А. Райро
Темный ратник. Факультет. Том 5

Книга 5. Эпизод 1.

Всё должно было повториться.

Всё до мелочей.

Точь-в-точь как во сне Люче, и этого я не мог избежать. И прямо сейчас та самая картина стояла перед глазами: брат напротив, гудящий ветер, удар огнём, муки боли и моё обгоревшее тело, переброшенное через перила моста.

Ещё должна быть смерть, но именно её я и собирался перехитрить.

Броннан смотрел на меня и никак не решался сделать последний шаг. Его лицо окаменело и ожесточилось.

Пока он медлил, ветер усилился, река внизу зашумела и ударила по краям обрыва, брызги взлетели выше моста. Скорее всего, это была работа Фонтея или помощника Йорго, мага-словесника пятой высоты.

Буря нужна была им, чтобы река быстрее отнесла их в сторону порта, который находился в восточной части города. Судя по карте Гнездовья и схемам, которые показывал мне Фонтей, эта река несла свои воды именно туда.

Насчёт реки всё было понятно, а вот насчёт меня не очень.

Люче говорила, что в её сне я совершенно точно был мёртв, но ведь она смотрела на меня со стороны и видела мои ожоги, не совместимые с жизнью, поэтому решила, что я погиб. Она не разглядела моей дальнейшей судьбы, а выхватила только короткую сцену, которая могла завершиться как угодно.

Моя правая рука сильнее стиснула порошок смолы в кармане брюк.

Рин Нобу предупреждала, что это опасная смола, очень опасная. Что она там твердила?

– Запомни, Киро: просто чёрный порошок – это Смола исцеления; а чёрный с блеском – это Взрывная жвачка. Обе смолы имеют рассыпчатый состав, но стоит их смять, как они становятся тягучими. Только действие у них разное. Смотри, не перепутай! Учти, что красным карандашом помечены две самые опасные смеси, работай с ними аккуратно.

Именно Взрывная жвачка и была помечена красным карандашом.

Правая ладонь слиплась в кармане, будто я сжимал в кулаке уже не порошок, а расплавленный гудрон. Смола была готова к работе, её оставалось только нагреть.

Ну что ж.

Вот и всё, братец. Зажигай!

Будто услышав мою мысленную команду, Броннан вскинул руки и выдал поток огня такой мощи, что меня охватило пламенем с ног до головы.

О мой Бог…

Такой боли я никогда не испытывал. Будто живьём содрали кожу.

Волосы вспыхнули, как и одежда. Не удержавшись на ногах, я завалился Броннану прямо под ноги и скорчился.

Я задействовал только два слоя фантомного покрова, причём, пришлось дождаться той самой секунды, когда меня начнёт опаливать огнём, и всё ради того, чтобы никто даже не заподозрил, что я могу выжить.

Тонкий покров не особо спас меня от боли.

Я выгибался и перекатывался по мосту, как бешеный – даже притворяться не приходилось. Секунды тянулись, и я уже не мог сдерживать стонов, жмурился и стискивал зубы, утыкался лбом в разогретый подо мной металл, а потом снова перекатывался на спину.

От адской боли я даже забыл про смолу, что держал в руке.

Она нужна была только для одного – чтобы покрыть моё тело гарью. Фантомный покров горел и пах иначе, чем тело человека и его одежда, к тому же он не обугливался и не оставлял следов гари. Пришлось применить Взрывную жвачку. Смоляная смесь от Рин не просто горела факелом, она давала нагар и запах.

Раскалившись, смола вспенилась прямо в моей руке, а потом вспыхнула и окатила дымом всё тело. Еле помня себя от боли, я задействовал ещё один слой фантомного покрова. Именно он и покрылся чёрным нагаром, а от меня сразу завоняло палёным мясом. Правда, из-за дыма нечем было дышать, и я всё больше боялся, что потеряю сознание.

Задержка дыхания уже не помогала, сознание покидало тело, перед глазами плыло, но я всё ещё цеплялся за реальность, цеплялся из последних сил, не позволяя себе вырубиться… нет, только не сейчас…

Порой, открывая глаза, я видел, как Броннан с каменным лицом смотрит на меня и ждёт, когда я сдохну. Железная выдержка – даже бровью не повёл, маленький засранец. Ну а я продолжал гореть, и теперь мне казалось, что я не просто теряю сознание. Порой я был уверен, что умираю.

Умираю по-настоящему.

Это продолжалось вечность, но на самом деле прошло не больше минуты. Пламя сожгло все слои покрова, и что именно происходило сейчас с моим телом, я даже не мог предположить. Боли уже не было, а может, было так много, что я её не замечал. Голова завалилась набок, и в конце концов, я перестал дёргаться и стонать, так и замерев на спине.

Умер?

Возможно.

Все ощущения пропали. Я не чувствовал запахов, не слышал звуков, не ощущал прикосновений… хотя нет… что-то ещё осталось. Через секунду мой брат начал перекатывать меня ногой к краю моста.

Боль снова вернулась.

Запах дыма – тоже. Шум воды и крики вдалеке.

Брат двигал моё тело к краю, и от каждого прикосновения его ботинка хотелось орать во всю глотку, но я молчал, а моё обессиленное тело продолжало послушно перекатываться. Задержав дыхание, я ждал главного – того самого момента, когда Броннан поднимет меня руками и начнёт переваливать через перила.

И вот наконец он ухватил меня за плечи и навалил спиной на стальную перекладину. Теперь у меня имелось всего секунды три, чтобы сказать о главном.

Я не стал открывать глаза.

– Броннан, это Бейт, – прошептал я, почти не шевеля губами. – Порт. Южный пирс. На закате. А теперь кидай.

Я сказал всё, что нужно.

Казалось, эту речь я репетировал всю свою жизнь.

Броннан часто-часто задышал и стиснул пальцы так сильно, что пропорол мне обгоревшую кожу на плечах до самого мяса. Я услышал его нервный сип – даже в другом мире он не смог от него избавиться, хотя уже не болел астмой.

Брат перевалил моё тело через перила, ещё больнее стиснул пальцы, будто изо всех сил цепляясь за меня, ну а затем резко отпустил.

Я полетел в обрыв с рекой.

Секунда, вторая.

Удар…

Матерь Божья! Обожжённое тело вошло в ледяную воду и будто взорвалось на осколки, хрустнули кости, холод пронзил сердце и расколол его надвое…

А потом оно остановилось.

Сердце просто остановилось.

***

Тишина. Темнота. Вакуум.

Ни ощущений, ни звуков, ни запахов, ни мыслей.

Смерть.

– Ты совершенно точно мёртв, – пробился через мёртвую тишину голос Люче.

Это были обрывки её фраз, что она когда-то мне говорила. Они долетали до меня и гудели в голове:

– Совершенно точно… ты умер… мне жаль, Киро… мне так жаль… я никогда не ошибаюсь… никогда.

Она вдруг засмеялась. Или не она?

Засмеялся Броннан… точно он… или нет, это сёстры Нобу… или Сова, ну точно, это была Сьюн… или всё же Люче?

Вспышка света ослепила сознание, звуки смешались и стали похожи на всплески воды – это волны бились о камни. Меня толкнуло вбок, потом вверх и снова вбок, а затем завертело в водоворотах до тошноты. И так было холодно… невыносимо холодно…

Когда моё тело потянуло вперёд, и плечо протаранило что-то твёрдое и шершавое, я распахнул глаза, и первое, что увидел, как поток воды тащит меня через валуны прямо на угол каменной стены.

Не знаю, откуда взялись силы и реакция на рывок, но я оттолкнулся ногой от ближайшего валуна и, провернувшись в толще воды, как тюлень, юркнул мимо стены.

Меня снова поглотила пучина.

Сила реки потащила моё тело дальше, по камням и перекатам. Я цеплялся за булыжники и выступы, цеплялся за всё, что попадалось мне на пути: за склизкую траву, за ржавые металлические останки, за обломки гранитных плит и статуй (какого хрена статуи делают в реке?).

Я цеплялся не только за всё это – ещё я цеплялся за жизнь.

Река тащила меня всё дальше, бурлила и шумела, а сам я то погружался в ледяную толщу, то снова всплывал и грёб руками, ногами, помогал движением корпуса, огибал камни, отталкивался, уворачивался от столкновения, чтобы не размозжить себе голову и не переломать кости.

Сердце опять колотилось.

Колотилось так, будто готовилось поставить рекорд. Холодная вода сработала как анестезия – я опять не чувствовал боли, да и адреналин зашкаливал.

Как моё тело выглядело после обжарки огнём и падения с моста, даже не хотелось представлять.

Кожа на руках была чёрная и маслянисто поблёскивала, будто я вымазался в нефтяных отходах. Эту черноту не смогла смыть даже бурлящая вода. Возможно, в кожу въелся нагар от Взрывной жвачки. По крайней мере, я хотел в это верить.

Река тащила и тащила меня вперёд.

Здесь на берег выбраться было нельзя – по обеим сторонам маячили скалистые обрывы. Никакой возможности зацепиться. Но минут через пять течение реки стало более мерным, русло расширилось, берега сменили крутизну на гравийные отсыпи, ещё минуты через три, вынырнув в очередной раз, я заметил вдали столбы и оградительную насыпь для защиты гавани.

Это был мол и порт. Однозначно.

И еще кое-что. Впереди реку перегораживала стальная решётка, а у самой поверхности торчала натянутая от берега до берега гирлянда стальных шипов.

Мать их.

Надо было срочно выбираться из воды, пока быстрым течением меня не насадило на преграду.

Если остатки делегации благополучно преодолели тот же путь, что и я, то и они должны были выбраться на берег где-то в этом районе и затаиться до вечера. Была договорённость продолжить наше спасение на закате, когда начнёт темнеть. Сейчас же время перевалило чуть за полдень.

Я завертел головой и всмотрелся в берега. И тут слева заметил обломок кареты – изуродованную дверцу с гербом королевы Калесты. Я немедля погрёб в ту сторону. Фонтей должен был оставить мне знак, и это точно был он.

Добравшись до берега, я наполовину выкарабкался на насыпь из щебня, отдышался, сплюнул и на дрожащих руках наконец выбрался из воды полностью, после чего без сил повалился на бок и пролежал так наверное около минуты, будто мёртвый.

У меня зуб на зуб не попадал, тело продрогло так, что я не мог даже нормально двигаться. Трясясь от холода, избитый, обожжённый, мокрый и почти голый, в лохмотьях обгоревшей одежды, я начал карабкаться дальше по насыпи, метр за метром, выше и выше.

Порой полз на животе, порой вставал на четвереньки. Старался не шуметь и передвигался медленно, чтобы не слишком тревожить щебень, но иногда мелкие камни всё равно скатывались вниз и булькали о воду. Тогда я замирал и вслушивался в звуки, но кроме шума реки ничего не слышал.

Наконец добравшись до вершины насыпи, я приподнялся на руках и огляделся.

Да, это был порт. Его южная часть. Набережная, три пирса, ремонтный док и пристань. Вдали виднелась гавань, а там стояли пришвартованными пять судов. Одно из них заметно выделялось среди остальных.

Это был трёхмачтовый артиллерийский корабль с тяжёлыми орудиями и крупными серповидными выступами с шипами на стальной обшивке. Его нос украшала статуя обнажённой девы с двумя перекрещенными мечами, а на боках блестели изображения волчьих морд и солнц, выкованных из металлических пластин.

Это была «Марианна».

Я узнал её благодаря рисункам Фонтея. Он прорисовывал последний корабль магов особенно тщательно, с большой любовью.

Остальные суда явно построили не маги, а отбросы. Они были меньших размеров, но внешне один в один походили на «Марианну», только вместо девы их носы украшали драконы, как на гербе рода Абелайо.

Я снова опустил голову и оглядел насыпь.

Меня продолжало колотить от холода, мышцы ныли от напряжения, но вот, странное дело, боли я ощущал меньше, чем когда падал в воду, а ведь должно быть наоборот. Ладно, со своими необычными ощущениями потом разберусь…

Итак, если маги делегации выбрались из реки здесь, то должны были оставить ещё какой-то знак, чтобы я понял, где их искать. При беглом осмотре я ничего не увидел, по крайней мере, среди щебня, но, подняв взгляд выше и внимательнее присмотревшись, разглядел то, что могли оставить только маги. И увидеть могли тоже только они.

В тени стен каменных складов у ближайшего ремонтного дока, прямо в воздухе висело еле заметное облако очень странной формы. В виде половины метки райфу. И если специально не искать – не заметишь или примешь за обычную туманную дымку.

Отлично.

Значит, маги действительно здесь.

Прежде чем отправиться в сторону знака, я просканировал ближайшую территорию Охотничьим взглядом. Засёк три горгуна на складе и не меньше пятидесяти горгунов в самом доке. Там на ремонте стоял ещё один корабль с драконом на носу.

Теперь предстояло быстро и незаметно проскочить через насыпь к складам. Вроде всё просто, но на самом деле задача сложная, когда на тебе нет доспеха. Вот если бы Сьюн была сейчас рядом, она бы снабдила меня своим райфу. Тогда бы я использовал навык Погружения во тьму и спокойно подобрался к месту, но Сьюн нет, поэтому придётся действовать так.

Я снова высунулся из-за насыпи и осмотрелся.

Никого.

Зато в доке кипела работа. Стук и скрежет эхом раздавались по округе.

Я выполз на вершину насыпи, перекатился и сполз на другую сторону. Опять зашумели камни, но я больше не стал задерживаться. Вскочил и понёсся к знаку.

В этот момент мой радар засёк движение: те три горгуна вышли из склада и направились прямо ко мне. Очень вовремя, ничего не скажешь!

Решение тут было только одно. Убивать. Без оружия, голыми руками, либо использовать Шквальный урон, потому что проскочить мимо них всё равно не выйдет.

Я уже приготовился нападать, как вдруг из тени зданий навстречу мне потянулся белёсый туман. Он моментально распространился вокруг и сработал как завеса. Атака была отменена мгновенно. Под прикрытием тумана, очень похожего на обычный речной туман, я преодолел оставшееся расстояние, проскочил мимо знака и приник спиной к стене ближайшего склада.

Выдохнул.

Где-то неподалёку заговорили те самые горгуны.

– Всё удивляюсь, откуда сегодня такой туман?

– Осень. Это нормально. Время туманов.

– Хех. Говоришь, как Кузо. – Горгун перешёл на грубый и утробный голос, передразнивая своего главнокомандующего: – «Время войн, солдаты. Время туманов и хаоса. Будьте сильными! Огонь и вера согреют вас! А не женщины и бочки с ромом!».

Горгуны захохотали.

Под их ногами осыпался щебень. Я продолжал стоять, замерев без движения, пока звуки их шагов не стихли, и на моём радаре не стало пусто. Выждав ещё несколько секунд, я двинулся вдоль складской стены к коридору между постройками.

Там-то и обнаружился деревянный сарай – полуразвалившийся флигель у основного склада для хранения старых тросов и канатов. Возле входа в него тоже висел знак-облако. Сомневаться уже не приходилось: маги спрятались именно тут.

Я ещё раз просканировал территорию Охотничьим взглядом – врагов нет – и направился туда. Приоткрыв покосившуюся дверь, я втиснулся внутрь и огляделся. Тут тоже стоял туман, мотками тросов был завален весь сарай, с потолка и по доскам свисала паутина, воняло гнилью. Сюда будто не заходили минимум лет десять, но так только казалось.

Кожей ощущалась магия.

Я шагнул дальше, и как только сделал второй шаг, туман начал рассеиваться. Прошло секунд пять, и я наконец увидел тех, кого так упорно искал.

Передо мной стояли четыре мага.

Помятые, но живые. Фонтей, Буф, Йорго и Грегсон.

Йорго приложил палец к губам, прося о тишине, хотя все были искренне рады и еле держались, чтобы не заговорить. Буф швырнул мне старую мешковину, видимо, найденную тут же. Я моментально накинул её на себя, но дрожать, ясное дело, не перестал.

Все заулыбались (даже ворчливый Грегсон), только это продлилось недолго. Фонтей вдруг нахмурился и внимательнее всмотрелся мне в лицо.

Его глаза округлились от ужаса.

Он шагнул ближе, обхватил меня за плечи и тихо пробормотал:

– Киро, что с тобой? Что-то не так. Ты странный… ты ничего не замечаешь?

Я уставился на мага. Он что, забыл, что я вообще-то обгорел и с моста полетал – понятное дело, что со мной что-то не так и выгляжу я паршиво.

– Ну да, я чуть не сдох, если вы об этом, – прошептал я.

Но Фонтей даже не среагировал на мои слова. Он продолжал пялиться на меня так, будто я всё-таки сдох и превратился в привидение. Затем маг рывком схватил мою правую руку, вытянул на себя и уставился на метку.

– О боги… – Его голос задрожал. – О боги вселенной… я даже не предполагал, что такое возможно… Киро, посмотри…

Я тоже уставился на свою руку и сначала не сразу осознал то, что вижу. Наверное, мой мозг ещё не отогрелся. А вот когда осознал, на что именно смотрю, то перестал трястись и замер, как ушибленный.

На моей грязной и мокрой ладони мерцала еле заметная голубая метка ратника…

Книга 5. Эпизод 2.

– Да ну… нет. – Это первое, что я сказал.

«Нет, нет, нет», – повторило сознание.

Я отдёрнул руку и быстро потёр её о сухую мешковину, в которую кутался.

– Может, я в краску случайно рукой залез?

– Киро, не время шутить… – Фонтей покачал головой.

– Да мне не до шуток. – Я ещё сильнее начал тереть руку, со злостью и напряжением. – Это просто невозможно. Адами Фонтей, невозможно…

Я посмотрел на Фонтея, будто умоляя его со мной согласиться.

Тем временем меня окружили маги.

– Надо срочно доложить императору, – высказался генерал Грегсон.

– Надо срочно предупредить Стронга, – предложил Буф, побледнев до мучного цвета.

– Надо срочно успокоиться, разобраться и подумать о последствиях, – добавил первый помощник Йорго.

Лишь один Фонтей молчал и хмурился, ну а я всё тёр руку о мешковину, сильней и сильней, пока та не стала чистой. Затем снова раскрыл ладонь и ещё раз её осмотрел.

Остальные, как по команде, уставились туда же.

Да, это была метка ратника.

Такая же, как у Сьюн – голубая спираль райфу на середине ладони. Только мерцала она еле-еле, будто застряла внутри руки и не могла пробиться сквозь кожу.

При этом половина красной метки всё также находилась на моём указательном пальце, только она стала менее яркой, будто поблекла. Но и это было ещё не всё.

Вторая половина метки была синей – такое случалось лишь тогда, когда Сьюн наделяла меня своим райфу. Но ведь Сьюн сейчас ничего не делала, а синее райфу всё равно имелось.

– И как это понимать?.. – прошептал я, сжимая ладонь в кулак.

Сердце отчаянно заколотилось.

Фонтей положил руку мне на плечо и заглянул прямо в глаза.

– Ты был мёртв, Киро. Ты действительно умер, когда упал с моста.

«Ты совершенно точно мёртв, – снова прозвучал голос Люче в голове. – Я никогда не ошибаюсь».

– Но сейчас же я жив, – ответил я. – Вы же со мной разговариваете. Ничего не изменилось.

– Изменилось. Ты изменился. Разве ты не замечаешь, что стал чуть выше ростом и шире в плечах? Что ты стал сильнее и выносливее? Что физическая боль меньше тебя беспокоит?

Я сглотнул, смочив пересохшее горло.

Насчёт роста и плеч я ничего не ощущал, а вот насчёт боли, силы и выносливости – да. Если бы не это, возможно, я бы вообще не выплыл из реки.

По моим глазам Фонтей догадался, о чём я думаю, и продолжил:

– Помнишь, как твой доспех четвёртой высоты менял тебя внешне? Так вот теперь часть этих изменений осталась с тобой, потому что ты… – Он вдруг смолк и переглянулся с Буфом, после чего добавил: – Потому что ты становишься ратником, и это лишь начало твоего перерождения.

От его слов меня охватило морозом.

Я в отчаянии посмотрел на Буфа.

– Буф, что ты видишь? Кто я?

Тот нахмурился.

– Вижу мага, который умер, но почему-то выжил и получил метку ратника, но она будто не раскрылась до конца. Может, надо умереть ещё раз, и тогда она раскроется, а метка мага исчезнет насовсем? Тогда ты окончательно станешь ратником, не зависимым от Каскадов. Ну… вот что я вижу.

Он сказал это совершенно серьёзно.

– Спасибо, дружище, – выдавил я. – Утешил.

Йорго окинул серьёзным взглядом остальных.

– О том, что случилось, нужно поговорить с тем, кто хорошо знает магию призыва. С тем, кто её создал. С Альмагором Стронгом. Теперь для всех Киро Нобу, враг Ниманда и тёмных отбросов, погиб. Это нам на руку. Пусть все думают, что у нас больше нет супер-оружия.

– Супер-оружием вы меня называете? – Я посмотрел на Йорго и прищурился.

– Ратник – это оружие, Киро, – не моргнув глазом, ответил Йорго. – А такой ратник, как ты, это супер-оружие.

Вдруг Фонтей поднял руку и обратился ко всем:

– Вы не против, адами, если я переговорю с Киро наедине? Он сейчас растерян, и мне нужно успокоить его. Через несколько часов нам предстоит прорываться через охрану, чтобы покинуть город, и я хочу, чтобы Киро пришёл в себя. От этого зависят наши жизни.

Никто спорить не стал. Я – особенно, потому что уже понимал, что только Филат Фонтей сможет объяснить мне всё, что со мной произошло. Никто из присутствующих магов не знал, что я на самом деле не Киро Нобу, даже Буф об этом не догадывался.

Только Фонтей знал.

Он отвёл меня в угол и шепнул заклинание в прогнивший потолок флигеля. Нас сразу же окружил плотный туман.

– Теперь никто не услышит наш разговор, – негромко сказал Фонтей. – Итак, давай, я напомню тебе, чем ты был уникален до того, как упал с моста.

Я затаил дыхание, впитывая каждое слово мага-джадуга.

– Твоя уникальность заключалась в том, что твой дух Бейта Беннета попал в чужое тело. Это оказалось тело мага с половиной метки. Такая неполноценность дала возможность твоему духу проявлять себя в виде ратника, но только при поддержке Белой Совы. Ты ведь это понимаешь?

Я кивнул.

С таким положением вещей я уже давно свыкся.

– Ты был зависим от Белой Совы, – продолжил Фонтей, – потому что твой дух был слаб и без её райфу ты не мог пользоваться силой ратника и его доспехом.

Я опять кивнул.

Всё верно. От райфу Сьюн я был зависим с первого дня знакомства.

– Так вот. – Фонтей обхватил меня за плечи и заговорил тише: – После того, как ты умер, всё изменилось. Ты перешёл в пограничное состояние. Теперь ты больше ратник, чем маг. Почему это произошло. Дело в том, что когда погибло тело Киро Нобу, дух Бейта Беннета выжил, так как этому телу не принадлежит. За время получения рангов твой дух стал намного сильнее, чем раньше, поэтому сегодня смог наделить погибшее тело Киро Нобу свойствами ратника, буквально перестроив его под себя, и сделал он это без помощи Белой Совы, самостоятельно. Дух Бейта Беннета так отчаянно цеплялся за жизнь, что начал перерождение мёртвого тела Киро Нобу в ратника и победил.

Я уставился на Фонтея и спросил пересохшими губами:

– Это значит, что… что теперь мне не нужно райфу Сьюн, чтобы пользоваться силой ратника и доспехом?

Маг снова взял мою руку и показал на красно-синюю метку на моём указательном пальце.

– Синяя половина метки, которую ты видишь – это райфу Бейта Беннета, твоего собственного духа. Оно теперь не исчезнет, потому что оно твоё по праву. Однако твоему духу не хватило мощи, чтобы переродиться в ратника полностью, поэтому голубая метка на твоей ладони пока не работает. Её нужно распечатать. На самом деле Буф сказал верно. Тебе нужно погибнуть ещё раз, чтобы стать полноценным ратником. Тогда твоя метка мага на пальце исчезнет и останется только метка ратника на ладони. Но это опасно. Чтобы пережить повторную смерть тела, твой дух должен быть сильным… очень сильным… намного сильнее, чем сейчас. Иначе ты рискуешь не выжить вовсе. Тебе нужна шестая высота, а её могут дать только Каскады. Как и Высший Драконий доспех. Тут ты от них никуда не денешься.

Я раскрыл ладонь шире, растопырив пальцы.

Странно было видеть всё это на своей руке: красно-синюю метку на пальце и наполовину скрытую метку ратника на ладони.

– Но если я когда-нибудь полностью превращусь в ратника, то мне нужен будет доминат, чтобы находиться среди людей, так ведь? – Я еле оторвал взгляд от руки и опять посмотрел на Фонтея.

Тот покачал головой. В его глазах появился восторг.

– Нет. Тебе никто не будет нужен. В этом тоже твоя уникальность. Ты не зависим от Каскадов, потому что не они тебя создали. Ты сам себя создал. Творцы лишь пользуются твоей силой. Ты дух из другого мира. В понимании других духов, здесь ты полностью свободен.

Не удержавшись, я навалился на стену сарая и зажмурился.

– Всё, что вы говорите… это просто… не знаю… адами Фонтей… я же теперь не человек, получается…

Все эти новости взрывали мне мозги. Стоит только случайно умереть – и начинается какая-то хрень.

– Ты всё ещё человек, Киро. Пока ещё человек, но уже не такой уязвимый, как обычные люди. Ты сильнее и выносливее, чем они. Тебя сложнее убить и даже ранить. Ты рыцарь.

– Пол-рыцаря… – по привычке поправил я.

– Нет, Киро. Теперь уже нет. Ты обрёл куда большую силу, чем половина, но, увы, ещё не всю.

– И что мне теперь с этим делать?

Фонтей наклонился ко мне.

– Жить, Киро. Жить! Дух твой остаётся всё тем же, он лишь крепнет и преображается. Но ты всё тот же парень, как и твой брат.

Я опустил голову.

– Он может вообще не прийти сегодня. Я рискнул всем ради трёх секунд разговора с братом. Да я сдох ради этого… но никто не даст гарантий, что Броннан узнал меня.

Фонтей взял меня за плечо.

– Может случиться всё, что угодно, но сражаться мы будем всё равно. Вместе с тобой мы сражаемся за свой мир.

– Думаете, у нас получится всё, что мы задумали сегодня?

– Не знаю, Киро. Я не предсказатель. Но я сделаю всё, что смогу. И ты сделай. – Он вдруг тихо-тихо и довольно хохотнул. – Будет забавно увидеть физиономию Ниманда, когда он узнает, что ты не погиб. Хороший будет эффект неожиданности. Так и представляю себе, как ты надвигаешься на него, а твои татуировки раскрываются в Высший Драконий доспех. Какой будет эта броня, никто не знает, но это будет что-то грандиозное.

Я снова в растерянности уставился на Фонтея (от удивительных и странных открытий меня уже начало подташнивать).

– Не понял… что будет раскрываться? Татуировки?.. Какие татуировки?

Маг хлопнул себя по лбу.

– Я же тебе не сказал! Дырявая башка! Кроме роста и ширины плеч в твоём теле изменилось и ещё кое-что. Появились татуировки, моментально раскрывающие доспех. Ты можешь увидеть их уже сейчас. И, конечно, использовать тоже.

Честно, я бы хотел, чтобы все эти новости мне сообщали, когда я буду сидеть на стуле. Ноги малость слабли при каждом новом открытии.

Теперь вот татуировки нарисовались.

– И где они? – выдавил я.

– А я откуда знаю. Ищи, – пожал печами Фонтей.

Я немедля стянул с себя мешковину и принялся осматривать тело через обожжённые дыры в одежде. Вот теперь я заметил, что плечи действительно стали шире, а руки ещё жилистее, чем раньше. Недурно.

На измазанном в нагаре теле, кстати, не нашлось ни одного ожога, только застарелые шрамы на животе, даже моя рассечённая бровь зажила. Синяков тоже не было, как и порезов, ссадин и кровоподтёков, а ведь горгуны очень постарались меня избить. По-хорошему, лежать бы мне в больнице не меньше пары недель, а тут… будто ничего не было.

Тело ратника восстановило кожный покров.

Честно, я сам себе сейчас казался не человеком, а киборгом, хотя по виду, конечно, не особо отличался от прошлого Киро Нобу. Тот тоже был высоким и натренированным парнем. Просто сейчас стал чуть выше и чуть натренированнее.

Но вот татуировки…

Сначала я их не увидел, пришлось задирать на себе лохмотья и смотреть внимательнее.

– Вижу одну на спине, – вдруг объявил Фонтей. – Пластина брони от кирасы с рисунком драконьего хребта. Тянется от затылка и по всей линии позвоночника.

– Драконьего хребта? – Я быстро повернул голову, чтобы посмотреть на спину, но, естественно, ничего не увидел.

– Белая Сова тебе опишет, как это выглядит.

– Ну да, она опишет… ещё как, – без энтузиазма отреагировал я.

Пока оставалось лишь догадываться, как Сьюн воспримет мои изменения. Почему-то ничего хорошего я не ждал.

– О, и на плечах. Глянь, – добавил Фонтей.

Оказалось, на плечах была высечена полоска латной брони с рисунком чёрной драконьей чешуи. Она начиналась от плечевого сустава и уходила на лопатки. Ещё такую же полоску брони я обнаружил с внешней стороны голеней.

– Надеюсь, на копчике рисунков нет? Хвоста, например, – пробормотал я.

– Всё шутить пытаешься? – улыбнулся Фонтей. – Это хорошо. Кстати, такие татуировки есть на каждом ратнике, только все они разного вида. У Белой Совы спроси. У неё тоже есть.

Я перестал себя осматривать и спросил то, что тревожило меня с того самого момента, как только я узнал о своих изменениях:

– А Белая Сова… она всё так же принадлежит мне? Ну… то есть… она остаётся моим ратником, и я могу призывать её с помощью медальона?

– Пока ты в пограничном виде, то всё ещё маг, а значит, остаёшься её доминатом.

Я выдохнул.

– Хорошо. Тогда надо бы ей сказать о том, что случилось.

Фонтей понял мой намёк сразу и вынул из кармана всё, что я ему оставил ещё в карете принцессы Энио: перстень с браслетом из маг-металла и медальон призыва.

– Кстати, тебе маг-металл уже и не нужен. Твой меч ратника теперь всегда при тебе, стоит только вытянуть руку.

Я всё равно надел маг-металл на руки.

– Это на всякий случай. Уверен, что пригодится.

– Ты, конечно, хороший стратег, Киро, – ответил Фонтей, – только всё предусмотреть невозможно. Ты ведь не предусмотрел свою смерть, хоть и знал о ней заранее. Забавно, но для тебя она всё равно стала неожиданностью.

Мы посмотрели друг на друга.

Фонтей улыбнулся.

– Сначала я напугался, увидев тебя таким, но теперь понимаю, что просто так ничего не случается. Ты достоин своего перерождения в тёмного рыцаря. – Он покосился на медальон, который я только что надел на шею, и добавил с беспокойством: – Надеюсь, и Белая Сова так же посчитает. Хотя ни один предсказатель не возьмётся предполагать, какой будет её реакция.

Она будто услышала его слова.

Медальон сработал сам собой, луч прошиб туманную дымку, и в полумраке сарая появилась Сьюн.

***

Глянув на её лицо, Фонтей тут же самоустранился.

– Удачи, парень. Оставляю вас наедине, но если что, зови на помощь.

Он юркнул в туман, а я и Сьюн уставились друг на друга.

Её взгляд скользнул по моему телу.

– Живой, значит, – процедила она и сощурила серо-сиреневые глаза. – Как думаешь, как долго ты ещё будешь жив?

Я зачем-то почесал в затылке, хотя там не чесалось.

– Ты собираешься меня убить?

– Почему ты не сказал мне, что собираешься умереть? – ледяным тоном продолжила она допрос.

– Я не собирался. Сам удивлён.

– М-м? Удивлён? – вскинула брови Сьюн. – Добровольно пошёл на смерть и удивился? Ну надо же. А меня нельзя было предупредить, да? Мы напарники или кто? Ты вообще думал, что делал? Ты мог умереть!! А потом взял и умер, засранец! Ну и как тебе верить после этого? Ты такая задница, Киро! Только о себе и думаешь! Я уж понадеялась, что в твой череп больше никто не гадит, но нет! Там ещё больше навоза, чем было раньше!

Я продолжал чесать в затылке и выслушивать её гневные вопли. Хорошо, что нас защищал звуконепроницаемый туман. Наконец, выждав, когда Сьюн начнёт переводить дыхание и сделает паузу, я успел сказать:

– Мы на вражеской территории, если что. Сейчас бы с другими делами разобраться.

– Нет! Я разберусь с тобой сейчас!

Она решительно направилась ко мне и подошла вплотную. Вот тут я ощутил, что мой рост действительно изменился. Сьюн почти на голову стала ниже меня, и, конечно, тоже увидела разницу.

Её гнев исчез так же быстро, как и появился, потому что через дыры в одежде она разглядела ещё и татуировки на моих плечах.

– Киро… это…

Её рука медленно потянулась к моей коже. Пальцы прикоснулись к рисункам так нежно, что мурашки пронеслись по телу.

– Это же броня ратника… доспех тёмного рыцаря теперь прямо на тебе, стоит лишь сделать движение… – Она вдруг отдёрнула руку и заглянула мне в глаза. – Признайся честно, ты знал, что так будет? Ты ради этого умер?

Я покачал головой.

– Не ради этого.

Потом я поднял правую руку, показывая Сьюн свои изменения. Увидев еле заметную метку ратника, а потом и метку мага, заполненную наполовину синим райфу, она закусила губу.

– Значит, я тебе больше не нужна? Теперь ты можешь быть ратником и без меня?

– Могу. Ну и что? Ты нужна мне всё равно.

– А Каскады?

– А что Каскады? Единственное, на что они могут повлиять, это то, какой вид доспеха я получу, и дадут ли они мне шестой ранг. Во всём остальном я волен.

– Волен… – эхом повторила Сьюн, в её голосе появилась тоска. – А я нет, но очень хочу.

– Сначала надо узнать, как это сделать.

– Это может сделать только Ниманд, ты же сам слышал, как об этом говорил ратник Мортен. Слышал ведь?

Я промолчал. Да, я отлично слышал, как он говорил про Ниманда, но обращаться к нему за подобными вещами – самоубийство. Даже силой, с клинком у глотки, заставлять его рискованно.

Вопрос повис в воздухе, и обсуждать его сейчас не имело смысла. Сьюн тоже это понимала.

Она вдруг сощурилась, лукаво так и многообещающе, как дьявол.

– Значит, ты настоящий тёмный рыцарь? И даже не пол-рыцаря?

– До настоящего мне ещё две высоты. Нужен шестой ранг.

Она снова дотронулась до татуировки на моём плече и томно выдохнула, будто от предвкушения.

– Не будь я Белой Совой, если мой доминат не получит шестую высоту. А ещё… ещё ты освободишь меня от Каскадов, а потом… ох что будет потом, когда я стану свободной… мало тебе не покажется…

Она закусила губу, оглядывая моё изменившееся тело так жадно, будто еле справляясь с собой, чтобы не накинуться на меня прямо тут.

Ну а я снова не сказал ей про смерть – ещё одну, что меня ждёт, если я захочу стать настоящим ратником.

Зато задал дурацкий вопрос:

– Слушай, а на твоём теле тоже есть татуировки? Может, покажешь? Почему я их не видел?

Сьюн закатила глаза.

– Потому что ты вечно отвлекаешься на определённые части моего тела, а остального не замечаешь. Я удивлена, что ты вообще моё лицо запомнил.

Мы посмотрели друг на друга и неожиданно рассмеялись.

Это был самый неуместный смех на свете. Всё вокруг было хреново: вражеский город, везде враги, я умер и воскрес непонятно кем, Сова зависит от богов, которые никогда её не отпустят, мой брат может не прийти на встречу, остатки делегации рискуют погибнуть при прорыве из города, а моего ратника способен освободить только Ниманд…

А мы смеялись, как придурки.

***

Время приближалось к закату.

Почти шесть часов мы прождали во флигеле, рассевшись на мотках канатов и тросов.

Никто больше не спрашивал меня о том, что произошло, и как жить с этим дальше. Возможно, пока я разговаривал со Сьюн, они уже всё обсудили и настроили планов. Теперь же разговоры были только о том, как выбраться из Гнездовья.

Задумка была дерзкой и опасной, но лучших вариантов не имелось.

Этот запасной план отхода из города я предлагал Фонтею ещё в школе, но тогда никто из нас не предполагал, что именно его и придётся осуществлять. Вариант действий сейчас был только один, и чтобы всё прошло, как надо, я должен был пойти первым.

Для начала мне нужно было забрать брата, а потом подготовить остальное.

Прежде чем покинуть флигель, я облачился в доспех, и впервые сделал это без участия Белой Совы.

Под пристальными взглядами магов я прошёл на середину сарая, чуть опустил голову и расставил ноги шире, а затем медленно дотронулся красно-синей меткой до запястья левой руки…

Всё произошло мгновенно.

Пластины брони выросли прямо из мышц, чуть кольнув в тех местах, где имелись татуировки. От затылка по всему позвоночнику пронеслась холодная молния, и Средний драконий доспех Пепла, глухо выщёлкивая, закрепился по всему телу.

Я поднял голову, размял шею и обернулся на остальных.

– Надо срочно доложить императору, – шёпотом повторил генерал Грегсон, оглядывая мою броню так, будто тоже хотел такую же.

– Невероятное оружие… такого у нас ещё не было… – пробормотал Йорго с восторгом и уважением в глазах.

Буф молча кивнул мне, желая удачи, а вот Фонтей произнёс это вслух:

– Удачи, тёмный рыцарь. Мы ждём от тебя знак, чтобы вступить в бой.

Все смолкли. Наступила благоговейная тишина.

Я ещё раз окинул всех взглядом и быстро покинул флигель…

Книга 5. Эпизод 3.

Теперь-то я отлично понимал Сьюн.

Потому что всего на секунду представил, как, будучи ратником, вынужден подчиняться какому-то непонятному магу, да ещё и не иметь возможности жить без подпитки и надзора Каскадов.

Да я бы удавился.

У Сьюн же было железное терпение.

Она всё ещё оставалась со мной, хотя столько раз лицезрела говнюка в моём лице, что не сосчитать. От такого домината я бы давно ушёл, но она осталась. Возможно, совсем по другой причине, чем просто служба, и к этому вопросу я собирался вернуться уже в школе… если, конечно, вообще до неё доберусь.

Судьба магов делегации, да и моя судьба тоже – всё решалось именно сейчас.

Я всё ещё боялся, что брат просто-напросто не придёт на встречу. Нет, теперь мир для меня не рухнет, потому что рядом были люди, которыми я дорожил не меньше, чем братом, но всё же… чёрт, я не хотел даже думать о том, что всё было зря.

Выйдя из флигеля, я на ходу применил навык Погружения во тьму. Он давал мне возможность не просто скрыться с глаз, но ещё и передвигаться быстрее, чем обычно.

И ещё кое-что.

Теперь, будучи больше ратником, чем магом, я настолько легко использовал силу тёмного рыцаря четвёртой высоты, что это казалось невероятным. Без напряжения и усилий.

Отныне вся эта мощь стала моим естеством, моей сущностью.

Что со мной будет на пятой высоте, даже жутко было представить.

Я быстро двинулся вдоль складов у ремонтного дока, радар Охотничьего взгляда беспрестанно сканировал территорию. Врагов я не боялся, но не хотелось бы устраивать тут шум.

За счёт того, что я передвигался, погрузившись в тени, щебень теперь не перекатывался и не шуршал под моими ногами. Несмотря на рост и вес, я был бесшумен и быстро шёл к назначенному месту.

Скрежет и стук со стороны стоящего на ремонте корабля постепенно стихал, и нарастал уже другой звук – шум портовой площади, а я всё дальше отходил от дока и приближался к южной пристани.

Там и должен был находиться южный пирс – место встречи с Броннаном.

Я остановился и произнёс заклинание, чтобы воспроизвести одноразовое воспоминание, которое помогла создать Триш Лаван ещё в школе.

– И сен леосу.

Короткой фразы хватило, чтобы перед глазами возникла подробная карта порта, которую рисовал Фонтей.

Я будто прямо сейчас видел её на листке бумаги.

Итак, если верить карте, то ремонтный док и южный пирс разделяла пристань с двумя причалами, пассажирским и грузовым, а сам пирс выступал далеко в акваторию моря и имел широкую площадку. Он предназначался не для швартовки судов, а для прогулок, поэтому после заката должен был опустеть.

Карта перед глазами исчезла, и я немедля отправился дальше.

На пути встречались заборы, мелкие строения, лестницы, перила. Все преграды я преодолевал без особого труда – бесшумно перемахивая в один прыжок.

Порой приходилось огибать дорогу и идти в обход, чтобы не столкнуться нос к носу с отрядами латчей и вурров, рыскающих по набережной. Порой приходилось пережидать у стен, чтобы выйти из Погружения во тьму, выдохнуть и сориентироваться.

Так, шаг за шагом, я приближался к встрече с братом.

В лучах закатного солнца море блестело и казалось тёплым, но на самом деле вода в нём была ледяной. Северные моря этой части света омывали Новый Ледан и несли с собой ветра и холод.

И вот, короткими и длинными перебежками, я наконец-то добрался до южной пристани.

Даже вечером народу здесь было прилично. Встречались и повозки с вепрями, и группы ардов-грузчиков, перетаскивающие тюки, и семейства мертвоедов, спешащие в свой район, и сильфы с луками в боевых колесницах, ну и конечно, отряды солдат-горгунов и латчей. Они патрулировали территорию.

Опять погрузившись во тьму, я двинулся по краю пристани, стараясь держаться в тени складов грузового причала. До южного пирса оставалось совсем немного. Там, за последним складом, открывался вид на море и прогулочную площадку.

До встречи оставалось около часа.

Солнце стремительно садилось, приближалось время заката.

Для лучшего обзора я выбрал место повыше – вскочил на каменный забор, ухватился за балку, подтянулся на руках и быстро вскарабкался прямо на складскую крышу.

Вид отсюда действительно открывался шикарный, только от этого вида внутри всё перевернулось, похолодело и оборвалось.

Южного пирса я не увидел.

Его просто не было…

***

Не удержавшись на ногах, я опустился на колени и уставился на море.

Как такое вообще могло быть?..

Я не мог ошибиться, ну не мог. Тогда неужели ошибся Фонтей и нарисовал не ту схему? Но ведь в его картах не имелось ни одной ошибки, а тут… сразу целый пирс куда-то пропал… он просто исчез, будто его тут никогда не было.

– Ч-ч-чёрт… твою ж ма-а-ать… – выдохнул я, опустив голову и плечи.

Во мне закипела волна злости на самого себя.

Какой же ты дебил, Киро! Ну как же можно было так облажаться, мать твою?!

Ты предусмотрел всё, но не это. Почему бы не назначить другое место встречи? Почему? Теперь даже если брат придёт, то куда? Куда, мать твою, он придёт?..

Уставившись невидящим взглядом в крышу, я выдохнул, заставил себя успокоиться и начал соображать, почему так вышло.

Если учесть, что Фонтей был здесь около десяти лет назад, а значит, карту рисовал по тем же временам, то пирс мог и существовать. Только за десять лет с ним могло произойти всё, что угодно. Разбило ураганами, снесли за ненадобностью, затопило.

Я снова поднял голову и внимательно вгляделся в то место, где по схеме должен быть южный пирс… подождал полминуты… ещё полминуты…

От напряжения мои глаза готовы были лопнуть, но я всё смотрел и смотрел на чёртово море, будто прожигал его взглядом. Смотрел, смотрел… и увидел!

При волнении моря в воде оголялась пара свай – еле заметные издалека почерневшие столбы.

Значит, пирс всё-таки был. Просто сейчас его нет.

Пока, конечно, всё равно ничего хорошего, но уже кое-что.

Я перевёл взгляд на берег. Там, чуть дальше, прямо у морской линии, стояли огромные короба, прикрытые парусиной.

И опять я всмотрелся до боли в глазах.

В итоге разглядел силуэты, видневшиеся в промежутках между кусками парусины. Это были подготовленные для строительства новые сваи, аккуратно сложенные в штабеля и огороженные досками.

Значит, отбросы собирались построить новый пирс взамен старого.

Тоже так себе новость, но всё же с натяжкой можно было сказать, что место встречи – напротив бывшего южного пирса в районе хранения новых свай, прямо на берегу.

– Ч-ч-ч-чёрт, – опять процедил я. – Ну что за хрень…

Всё это казалось таким зыбким, что хотелось рвать на себе волосы.

Я снова выдохнул и взял себя в руки.

Буду ждать брата у новых свай, всё равно другого варианта нет. Придёт так придёт, а не придёт, то найду его позже, если, конечно, сами отбросы не найдут его раньше меня и не прикончат, как незаконнорождённого, результат порочной связи полумагов из разных каст.

Я даже не хотел об этом думать.

Снова погрузившись во тьму, я встал на крыше во весь рост и оглядел портовую площадь с высоты, внимательно изучил посты с охраной по периметру и количество патрулей, потом окинул взглядом гавань с кораблями, изучил каждое судно и насыпь мола, бросил повторный взгляд на «Марианну» и опять посмотрел на сваи, прикрытые парусиной.

Теперь предстояло дождаться заката.

Я лёг животом на поверхность крыши, убрал Погружение во тьму и принялся ждать, зорко сканируя территорию берега и ближайшую полосу воды.

Солнце садилось, закатные лучи гасли.

И вот наконец наступила минута, когда последний солнечный свет окрасил порт и море, а затем померк. Темнота окутала город стремительно и разом, на южной пристани и по всей линии набережной загорелись фонари.

Я продолжал лежать и всматриваться в берег. Дыхание участилось само собой, мышцы замерли в напряжении – вот и пришло время.

– Ну давай же, Броннан, – прошептал я. – Ты же не глупый парень, ты же всё понял. И про меня, и про южный пирс.

Время шло, порт погружался в ночь, заметно холодало, море шумело, неся туманы, а я продолжал лежать на крыше, будто примёрзнув к ней.

Брата всё не было.

Прошёл час, поехал второй…

И всё это время я цеплялся за надежду. Даже боялся опустить голову, повернуть шею или моргнуть медленнее обычного, чтобы случайно не пропустить появление Броннана. Если бы не выносливость ратника, я бы уже лежал тут окоченевшим трупом.

Времени оставалось мало, всего полчаса.

Потом мне нужно было отправляться в другое место, чтобы подготовить прорыв магов.

– Броннан, мелкий ты засранец, где тебя носит? – прошептал я.

Я уже не злился и не надеялся. Казалось, во мне исчезли любые эмоции, внутри стало пусто и равнодушно, однако я продолжал ждать. Ждал пятнадцать минут, ждал двадцать, ждал полчаса.

А потом просто встал и собрался уходить.

Вспомнились слова Фонтея: «Может случиться всё, что угодно, но сражаться мы будем всё равно».

Что ж, насчёт брата я сделал всё, что мог. Теперь пора сражаться за других.

Я уже развернулся и собрался покинуть крышу, но тут краем глаза заметил движение. Через всю портовую площадь, на бешеной скорости, подскакивая и спотыкаясь, в сторону несуществующего южного пирса бежал горгун…

***

От этой картины во мне всё замерло, эмоции вернулись, слишком много эмоций на одного меня. Хрипота подкатила к горлу.

Это был Броннан.

Чёрт возьми… это был он.

Его ящероподобную физиономию я запомнил на всю свою жизнь, её изображение будто высекли на коре моего мозга.

Это точно был он!

Я еле успокоился и оторвал взгляд от бегущего ящера в черной одежде (он снял военную форму, в которой был на мосту), после чего внимательно оглядел площадь, высматривая, не следит ли кто за братом, и не привёл ли он хвоста.

Вроде, всё было чисто.

Броннан пришёл один. Он нёсся, как ужаленный, и направлялся точно к сваям.

Я не сдержал улыбки. Ну что, братец, пора бы встретиться.

От склада, на крыше которого я стоял, до места встречи было порядка двухсот метров. Я не стал тратить время и слезать с крыши по тому же забору, а использовал силу тёмного рыцаря и мощь доспеха.

Опять погрузившись во тьму, я взял разбег прямо по крыше, на бегу произнёс заклинание Львиные лапы и, сделав мощнейший прыжок, бесшумно опустился примерно на середине пути.

Таких мощных и затяжных прыжков я не совершал никогда.

Не медля ни секунды, я рванул к брату. Он бежал со стороны города, а я – со стороны моря. Эти мгновения были самыми длинными в моей жизни, эти метры – самыми бесконечными…

Добежав до штабелей со сваями, я наконец замедлил бег, а потом остановился и замер в ожидании, тяжело переводя дыхание и уходя в тень. Свет фонарей грузового причала и шум площади остались позади, а тут, между высокими коробами заборов, стояла темень и тишина.

На самом деле, лучше места встречи не придумаешь. Скрыто от посторонних глаз, охраны рядом нет на сотни метров, зато есть где скрыться. Может, я всё-таки не так уж облажался?..

Броннан появился пару минут спустя.

Запыхавшийся и бледный, он остановился, постоял немного, затем зорко огляделся, принюхался и опасливо пошёл вдоль забора.

Я снова услышал его сип… этот чёртов сип я узнал бы где угодно.

– Э-э-эй… – прошептал брат. – Эй… ты здесь?

В его голосе слышался страх, а сам он дрожал, то ли от холода, то ли от волнения: плечи тряслись, дыхание постоянно прерывалось.

– Эй, ты здесь? – повторил он уже громче и отчаяннее, почти на надрыве.

Я убрал доспех и шагнул из тени.

– Здесь.

Броннан встал, как вкопанный, замерев на полушаге. Я не хотел пугать и давить на него, поэтому тоже остановился.

Мы молча уставились друг на друга. Он громко сглотнул и засопел, сжав кулаки, но продолжал стоять и разглядывать меня с ужасом и страхом в глазах. Пока для него я оставался Киро Нобу, врагом всего Гнездовья, который, к тому же, погиб на его глазах.

Не выдержав, я первым шагнул к нему.

– Броннан…

Он отступил и насторожился, готовый сигануть отсюда на такой же бешеной скорости, на какой явился.

Мне опять пришлось остановиться.

– Ты же сгорел на мосту, – выдавил он. – Ты же погиб. Я сам видел. Ты упал и разбился о воду. Меня наградить собираются за то, что я тебя убил. Ты почему живой, вообще? И чего тебе надо? Я долго не хотел сюда идти, но потом подумал, что нужно всё равно проверить.

– Опалил ты меня недурно, но, как видишь, я выжил.

– Тогда почему на тебе ни одного ожога? – Он подозрительно сощурился, как грёбанный детектив.

– Это долгая история, Броннан. Потом расскажу.

– Откуда ты знаешь, как меня зовут? И почему назвался Бейтом? Тебе кто-то рассказал про него, да? Говорят, что Киро Нобу очень хитрый. Ты можешь притворяться, чтобы я тебе что-нибудь про двенадцатое подразделение Кузо рассказал. Только хрен тебе, козёл!

– Эй, полегче! – Я нахмурился. – Если бы мне что-то надо было узнать, я бы с тобой по-другому разговаривал. А я что делаю? Включи мозги, Броннан. Я не притворяюсь. Я и есть Бейт.

Он не поверил и ответил жёстко:

– Бейт умер, понял? Он умер прямо на операционном столе. При мне.

– Слушай…

– Тебя зовут Киро Нобу, а не Бейт Беннет, – перебил он меня. – Не заливай мне тут. Все вокруг кричали, что ты Киро Нобу. Я что, по-твоему, глухой? Только чего тебе от меня надо?

– Это лишь тело Киро Нобу. – Я разговаривал с ним спокойно, но внутри бешено кипели эмоции. – Ты ведь тоже не в своём теле. Ты находишься в теле полумага, так? А ещё ты скрываешься под маскировкой горгуна вот уже больше двух месяцев. С того момента, как сюда попал.

– Нет, не так. – Его голос предательски дрогнул. – С чего ты взял?

– Не ври, – покачал я головой. – Я слышу, когда ты врёшь.

– Я не вру. – Он надул губы.

– Врёшь как дышишь, уж я-то знаю. Кто мне наврал, что не будет таскать у меня деньги на игровые автоматы, а сам что? Таскал каждую пятницу. Кто наврал, что на завтрак согласен пить молоко, а сам что? Выливал его в горшок с цветком, пока тот не сдох. Кто наврал, что не притащится ко мне в цех и не будет ныть, чтобы я допустил его к симулятору «Ратник», а сам что? Притащился и начал ныть, все мозги мне вынес…

Он вдруг топнул ногой.

– Это ты всё время врал! Говорил, что боевые доспехи безопасные, а сам что? Взорвался и умер! Ненавижу тебя за это! До сих пор ненавижу!

Броннан сжал кулаки и закусил дрожащую губу.

– Ну и что делать будем, мелкий засранец? – сощурился я.

Он с сипом втянул воздух носом и часто-часто заморгал в попытке скрыть слёзы.

А потом, завопив, бросился ко мне.

– Бе-е-ейт!

Я стиснул его в объятьях и даже забыл, что это горгун, или полумаг, или хрен пойми кто. Я обнимал своего брата Броннана, а внутри в это время растворялось напряжение, которое скопилось во мне будто за тысячу лет.

Это было странное ощущение, и я до сих пор не до конца осознавал, что сейчас Броннан стоит рядом, что я нашёл его. Возможно, потом, позже, я буду рыдать от счастья, но сейчас я просто прижимал брата к себе и смотрел в одну точку совершенно сухими глазами.

Зато Броннан пустил слезу.

– Бейт, прости… – Он скомкал мою обгоревшую одежду пальцами и уткнулся носом мне в плечо, тихо зарыдав. – Прости меня, Бейт… я ведь убивал тебя… там, на мосту… и поджёг тебя… и ещё ногами бил… я же не знал, что это ты… я не знал, Бейт… честное слово… я такой тупой, даже не догадался, что это ты…

Я крепче прижал его к себе.

– А как бы ты догадался?

– Ну не знаю, – всхлипнул он, – но какой я после этого брат, если не догадался? – Он зашмыгал носом и добавил: – А почему тебя не было так долго? Где ты был? Я тут чуть не сдох.

– Я тоже чуть не сдох, честно говоря, – усмехнулся я. – Вообще-то, я даже не знал, что ты здесь, мне потом сказали.

Броннан задрал голову (ростом он доставал мне макушкой до подбородка). Его смешная ящероподобная морда уставилась на меня.

– Кто сказал?

– Потом объясню. Сейчас бы поторопиться, у меня ещё тут дела.

Брат прищурил один глаз.

– Ты типа меня мимоходом спасаешь, да? Заодно с великими делами?

– Я бы сказал, что всё как раз наоборот.

– Если бы ребята узнали, что знаменитый Киро Нобу – мой брат, они бы меня убили… но сначала бы умерли от зависти…

Он вдруг нахмурился и отстранился. Его голос опять стал подозрительным и даже холодным:

– Это ты убил Зифаса? Скажи, что не ты. Ведь не ты же, правда? На тебя наговорили?

Меня этот вопрос коробил не меньше, чем его, но сейчас времени на него уже не осталось.

– Это тоже потом обсудим. Надо торопиться. Пошли.

Я взял его за руку и потянул в сторону пришвартованных кораблей, но Броннан неожиданно остался на месте.

– А как же ребята?

– Какие ребята?

– Те, с которыми я живу. Мы вместе служим. Они хорошие.

– Ну да, я заметил, – поморщился я. – Особенно когда они меня ногами избивали.

– Это из-за Зифаса. Он был нам как отец, вот поэтому они тебя ненавидят, потому что считают, что это ты его убил. Нам так сказали. А вообще они хорошие, им тут тоже плохо, как и мне, но нам идти некуда. Их Филин совсем запугал, порой даже бьёт. Мне тоже влетало нехило. Он ведёт себя, как сволочь. Заставляет нас по выходным кошельки на рынке воровать. Знает, что мы ни к кому за помощью обратиться не можем. Но мы уже приноровились. Для меня кошелёк срезать, что раз плюнуть. А ещё Филин за сильфами в окна ночью подглядывает…

Я и сам понимал, что от рассказов Броннана мне ещё станет хреново, но это будет потом, а сейчас я не готов был их слушать. Время нещадно уходило.

– Позже про ребят расскажешь, пошли. – Я снова потянул его за собой.

– Может, заберём их? – упёрся брат. – Их всего четверо, Бейт.

– Ты издеваешься? – уставился я на него. – Во-первых, куда я вас всех дену? Мне тебя пристроить сначала надо. Во-вторых, они никуда не пойдут с Киро Нобу. Они захотят меня прирезать.

Это был резонный аргумент, и с ним Броннан спорить не стал. Он крепче стиснул мою руку, и мы быстро зашагали вдоль забора.

В этот момент позади нас прозвучал вопрос:

– Гудред, ты что, шпионишь?..

Броннана от этого голоса чуть не подбросило.

– Только шпион из тебя паршивый, – продолжил тот. – Ты бы хоть не трепал, что вечером гулять пойдёшь. Никогда не гулял, а тут собрался.

Я молниеносно толкнул Броннана себе за спину и обернулся.

– Филин… – зашептал брат с ужасом в голосе. – Это Филин.

С противоположной стороны вышли ещё четверо горгунов.

– А это ребята, – всё тем же шёпотом добавил Броннан.

Странно, что мой радар не засёк целых пять горгунов.

Даже когда я разговаривал с братом, я не переставал сканировать ближайшую территорию, но почему-то не увидел приближение врага. Объяснение этому могло быть только одно.

Это не горгуны.

Это полумаги.

И не просто полумаги, а точно такие же, как мой брат – незаконнорожденные дети, появившиеся при смешении каст. Недаром ещё на мосту я подумал о том, что ведут они себя как уличные пацаны, и больше похожи на банду малолетних преступников, а ещё, что их что-то крепко связывает.

Так вот связывала их одна тайна на всех – эти полумаги маскировались под горгунов и служили в одном подразделении, а от казни их спас Зифас. Именно он сделал пометки в списках учёта о том, что эти безымянные дети устранены, на самом же деле они остались живы.

Теперь понятно, почему они называют Зифаса отцом.

Броннан вдруг выскочил из-за моей спины, прикрыл меня собой и завопил:

– Ребята, не трогайте его! Его нельзя!

Я ухватил брата за шкирку и опять толкнул за спину.

Вариант действий тут был только один – по-тихому убрать всех, начиная с Филина и заканчивая «ребятами». Зря Броннан боялся за меня, ему надо было бояться за ребят.

Я шагнул вперёд.

Не хотелось бы убивать новых друзей брата прямо при нём, но ситуация требовала быстрого и жёсткого решения. Если из-за этих тварей меня обнаружат, то план побега из города сразу накроется медным тазом.

И по роже Филина я уже понял, что он собирается закричать и позвать на помощь латчей из ближайшего поста охраны…

Книга 5. Эпизод 4.

Действовать надо было быстро.

Мне хватило бы и трёх секунд, чтобы грохнуть этих мелких говнюков, они бы даже пикнуть не успели.

Но Броннан не дал мне сделать ни одного движения. Он, как сайгак, выскочил из-за моей спины и приказал жёстким голосом:

– Стой, я разберусь!

Я даже опешил.

«Стой, я разберусь» – вообще-то, это моя фраза.

Он двинулся прямо на Филина и неожиданно убрал псевдо-образ горгуна, представ полумагом. Голым, грязным, но жилистым и крупным полумагом, возрастом старше меня лет на пять.

На его левой скуле, от виска до самого подбородка, отчётливо темнел длинный шрам от ножа, а широкие вразлёт брови придавали ему грозный вид.

Лысый, черноглазый бандит!

Охренеть…

– Если рот откроешь, я тебе башку сожгу, – процедил Броннан на ходу. – У тебя есть сомнения, Фил?

Его ладони стали красными, как раскалённые угли, и даже походка изменилась. Сейчас это был уверенный и прямой шаг.

Филин замер на месте.

– Гудред… ты чего? Убери…

Если не считать того, что я охренел, то ещё я держал на контроле остальную шайку, но все четверо «ребят» застыли с ужасом и восторгом в глазах. Иногда они косились на меня, но больше пялились на моего брата и, похоже, даже не думали звать охрану.

Они ждали исхода.

Я тоже ждал, не став вмешиваться в разборки брата. Расстояние было совсем небольшим – если что, отбить я его всё равно успею. Только теперь мне и самому стало интересно посмотреть на нового Броннана.

А он действительно изменился.

Брат, конечно, и раньше был въедливым засранцем, но c девяти лет он всегда зависел только от меня, вечно болел и просил помощи, даже когда шнурки завязывал.

А вот сейчас, в опасной ситуации, его как подменили. Это был жёсткий, быстрый, смелый и напористый парень. Он принял решение без меня, чего раньше даже представить было нельзя.

И самое занятное, что Филин почему-то его испугался – я видел это по его глазам. Никогда не боялся, унижал и даже бил, а тут вдруг испугался.

Он с опаской уставился на Броннана.

– Гудред, ну ты чего?.. Да я же пошутил. Можешь валить, куда хочешь, вместе с этим козлом. – Он бросил на меня короткий взгляд. – Ты договорился с ним, чтобы он тебя из города вывел, да? Это ты хорошо придумал. Но знай, теперь мы тебе не братья, понял?

– У меня уже есть брат, понял? – Броннан подошёл к Филину. – И это не ты.

Тот поднял руки, показывая, что не собирается драться.

– Давай, просто разойдёмся. Я не буду звать охрану, клянусь.

– Поклянись, как мы клялись тебе.

Филин закивал и убрал маскировку.

Это тоже был крупный полумаг, но не такой крупный, как Броннан, зато возрастом явно старше. Видимо, он был первым, кого спас Зифас, и уже успел повзрослеть.

Теперь, увидев разницу в их комплекции, я догадался, почему Филин испугался Броннана.

Дело было даже не в том, что раньше Броннан покорно исполнял все его приказы, а теперь разозлился и осмелел. Скорее всего, причина была в том, от каких именно каст рождены эти полумаги, ведь их сила напрямую зависела от происхождения.

Из канцелярской книги учёта я знал, что Броннан попал в тело полумага, рождённого от отца-вурра и матери-латча, а это самые сильные полумаги в иерархии.

Насчёт Филина же я мог судить только по виду, и этот вид подсказывал мне, что его родители – латч и уот.

Получалось, что Броннан был сильнее Филина, однако тот просто держал его в страхе, чтобы не терять лидерства. Теперь же Броннан внезапно решил навалять своему лидеру, чем сильно испугал Филина.

Всё это, конечно, было интересно, но время уходило.

Филин поднял правую руку с чёрной меткой райфу, после чего приложил ладонь к своей голой груди в районе сердца.

– Клянусь, – сказал он не без пафоса.

Под рукой вспыхнуло пламя, обжигая его собственную кожу. Он стерпел боль, а когда убрал ладонь, под ней краснел рубец ожога.

– Вот так-то, – кивнул Броннан. – Ты поклялся и теперь не скажешь, что здесь видел.

Я покачал головой. Что за детский сад? Ну прямо клятва в песочнице.

По факту, стоит только отпустить Филина, как он заголосит и позовёт охрану – это было написано на его роже. Вот если бы он поклялся на силе, тогда б другое дело, а здесь всего лишь слова.

Броннан повернул голову в мою сторону.

– Я же сказал, что разберусь. Совсем как ты разбираешься.

В эту самую секунду Филин вцепился в шею брата рукой.

– Сдохни…

– Гудред! – Четвёрка горгунов кинулась к Броннану на помощь, но я всё равно оказался быстрее.

Даже без доспеха я смог легко погрузиться во тьму и уже через мгновение оказался за спиной Филина. Мой раскалённый меч возник в руке, но удара не случилось.

Броннан сделал дело за меня.

Он мёртвой хваткой вцепился в лицо Филина, зажав ему рот ладонью, и пустил в его голову короткую вспышку пламени.

Филин задёргался, но Броннан лишь усилил хватку. Его лицо стало таким же каменным и жестоким, как тогда – когда я горел на мосту, а он ждал, пока я сдохну.

Через несколько секунд Филин упал замертво с обугленной головой. Ну а я так и замер с мечом в руке.

Броннан бросил взгляд на поверженного Филина, а потом посмотрел на меня. В его глазах я заметил ужас, но его он показал только мне. Когда же его окружили остальные, Броннан выглядел почти спокойным.

– Сказал же, сожгу, – процедил он, обратившись к мёртвому Филину.

Остальные из шайки, что его окружили, неожиданно заулыбались, будто случился их самый счастливый день. В отличие от Броннана, они не стали убирать маскировку и остались горгунами.

Шайка тихо забормотала, перебивая друг друга. Все хлопали Броннана по голым плечам.

– Гудред, ты его победил.

– Вот это да-а-а!

– Я чуть не описался от восторга…

– Гудред круче всех.

Они будто забыли, что их враг Киро Нобу всё ещё находится тут и сейчас смотрит на них, а заодно раздумывает, насколько незавидной будет их участь.

Я покосился на Броннана.

Он стоял голый и никого не смущался. Ну и ну. Надо бы ему хоть какие-то тряпки найти, чтобы прикрыться. Я отвязал от пояса истрёпанный кушак и стянул с себя длинный жилет арда, после чего швырнул всё это в руки Броннану.

Он быстро начал одеваться, а сам показал подбородком на меня.

– Познакомьтесь, ребята, это мой… э-э… хороший знакомый.

Все, как один, уставились на меня, и, прямо скажем, взгляд у них был недобрый.

– Кто? Киро Нобу? – скривился первый. – Хороший знакомый?

– Говорят, он половину Бар-Сабба покрошил, – выдавил второй. – Не зря же его чёрным драконом называют.

– А ещё он Зифаса убил, – не забыл напомнить третий.

– Он его не убивал, на него наговорили, – тут же возразил Броннан, почему-то искренне веря в это. – Вы же сами знаете, что Киро Нобу теперь обвиняют почти во всех смертях.

Я не стал никого переубеждать.

Не знаю, поверили ли они моему брату, но их лица стали не такими презрительными и испуганными.

– Ты уходишь с ним из города, да? – спросил один из них.

– Ухожу, Хио, – кивнул Броннан.

Вдруг тот, кого он назвал Хио, взял брата за руку и прошептал:

– Пусть он возьмёт нас с собой, Гуд. Как только мы выберемся за пределы города, то разойдёмся. Мы уйдём в леданские долины, на юге, у реки Тысячи легионов. Я, конечно, не понимаю, как чёрный дракон выжил на мосту, и зачем помогает тебе сбежать, но мы пойдём с тобой.

– И поможем отбиться от охраны, если что, – добавил второй.

Остальные закивали.

Броннан с мольбой посмотрел на меня.

– Можно им пойти? Их же убьют здесь. Теперь все будут искать Филина, а когда начнутся проверки, то могут обнаружить, что его сослуживцы даже не горгуны. Ребятам нельзя возвращаться на службу. Только им вообще некуда идти. Теперь Зифаса нет, никого нет.

Ну вот. Ещё одна проблема на мою голову.

Я окинул всех четверых взглядом и сказал:

– Тогда уберите маскировку. Я хочу вас увидеть, каждую вашу полумажью физиономию.

Никто спорить не стал – уж слишком они хотели сбежать из города.

Трое, как по команде, отвернулись от четвёртого горгуна и замерли.

– Ты тоже отвернись, – неожиданно потребовал у меня тот самый горгун, от которого все отвернулись. – Я вообще-то девочка, – добавил он веско.

Я скрипнул зубами. Час от часу не легче.

Теперь ещё и девочка.

– Это Хио, – представил подружку Броннан. – Она круто лазает по крышам и ловит птиц.

Я шлёпнул себе по лбу и отвернулся, ощущая себя воспитателем детского сада.

Через полминуты мне разрешили повернуться обратно. За это время все четверо полумагов убрали маскировку и теперь стояли передо мной в ряд, кутаясь в куски парусины, которые стянули с забора.

Им всем было примерно лет по двенадцать-тринадцать. По возрасту они были ровесниками моего брата, только сам он выглядел сейчас старше всех.

И ещё.

Среди них действительно стояла девочка.

Лысая, с чёрными глазами, как у всех остальных, но неожиданно миловидная на лицо.

– Раз вы отняли у меня кучу времени, – начал я, – тогда кое-что для меня сделаете. Точь-в-точь, как я скажу. Если хоть один из вас дёрнется в сторону и попытается предупредить охрану, от него даже костей не останется, понятно? Пришибу. Сомнения есть?

Дважды угрожать не пришлось.

Они явно наслушались красочных баек про Киро Нобу и верили, что я жуткий чёрный дракон во плоти.

За пять минут я рассказал им, что надо делать, после чего Броннан взял управление шайкой незаконнорождённых полумагов на себя.

Для меня такое было в новинку – видеть, как мой младший брат проявляет себя, как лидер. Но я был даже рад. В чужом мире он не растерялся и не повис у меня на шее, а полноценно стал помогать. Только несмотря на это, мне всё равно не хотелось сейчас оставлять его без присмотра. Я буквально заставил себя это сделать.

– Ладно, тогда вперёд. Встретимся, где договорились.

Я кивнул Броннану и прикоснулся красно-синей меткой к запястью.

Тело моментально покрыл доспех, выросший прямо из татуировок. У брата отвисла челюсть, глаза округлились, как и у остальных, но сказать они ничего не успели – я исчез в чёрной дымке, погрузившись во тьму.

***

Теперь надо было действовать быстро и бесшумно.

Я добрался до мола, защищающего гавань и пришвартованные в порту суда. Мой путь лежал прямо к «Марианне» – кораблю магов, который когда-то остался здесь после осады Гнездовья и гибели армии Атласа.

Нужно было незаметно освободить судно от отбросов, которые дежурили на палубе и в трюмах, а потом подать знак магам делегации, но только из другого места порта, отвлекая внимание на себя, пока маги пробираются к кораблю.

Ночь и Погружение во тьму прятали меня надёжно, а Охотничий взгляд постоянно проверял территорию. Благодаря ему я уже засёк на палубе десятерых горгунов. Возможно, там были ещё латчи или вурры, но мой радар их не видел.

Оказавшись вблизи «Марианны», я не смог сдержать восторга.

Корабль был огромный. Стальная обшивка блестела в свете фонарей причала, мачты со стянутыми парусами уходили в небо, а фигура девы с мечами на носу казалась живой.

Я ухватился за продольные цепи, что швартовали корму к причалу, и на одних руках добрался до борта. Соскочив на палубу, я сразу же отправился туда, где засёк горгунов.

Трое возились у пушечных портов с левого борта, а остальные торчали у рубки, у самого штурвала, и громко травили байки.

Опасности они не чуяли.

Первые трое бесшумно приняли смерть от моего меча почти в один момент. Наверное, они даже не поняли, что умерли. Я быстро растолкал тела так, чтобы их не заметили, и продолжил свой кровавый поход.

Теперь нужно было убрать отбросов у штурманской рубки. Там их стояло сразу семеро, и чтобы разделить команду, пришлось уронить на палубе бочку. Загремев, та прокатилась до борта.

– Эй! Вы чего там расшумелись? – тут же отреагировал один из горгунов.

Вместе с напарником они вышли на палубу и получили свою порцию смерти.

Осталось пятеро.

– Ну так что там? – На палубу вышел ещё один горгун.

Он столкнулся со мной нос к носу и застыл в ужасе.

– Чёрный дра… – прошептал он и больше ничего уже сказать не смог – клинок резанул его по глотке.

Оттащив ещё одно тело в сторону и спрятав его за бочками, я направился к рубке. Там мой радар увидел ещё четверых оставшихся.

Неожиданно рядом со мной прошептали:

– Убиваешь ты без жалости, чёрный дракон. Мне нравится.

Я моментально махнул мечом в сторону шёпота, но никого не задел. Тот, кто мне помешал, ловко отскочил наверх, ухватившись за мачтовый канат, как обезьяна.

Это была девчонка-полумаг.

Хио, кажется.

Она сделала из парусины что-то вроде халата и зачем-то притащилась за мной. Я жестом показал ей, чтобы она свалила отсюда, но девчонка лишь покачала головой и шепнула:

– Я помогу. В рубке ещё два вурра. Я в люке разглядела. По трюмам проверила – никого.

– Сиди тут, – ответил я почти беззвучно.

Вот сказал же этим детям: шаг в сторону – пришибу, но эта девчонка будто меня не услышала.

Она, как тень, вскарабкалась выше на мачту, зацепилась босыми ногами за канаты и повисла вниз головой. Причём повисла точно над горгунами.

Затем Хио посмотрела на меня и замерла, ожидая начала атаки. Вела она себя так, будто мы с ней давно работаем вместе и сто лет как напарники.

На горгунов мы напали одновременно.

Она сверху, а я снизу, в один прыжок взобравшись по трапу к штурвалу. В ночи послышался лишь короткий хрип. Троих убрал я, одного – Хио. Девчонка сделала то же самое, что Броннан с Филином: зажала рот горгуну и пустила ему в голову вспышку огня.

Оставалось надеяться, что этот короткий всполох с берега никто не заметил.

Теперь дело было за главным – тихо убрать двух вурров. Это всё же не слабые горгуны, а высшие полумаги, и от одного удара они не сдохнут.

Хио принялась оттаскивать мёртвых в тень бортов кормы, а я отправился вниз, в рубку.

– Стой у двери, – шёпотом велел я девчонке.

Она аж заулыбалась.

– А говорил, что помощь не нужна.

Я снова погрузился во тьму и тихо вошёл в рубку.

Оба вурра стояли, склонившись над столом в свете свечей, но в отличие от горгунов, они сразу же ощутили моё появление.

Крупные и быстрые, они тут же обернулись и вскинули руки, отправляя в меня двойную лавину молний. В первого я метнул меч, а на второго рванул сам, хватая его печатками Пепла за лицо. Чёрт возьми, я сделал это, как делали полумаги. Голова вурра истлела за секунды, а вот второй упал на бок и прямо с моим мечом в животе пополз к двери.

Там его встретила Хио.

Сначала она ухватила мой меч за рукоять в попытке добить вурра, но моментально обожгла себе руки. Глухо вскрикнув, она бросилась на вурра прямо так и с жуткой злостью принялась его душить. Мне даже помогать ей не пришлось – полумаг перестал дышать совсем скоро.

Я выдернул из его живота меч, и тот исчез прямо в моей ладони. Хио подула на свои обожжённые руки, со вздохом пробормотав:

– Никогда не буду больше трогать меч чёрного дракона.

– Уж постарайся, – нахмурился я.

И тут мой взгляд случайно упал на карты, что изучали вурры. Это был план атаки на западные берега Атласа.

А вот это интересно…

– Ребята, наверное, уже всё сделали, – прошептала Хио и бросилась из рубки на палубу.

Я поспешил за ней и замер у штурвала. Броннан со своей шайкой сделали всё так, как я велел, и даже лучше.

На южной пристани полыхали склады грузового причала. Они горели так, что озарялась светом вся портовая площадь. Казалось, наступил локальный день. Искры летели в ночное небо фейерверками, трещали объятые огнём стены, трапы и крыши, гудело грандиозное пламя.

К месту пожара начал стекаться народ, часть патрулей тоже ринулись туда.

Ну что же, вот знак и подан. Теперь магам осталось только преодолеть часть порта и добраться до корабля.

Рядом со мной встала Хио. Её лицо озарилось светом от далёкого пламени.

– Красиво, правда?

Я нахмурился.

Ничего красивого в поджоге складов я не видел, но девчонка безотрывно смотрела на огонь и улыбалась.

– Гудред отлично сработал. Только он может зажигать такой великий огонь. Таких вурров-латчей я ещё не встречала.

– А сама ты кто? – вдруг поинтересовался я.

Она помолчала, но всё же ответила:

– Вурр-ард.

Я уставился на неё.

– Такое вообще возможно?

– Как оказалось, да. – Она вздохнула и смолкла.

Через несколько минут на корабле появились Броннан со своими приятелями. Запыхавшиеся и раскрасневшиеся, они притаились у бочек на главной палубе, но я велел им пока скрыться в одной из кают.

– Ещё не время вас показывать. Ждите, когда я сам за вами приду.

Хио присоединилась к остальным, на ходу описывая, как она помогала чёрному дракону отбивать корабль. Полумаги спустились в трюмы, только Броннан задержался.

Увидев меня в доспехе, он не сдержал благоговейного выдоха, оглядывая меня с ног до головы.

– Видел бы тебя отец… или мама… они бы с ума сошли от гордости…

Я быстро убрал доспех и ответил:

– Мне сейчас хватает того, что ты сходишь с ума от гордости. А теперь иди, спрячься пока. Я позже за тобой приду.

Брат широко улыбнулся, но вместо того, чтобы скрыться в трюме, бросился опять меня обнимать.

– Я до сих пор поверить не могу, что ты меня нашёл.

В его чёрных полумажьих глазах появились слёзы.

Я крепко стиснул его и сразу же отстранился.

– Всё, иди, а то тебя увидят.

Он понёсся в трюм, а я продолжил ждать, стоя на палубе, в тени мачты. Склады продолжали полыхать, хаос всё больше охватывал портовую площадь – самое время пробираться через толпу.

Я надеялся, что маги не буду привлекать к себе внимания, но случилось кое-что другое.

Вдали, в свете полыхающего огня, я увидел четыре сильфийские боевые колесницы. Те неслись по порту с бешеной скоростью, и в каждой из них стоял маг.

Первым мчался Фонтей, за ним ехали Буф, Йорго и генерал Грегсон.

Эффектно, ничего не скажешь.

А ещё очень заметно.

Толпа разбегалась перед ними, и многие даже не понимали, кто это едет, но вскоре вслед за колесницами понеслись патрульные экипажи и отряды вурров, вспыхнули лавины огня и молний, в ночи заискрились сильфийские стрелы и кнуты горгунов.

Усилием воли я удержал себя на месте, чтобы не кинуться отбивать магов от преследования. Был риск, что если я вылезу на свет, то все увидят, что Киро Нобу жив, а этого пока раскрывать не хотелось.

Внезапно за колесницами Фонтея и Йорго вспыхнули шлейфы из белого дыма. Он за пару мгновений охватил округу плотным туманом.

Площадь шумела, но я уже ничего не мог разглядеть.

Так прошло около пятнадцати секунд.

В напряжённом ожидании я весь вспотел, наверное, уже в тысячный раз и уже приготовился рвануть в бой. Да плевать, что меня увидят – этот секрет не стоил того, чтобы обменивать его на жизни.

Тут внезапно корабль вздрогнул.

Удар.

Ещё один.

У бортов блеснул световой меч Фонтея, мелькнули и затрещали вспышки, «Марианну» опять качнуло. Я не особо разбирался в мореплавании, но понял, что сейчас маги рубят швартовные тросы и цепи, а их было минимум шесть.

Ещё я понимал, что без Фонтея эта громадная посудина не поплывёт…

Книга 5. Эпизод 5.

Корабль качнулся ещё раз.

Туман-прикрытие охватил территорию вокруг судна, окутал палубу, а потом и всю гавань вместе с другими кораблями. В это время маги на берегу продолжали рубить швартовные тросы. Я считал удары и реакцию корабля – не знаю зачем, но считал.

Прошло четыре удара.

Если каждый удар – это перерубка троса, держащего судно у причала, то значит, осталось минимум два троса. Только ударов больше не происходило.

Световой меч Фонтея то и дело вспыхивал в дымке, но теперь вспыхивал не он один – ещё сверкали молнии вурров, мелькали их шипастые цепи, десятки цепей.

Через несколько секунд с берега в «Марианну» полетел град сильфийских стрел. Мерцающей синей массой они поднялись в небо и лавиной обрушились на несчастное судно.

Ещё мгновение спустя через левый борт полезли мертвоеды.

Они, как муравьи, нахлынули на корабль несметным полчищем. Их были сотни, а может, тысячи. Мелкие и юркие твари с криптонными ножами начали заполонять главную палубу, ну а следом за ними с неба налетели горгуны.

Десятки крылатых ящеров появились разом, сразу два крупных отряда, и набросились на оснастку мачт.

Такелаж затрещал, задрожала палуба.

Я тут же вскинул руки и пустил лавину Шквального урона в воздух, отгоняя горгунов с мачт, после чего рванул вниз по трапу в ближайший трюм и вызвал Сьюн. Мне до последнего не хотелось, чтобы она участвовала – её могли заметить, но сейчас не осталось выбора. Один я с таким натиском не справлюсь.

– Режь всех, надо очистить корабль и дать ему отплыть, – сказал я ей, как только она появилась. – Используй Живое скрытие. Постарайся остаться незаметной, но смотри по ситуации.

Она кивнула и метнулась по трапу наверх, на бегу облачаясь в доспех и вынимая мечи.

– Стой! – выкрикнул я и, когда Сьюн обернулась, добавил быстро: – Не руби полумагов, одетых в парусину. Эти со мной. Их четверо. Есть ещё один в жилете арда. Он тоже свой.

Сьюн округлила глаза, но спрашивать ничего не стала. Если бы у нас было больше времени, она бы уже съязвила на эту тему.

Я бросился вслед за Белой Совой, тоже облачаясь в доспех. Вместе мы выскочили из трюма на палубу. Она использовала Живое скрытие, а я – Погружение во тьму.

Бой предстоял грандиозный.

За те секунды, пока мы были в трюме, палубу успели заполонить отбросы всех мастей: мертвоеды, латчи, горгуны. В толпе мелькнули даже несколько вурров. В это время сильфы продолжали дальнобойный обстрел с берега. Их стрелы мелькали и резали туман, стучали о мачты, сшибали бочки и выбивали щепки из палубы.

Сотни чёртовых врагов. А против них – четверо магов и два ратника (да, теперь я считал себя больше ратником, чем магом).

Скрывшись во тьме, я ринулся в толпу отбросов, сметая их со своего пути. Размашистыми ударами мой меч нёс смерть и боль каждому, кто попадался под руку.

Духовный опыт полился рекой.

Правда, ощущал я его совсем не так, как раньше, до перерождения. Не было больше тошноты, боли и головокружения. Так, небольшой морозец по коже. Я связывал это с тем, что был теперь больше ратником, чем магом, а ратники никак не реагируют на получение духовного опыта.

Вот и я теперь реагировал меньше.

Хотя когда зарубил вурра, то всё же почувствовал, как сжался желудок, и к глотке подкатила горечь. Но даже это ни на секунду не отвлекло меня от боя, потому что если отвлечься, то можно случайно сдохнуть. У моего носа, да и со всех сторон сразу – везде – мельтешило чужое оружие. Мечи, копья, цепи, кнуты, стрелы, ножи, когти, зубы, морды…

Чего только тут ни мельтешило!

Чтобы удерживать Погружение во тьму, приходилось тратить силы, но я всё равно не покидал зону невидимости. Она не только скрывала, но ещё и давала эффект неожиданности – отбросы не понимали, откуда их атаковали и кто.

Невидимая сила рубила их тела, ломала шеи, откидывала в стороны и вышвыривала с корабля, а они оставались в недоумении.

Не знаю, что именно сейчас вытворяла Сьюн, но что-то мне подсказывало, что примерно то же самое. Мы уничтожали врагов, как два ангела смерти, выкашивали их десятками, но чёрт возьми… их всё равно не становилось меньше!

Портовая охрана бросила все силы, чтобы не дать кораблю покинуть гавань Гнездовья.

Отбросов будто подстёгивал кнут.

Они бросались на «Марианну», как стервятники, словно удержать корабль – их главная миссия в жизни. А у меня возникла нехорошая догадка: если отбросы поймут, что не справляются с обороной магов, то просто уничтожат судно.

Сожгут его нахрен!

И до этого жуткого момента оставалось совсем немного, ну а когда это случится – мы все здесь останемся.

Мёртвыми, конечно.

Решение тут могло быть одно – рубить оставшиеся швартовные тросы самому. Если Фонтея и остальных окружили со всех сторон, то они просто не смогут перерубить тросы.

Внезапно на носу судна вспыхнул слепящий свет. В середине вспышки мелькнула фигура, и не узнать её было невозможно. Приземистый, крепкий, широкоплечий.

Это был Буф.

Он стоял рядом со статуей девы и держал кулон Арахны в вытянутой руке.

Радужным свечением окатило половину палубы, а заодно и мощнейшим уроном. Его получили все, кто находился в радиусе десятков метров от Буфа. Небо над гаванью окрасилось в разноцветье, будто ночь озарило северным сиянием.

Да, его сила была могучей.

В итоге за пять секунд аура Буфа скосила не меньше сотни отбросов разом. Под таким натиском они отступили, но уйти им не удалось. За их спинами, со стороны кормы, встретил уже я. Буф меня не видел, поэтому когда остатки отбросов повалило лавиной Шквального урона, и он рухнули, как подкошенные, у мага отвисла челюсть.

Правда, ещё больше она отвисла, когда из трюма выскочили пятеро полумагов и вместо того, чтобы наброситься на Буфа, атаковали горгунов, налетевших с неба. Мелкие черноглазые бандиты встали спина к спине и выдали такой поток огня, что горгуны отпрянули обратно ввысь.

Броннан тут тоже, конечно, был, и я невольно дёрнулся к нему, чтобы прикрыть, но сразу остановил себя. Передо мной стояла слишком важная задача, а брата можно было доверить и другим рукам, не менее надёжным, чем мои собственные.

– Сьюн, прикрой пятерых полумагов на главной палубе! – немедля обратился я к Белой Сове, используя телепатию. – Глаз с них не спускай!

– Ты меня пугаешь, доминат, – ответила Сьюн. – У тебя открылась любовь к этим лысым уродцам? Фу!

Я не стал ей отвечать. Всё равно знал, что она сделает именно так, как я сказал.

И тут через шум боя и звон оружия пробился отчаянный призыв:

– Помоги-и-и-и-ите мне-е-е-е! Генера-а-а-а-ал!

Кричали с правого борта.

Там, весь в крови, еле держась на ногах, первый помощник Йорго тащил полумёртвого генерала Грегсона, навалив его на себя, а сам одновременно отбивался от мертвоедов.

Толпа мелких убийц неожиданно нахлынула со стороны моря. Они накинули абордажные кошки на правый борт «Марианны» и, молниеносно взобравшись по тросам, заполонили палубу.

Йорго из последних сил рычал заклинания, создавая вокруг себя то пространственные дыры прямо в палубе, то мощные вихри, но всё равно уже не справлялся. Ранение слишком изматывало его.

И тогда к нему на помощь бросилась пятёрка полумагов с Броннаном во главе.

– Сов-а-а-а! – отчаянно провопил я. – Прикро-о-о-ой и-и-их!

– Прикрываю, Киро! Прикрываю!

Силуэт Белой Совы мелькнул в тумане.

Сверкнули её серебристые мечи и шлейф юбки из стальных перьев. Девушка рванула в бой, сминая мертвоедов клинками, как насекомых, и отбивая любые атаки на Броннана и его друзей.

Господи, Матерь Божья… только бы он выжил в этой кровавой каше…

Как вообще такую кашу можно было допустить?! Почему маги проехались по порту в колесницах, собирая за собой все патрули? Они бы ещё с транспарантами на площади встали, мать их!.. Скоро сюда стекутся все силы Дуивеля, и тогда останется лишь молиться за упокой наших душ…

Бросив отчаянный взгляд на Броннана, отбивающего Йорго от мертвоедов, я рванул к противоположному – левому – борту, который и был пришвартован к причалу.

Тем временем сильфы продолжали обстреливать корабль с берега, и дождь из мерцающих стрел становился всё плотнее.

Фантомный покров на мне уже давно искромсали, теперь весь урон получала броня. Доспех беспрестанно гудел, принимая удары сотен сильфийских стрел и копий.

Через рваный туман, по лужам крови и изрубленным телам, я наконец добрался до левого края судна, ближе к носу, и перевалился через борт.

Вот же они, черти! Те два швартовных троса, что держали нос корабля у причала.

Чтобы их перерубить, мне пришлось ударить мечом пять раз по каждому тросу, причем, со всей силы, максимально размахнувшись.

Освобождённая «Марианна» опять качнулась, а я рванул к середине борта, на этот раз выискивая Фонтея. Он один оставался сейчас где-то на причале, в самой гуще тумана, и чтобы разглядеть то, что творилось внизу, мне пришлось применить Точечный вихрь.

Часть дымки рассеялась, и…

…от открывшейся картины во мне всё похолодело.

Фонтея оттесняли десять вурров, не давая магу прорваться к кораблю. Они зажали его в кольцо и рубили цепями.

Вокруг него искрили и метались шаровые молнии, а он отбивал их своим световым щитом из последних сил. Под его ногами трещала брусчатка, лучи света резали пространство, как солнце режет тьму, но сил Фонтею не хватало. Меча у него уже не было – вся его магия уходила на оборону, а сам он держался одной рукой за живот, прикрывая рану.

Но и это было ещё не всё.

Далеко не всё.

На берегу скопились сотни полумагов, целая армия. Сюда согнали всех, кого нашли в районе порта: латчей, вурров, ардов, уотов. Всех. И готовились они к тому, чего я так боялся.

«Марианну» решили уничтожить одним огненным ударом.

Выбирая между ценнейшим боевым кораблём и убийством четверых магов, отбросы выбрали второе. Для них это было принципиально. И от такого потока огня корабль не защитили бы даже Стронг с Кезарием. Не защитил бы никто.

А если защитить нельзя – значит, надо нападать.

Я бросил взгляд на левый борт, на двенадцать пушечных портов и стоящих наготове двенадцать тяжёлых орудий. А ведь это было не просто судно, это был боевой артиллерийский корабль.

Рванув прямо к пушкам, я вышел из Погружения во тьму. Сейчас мне было уже не до скрытия.

– Бу-у-у-уф! – заорал я во всю глотку. – Сюда-а-а-а-а! Пу-у-ушки-и-и-и!

Буф в это время как раз сражался с двумя горгунами и находился ближе всех.

Он добил тварей пятью точными ударами, потом быстро отыскал меня глазами и бросился к левому борту.

– Нужно дать за-а-а-алп! – рявкнул я, перекрикивая шум боя и треск от сильфийских стрел.

Ну а потом показал рукой на берег – туда, где собралась армия полумагов.

– О нет… – выдохнул Буф, сразу сообразив, что сейчас произойдёт.

Мы оба кинулись к орудиям и ящикам со снарядами.

– Ищи огонь! – крикнул мне Буф, толкнув к палубе. – Я сам заряжу!

При слове «огонь» я сразу подумал о полумагах, поэтому быстро окинул взглядом палубу в поисках хоть одного из них. Броннан был слишком далеко, окружённый полчищем мертвоедов, как и остальные трое…

Так. Стоп.

А где четвёртый?

Я задрал голову и глянул на мачтовую оснастку. А вот и четвёртый.

Наверху Хио дралась с горгуном, атакуя его вспышками огня. Я молниеносно выставил меч вверх и крутанул остриём, отправляя туда же прицельный Точечный вихрь. Горгуна смело с мачты за секунду.

– Хио-о-о-о-о! – позвал я девчонку-полумага. – Мне нужен твой ого-о-о-онь! Сейча-а-ас!

Хио глянула на меня и улыбнулась будто от счастья, что я снова попросил её помощи.

Ловко цепляясь за канаты, она сиганула с мачты вниз.

– Зажига-а-а-а-ай! – заорал в это время Буф. – Двенадцать фитилей!

Хио поняла всё, что нужно – девчонка была неглупая. Чтобы не тратить драгоценные мгновения на спуск с высокой мачты, она зацепилась ногами за канат и повисла вниз головой, а затем из её ладоней выскочили короткие вспышки пламени.

Чёрт возьми, это был самый настоящий снайперский обстрел!

С приличного расстояния, да ещё повиснув вниз головой, Хио умудрилась попасть точно по всем двенадцати фитилям у запальных отверстий каждой пушки.

Фитили загорелись почти одновременно.

– Десять секунд до залпа! – выкрикнул Буф.

Немедля больше ни мгновения, я взял разбег по палубе и, применив заклинание Львиные лапы, прыгнул с корабля в туман за бортом.

– Куда-а-а-а-а-а!.. – заорал Буф мне вслед, не понимая, какого хрена я полез точно на линию огня.

Он ведь не знал, что Фонтей всё ещё на берегу.

Я погрузился во тьму прямо в прыжке, а затем, приземлившись, ринулся напролом через отряды сильф, сминая и отшвыривая их с пути, как бульдозер. На бегу я применил ещё одно внеранговое заклинание и вызвал Зелёные фонари.

Ночное небо озарилось вереницей слепящих огней.

Я указал мечом на вурров, атакующих Фонтея, и фонари молниеносно устремились на врага. Сияющий вихрь окружил полумагов, слепя всех, кто попадался им на пути. Ну а ещё секунду спустя я, как озверевший, налетел на дезориентированных вурров, врываясь в их стройный круг и прорубая дорогу к Фонтею. Мой меч пошёл в дело и принялся крошить врагов с такой мощью, будто тоже озверел.

Во рту появилась не проходящая горечь от духовного опыта.

Вурры дали отпор, но было уже поздно.

Раненый Фонтей кинулся в освобождённый мной коридор, и мы вместе рванули обратно. Только со стороны создавалось впечатление, что он прорывается один.

На обратном пути я опять рубил всех, кто пытался помешать движению Фонтея к кораблю. Маг тоже отбивался, в его руке снова вспыхнул световой меч, и попадая под его удар, сильфы и латчи отлетали на метры в сторону.

Прорыв продолжался, мы приближались к кораблю, оставалось пятьдесят метров до спасения… тридцать… пятнадцать…

И тут «Марианна» дала залп.

***

Двенадцать корабельных орудий выпустили снаряды по армии полумагов. Прозвучали двенадцать ударов – снаряды достигли земли – а потом рвануло так, что и меня, и Фонтея отбросило в сторону.

Казалось, треснуло небо.

В голове будто что-то раскололось, в ушах ровно зазвенело.

Взрывной волной снесло всех, кто стоял в радиусе сотен метров вокруг зоны обстрела. В снарядах находилась пламенная зола, снабжённая ещё и каким-то магических составом. Всё это вспыхнуло, сдетонировало от удара и раскурочило часть набережной, а заодно разбило собравшуюся армию полумагов.

Набережная заполыхала.

Началась жуткая паника.

Я понимал, что эффект продлится недолго, и совсем скоро полумаги вновь соберутся вместе, поэтому почти сразу поднялся на ноги, хоть и был оглушён взрывом, а вот Фонтей уже не смог встать. У него не хватило сил.

– Адами Фонтей! – Я бросился его поднимать. – Адами Фонтей, вставайте!

– Киро… тросы… – прошептал маг, еле вставая на ноги и опираясь на меня.

Хоть Фонтей и был крупным и полноватым, для меня он не казался тяжёлым, в доспехе я смог легко его поднять.

– Все тросы перерублены.

– Хорошо…

– А теперь держитесь!

– Киро, только не говори мне, что… – начал Фонтей.

Я сильней навалил его на себя и крепко вцепился в него рукой, а потом снова взял разбег…

На борту мы были уже через полминуты.

Да, это был тяжёлый прыжок, очень тяжёлый, мне пришлось сильно поднапрячься, чтобы поднять на такую высоту не только себя, но и крупного мага, однако у меня получилось: захочешь выжить – не так извернёшься.

Зацепившись одной рукой за борт и повиснув на нём, я кое-как перевалил Фонтея на палубу, а уже там мне помог Буф. Мы хотели уложить раненого Фонтея на доски, но тот внезапно устоял на ногах.

– «Марианна»… – с безумной улыбкой произнёс он, нежно погладив стальную обшивку борта.

Маг прикрыл глаза, а затем вдруг задрал голову и выдохнул в небо:

– Моя «Марианна». Я вернулся к тебе… верну-у-улся…

Фонтей будто забыл о ранении.

Забыл обо всём.

Тяжело дыша, маг развернулся и бросился к штурвалу, уже никого не замечая. На ходу он выкрикнул с десяток заклинаний на разный лад.

Его сильный и громогласный голос заглушил шум набережной и даже шум самого моря. Через пару мгновений задрожал такелаж на мачтах, вздрогнула палуба, скрипнул остов, скреплённые паруса освободились и развернулись. Тут же натянулись канаты, и внезапно окреп ветер.

Корабль, будто повинуясь хозяину, легко и быстро пришёл в движение. На носу вспыхнула мерцаньем статуя девы с мечами, а по бортам засияли изображения солнц и волчьих морд.

«Марианна» наполнилась магией.

Полыхающий берег Гнездовья и горящие склады грузового причала осветили нам путь. Фонтей развернул судно на выход из гавани и направил его в море.

Высокий и могучий, он стоял у штурвала такого же могучего корабля, подняв голову и глядя на горизонт.

Он управлял парусами и управлял ветром. Казалось, он управлял даже морем и небом. Сейчас это был действительно могущественный маг, и я никогда не видел Филата Фонтея таким. Он вернул то, что потерял десять лет назад, и за что винил себя все эти десять лет.

Он вернул «Марианну».

***

Пока корабль отплывал, ко мне и Буфу присоединилась Сьюн.

Девушка появилась со стороны правого борта, а вместе с ней на мерцающий свет палубы вышли пятеро полумагов.

Она сохранила их. Всех до единого. Прикрыла, как и обещала.

– Спасибо, – кивнул я Сьюн, еле унимая волнение.

Она покачала головой.

– Вот мне интересно, чего же в этих маленьких уродцах такого ценного, что у тебя даже сердце с ритма сбилось.

– Скоро узнаешь, – ответил я серьёзно.

Вслед за ней на палубе появился ещё один человек. Это был генерал Грегсон. Его сильно ранили, но он всё же пришёл в себя и даже мог держаться на ногах. Правда, это, как всегда, не сказалось на его настроении.

Генерал хмуро посмотрел на меня и Буфа, покосился на Фонтея у штурвала, помолчал недолго, после чего сообщил стальным голосом:

– Йорго смертельно ранен. Скорее всего, не выживет.

Затем он перевёл всё тот же хмурый взгляд на полумагов и добавил:

– А теперь кто-нибудь скажет мне, какого хрена здесь делают эти твари, и когда мы выбросим их за борт?..

Книга 5. Эпизод 6.

– Полумагов не трогать! – сразу ответил я, голосом давая понять, что если их всё же кто-то тронет, то ему не поздоровится. – Они вас от мертвоедов отбили, генерал.

Тот окинул брезгливым взглядом всех пятерых.

– Они?.. Эти малолетние уроды? Я такого не видел.

– Зато я видел, – тут же подтвердил Буф. – Они и мне с горгунами помогли. Не знаю почему, но помогли.

Я кожей почувствовал, как Броннан на меня смотрит, да и все остальные его друзья, причём, смотрят со страхом и напряжённым ожиданием, потому что теперь их судьба была в моих руках. Если маги захотят, они перебьют всех пятерых за пару секунд.

Мне пришлось сделать вид, что ни один из ребят не является для меня особенным, поэтому Броннана я никак не выделял среди них, а продолжал сверлить генерала взглядом и наседать на него голосом:

– У этих полумагов есть своя причина бежать из города, поэтому они предложили помощь в обмен на то, что мы вывезем их. От помощи я отказываться не стал. Или, скажете, что у нас всё прошло гладко? Почему вообще так вышло? Почему вы собрали все патрули в порту, когда была договорённость добраться до корабля тайно? Нахрена я тогда из кожи вон лез, чтобы не издать ни звука?

Грегсон скривил губы.

– Сильфы нас засекли. Пришлось вступить с ними в бой и забрать их колесницы, потому что в этот момент нас заметили уже другие отбросы. Остальное ты видел.

Я глянул на Буфа.

– Почему сильфы вас заметили?

Буф потёр вспотевший и измазанный в крови лоб, а затем мрачно посмотрел на генерала.

– Ну что молчишь, адами Такес? – прорычал тот. – Так и скажи, что генерал Грегсон всех подвёл! Скажи, что это из-за меня сильфийские твари нас засекли!

– Их позицию можно было бы обойти, но генерал двинулся напрямую, прямо у них под носом, хотя Фонтей предупреждал, что они заметят, – сообщил Буф, не меняя мрачного тона.

– Иначе мы бы потеряли время, адами Такес! Нужно было действовать быстро, а Фонтей слишком осторожничал и медлил, как и Йорго. Дипломатия сделала его мягкотелым. В итоге войны нам не избежать в любом случае. Ответ Дуивеля на угон корабля будет суровым. Мы плюнули ему в лицо. И теперь уже никакая дипломатия нам не поможет! Дуивель обратится к Ниманду и придёт на наши земли подготовленным. Пять армий! Он соберёт пять армий! Полумаги, горгуны, сильфы, мертвоеды и отряды Ниманда! Все они обрушат на нас гнев Дуивеля, и к такому нашествию мы должны подготовиться, а не устраивать тут мир и дружбу, спасая мелких черноглазых тварей!

Как же быстро засранец перевёл тему на другое.

– Это не отменяет того, что вы привлекли внимание сильф, просто потому что хотели красиво проехаться по портовой площади и потому что очень хотите войны, – процедил я сквозь зубы.

– А полумаги не хотят войны, думаешь?!

– Её никто не хочет, кроме отдельных лиц!

– Мы не хотим войны! – вдруг выкрикнула Хио. – Мы бы хотели убежать в пустоши Ледана подальше от…

Я придавил её таким суровым взглядом, что она тут же смолкла, однако генерала всё равно разозлила её выходка.

– А ты вообще пасть закрой, маленькая тварь, если не хочешь полететь через борт!

За Хио тут же вступился Броннан, шагнув к генералу и сжав раскалённые кулаки.

– Это кто ещё через борт полетит!

– Угрожаешь генералу армии Атласа, ублюдок? – Грегсон развернулся к Броннану.

Ну чёрт возьми! Вот этого мне тут не хватало!

Я вклинился между ними и обратился к генералу стальным тоном:

– Сейчас полумаги уйдут в каюту. Они будут вести себя тихо и никому не помешают. Все пятеро доплывут с нами до берегов Атласа и останутся под моей защитой. Никто их не тронет. Ни сейчас, ни потом.

– Неужели?.. – Грегсон отступил, но зыркнул на меня многообещающим взглядом.

В эту самую секунду между мной и генералом возникла не просто неприязнь, это была вражда.

Она зародилась быстро, от одной искры конфликта, и так же быстро разрослась. Мы ощутили это оба, и никто из нас не собирался друг другу уступать.

– Полумаги уходят в каюту! Сейчас! – повторил я, но уже не для Грегсона, а для Броннана.

Тот сразу всё понял и тихо позвал друзей к трапу.

– Сьюн, присмотри за ними, – быстро попросил я, обратившись к девушке телепатически.

– Опять? Я вообще-то не нянька, а ратник. Кто они такие, Киро? Чего ты о них так печёшься?

– Спустись с ними в каюту, я приду позже и объясню.

Белая Сова, конечно же, подчинилась, но предварительно всё равно поморщила нос.

Когда полумаги покинули палубу, генерал высказал претензии уже напрямую:

– Оставляешь этих тварей в живых, адами Нобу? Везёшь отбросов в наш тыл, в то время как их сородичи уничтожили почти всю нашу дипломатическую делегацию и устроили провокацию? Ну что же, очень дальновидно. Думаю, императору будет интересно узнать, что вытворяет Киро Нобу. Это тебе с рук точно не сойдёт. Ты присягнул быть нашим оружием и исполнять всё, что прикажет тебе руководство…

– У меня нет руководства!

Внезапно Буф кашлянул, чувствуя, что тут намечается.

– Там Йорго ранен. – Он не стал ждать нашей реакции, а отправился к правому борту, туда, где остался Йорго.

Я и генерал одарили друг друга злым взглядом, но оба заткнулись и тоже поспешили к первому помощнику.

Йорго мы нашли лежащим на палубе, среди порубленных тел мертвоедов. Он навалился затылком на мотки канатов и хрипло дышал. Его тело было изрешечено ударами криптонных кинжалов.

– Первый помощник, – Буф обхватил Йорго за плечи, – первый помощник, вы слышите? Мы отбили «Марианну».

Йорго открыл глаза и медленно кивнул.

– Я уже понял. Хорошая работа… Что с генералом?

Грегсон склонился над мужчиной.

– Я здесь, адами. Вы спасли мне жизнь.

– Не только я… те полумаги… кто их привёл?

– Киро Нобу. Это его проделки. Нельзя доверять тому, кто тащит в тыл врага из жалости.

Йорго отыскал меня глазами, а я в это время хлопал по карманам изорванных брюк в поисках последней смолы, что у меня осталась. Мешочек со Смолой исцеления. Она никак не находилась, чёрт возьми.

– «Марианна» ушла без повреждений?

– Так, немного палубу попортили, – ответил я.

– Хорошо, удачи нам всем, – кивнул он мне, после чего перевёл взгляд на генерала и добавил: – Остатки делегации должны предстать перед императором. Киро Нобу тоже. Проследите, чтобы это случилось как можно быстрее, генерал.

Идея насчёт меня Грегсону не понравилась, но спорить с вышестоящим чиновником он не стал.

– Как скажете, первый помощник.

Только что-то подсказывало мне, что стоит Йорго отойти в мир иной, как генерал забудет о данном слове и представит императору только свою версию событий.

Ну а я всё упорно шарил по карману – и ведь нашарил!

Мешочек со смолой завалился в изорванную подкладку штанов. В считанные мгновения смола оказалась у меня на ладони. Я смял рассыпчатые чёрные гранулы на грязной ладони, сделал из них тягучую смесь и принялся быстро обмазывать самые глубокие раны Йорго.

– Потерпите, адами Йорго, это исцеляющая смола… её готовила моя сестра Рин… я на всякий случай взял…

Тот неожиданно усмехнулся.

– Ты полон сюрпризов, Киро Нобу. Что ещё у тебя припасено на всякий случай?

– Один яд мне всё же не понадобился.

В кармане у меня оставалась мензурка с зелёным ядом. Это единственное, что не пошло в дело. Рин Нобу пометила его красным карандашом как особо опасное вещество. И залила она его в специальную небьющуюся склянку, чтобы смесь случайно не попала на меня.

Эта зелёная субстанция вызывала временную остановку сердца с последующим адреналиновым ударом для оживления. Я хотел использовать её на мосту, но не стал – побоялся, что не выплыву из воды, если не успею очнуться. Эффект длился пятнадцать минут.

– Киро… – прохрипел Йорго, когда я измазал на него всю смолу. – По какому пути Фонтей направил корабль? На нашей стороне не осталось безопасных бухт… берега порушены ураганами…

– Не беспокойтесь, адами Йорго, нас уже ждут, – ответил я.

– Кто ждёт? Никто не знает, что мы увели корабль и вернёмся по морю.

– Я договорился со студентами заранее, на всякий случай. Если Люче прибудет в Трон-Стронг без меня, то они начнут действовать по запасному плану. А Люче, конечно, уже вернулась.

– Студенты? – нахмурился генерал Грегсон. – Разве они способны подготовить для такого корабля безопасную бухту? Лично я надеюсь только на мастерство Фонтея. К тому же, плыть нам не меньше двух недель. За это время может произойти всё, что…

– Плыть четыре дня, – перебил я его, – если пройти по южному каналу по границе фрактата Хегльсвим. Там есть портовый город Аскат-Сит, на западном побережье. Точнее, был когда-то, но я видел там старую бухту. Не самую безопасную, но всё же. Там нас и будут ждать студенты и четыре вахтёра. Возможно, они приведут и других, когда узнают, что делегация не вернулась в полном составе.

– Плыть по старому каналу – безумие! – возразил генерал.

Я поднялся во весь рост и пронзил его тяжёлым взглядом.

– Фонтей сможет.

– Откуда ты вообще знаешь, что в Аскат-Сите хоть что-то осталось?

– Потому что я там был вместе с Альмагором Стронгом! – теперь и я повысил голос. – В Аскат-Сите родилась его мать Кемена, и он часто там бывает. Этого вам достаточно, чтобы удостовериться, что я знаю про этот город?

Йорго кашлянул.

– Да… Кемена Стронг действительно была из Аскат-Сита…

– Идти по каналу опасно, первый помощник. Если вы прикажете Фонтею следовать вокруг континента, а не по каналу, то он подчинится, а Киро Нобу может идти со своими советами куда подальше. Он кто у нас? Мореплаватель или солдат? Солдатам думать вредно!

– Вот и не думайте!! – гаркнул я, не выдержав.

Йорго наш спор так и не разрешил, потому что уже ничего не слышал.

Он потерял сознание.

***

Мы отнесли первого помощника в одну из кают.

Исцеляющая смола начала работать, но не так быстро, как хотелось бы. Йорго так и не приходил в сознание, а значит, решение, куда плыть, должен был принимать капитан, то есть Филат Фонтей.

Думал он несколько часов, до самого рассвета: изучал карты в рубке, осматривал повреждения корабля, разглядывал паруса и хмуро глядел на звёзды. Пока он это делал, я и Буф убрали с палубы трупы отбросов и укрепили канаты на оснастке мачт.

– Пойдём через южный канал, – наконец объявил Фонтей, чем очень разозлил генерала. – Нас десять человек. Провианта не хватит даже на неделю, воды совсем мало. В бочках есть только ром. Видимо, отбросы попивали его, пока дежурили в порту.

– Если выбросить за борт полумагов, то провианта нам хватит, – тут же предложил Грегсон. – А Киро Нобу будет есть мало, он же у нас теперь почти ратник. Выделим ему кусок вяленого мяса в неделю.

Я был готов его придушить.

– Нет, – отрезал Фонтей. – Идём через канал.

Генерал скрипнул зубами.

– Если «Марианна» потерпит крушение в канале, то это будет полностью ваша вина, адами Фонтей! А вы уже теряли этот корабль! Почему бы не повторить это снова, потопив его окончательно?

Зря он это сказал.

Вокруг Фонтея резко потемнело пространство, его лицо тоже потемнело, сверкнули глаза.

– Если я сказал, что пройду – значит, пройду!! – Он произнёс это так громко, что у меня зазвенело в ушах.

Видимо, у генерала тоже. Он сразу перестал спорить и язвить.

– Как скажете, капитан, – бросил Грегсон и удалился на главную палубу.

Я тоже не стал больше давить на Фонтея. Отправился в каюты, чтобы наконец представить брата Белой Сове, да и вообще спокойно переговорить с ним без лишних свидетелей.

У входа одной из кают дежурила Сьюн.

Увидев меня, она не стала себя сдерживать и вывалила всё, что обо мне думала:

– Киро! Ну сколько можно?! Я что тебе, нянечка, да? Или сиделка? Или постовой? Или дежурный? Я ратник, Киро! Почему я должна стоять тут часами, пока ты и придурковатый генерал меряетесь своими чл… своей силой убеждения? Почему ты просишь меня всё время смотреть за этими полумагами?..

– Потому что один из них – мой брат, – ответил я, но не вслух.

Глаза Сьюн полезли на лоб.

– Брат?.. Один из этих полумагов? Почему ты мне сразу не сказал?

Заметив, насколько сильно я устал от боя и разборок с генералом, она не стала меня допекать. Зато не забыла съязвить:

– Не удивлюсь, если твой брат – самый вредный и беспардонный из них. Примерно такой же, как ты.

– Сейчас увидишь, – невольно усмехнулся я.

Мы вместе вошли в каюту.

Увидев меня, вся шайка тут же переполошилась, вскочив с коек, а потом полумаги, как солдаты, выстроились в ряд. Броннан встал первым в шеренге (грёбанный командир!).

– Гудред, за мной, – сказал я и уже собрался выйти, но Броннан вдруг мотнул головой.

– Погоди! Тут ребята тебе кое-что сказать хотели.

Все закивали, но слово взяла Хио. С восторгом глянув на меня большими чёрными глазами, девчонка вытолкала остальных ближе ко мне и забормотала:

– Ну давайте, говорите ему! Быстрее! А то он уйдёт! Ну!

– Мы бы хотели… – замямлил один.

– Вообще-то, мы не думали даже… – добавил второй.

– Мы же не знали, что ты нормальный… ты ведь не убивал Зифаса… – начал третий.

– Они хотели извиниться! – объявил за всех Броннан. – За то, что избили тебя на мосту.

– И ещё поблагодарить за то, что ты нам жизнь спас, – громко сказала Хио. – И её тоже поблагодарить… – добавила она уже тише, указав взглядом на Сьюн как бы между прочим.

– Прости нас, вождь Нобу, – выговорил первый, а потом и все остальные попросили прощения, низко склонив головы.

Кто? Вождь Нобу? Ну приехали…

– Понятно, – бросил я. – Вы главное, по палубе не шляйтесь и генералу под руку не попадите. Обращайтесь только ко мне. К обеду ещё палубу выдраите. И так дважды в день, пока не приплывём.

А что я ещё мог сказать? Эти мелкие говнюки меня действительно грохнуть собирались, и за это им придётся ещё долго извиняться, пока палуба не будет сверкать, а я ни снизойду до прощения.

Вся шайка снова закивала.

Сьюн в это время с азартом выискивала глазами моего брата, пытаясь определить его по виду и поведению.

– Гудред, за мной, – снова позвал я и вышел из каюты.

Когда Броннан охотно понёсся следом, голос Сьюн загудел у меня в голове:

– Я так и знала, что это он! Ну вылитый ты! Сразу всю шайку под контроль взял, ещё и извиняться заставил!

Уже в другой каюте я плотно закрыл дверь и наконец смог позволить себе хоть немного расслабиться.

Броннан в это время с интересом разглядывал Сьюн и, пока он не начал задавать дурацких вопросов, надо было их друг другу представить.

– Это мой ратник. Её зовут Белая Сова, – сказал я.

– Ратник? – Броннан прищурился, беспардонно изучая грудь Сьюн. – А я уж подумал, что…

– Это Броннан, – быстро перебил я его. – Мой младший брат.

Выдав дурацкое «Привет, а у вас все ратники такие?», Броннан пожал руку Сьюн, после чего посмотрел на меня и красноречиво поиграл бровями, ну а мне сразу захотелось свернуть ему шею, несмотря на то, что я его только что нашёл.

– Какой милый мальчик, – усмехнулась Сьюн.

– Вообще-то, я теперь старше брата, – намекнул Броннан. – Мне бы тоже такого ратника.

– Обойдёшься, – бросил я.

– Знал бы ты, сколько сил Киро потратил, чтобы тебя найти, – посерьёзнела Сьюн. Она положила ладонь мне на плечо и добавила: – А теперь я прогуляюсь, не теряй.

Девушка исчезла, а Броннан остался стоять с распахнутыми от удивления глазами.

Когда же он, наконец, заговорил, то его было уже не заткнуть.

– Она такая шикарная, Бейт. Это же просто улёт. Ты где такую взял? Она прямо вся твоя, да? Вся-вся? Ну в смысле делает всё, что ты захочешь, да? Вот это тебе повезло… я тоже так хочу!

Похоже, чувство собственничества было у нас в крови.

– Ты ещё маленький, – покачал я головой.

Забавно было говорить это парню, который телом старше меня.

Он говорил ещё много чего. Рассказал про то, как жил всё это время в Гнездовье, как его спас Зифас, как появился Филин, как он научил его маскироваться и устроил служить в двенадцатое подразделение Кузо.

Рассказал даже о том, как пил кровь и жевал кусок кожи того горгуна, чей псевдо-образ носил. Его привёл Филин, а потом увёл, чтобы убить и спрятать тело.

Жил Броннан, прямо скажем, несладко.

Пока он всё это рассказывал, я ловил себя на мысли, что ждал этого момента так долго, что теперь, когда он наступил, мои эмоции притупились. Я спокойно смотрел на Броннана, слушал его рассказы и молча улыбался, сидя на койке и откинувшись на стену каюты.

Брат периодически разглядывал мои татуировки на плечах, цокал и восторгался, подскакивал, махал руками, лыбился во все зубы, демонстрировал походку горгуна и взмахи его крыльев. Короче говоря, вёл себя как обычный двенадцатилетний Броннан, попавший в другой мир.

А я продолжал просто смотреть на него.

Теперь предстояло спрятать его на время, договорившись со Стронгом, ну а потом решать, как быть дальше. Сейчас любой полумаг будет восприниматься лютым врагом, пощады к нему не будет ни от кого, поэтому чуда я не ждал.

***

Весь путь Фонтей почти не отходил от штурвала. Изредка он скрывался в рубке, чтобы свериться с картами, но почти сразу появлялся вновь.

Генерал больше ни с кем не спорил, он вообще был подозрительно тихим и покладистым, даже когда раздавал еду и воду полумагам.

– Пожрите, мелкота, – бурчал он почти с улыбкой.

Йорго периодически приходил в себя, но был ещё слаб, чтобы хотя бы встать с койки, поэтому я и Буф постоянно дежурили рядом с ним, через сутки сменяя друг друга. Если бы не смола, то вряд ли он вообще выжил.

У Фонтея имелось с собой всего две заклинательных свечи. Одну он истратил на Йорго, а вторую мы еле уговорили его использовать на себя – его рана на животе тоже была тяжёлой.

Ну а полумаги, как заведённые, драили палубу и в конце концов вымыли её так, что не осталось ни одного следа крови – даже и не скажешь, что совсем недавно на этом корабле творилась бойня. Я не стал больше приставлять к ним Сьюн, посчитав, что до самого Аскат-Сита дополнительная охрана им не нужна.

Так мы плыли три дня.

Четвёртый день был самым тяжёлым.

Фонтей вёл корабль через канал. Порой «Марианна» совсем близко подходила к скалистым безжизненным берегам, порой лавировала среди рифов. Периодически маг выходил на нос корабля, чтобы прочувствовать сложный фарватер. Мы же молились про себя, чтобы Фонтея не подвели ни рука, ни глаз, ни чутьё.

И вот, когда он, напряжённый и смертельно уставший, объявил наконец, что осталось два часа хода до Аскат-Сита, я вдруг обнаружил, что полумагов на палубе нет.

Отгоняя от себя тревогу, я поспешил в каюту, чтобы ещё раз предупредить Броннана, как следует себя вести по прибытии в бухту, но ничего сказать ему уже не смог.

Войдя в каюту, я обнаружил, что все пятеро ребят лежат на полу, будто в обмороке.

– Броннан! – Я бросился к брату, потряс его за плечи, после чего чудовищным усилием воли заставил себя проверить у него пульс.

Пульса не было.

Его не обнаружилось ни одного из пятерых полумагов. Они были мертвы…

Книга 5. Эпизод 7.

Это чувство описать невозможно.

Меня будто вышибло из реальности. Мозг не мог поверить увиденному и сопротивлялся что было сил. Отрицание, полное отрицание.

Да этого просто не могло быть!

Он не умер! Нет! Не умер!

– Броннан! – Я стиснул его плечи. – Броннан! Очнись! Очнись же! Давай!

Зачем я тряс его тело и пытался сделать непрямой массаж сердца, сам не осознавал.

Он был мёртв, а я всё стоял на коленях рядом с ним и до боли смотрел в безжизненное лицо. Всё смешалось в один комок: паника, бешеная злость, отчаяние, неверие.

И лишь через несколько секунд мои мозги встряхнулись и начали соображать. Как именно погибли полумаги? Почему все пятеро и в один момент? Убийство или несчастный случай? Почему нет следов крови?..

Я и сам не ожидал, насколько быстро пройдёт шок, и ко мне вернётся стальное хладнокровие. Продолжая стоять на коленях, тяжело дышать и осматривать мёртвого брата, как эксперт-криминалист, я сопоставлял факты и просчитывал варианты.

Это однозначно было убийство, но ни одного следа крови… ничего… почему?.. Отравление?

И тут до меня дошло. Ну конечно!

Яд!

Яд, который даёт остановку сердца на пятнадцать минут и оживляет адреналиновым ударом. Это яд! Яд, мать его! Про него слышали все маги, кроме Фонтея, потому что в этот момент он был за штурвалом.

Моя рука молниеносно оказалась в кармане. Мензурки с ядом не было. Значит, догадка верная. Да это не догадка, это факт…

Меня даже затрясло от осознания, что Броннан всё ещё может быть жив. Остаётся только выждать пятнадцать минут, и тогда он очнётся.

Он очнётся, а вот тот, кто его отравил – уже нет.

Кандидатура отравителя была только одна. Генерал Грегсон. Про яд этот ублюдок услышал от меня же самого, но, естественно, не понял, что этот яд убивает временно, потому что я никому не говорил, какой именно у него эффект.

Отравить полумагов ему было проще простого, потому что Грегсон сам лично раздавал им еду и воду. Причем, не только полумагам, а всей команде.

Я вскочил и ломанулся в двери каюты.

– Убью, сука!!

И тут в рёбрах отяжелело, грудину резко сжало, дыхание перехватило, ноги подкосились, и, не удержавшись, я завалился прямо в коридоре, так и не добежав до трапа.

Сердце пропустило удар… второй… третий…

«Он и меня отравил, паскуда…», – эта мысль вспыхнула и тут же померкла в затихающем сознании.

Ослабевшая рука потянулась к медальону призыва, смяла воротник, палец с меткой коснулся гравировки. Последнее, что разглядели мои глаза – как ко мне бросается Сьюн, и такого ужаса на её лице я не видел никогда.

Она что-то закричала, но я не вслушивался, потому что пытался в этот момент говорить сам.

– Ге… ге… – зашептал я.

Слово «генерал» произнести у меня уже не вышло…

***

Удар.

В сердце шарахнула лошадиная доза адреналина, будто разрядом тока прошибло.

Я хватанул ртом воздух и судорожно стиснул кулаки. Жар охватил тело – по сосудам толкнуло кровь. В ушах застучал пульс, в груди забарабанило, между рёбрами разгорелась боль. Тело выгнулось и приподнялось над полом, голова запрокинулась назад.

Через пару секунд мышцы расслабились, и я смог выдохнуть, длинно и ровно, а затем услышал шум моря… скрип мачт… по горячему лицу скользнул солёный бриз, под спиной почувствовались твёрдые доски.

Я лежал прямо на палубе.

В этот момент где-то поодаль прозвучало:

– …не может быть… я не могу в это поверить… не могу… адами… почему его сердце остановилось… кто-нибудь может мне ответить… о боги… как мы могли такое допустить… Киро… почему…

Это был голос Фонтея.

Маг тихо плакал и без остановки бормотал сквозь слёзы:

– …не могу поверить… как… ну как… не может быть… Киро… о боги небес… о боги… нужно выяснить, всё перепроверить… и эти бедные полумаги…

– Жаль парнишку, так рано умер. – А это заговорил генерал Грегсон. – Слишком много на него свалилось. Такая нагрузка, вот сердце и не выдержало. Все мы когда-то умрём, но уж очень рано он отдал душу богам. Очень жаль… очень. Мы должны похоронить Киро со всеми почестями как героя. Это был великий герой. Поистине великий, но вы и сами это знаете. Крепитесь, адами Фонтей. Я знаю, вы были к нему привязаны.

От его голоса во мне всё накалилось и ощетинилось.

– Мы привезём в Атлас горестные вести и траур… – сказал ещё один голос, слабый и упавший. – Столько невосполнимых утрат, но мы должны выдержать и это, Филат.

Это был первый помощник Йорго. Он всё-таки смог подняться и даже вышел на палубу, узнав о моей смерти. Один Буф молчал – он скорбел без лишних слов, да и голоса Сьюн я тоже не слышал.

Вдохнув полной грудью, я наконец открыл глаза.

Надо мной высилось вечереющее небо, белели паруса, корабль покачивался, скрипел такелаж. Всё было спокойно и тихо. Похоже, маги стояли где-то дальше и не видели, как труп Киро Нобу ожил.

Я медленно сел. Затем повёл плечами, разминая затекшие мышцы, ещё раз вдохнул солёный воздух и огляделся.

Первым на глаза попался Буф.

Он сидел на бочонке с ромом, чуть дальше от меня, у мачты, и, склонив голову, держался ладонью за лоб. Вид у него был мрачнее некуда. Чёрт возьми, железный Буф Такес мысленно оплакивал меня, был бледный и закусывал губу.

Остальные маги находились ближе к левому борту.

Фонтей смотрел на море и сокрушённо качал головой, а генерал и Йорго его успокаивали. Все трое не видели меня, потому что стояли спиной, а вот Буф сидел ко мне лицом, однако тоже не видел, погрузившись в скорбь и уставившись в доски палубы.

Я подтянул к себе ноги, поднялся и выпрямился.

Никто и этого не заметил, картина скорби не изменилась, а значит, пора бы изменить её самому, потому что теперь от возмездия один ублюдок точно не уйдёт.

Я шагнул в сторону левого борта, но тут моё движение заметил Буф. Он поднял голову и уставился на меня.

Надо было видеть его физиономию!

Ужас, шок и даже страх – все эмоции вперемешку, ещё и паника. Кажется, панику я вообще впервые видел на лице Буфа Такеса.

Он то ли попятился, то ли хотел вскочить, но реакция тела его подвела, и Буф повалился вместе с бочонком на палубу, загремев досками, вытаращившись на меня и открыв рот. Он даже сказать ничего не смог, будто забыл, как это делается – просто смотрел на меня и хватал ртом воздух.

Услышав шум, остальные обернулись.

Реакция была примерно такой же, как у Буфа.

Шок, ужас, паника.

Фонтей схватился за сердце, Йорго чуть не упал за борт, но успел вовремя взяться за канат, ну а Грегсон просто замер. Его глаза полезли из орбит, волосы будто разом поседели.

Мы посмотрели друг на друга, и я ухмыльнулся.

Недобро так, многообещающе.

Вдруг Грегсон сорвался с места и метнулся прямо к борту. Чего-то подобного я от него и ждал: на корабле бы он всё равно от меня не спрятался, так что для него имелся только один путь – прыгать в воду и молиться, чтобы я не прыгнул за ним.

Но я бы прыгнул за ним не только в воду, я бы прыгнул за ним в адскую бездну. Я бы достал этого ублюдка везде.

В итоге до воды добраться он не успел.

Одна секунда – и я был за его спиной. Генерал поставил ногу на борт, успев прошептать заклинание мага-словесника, но тут же отлетел обратно на палубу. Никакое заклинание его бы уже не спасло.

Я ухватил его за воротник, швырнул себе под ноги, потом рванул за грудки одной рукой, а вторую сжал в кулак и со всей силы приложился к лицу генерала.

Приложился много раз.

Не знаю сколько.

Я не считал.

Вокруг начиналась суета, а я всё колотил и колотил, пока лицо генерала не начало превращаться в кровавое месиво. Я хотел сделать ему так же больно, как он сделал мне и моему брату, и только потом убить. Плевать, что на эту казнь смотрят другие. Пусть смотрят.

Гнев кипел, и я еле сдерживался, чтобы не сломать ублюдку шею раньше времени.

– Ни-и-и-и-иманд! – вдруг заревел Грегсон, вытаращив на меня залитые кровью глаза. – Я сдам Ни-и-и-има-а-анда-а-а-а!!!

***

– Киро, отпусти его-о-о-о!! – прокричали следом громогласным голосом Фонтея.

В плечи мне вцепились сильные руки и рывком оттянули от генерала. Потом между мной и моей жертвой втиснулся ещё и Буф, вместе со своей аурой. Ну а потом меня оттащило уже силой Йорго, а это была приличная сила.

– Киро! Хватит! Оставь его!

Трое магов окружили меня, оттесняя от генерала. Тот завалился на доски палубы, уже полумёртвый, он скрючился от боли, но бежать больше не пытался, потому что даже встать бы не смог.

Поверженный вид генерала меня никак не удовлетворял. Я всё равно хотел его убить, и кто бы знал, чего мне стоило остановить расправу.

Тяжело дыша, я уставился на магов.

– О боги, Киро! – Фонтей всплеснул руками. Несмотря на сомнительную ситуацию, его бледное лицо озарила радость. – Киро! Мальчик мой! Ты жив!

Он не сдержался и крепко обнял меня, продолжая бормотать:

– Как такое возможно?.. Я не могу поверить, что ты жив.

– Сначала он не мог поверить, что ты мёртв, теперь не верит, что жив, – усмехнулся Буф, пряча за усмешкой такую же радость, как у Фонтея.

Буф пожал мне руку, хлопнул по плечу, после чего встал рядом с генералом на всякий случай, чтобы тот чего не вытворил. А вот первый помощник Йорго последовал примеру Фонтея и тоже меня обнял.

– Объясни нам, Киро, что это было? – Он покосился на генерала и помрачнел. – Пока я смутно понимаю, что случилось. Точнее, не понимаю вовсе.

Пришлось объяснять.

Я рассказал им про яд, который стащил у меня генерал Грегсон, рассказал про то, что отрава была добавлена либо в воду, либо в еду, и о том, что полумаги скоро тоже очнутся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.