Дина Данич
Беглянка для бандита

Пролог

Пустая дорога. Одинокая машина на трассе.

Он ехал домой с одним желанием – завалиться спать. И пусть все горит в аду.

В пекло. Достали.

Григорий едва успел ударить по тормозам, когда впереди что-то мелькнуло. С минуту вглядывался – думал, показалось. Да и кому здесь быть? Зверья не водилось, дома разве что за лесом – дачные поселки…

Но вот фигура снова вышла на свет. Медленно, неуверенно.

Франц недовольно прицокнул. Что еще за дела? Девчонка. Едва стояла.

Интуиция, как назло, молчала. Хотя мужчина отлично понимал как часто пользуются вот таким приемом на ночных дорогах.

Медленно достал ствол, без которого давно уже не выходил из дома. Да, работа на Волкова давала свои преимущества. Но он предпочитал дополнительную страховку. Особенно здесь – рядом с границей земли Самойлова. Тот еще отморозок.

Когда собирался открыть дверь и выйти, незнакомка, сделав еще шаг, рухнула вниз.

Григорий выждал пару минут и лишь тогда вышел на улицу.

Ночная тишина окутала. Июль в этом году выдался не самым теплым. Поежившись, мужчина направился к девочке. Та лежала неподвижно. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – ей хорошо досталось. Спутанные светлые волосы, порванная одежда, синяки, что легко угадывались на руках и ногах.

Сбитые костяшки на руках…

Все это Франц отмечал на автомате, пока думал, что делать дальше.

Девочка лежала так, что объехать ее – не проблема. Но впервые ему что-то не давало просто отмахнуться и уехать.

Пойти своей дорогой, как он уже делал не раз.

Еще раз оглянувшись по сторонам, Франц принял непростое решение и, взяв девушку на руки, понес ту к машине.

На часах было четыре утра.

Момент, когда вся его жизнь разделилась на до и после…

– 1 -

Я пришла в себя в незнакомом месте. Первая мысль – попалась. Опять. И первое, что сделала – попыталась встать. Но сил было мало, а рядом стояла капельница, которую я задела, и все грохнулось на пол с громким стуком.

Тут же открылась дверь…

В проеме показался незнакомый мужчина. Опять новенький? Судя по его взгляду, ничего хорошего меня не ждало.

И я трусливо зажмурилась, ожидая, что вот-вот меня накажут за то, что испортила все, что сбежала, расстроив хозяина.

Но время шло, а привычной оплеухи так и не последовало. Зато раздался голос. Совсем рядом…

– Как себя чувствуешь?

Осторожно приоткрыла глаза, настороженно глядя на тюремщика. Он издевался надо мной, спрашивая это?

– Ты немая? – последовал второй вопрос. Нет, точно, новенький. Иначе бы не интересовался, а просто наказал.

Здесь не задают вопросы, только приказы. И наказания. За любую оплошность. А уж я теперь точно – расходный материал. Еще один побег мне не спустят.

Мужчина между тем нахмурился и поправил капельницу, снова приведя все в порядок. Я настороженно наблюдала за его действиями. Сейчас мне нечем было защититься. Но если вдруг он захочет… От одной только мысли меня передернуло.

И это не укрылось от внимания новенького.

– Тебе холодно? – Я мотнула головой. Он снова посмотрел на меня как-то странно, что стало не по себе.

Пока мужчина поправлял капельницу, осторожно огляделась по сторонам и поняла, что комната выглядела слишком… чистой. Даже для больницы, в которую я попадала уже не раз. Это было странно.

– Когда ты в последний раз ела? – спросил незнакомец.

Было еще кое-что странное – в его взгляде не было сальности. Даже новые псы хозяина всегда смотрели на меня с похотливым блеском в глазах. Потому что тот частенько в качестве награды давал своим псам позабавиться с понравившейся девочкой. Этот же был словно не заинтересован.

– Какая разница, – все же ответила я. Горло болело, и говорить было непросто. Выходил какой-то невнятный хрип.

– Все-таки не немая, – удовлетворенно кивнул тот. – Это важно. Судя по твоему состоянию, ты голодала. А значит нужно питаться постепенно.

Я истерично хохотнула. Голодала! Да я готова была сдохнуть, лишь бы не возвращаться сюда!

– Какой смысл? – прохрипела в ответ. – Чтобы твой хозяин смог еще под кого-то подложить?!

Трюмщик удивленно посмотрел на меня.

– Хозяин?

Но я не верила. Я давно уже никому не верила. Никому. Поэтому просто закрыла глаза. Все равно пока ни сбежать, ни выпутаться отсюда возможности нет. А если очередной отморозок решит воспользоваться моей беспомощностью, сделать я ничего не смогу.

Уже нет…

– Что последнее ты помнишь? –  раздался еще один вопрос.

Правда была в том, что последнее я помнила лес, в котором блуждала пару дней. Почти поверила, что смогла выбраться. Но кажется последние сутки я стала путать сон и реальность. Поэтому понятия не имела, как оказалась здесь.

Видимо псы хозяина все же отыскали меня. А это означало только одно – расплата еще впереди. И снисхождения в этот раз ждать не стоит.

– Я нашел тебя на дороге. Ночью. – Добавил мужчина, не дождавшись от меня ответа. – Ты была не в себе и потеряла сознание.

Я настороженно посмотрела на него. Неужели? Мне было страшно поверить, что я оказывается была не там, где…

– Это… это правда? – спросила, облизав пересохшие губы.

– Зачем мне врать? – равнодушно пожал плечами мужчина.

– А это место?

– Ты у меня дома.

Это все меняло. Ведь если так, получалось, что у меня еще был шанс выбраться. Надо было только узнать, что это за чувак и как сбежать от него. Он хоть и казался относительно адекватным и вроде даже помог, но… Я больше никому не верила.

– Я осмотрел тебя – у тебя много ушибов и следы насилия. Если у тебя был секс без защиты, могут быть последствия.

Его слова снизили мой оптимизм. Мысль, что незнакомец меня мог беспрепятственно осматривать, пока я была в отключке, отозвалась тянущей болью в груди.

Как давно ко мне относились именно так? Захотел – осмотрел. Может, полапал или даже нагнул. И потому сейчас был так безразличен – уже ведь воспользовался… Я ведь могла даже и не понять. В этом случае понятна его забота – нашел себе бесплатную секс-куклу…

– Стоит сделать анализ, если ты не собираешься становиться матерью, – добавил все тем же тоном.

– У меня не может быть детей, – тихо ответила я, пресекая непростую тему.

– Одной проблемой меньше, – удовлетворенно кивнул он. Как и многие до него. – Отдыхай, набирайся сил. И постарайся не шевелить рукой.

После он ушел, но как я ни старалась, звука замка так и не услышала. Понемногу меня и правда сморил сон, несмотря на то, что я пыталась оставаться в сознании, чтобы быть настороже.

– 2 -

Когда проснулась, то снова дернулась, ожидая подвоха. Комната была все та же. Но капельницы больше не было. Попытавшись встать, охнула от неожиданности – голова закружилась тут же. Но я все-таки поднялась, сев поудобнее. Комната была светлой, с хорошим ремонтом. Я сама была одета в какую-то длинную бесформенную футболку, которая доходила до середины бедра.

Значит, еще и переодел. И скорее всего все же использовал. После всего, что было до побега, я наверное уже не заметила бы…

Стоило попытаться слезть с постели, как дверь опять открылась. И опять незнакомец.

– Уже проснулась, – удивился он. – Как себя чувствуешь?

– Нормально. Я хочу уйти.

– Куда?

– Это важно? Просто хочу.

– Нет. – Его ответ заставил напрячься. Нет… А чего я ждала? Что добрый дядя пожалеет и отпустит? Наверняка уже понял кто я и откуда сбежала. И либо решил оставить себе, либо продаст обратно.

Мразь.

– Ты слишком слаба.

– Это мое дело, – упрямо возразила я. – Где моя одежда?

– Те ошметки? На мусорке, – уверенно заявил мужчина.

Все предусмотрел, тварь такая. Теперь я еще сильнее убедилась в этом.

– У тебя на теле ссадины и порезы. Я обработал их, но нужно повторить.

Он меня касался… Все-таки касался… Опять, опять в я ловушке!!!

– Можно мне в туалет? – тихо спросила я.

– Конечно. Дверь там, – он указал на дверь, которую я не заметила сразу. Попытавшись встать, тут же села обратно из-за слабости.

– Я помогу, – шагнул ко мне незнакомец.

– Нет! – закричала тут же. – Не трогай!

– Я просто помогу тебе дойти, – раздраженно сказал тот. – Ничего такого, что ты уже придумала себе.

Но я не верила. Нет, нет, нет. Он был таким же, как и все они. Сначала улыбались, были добрыми и сочувствующими. А затем… пользовали.

– Хочешь ходить под себя? – насмешливо спросил мужчина. – Могу утку принести. Согласна?

У меня так мало осталось собственного достоинства, что я… Нет. Это было еще хуже и унизительнее. Да не осуществить тогда задуманного.

– Не надо, – смирилась я.

Незнакомец довел меня до двери в ванную. Чтобы я не растянулась на полу, ему пришлось поддерживать меня, а меня словно жгло от его прикосновений.

Грязь. Мерзость. Вот с чем у меня ассоциировались касания мужчин.

– Я сама, – запротестовала, когда он попытался зайти дальше. – Пожалуйста…

Хозяин дома недовольно поджал губы, но кивнул.

– Если нужна будет помощь – позови.

Он вышел, прикрыв дверь, а я оглянулась по сторонам. Раз уж я снова попалась, то выход оставался только один. Мой побег был последней попыткой. Я дала себе слово – если поймают, то больше не стану сопротивляться.

И раз уж так вышло…

Хватит…

Сознание, стало уплывать, и я, кажется, заснула…

Франц

Забрав девчонку, я сам подписал себе приговор. В тот момент, на дороге, ночью, у меня уже были подозрения, но я почему-то отмел их, решив поступить правильно. Еще один раз.

Как когда-то поступил Олег.

Я не любил людей. Алчные, эгоистичные твари. Среди них было мало тех, кто мог искренне протянуть руку помощи. И чем старше я становился, тем сильнее убеждался в этом.

Когда-то я давал клятву – не навреди. Считал, что это – мое призвание. Помогать, спасать.

Я не смог пройти мимо того ублюдка, решившего, что ему можно все. Благодарный взгляд той девчонки я запомнил навсегда. Как и то, что устроил генеральский избалованный сынок.

Их было семеро. И если поначалу я еще пытался отбиться – подготовка давала о себе знать. Все-таки военный хирург не только раны зашивал. То потом… Они взяли количеством. Напали из-за спины, воспользовавшись вечерними сумерками.

В тот момент я попрощался с жизнью, смирившись, что успел сделать хоть что-то хорошее.

Но рядом оказался Волков. Его уже тогда уважали и боялись. Дикий, необузданный зверь, имевший свои понятия о правилах. Он пресек происходящее. Но даже его власти не хватило, чтобы ублюдка наказали, а меня не выгнали с позором.

Я потерял смысл жизни. Найти работу с таким послужным списком – не вариант. Меня даже медбратом не брали. Генерал подсуетился ради своей кровиночки.

Тогда-то Олег и предложил мне новую работу. Эскулап для своих, черт его подери.

Выбор был небогат – продолжать спиваться или же все-таки сосредоточиться на том, что давала жизнь. И сделать из сучих лимонов долбаный лимонад.

Я выбрал второе. Но раз и навсегда запомнил урок. И потому держался обособленно. Поначалу Волков пытался ввести меня в свой круг, делал предложения по бизнесу. Да даже клинику предлагал возглавить.

Но нет. Я не хотел зависеть от кого-то. Слишком дорого пришлось заплатить однажды. У меня были знания и умения – и я их продавал. Все.

Никаких лишних глаз – только клиент и пациент.

В криминальном мире далеко не все хотят светиться в больничке. Куда больше их привлекает частная качественная помощь. Пришлось достать нужные лекарства, даже кое-какое оборудование. Для особых случаев.

Денег было достаточно, и я купил дом на отшибе. Подальше от всех. В тишине. Где нет никого, кроме меня.

Меня все устраивало и незачем было что-то менять.

До вчерашней ночи.

Уже дома понял насколько проблемной может оказаться девушка. Не рискнул мыть в ее состоянии. Только переодел в чистое. Судя по тому что я видел, ее порядочно избивали. Причем регулярно. И не только били…

Нужные анализы взял сразу. Помощь помощью, но надо знать, если ее наградили какой-то дрянью.

Почему-то я не сомневался, что она была жертвой обстоятельств, хотя знавал немало баб, которые сами прыгали к извращугам, а потом ходили вот такими.

Смотрел на нее и не верил, что она могла быть такой, продажной шкурой.

Почему? Да черт его знал. Просто чувствовал.

Первое пробуждение прошло не так, как я ожидал. По ее словам догадался, что она приняла меня за кого-то другого. И только когда прояснил ситуацию, гостья немного расслабилась.

Запуганная, несчастная девочка, которой не повезло попасть в один из борделей Самойловских ушлепков. Их хозяин не только не сподобился прикрыть, но и наоборот. Поощрял.

Многие ждали, что эту тварь пристрелят. Многие хотели этого. Но идти против не решался никто.

Видимо, девчушка сбежала оттуда и пока плутала по лесу, пересекла границу области.

И если все действительно так, то вставал вопрос – что дальше? Псы Андрея свой товар упускать не любили. Да, Волков не терпел их на своей территории, но ведь и он не всесилен. Пронюхав про нее, могут и вернуть. А затем забить до смерти на глазах у остальных. В качестве урока.

И снова этот долбаный выбор. Закрыть глаза или… помочь.

Я еще сомневался, когда зашел к ней снова. А получив реакцию на предложение о помощи, лишь сильнее убедился – девочка не видела хорошего отношения.

И мне бы забыть об этом. Не мое это дело. Подлатать и отпустить с миром. Это ее жизнь. Я не нес ответственности за этого запуганного воробушка.

Но что-то противно скребло в груди, что-то давно забытое зудело под кожей.

Я терпеливо ждал, пока гостья сделает все свои дела. Понимал, что скорее всего в том борделе у нее не было понятия “личное пространство”. Давить на нее в таком состоянии – все равно что избивать ребенка.

Мне было жаль ее. Сколько таких, кому не повезло оказаться не в том месте? Но это было не мое дело – повторил в очередной раз сам себе.

В чем я себя пытался убедить? Что нужно отойти в сторону?

А если бы прошел мимо в тот раз? Закрыл глаза и… Как бы сложилась моя жизнь? Может, я получил бы повышение и уже давно завел бы семью, детей…

Подозрительная тишина напрягала. Слишком долго она возилась там. Если бы упала из-за слабости, я бы услышал, а так…

Не выдержал. Открыл дверь и охренел…

Она что-то едва слышно прошептала она, сидя на полу и привалившись к стене, когда подбежал к несчастной.

– 3 -

Придя в себя, я долго разглядывала белый потолок. Мысли вязли, словно кисель. А тело и не слушалось вовсе.

Я умерла? Я спаслась? Смогла выбраться?

Не знала сколько так лежала. Мне было хорошо и спокойно. Мечтала, что больше никто меня не тронет. Ни-ког-да.

Но вот раздался какой-то звук, и рядом появилось лицо того самого незнакомца, который меня подобрал…

Очень медленно до меня стало доходить, что это не сон…

Слезы сдержать не получилось. Да я и не хотела.

Снова тюремщик. Просто другой. В другом доме. С другим лицом.

– Эй, тише, все в порядке, – мягко произнес тот. Я почувствовала прикосновение к щеке и зажмурилась, ожидая удара.

Так всегда бывало.

– Я не сделаю тебе больно…

Те самые слова! Те самые, с которых все началось!

Я не сделаю тебе больно, малышка…

Иди ко мне, малышка…

Не расстраивай меня, малышка…

– Давай кое-что проясним, – снова заговорил мужчина. – Я не собираюсь тебя как-то удерживать или использовать. Но и отпустить в таком состоянии не могу.

– Почему? – спросила я, едва шевеля губами.

– Потому что тебя сразу найдут и заберут обратно. Ты хочешь вернуться? – Я судорожно вдохнула, сжав руками одеяло. – Я тоже так думаю. Поэтому пока поживешь здесь.

– А потом?

– Потом и решим, – отрезал тот и отстранился. – Как тебя зовут?

Это был сложный вопрос. Я давно уже не слышала своего имени. Только клички.

– Настя…

– Хорошо, Настя. Ко мне можешь обращаться – Франц. Сейчас тебе нужно поспать. И набраться сил. Договорились? – он внимательно посмотрел на меня, словно считывая все, что я успевала подумать. А затем устало добавил. – Но давай без глупостей. Твой организм и так измотан.

Я осторожно кивнула, соглашаясь с ним. Его слова немного успокоили меня. В любом случае сейчас я вряд ли ему интересна. Что будет дальше? Подумаю позже.

– А сейчас спи.

И словно повинуясь новому хозяину, сознание стало туманиться, и я заснула.

Следующие несколько дней я почти ничего не помнила. Просыпалась, приходил Франц и помогал мне с гигиеническими процедурами.

Одну он меня больше не оставлял. Поначалу было наплевать – дикая слабость мешала чувствовать даже отголоски стеснения. Но чем дальше, тем больше я ощущала себя… опять вещью. Да, за которой хорошо ухаживали, но все же.

Однако мужчина был непреклонен. И когда я в очередной раз попросила его оставить меня одну, он не выдержал.

– Я – врач. Меня можно не стесняться, – раздраженно фыркнул, отворачиваясь.

Это была первая информация о нем, кроме имени.

Пришлось снова подчиниться.

Заняться мне было нечем. Телевизора в комнате не было, а спускаться и выходить куда-то я не рисковала. Вдруг Франц решит, что я уже достаточно окрепла и меня можно приспособить по его усмотрению.

Несмотря на его заверения про помощь, я не верила мужчине. Да, он не вызывал у меня отторжения или омерзения, как другие. Он был высок и хорош собою. Только выражение лица было всегда холодным, сосредоточенным. Словно не человек, а машина. И это помогало не поддаться искушению довериться этому человеку.

Несмотря на аккуратное, предусмотрительное отношение ко мне, я его боялась.

Как и всех мужчин в принципе.

Сегодня он пришел пораньше. Я сразу подобралась, ожидая худшего. Франц занес какие пакеты и поставил на пол.

– Здесь одежда. Должна подойти. Пока только необходимое.

– А если я не хочу? – осторожно спросила, помня, что за подарки всегда шла расплата.

Порадуй меня, малышка… Покажи как тебе понравился подарочек…

– Можешь и дальше ходить в футболках, – равнодушно отозвался он. – Но тогда в ней пойдешь в столовую.

– Зачем?!

– Поесть, Настя. Поесть.

– Почему я не могу поесть тут? – Одна только мысль выйти за пределы комнаты, заставляла трястись от страха. Тут я уже привыкла, а там… Вдруг там был кто-то еще? Вдруг там были ОНИ…

– Я тебе не нянька, – довольно грубо отрезал Франц. – Не хочешь остаться голодной – спустишься.

Вот теперь это было привычная ситуация. Я лишь горько усмехнулась. А чего ты ждала, Настя? В жизни только вот так и бывает.

– А раньше…

– Раньше ты была слишком слаба. Теперь уже можешь и сама спуститься.

И ушел. Да, слабость еще ощущалась, но совсем незначительная. Франц был прав. Я могла спуститься. Но не хотела.

Боялась до одури. И не знала как поступить…

Франц

Девчонка шла на поправку. Но даже этого было достаточно, чтобы восстанавливаться пришлось несколько дней, с учетом ее состояния.

Она вся была соткана из страха. Хрупкая, нежная, запуганная. Как ежик, при малейшей опасности, выставляла иголки.

Мне было жаль ее поначалу. Но с каждым днем к этому чувству примешивалось и что-то еще, чего быть не должно!

Волков некстати словил пулю. Да еще и Самойлов этот… Если до этого оставался шанс, что девочку можно будет оставить в городе, то теперь, когда вся эта химия добралась и сюда, дело принимало дурной оборот.

Арес нервничал, Олег тоже.

Они правы – наступит момент, когда каждому придется выбрать на какой стороне он. Нейтралитет выдержать не получится. Уже нет.

И если пару недель назад я бы с легкостью просто отошел в сторону, сумев переждать, то имея на руках зашуганную девчонку, которую отпусти, и через день, она станет жратвой для червей – нет.

Десятки раз спрашивал себя – зачем? Жалел ли? Но удивительное дело – нет. Не жалел.

С ней было непросто, порой злился на Настю, но не было желания выкинуть ту на улицу, избавиться от проблем.

Совсем одичал, как сказал бы Астахов. И был бы прав. Но раньше мне это не мешало.

А что изменилось, Гриш? Что, мать твою, изменилось за эти дни?

Вроде ничего, но в то же время все.

Она все же спустилась. Выбрала из пакета самое мешковатое платье и нацепила. Дуреха. Чего я там не видел? Но продолжала прятать свое тело, не понимая, что ее сексуальность не стереть, не выкинуть, не замазать дурацкой одеждой.

И этот ее взгляд, что пробирал до самых печенок.

– Можно? – робко спросила она, опустив глаза в пол.

Девочка, что же с тобой сделали, что ты даже за стол садиться боишься?

– Проходи. Садись.

Она без слов выполнила все, застыв изваянием.

– Тебе можно есть все, но понемногу. Не увлекайся – желудок еще ослаблен.

Настя кивнула, но к еде не прикоснулась.

– Что-то не так? Не нравится еда? – не понял ее поведения.

Он подняла на меня растерянный взгляд.

– Н-нравится.

– Тогда почему не ешь?

– Сейчас? Пока ты не поел?

Как сдержался, сам не понял. На глаза словно пелена красная упала. Что ж за суки-то ее держали! Мрази!

Не нужно было пояснений, откуда ноги росли. Сжал зубы, глубоко вдохнув, пытаясь взять эмоции под контроль.

– Ты можешь есть так, как тебе удобно. И как захочешь. Единственное ограничение – немного. Только потому что иначе может стать плохо. Все. Дальше ты решай сама что и как.

Она посмотрела на меня с недоверием, потом перевела взгляд на стол, и я четко увидел, как она сглотнула, как во взгляде отразился настоящий голод.

И таким мудаком я себя почувствовал… Лечил ее ссадин? Дурак! Ее душу надо лечить. Поломанную психику!

Я сделал вид, что полностью занят едой. И лишь краем глаза наблюдал за гостьей. Та не сразу, но все таки взяла ложку в руку. Очень осторожно, медленно стала есть. она была так напряжена, будто в любой момент была готова сбежать.

– Спасибо, – наконец сказала она, когда я уже устал притворяться. – Можно, я уйду?

– Куда? – слишком резко спросил я. Настя тут же побледнела и дернулась.

– Н-наверх.

– А, да, конечно. Иди.

Она ушла, а я сидел как идиот корил себя за несдержанность. Чего, спрашивается, гаркнул так?

Убрав на кухне, пошел к себе. Надо было проверить запасы лекарств и решить что делать с Настей дальше. Хотя одна только мысль, что она уедет куда-то, мне не нравилась. Не понимал почему, но за эти дни привык, что дома кто-то был. Пусть и не покидая свою комнату…

– 4 -

С того дня я стала ежедневно спускаться вниз, чтобы поесть. Три раза в день.

Франц разрешил мне гулять по дому, но я не рисковала. С каждым днем я чувствовала себя все лучше. И ждала.

Ждала, что мужчина покажет свое истинное лицо. Начнет требовать плату за свою доброту. Чем? Конечно же, телом. Больше у меня ничего не было.

Но ничего не происходило. Он был так же холодно-равнодушен. И в то же время внимателен. Пару раз я из-за своей неуклюжести разбила посуду. Но мужчина отреагировал довольно сдержанно.

– Не страшно, – сказал он. – Иди в комнату.

И все.

Раньше меня бы за это… Впрочем, это было в прошлом. Я училась жить по-новому. Не дергаться от каждого звука, не ожидать в любой момент тычка или оплеухи.

– Верни вилку, – сказал Франц в один из вечеров.

– Какую вилку? – спросила, похолодев.

– Которую забрала вчера с собой.

Это было правдой. После очередного осмотра синяков мужчина заявил, что почти все прошло. И для меня это означало только одно – раз я в порядке, то либо он меня выставит за дверь, либо решит пользоваться сам. Пусть я и не замечала подобный интерес в его взгляде, понимала, что это вполне реальный вариант развития событий.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.