель мирной жизни совсем расслабились. И ещё они не рвались защищать и отвоёвывать свою Родину от османов. Решили, что им хорошо, где жопа в тепле. Вот я им и объяснил, что может пострадать их любимое место. Забегали сразу как заведённые. Пинками, пощёчинами и криками, старосты быстро начали приводить в сознание неадекватную толпу.

Часа через четыре, когда все проблемы были решены, а беженцам объяснили, что ещё одна такая акция и они никуда не едут, я засобирался домой. Тут меня и перехватил фон Миллер. Генерал был хмур и сосредоточен. Примерная причина разговора мне была понятна, но хотелось выслушать своего соратника и старшего товарища.

– Я старый солдат и говорить буду прямо, – мой собеседник начал без раскачки, как только мы уселись под один из навесов, – Из-за вашей любвеобильности, дивизия потеряла грамотного офицера. Все мы были молодыми, но амуры должны быть отделены от службы.

– Карл Карлович, хорошо, что эти нелепые упрёки прозвучали от вас. Другому человеку я бы подобного не простил. Скажите, как мои отношения с одной особой могли повлиять на дела дивизии? Она невеста или жена фон Лоде? Может, девица дала ему какие-то клятвы, а я воспользовался ситуацией и выкрал её насильно? Не скрою, с моей стороны вступить в эту связь было откровенной глупостью. И в будущем за это меня ждёт расплата. Но какое отношение к этому имеет этот престарелый Ромео?

Немец человек простой, и заржал как конь над моей незамысловатой шуткой. Сняв кепи, он протёр лысину громадным платком и уже более благосклонно посмотрел на меня.

– Со стороны события выглядят именно так. Что вы воспользовались своим положением и лишили подполковника счастья. Прошу меня простить, я поспешил с выводами, и увидев рапорт Романа, сразу кинулся к вам. Не хочется терять такого грамотного интенданта. Хотя сейчас понимаю, что его обуревают чувства и далее служить в вашей дивизии он откажется.

– Капитан Букинский молод, но давно является фактическим заместителем подполковника. Думаю, не надо городить огород, а просто назначить его на хозяйство. Русские же офицеры служат не лично мне, а нашей державе. Если взрослый и бывалый мужчина ведёт себя словно салонная истеричка, то может оно и к лучшему. Давайте забудем эту историю и лучше обсудим действия выборжцев в зимнее время.

Надо учитывать, что выборжцы были в авангарде войск, штурмовавших Кюстенджи и Мангалию. Потери тоже были существенные, хотя превалировало количество раненных и заболевших. Сейчас короткий передых, а далее дивизия должна занять позиции у Силистрии и стать заслоном против Шумлинской армии осман. Я собираюсь отправиться вместе со своими парнями, один чёрт решать какие-то дела отсюда проблематично.

Уже после обсуждения текущего положения дел и дальнейших задач, фон Миллер немного замялся, но выдал мне очередную порцию критики.

– Вы излишне озлобились, Ваше Высочество. Нельзя путать войсковую и карательную операции. Не в традициях нашей армии сдирать кожу и сажать на кол вражеских офицеров. Да, я видел последствия резни и прочих дикостей, устроенных басурманами, – фон Миллер поднял руку, не дав мне возразить, – Но мы русские, и никогда не позволяли себе чинить подобного. В результате часть осман с их шакалами начали бояться до ужаса падания в плен. Многие разбегаются и моральный дух магометанского войска сильно упал. Но весомая часть сражается с остервенением смертников. А ещё они с большей жестокостью начали преследовать мирное население. Думаю, вы добивались как раз обратного.

Генерал молча поднялся и ушёл, а я некоторое время сидел в теньке, переваривая его слова. А ведь он прав. Один самонадеянный попаданец совсем слетел с катушек и перестал ценить человеческую жизнь. Чаяния и страдания других людей вообще стали для меня пустым звуком. Главное – это цель, а каким путём она будет достигнута, отошло на второй план. Ещё и моё потребительское отношение к окружающим. Давно ловлю себя на мысли, что я перестал думать о чувствах близких мне людей. Надо хоть письмо жене и детям написать. Ага, как только покувыркаюсь с молоденькой любовницей, сразу сяду за письменный стол.

Чтобы не впасть в очередной период самокопания, решил прочитать корреспонденцию от моей новой канцелярии в Херсоне. Думаю, к Новому году аппарат наместника начнёт работать полноценно, и будет внимательно следить за исполнением нескольких моих указов. Дугин и сын Шульца Франц, какое-то время справятся без меня, оказывая полное содействие моему заместителю Беклешову[11]. Младший брат генерал-прокурора давно работал в Новороссии и был похож на старшего не только внешне. Такой же принципиальный и честный человек, что для этого времени было редкостью. Уж очень сильно Екатерина избаловала чиновничью братию. После своего приезда в регион я сразу произвёл несколько кадровых изменений. Остальные перестановки поручил заму и быстро смысля на войну. Судя по отчётам, Сергей Андреевич с неотвратимостью асфальтового катка и абсолютным бесстрашием, начал перемалывать поражённый коррупцией аппарат Дюка. С учётом немалой силовой поддержки, которую я обеспечил генералу, у него всё получится. Если не убьют, конечно. А дела француза надо будет тоже проверить. Я не ханжа и прекрасно понимаю, что кристально честных людей меньшинство. Если его заслуги превышают гипотетические махинации, то пусть живёт и работает дальше.

Но мой рабочий день ещё не закончился. Неприметный человечек появился из ниоткуда и передал записку Ильину. В этот момент мы общались с фон Миллером, и я с трудом удержался, чтобы не рвануть за новостями. Если честно, то последнее время я был натурально на иголках. Спасали многочисленные дела и ночные забавы с Милицей. Иначе можно было сойти с ума. Уж очень важную, если не ключевую, операцию мы начали готовить с Волковым и нашей европейской агентурой.

– Рад вас приветствовать Сергей Иванович, – расплываюсь в улыбке при виде своего начальника разведки, – А ваш наряд просто чудесен!

Волков вырядился в одежду слуги и выглядел весьма забавно. В качестве его хозяина выступал один из боевиков, по совместительству охранник, изображающий купца средней руки. Боюсь, что если какие-нибудь разбойники захотят напасть на небольшой караван этих псевдоторговцев, то их ждёт большой сюрприз. Причём смертельный.

– У меня мало времени. Караван в Бухарест отходит завтра утром, нам надо ещё обсудить некоторые моменты. Далее, через Трансильванию доберёмся до Нови-Сада и там уже будет полегче. В Европе сейчас спокойно и даже есть видимость мирной жизни.

– Груз доставлен до места назначения? – перебиваю Иваныча, сгорая от нетерпения.

– Всё в порядке. В начале года были проведены последние испытания с новым видом взрывателя. Два корабля в обеими видами подарков, включая необходимых специалистов, которые помогут местным уже в Голландии. Голицын сообщил, что все переговоры проведены успешно и наши друзья-бюргеры обещали полною поддержку. Пока ему помогает Ерохин, который занимается европейским направлением. Через месяц я буду на месте и лично удостоверюсь, что все договорённости соблюдаются.

– Замечательно! Значит, можно сказать, что операция «Голланидя-2» вступила в заключительную стадию?

Волков молча кивнул. Далее он достал бумажку и, заглядывая в неё, выдал новый спич.

– Есть ещё дополнение к первоначальному плану. В первой партии мы отправили изделия старого образца. Они предназначены для проведения испытаний и ознакомления наших друзей с новым оружием. Но Ловиц наконец-то завершил испытания с новым веществом более мощным, нежели порох. Товий Егорович назвал сие алхимическое зелье порошок Глаубера[12], по имени изобретателя. Состав производится на основе соли пикриновой кислоты. Более года наш изобретатель искал баланс, так как продукт получился нестабильным и подверженным самопроизвольной детонации. В процессе испытаний погибло два ученика нашего ученного, и он сам был неоднократно ранен. Но говорить о производстве больших объёмов нового продукта пока рано.

Забавно было смотреть, как Иваныч читает шпаргалку. А Ловиц реально крут! Насколько я понял, он изобрёл взрывчатое вещество похожее на японскую шимозу, не помню, как она называлась в Европе. Денег в проект было вбухано немерено, но результат достигнут. Вряд ли российская промышленность способна выдать большое количество вещества, в ближайшие годы уж точно. Но для точечных акций и прочих спецопераций вполне достаточно мощностей КБ. Да и не стоит пока афишировать подобные успехи. С учётом того, что Ловиц ещё работает над динамитом, то его вообще пора закрыть в аналоге сталинской шарашки. Это я шучу, но огородить лаборатории или лучше вообще перевезти их в закрытый город, увеличив охрану, давно пора. Но это всё потом.

– Кто принял дела в столице, что там творится и как себя ведёт, интересная нам семейная пара? – уточняю ещё один важный вопрос.

– На хозяйстве я оставил Колыванова, вы его неплохо знаете. Если брать обстановку вообще, то в Питере спокойно. Не обижайтесь, но ваш отъезд пошёл на пользу и страсти резко поутихли. Если не брать в расчёт разного рода пустобрёхов, то оппозиция полностью уничтожена или затаилась. Министерства работают по утверждённому плану и пока нет причин подозревать Императора с супругой в нарушении договорённостей. Со стороны вашего брата были попытки убрать некоторых людей. В первую очередь это касалось генерального прокурора и главного ревизора Мясоедова. Но Елизавета Алексеевна встала на защиту ваших креатур и убедила мужа в ошибочности такого решения.

– Да? С чего бы вдруг такая поддержка?

– Думаю всё дело в обыкновенном расчёте. Оба чиновника стали костью в горле для вельмож и придворных. Сейчас ведётся следствие против многих влиятельных людей и понятно, что дела хотят замять. Но наши герои мзду не берут, отчего их решили просто отправить в отставку. Её Величество в последнее время проявляет большую тягу к государственным делам. Но самое главное – она ярый сторонник укрепления власти монарха и противник дворянских вольностей со всякими тайными обществами. Это не очень заметно, так как Императрица ведёт себя весьма осторожно. Я бы сказал, что она оказывает большое влияние на мужа и не даёт ему разрушить систему, которую вы начали выстраивать после подавления мятежа.

В принципе это давно не новость. Начав с Фонда и поучаствовав тягу к делам государственным, Лиза постепенно начала вникать в вопросы управления и функционирования чиновничьего аппарата. В отличии от брата, его супруга не страдала разного рода либеральной чушью. Жёсткий прагматик вот что ныне представляет из себя некогда восторженная и робкая немецкая принцесса. Она и сейчас вела себя достаточно скромно, не выпячивая своё влияние, но знающие люди понимали, кто больше всего воздействует на решения Александра. Я же не просто так зову их тандемом. И не факт, что мой братец, ведущий в этом странном союзе.

После разговора с фон Лоде ехать домой не хотелось. Вот умудрился же он мне испортить настроение и разбередить давно уснувшую совесть. Может я действительно своей похотью помешал соединиться двум любящим сердцам? Взял и испортил девушке жизнь. Только я об этом начал думать постфактум.

Ужин прошёл немного в скованной атмосфере. Обычно мы беседовали на разные темы, большей частью затрагивая назревшие в обществе перемены. Милица также была большой сторонницей технического прогресса и открыв рот слушала мои разглагольствования про нынешние и будущие успехи русской научной мысли. Проект железной дороги, которая начнёт строиться уже через пару лет завладел всеми её мыслями похлеще идей феминизма. У очень увлекающаяся и непосредственная особа. Везёт мне на подобных женщин. На одной из них я даже женат, вот только постоянно ищу общества других.

Девушка отправилась заниматься своими вещами, так как собиралась уезжать в ближайшие дни. Я же сегодня так вымотался, что сразу завалился в койку и моментально уснул. Проснулся я от прикосновения горячего тела и ощущения маленькой ладошки, путешествующей по моей груди.

– Мужчины такие забавные, – произнесла баронесса и впилась в мои губы, – Но некоторые излишне возомнившие о себе персоны, вызывают исключительно смех. Неужели ты мог подумать, что я не хотела нашей связи? Это было моим главным желанием последних пяти лет. Я добилась своего и ни о чём не жалею! Наоборот, это больше похоже на сказку! А всякие влюблённые дурачки пусть и дальше думают, что я жертва.

Смех у неё был такой же красивый, как и тело. Только я совсем престал чего-то понимать.

– Но как же подполковник? Ты вроде благосклонно принимала его ухаживания.

– Я ничуть не обольщаюсь насчёт дальнейшего развития наших отношений. Это было чудесно, но жизнь продолжается. Константин навсегда останетесь в моём сердце, и не только, – загадочно произнесла Милица и рассмеялась, – Но надо подумать и о будущем. Вы человек, находящийся на недостижимой для простых смертных высоте. Нам же, остаётся взирать на ваши свершения и восхищаться. Подполковник же неплохая кандидатура в качестве мужа. И вообще, я давно мечтала побывать в России. Теперь это может получиться, и я перееду в эту удивительную страну. А ещё у меня появится возможность, хоть иногда видеть своего кумира.

Не знаю, это вариант насмешки или баронесса действительно так думает. Ещё меня начал мучить вопрос, кто кого использовал. Я тут корю себя, что соблазнил невинное создание, а по факту ситуация двоякая. Не ожидал я от милой провинциальной девушки такого здорового цинизма. А вот фон Лоде в будущем ждёт усиленный рост роговых отростков, если он решит соединить свою судьбу с этой проказницей. Если что, то я ему с удовольствием помогу, уж очень меня задели эти нелепые намёки. Чёрт, опять из меня пролезло какое дерьмо. Только недавно задумался, что начал воспринимать людей как вещи и вот опять. Дался мне этот глупый подпол. Ну хочет он получить такое счастье – это его личное дело.

Тем временем Милица, которая давно перестала стыдиться наших постельных игр и даже получала удовольствие, ощущая, что меня заводит её тело, начала действовать. Она оседлала меня как наездница и приблизила своё лицо к моему. Мягкие губы прошлись по моему уху, а острые соски буквально вонзились в мою грудь.

– У нас осталось так мало времени, – её слегка хрипловатый голос возбуждал похлеще прекрасных форм, – Мой принц, неужели вы отпустите прекрасную девицу, не попрощавшись с ней перед долгой разлукой? И вы обещали познакомить эту несчастную провинциалку с новыми чувственными наслаждениями. Или мы отложим урок на завтра? Судя по отсутствию реакции, вы устали и уже ни на что не способны.

Вот теперь надо мной издеваются по-настоящему. Под хохот чаровницы переворачиваю её на спину и начинаю мстить со всем старанием. Угомонились мы, когда на улице уже начала светать. Странно, моя совесть и терзания напрочь пропадают ночью, особенно в объятиях одной страстной особы.

Интерлюдия 1

А ведь он сильно сдал, даже за последние несколько месяцев, промелькнуло в голове хозяина кабинета. Хотя князь был, как всегда, подтянут, и щеголял армейской выправкой, но годы брали своё. Гость сел в кресло, откинув полы старомодного камзола и пригубил предварительно разлитое вино. Далее Голицын повернулся к огромному окну, за которым бурлил осенний Амстердам. В эту пору город был чудо как прекрасен, особенно после недавнего дождя, смывшего в каналы отходы человеческой деятельности.

– Скажите, князь, – голландец обратился к русскому, – Ваш хитроумный принц не боится, что он начал чрезвычайно опасную игру? Недавно меня начали посещать мысли, что моя страна всего лишь пешка в этой запутанной шахматной партии. Но если я догадался, кому подчиняются эти новые норманны, то англичане с французами тоже придут к подобному выводу. А далее всё сложнее, ведь интрига гораздо глубже и состоит из нескольких слоёв. Не уверен, что вы лично осведомлены даже о половине замыслов своего патрона. Взять хотя бы эти загадочные нападения, которые закончились гибелью десятков английских банкиров и политиков. И это только видимая часть. А ведь были ограбления, захват кораблей, везущих ценные грузы, сожжённые верфи и мануфактуры, взорванные шахты. Говорят, что действует какая-то ирландская тайная организация. Но умные люди понимают, что за ними должен кто-то стоять. Если это не французы, то вариантов практически нет. Но я точно знаю, что республиканцы не имеют никого отношения к убийствам.

Голицын некоторое время молчал, цедил вино и смотрел в окно. Наконец он принял какое-то решение и заметно расслабился.

– Для меня важно одно – действия принца направлены на благо России. Всё остальное вторично. В том числе моральные и этические вопросы. Если речь идёт о благе и сохранности моей Родины, то я готов пойти на любое преступление. И тем более не собираюсь жалеть врагов, которые за последние сто лет нанесли нам колоссальный урон. Вам же искренне советую не распространяться о сих странных предположениях. У стен тоже бывают уши.

– Это угроза? – Гогель вскинул белёсые брови, а его щёки сразу заалели.

– Нет. Дружеское пожелание. Исаак, мы с вами в одной лодке. Более того, интересы наших стран полностью совпадают. Сейчас есть возможность пошатнуть гегемонию векового врага, который активно вмешивается в дела Голландии и России. К чему ваши подозрения в отношении царевича?

– Но ведь ваша страна сейчас в союзе с Англией, – продолжал гнуть свою линию министр финансов, – А Голландия пусть и формально, но находится в состоянии войны с Россией. Как можно в будущем рассчитывать на такого партнёра, который строит козни за спинами союзников?

– Как сказал однажды Константин, у Англии нет постоянных друзей, а есть только интересы. Россию фактически вынудили влезть в очередную коалицию, которая нам точно не нужна. При этом совсем недавно при содействии англичан убили нашего монарха. А ещё до этого, на деньги этой вредоносной нации была перевооружена османская армия. Рассказать вам, против кого магометане направили своё новое оружие? Поэтому я не вижу ничего дурного в предстоящей операции. Вам прекрасно известно, что царевич добивается полного экономического суверенитета, и приданию Голландии статуса нейтральной страны.

– О моих догадках знает только Великий пенсионарий[13] и более никто. Мне пришлось поделиться определённой информацией с главой государства, дабы получить полную поддержку нашего авантюрного замысла. В свете последнего давления французского Императора, который всё сильнее покушается на наш суверенитет, правительство Голландии полностью поддерживает план будущих действий. Я же постараюсь более вслух не озвучивать подобные мысли.

Некоторое время оба собеседник наслаждались отличным вином и отражениями солнечных лучей с мокрых черепичных крыш. Будто тысячи кусочков серебра отражали яркий свет.

– В ближайшее время я представлю вам нового посла в Голландии, – Голицын первым нарушил молчание, – Он будет посвящён в наши дела и постепенно начнёт меня замещать. Пока господин Урби[14] будет считаться моим секретарём. После заключения перемирия и восстановления дипломатических отношений, он вступит в должность.

– Скажите князь, только честно. Вы верите в наш успех? Уж очень сложна интрига и всё может сорваться из-за любой мелочи.

– Если бы я верил в бога, то ответил, что всё в его власти. Но я убеждённый атеист и материалист. План продуман, над его осуществлением работают десятки людей. И всё исключительно в наших руках. Если мы проявим решительность и желание идти до конца, то нас ждёт только победа!

– Да будет так, – тихо ответил голландец.

Интерлюдия 2

Сегодня у него было просто отличное настроение. Подготовка к войне наконец-то подошла к финальной стадии. Главное достижение – это безоговорочная поддержка его идей новыми союзниками в лице Баварии, Вюртемберга и Бадена. Был ещё многочисленный польский легион, который просто рвался в бой, особенно с русскими. Ему бы ещё года два, дабы нормально подготовить пополнение. Но кто их даст? Поэтому необходимо атаковать, нарушив все соглашения. Англичане спешно формируют новую средиземноморскую эскадру. Пока они послали значительный экспедиционный корпус в Индию, имеет смысл нанести удар. Он никоим образом не сомневался, что коварные островитяне постараются разгромить все базы французских корсаров, дабы помочь своим купцам на случай очередной войны. У него есть для них несколько сюрпризов, но пока враг имеет тотальное превосходство на море.

Как несомненный успех, Наполеон оценивал давление на союзников. Скупые голландцы решили раскошелиться и сформировать полноценный полк нового строя для Капской колонии. А ещё туда хлынул мощный поток переселенцев, решивших покинуть нестабильную и воюющую Европу. И это была именно его заслуга в том, что протестанты выбрали юг Африки, а не Север Америки. Заодно утверждённый им губернатор уже основал два новых города. Восточнее Капстада появилась крепость Рибексбург, названная в честь основателя колонии. На западном побережье начал бурно расти посёлок под названием Натал, бухта которого была открыта португальцами ещё триста лет назад. Новые города тщательно укрепляли в первую очередь от атак с моря. Можно надеяться, что в этот раз англичанам не удаться захватить столь важный регион и для сохранения индийской торговли им придётся выделить куда большие силы флота. А это облегчит уже задачу Гантому, который получил приказ в следующую кампанию очистить восточной средиземноморье от коварных островитян. Ещё очень помогали поляки, прямо-таки толкавшие его на войну с Россией.

Кстати, о португальцах. Вскоре их ждёт большой сюрприз в лице вторжения испанской армии под командованием Журдана. В новой кампании мелочей не будет и он решил разгромить всех союзников проклятых англичан.

Хотя были у него некоторые вопросы к полякам, этому храброму и верному Франции народу. В прошлом году, когда он достиг своей мечты и стал полноправным хозяином величайшего государства и покорённых стран, вдруг пришли новости с Гаити. Для недавно коронованного Императора это было сродни пощёчине. Бывшие рабы, фактически получившие независимость, устроили жуткую резню белого населения и лояльных мулатов. В итоге какой-то грязный негр также провозгласил себя императором. А часть дезертиров, большую часть которых составляли именно поляки, полстью поддерживали нового монарха и его жуткие деяния. После снятия английской блокады были предприняты разведывательные действия со стороны губернатора Луизианы. Но Моро признал неэффективность новой попытки подчинения острова. Поэтому было принято решение оставить за собой восточную часть острова и не лезть к сумасшедшим неграм. Те всё равно за три года умудрились разрушить процветающую экономику, и страна оказалась перед проблемой голода. Теперь бывшие рабы были готовы бежать в Санто-Доминго на поклон к старым хозяевам, лишь бы сохранить свои никчёмные жизни. Но граница была на замке, и всяческое проникновение гаитянцев на восток было запрещено.

Эти воспоминая опять вернули его к предсказаниям этой проклятой Кассандры. Восстание, и последовавший за ним разгром, были предсказаны с ужасающей точностью. С другой стороны, были и плюсы. Назначение Моро, губернатором Луизианы благотворно повлияли на взаимоотношения с САСШ. В колонию хлынули десятки тысяч католиков, жаждущих получить земельные наделы, да и протестанты спокойно переходили под власть французской республики. А ещё в Новый Орлеан потёк тонкий ручеёк из высокородных изгнанников, которые нашли там осколок старой Франции, которую они потеряли. Или им просто хотелось в это верить. Но, тем не менее, население огромной территории выросло в несколько раз. А дворяне-изгнанники резко повысили уровень управления заморской администрации. Сейчас Моро проводил реформу образования, в чём ему также помогали тысячи грамотных и образованных людей. Ещё была сформирован новая колониальная армия, которую уже можно назвать доминирующей на континенте. Новый губернатор проявлял просто неуёмный энтузиазм, изрядно всполошив соседей. Президент САСШ даже прислал представителя, который должен начать обсуждение выплаты внешнего долга. Эти скупердяи решили не выплачивать его после революции. А ему как раз нужны деньги на войну. Вот пусть её оплатят эти американские торгаши.

Но были события, которые не переставали доставлять Наполеону дискомфорт. И в первую очередь его собственная семья. Нет, с Жозефиной и её детьми как раз всё было замечательно. Евгений недавно возглавил конных егерей императорской гвардии и был его оплотом. Гортензия и Луи уже подарили ему двух внуков. Хотя насчёт первого[15] у него иное мнение, плотоядно усмехнулся Император.

А вот далее начинались какие-то подковёрные игры и открытые претензии. Луи бредил обещанной ему голландской короной. Упрямец не понимал, что пока эти торгаши приносят казне огромный доход, нет смысла на них давить. И именно они помогли заключить мирный договор, изрядно потрепав англичан на море. Есть ещё предварительные договорённости с русским принцем, нарушать которые он пока не решался. Россия сначала будет разбита и поставлена на колени, а уже потом он посмотрит в глаза этого спесивого зазнайки.

Но если бы это было единственной проблемой. Жозеф требовал немедленного похода на юг Италии и неаполитанского престола для себя лично. Сдалась ему эта дыра с весьма негостеприимными жителями. Но старший брат просто хочет доказать всем, что он способен на многое без протекции младшего. Жером тоже мечтает о своём королевстве похлеще армейской карьеры, где у него были значительные успехи. В последней войне он здорово показал себя в боях с англичанами. А ещё была честолюбивая Каролина, которая стала его самой настоящей головной болью. Мало того что она мечтает о короне, так ещё и полностью подчинила своего мужа. Хорошо, что Мюрату пока хватает ума каждый год делать сестрёнке по ребёнку. В противном случае она бы давно запилила их обоих. А ещё была погрязшая в разврате Полина. Не семья, а сущий бедлам.

Иногда он думал о предостережении этого дьявола Константина насчёт своей родни. А может, действительно не стоит давать им во владение завоёванные королевства? Ведь это в первую очередь заслуга французских солдат и его гения. Тем более что пока ситуация в Европе была крайне неопределённая. И в последнюю очередь он хотел пугать своих союзников, показывая, что их титулы ничего не значат для будущего владыки Европы. Или мира, усмехнулся Бонапарт, глядя на недавно нарисованный Жераром[16] его портрет в императорских одеждах. Скоро он намеревался вновь позировать своему любимому художнику. А дополнительными участниками должны стать Франц, Александр и этот трус Фридрих. На колени он их ставить не будет. Но надо изобразить монархов максимально униженными и склонившими голову перед подлинным величием в его лице.

Стук в дверь и появление секретаря, отвлёк его от столь приятных мыслей. По настоянию Жозефины он полностью изменил работу своей канцелярии. Строгих военных во главе с Раппом, заменили молодые и толковые ребята из гражданских. Они взвалили на себя не только возросшую в десятки раз переписку, но и все текущие дела. Ещё они тщательно следили за его распорядком дня. А верный Жан полностью переключился на военные вопросы и выполнял специальные задания.

Вошедший человек практически не изменился с момента прошлой встречи. Глубокие морщины, неопределённый возраст и акулья улыбка. После положенных приветствий Наполеон кивнул гостю на кресло и приготовился слушать. Он всегда старался уделять внимание деталям, особенно если это касалось сильных врагов или чего-то необычного. А для одного человека держал целый штат разведчиков, чтобы вовремя получать информацию. Конечно, Монбрюн работал по русскому направлению, но с акцентом на отдельного персонажа.

– Думаю не стоит вам рассказывать про итоги русско-персидской войны?

– Отчего же? Мне, например, интересно ваше личное мнение. В основном я получаю сухие отчёты без особой конкретики. Слушаю вас, виконт.

– Успехи русской армии обусловлены лучшей организацией, тотальным превосходством артиллерии и, несомненно, блестящей дипломатической работой. Воспользовавшись тем, что англичане не могут помочь шаху, наши северные друзья сколотили самый настоящий альянс. В него вошли как непокорные горцы, так и желающие большей независимости туркменские ханы. Народ там дикий, живёт войной и грабежами. Вот русские и использовали эту алчность в своих целях. Плюс многим феодалам пообещали приращение землями, новых поданных и честную долю в добыче.

– Я пока не услышал ничего нового, – прервал собеседника Наполеон, – Обычная тактика европейских войск в колониях.

– Вы не совсем понимаете, что такое Кавказ, сир, – не согласился старый шпион, – Десятки народов и государств, веками воюющие друг с другом. На это накладывается ещё религиозный фактор, большая часть тамошних жителей мусульмане, а меньшая христиане. Но и внутри магометан идёт противостояние между суннитами и шиитами. Эти разногласия всегда использовали Порта, Персия и Россия. Но никогда ещё не удавалось создать столь внушительный и крепкий союз, в который вошли старые враги. Более того, после подписания мирного договора с шахом, планируется совместный поход бывших врагов против османов. Сейчас горные селения бурлят в ожидании новой войны и немыслимых богатств. Персы и их новые союзники замахнулись на всё Междуречье.

– Здесь тоже всё логично. Думаю, подобные союзы не редкость. Мы же используем дикарей в колониях.

– Да. Только русским никогда не удавалось так грамотно действовать как на поле боя, так и дипломатически. Подкинув горцам идею великого похода на юг, они фактически обезопасили свои границы. Вместо того чтобы помогать османам, их друзья пойдут войной против них. Только черкесы и часть степных племён, сейчас воюет за Стамбул. И в этом есть наша вина. Расшатывание ситуации в Индии и победа тамошних туземцев, в первую очередь маратхаов, над англичанами, пошли на помощь России. Островитяне просто не имеют таких ресурсов, чтобы одновременно воевать с индийцами и помогать персам. В итоге сейчас они пытаются вернуть потерянные земли и не всё у них там гладко. А Каджары оказались один на один с Россией.

Наполеон откинулся на спинку кресла и замолчал. Наконец он прервал своё молчание.

– Отличный ход нашего друга. Обернуть противостояние Франции с Англией в свою пользу. Впредь буду внимательнее обдумывать такие заманчивые предложения, – усмехнулся Император, глядя на не понимающего интриги Монбрюна.

– Что касается ситуации с Портой, то мы неожиданно выступили с англичанами на одной стороне. Они несколько лет обрабатывали султана и визирей, убедив тех присоседиться к коалиции. Более этого под видом помощи против нас, коварные островитяне перевооружили османскую армию. И русские ничего не могли с этим поделать, так как формально это оружие направлено против Франции, – шпион оскалил в улыбке свои жёлтые зубы, – К чести французской дипломатии, ей удалось убедить магометан выйти из коалиции и начать войну с Россией. Наш посланник[17] фактически переиграл всю британскую миссию и перечеркнул их многолетние труды. Если сравнивать финансовые затраты, то они просто несопоставимы. На деньги, которые англичане вложили в Порту, можно построить десять линейных кораблей, если не больше. Так что и здесь есть ощутимая выгода для Империи. И если бы не два переворота, то всё шло замечательно. Сейчас же у власти в Стамбуле новый человек и предсказать дальнейшие события невозможно.

– Я это знаю, недавно Талейран был с докладом, – Наполеон недовольно поморщился, – Меня больше волнуют успехи русской армии. Опять превосходство в организации?

– И это тоже, – закивал виконт, – Они атаковали магометан двумя колоннами и быстро вышли к Дунаю. Османы делали ставку на свои крепости и огромную армию, которую не успели вовремя мобилизовать. Ещё надо учитывать, что русские с союзниками напали сразу с нескольких сторон, плюс их полное доминирование на море. Сейчас перемирие и ни английский, ни французский флот не могут вмешаться в войну. А самостоятельно противостоять России Стамбул не в состоянии.

– Это не объясняет той скорости, с которой была разбита огромная армия и взяты мощные крепости.

– Просчёты османского командования. Они оставили без поддержки свои задунайские укрепления, не смогли вовремя собрать войска в единый кулак и отдали русским инициативу. Ещё они понадеялись на неприступные укрепления и доминирование своего флота в Чёрном море. Я лично писал доклады генералу Сильвестри, чтобы он донёс информацию до руководства Порты. Россия очень быстро построила новый флот, который меньше магометанского, зато гораздо сильнее из-за превосходства в качестве орудий и выучки экипажа. Но спесивые османские адмиралы не поверили и стали кормом для рыб. А русские не только заблокировали вражеские полки, но и перебросили на Дунай многочисленную речную эскадру. Оттого они так легко захватывают османские крепости, потому что те стоят на Дунае или море. Слаженный удар армии с флотом, мощная бомбардировка и грамотное взаимодействие – вот причина их успеха. В балканской армии России наибольшее обеспечение полков артиллерией и очень сильная интендантская служба. Боеприпасы, пополнение и провиант завозятся быстро. А ещё весьма прогрессивная медицинская служба. В моём докладе описаны все детали. Думаю, что-то может пойти и на благо нашей армии.

– Немного позже я ознакомлюсь с вашими записями. Но сейчас не об этом. Виконт, вы описали прямо-таки идеальный механизм, а не обычную армию, пусть хорошо организованную. Неужели России за столь короткий срок удалось достичь подобных результатов? Я уже начал сомневаться, не нужно ли дополнительно усилить нашу германскую группировку. Там нам будет противостоять более восьмидесяти тысяч этих варваров.

– Думаю, русских войск будет даже больше. Но вам не о чем беспокоиться. Армия этих варваров не так хорошо организована, как кажется. Хотя надо признать, что за последние три года они сделали мощный рывок. Создано военное министерство, уволены генералы и офицеры, получившие чины по протекции. А ещё русские сделали ставку на артиллерию. Их нынешние полки имеют в два раза больше орудий, нежели в последней кампании. Но всё это касается Южной армии под командованием Каменского. Грубо говоря, не надо путать войска Константина и остальные части. Реформа, как это принято в России, идёт медленно и натыкается на противодействие офицерского корпуса. Плюс надо учитывать, что в Европе войска возглавит Александр и далее к нему присоединятся австрийцы с пруссаками. А это гарантия неразберихи, отсутствия нормальной связи и единоначалия.

– Я тоже думал об этом. Чем больше командующих, тем сильнее бардак. И надо учитывать разницу в подготовке французского солдата и наших будущих противников. До сих пор мы их били, что мешает сделать это в будущем? Что ж, благодарю вас за проделанную работу, Монбрюн. Если будут какие-то срочные новости, то немедленно известите моего секретаря.

После ухода столь нужного человека, Наполеон некоторое время сидел в кресле. Далее он опять подошёл к картине и вперил в неё свой взгляд. Но мысли его были далеко. Он уже был там, на полях сражений, ведя вперёд своих непобедимых солдат. Ведь его избрала сама судьба и никто не может противостоять провидению!

Интерлюдия 3

Гуляния по столичным паркам давно стали модой и грозили перерасти в традицию. Если сам Император с семьёй регулярно радовал почтенную публику своим присутствием, то о чём говорить. За краткий период увлечение охватило всю столицу. Понятно, что речь шла об аристократии. Далеко не каждого дворянина могли пропустить в это избранное общество. Новомодные кафе, детские площадки, пруды с лебедями и террасы стали безумно популярными. Дошло до того, что разрешения на посещение новомодных парков приходилось получать в канцелярии ЕИВ.

Императорская чета шла своим обычным маршрутом, раскланивалась с прохожими и мило беседовала. Именно так это воспринимало столичное общество, которое тут же начало копировать монаршую семью.

– Ты уверен, что необходимо твоё личное присутствие в войсках?

Вопрос привёл Императора в состояние бешенства. Хотя он и попытался скрыть свою реакцию.

– Австрийцы и пруссаки считают возможным присутствие своих монархов на войне. Отчего русский царь должен оставаться в стороне?

Лиза долго молчала, кивая прохожим, усиленно делающим вид, что они случайно выбрали именно эту дорожку.

– Может нам лучше избежать столкновения с французами? На этом настаивает твой брат.

Александр чуть не подпрыгнул от возмущения, но опять скрыл обуревавшие его эмоции.

– Константин может желать чего угодно! Но именно я правлю Империей! И это моё право возглавить армию против республиканской угрозы. Если не Россия и Австрия, то кто остановит корсиканское чудовище?

– Для этого есть заслуженные генералы. Неужели Кутузов и Багратион не справятся сами?

– Ты совсем не понимаешь сложившейся ситуации. Австрия оказалась в безвыходном положении, и священная задача России спасти своего союзника. И я должен быть на полях сражений, дабы поддержать своих подданных в этот нелёгкий час.

Супруги некоторое время в молчании мерили шагами парковую дорожку. Идущие навстречу аристократы всячески выражали своё почтение, хотя и были излишне назойливы.

– Папа, – вдруг нарушил молчание белокурый ангелочек в розовом платье и забавной шляпке, – Давай кататься с горки. И потом ты посадишь меня на Лили, это моя пони.

Александр никак не отреагировал на слова ребёнка. Кивнув супруге, он быстро свернул на перпендикулярную тропинку. Охрана тут же разделилась, и большая её часть последовала за Императором. Если бы он видел наполненный ненавистью взгляд Лизы, то задумался о многом. Но грядущие баталии полностью захватили русского владыку. Он просто не считал нужным уделять внимание таким мелочам.

– Оленька, – Лиза прижала к себе дочку, – Не плачь. Папа занят и думает об иных делах. А мы с тобой сейчас сходим на площадку, и ты покатаешься с горки.

– Но папа и дома не разговаривает со мной. А Сашеньку недавно прогнал из кабинета и сильно накричал, – не успокаивался ребёнок, – Он нас не любит?

– Ты и братик должны понимать, что отец очень занят, – слова давались Лизе с трудом, уж больно хотелось зарычать, – Он целый Император и правит нашей страной. Поэтому пойдём на горку, а потом к твоей лошадке.

– А лебедей тоже покормим? – девочка уже забыла об обиде и её мысли занимали иные забавы.

Глава 5

Март – апрель 1806 года.

– Таким образом, можно с уверенностью смотреть в будущее. Восстание стамбульской бедноты вынудило султана направить на его подавление до трети армии, расположенной под Шумлой. Думаю, надо собрать воедино все наши силы и искать генерального сражения. Флот в это время начнёт высадку десанта в Варне. Это добавит османскому командованию дополнительной головной боли, – Каменский ткнул указкой в карту, повешенную на стену.

Наконец-то удалось собрать расширенный состав основных действующих лиц этой кампании. Прибыл даже Исаев, зимовавший со своим корпусом под Неготином. Благо Дунай полностью контролируется российским флотом и нет проблем со связью.

Вместе с русским генералом прибыли и сербы. Их делегацию возглавлял Карагеоргий[18], колоритный такой персонаж. Но я пока не определился как себя вести с подобными союзниками. Мало того что вожди сербов более ориентировались на Австрию. Так в их рядах отсутствует единство. В данный момент есть ещё две сильные группировки, которые возглавляли Милош Обренович и Матфей Ненадович. Глупо было полностью полагаться на подобную лоскутную армию. Хотя я провёл с Георгием переговоры, пообещал помощь и вроде как сербы склонялись перейти под протекторат России. Но пока своё слово не сказали австрияки, которые должны вскоре активизироваться, так как братья-славяне претендовали на подконтрольные Габсбургам земли. Но венского слона мы будем есть по кусочкам, пока он нужен мне живым и здоровым. И нужны ли нам подобные подданные – вопрос весьма спорный.

Вот мы и обсуждаем планы будущей кампании в расширенном составе. Дом рущукского паши мог вместить и больше количество людей. Пока в нём располагался штаб Барклая и гражданская администрация. А хоромы хороши. Я, грешным делом, подумал, не перебраться ли сюда самому. Ведь мотаюсь как неприкаянный между Тульчей и Измаилом. Мне же ещё надо управлять вверенной огромной территорий. Давно пора возвращаться в Херсон. Каменский перестал дёргаться и нервничать, что объясняло его нерешительность в первые дни войны. Сейчас все рычаги управления в его руках, и никто не пытается оспорить первенство командующего. Ну хоть здесь мне удалось добиться явного прогресса.

Только мой рациональный ум смущают авантюрные планы, вынашиваемые Николаем Михайловичем и его штабом. Что я и собираюсь донести до присутствующих.

– Подскажите, господин генерал, – обращаюсь к начальнику штаба армии Ланжерону[19], – Сколько войск прибыло к нам из резерва?

– Не понимаю вопроса Ваше Высочество. За последние шесть месяцев мы не получали никаких подкреплений, кроме добровольцев из местных валахов и славян.

Акцент француза звучал забавно, хотя по-русски он говорит ещё хуже. Дабы нас понимали сербы, обсуждение велось на немецком.

– Вот я и спрашиваю, какими силами вы собираетесь атаковать османов, при этом удерживая более семисот вёрст границы? Благо, что большая часть соприкосновения с басурманами проходит по Дунаю. Я не против генерального сражения, но возникает вопрос, что останется от русской армии после победы. Османы спокойно отойдут к перевалам и перебросят силы из других областей. Полки из местных жителей ещё долго обучать, поэтому основной удар придётся на русских солдат.

– Война не бывает без потерь, – вступил в разговор новоиспечённый генерал Засс[20], – кавалерия готова выполнить любую задачу.

– Я же не спорю, Андрей Павлович. И более чем уверен в ваших подчинённых. Иногда они проявляют даже излишний энтузиазм, как некоторые присутствующие здесь гусары, – под смех генералов киваю на покрасневшего подполковника Кульнева[21].

А гусар реально сумасшедший. В прошлом году мы просто потеряли целый Гродненский полк. Ну, увлеклись ребята и вместо рейда на пару десятков вёрст, дошли до Тырново, чуть было не взяв город с наскока. Послать гонцов бравые вояки не додумались, а командование меж тем ломало голову, куда могло пропасть столько людей и лошадей. В итоге героев, кроме заслуженных наград, ждала неслабая такая выволочка от Каменского. С тех пор Кульнев всегда посылает людей, дабы известить, куда его несёт нелёгкая. Хотя и пользы от него хватает. Во главе с Яковом Павловичем лёгкая кавалерия буквально затерзала османские тылы. С учётом того, что казачьи полки возглавляет Платов, то наша конница – это страшная сила.

Дошло до того, что крупные обозы османов перестали передвигаться с охраной менее пары рот. А мелкие вообще исчезли, так как шансы добраться до адресата практически нулевые. В этом плане сильно помогают гайдуки, которые почувствовали полную поддержку. Я же не просто так переселяю за Дунай целые селения, дабы башибузуки перестали отыгрываться на мирных жителях. Поэтому повстанческое движение растёт, так как мужчины спокойны за свои семьи. Плюс хватает мстителей. Зверства турок и их шакалов, имеют оборотную сторону. Потерявшие всё и отчаявшиеся люди готовы грызть врагов зубами. А ещё они отвечают магометанам не меньшей безжалостностью. Пленных не берут и казнят максимально жестоко.

В итоге неприятель засел по крепостям, а мусульманское население массово бежит на юг. Ещё и полыхнуло восстание стамбульской нищеты. Морские поставки продовольствия перекрыты российским флотом и греческими пиратами. Балканские ресурсы идут строго для содержания огромной армии. Путь через Анатолию долгий и более затратный. Цены на хлеб в столице Порты скачут каждый день. Дошло до захвата государственных складов, с чего и началось восстание. Ещё и мамелюки опять вернули власть в Египте, свергнув навязанного пашу. Хлеб они продают, но внаглую пользуются ситуацией, дополнительно взвинчивая цены. Греческие повстанцы под шумок освободили весь Крит и принялись за другие острова. Морея фактически стала независимым государством и начала подминать под себя новые земли. Так что проблем у нового султана хватает.

И несмотря на это Порта держится. Махмуд оказался человеком деятельным и умным. Значительную часть городских люмпенов он загнал в армию. И это уже дало плоды в Анатолии, где Цицианов так и не смог продвинуться далее Карса. Против нас такая модель не пройдёт, уж очень велика разница в выучке и количестве артиллерии. Но на восточном направлении магометанам удалось остановить продвижение войск противника, банально задавив его массой. Ещё и местность там горная, что влияет на специфику боевых действий. Потому я и предостерегаю Каменского лезть с малыми силами в предгорья. Лучше выманить войска визиря на равнину в подготовленную ловушку. Только тот засел под Шумлой и никуда не торопится.

По данным разведки, новый султан готовится лично прибыть в расположение армии и воодушевить павших духом воинов. В Стамбуле сейчас жуткая резня. Под шумок обе стороны как восставшие, так и власти, решили пограбить христиан. Последних мне не жалко. Там предателей и верных слуг османов чуть ли не большая часть.

Со своей стороны я решил использовать егерей. Ну не зря же они столько лет готовилась. Основная задача на данный момент – устранить Хюсрев-пашу и Ахмет-пашу, уж очень инициативные товарищи. Первый вообще умудрился вырваться из Рущука, хотя и обещал стоять насмерть. Глубоко в тыл своих ребят я посылать не собирался, очень опасно. Пока они изучали местность, учили язык и налаживали связь с гайдуками. Как только армии сблизятся, можно будет начать охоту. Или пусть ловят языков из офицеров, тоже дело нужное. А то ребята после Силистрии заскучали, надо им развеяться и крови османской хорошенько попить. В Персии они порезвились от души. Да и за Дунаем навели страха на басурман. Крымскотатарских лидеров выбили именно егеря.

Всё шло по плану и чуть ли не образцово. Я уж, грешным делом, размечтался, что фортуна повернулась ко мне лицом. И тут вдруг в расположении армии появляется человек, которого я точно не планировал увидеть. Глава моей разведки в Вене не тот человек, который лично сорвётся на доклад.

– Рассказывайте, Андрей Петрович, – говорю явно нервничающему невысокому человеку.

Хорошо, что неприятные новости застали меня в Тульче и Каменский тоже в городе. Не стал откладывать встречу и сразу вызвал к себе командующего. Пока же занялся написанием писем, которые агент должен отвезти нужным людям в Австрии. Эта корсиканская сука смогла удивить, хотя чего ещё от него ожидать.

– Вена, скорее всего, пала, и Австрия выходит из коалиции, – Каменский и Ланжерон смотрят на меня с недоумением, – Наша задача быстро и с наименьшими потерями закончить кампанию против осман.

– Но как вы узнали о наступлении республиканцев? – воскликнул начштаба.

– Этот вопрос впору задать вам, граф. Или Генштабу, который обязан вести разведку и информировать действующую армию. Почему я по своим коммерческим каналам получаю новости быстрее, нежели русская армия. Но дело не в этом. Что мы будем делать?

А ситуация сложилась непростая. Наполеон нарушил перемирие и атаковал австрийцев с юга. Его немецкие союзники тоже перешли в наступление и уже перешли границу Пруссии. Но самое хреновое, что пала Вена. Понятно, что столица – это не вся Австрия, но для коалиции просто смертельный удар. Вопрос капитуляции австрияков – дело времени. А русская армия находится в районе Кракова.

– Предлагаю выслушать ваше мнение, – предложил Каменский, – Я солдат, а не политик. Предпочитаю принимать решение, отталкиваясь от более детальной информации.

– Мы просто обязаны атаковать неприятеля под Шумлой. Одновременно Сарычев обозначает высадку десанта в Варне и Бургасе. Сжечь эти города не такая великая задача. Султан уже прибыл в расположение войск, поэтому устроим ему дополнительные неприятности.

– Нас около тридцати пяти тысяч против ста двадцати басурман, – опять полыхнул эмоциями Ланжерон, – Коммуникации растянуты. Армии нужны подкрепления, которые можно получить из гарнизонов крепостей. И зачем посылать десант, когда каждый солдат необходим здесь?

– Румянцев и Суворов рассмеялись бы вам в лицо, граф! Русские сначала ввязываются в бой, а только затем уточняют количество войск противника. Неужели вы боитесь этот сброд, называемый османской армией? Но часть людей из крепостей мы переведём.

Щёки француза полыхали, но он промолчал. А чего говорить, если я прав? Кагул и Рымник навсегда останутся в памяти русского народа. И наши генералы точно не считали количество осман, они их уничтожали.

– А что будет дальше? – спокойно произнёс Каменский.

– Мы собираем все корабли и лодки, чем необходимо заняться в ближайшее время. Позиции займёт резервная армия и валахи с гайдуками. Армия же выдвигается в сторону Будапешта по Дунаю. Далее будем отталкиваться от данных разведки.

– Вам повезло, что в моей столице взбунтовалась беднота. Иначе ни о каком перемирии не шло бы речи.

Новый султан реально умный товарищ. Этим он и подписал себе смертный приговор. России такой грамотей во главе Порты точно не нужен. Через пару недель Махмуд падёт от происков врагов, надо будет переориентировать егерей на новую цель. Но пока он мне нужен и не стоит вносить в османский лагерь дополнительный разлад.

А ещё сей господин не должен знать, что новый виток восстания в Стамбуле моя инициатива. Именно наш десант захватил склады зерна в Никее и сжёг всё, что не смог увезти. Обещанный хлеб не дошёл до столицы и спровоцировал голодающих людей на новый бунт. С учётом того, что египетский паша уже захватил Аккру, ситуация стала критической. А ведь ещё была армия Цицианова, греки и сербы с черногорцами.

После разгрома османской армии под Шумлой у нас оставалось два варианта. Я выбрал дипломатический, ибо не стоит загонять раненого зверя в угол. Султан не дурак и согласился на переговоры. Полноценного мирного соглашения никто не просил, но передышка была нужна обеим сторонам.

Мысленно возвращаюсь к недавнему сражению. А ведь это была образцово-показательная операция со стороны нашей армии. Все части действовали как единый организм. Враг был полностью лишён реальной информации. Ещё российский флот высадил десант, который ввёл в панику не только мирных жителей. Османы были обречены. Нет, захватить такие огромные территории столь малыми силами нереально. И уничтожили мы не более четверти армии неприятеля. Но тактическое преимущество на нашей стороне и им необходимо воспользоваться. Россия тоже понесла потери, хотя они несопоставимы с войсками Порты. Только мы вырезали фактически всю его боеспособную пехоту, сами же потеряли не более пяти тысяч, из которых половина иррегуляры и союзники.

Всё-таки не хватает османам нормального взаимодействия между родами войск. Имея тотальный перевес в коннице, она действовала бездарно, расстреливалась артиллерий и далее добивалась русской кавалерией. То же самое касается пехоты. Храбрости и фанатизма войскам Махмуда было не занимать. Но шрапнель такая вещь, от которой пока нет реального спасения. Каменский ещё и остатками ракет шандарахнул по османскому резерву, идущему на помощь янычарам. А выучка басурманских артиллеристов была несопоставима с нашей. Тем временем беседа продолжилась.

– Я не могу отдать вам земли южнее Дуная, – произнёс испуганный толмач.

– Хорошо. Значит, мы пойдём на Стамбул, – усмехаюсь словам султана.

Махмуд думал некоторое время и затем усмехнулся. Нет, положительно надо валить этого товарища.

– Вы излишне переоцениваете русские силы. Вам удалось воспользоваться нашей неорганизованностью и нанести поражение этому дураку Ибрагиму. Взять Шумлу вам по силам, но далее тупик. Мы отойдём в горы и закроем перевалы.

– Ваша армия живёт вчерашним днём, – отвечаю султану, – Ваше Величество просто не хочет этого признавать. Артиллерия и обученность войска, являются главным фактором побед. Не помогла даже помощь англичан с французами. Порта живёт по старым правилам, хотя уже не раз терпела поражения от противника, который в несколько раз уступал ей численно.

– Вы про прутский поход царя Петра? – улыбнулся мой собеседник.

Я не дипломат и ответил максимально жёстко.

– Суворов разбил вашу стотысячную армию, имея в четыре раза меньше войск. Из которых чуть ли не две трети были австрийскими. Посему предлагаю закончить мериться успехами предков и перейти к делу.

– У вас безвыходная ситуация, – человек в огромной чалме не хотел признавать очевидного, – Россия не может одновременно воевать с Францией и Великолепной Портой.

– Прощайте. Встретимся в Константинополе через месяц.

В итоге мы подписали соглашение о перемирии на два года. Никуда султан не денется, ситуация у него безвыходная. Стамбул и основные города бурлили от негодующего народа. В Шумле мы захватили почти весь османский обоз, восполнить который весьма проблематично. Даже если не все сбежавшие басурмане бросили оружие, то что они будут есть? Да и артиллерии у Махмуда фактически нет, большая часть досталась нам. Численное преимущество было на стороне басурман, но кого это волнует? Это не прежние времена, когда многое решало количество воинов. Даже в европейской компании последних лет были подобные примеры. Тот же англо-русский корпус в Голландии потерпел поражение от весьма скромных сил противника. Другой вопрос, что лезть в горы – значит понести огромные потери. Хотя очень хотелось устроить марш-бросок на Адрианополь.

Временная граница пройдёт по нынешней линии разграничения, но с небольшими уточнениями. Шумлу с Варной мы оставляем. Окрестности этих городов будут демилитаризованной линией. Понятно, что басурмане будут её нарушать. Но у нас есть казаки, степняки и гайдуки, которые тоже не собираются отсиживаться в сторонке. Затерзаем вражин так, что они взвоют. А наша армия грузилась на корабли и двигалась вверх по Дунаю. Из Австрии приходили просто неутешительные новости.

– Я так и не понял, князь, – обращаюсь к венгру, когда мы остались наедине, – Вы с нами или против?

Мадьяр было дёрнулся от моего тона, но быстро взял себя в руки.

– У нас много внутренних противоречий. Часть венгерской аристократии слишком связана с Веной, не забывая про свой народ. Но вы можете рассчитывать на наши полки. Трусливое поведение Франца оттолкнуло многих венгров, и не только. Хорваты, чехи и сами австрияки весьма разгневаны. Мы не привыкли складывать оружие.

– Мне приятно осознавать, что я не ошибся в вашем народе, князь. Посему считаю, что мы должны ударить во фланг республиканцев.

Будапешт меня не впечатлил. Бывал ранее в этом городе, но сейчас это деревня. Бухарест ещё хуже, но плевать. Наша армия двигалась вверх по Дунаю, в первую очередь перевозя артиллерию с припасами.

Наполеон разбил австрийцев и вынудил Франца идти на соединение с армией Карла, располагавшейся в Богемии. Но, скорее всего, вопрос нового разгрома и капитуляции уже решён. Наверняка брат Императора шёл на помощь столице и просто лишён пространства для манёвра. Тут ещё и войска, которые должны были защищать Вену, фактически развалились. Венгры с хорватами отошли к Раабу и вышли из войны. Ещё внутри обоих народов началось брожение. В чём есть и моя заслуга. Только вот я точно не планировал, чтобы в Австрии началась гражданская война именно сейчас.

Чего там у пруссаков пока не знаю. Но вряд ли даже объединённая прусско-шведская армия способна противостоять группировке Нея, без помощи австрийцев. Основная русская армия, ведомая Императором, методично двигалась на запад и могла оказаться один на один с Наполеоном. Депешу Александру я направил, но пока не получил ответа. Ситуация складывалась самая неприятная для русской стороны. А здесь ещё эти венгры. Семь полков мадьяр могли сыграть решающую роль, вот только не было у них единства. Они начали делить власть толком до неё не дорвавшись.

Я точно не собирался им помогать. Мы высадились в Будапеште и оказались в центре венгро-австрийских разборок. Оказывается, часть мадьярской знати вполне себе ратует за Вену. Ну, привыкли они так. Меня же более интересовали новости с севера. А они не радовали.

– Вы можете рассчитывать на два полка, семь – восемь эскадронов гусар и снабжение русских войск провиантом. У моего народа ещё не отшибло память, и мы благодарны победителям Порты.

– Россия сражалась за свои интересы, – отвечаю собеседнику.

– Может быть. Только вы нанесли проклятым магометанам такой урон, который они ещё долго будут переваривать. За что вам спасибо от моей семьи и всех венгров!

А Венгрия реально полыхнула. Я же недаром столько лет проводил здесь антивенскую политику. После неожиданного удара Наполеона именно венгры с хорватами были готовы драться до конца. Но Франц принял иное решение, чем буквально расколол страну. России это только на пользу, но в будущем. Хотя всё так изменилось, что может это хороший для нас расклад.

Ситуация же с будущим столкновением русских и французов, совершенно непонятная. Наверное, от судьбы не уйдёшь и придётся двигаться в Братиславу и далее на Брюнн к одному известному местечку под названием Славков или Аустерлиц, кому как удобнее. В любом случае будем смотреть по обстановке. Есть ещё дорога на Трнаву, просто пока нам удобнее идти вдоль Дуная, вернее, плыть. Тридцать тысяч против неизвестного количество французов, с учётом пополнения их полков союзниками из Баварии – это авантюра, но куда деваться. Чувствует моё сердце, что Александр продолжит движение на Остраву и далее юго-запад Моравии. Ему бы там закрепиться. Это ещё хорошо, что скорость Южной армии чуть ли не в два раза выше основной, и мы можем более оперативно реагировать на обстановку.

Около Братиславы мы наткнулись на крупный отряд французской кавалерии. Так как все получили приказ, что идём максимально скрытно, то вперёд послали венгров. И я угадал, получив новости от ребят Эстергази. Армия Карла тоже разбита, а если называть вещи своими именами – капитулировала. Австрия вышла из войны официально. Значит, французы сейчас движутся в сторону наступающих русских частей. И нам придётся не только ускориться, но и менять маршрут.

Вообще, мне нравится это время. Вот не представлю себе, чтобы подобное допустила разведка времён Первой Мировой, и тем более Второй. Народ ещё старался воевать галантно. Венгры даже угостили улан вином, чему те были несказанно рады. В общем, разошлись мы с противником прямо впритык, коснувшись пару раз плечами. Никакого тебе разоружения или посадки солдат в лагеря. Мы мол должны в Братиславе получить приказ своего Императора и начать движение к новому месту дисклокации. Это хорошо, что французы не осознали величину нашего корпуса. Оно и немудрено, колонна растянулась вёрст на двадцать.

От Александра не было никаких новостей. Что очень странно. Согласовать сейчас свои действия – это насущная необходимость. На совете, обложившись весьма отвратными картами и более полагаясь на советы Эстергази, было решено идти в сторону городка Крезира. От греха мы решили взять восточнее Брюнна и попытаться перехватить нашу основную армию. В итоге этого не удалось, зато прибыли гонцы, сообщившие, что русская армия идёт на Брюнн и собирается атаковать французов, невзирая на капитуляцию союзников.

Я не великий стратег, скорее дилетант-всезнайка. Но имею непосредственное отношение к армии последние годы, и понимаю, как обстоят дела изнутри. Это не мехколонны способные атаковать с ходу, а весьма растянутая кишка, которая соберётся в единый кулак дня за два. А противник может и атакует наших на марше, будучи уже готовым. Тем более на стороне России был удобный рельеф. Назвать это высокогорьем не берусь, но местность достаточно холмистая и удобная для обороны. С учётом того, что командующим является Кутузов, весьма осторожный полководец, у меня только одна причина подобного решения. Александр решил, что настал его звёздный час. Он думает, что, если французы провели две большие баталии и длинный переход, то есть шанс вписать себя в историю.

Мне приходится таскаться с войсками, чтобы помогать командующему, а не думать о славе. Я бы лучше проводил время за делами, общаясь с семьёй, нежели спал в палатке и натирал жопу о седло. Пока идёт становление новой системы – это необходимость. Иногда это хозяйственная часть, как в случае с венграми – политическая. А ещё разведка, диверсанты, координация с моряками, которые были отнюдь не в восторге выслушивать приказы сухопутной крысы. И это привело к результату. Да, я принял волевое решение атаковать османов и выдвигаться на помощь нашей основной армии. Но в любом случае, всё вопросы были обсуждены с генералитетом. Им привели доводы, и никто не лез в диспозицию войск. Я мог уточнить некоторые вопросы. Но при штурме крепостей и последующему разгрому басурман под Шумлой, я своё мнение не навязывал. Подгонял излишне осторожных или удерживал откровенных авантюристов, помогал, пиная интендантов с моряками. Но я реально оцениваю свои полководческие таланты. Максимум батальон, в крайнем случае полк, но не более. И то, если дело касается диверсий с разного рода подлянками, навроде ракет. Плюс у меня есть фон Миллер, который всегда даст совет, по-отечески отругает и направит. И я генерала слушаю, хотя часто не соглашаюсь с его мнением. Думаю, что будь я простым майором, он бы мне и батальона не доверил. А здесь ни разу не воевавший товарищ, одержимый жаждой славы и детскими комплексами, дорвался до командования семидесятитысячной армией.

В итоге достигнув Крезира, мы повернули на восток к Вишау. Разведка доложила, что именно туда начала стягиваться наша армия, да и противник на подходе. По идее у нас всего два дня. Пока штаб изучал данные и прикидывал диспозицию, я решил помочь со своей стороны. Несмотря на возмущения пейзан, по пути мы реквизировали достаточно большое количество телег и коней. Расплачиваться я опять не собирался, раздавая расписки от имени моего старого друга Франца. Надеюсь, его наконец хватит удар. Это не особо отразилось на нашей скорости, но зато повлияло на комфорт солдат. Лучше медленнее ехать, чем быстрее идти. Нет, были часть местных, кто за деньги согласился выполнить роль извозчиков. Их и не обидят, но ещё неплохо заплатят. А вот более боязливые или глупые, скорее всего, имущество потеряют. И мы не отнимали последнее у откровенной бедноты, те как раз соглашались прокатить нас по живописным окрестностям Моравии. А вот разного рода помещиков, купцов и хозяев постоялых дворов слегка потрясли на предмет поделиться, чем смогут. Но была у меня ещё одна мысль.

– Богдан, – смотрю в глаза командиру егерей, – Противник не должен узнать о нашем манёвре.

– Сделаем, – отвечает этот псих, оскалившись в своей безумной улыбке.

Провожаю взглядом ускакавшего егеря и понимаю, что он выполнит приказ. И за ценой точно не постоит. Я поставил задачу, чтобы французы не узнали о нашем манёвре. Уж очень мне хочется удивить одного корсиканского товарища. А это значит, что в сорока вёрстах впереди будут вырезаны все французские разъезды и прочие фуражиры. Надеюсь, местных мой башибузук не тронет. Хотя он может. Люди-то не совсем дураки. Должны понимать, что раз рядом двигается такое количество войск, то лучше не отсвечивать.

* * *

– Что за шум и почему форма противника зелёного цвета? – произнёс Наполеон, передав подзорную трубу адъютанту, – И этот странный флаг, с излишним количеством корон. А по центру вообще какие-то чёрномундирники под пиратским стягом. Напоминает дешёвое шапито или сумасшедший дом. Что происходит, Дюма[22]? Почему мой начальник штаба смотрит на происходящее, будто в первый раз на войне? Какого чёрта нам во фланг ударили новые части? Вы же докладывали, что русские практически использовали все резервы. Откуда у них взялось столько дополнительной артиллерии? А они не перестают разворачивать новые части. Я уже ввёл в бой Мюрата, и русские начали пятиться, а скоро вообще побегут. И вдруг такой сюрприз.

– Это лучшие солдаты в мире, сир. Гвардия Константина, которая состоит из фанатиков, лично преданных Безумцу, – нарушил всеобщее молчание Рапп, – Чёрная форма и пиратский череп на флаге, их особая гордость. И ещё на полотне написано – «Победа или смерть». Это штандарт самого принца. Но не это самое плохое. Их не так много, от силы рота.

– Я как раз и не наблюдаю ничего хорошего. Практически выигранная битва катится к чёрту. Где мне взять столько резервов кроме ворчунов и гренадеров Удино[23]? – склочно произнёс Император Франции.

Наполеон на некоторое время задумался, ещё раз потянулся к трубе и замолчал. Свита внимала своему лидеру, прекрасно понимая, что именно сейчас будет отдан очередной гениальный приказ. Грохот артиллерии, запах гари, барабанный гром будто отошли на второй план. Приняв решение, Бонапарт перевёл взгляд на своего верного генерал-адъютанта.

– Так что ты там хотел сказать?

– Зелёные – это выборгская пехотная дивизия, у них флаг с четырьмя коронами. По данным разведки, она считается лучшей в русской армии. Они сметут поляков, даже не заметив, – ответил Рапп, проигнорировав гневный выдох Домбровского.

– Прошу вас разрешить отбыть в расположение легионеров, сир. Мы не выдвинули ещё один польский полк под командованием Володкевича. Я хотел бы пойти в бой вместе с ними, – произнёс тот, глядя в глаза Императора.

Посмотрев вслед поляку и его свите, Наполеон резко обернулся к Раппу. И его лицо вмиг перестало быть задумчивым и расслабленным. Бледная маска, которая едва сдерживала готовый выплеснуться гнев могола напугать любого. Особенно того, кто хорошо знал французского владыку.

– Жан, даже моё терпение имеет предел, – прошипел Наполеон, – Лучшие солдаты ещё не приняли участие в сегодняшней битве и пока стоят за нашей спиной.

– Разрешите возглавить атаку вашей гвардии, мой Император, – воскликнул красный как рак генерал-адъютант?

Наполеон отрицательно мотнул головой и демонстративно отвернулся. Через некоторое время свита услышала приказ.

– Бессьер[24], покажите этим варварам, кто теперь правит на полях сражений мира.

Командующий гвардией молча кивнул и быстро удалился.

* * *

Как долго я этого ждал. Вот у вас есть детская мечта? У меня да. А сигару забыл. Но ничего, фон Рентелень как раз рядом.

– Но вы же не курите, – недоумённо отвечает подполковник, передавая мне испанский дефицит.

– В прошлой жизни я совершал и не такое, – отвечаю изумлённым офицерам.

– Вы не должны идти в атаку, – кричит мне в лицо разъярённый фон Миллер, – Это форменная глупость. Ваша жизнь слишком ценна для армии и страны, чтобы погибнуть от пули или штыка какого-нибудь Франсуа. Никто в вашей храбрости не сомневается. А вот глупости в этом желании хватает.

– Я не для того девять лет служил с этими людьми, чтобы в самый важный момент прятаться за их спинами. Вы же будете вместе со своей дивизией, я тоже имею к ней отношение. Так что не спорьте, у вас и так достаточно дел.

Рядом со мной тут же встали егеря, разбавив монолит из зелёных мундиров. Зря, микроскопами гвозди не забивают, но они меня не бросят. Хорошо, что Богдан и весомая часть ребят получила задание, отправившись его выполнять. Я проверил, как выходят из ножен сабля и кинжал, подаренный мне шемхалом. В рукопашной весьма удобная вещь.

– Барабанщики, заряжай!

Я монархист от мозга до костей. Терпеть не могу всякую революционную и прочую краснопузую погань. Посему – вперёд! Не придумали ещё в мире противоядия против штыкового удара русской пехоты. Давили мы вас, и далее давить будем!

Именно так я пошёл на врагов во главе своих парней.

https://www.youtube.com/watch?v=0lSirqEwAP4

Глава 6

Апрель-май 1806 года.

– Нравится? – стараюсь сдерживаться, но получается с трудом.

– Как подобное может понравиться? – отвечает собеседник, сморщив лицо.

После его позорного бегства с поля брани, язык не поворачивается назвать этого господина братом. Хотя в душе нет к нему какой-то особой ненависти, наоборот, больше жалости. Наверняка это отголоски эмоций прежнего Константина.

– Восемнадцать тысяч, а может, больше. Это только солдат и унтеров. Мы положили здесь цвет русской армии. Про раненных я даже не говорю. Только выборжцев погибло более тысячи. Восемь офицеров, которых я считал друзьями. Фон Миллер ранен и неизвестно сможет ли оправиться. Герман Фитцнер мёртв, как и Степан Крапачёв. А ты сбежал, бросив свои войска. Штаны хоть отстирал или запасные надел?

– Не смей разговаривать со мной в подобном тоне? – аж взвился Александр, – И не надо бравировать тем, что ты вёл войска в атаку. Я послушался своей охраны, что лично моё императорское дело.

– Твоё дело править страной, а не толкать её в бессмысленную бойню. Но и я виноват, полез в атаку, надо было подумать о последствиях.

Разговаривали мы на холме, с которого открывалась картина, но поле боя. За два дня его ещё не очистили от трупов. Зрелище и запашок не самые приятные. Множество дымов погасил утренний дождик, а то картина была бы ещё ужаснее. Похоронные команды трудились в поте лица, временное перемирие позволяло хотя бы не бросить своих погибших товарищей. Я принципиально настоял, чтобы разного рода мародёры и прочая сволочь, навроде окрестных крестьян не появлялись рядом с телами русских солдат. Мы их соберём и похороним сами, до французских трупов мне нет никакого дела.

Как и в моей реальности этот аника-воин сбежал прямо во время битвы. Армия же билась до конца и вынуждена была откатиться на север. Каменский фактически опрокинул правый фланг французов, но при этом их левый добился не меньшего прогресса. В центре была жуткая рубка, но неприятель начал теснить нас и там. Будем считать, что это ничья. Хотя понятно, что Наполеон считает иначе.

Нам повезло, что местность здесь холмистая с множеством лесов и фланговые обходы с прочими манёврами весьма затруднительны. Плохо, что действия Южной армии не были согласованы с основной. У Кутузова были свои мысли, Каменский думал иначе. Здесь ещё я полез геройствовать и оставил своего протеже одного против более маститых полководцев. Хотя чего он мог изменить?

В общем, череда ошибок и неразберихи, сыгравшая французам на руку. Ко всему прочему, русское командование неверно оценило количество неприятельских войск. Мы успели вовремя и разрушили планы Наполеона, так как армия была уже на грани. Ещё и схлестнулись с гвардией французов. Сначала мы перемололи поляков, которые дрались весьма стойко. А далее была жестокая стычка с товарищами в синих мундирах. Её даже вспоминать не хочется. Далее были какие-то здоровые ребята в чёрных шапках с красными плюмажами слева. Их мы тоже неплохо так проредили, благо Каменский вовремя прислал резервы. Позже мы узнали, что это какие-то элитные гренадёры Удино. Не знаю, гвардия дралась лучше, пусть земля ей будет пухом.

И, конечно, отдельное спасибо Данилову и его усовершенствованной шрапнели. Я реально оцениваю наши силы. Может, мы и победили бы без погремушек. Вопрос – какой ценой? Выборжцы бы устояли, они не знают, что такое отступление. Но здесь мы были первой скрипкой, а не всем оркестром. Другие полки не обладали подобной стойкостью и выучкой. Так что разрывающиеся над головой снаряды, выплевавшие сотни шариков, несущих смерть врагу, дали нам огромное преимущество. Зарядов у нас хватало, а стрелять наши артиллеристы умели получше многих в Европе. Картечь в такой ситуации бесполезна, а вот наш девайс самое оно.

Странно, что французы ещё не начали массово использовать такую нужную вещь. Хотя даже англичане, которые уже не раз применяли изобретение Генри Шрапнеля, до сих пор не добились нормального эффекта от снаряда. У нас над производством трудился целый завод и КБ, так как один попаданец прекрасно представлял, что это такое. А конкурентам приходилось идти путём проб и ошибок, да ещё доказывать оборонному ведомству необходимость закупки нового боеприпаса. Но думаю, у России есть не более года. Наполеон артиллерист и далеко не дурак. Император проанализирует, чем мы сносили его любимых ворчунов и заставит французскую промышленность срочно начать производство. Тем более что, французы уже давно готовы обеспечивать армии этой вундервафлей, разработки у них ведутся не первый день. Но ничего, мы трудимся над артиллерийской гранатой нового образца. Хотя работы ещё очень много.

Вообще, произошедшее безумство разделилось для меня на отдельные эпизоды. Залп, выстрелы в ответ, штыковая. Вот я как сумасшедший башибузук орудую кинжалом. Перекошенное лицо француза, ударившего штыком с боку Савву, закрывшего меня своим телом. А ещё грохот, дым от пороха и эти жуткие звуки протыкаемых кусков человеческой плоти. Уж насколько я стал несентиментальным, но проняло до печёнок. Но самое ужасное – это смотреть, как рядом гибнут твои товарищи, которых знаешь много лет. Такое не забывается.

Но более страшной была картина поля боя, когда удалось взглянуть на неё более детально. Огромное пространство, заваленное телами людей и лошадей. Стоны раненых солдат, и жуткое ржание умирающих животных. Мне с алкоголем лучше не перебарщивать, уж очень может быть неадекватная реакция. Но ночью я тупо напился, принесённым Дугиным вином и отрубился. Благо сны не снились.

Если бы мы не успели прийти на помощь, то число жертв могло стать просто катастрофическим. Убитых и так было просто чудовищное количество. Не помню, какие потери были при Аустерлице, но наши нынешние – это очень много. Ведь погибла самая обученная часть армии, плюс раненные и больные. Последние войны также не пополняли русские войска, как раз наоборот. Был ещё корпус фон Буксгевдена, который двигался в нашем направлении. Вот его и нужно дождаться, пока мы отступать не планируем. Больше хорошо подготовленных частей у России просто нет. Понятно, что на Кавказкой линии и в Грузии действовали отменные полки. Но нельзя оголять границу, это чревато большими неприятностями. Можно бросать в бой вчерашних рекрутов или пенсионеров, но теперь мы старались подобным не заниматься.

Сейчас же меня занимал ещё один вопрос. В любом случае дело закончится переговорами, которые невозможны без Александра. И не знаешь, чего от него ожидать. Вон опять вокруг вьются какие-то непонятные персонажи. Иногда мне кажется, что всё напрасно. Ну не сломить подобную систему. Вернее, без чувствительных репрессий. Взглянув мельком на состояние Западной армии, сразу заметил, разницу с Южной. Это видно даже по внешнему виду солдат. Понятно, что при мне воровать боятся, да и Каменский отличался образцовой честностью. Нечто подобное я ожидал, и группа ревизоров едет вместе с подкреплениями.

Ощущение, что окружающие просто этого не понимают. Или я слишком многого требую от людей? А может, просто достал всех своими придирками. Ведь многие реформы и нововведения идут с большим скрипом, если не сказать провалились. Ну не хватает мне профильного образования. В своей прошлой жизни я никогда не управлял такого рода структурами. Одно дело маркетинг и совсем другое политика. Потому и покупаются мои игрушки, но экономика реально не начала прогрессировать. Там, где я присутствую лично, подбираю людей, вожу их за руки и вытираю сопельки, то всё неплохо. Иногда везёт с людьми вроде Кулибина, Митусова, Мясоедова или Орлова. Есть отличные исполнители, как Лебедев-Ласточкин или Харламов. Но чёткой системы выстроить не удалось.

И дело не только во мне. Ну, считает себя определённое меньшинство избранным. Особенно стоящий передо мной властитель. Вот как ему объяснить, что убитые солдаты – это тоже люди? Нет, они его поданные. Далее вниз по лесенке то же самое. Хотя вряд ли ситуация сильно отличается XXI века. В моём времени реальное отношение власти к народу не лучше. Просто говно завёрнуто в красочную этикетку разного рода демократий и прочих лицемерных государственных образований. Ещё всё это дерьмо подкреплено нехилой такой пропагандой, дабы плебс не отрывался от жвачки и пялился в зомбоящик. И тут я такой весь идеалист и реформатор.

С другой стороны, не зря я барахтаюсь. Для чего-то же мою душу занесло в этот мир? И пусть я двигался кривым путём, совершил много ошибок и хватался за не самые важные дела. Но уже многое не остановить и целые пласты перемен двинулись в путь, как горный сель. Есть мощнейшие проекты преобразований. Уже через пару лет страна выйдет на совершенно иной уровень использования механизмов в промышленности и земледелии. А главное – это сдвиги в обществе. Медленно, но неотвратимо меняется сам социум. И верховодят в нём здравые идеи о необходимости отмены крепостного права, реформы образования и сословных ограничений, развитие иных форм функционирования экономики. Нет, всё не зря. Уж если я судебную реформу протолкнул, то только за это достоин памятника. Обязательно на коне, с кинжалом в одной руке и шаром для петанка в другой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Гавриил Андреевич Сарычев (1763–1831) – русский генерал-гидрограф, адмирал императорского флота, морской министр и член Адмиралтейств-коллегии. Известен как полярный исследователь, основоположник полярной археологии и первый русский прозаик-маринист. Почётный член Петербургской академии наук.

Вернуться

2

Павел Васильевич Пустошкин (1749–1828) – русский вице-адмирал, сподвижник Ф. Ф. Ушакова.

Вернуться

3

Арман Эммануэль дю Плесси Ришельё (1766, Париж – 1822) – французский аристократ, после Великой Французской революции поступивший на русскую службу и в 1804–1815 годах занимавший должность генерал-губернатора Новороссии и Бессарабии. В России его называли Эммануил Осипович де Ришелье. Считается одним из отцов-основателей Одессы, где ему в 1828 году был поставлен памятник.

Вернуться

4

Константин Ипсиланти (1760–1816) – великий драгоман Порты в 1796–1799 годах, господарь Молдовы в 1799–1802 и Валахии в 1802–1806 годах. Член фанариотского аристократического рода Ипсиланти.

Вернуться

5

Александр Дмитриевич Засядко (1779–1837) – русский офицер-артиллерист, конструктор и специалист в области ракетного дела, генерал-лейтенант.

Вернуться

6

Александр Мурузи (умер 1816) – фанариот из рода Мурузи, господарь Молдавского княжества в 1792 году, в 1802–1806 и 1806–1807 годах, господарь Валашского княжества в 1793–1796 и 1799–1801 годах.

Вернуться

7

Фанариоты – исторически, собирательное название этнически греческой элиты в Османской империи, селившейся в районе Фанар в европейской части Константинополя в XVI – начале XX веков. С конца XVII века ряд семейств фанариотов составили правящий класс в вассальных османских дунайских территориях.

Вернуться

8

Катаржи Илия Филиппович (1747–1822) – генерал-майор, начальник пограничной службы, представитель влиятельного дворянского рода в Молдавии, восходящего к первой половине XVII в. Являлся зятем господаря Григория III Гики и одно время занимал пост великого гетмана Молдовы, после Ясского мира, переселился в Россию.

Вернуться

9

Махмуд II (1785 – 1 июля 1839) – 30-й османский султан в 1808–1839. В 1820–1830-х годах заложил основы Танзимата, проведя ряд прогрессивных реформ, в том числе уничтожение янычарского корпуса, ликвидацию военно-ленной системы и другое. При нём обострились отношения Османской империи с Египтом, который фактически проводил независимую от султанского правительства политику.

Вернуться

10

Бекташи – суфийский орден, основанный Хаджи-Бекташем в XIII веке. Близок к шиизму и содержит элементы христианства (крещение). Распространён был в Турции, Албании и Боснии – в основном среди перешедших в ислам бывших православных и униатов. Воспринимали мир посредством триад: Аллаха, Мухаммеда и Али, имели ритуальную еду из вина, хлеба и сыра. В анатолийском и балканском фольклоре бекташи всегда выступают в виде вольнодумцев, живущих за пределами норм традиционного исламского права. Являлись духовными наставниками янычар.

Вернуться

11

Сергей Андреевич Беклешов (1752 год – 3 октября 1803 года) – генерал-лейтенант, военный губернатор Архангельска и Николаева.

Вернуться

12

Иоганн Рудольф Глаубер (1604 – 16 марта 1670) – немецкий алхимик, химик, аптекарь и врач.

Вернуться

13

Рутгер Ян Схиммелпеннинк (1761–1825) – нидерландский политический деятель.

Вернуться

14

Пётр Яковлевич Убри (1774–1848) – русский дипломат, посол в Париже, Гааге и Мадриде, действительный тайный советник.

Вернуться

15

Окружение Наполеона не сомневалось, что первый консул навещал падчерицу в Тюильри и многие как тогда, так и впоследствии, однозначно считали старшего сына Луи ребёнком Наполеона.

Вернуться

16

Барон Франсуа Паскаль Симон Жерар (1770–1837) – французский художник эпохи ампира, ведущий портретист наполеоновского двора, держатель модного салона.

Вернуться

17

Орас Франсуа Бастьен Себастьяни де Ла Порта (1772–1851) – маршал Франции (1840 год), французский военачальник эпохи Наполеоновских войн, дипломат и государственный деятель.

Вернуться

18

Георгий Петрович Карагеоргий (1762–1817) – руководитель Первого сербского восстания против Османской империи, основатель династии Карагеоргиевичей.

Вернуться

19

Граф Александр Фёдорович Ланжерон (1763–1831) – французский эмигрант, русский военачальник эпохи Наполеоновских войн, генерал-губернатор Новороссии и Бессарабии с 1815 по 1822 годы. Его именем названа часть города Одессы. Способствовал развитию г. Одессы.

Вернуться

20

Барон Андрей Павлович Засс (1753–1815) – генерал-лейтенант, георгиевский кавалер.

Вернуться

21

Яков Петрович Кульнев (1763–1812) – русский полководец, герой Отечественной войны 1812 года. Гусар. Генерал-майор. Участник более пятидесяти сражений. Кавалер ордена Святого Георгия III степени и Золотого оружия «За храбрость». В 1812 году командовал авангардом 1-го отдельного пехотного корпуса. Первым из русских генералов Отечественной войны 1812 года пал в бою.

Вернуться

22

Гийом-Матьё Дюма (1753–1837) – французский потомственный дворянин, сын казначея из Монпелье. 1 февраля 1805 года произведён в чин дивизионного генерала; с 14 февраля 1810 года – граф Империи.

Вернуться

23

Николя Шарль Удино (1767–1847) – французский военный деятель, маршал Империи (1809 год), граф (1808 год), затем 1-й герцог Реджо (1810 год), пэр (1815 год), участник революционных и наполеоновских войн. Имя маршала выбито на Триумфальной арке в Париже.

Вернуться

24

Жан-Батист Бессьер (1768–1813) – один из Маршалов Империи при Наполеоне I (с 19 мая 1804 года), командующий конной гвардией Наполеона, герцог Истрийский (28 мая 1809 года). Его младший брат, Бертран, дослужился до звания генерала.

Вернуться