Олег Рония
Третье правило

Я стоял на носу исполинской пентаремы¹ и невидящим взором глядел за горизонт. Белоснежные колонны великолепных храмов города на утесе были ясно видны. В его гавани тянулась бескрайняя изогнутая линия парусов флота Союза Островов. За кормой нашей «Руки Богини» шел, выстраиваясь клином, огромный флот громоздких пентарем и трирем великого Гурраха – царя, захватившего уже треть известного мира.

Гуррах – массивный, чернобородый, со смуглой кожей, одетый в белоснежный хитон и золоченую броню, покрытую отметинами бессчетных битв, стоял за моей спиной. Его свита – на почтенном расстоянии позади.

– Что говорит Эбеновая богиня? – голос Гурраха, привыкший перекрикивать рев ветра и грохот боя, прозвучал тихо и почтительно. – Что говорит она, о, жрец?

Я не повернулся к нему, а продолжил стоять внушительно и молча, мой глухой темный плащ трепетал под свежим ветерком. Честно говоря, Богиня пока молчала.

А между тем флот Великого царя и объединенные эскадры полисов Союза Островов вот-вот вступят в битву.

Я отточенным движением завершил жертвоприношение и вручил помощникам сердце белоснежного тельца. Потом повел глазами на связанную деву, лежавшую рядом. Неужели Богиня ждет величайшей жертвы?

– ПОБЕДА ТВОЯ! – глас Эбеновой богини прозвучал громче грозного летнего грома, на пределе того, что могут выдержать чувства человека. Даже мои помощники, которые пока что далеки от той степени единения с Её волей, которой достиг я, вздрогнули.

– НО ВРАЖЕСКИЙ ПОЛКОВОДЕЦ ПРЕДАСТ.

Огромная молния, похожая на перевернутое древо, осветила горизонт. Эбеновая Тшарат сама идет в бой – значит, боги Союза Островов тоже вступят в дело? Опять гекатомбы воинов полягут…

Я обернулся к Великому царю и сказал нараспев:

–Знай же царь, что победа твоя,

Но бойся улыбки и бойся письма,

Если помощь примешь ты от друга отца, то средь

Моря сверкнет отточенный кинжал.

Первое правило уважающего свое искусство пророка – будь загадочен и витиеват. Увы, пророчества мне приходится изрекать на примитивном и грубом языке тшат, и выходят они до смешного неуклюжими. Я немного завидую Пифии Пантеона Островов – койре ее народа – гораздо изящнее и богаче.

Я поглядел на царя.

Густые брови Гурраха на мгновение сошлись на переносице.

–О Глас, понял я слова Богини, – почтительно сказал он, и приказал своим полководцам.

– Когда корабли стратига Эллиданов, что называл себя в письме другом моим и моего отца, покинут ряды вражеского флота и подойдут к нам – якобы сдаваться – атакуйте их и захватите.

Бородатые полководцы и украшенные витыми золотыми браслетами капитаны низко поклонились.

Я жестом велел помощникам отвести связанную деву в ее каюту.

Глаза мои невольно остановились на ней. Девушка лет 18, с огромными, глубокими черными глазами, одетая в легкий, белоснежный хитон, не скрывавший ее грациозных форм, поглядела на меня гордо. Испуг, который стоял в ее глазах во время жертвоприношения, ушел.

И хорошо. Я очень не одобряю приношения Богине живых людей. Наши предки ограничивались белыми быками, а людей закалывали лишь в тяжелейшие годы – когда племя стояло на краю пропасти. Увы, Великие цари, приняв нашу Богиню, стали злоупотреблять человеческими жертвами больше, чем позволяет хороший тон.

К тому же Акта – последняя из захваченных Великим царем Детей богов. Убьем ее – и кого, спрашивается, в жертву, если Богине будет нужен прилив сил? В наши времена хороший запас Детей богов – залог выживания царства.

Я пошел проведать ее отца. Могучий мужчина был прикован к главной мачте. Его мускулистое, почти обнаженное тело покрывали глубокие шрамы – от давних битв и от кнута палача. Они изуродовали лицо, но глаза, когда Тара открыл их, глядели сурово.

Говоря честно, я побаиваюсь этого взгляда. Вот уже десять лет Тара прикован к мачте или повозке в армии Великого царя и сопровождает Гурраха в каждом походе и переезде внутри нашей державы. Вот уже десять лет Тара ежедневно терзают палачи и, все эти годы он получал лишь столько воды и пищи, чтобы не умереть. Но огонь гордой ярости все еще не угас в его глазах. Да и неудивительно.

Два десятка лет Тара Железный Шаг терзал восстаниями империю. Много армий Великого царя полегло от его изощренного ума и железной руки. До того – когда Гласом богини был мой дед, а Железный Шаг еще не родился – Тара-Варвар водил в походы дикие племена, что наводили на земли Богини ужас, вторгаясь из прокаленных солнцем равнин Восьмиречья… А до того Тара Громовержец оспаривал власть Эбеновой богини в самой столице, ибо был богом и богом могучим.

Я опустился рядом со скованным человеком и проверил, крепко ли держат его Знаки.

– Дочь ваша, Акта жива, – сказал я шепотом.

Тара поглядел на меня молча и ничем не выказал своих чувств. Но я хотел бы верить, что мы с ним… дружны. Еще когда я был мальчишкой и только начал путь по тропе Знаний, родные приставили меня к пленному Таре. Я следил за ним и обновлял сковывающие его Знаки. Рядом с ним постигал искусство жреца Богини. Сколько звездных ночей провели мы рядом – я со свитком и масляным светильником, а он – скованный и погруженный в глубины своих мыслей!

Мир наш устроен гармонично. Боги в Восьми небесах, люди на земле и несчастные души в подземном мире. Сколько существует Вселенная, столько Восемь небес кипят битвой. Боги – малые и большие, хитроумные и простоватые, родом из разных краев ведут борьбу за власть, штурмуют Восемь небес одно за одним. И чем сильнее божество – тем сильнее его последователи!

Наш клан служит Богине век за веком и делает то, что в человеческих силах для славы Её. В далекие времена Эбеновая Тшарат была божеством нищего племени, затерянного в джунглях подле истоков Ниа. Но Она была хитроумной, жестокой и целеустремленной. Сперва от ее руки пали божки окрестных племен, потом – боги жестоких людей Кха с чешуйчатой кожей. Затем Сторукий Дорок из Калихеша.

Вместе с тем крепли власть и богатство нашего клана. Ныне мы владеем собственным почти независимым царством, входящим в империю Великого царя.

Но если бог терпит поражение на небесах, то оказывается низвергнут в Мир тверди. Тогда снова, воплощение за воплощением, он стремиться на небо. И часто удачно, ибо даже лишенный сил, Перерожденный бог – герой, каких не рождает род людской. Тара Громовержец – один из опасных врагов Эбеновой Тшарат, потому Великий царь держит его в этом теле – так долго, как это только возможно, изнуряя его день за днем и не давая освободиться, но не позволяя и убить себя и обрести новое тело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Большой гребной корабль с пятью рядами гребцов.

Вернуться