# Шанс для счастливой судьбы

Натали Эглит

Что значит быть единственной дочерью состоятельных родителей? Наверное, вы представляете девушку, у которой роскошный дом, дорогая машина, гардероб, забитый брендовыми шмотками. Учится она в элитной школе, а потом престижном вузе, подружки у неё – мажорки, в женихах – богатые красавцы. Если вы так видите жизнь дочери самого крупного предпринимателя в городе N, то вы абсолютно правы! Но за этой глянцевой картинкой совсем не сладкая жизнь. Красавчик-жених становится мужем и оказывается, что верность для него понятие незнакомое. Красивые шмотки – не для души, а для престижа и выбирает их мама. Хобби под запретом, да и решать в своей жизни ничего нельзя. Иначе – выгонят из дома. Не на улицу, конечно, но… Алина никогда бы не поверила, что предательство любимого перевернет её мир с головы на ноги и заставит взять свою жизнь в собственные руки. Главное – ничего не бояться, ведь у хороших людей всегда найдутся настоящие друзья… Хм… Точно друзья или?

## Пролог

Восемь месяцев назад. Август.

Алина

Солнечный луч щекочет правую щёку и я просыпаюсь. Всё ещё невеста, но скоро мой статус изменится. В пятнадцать ноль ноль я стану женой Игоря Макеева. Алина Макеева – звучит непривычно и я тихонько повторяю новую фамилию вслух. Потягиваюсь, выключаю зазвеневший будильник. И сразу, как по команде, ко мне в спальню влетает мама. Да, трудно поверить что у этой эффектной блондинки есть взрослая дочь двадцати трех лет. Ольга Степанова, владелица чайного магазина, сегодня выдает единственную дочь замуж. Пыль в глаза будет пущена всем знакомым и по высшему разряду.

– Давай бегом в ванну, массажистка тебя уже ждёт. Визажист будет через два часа, до её прихода ты должна успеть позавтракать, – мама стаскивает с меня одеяло.

Я немного сержусь, потому что она не дает насладиться предвкушением главного события, но не спорю. Иду в мамину ванную комнату, больше похожую на огромный кабинет в каком-нибудь элитном бальнеологическом санатории. Успеваю немного подремать на массажном столе, потом принимаю душ и возвращаюсь к себе. Люся уже принесла кофе с молочной пенкой, как я люблю, и тарелку с нежнейшими сырниками.

Вопреки маминому воспитанию, к макияжу я отношусь прохладно, но сейчас приходится терпеливо сидеть больше часа. Визажистка Юля болтает без умолку, рассказывая какие-то забавные истории о чужих свадьбах. Правда, смешно, но я стараюсь даже не улыбаться, чтобы не испортить мэйк. Фух, вроде бы всё!

Теперь очередь платья. Люся и Юля вносят шедевр свадебной моды. Прозрачный корсет с пышной юбкой только кажутся легкими и воздушными, я ещё с примерки помню, что весит эта красота порядочно.

Вообще-то, мне понравился образ в стиле лесной нимфы, но Игорь всячески намекал на традиционный наряд и только что пальцем не показывал, какое именно платье ему по вкусу. Тааак, корсет застегнули и я даже могу в нем дышать. Теперь пышные рукава, их одеваю отдельно, а Юля крепит невидимыми пуговками к платью. Фата… Её не будет, хотя это была моя детская мечта. Мама сказала, что занавеска выглядит ужасно несовременно, вместо неё у меня широкий расшитый жемчугом обруч. Ну и ладно. Стоит ли расстраиваться в такой прекрасный день из-за куска тюля? Вот и я думаю, что нет.

Готова! Замираю перед огромным, в половину стены, зеркалом. В отражении девушка… нет, не на миллион. На миллиард. Мама довольна и смотрит на меня с гордостью. Внизу пьют шампанское подружки невесты в одинаковых лавандовых сарафанах. Любая из них отдала бы полжизни, чтобы оказаться на моем месте.

Впереди выездная регистрация на смотровой площадке, потом банкет. А завтра мы улетаем в свадебное путешествие. Чемоданы уже сложены и ждут меня в новом доме. У Игоря кондо в самом престижном районе города, со своим отдельным двориком, бассейном и гаражом. И хоть следить за большим домом только на первый взгляд кажется простым делом, я смогу быть хорошей хозяйкой.

Окна распахнуты настежь, слышно, что открываются ворота и во двор заезжают машины. Через тонкую штору я смотрю, как на террасу выходит папа, здоровается с моим женихом и его родителями. Мужчины жмут друг другу руки, улыбаются и только у свекрови такое лицо, словно её напоили лимонным соком. Это похоже на каплю дегтя, но я прогоняю глупые мысли. Жить мы будем отдельно, видеть его мать придется полчаса по праздникам. Итак, до начала новой жизни несколько шагов. Игорь, словно почувствовав мой взгляд, поднимает голову, видит меня и машет рукой. Я улыбаюсь в ответ и понимаю, что бесконечно, безгранично счастлива.


Иван

Столик в «Провансе», лучшем ресторане города, заказывать нужно за неделю. По субботам здесь ажиотаж с первых минут открытия и просто зайти с улицы, чтобы спонтанно поужинать, может, наверное, только мэр города или владелец заведения. Я не стал проверять и забронировал место заранее, всё-таки повод серьёзный. Ну и неделя на то, чтобы взвесить своё решение, тоже была не лишней. Если бы понял, что поторопился, то сегодняшний вечер стал бы обычным свиданием – хорошо провели бы время, потанцевали, вкусное поели. Готовят в этом заведении шикарно, вкуснее пекинскую утку ел только в Пекине.

Встреча с Настей назначена на семь вечера, я приехал на пятнадцать минут раньше, чтобы убедиться – цветы доставили, а шампанское той самой марки уже лежит в ведерке со льдом.

Мы вместе полгода, впереди серьёзный проект, который может потребовать моего присутствия в столице и будет правильным, если любимая девушка поедет со мной в статусе жены. Я посмотрел на букет белых пионов, проверил коробочку во внутреннем кармане пиджака. Всё было окей.

Вид из панорамного окна, у которого стоял наш столик, открывался классный: Волга, золотые купола главного городского храма, крыши старого города. На такую красоту могу смотреть часами. Пожалуй, квартиру мы купим в этом районе, чтобы любоваться дореволюционной частью N-ска за завтраком.

Не успел я определиться, что выбрать – вторичку или первичку, как к ресторану одновременно подъехали такси и свадебный кортеж. Из желтого автомобиля с шашечками вышла моя Настя, из «Крайслера» выбрались молодожены, Игорь и Алина Макеевы. Ну, это теперь у эффектной блондинки такая фамилия, до брака она была Степановой. С девушкой я лично не знаком, но этого и не требуется, чтобы иметь представление, как выглядит дочь влиятельнейшего бизнесмена в регионе.

А про господина Макеева и его бизнес я, в силу профессии, хорошо наслышан. Что ж, совет да любовь, уважаемые. Полагаю, что через месяц тоже окажусь в числе людей семейных.

Смотреть через тонированное стекло оказалось интересно. Мне вдруг стало любопытно узнать, какая Настя, если меня нет рядом. Вот она изящно поправляет каштановые локоны и, кажется, флиртует со свидетелем, идущим мимо. Хм, а как ещё расценить кокетливую улыбку и томно опущенный взгляд? Моя воспитанная леди пропускает свадебную процессию… Но стоит последнему гостю скрыться за дверью, и широкая улыбка исчезает с Настиного лица. Она становится серьёзной, словно спешит не на свидание, а по делам. Я редко вижу её такой, может, что-то случилось? Ладно, сначала узнаю как дела и если Настюша расстроилась из-за пустяка, то кольцо с брильянтом в три карата исправит ей настроение. Готов спорить, что такое кольцо обрадует любую девушку. Ну хорошо-хорошо, я погорячился, есть исключения из этого правила. Наверняка у Алины Макеевой в помолвочном кольце был бриллиантовый булыжник. Нет, я не завидую и не собираюсь соревноваться. Дело тут не во вкусе, а в статусе, которому нужно соответствовать. Может, потому я и занимаюсь спасением чужих империй, а не создаю свою собственную? Ненавижу оправдывать чьи-то ожидания. И для меня важно, что Настя разделяет моё отношение к жизни.

Через несколько минут официант подводит Настю к столику, открывает шампанское и разливает вино по бокалам.

– Привет, – она подставляет лицо для поцелуя.

Я наклоняюсь и легко касаюсь губами её губ. У меня будет очень красивая невеста и жена.

– Здравствуй, – отодвигаю стул, помогая любимой сесть.

Официант деликатно отходит. Настя разворачивает меню.

– Как прошел твой день?

– Всё супер! – она поднимает глаза и абсолютно безмятежно мне улыбается.

Ни следа от того выражения, что было несколько минут назад. Показалось или это тонированное стекло сыграло странную шутку? Ну, если Настюша всем довольна, то пора задать тот самый вопрос. Да, я знаю, что обычно предложения делают в финальной части свидания. Но мне всегда казалось это нелепым – ужинать, сидя как на иголках, переживая, ответят ли на твоё предложение согласием.

– Подожди чуть-чуть с заказом. Я хочу задать тебе очень важный вопрос, – лезу в карман за бархатной коробочкой, рука не дрожит, но я всё же волнуюсь. – Будешь моей женой?

Раскрываю футляр в форме сердца и протягиваю кольцо. Выражение лица у неё меняется, я внимательно смотрю на эмоции, которые мелькают, как картинки в калейдоскопе.

– Да, – отвечает Анастасия чуть смущенно.

Одеваю ей кольцо на безымянный пальчик, целую ладонь. Мы оба счастливы.


## Глава 1

Октябрь

Алина

Две медовых недели мы провели на Кубе, хотя мама уговаривала нас лететь на Мальдивы. Игорь советы тещи пропустил мимо ушей, он мечтал о Варадеро и Гаване.

Кубинские сигары и ром мужу пришлись по вкусу, как и клубы с ночными дискотеками. Я тоже повеселилась от души, но очарование обветшавших дворцов Гаваны мне понравилось больше, чем бирюзовые волны на белых пляжах Варадеро. Впервые за несколько лет удалось от души пофотографировать. Несколько кадров получились хоть на выставку. Хотела выложить у себя вконтакте, потом вспомнила реакцию «подруг» на мои работы и передумала. Фотки до сих пор лежат на флешке, никак не получается выбрать время и разобрать их по темам. Я бы и цветокоррекцию сделала, но… Но не успеваю даже загрузить снимки в ноут.

Почему меня не покидает ощущение, что кто-то ворует каждый день по паре часов из моих суток? Вроде бы я совершенно свободна – работать мне не разрешают, даже удаленно, даже ради удовольствия. Игорь ревнив и злится, когда не всё моё внимание достается ему. Уроки фотошопа он мне оплатил, но заниматься получается урывками, максимум час в день. Днём в гости приходит мама, по вечерам фитнес, муж и его дела. Уборкой и готовкой занимается Галина Петровна, это домработница Игоря, мы с ней практически подружились. Ей чуть-чуть за сорок, а я зову её Галей, ну как-то не получается добавлять отчество.

Особо обустраиваться на новом месте мне не приходится, кондо Игоря построено недавно и интерьером занимался профессиональный дизайнер. Я хотела переделать только свой кабинет, слишком похожий на комнату Барби. Но когда заикнулась об этом мужу, он обиделся. Сказал, что я считаю себя умнее дипломированного художника и пришлось оставить всё как есть. Правда, находиться в этой комнате невозможно. Мебель белого цвета в завитушках и с позолотой у меня до сих пор вызывает оторопь. Выход нашелся, только я об этом помалкиваю. Муж практически не пользуется библиотекой и я поставила там маленький письменный стол, перенесла ноутбук, свои маркеры, карандаши, дудлы. В библиотеке, как и положено, пахнет старыми книгами, большие окна выходят в сквер и не слышно шума улицы. Мне нравится старинный стул, больше похожий на кресло и маленькие бра, прикрученные к книжным стеллажам. Когда Игорь задерживается на работе, я сбегаю сюда смотреть киношки и серфить соцсети.

Мы уже планируем ребенка, так что кукольный кабинет ещё пригодится, устрою в нём детскую. Если будет дочка, то для первых лет обстановка подойдет идеально. Ну, а если рожу пацана, то сменю мебель с обоями через год.

Вчера ходили с мамой на шопинг, она показывала очень стильные платья для беременных и спрашивала, не пора ли обзаводиться соответствующим гардеробом. Увы, не пора. Игорь на днях намекал, что со мной что-то не в порядке, если беременность не получается второй месяц подряд. Чувствую себя виноватой. Гинеколог, которая занимается со мной планированием, велела не нервничать, продолжать прием витаминов и отправить супруга к андрологу, если мы так спешим обзавестись наследником.

Пока не рискую предложить мужу пойти к врачу, уверена, он опять психанет. Вообще, быть замужем оказалось сложно. Слишком много подводных камней, слишком часто нужно уступать и подстраиваться, а ведь мне казалось, что если люди любят друг друга, то найти компромисс будет легко. Чувствую себя то ли приложением к состоятельному мужчине, то ли декорацией. У нас в семье так не принято, хотя мои родители тоже не пример для подражания. Отец тот ещё трудоголик и дома всем заправляет мама. Мне же на каждую мелочь требуется разрешение мужа.

Сегодня обедали с мамой и я решила с ней посоветоваться. Лучше бы промолчала. Она велела не жаловаться на Игоря, сказала, что он папин партнер по бизнесу, что теперь мы все одна семья, а значит, общие интересы я должна поставить выше собственных. Велела почаще развлекать мужа в постели и проявлять фантазию. И раз уж пока не получается с ребенком, то может мне стоит записаться на стрип-дэнс? Я только хмыкнула. Когда мне пару лет назад захотелось заниматься танцами на пилоне, мама закатила глаза и сказала, что это ужасно пошло.

По поводу врача мы с мамой так и не договорились. Она пообещала найти другого, более опытного специалиста, хотя меня вполне устраивает мой доктор. Велела купить тесты на овуляцию и ни с кем не обсуждать проблемы. Нельзя, чтобы кто-то подумал, что дочь Степановых неполноценна.

Всё это было бы смешно, если бы не было так грустно. С кем обсуждать? Подруг у меня нет, только приятельницы, которых я раздражаю своим благополучием. Хотя у них жизнь не хуже, каждая из нашего круга может сказать, что родилась с золотой ложкой во рту. Правда, моё везение всё больше становится похожим на ловушку. Очень скучаю по отцу, но он уехал в командировку в Москву. Жду его сильно, надеюсь, успеет вернуться к нашим традиционным осенним шашлыкам. Это папа придумал закрывать дачный сезон пикником с глинтвейном и мясом, приготовленном на углях. Мне хочется поговорить с ним, как раньше. Возможно, папа подскажет ответ, почему я не чувствую себя взрослым и свободным человеком, почему в двадцать три года моей жизнью руководят «старшие» – мама и муж.


Иван

Настя переехала ко мне на следующий день после предложения руки и сердца. Хотя я был уверен, что этого не произойдёт без посещения ЗАГСа. Сексом мы занимались уже давно, Настя позволила себя соблазнить спустя полтора месяца встреч. Но она никогда не оставалась на ночь, подчеркивая свой статус незамужней женщины. И сейчас мне нравилось, что любимая почти все время рядом, нравилось начинать день с её запаха на подушке, с теплых ладошек у меня на груди, с поцелуев и тихого шёпота «Доброе утро, милый!». Удовольствием было вместе завтракать, бегать по утрам в парке, а по вечерам смотреть сериалы в обнимку на диване. Не верьте, когда вам говорят, что мужчины терпеть не могут телячьих нежностей. Большинство из нас обожают ласку, но ни за что не признаются в том, что общество считает слабостью.

В первые же дни совместной жизни мы обсудили, когда познакомим родителей, определились с количеством гостей на свадьбе и форматом праздника. Осталось выбрать дату и подать заявление. Настюша попросила подождать с этим месяц-другой, она хотела пригласить двух подруг из других городов и переживала, смогут ли девчонки приехать в определенный день. Время у нас в запасе имелось и я её не торопил.

Все было круто до одного субботнего утра. По выходным я спал до девяти и вместо пробежки мы ходили в бассейн. Но в этот раз я проснулся раньше обычного и… один. Выбрался из-под одеяла, прислушался. Где-то раздавались голоса и я, зевая, отправился на звук через всю съемную пятикомнатную квартиру. Шел босиком, потому что тапки искать было лень.

В дверях столовой остановился полюбоваться невестой. Стену между этой комнатой и кухней снесли при перепланировке, так что мне было отлично видно, как Настя в шелковых коротеньких шортиках и кружевной маечке варит себе кофе и болтает по видеосвязи с лучшей подругой.

Дорогущий планшет показывал круглощекую хохотушку Марину очень реально, я со своего места мог посчитать конопушки на курносом носу. Похоже, разговаривали девушки уже давно.

– Нет, ты не понимаешь. Я представляла себе это совсем по другому!

– Как? На большом воздушном шаре, – запела Марина.

– Ну, хотя бы на шаре, – в голосе Насти прорезались капризные нотки, которых я раньше не слышал.

– Хммм… Напомни-ка мне, кем работает твой жених, – подруга изобразила старушку-склеротичку.

– Ни разу не смешно.

– Я тоже так думаю. Кризисный менеджер с романтическим характером – это кто-то из сказочных персонажей, типа феи, крысы-кучера или пажей из ящериц.

– Марин, да мне даже в соцсети выложить нечего, кроме руки с кольцом и букета, – с досадой сказала моя невеста.

– Знаешь как говорят? Счастье любит тишину. Выложишь потом свадебные фото.

– До свадебных фото ещё далеко. Ой, я чуть не забыла тебе рассказать! Представляешь, в тот же день, когда Ванька сделал мне предложение, в «Провансе» на втором этаже играл свадьбу Макеев со своей Алиной. У неё было шикарное платье. Думаю, тысяч двести стоило, не меньше. Корсет прозрачный, пышные рукава и многослойная юбка из фатина. Мне бы такое пошло больше, я бы смотрелась эффектнее. Алина блондинка, платье выбрали холодного оттенка и невеста была как бледная моль, – Настя налила кофе в чашку и добавила таблетку подсластителя. – Теперь даже кофе нормально не попьешь, до свадьбы придется посидеть на диете.

– Зачем тебе диета? Я бы не стала себя мучить, выбрала красивое платье по размеру, сейчас есть на любой вкус. Если меня позвали замуж, такую, как есть…

Закончить фразу Маринка не успела, Настя фыркнула и перебила подругу:

– Тебя как раз не позвали, такую, как есть. И не позовут, пока ты собой не займешься! Сколько раз я тебе говорила, что очаровательно выглядеть, ухаживать за собой – женская обязанность. Красивая девушка – это приз. Она вдохновляет мужчину, помогает ему стать богаче, целеустремленнее, больше зарабатывать. Толстой попой на трудовые подвиги не воодушевишь. И на дорогие подарки, кстати, тоже.

Лицо Марины порозовело, губы сжались, но Настя не обратила на это внимания и продолжила рассуждать:

– Думаю, даже ты знаешь, что белый полнит, как и видеосъемка. Придется немного урезать рацион.

– У вас будет видеооператор?

– Разумеется, – Настя пожала плечами. – И не просто видеооператор, а самый крутой в городе, тот же, что снимал свадьбу Алины. Я это заслужила. Как и многое другое.

– Чем именно заслужила, не похвастаешься? – похоже, Марина собралась расставить точки над «ё».

– Ой, понимаю, на что ты намекаешь. Да, я хороша в постели, умею доставить мужчине удовольствие. Или это преступление? – Настя посмотрела на подругу с вызовом. – Но твои толстые намеки абсолютно мимо! Иван ценит, что я для него сделала и продолжаю делать. Его профессиональный рост напрямую связан с нашими отношениями.

– То есть, ты хочешь сказать, что карьера Ивана – твоя заслуга?

– Ну, а чья же ещё? Если бы не я, он так бы и сидел на заводике в областном центре.

От этой фразы я оторопел. Градообразующее производство с филиалами в трех российских регионах – заводик?! Да, когда меня туда пригласили, дела у компании шли неважно, но мне было дико, что Настя думает о крупном предприятии в такой уничижительной форме. А ещё более диким стало открытие, какие на самом деле мысли у моей невесты. Кризисный менеджер добился успеха, вдохновленный красоткой-невестой?! То есть, годы работы не в счет, учеба в серьёзном вузе мимо кассы, связи, репутация – всё ерунда, главное за меня сделала Анастасия. Стараясь подобрать отвалившуюся челюсть, шагнул назад. Теперь меня невозможно было заметить, а разговор я слышал по-прежнему отчетливо.

– Как только я выберу приличный дом, подадим заявление. Жилье купим в браке. Лет через пять, не раньше, рожу ребенка. И наконец-то можно не заморачиваться с работой, – моя будущая жена сделала глоток кофе. – Что ты мне посоветуешь, как риэлтор со стажем? Хочу двухэтажный коттедж, разумеется, со всеми удобствами и чтобы участок был в Левобережном микрорайоне. Да, большую территорию мне не надо, не хватало ещё каких-нибудь грядок и кустов смородины.

– Насть, пару месяцев назад ты мне рассказывала, что женщина должна быть скромной, нежной и слушаться мужа. А ещё, что все решения в семье принимает мужчина. И я с тобой почти согласилась, но стоило Ивану сделать предложение, как твои принципы развернулись на сто восемьдесят градусов.

– Ничего подобного, я по-прежнему скромная, нежная, женственная. У меня в гардеробе нет ни одной пары брюк и даже на пробежку я надеваю спортивное платье. С Ванькой ни в чем не спорю, даже с его дурацкой идей купить квартиру я соглашаюсь… До поры, до времени. Просто попозже аккуратненько подведу к правильному выбору. Так что ты мне посоветуешь?

Марина помолчала, а потом сказала совершенно официальным тоном:

– На мои советы у тебя денег не хватит. Выберешь без моей помощи, ты же у нас умная и во всем отлично разбираешься. И ещё – приглашение мне не подписывай, я не приду.

Подруга отключилась, не прощаясь.

– Ты просто завистливая сучка! – крикнула Настя в погасший монитор и со стуком поставила пустую чашку на стол.

Я неслышно вернулся в спальню и завалился обратно в кровать. Пока прикидывал что делать с двуличием и враньем любимой девушки, умудрился снова заснуть.

Разбудила меня Настя. Моя нежная, предупредительная и заботливая невеста принесла мне завтрак в постель. Есть не хотелось, я выпил кофе и под предлогом работы уехал в коворкинг. Хотя почему под предлогом? Выбор недвижимости тоже работа.

Не зря говорят, что с проблемой надо переспать. Мне хватило нескольких часов – проснувшись, я на свежую голову придумал, как дать шанс Насте выбрать меня и мою любовь, а не мой счет в банке.

Хрен с ней, с квартирой. Куплю дом. Какой там хотела моя невеста? Два этажа, набитые супер-пупер навороченной техникой, шикарной мебелью и в дорогом районе? Значит, ищем частный дом, с удобствами, не в центре, но и не на окраине. Главное, уровень комфорта в нем должен держаться не выше среднего, соседи быть обычными гражданами, а не местной элитой. Никаких престижных кварталов и коттеджных поселков категории VIP. Через два часа я выбрал четыре варианта и обзвонил продавцов.

Первое жилье оказалось особнячком в полтора этажа и было слишком хорошим, у второго практически отсутствовал двор и даже машину пришлось бы оставлять перед воротами. До четвертого я не дошел. Видимо, правду говорят, что Бог любит Троицу. Третий по счету «коттедж», так его назвал агент по недвижимости, подошел идеально. В приличном по размеру саду стоял не новый, но основательный, просторный дом с мансардой и незастекленной верандой.

Агент открыл замок и я прошел через холодные сени в короткий и широкий коридор. В него выходили четыре двери, они были распахнуты и я видел совершенно пустые помещения. Стены, пол, окна и… всё. Даже в кладовке, куда меня чуть не силой заставил заглянуть риелтор, не валялось ни одной коробки, а на кухне не было ни колченогой табуретки, ни гнутой ложки, ни упаковки из-под пиццы. Дом словно намекал – смотри, ты можешь начать всё с чистого листа. Попробуешь?

Я вышел на крыльцо. Участок был большим, забор с трудом получалось разглядеть в просветах яблонь и груш. Деревья начали одеваться в золото и багрянец, в траве валялась падалица, её было совсем немного, видимо, за садом следили.

Солнце грело не по осеннему, воздух пах сладко, к яблокам и грушам примешивался какой-то терпкий аромат, и я понял, что это виноград, который захватил в плен веранду. С правой стороны висели темно-фиолетовые грозди, а с левой – чуть розовые, похожие на прозрачные капли светлого янтаря. Я сорвал несколько ягод. Они были сладкими и сочными.

– И давно продают этот дом?

– Не поверите, сегодня утром выставили на продажу. Вы первый покупатель, – ответил агент.

– Торг уместен?

– Сделаю небольшую скидку.

– Хозяева не будут возражать против экспертизы? – я доел белый виноград и сорвал кисть синего.

– Сейчас уточню, – он отошел за куст смородины, немного поговорил по телефону и вернулся. – Сказали, что если вы хотите, то можете сделать за свой счет. Скидка будет десять тысяч, не больше.

– Отлично. Завтра я привезу специалиста, он посмотрит дом и будем оформлять сделку.

Дом стал моим через три дня. Насте про покупку ничего не сказал, нужно подождать подходящих условий.

***

Я стою перед зеркалом и завязываю галстук, боковым зрением наблюдая, как одевается Настя. Выглядит моя невеста сногсшибательно, новое платье ей идет. Впрочем, новое всё – платье, белье, туфли, серьги, браслет, колье, сумочка. На правах будущей жены она неделю назад попросила кредитку, чтобы одеться на предстоящее мероприятие, цитирую: «соответственно новому уровню». В результате две трети лежащей на счету суммы исчезли. Я никак не прокомментировал шопинг, хотя меня царапнуло, что Настя не поинтересовалась сколько может потратить. Вопросы бюджета она вообще ни разу не затронула, а на мои попытки поговорить о деньгах только отшучивается.

Смотрю, как Настя обувается. Нет, не любуюсь грациозной девушкой, а стараюсь трезво оценить спектакль, устроенный для одного зрителя, то есть для меня. И то, что совсем недавно вызывало восторг, неприятно царапает, как фальшивая нота в песне.

Невеста встала напротив окна, чтобы солнечный свет обрисовал её тонкую, изящную фигурку. Короткое облегающее платье при таком освещении как будто исчезает и Настя кажется обнаженной. Вот она отставив попу, наклоняется, чтобы застегнуть ремешки на открытых туфельках. Вот поднимается и откидывает волосы назад, а потом закусывает пухлую губку и призывно смотрит. Утром, когда я приставал к ней в кровати, а потом в душе, мне отказали, а сейчас откровенно соблазняют… за несколько минут до приезда такси. Машину я вызвал сразу после того, как Настя сказала, что она готова. Кажется, я понимаю, что происходит. Но не собираюсь торопить события.

Мы впервые выходим в свет в статусе жениха и невесты. Нас пригласили на день рождения к Евгению Цветкову, моему партнеру. Женька хакер, но нетипичный. Он скорее цифровой детектив и спец по безопасности. А ещё страшный бабник. С Настей он не знаком и если бы не тот подслушанный разговор, я бы заранее провел с этим Казановой беседу. Не потому, что ему не доверяю, просто расставил бы точки над «ё». Но в новых обстоятельствах я позволяю развиваться событиям без моего участия и контроля.

На фуршет мы приезжаем вовремя. По банкетному залу ресторана разгуливают гости, с большинством я знаком. Настя уже успела оценить стоимость чужих нарядов и чувствует себя победительницей. Когда моя прекрасная леди думает, что я занят разговором и не смотрю на неё, она строит глазки Женьке. Партнер шарахается от её внимания, как от чумы, но Анастасия продолжает флиртовать при первой возможности.

Наконец начинаются конкурсы, ведущая уводит Настю в команду девушек и Евгений подходит поговорить.

– Вань, клянусь, у меня нет никаких видов на твою невесту. Тем более, что я только-только замутил новую интрижку. Видишь вон ту рыжеволосую фею? Это Мила, зожница и спортсменка. Я вас чуть позже познакомлю.

– Спасибо, ценю. Я давно заметил, что вытворяет Настя. А ты можешь от неё не шарахаться?

– Ты передумал жениться и нужен повод? Или девушка оказалась слишком легкомысленной и нужно устроить проверку?

– Я хочу убедиться, что правильно понимаю, какую игру она затеяла. Держи, – протягиваю ему маленький микрофон.

Женька понимающе кивает и кладет устройство в верхний карман пиджака. Я включаю запись в приложении смартфона.

Уезжаем мы раньше всех, потому что Настя подстраивает некрасивую сцену – просит Женьку помочь найти потерянную сережку и уводит его на веранду ресторана.

Дома моя невеста, едва сдерживая слёзы, рассказывает, что Женя увел её из зала под дурацким предлогом, а потом домогался. Когда же она стала отбиваться, пригрозил, что Настя пожалеет о своём отказе. Обещаю во всем разобраться и отправляю девушку спать.

Завариваю себе чай и пол ночи сижу на балконе. Разбитая любовь штука острая. Ищу ответ на вопрос, что может болеть в душе, если душа не материальна. Чёрт, я не знаю, от чего мне хуже, от того, что мою любовь предпочли моему кошельку или от того, что повелся на слова, как пятнадцатилетний пацан. Я думал, что мы похожи, что мы близки и доверял. Я ошибся. Что делать дальше? Наверное, не надо придумывать никаких многоходовок, достаточно сказать, что знаю правду. В этот момент понимаю, что хочу в полной мере оценить настоящее лицо той, в которую был влюблен совсем недавно. Штош, значит пришло время рассказать про дом.

Просыпаюсь я раньше Насти, варю кофе и овсянку, делаю тосты. Неожиданно, но настроение отличное, как всегда, когда получается решить сложную задачу. Накрываю на стол и понимаю, что соскучился по своей холостяцкой свободе. Ничего, потерпеть мне осталось пару часов. Иду будить уже практически бывшую невесту.

– Настя, подъем. У меня для тебе сюрприз, – осторожно трогаю девушку за плечо.

– Мммм? – она сонно потягивается и выгибается игривой кошечкой.

– Покажу после завтрака, – говорю я и отстраняюсь. Не хочу поцелуев и тем более не хочу притворяться, что мне приятны Настины прикосновения.

Завтракаем мы быстро, собираемся тоже. В машине Анастасия щебечет, как птичка, я молча слушаю. Подъезжаем к дому, я выхожу, отпираю замок, распахиваю ворота и мы въезжаем во двор. Открываю дверь в авто и помогаю Насте выйти.

– Помнишь, я говорил, что хочу купить своё жилье?

– Да, любимый, конечно, помню, – Настя лучезарно улыбается и осматривает участок. По лицу заметно, что восторга увиденное не вызывает.

– Мы с тобой много спорили, что приобрести, квартиру или коттедж. Я пришел к выводу, что ты права, собственный особняк лучше. Вот, долго искал и наконец-то нашёл, что мне по душе. Пошли, покажу, какой наш дом внутри, – протягиваю девушке руку, но она отступает на шаг назад.

– Подожди, ты хочешь сказать, что уже его купил?

– Ну да.

– А… а посоветоваться со мной?!

– Я пытался советоваться с тобой по многим вопросам. Например, по бюджету. По сумме, которую готов потратить на покупку собственного жилья. Ты ответила, что не разбираешься в недвижимости и согласишься с любым моим решением. Так?

– Да, но я думала, что мы будем выбирать дом вместе!

– Ты сама себе противоречишь. Обещала согласиться?

– Да, но…

– В чем проблема? Ты ведь даже не зашла внутрь. Там есть все удобства, участок огромный и здесь хватит места для небольшого цветника, теплички и детской песочницы.

Настя замолкает и через несколько долгих мгновений у неё получается взять себя в руки.

– Дорогой, этот дом и этот район мне совершенно не подходят, – с нежной улыбкой говорит она.

– Почему? Кстати, в дом ты даже не зашла.

– Чтобы понять, что яйцо тухлое, есть его не обязательно. Я хочу жить в нормальном коттедже, с охраняемой территорией, с приличными соседями. Ты сделал неудачный выбор. Давай поедем домой. Когда ты немного подумаешь и поймешь, что я снова права, мы вернемся к вопросу нашей недвижимости, – Настя развернулась и пошла к машине, ни секунды не сомневаясь, что я пойду следом.

Я, конечно же, пошел.

Вернувшись в квартиру Настя ушла в ванну, сказав, что ей нужно отдохнуть, а я отправился собирать вещи. К счастью, шмоток у меня немного, сказывается привычка к кочевой жизни. Две больших сумки и пакет я отнес в машину, а потом устроился в гостиной перед телевизором, выбрав спортивный канал. Хотелось хоть немного расслабиться. Сначала я бездумно наблюдал за гоняющими мяч футболистами, но через пятнадцать минут втянулся и стал всерьез болеть за любимую команду. Проигнорировать Настю, которая из ванной вышла голышом, получилось абсолютно естественно. Отсутствие внимания к своей персоне она расценила как вызов и словно случайно встала между мной и экраном

– Оденься, пожалуйста.

– Странная просьба от молодого мужчины к красивой девушке, ты не находишь? – Настя повернулась ко мне с игривой улыбкой. Я смотрел на так откровенно предлагаемое тело и… не испытывал ничего, кроме брезгливости.

– Через полчаса приедет хозяин квартиры.

– Полчаса нам хватит, чтобы пошалить.

– Нет, я хочу серьёзно поговорить.

Она пожала плечами, вышла из комнаты . Вернулась в легком халатике и устроилась в кресле.

– Свадьбы не будет, – слова вылетали легко, но это была обманчивая легкость, ведь боль от предательства никуда не делась. – Я ухожу. Квартира оплачена до конца следующего месяца. Если ты хочешь, то можешь здесь пожить оставшийся срок, владелец готов переписать договор.

Настя несколько минут сидела молча, потом по её щекам потекли крупные, с горошину слезы. Я молчал и она зарыдала в голос. Пришлось ждать, пока закончится истерика.

– Почему? Что я сделала не так? Ты обиделся из-за дома? Но я просто сказала правду!

– Ну, может в этот раз действительно не солгала. А всё остальное время ты притворялась, что любишь меня. Притворялась другой, такой, какой никогда не была. Пыталась поссорить меня с другом и партнером. Нет, не надо перебивать, – я встал с дивана и отошел к окну, сохраняя расстояние между нами и не давая Насте заговорить до окончания моих объяснений. – У меня есть запись вашего разговора, я слышал, как ты врешь про потерянную сережку.

– У тебя паршивый друг, который не дает тебе возможности нормально расти и строить карьеру! Я хотела как лучше… Уговорила своего двоюродного брата тебе помочь, Сережа согласился стать твоим компаньоном и открыть фирму в долевой собственности. Ты ведь совершенно не умеешь разбираться в людях! Кстати, и в недвижимости тоже ничего не понимаешь! Я столько для тебя сделала, ты просто неблагодарное чудовище! Живи в своем сарае сам, – она вскочила с кресла и убежала в комнату.

Сюрприз в виде бизнес-партнера Сережи выбил меня из колеи. Я стоял с отвалившейся челюстью, в голове варганом звенела мысль что в одном Анастасия права – мне стоит подучиться разбираться в некоторых людях, а точнее в отношениях. Больше никакой любви, никаких «половинок» и никакого доверия словам. Я понял, что фраза «Я тебя люблю» ничего не значит.

Хозяин квартиры приехал без опозданий и переделал документы. В благодарность я сказал, что залог возвращать не надо. Сказал при Насте, чтобы она не рассчитывала ни на эту сумму, ни на встречу, когда срок аренды закончится. Потом вежливо со всеми попрощался и поехал на шопинг. Не люблю делать покупки, особенно в предстоящих масштабах, но спать на полу в новом доме или есть из консервной банки я не собирался.

С момента помолвки прошло два месяца. Хорошо, что мы не добрались до ЗАГСа. Свобода прекрасна и я с ней больше не расстанусь!

Февраль

Алина

Ура!!! Свершилось! У меня задержка. Пока всего три дня. Гинекологу я позвонила вчера, ни мужу, ни маме ещё не говорила. Я очень-очень-очень хочу ребенка, у меня наконец-то появится смысл и цель жизни. Игорь почти все время занят на работе, с приятельницами мне скучно, я так и не смогла найти общих интересов ни с кем, кроме Милы. А с малышом можно будет гулять, играть, заново пересмотреть кучу мультфильмов, перечитать любимые детские книги, ходить в музеи и на английский. И малыша я смогу фотографировать, сколько угодно. Я улыбнулась, подумав, что мечты у состоятельной замужней девушки какие-то скромные.

Пью зеленый чай и жду, когда Галя повезет вещи в химчистку. В домашней аптечке штук десять обычных тестов и ещё электронный. Беру одноразовый, руки немного дрожат, когда я дергаю за надрезанный краешек. Получается не с первого раза. Хмм, про ножницы я забыла, хотя они тоже есть в аптечке и достаточно протянуть руку. Да и ладно, тест я достала.

Кладу тонкую бумажную полоску на комод в ванной, сажусь рядом на пуфик, закрываю глаза, начинаю считать: один, два, три, четыре … семь… Терпения досчитать хотя бы до тридцати не хватает, я открываю один глаз и подсматриваю. Есть! Две полоски! До прихода домработницы я проверяю результат электронным тестом и ещё двумя бумажными. Мне кажется, я бесконечно могу смотреть, как появляется вторая полоска.

Муж снова задерживается на работе и я отправляю ему в телеграм фотографию полосатого теста. Он бросает все дела и через двадцать минут приезжает домой. Привозит охапку моих любимых розовых гербер, безалкогольное шампанское и пироженки. У нас праздник. И в этот момент я понимаю, что всё, кроме моей семьи, моего мужа и нашего ребенка – пустяки.

Игорь со мной бесконечно нежен, говорит, что готов потерпеть, если врач запретит секс и очень хочет пойти со мной на УЗИ. Я, счастливая и влюбленная, как в день нашей свадьбы, засыпаю на плече любимого.


Иван

С проектом в столице я справился за квартал вместо полугода. Можно было остаться в Москве, но меня со страшной силой тянуло в мой дом с виноградной верандой. Когда Женька написал, что к нему обратился владелец сети автосервисом с просьбой поднять продажи, я не раздумывая вернулся в родной N-ск.

Мебели в доме было всё ещё минимум. В первую неделю поставил в гостиной огромный кинотеатр и диван. Кухню заказал со всей встроенной техникой, кроме холодильника. Холодос уже стоит в углу, его я тоже купил сразу по возвращению. Должен же я где-то хранить любимый маасдам и томатный сок? Плиту, шкафчики, посудомойку и прочее ждать ещё пару месяцев точно. А до тех пор еду мне будет привозить одна милая тётушка.

Оказывается, у нас в городе есть такая услуга, как доставка готовых ужинов. Обедаю я в кафе рядом с работой. На завтрак делаю бутерброды и кофе, для этого мне хватает электрического чайника, который я пристроил на подоконник. Кстати, рядом с чайником вполне поместится микроволновка, я просто забываю её купить по дороге домой. Наверное, стоит заказать на каком-нибудь маркетплейсе и пусть доставит курьер. Женька уверяет, что пельмени в микроволновке получаются такие, что пальчики оближешь. Подозреваю, партнер просто не умеет готовить, но рискну попозже потестить его рецепт.

Про устройство личной жизни пока не думаю. Женёк приглашал в гости и я сходил, чтобы немного развеяться. Похоже, это были «смотрины», его рыжая фея позвала трёх подружек. Время провели весело, но я так и не понял, кого кому показывали – меня девушкам, или девушек – мне. На майских договорились на ответный визит, жду всю компанию к себе на барбекю, уличную печь привезут послезавтра.

Настя пробовала названивать через неделю после расставания, но я отправил её в черный список. Любовь прошла, оставив сердечные раны и горький осадок. Я до сих пор разочарован. Мне казалось, что наша встреча с Анастасией была той самой, когда люди совпадают, как две половины одного целого, но… Ключевым в предыдущем предложении считаем слово «казалось». Наверное, не стоит надеяться на настоящие чувства, везет не всем. Для комфорта в отношениях достаточно симпатии.

Жду, когда основательно потеплеет, чтобы вечерами цедить по глотку бокал коньяка и выкуривать сигару на балконе. Вид с него открывается невероятный. Хммм… Я ошибся с выбором невесты, зато попал в десятку, покупая дом.

Апрель

Алина

Мама примчалась в больницу сразу после совещания. Я сделала вид, что ещё не прошёл наркоз, но она не поверила. Упреки накрыли меня, как девятый вал тонущих моряков на картине Айвазовского:

– Алина, прекрати притворяться, врач сказал, что ты уже пришла в себя. Сейчас же открой глаза! Это ужасно, что ты не справилась. Как ты могла не сохранить беременность? Зачем ты вообще потащилась к Игорю на работу?! Сидела бы спокойно дома и занималась делами. Приличные жены так себя не ведут. Ты понимаешь, что рискуешь своим браком?

– Я?!

– Ну, а кто ещё? Я таких глупостей никогда не вытворяла. Ладно, попробуем всё исправить. Игорь, конечно, сейчас на тебя сердится, но ты поплачешь, извинишься и объяснишь, что во всём виноваты гормоны. Я привезла косметику, нормальную одежду. Он не должен увидеть тебя в таком … – мама все-таки решила быть со мной помягче и пыталась выбрать менее обидные выражения. – В таком разобранном состоянии.

Да, уж она-то всегда выглядит безупречно от макушки до кончиков туфель на одиннадцатисантиметровой шпильке: цвет волос самого модного, платиново-пепельного оттенка, алый маникюр, шикарный брючный костюм, брендовая сумочка. Ага, маленькая сумочка и огромная дорожная сумка. Как она боится, что я разрушу родственные связи с Макеевыми, но по её лицу в жизни об этом не догадаешься, Ольга Степанова умеет делать хорошую мину при плохой игре.

Я молчу, мама тоже, она слишком занята – расстегнула дорожную сумку и сейчас создает нужную мизансцену. Лежу и чувствую себя куклой, впрочем, ничего нового.

В первую очередь мать вытащила из пакета пеньюар и сорочку на тонких бретельках. Комплект цвета айвори украшен кружевом на рукавах, в разрезах ночнушки и, конечно же, кружевом щедро обшито декольте.

– Давай, переодевайся. Если тебе слишком тяжело, я позову медсестру.

Я поднимаюсь, сцепив зубы, и начинаю натягивать сексуальное неглиже. Да-да, оно именно такое – обнажающее, интригующее, манящее. Мне бы сейчас остаться в байковом халате и хлопковой ночнушке без изысков, но кого интересуют мои желания?

– Ну, уже лучше, – мама смотрит на меня без восторга, видимо, это первая часть плана. – В тумбочке ещё два комплекта. Завтра утром наденешь свежий. Я приеду к обеду, привезу корсет, доктор не очень одобрил, но я сказала, что это вопрос сохранения семьи. Так, давай подкрасим глазки. Только тушь и немного теней. Тааак, теперь блеск для губ. Вот, книгу никуда не убирай, пусть будет на виду.

На тумбочке появляется томик с названием «Как пережить потерю. Ваш нерожденный ребенок». Рядом мама ставит вазу и складывает в неё персики, нежные, спелые, с розовыми бочками. Я тянусь за одним, но меня хлопают по руке:

– Нет, это не тебе. Если Игорь не придёт, съешь один на второй ужин.

Я молча киваю.

За штору мама ставит освежитель для воздуха, и я могу поспорить на что угодно, что запах у него будет морского бриза. Перед кроватью оказываются домашние тапочки, изящные, с мехом и… на каблуке.

Мама оглядывает палату и остается довольна переменами. Она подходит ко мне, берет меня за подбородок. Я не выворачиваюсь, просто смотрю ей в глаза.

– Алина, ты получила шанс, который выпадает далеко не каждой девушке. Будем честны, отнеслась ты к этому шансу безответственно и сейчас должна всё исправить. Если тебе очень хочется строить карьеру, то никто не возражает. Только делать ты это будешь в рамках того, что разрешит тебе муж. Если он с тобой разведется, пеняй на себя. Поняла?

Сил хватает только на то, чтобы кивнуть, а потом я закрываю глаза, стараясь удержать слезы. Маме невозможно сопротивляться, иногда мне кажется, что она – гламурный танк в стразах. Не могу представить, что ей может понадобиться чьё-либо разрешение. Когда мама решила открыть чайный магазин, то просто поставила папу перед фактом. Магазин он ей купил на следующий день, тот, который выбрала мамуля. Если честно, папа бы и мне купил, но мама против, во-первых, она не любит конкурентов, во-вторых, магазины мне должен покупать мой муж, а не её.

Судя по звукам, мама наконец-то собирается уходить. Вот она собирает сумки, подходит к зеркалу, одергивает пиджак. Слышу, как открывает помаду – значит, осталось потерпеть несколько секунд. Мать возвращается, наклоняется, чмокает воздух рядом с моей щекой и цокот её каблуков стихает за дверью.

И сразу же моим щекам становится горячо от хлынувших слёз. Смыть поплывший макияж я не успеваю, в палату заходит медсестра. Больница муниципальная, «Скорая», которую вызвала секретарша Игоря, отвезла меня в ближайшее учреждение, где были места. Представляю, как бесится мама, что я не в дорогущей платной клинике. Но претензий у меня нет, медперсонал хороший, все сестрички независимо от возраста, доброжелательные и нянчатся с пациентками. Этой к пятидесяти и она ведет себя со мной так, словно я её любимая доченька. Правда, после того, как меня перевели в одноместную палату люкс, обращается только по имени-отчеству. Одного взгляда на меня ей достаточно, чтобы прийти в ужас.

– Алина Максимовна, вам плохо? Сейчас позову доктора!

Она выскакивает в коридор со скоростью, не свойственной дамам такого возраста и через несколько минут приводит ко мне гинекологиню.

– Алина, – врач Альберта Андреевна, худая, жилистая особа старше меня лет на десять, тот ещё деспот в юбке, – полагаю, вам необходимо седативное успокаивающее. Я назначу препарат…

– Не надо, я справлюсь. Мне можно вставать?

– Можно, конечно, – в голосе врача я слышу сомнение.

Альберта смотрит на меня оценивающее и всё-таки решается поговорить. За то, что что она произносит через несколько секунд, моя мать написала бы жалобы во все инстанции, включая космическую полицию и комитет защиты марсиан.

– Прекрати истерику и послушай меня внимательно. С твоим «нижним этажом» всё в полном порядке. Я не отношусь к поколению врачей, которые сюсюкаются и отводят время на горевание, прожитие эмоций и прочие психологические заморочки, так что мои рекомендации будут исключительно по делу. Как врач с огромным опытом ведения беременностей, скажу, что у молодой здоровой женщины не случаются выкидыши на сроке десять недель от стресса. А физиологически с тобой всё в порядке. Я отправила твои анализы на генетический тест, ответ они присылают на электронную почту, так что напиши свой адрес, – докторша протягивает мне ручку и планшет, я послушно пишу мыло.

– Такие же анализы обязательно должен сдать твой муж. Но если для тебя материнство в приоритете, я бы тебе посоветовала сменить мужа, потому что со стопроцентной уверенностью скажу тебе, что причина прервавшейся беременности в нём. – Альберта деловито вытаскивает лист с моей электронкой, складывает и убирает в карман, а потом продолжает. – Завтра к тебе придет наш штатный психолог, эти консультации проводят в рамках новой федеральной программы. Она отличный профи, вот на её приеме поплакать получится с пользой.

Медсестра остается и с невозмутимым лицом ведет меня умываться. Без косметики мне лучше, но снять кружевное неглиже я не решаюсь.

Ожидание тянется, как жевательная резинка. Я играю в телефоне, время от времени пытаюсь спать, но вместо сна бесконечно прокручиваю в голове события вторника.

***

Теплым апрельским днём я ехала из очень престижной платной клиники от самого лучшего специалиста-гинеколога. Нет, это был не мой выбор, решение за меня принимали мама и супруг, ведь у наследницы одного влиятельного бизнесмена и жены другого состоятельного предпринимателя всё должно соответствовать статусу.

У мамы в тот день приехали китайские партнеры и она не смогла сопровождать меня к врачу. Вероятно, если бы не эта случайность, я была бы всё ещё беременна и не знала, что у моего мужа в офисе целый гарем из бывших, настоящих и будущих любовниц.

Тошнота накатила рядом с его конторой, я остановила автомобиль и переждала приступ. Но не успела вздохнуть с облегчением, как захотелось в туалет «по-маленькому». Заезжать на офисную стоянку не стала, побоявшись, что не найду свободного места, тут пешком меньше минуты, и, выскочив из машины, я понеслась в дамскую комнату. Охранник курил за углом, вот только мне было не до вежливых «здрассти».

В туалете снова затошнило и когда я справилась со всеми своими «желаниями», то сил хватило лишь на то, чтобы опереться на стенку туалетной кабинки.

Не знаю, согласилась бы я обзаводиться наследником в свои двадцать три года, если бы знала, как тяжело будет протекать беременность. В жизни бы не подумала, что токсикоз может изматывать до такой степени. Я вытащила бутылку с водой, чтобы прополоскать рот, но не успела даже открутить крышку, как в туалет кто-то вошел. Боясь, что вода спровоцирует очередной приступ, решила подождать, когда девушки сделают свои дела и уйдут. Затихнув, как мышка под метлой, я сидела на унитазе и выслушивала чужие секреты.

Одна из сотрудниц плакала, стараясь всхлипывать, как можно тише, вторая пыталась привести её в чувство.

– Игорь мне врал, понимаешь?! Он говорил, что бросит свою дуру-блондинку, как только закончится контракт с её папашей.

– Все мужики говорят такое своим любовницам. Надо было брать подарки и не ныть про развод. Теперь жди увольнения.

– Думаешь, он меня уволит?

– Твоя вакансия уже висит на сайте, сейчас Марьвладимировна найдет к чему прицепиться и ты вылетишь, как пробка из бутылки шампанского.

– Лилька не вылетела!

– Лилька молчала в тряпочку три года и если бы не та история на новогоднем корпоративе, никто бы и не узнал про интрижку. Я тебя предупреждала, что как только про любовницу директора становится известно, он её бросает. Но ты же мне не поверила! Сиди тихо, будь милой, если не хочешь потерять работу.

– Я хочу его вернуть!

– Это вряд ли, он вчера возил новенькую на обед в «Прованс».

Услышав название ресторана, где год назад мы сыграли свадьбу, я потеряла голову. Распахнув дверь кабинки, влезла в разговор двух девушек:

– И чем вы докажете, что у вас был роман с моим мужем?

Темноволосая дамочка постарше попыталась сбежать, но та, что посветлее, загородила дверь.

– Ах, вам хочется доказательств? Сейчас пришлю, – русая красотка одной рукой вытирала слёзы, а второй что-то быстро набирала в телефоне. Мой смартфон завибрировал от уведомлений о личных сообщениях вконтакте. Я открыла приложение и потеряла дар речи от полученных фото: девица и Игорь в разных позах и местах, разной степени обнаженности откровенно наслаждались обществом друг друга. Пальцы у меня задрожали и вместо того, чтобы удалить всю эту грязь, я нечаянно ткнула кнопку «Скачать». Плевать, сейчас Игорь мне всё объяснит. «Этого не может быть, не может, не может, не может, – мысленно твердила я. – Потому что он меня любит, ведь несколько часов назад он целовал меня, мой живот и говорил самые нежные слова».

– Отойди, – я отпихнула бывшую фаворитку и рванула в кабинет мужа. Такую скорость у меня не получалось развить даже на соревнованиях по легкой атлетике в универе. Взлетев на третий этаж, ворвалась в приемную. Наташа, секретарь, попыталась меня задержать, но я ловко вывернулась из её рук, распахнула дверь в кабинет и…

– Что, черт возьми ты себе позволяешь?! Сказал же, меня ни для кого нет, – рявкнул Игорь. – Пошла вон!

То, что произошло дальше, можно объяснить только безусловным инстинктом фотографа: видишь необычное – снимай! Я на автопилоте подняла телефон и нажала на камеру. Пять щелчков, пять кадров: вот мой муж, развалился на диване со спущенными брюками, перед ним на коленях девица в одних кожаных шортах; вот девушка в испуге откидывается назад, я вижу ярко-алую помаду, размазанную по лицу любовницы и по мужу; вот Игорь подскакивает, схватив штаны, девушка в ужасе пытается нашарить блузку; вот он пытается застегнуть ширинку, но мешает торчащий кусок рубашки. Финальный кадр был особенно отвратителен – муж, с перекошенным от злобы лицом, внезапно понимающий, что он орет не на секретаршу и любовница, пытающаяся натянуть одежду.

Я выскочила обратно в приемную и… поняла, что теряю ребенка. Секретарша, сбежавшая следом за мной, при виде крови подавилась криком и трясущимися руками вызвала «Скорую».

Машина приехала минут через десять, но муж из своего кабинета так и не вышел, только его пассия просочилась мимо меня в коридор. Дальше всё было как в тумане, лишь смутно помню, как отвечала на вопросы в приемном покое. Наркоз, утянувший меня в темноту, стал облегчением.

И вот сейчас, играя в телефоне, я хочу и боюсь посмотреть на доказательства того, что мой брак оказался иллюзией. Он, как положено фантомам, разбился вдребезги столкнувшись с реальностью. Вечером включаю телевизор, смотрю старый сериал про братьев Винчестеров. Медсестра, уже другая, приносит снотворное, я с трудом, но всё-таки засыпаю.

В четверг утром снова является мама, заставляет переодеться в свежее, затягивает в корсет, наносит макияж, который я смываю, едва за ней захлопывается дверь. Корсет летит в мусорку, а я доедаю персики и от этого мелкого своеволия мне становится легче. После тихого часа приходит психолог. У неё спокойный, негромкий голос, интонации без жалости и я наконец-то рассказываю всё, что чувствую и показываю эти ужасные фото.

Игорь так и не приходит. Ни в этот день, ни в следующие. Почему? Стыдно? Таскаться по свиданиям муж не стеснялся, весь его офис был в курсе похождений шефа. Он меня разлюбил? Тогда честнее было бы в этом признаться и не обманывать меня. Рожать и растить ребенка одной не сахар, но родители не бросили бы нас с малышом. Или? В этот момент понимаю, что не уверена уже ни в чем и ни в ком. Но я точно знаю, что делать вид, что у тебя к жене чувства и при этом спать с каждой смазливой подчиненной – мерзость.

Я надеюсь, что позвонит папа, но и от него нет даже смс-ки. От мысли, что отец сердится на меня, становится совсем тошно и я снова плачу. Мне кажется, что я теперь целиком состою из слёз. Снотворное выкидываю в унитаз, заказываю доставку шоколадного торта и чая из любимой кондитерской, пациентам из палаты люкс и не такое позволено. Ем вкусняшку и думаю над тем, что сказала мне психолог. У меня позиция жертвы?! А вот это мы ещё посмотрим.

## Глава 2

Алина

Мама привезла меня «домой», хотя я для себя уже решила, что больше не могу и не буду считать квартиру Игоря в элитном жилом комплексе своим домом. Домработница открыла дверь и мы вошли внутрь. Меня начало трясти. Хотелось выскочить вон, казалось, что до гостиной я шла не по мягкому ковру, а по горячим углям. На диван я рухнула, ноги отказывались держать.

– Алина, сколько можно тебя учить, даже у себя в комнате красивые девушки ТАК не усаживаются, ты не мешок с картошкой.

Я промолчала, не пошевелившись. Мама знает меня как облупленную, так что отреагировала она предсказуемо.

– Вот значит, как ты меня благодаришь за всё, что я для тебя сделала?! – мама попыталась надавить на совесть, но вины я не чувствовала. Уже не чувствовала.

– Я взрослая. И сама буду решать, как мне жить.

– Отлично. Я подозревала, что у тебя мозги набекрень из-за дурацких представлений о женской гордости и прочих чувств собственного достоинства. Просто учти, если уйдёшь от мужа, мы с отцом обратно тебя не примем. Поедешь по месту своей недвижимости.

На стол легла папка с документами на бабушкин дом. Сверху мать положила связку ключей, старых, истертых, на ржавом кольце. А она подготовилась. Значит, уговоры закончились, в ход пошли запугивания. Я держалась изо всех сил. В этот момент хлопнула дверь.

– Я дома, – раздался голос мужа.

Судя по тону, он рассчитывает, что неприятная история будет замята. Через минуту Игорь заходит в гостиную. Да у них численное превосходство! Что ж, никто не обещал, что будет легко.

– Я от тебя ухожу, – удивительно, но голос у меня ровный, словно я абсолютно спокойна, словно не чувствую боли предательства.

Видел бы кто, как у них одновременно падают челюсти.

– Сейчас соберу вещи и уеду, мама любезно привезла мне ключи от моего дома. Я заберу машину…

– Не вопрос, – муж быстро ориентируется в ситуации и возвращает равнодушное выражение лица.

– Но ты понимаешь, что содержать я тебя в таком случае не буду?

– Понимаю и на твои деньги не претендую. Я заберу только свою машину, – голосом выделяю слово «свою», – личные вещи и все украшения.

Когда до Игоря доходит, что я заберу записанный на меня микроавтобус, новенький Ситроен, муж стискивает зубы так, что становятся видны желваки на щеках, но при тёще устраивать скандал он не рискует. Ха, а от матери все-таки может быть польза.

– Галина Петровна, помогите Алине собрать вещися, – командует супруг. – Раз уж моя жена решила забрать ВСЕ подарки, то и собака тоже достаётся ей, так что сложите в какой-нибудь пакет корм, витамины и остальное собачье барахло.

Продолжение указаний я не слушаю, потому что выгребаю из гардеробной обувь, шмотки и бижу. Галя молча носится с охапками вещей, загружая их в машину. Как тащить ещё и четырёх месячного "щеночка", которого подарили друзья отца, я стараюсь не думать. Пятьдесят плохо управляемых килограмм в машине – это трэш. Хотя… Есть идея.

– Мои украшения, – требую я.

Игорь с кривым лицом вытаскивает из сейфа футляры. Мелочевку, типа гвоздиков и цепочек, я уже сложила в сумку.

– Галя, принеси баранью ногу из морозильной камеры.

Так, теперь и у Гали очумевшее выражение лица. Похоже, муж с матерью думают, что я окончательно слетела с катушек. Ничего, переживут.

До закрытия банка время ещё есть. Ехать в руины, доставшиеся мне от бабули, с чемоданом золота и прочих брильянтов, чревато. Ну, я преувеличиваю, конечно. Драгоценностей у меня не много, но кое-что имеется такого, что можно продать не как лом. Тряпки выкину, пусть в них бомжи щеголяют, его очередной поганке они не достанутся. Чувствуя, что смогла отстоять себя хотя бы в этом раунде, сажусь в машину. Открыв ворота своим пультом, я выезжаю на улицу, опускаю стекло и швыряю брелок с ключами во двор. Выглядит по-детски, но это жест отчаяния, мост, который я жгу здесь и сейчас, убеждая себя, что назад дороги не будет.

***

Замороженную баранью ногу я сразу отдала алабаю. Как же зовут псину? Плевать, назову Пушком, этот вопрос не самый срочный. Щеночек попытался затащить еду на пассажирское сиденье, но я рявкнула "фу" и пёс остался на полу. Жрать ледяное мясо, конечно, вредно, но убиться из-за чужой собаки мне не хотелось. Среднеазиатскую овчарку дарили на мой день рождения, но фактически это был презент для мужа, который мечтал о породистом охраннике. До центрального Сбербанка мы доехали без приключений. Там я арендовала ячейку, куда сложила всё золото, кроме пары колец и браслетов. Их, в крайнем случае, сдам в какой-нибудь ломбард, на хлеб с колбасой хватит. Когда я уходила, собакен был занят ногой и мне показалось, что исчезновение свежеиспеченной хозяйки прошло мимо его сознания. Но моё возвращение за руль пес не пропустил. Едва я открыла дверь, как «щеночек» попытался на меня рыкнуть. В моём обычном состоянии этого было бы достаточно, чтобы заставить меня ретироваться, но сейчас я была настолько взвинчена, что не задумываясь хватанула пса за загривок и тряхнула изо всех сил, рявкнув «Нет!», а потом забрала недоеденную кость. От моей машины шарахнулась идущая мимо парочка. Да уж, блондинка с недогрызенной мостолыжиной в руках за рулем новенького микроавтобуса то ещё зрелище.

– Лежать.

Алабай посмотрел на меня с обидой. Мало того, что отняла лакомство, так ещё и заставляю выполнять цирковые трюки. Потому что выполнение команды в кабине даже с отодвинутым сиденье иначе не назовешь. Я сделала зверское лицо, вздернув губу и показав зубы. Со вздохом он втиснулся между сиденьем и торпедой.

– Сидеть, – продолжила я.

Не собираюсь позволять ещё и животному мной помыкать. Пёс сел и я отдала ему вкусняшку. Надо признаться, что извозиться в сырой баранине лучше всего получилось у меня. Я достала влажные салфетки, насколько смогла оттерла светло-бежевое пальто, руки и руль. Сиденье, пол и псину отмою позже. А сейчас пора отправляться к моему новому дому. Настоящему дому, где меня любили такой, какая я есть, считая самой лучшей девочкой на свете и не требуя соответствия идеальному образу.

Я ехала и молилась, чтобы там была крыша и целые окна. Дом бабушки, папиной мамы, достался мне лет пятнадцать назад. Им никто особо не занимался – участок не в центре, район не престижный, большой суммы за такое не получишь. Папа содержал в порядке всю недвижимость, но на этом участке успела покомандовать мама. Она попробовала устроить из добротной избы что-то вроде дачи, поменяла русскую печь на камин, после чего потеряла к затее интерес. Что там теперь творится, угадать невозможно. В отличие от отца, в идеальном порядке у мамы было только то, что выставлялось напоказ.

Прикинув, сколько у меня денег в кошельке, поняла, что на еду из «Пятерочки» хватит, а про магазины типа «Вкусвилла», похоже, придется забыть.

Первым, что я увидела, подъезжая к свой недвижимость, был забор из профлиста. Сделанный на века, как всё, за что брался отец, он почти полностью скрывал старый особняк в полтора этажа. Я подогнала машину ближе к воротам. Щенок посмотрел на меня с подозрением и лег, закрыв собой остатки бараньей ноги. Думает, что хозяйка вернется опять голодная и злая? Выглядело это так забавно, что я улыбнулась, кажется, впервые за неделю.

Отперев ворота, загнала Ситроен внутрь. Сбоку, перед хозяйственными постройками, был небольшой заасфальтированный пятачок, на него с трудом, но втиснула микроавтобус. Вышла из машины и обалдела. За долгих полтора десятка лет я забыла, какое огромное пространство скрывается за оградой!

Круглая лужайка перед крыльцом уцелела. Обнесенная низким заборчиком, она отделяла дворик, где летом обедали бабушка с дедом, от территории сада и огорода. Правда, сейчас часть штакетин сгнила, часть покосилась, и выглядело это удручающе. Справа от входа в дом по-прежнему рос дуб, мощный, раскидистый, на его нижней ветке были качели, а теперь ветер раскачивал обрывок веревки, больше похожий на виселицу. Да и сам дом смотрелся мрачно. Построенный из толстых, потемневших от времени брёвен, не обшитый ни сайдингом, ни доской, он был настоящей крестьянской избой позапрошлого века. Окна закрывали ставни, запертые на висячие замки. Казалось, дом обижен на тех, кто его забросил и совсем мне не рад.

Вечер обещал вот-вот сменить день, до сумерек оставалось несколько часов, но над головой неожиданно засобирались тучи. Вот не хватало ещё попасть под дождь! Я перестала предаваться унынию, заперла ворота. Обошла участок, проверяя забор. Никаких щелей, каменный бордюр и плотно подогнанные к нему листы железа гарантировали, что собака останется на моей территории. Правда, территория была в безобразном состоянии. Огород ощетинился засохшим прошлой осенью бурьяном, кусты смородины и малины захватили в плен старую баньку. Подобрав ключи, распахнула ставни, потом открыла дверь в дом и мне в лицо пахнуло запустением пополам с сыростью. Щёлкнула выключателем, но свет не зажегся. Это плохо, придется вызывать электрика.

Внутри всё осталось таким, как в моём детстве – старая мебель, которую бабушка не разрешала отцу поменять, вытертые половички, на кухне алюминиевые кастрюли и зеленый чайник со сколотой на носике эмалью. Я подошла к высокому зеркалу. Узкое, в деревянной раме, на четырех резных ножках и с полкой для расчесок, оно не помутнело от времени. Я стояла перед зеркалом и с ненавистью смотрела на своё отражение. Стройная блондинка, с большими голубыми глазами и пухлыми губками. Талия – в две хороших мужских ладони. Грудь, правда, скорее нулевой размер, чем единичка, но пуш-ап добавляет соблазнительных объёмов. Длинные волосы рассыпаны по плечам, оттенок – как у мамы, ведь у нас с ней один парикмахер.

Хватит. Я не хочу быть чей-то копией, не хочу соответствовать чужим представлением об идеальной жене, дочери, невестке. Я хочу быть собой. Девушка в зазеркалье брезгливо кривила губы… На секунду я прикрыла глаза. А кто её любит, эту ухоженную стильную Барби, если даже она сама с собой так жестока? Снова посмотрев на отражение я кривовато и немного фальшиво улыбнулась. «Не трусь. Руки-ноги целы, голова на плечах, в Яндексе тебя не забанили – прорвемся», – сказала я себе.

На улице орал пес, возмущенный тем, что про него забыли. Выпустив алабая из машины, я тщательно заперла ситроен. В дом занесла только ноутбук и старенький, но классный фотоаппарат, подарок отца на моё шестнадцатилетие. Уселась на верхней ступеньке крыльца и достала из рюкзака ежедневник. О, он у меня шикарный, лавандового цвета и с муми-троллями, хотя муж морщился, когда его видел. Ну да, ну да, у взрослой стильной женщины планинг должен быть в кожаной обложке и не такого детского цвета. «Планинг, может, и должен. А я нет», – напомнила себе я.

Итак, с чего начнем? Написав дату, я проставила пункты нового плана: первое – вызвать электрика, второе – купить нормальную одежду, потому что разгребать бардак в доме и на участке в розовом спортивном костюме не будешь, и в нежно-мятном тоже, третье – сходить к парикмахеру и мастеру ногтевого сервиса, четвертое навести порядок. Четвертый пункт вызывал больше всего сомнений, потому что последние годы я не то что пылесоса в руках не держала, я не знала, с какой стороны подойти к посудомойке. Мама запрещала делать то, что считала обязанностями клинеров и домработницы. А бабушка, уверенная что каждый человек должен уметь обслужить себя сам, не подпускалась к моему воспитанию после шестого класса. Хмыкнув, я набрала в Яндексе запрос «как правильно мыть пол», пропустила несколько прикольных роликов и убедилась, что с процессом я справлюсь. Пора было отправляться за покупками. Пешком. Мда, а когда я за покупками ходила своими ножками? Пытаясь вспомнить это эпохальное событие, заперла ворота и потопала по маршруту, который построил для меня «Два-ГИС».

***

Район, в котором мне предстояло жить, когда-то я знала неплохо. Здесь много изменилось, но найти большой торговый центр я смогла. Внизу были супермаркет и кафе, на втором этаже магазины с одеждой и электроникой, салон красоты размещался на третьем. Парикмахерская выглядела прилично и я решила, что сначала пройдусь по павильонам «Остина» и «Глории джинс», потом поужинаю в кафешке, а после пойду стричься.

Спортивный костюм я купила черный. Худи было огромным и уютным, штаны с удобной посадкой и глубокими карманами, так что из примерочной я вышла в нём. Ещё купила смешную круглую шапку, такие носят исключительно подростки. Ну, мои стильные шляпы и шелковые платки в прошлом, вот только я терпеть не могу ходить с голой головой, сразу мерзну и простужаюсь. За трикотажный головной убор мама предала бы меня анафеме, но это ни капли не трогает мою совесть, главное не мамино мнение, а мой комфорт. В пакете – кеды и футболка с Ван Гогом, о которой давно мечтала. Неизвестно, в каком состоянии бабушкина старенькая стиральная машина, так что испачканные вещи сдала в химчистку.