Мира Гром, Анна Герр
Ромашка для охотника. Полюбить убийцу

Глава 1

Аманда

– Госпожа, отец зовет вас попрощаться. Барон Гурр совсем плох. Поспешите… – старый слуга застал меня за стойкой. Я как раз заканчивала натирать кружки. В нашем постоялом дворе всегда должно быть чисто!

Увы, но это всё, что осталось от огромного состояния моего отца. Титул и особняк, переделанный в постоялый двор “Драконий клык”.

Когда матушка заболела, папа готов был отдать всё, лишь бы она осталась с нами, чтобы не уходила к предкам и богам. Он распродал деревни, города, поля… Но это не помогло и через год мама умерла, оставив десятилетнюю меня на попечении резко обедневшего барона.

И вот уже год, как отец был болен, а я ежеминутно боялась, что останусь круглой сиротой.

Еще вчера состояние отца стало резко ухудшаться и я хотела сидеть у его постели, но он выгнал меня.

– Я не хочу, чтобы ты запомнила меня таким. Не хочу, чтобы прозябала в полумраке. Я всё равно уйду, дочка, а ты должна жить полной жизнью. Ступай… – погладил меня по волосам и добавил хрипло: – А я отдыхать буду. Что-то совсем устал…

И я покорно ушла. Работы действительно было очень много. Два дня назад к нам заселился целый отряд магов, а сразу за ними заявилось три десятка наёмников. Свободных комнат вообще не осталось, даже с учётом того, что постояльцы ютились по четыре человека на одну комнату и даже заняли сеновал.

Мне было безумно любопытно, куда они держат путь и почему решили провести у нас целую неделю, но леди не положено задавать лишних вопросов и я стойко молчала.

Сейчас же, я вихрем вбежала по ступеням, распахнула дверь и в тусклом свете единственной свечи, увидела совершенно осунувшееся, бледное лицо отца.

– Папочка… – охнула, всплеснула руками и на едва гнущихся ногах подошла к массивной кровати, на которой лежал исхудалый, пожилой мужчина. Его волосы давно окрасились серебром, а глаза утратили былой блеск.

– Аманда Гурр, не смей плакать! – строго наказал отец, поднимая дрожащую руку в мою сторону. – Ты должна помнить кто ты, должна быть сильной, дочка.

– Не могу, – хлюпнула носом и стерла со щеки горькую, предательскую слезу. Казалось, что сердце сейчас разорвётся. Болело в груди.

– Можешь, – он улыбнулся так тепло, так знакомо, что я окончательно разрыдалась, обняв его.

Я не могу. Не хочу терять единственного родного человека. С кем же я останусь? Нет, пожалуйста. Умоляю, не надо! Боги, услышьте меня, прошу…

– Ада, смерть уже дышит мне в спину. Послушай, доченька. Ты должна уехать отсюда. Наши постояльцы… – отец закашлялся и на белом платке остались следы крови. Пламя свечи дрогнуло, погасло на миг, но тут же снова разгорелось, словно цеплялось за жизнь, как и мой отец.

– Не говори, не надо. Папа, тебе лучше отдохнуть, – прошептала, изо всех сил пытаясь взять себя в руки и действительно быть сильной ради него.

Я давно уже должна была быть готовой к тому, что он отправится к богам, но никак не могла смириться. Мне кажется, что подготовиться к подобному невозможно.

– Слушай! – его голос на миг стал суровым, резким, как был всегда. – Дочка, ты должна уехать к тетушке Мари. Мамина сестра не выгонит единственную племянницу. А здесь замышляется что-то недоброе. Ещё никогда в наших краях не собиралось столько воронья! Эти стервятники не просто так тут трутся, грядёт буря и я не хочу, чтобы ты оказалась в её центре. Уезжай с рассветом. Живи. Выйдешь удачно замуж, детишек родишь… Я желаю тебе счастья, Ада. Не жди моей смерти. Уходи!

Я замотала головой и в ужасе выставила вперёд руки.

– Нет, папочка. Не надо. Прошу тебя… Не гони меня. Умоляю, дай побыть с тобой ещё хоть немного… – слёзы обжигали щёки, слова давались с трудом. Я не должна была перечить ему, нужно было стойко исполнить последнее желание, но не могла.

– Помни, что ты для меня всё. Моя девочка, я так хотел бы дать тебе больше… – он протянул руку и погладил меня по щеке, а в следующий миг снова закашлялся.

Я кинулась за свежим платком к тумбе напротив постели, а когда обернулась, мой старик молчал.

Рука, что совсем недавно касалась моего лица, безжизненно свисала с кровати, глаза остались открыты, но он уже не дышал…

– Па… – попыталась позвать его, но подавилась удушающими слезами.

Рухнула рядом и позволила себе разрыдаться в полную силу.

– Па… па… – всхлипывала, постоянно вздрагивая.

– Папочка… – трясла его, словно могла разбудить. – Пожалуйста, папа!

– Эй, хозяйка, – кто-то тронул меня за плечо.

– Уходите! – едва не крикнула, не оборачиваясь. Голос сорвался. – Найдите кого-то из слуг. Вам помогут.

– Встань! – резкий голос прозвенел, словно удар хлыста. Я замерла и медленно обернулась.

Прямо за мной стоял высокий светловолосый мужчина в довольно дорогом походном костюме.

Охотник за головами!

Неужели он пришёл за мной, как и предсказывал отец?

– Идём! – снова приказ.

– Неужели ты не видишь, что происходит? У тебя есть сердце, наёмник? – спросила, выпрямив спину. Даже в такой ситуации и с такими как он нельзя терять чувство собственного достоинства.

– Нет времени объяснять, – прорычал он прямо мне в лицо, грубо схватив за руку, потащил из комнаты.

Через открытое окно в коридоре, услышала голоса с улицы:

– Куда делась хозяйка? Найдите её. Всех убить!

С ненавистью глянула на спину того, кто вёл меня к чёрному ходу. Нашёл. Он нашёл меня и убьёт!

Боги… Отец, как и всегда, был прав. Только бежать уже поздно…

Ралиф

– Дракон исполнит любое твоё желание, только его нужно найти! Спи, сынок, набирайся сил. Вырастешь и станешь самым сильным, а сейчас ночь укрыла своим чёрным одеялом землю и всем нужен отдых… – мама коснулась губами лба семилетнего сына, задула свечу и вышла из комнаты.

Это было одним из самых ярких моих воспоминаний о детстве.

Она безумно любила рассказывать мне легенду о том, что миром когда-то давно правили крылатые ящеры и не было для народов наших земель времени более счастливого.

Да только вот уже очень давно никто не видел этих драконов. Говорили, что пришли захватчики, хотели получить силу ящеров и сами научиться исполнять желания.

Тогда люди стали прятать своих правителей и их детей. Драконы стали скрываться и никогда больше в небе не видели ни одного из них.

Мама говорила, что эту легенду ей рассказала её мама, а той её… И очень давно эта история передавалась по наследству.

Она любила мечтать, а её смех был самым звонким и я тоже начинал улыбаться.

Однажды ночью, я вышел попить воды и увидел маму за столом. По её щекам катились слёзы и она держала в руках миску, в которой было наложено что-то серое и пахло странно.

Мама брала на ложку маленькие кусочки и медленно подносила ко рту.

Я спрятался и лишь когда она вышла во двор, подошёл ближе и увидел в миске вареные картофельные очистки.

А днём я ел толченую картошку с кусочком хлеба… Мама сказала, что не голодна и я поверил. Я давно верил, хоть и продолжал каждый раз спрашивать. Зря. Мы могли бы разделить еду на двоих и она бы не умерла.

В семь лет я остался один.

Наш дом с покосившейся крышей забрали за долги, а меня вышвырнули на улицу…

Тёмной ночью, дрожа на сырой соломе под мостом, я мечтал о миске похлёбки и найти дракона. Мне нужно было всего одно желание. Один человек…

Когда через несколько месяцев меня, словно щенка, подобрал один из наставников школы наёмников, я был счастлив просто от того, что смогу спать в тепле и нормально есть хотя бы один раз в день.

Там-то я и рассказал мальчишкам легенду. Мы поклялись во что бы то ни стало найти ящера и заставить его исполнить наши желания.

Многие из моих новых братьев хотели просто богатства, а я мечтал вернуть маму и чтобы у нас был дом, где мы могли бы приютить ребят. Чтобы было что поесть и где поспать. Большего и не требовалось…

А сейчас я наблюдал из окна арендованной комнаты, как мои друзья вместе с нанятыми магами проводят ритуал.

Мы нашли свиток, где были чёткие инструкции о том, как выманить дракона. Но для этого требовалось слишком многое. И сущий пустяк – перекресток, где сходятся семь дорог…

Именно таким местом и оказался постоялый двор “Драконий клык”. Ещё и название такое символичное!

Мы пришли сюда, готовые к ритуалу и я увидел её…

Молодая хозяйка сидела на скамье недалеко от конюшни и крутила в руках цветок:

– Ромашка, а ромашка, скажи я счастье найду? Не найду? Найду…

Тонкими изящными пальчиками девушка срывала лепестки один за другим, пока не остался последний.

– Найду! – воскликнула она, коснулась малиновыми губами сердцевины цветка и бросила его в небольшой пруд. А затем собрала лепестки на ладони, набрала побольше воздуха и сдула их со словами:

– Летите всё выше, друзья. Мечту свою лелея, я буду исполненья ждать. Прошу, скорее мне её отдать!

И снова звонкий смех разлился по округе, а в моём сердце что-то дрогнуло.

Решение не заставило долго ждать: эта девушка будет моей.

А ночью, обсуждая всё, что предстояло нам сделать дальше, кто-то из парней мельком бросил, что после того, как будет проведен ритуал призыва, нам нужно устранить всех свидетелей.

Я пытался остановить лавину, последовавшую за этими словами, но… Мне так и не удалось убедить их не делать этого.

Удивительно, но никто и не подумал поддержать меня. Все были солидарны, что тайна должна оставаться тайной и, раз не выйдет провести ритуал незаметно, придётся принять меры…

Я не хотел, чтобы погиб мой лучик света, но и не мог в одиночку остановить всех.

Мне даже пришлось предложить совсем отказаться от идеи поиска дракона, но…

Это значило только одно: я должен спасти её. Спасти любой ценой.

Всё произошло в самый неподходящий момент и я должен был действовать.

Нашёл её рыдающей над телом отца и, как бессердечная тварь, потащил прочь.

Боги, она такая упрямая… пришлось перекинуть через плечо и через небольшой огород, мчаться по вспаханному полю, прямиком в сторону спасительного леса.

Не отдам её. Этот лучик будет принадлежать только мне, даже если она против…

Визуализация

Остался сиротой, когда погибла мать, и попал в семь лет на улицу, где его нашёл один из учителей школы наёмников. Его жизнь стала совершенно иной, их обучали для одной цели – сделать охотниками за головами и Раф стал лучшим из них.

Смелый, сильный, жёсткий лидер. Он хитёр и расчётлив, заранее просчитывает шаги противников и ещё никто от него не уходил. Но в душе его теплилась всегда мечта о другой жизни.

Добрая, нежная и хрупкая дочь обедневшего барона. Умна и благородна. Вложила все силы в то, чтобы наладить их жизнь с отцом и добиться лучшего будущего, несмотря на тяжёлые условия.

Красивая и воздушная как ромашка. Только её доброе сердце способно растопить лёд в огрубевшей душе самого свирепого наёмника.

Глава

2

Аманда

– Что вы делаете? Отпустите меня! – захлёбываясь слезами скорби, требовала, плохо понимая происходящее.

Твёрдое плечо наёмника острым камнем впивалось в живот, но боль сейчас было последним, что меня тревожило. Перед глазами всё ещё стояло бледное, изрезанное морщинами, как трещины на высохшей глине, но до щемления в груди, родное лицо отца с невидящим взором, упёртым в потолок, а в ушах всё ещё бились вопли людей вперемешку с беспощадными криками – “убить всех!”.

– Отпустите, – хотела закричать, но из груди вырвался лишь сдавленный хрип и от бессилия я ударила кулаком по каменной спине убийцы, который, наверное, даже не почувствовал ничего.

– Тихо! – прорычал он и приоткрыл дубовую дверь чёрного хода. Секунда давящей тишины и наёмник угрожающе прошептал. – Если хочешь жить – молчи.

Он одной рукой придерживал мои ноги, второй вытащил меч из ножен и в луче солнца сверкнула сталь.

Моё сердце остановилось, а затем бросилось вскачь испуганной ланью. Я зажмурилась на мгновение, чтобы собрать по крупицам больное, раненое скорбью, сознание, пытаясь понять, что происходит…

– Где девчонка? Найти её! Найти дочь хозяина! – прогремело неподалёку и кто-то болезненно взвыл.

Они хотят убить меня, как и остальных в “Драконьем клыке”? Но зачем? Зачем они это творят?

Наёмник медленно вышел на улицу, замер на мгновение, затем бросился со мной на плече в сторону леса, прячась за пышными кустами и высокими деревьями. Он двигался так быстро, словно я и не мешала ему, будто он и не чувствовал веса моего тела. А вот я тихо заскулила от боли, что обжигала живот при каждом толчке, при каждом повороте. Мысли вылетели из головы и я сосредоточилась только на том, чтобы не застонать и не привлечь чьё-либо внимание, которое может обернуться плачевно для меня.

Как мы добрались до леса и пробежали в его глубь, я не заметила. Но когда наёмник остановился и спустил меня на землю, облегчённо вздохнула и приложила ледяные ладони к животу.

– Бежим, – коротко бросил он и схватив за руку, поволок за собой.

Я едва поспевала за мужчиной, спотыкаясь о выступающие шершавые корни вековых деревьев, не понимая куда и зачем меня тащат. Да и… всё равно как-то стало. Внутри только пугающая, холодная пустота, которая поглотила меня.

Через несколько минут горло вместе с лёгкими обдало огнём, а бока закололи, словно в них впились сотни острых игл.

– Отпустите, – взмолилась, задыхаясь, когда искра чувств колыхнулась во мне. – Отпустите меня. Куда вы меня тащите?

Наёмник словно не слышал моих слов и мчался дальше, не сбавляя скорости. Вырваться из крепкой хватки я не могла, остановить его тоже, на мои требования мужчина не реагировал. Что мне сделать? Как спастись?

Жажда жизни прогнала чёрную, ледяную пустоту безразличия. На её место пришли страх и вопросы…

Зачем он меня спас из таверны? Почему помогает? И не опаснее ли он тех, кто уничтожил “Драконий клык”?

Но ведь он один их них… Так почему тогда забрал меня оттуда?

Мысли испуганными птицами бились в голове, перебивая и противореча друг другу, не желая складываться во что-то разумное и понятное.

Меня бросало то в жар, то в холод, вместе с тем и мои эмоции моментально сменяли друг друга…

Я обернулась, желая увидеть, что сейчас происходит в моём разрушенном доме, но таверна была скрыта за густым лесом. Щёки вновь обожгло горячими слезами, а сердце пропустило удар от понимания, что папа остался там…

Папа… После того, как мамы не стало, он не щадя себя, работал. Работал настолько много, что порой едва добирался по утру до одинокой холодной постели и, упав в неё, тут же засыпал. А с первыми лучами солнца вставал и всё повторялось по кругу изо дня в день. Он брался за любую работу, которая была доступна барону и даже за чёрную, неблагодарную, оставляя последнее здоровье. Он отдавал себя всего, забывая о том, что он далеко не молод и ему нужно беречь себя…

Всё ради того, чтобы дать мне хорошее образование, дать светлое будущее и шанс на достойную жизнь. На мои уговоры и заверения, что мне ничего не нужно, он никогда не реагировал, повторяя всегда одно:

“Дочь моя, у меня есть только ты. Моё сокровище, моя маленькая девочка. Это ради тебя. С возрастом ты поймёшь, что всё, что я делаю – тебе во благо. А когда станешь матерью… поймёшь ещё и почему я не мог иначе…”

Отец…

Его больше нет…

Нет…

Сердце разрывалось на куски, обливаясь кровью, душа горела, превращаясь в пепел, затем воскресала и обрушивалась на меня сокрушающей волной скорби, беспощадной болью потери и безысходностью…

Боль была такая, что мне стало физически плохо. Меня словно ломали, рвали, истязали…

От удушающих слёз начала задыхаться и больше не могла шевелиться.

Ноги окаменели и я остановилась, но наёмник не заметил и при следующем шаге рванул меня за руку. Я упала, наверное, в кровь разбив колени. Но боли не почувствовала. Я больше ничего не чувствовала…

Наёмник поднял меня и что-то говорил, но я его не слышала…

Не знаю сколько бы это длилось, если бы не хлёсткая пощёчина, что отрезвила, возвращая слух и все чувства.

– Бежим! Они близко! – прорычал он, тряся меня за плечи.

Недалеко послышался шум…

– Они где-то здесь. Рядом, – донёс ветер грубый, хриплый голос одного из убийц.

Это конец! Они нашли нас, они догнали…

Папочка, всё было зря… Прости…

Ралиф

Девчонка почти не сопротивлялась. Только рыдала взахлёб.

И мне хотелось бы остановиться и успокоить её, но времени не было. Нужно было успеть уйти, как можно дальше. Я точно знал, что за нами будет погоня и один против нескольких, возможно четверых или даже пятерых… Может быть, я и выстою, но после мне будет уже не до бега, а скорее потребуется лекарь и желательно маг.

Я понимал горе Аманды, мне и самому было паршиво от осознания того, что не дал ей похоронить отца, но в обратном случае мне пришлось бы копать две ямы. Нет, я никак не мог подобного допустить. Эта девушка нужна мне. Она должна быть моей.

Да, вот так и меняются приоритеты и цели в жизни. Друзья становятся врагами, а мечты обретают совершенно иные очертания.

Редко, но встречаются такие люди, с которыми рядом тепло даже в лютый мороз. Они могут осветить путь, согреть сердце, дать желание жить и улыбаться.

Такой была мама. И Ада тоже. Просто от одного её присутствия, мне уже хотелось улыбаться. Отбросить боль, забыть проблемы. В горе и в радости любоваться её красотой, слышать журчащий ручейком голос и звонкий смех. Душа радовалась, а тело желало единения.

Всё верно, она не просто девушка. Аманда – божественное создание, чистое воплощение мечты…

И сейчас меня могли лишить этой мечты, а возможно и жизни.

Только они глубоко заблуждаются, если считают, что я так просто сдамся или отдам им девушку.

Правда, стоит отдать должное, скрыться от них будет непросто. Я знаю, на что способны эти люди, видел их в деле и мы не раз прикрывали друг другу спины. С того момента, как попали в одну группу, мы поклялись быть братьями и быть ими до конца.

А сейчас они предали меня. Они меня, а я их.

От этих мыслей вдруг стало горько. Может даже горше, чем было Аде.

Её отец отправился к богам, а мои друзья живы и идут убить меня. Что хуже?

Нет, ничего хуже предательства быть не может.

– Они где-то здесь. Рядом, – донёс ветер грубый, хриплый голос Роллана. И он гонится за нами? Надо же… А ведь мальчишками мы с ним постоянно сбегали в город и продавали собранные в полях цветы или ягоды. Получали, правда, потом за это, но нам нравилось…

– Быстрее, Аманда. Быстрее! – подгонял запыхавшуюся девушку. Но, когда понял, что она просто-напросто уже успела выбиться из сил, махнул рукой, подхватил её, перекинул снова через плечо и помчался быстрее.

Скрыться. Мы должны скрыться, но… Для начала нужно оторваться и выиграть время.

Вспомнил карту. Местность здесь была примечательной. Поляны в лесу, реки, озера, скалистые обрывы…

Обрывы!

Развернулся и побежал в сторону города. Там за пролеском, ютились высокие скалы.

Да, это наш единственный шанс, чтобы уйти. Если промедлить – нас схватят. Хорошо, что у меня в сумке всегда есть веревка.

Оценил высоту, когда мы добрались до ближайшего обрыва: отлично, длины должно хватить. Главное только, чтобы никто из нас не сорвался, а то у подножья скалистой стены появится живописная лужица или сразу две.

О, боги, что ж так сложно всё, а?!

Подойдя к краю обрыва, закрепил крюк за молодое, но уже достаточно окрепшее дерево и глянул на девушку.

– Сможешь спуститься по веревке сама? Я подстрахую, – покачал головой, увидев на её лице неподдельный ужас.

– Мне страшно… – она сжалась и дрожала, словно крошечный воробей в зимние морозы.

– Хорошо, вот как мы поступим: задирай юбку и запрыгивай на меня со спины. Руками крепко возьмешь меня под руки, а ногами обхватишь бедра, – девушка послушалась и когда зашла ко мне за спину, я сам показал ей как держаться. – И учти, на страховку времени нет, так что твоя задача – не свалиться, пока я буду спускаться. Поняла?

Она закивала и я почувствовал, как прижалась крепче:

– Я справлюсь, – сказала уверенно.

– Вон они! – донеслось издалека.

Тьма! Кто-то явно заметил яркое платье девушки меж деревьев. Да она как флаг, кричащий о нападении! Нужно будет переодеть её и поскорее.

Сплюнул на ладони, растер и хлопнул ими по небольшому участку просохшей земли. Не хватало ещё соскользнуть где-нибудь на середине пути или уронить свою ромашку.

Стараясь двигаться предельно плавно и осторожно, принялся спускаться по веревке. Наши преследователи были уже совсем близко, я торопился и пытался не убить нас одновременно.

В определенный момент, руки всё же заскользили по тонкому канату и ладони стало жечь так, словно приложил их к раскаленным углям.

– Тьма! – я зашипел от боли, но лишь сильнее сжал пальцы.

– Только не урони нас… – тихо простонала Ада, ещё плотнее прижавшись к моей спине.

Ох, ромашка… Не уроню. Ни за что на свете не уроню.

Когда до земли оставалось чуть больше метра, просто спрыгнул, точно зная, что даже с девушкой за спиной, сумею удержать равновесие. Прошептал заклинание и крюк, отцепившись от молодого дерева, переместился прямо ко мне в ладонь вместе со всей верёвкой. Жаль, что заклинание работало только на небольшой вес и только на неживых предметах.

Помню, как один из мальчишек попытался так кота переместить. Отдирали кровь и шерсть со стены всей школой…

Быстро убрал веревку в сумку и скомандовал:

– Бежим!

– Заряжай! – послышалось сверху. О, да. Сейчас в ход пойдут лёгкие арбалеты. Нужно успеть отбежать хотя бы метров на шестьдесят, тогда не должны достать до нас.

– Ой… – девушка оступилась и чуть не упала, когда буквально в нескольких сантиметрах от неё в землю воткнулся арбалетный болт.

– Уроды! – пробурчал себе под нос, схватил её на руки и побежал так быстро, как только мог.

Лес вновь начинался неподалеку и нужно было поскорее до него добраться. Там хоть какой-то шанс затеряться будет.

По пути пустил несколько обманных следов при помощи магии. Пусть хотя бы немного, но это задержит их.

Вспомнил еще раз местность и мне пришла идея, которая глупа ровно настолько же, как и гениальна. Недаром говорят, что если хочешь что-то спрятать – положи его на виду. Так мы и поступим.

Глава 3

Аманда

Пресветлые Боги! Это какой-то бесконечный ужас. Только мы с трудом смогли спуститься по верёвке с высокого, опасного обрыва, как на нас тут же напали и начали обстреливать из арбалетов. Один болт вонзился в землю, едва не задев меня. Но от этого я сильно дёрнулась и зацепившись ногой за какую-то торчащую из рыхлой земли корягу, едва не упала. Наёмник успел подхватить меня, но щиколотку прострелила острая боль.

Не знаю каким чудом мы смогли выбраться из-под обстрела живыми. Быть может магия моего спасителя нас оберегала или… невероятная удача…

Но одно я знала точно, что если бы наёмник не утащил меня оттуда, то та поляна стала бы последним, что я видела.

Со мной на руках он бежал ещё несколько минут, затем остановился, спустил меня на поваленное бревно и опустившись на одно колено, приложил ладони к земле. Тихий бархатистый голос пронёсся по лесу, а следом руки охотника охватила магия. Яркая, красивая, завораживающая… Она вспыхнула и поползла в разные стороны, ломая ветки и оставляя на земле следы в точности как наши…

От увиденного я едва не ахнула и приложила холодную ладонь ко рту. Такую магию мне ещё не доводилось видеть… Настолько сильную…

– Отлично, – вставая и отряхивая ладони от земли, выдохнул наёмник. – Теперь они нас так просто не найдут.

– Это обманки? – вопрос вырвался сам собой, хотя я уже прекрасно знала ответ.

– Да, – подтвердил он, подходя ближе. – Как нога?

Я посмотрела на неё и попробовала пошевелить стопой по кругу, но пронзительная боль помешала, вызвав хриплый стон.

– Понятно, – вздохнул мужчина и прошептал что-то ещё. На его руках возникло зеленое свечение, волна тепла прошлась по всему телу, когда горячие пальцы коснулись моей кожи. – Увы, у меня нет дара к целительству, но кое-что я сделать могу… Совсем не пройдет, но болеть будет меньше. Идем, – сказал и подхватил меня на руки. – Придётся так добираться.

Я ничего не ответила, понимая что это бесполезно. Просто отвернула голову и пристально всматривалась в лес, в каждый куст, боясь увидеть, что там кто-то может появиться. Преследователи где-то совсем рядом и насколько нас спасут обманки, созданные наёмником – большой вопрос…

Он со мной больше не говорил, сосредоточившись на пути и внимательно осматривая всё вокруг. А я погрузилась в свои тёмные мысли и очнулась только тогда, когда мы вышли на очередную небольшую полянку возле голубого озера.

– Пришли, – улыбнулся мужчина. Перед нами стоял небольшой домик, утопающий в тёмно-зелёном плюще, что одеялом укрыл большую часть стен. На крепкой, дубовой двери висел большой железный замок, запечатывая собой вход, а вот окна почему-то заколочены не были.

– Подожди здесь. – Очередной приказ.

Охотник опустил меня на землю и прошёл к домику. Провёл рукой над замком и от его ладоней скользнул свет, что змейками побежал по всему домику, словно сбрасывая невидимую защиту с того. А затем раздался щелчок, но замок не открылся. Наёмник хмыкнул и обнажил свой меч. Один точный, сильный удар и замок поддался. А мне стало понятно почему окна были не заколочены – всё лесное убежище было под магической защитой. Сюда не так-то легко оказалось попасть.

Этот дом казался забытым временем, покрытым плотным слоем мха и лишайников. Крыша наклонилась, словно устала от векового тяжелого навеса снега и дождя. Но в окнах всё ещё светилось слабое тепло от солнечных лучей, что касались чудом уцелевших стёкол.

Было такое чувство, словно старый домик ещё жил своей тихой жизнью, наполненной запахом древесины и дымком из дымохода. Я вдруг подумала о его истории, о людях, которые здесь жили, и о временах, которые он пережил. Этот домик был как живая книга, на страницах которой были написаны чьи-то истории и судьбы.

Мужчина бросил на меня внимательный взгляд, а затем прошёл внутрь.

– Всё чисто, – оповестил он, выходя через несколько секунд обратно. – Остановимся здесь.

Подхватил на руки и понёс меня внутрь. Дом встретил нас немного затхлым воздухом и ароматом сушёных трав, что были развешаны вдоль боковых стен. У дальнего угла стояла скромная деревянная кровать, покрытая серым шерстяным одеялом с кругловатыми узорами посередине. Именно на неё и сгрузил меня наёмник.

– Жди, – коротко бросил он и быстрым шагом вышел наружу.

В окно я увидела, как мужчина прошёл к тропинке, что вывела нас к этому домику и присел на колено, уперев руки в землю. Как и в прошлый раз его руки охватила магия и через миг пронеслась вдаль, стирая наши следы.

Как только он закончил, поднялся на ноги и я быстро отвернулась от окна, не желая сталкиваться с ним взглядами. Этот наёмник пугал меня, даже несмотря на то, что спас мне жизнь. Я ожидала, что он сейчас зайдёт внутрь, но его почему-то не было, а через минуту послышались знакомые звуки. Так систематично скрипел колодец, когда поворачиваешь ручку с цепью, на которой поднимаешь ведро воды. Ещё через минуту я убедилась в своих догадках. В дом вошёл, прикрывая за собой дверь, наёмник и держал в руках полное ведро воды.

В горле моментально пересохло и я жадно смотрела на кристально-чистую воду. Охотник ухмыльнулся от моего внимания к ведру и прошёл к столу, на который водрузил свою ношу. На полке у стены достал кружку и зачерпнул ей вожделенное из ведра.

– Попей, – протянув мне кружку, предложил мужчина и я с сомнением взглянув на него, приняла и быстро осушила содержимое. Затем он попил сам и достал из-под стола небольшой тазик. Налил в него немного воды и подошёл ко мне.

Я же, всё это время внимательно следившая за ним, не сразу поняла, что ему нужно. А когда поняла… растерялась.

Наёмник, не став больше ждать, присел и стянул с меня обувь. Я настолько опешила, что даже ничего сказать не смогла. И ноги из его рук не вырвала, когда он опустил их в воду и начал собственными руками их мыть. Зачёрпывал холодную воду и поливал на голени, затем спустился ладонями к стопам и осторожно потёр их. Ощупал повреждённое место и нахмурился, так и не проронив ни слова. Точно так же как и я, ошеломлённая происходящим больше, чем погоней за нами.

– Надо помазать мазью, – посмотрев мне в глаза, он поднялся и унёс тазик, оставив тот у стола. Нырнул рукой в свою кожаную сумку, что висела через плечо и вытащил маленькую баночку, укутанную в некий кусок плотной ткани. Вернулся ко мне и мазнув пальцами по вонючей мази, провёл ими по моей коже у щиколотки. Прохладная, приятная… она быстро впитывалась в кожу, принося лёгкое облегчение, но ещё не снимая боль. Нужно время.

Не передать словами какие эмоции я испытывала от всего происходящего. Его забота обо мне казалась… чем-то совершенно неуместным, странным… Я не понимала его поведение. Зачем он спас меня, зачем выхаживает? Почему пошёл против своих, чтобы сохранить мне жизнь?

Вопросы роем диких пчёл бились в голове, но ответы так и не находились.

Как только я открыла рот, чтобы задать вопрос, перед глазами встала картина, как точно также папа лечил мне коленки, когда я, упав возле конюшни, содрала их в кровь. Все мысли выветрились из головы под натиском накатившей боли.

Папа…

Папочка…

Слёзы обожгли щёки и меня затрясло. Я не могла справиться с собой. Стало настолько плохо, будто сердце разрывалось изнутри.

– Тише, – прошептал наёмник, присев рядом. – Успокойся, Ада.

Его руки скользнули по моим плечам, прижимая к сильному горячему телу. Было настолько плохо, что я уткнулась мужчине в плечо и прикусила губу до крови, чтобы не сорваться в крик боли.

Не знаю сколько прошло времени, но в себя я пришла, когда широкая ладонь вдоль спины скользнула к талии и он придвинул меня ближе к себе.

Слёзы моментально высохли!

Его жест настолько напугал меня, что я замерла, забыв как дышать и осознание того, что я сейчас нахожусь наедине с охотником за головами в глухом лесу, в заброшенном домике, где никого поблизости нет, ударило молнией.

Он… он… он может сейчас…

Забрать плату за свою услугу тем способом, который посчитает более подходящим для юной, беззащитной девушки…

А его рука в подтверждение моим мыслям, скользнула по моим волосам и дыхание мужчины сбилось…

Глава 4

Ралиф

– Прости, Ада, – ухмыльнулся, заметив, как девушка сжалась, дрожа от страха, словно крошечный воробей под холодным, беспощадным ветром. – Я не хотел тебя напугать.

Аманда перевела на меня испуганный, затравленный взгляд, и сердце сжалось. Ромашку следует как-то успокоить.

– Давай нормально познакомимся… – предложил, мягко улыбнувшись. – Моё имя Раф. Ты в безопасности со мной. Я хочу тебя спасти и уж точно вредить не собираюсь, Ада. И… тебе не стоит меня бояться, я не трону тебя.

Я говорил уверенно и мягко, стараясь показать, что девушке рядом со мной нечего страшиться, не только словами, но и всем своим поведением, жестами и чувствами, которые вкладывал в свои слова.

– Что тогда тебе от меня нужно? Зачем ты забрал меня оттуда? Почему не дал погибнуть рядом с отцом? – выпалила она на одном дыхании. Ромашка всё ещё не могла оправиться от произошедшего и её кидало из страха в непонимание и обратно. Она то набиралась смелости, то все её малые силы таяли, как весенний снег под ярким, палящим солнцем.

– Успокойся. Тебе нужно прийти в себя и понять чего хочешь дальше, – сказал слишком сухо. Нужно было как-то деликатнее, всё же девушка потеряла отца.

– Я просто… Просто не понимаю. Не знаю, что мне теперь делать… Где мне теперь быть? – с отчаянием промолвила она совсем тихо и словно спрашивала саму себя. Глаза ромашки наполнились слезами, губы дрожали, но она больше не позволяла себе заплакать. Сжимала кулачки и заставляла себя делать глубокие вдохи, успокаиваясь, набираясь сил.

– Попробуй не торопиться. Сегодня ты можешь остаться здесь, всё равно идти нам пока некуда. Я уйду, если ты хочешь побыть наедине со своими мыслями. Или я могу быть поблизости в другой комнате, если тебе нужно будет поговорить… – искренне предложил я и девушка кивнула, верно уловив суть.

Я замер на мгновение, ловя себя на мысли, что никогда ни с кем так не разговаривал, не успокаивал, не вкладывал в каждое слово столько тепла и заботы. Ни с кем… после смерти мамы.

Ромашка…

Одно твоё существование меняет меня до неузнаваемости…

После того как я оказался на улице, брошенным всеми и никому не нужным, очерствел, стал жестоким, грубым и беспощадным к другим. А сейчас… Сейчас я не узнаю себя. Не думал, что ещё способен на такую заботу, такое отношение.

– Спасибо… Мне… мне, наверное, лучше будет, если кто-то будет рядом, – тяжело вздохнула ромашка и в, едва успевших высохнуть глазах, вновь заблестели слёзы.

Такая нежная… хрупкая… такая беззащитная, словно одинокий, маленький цветочек в поле, храбро сражающийся со всеми невзгодами, но едва подует сильный ветер, то может переломить тонкий стебелёк. Такое сокровище нужно оберегать, заботиться…

– Я пойду приготовлю чай и нарежу сыра. Это должно помочь тебе успокоиться и нужно хоть немного поесть. Силы нам ещё понадобятся. А когда ты будешь готова, мы решим, что делать дальше.

Сказал и отошел к столу, пересиливая себя, чтобы тут же не вернуться к ней и не заключить желанную девушку в объятия. Подогрел воды при помощи магии, а заодно давая ей время и пространство для того, чтобы она могла перевести дух и набраться сил после потери отца и пережитого страха.

Комната была окутана тёплым, приглушенным светом от нескольких свечей, что завалялись у меня в сумке. Их тени мягко мерцали на выцветших стенах. Лучи вечернего солнца, попадающие в заброшенный домик сквозь маленькие, покосившиеся окошки, уже не достаточно давали света.

Я принес чай и присел на стул напротив кровати, где расположилась девушка. На ресницах у неё всё ещё были видны следы слёз, но в глазах появились и тени решимости.

Аманда встретилась со мной взглядом и поинтересовалась снова:

– Почему ты хочешь мне помочь? Что тебе от этого?

Я набрал воздуха в желании ответить, но слова застряли в горле. Замешательство и невысказанная боль – вот, что меня терзало сейчас.

И я молчал, раздумывая, как изложить то, чего сам ещё не до конца понимал.

Пауза липким туманом повисла в комнате, словно тяжёлые графитовые тучи, сдвигая воздушные потоки и создавая ощущение гнетущей безысходности. Да, всё было бы куда проще, если бы у меня самого был ответ.

После долгого молчания, глядя в сторону, Ада произнесла задумчиво:

– У меня есть тётушка по материнской линии… Отец просил уехать к ней. Он знал, что вы нападёте. Только не успел заставить меня уехать. А тётя… Она когда-то давно обещала маме, что позаботится обо мне, если с отцом что-то случится.

Я слушал, периодически кивая, позволяя ей договорить. А Ада продолжала, словно глядя мне в самую душу. В её глазах читалась смесь благодарности и непоколебимой решимости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.