Семейная сага
Владимир Вечер

© Владимир Вечер, 2024

ISBN 978-5-0062-9803-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

СЕМЕЙНАЯ САГА

Сагой называют произведение в прозе, в котором описана жизнь нескольких поколений людей. Я попытался описать события происходившие в жизни моих родственников, которым был свидетелем я сам, либо в которые имел счастливый случай быть посвящён. В дополнение к семейному альбому книга может рассказать о родном человеке. Наши родственники не всегда могут поведать нам о своей жизни или не умеют рассказать. А кто умеет, у того редко случается повод рассказать о себе. И чтобы не высказано не ушли в небытие: драматичные, лиричные, необычные истории, как написано в этой книге, так и было.

САГА – I Вевчеренковы

1.

Семейную жизнь молодые мои родители начинали в областном центре. Теперь уже нет этого дома, что стоял рядом с ж. д. вокзалом ст. Тюмень.

По долгу службы отца семья колесила по городам и сёлам нашей огромной, по масштабам Европы, Тюменской области.

В масштабах же Сибири наша область по величине только на третьем месте после Якутии и Красноярского края.

Но рожать меня и брата мама приезжала в Тобольск к своим родителям.

На Родине в «Красной больнице» у меня есть даже своё окно на первом этаже через которое 30 марта 1954 года я впервые увидел Мир. Точнее – это родственникам впервые показали меня в окне.

2.

Вевчеренков П. М., 07.7.1925—15.05.1997гг

Мой отец, Вевчеренков Пётр Максимович, родом из д. Кукушки, Исетского района, мама, Вахнина Нина Михайловна, из д. Палецкой, Заводоуковского р-на Тюменской области. По документам семейного архива я составил родословную фамилий отца и матери двух предшествовавших моему поколений. По рассказам моих родственников знаком с именами предков по пятое колено, но без подробностей. Знаю только, что мой предок, Никита Вевчеренко, пришёл в Сибирь вместе с переселенцами – староверами из тех краёв, которые ранее именовались Малороссией или Белоруссией.

Восемнадцатилетним деревенским парнем в 1943 году мой отец был призван в Армию. Приехал в Тюмень и впервые увидел на станции паровоз. А уже через месяц в г. Костроме первый раз прыгал с аэростата с парашютом. И был у них такой случай. Не смог курсант преодолеть страх высоты – отказался от прыжка.

Начальник училища выстроил всех курсантов и перед строем отчитывал «отказника»: _Ты, не просто струсил! Ты, Родину предал! Я могу сейчас тебя здесь, перед строем расстрелять – по законам военного времени!

С этим портретом я хожу на марши «Бессмертного полка»

Почти ничего не рассказывал отец мне о войне. И другие участники Великой отечественной войны 1941—1945 годов не часто рассказывали. Как-то непринято было. Это уже потом лет через 20 и позже пережившие и дожившие ветераны начали делиться своими воспоминаниями. И хотя сегодня большинства участников войны уже нет в живых, но, как говорится – ИНТЕРНЕТ ПОМНИТ ВСЁ.

И я нашёл в интернете заметку об истории 331 гвардейского парашютно-десантного ударного Костромского полка сформированного на базе 105 и 106 гвардейских воздушно-десантных дивизий 27.12.1944 года на ст. Марьина горка Минской области. Затем полк с боями прошёл Молдавию, Венгрию (бои у озера Балатон), Австрию, Чехословакию и закончил войну 12.5.1945 в г. Червена (к югу от Праги). Там на р. Влтава бойцы Красной Армии встретилась с союзниками-американцами. Отец рассказывал, что при встрече американцы засучив рукава по локоть предлагали на выбор золотые часы в качестве презента. На что советский солдат мог предложить в ответ только звёздочку со своей пилотки.

Довелось отцу столкнуться с власовцами, когда уже в конце войны они прорывались к американцам. Был в войсках негласный приказ – власовцев в плен не брать. Своей звериной жестокостью заслужили такое отношение к себе. Сам видел трупы наших растерзанных солдат с выколотыми глазами и медсестёр с обрезанными грудями. И это при освобождении лишь на несколько часов попавшего в окружение власовцев полевого госпиталя.

День Победы застал в Чехословакии. После войны 331 гвардейский ПД ударный Костромской полк базировался в г. Костроме. Семь лет отслужил в Армии Пётр Вевчеренков. После демобилизации работал в железнодорожной милиции в областном центре. Здесь и познакомился с девушкой- будущей женой.

3.

Про сватовство отца рассказывала моя мама Нина Михайловна Вахнина. Было это в тот год, когда умер Сталин. Но то было в январе, а сейчас было лето – холодное лето 1953 года.

На фото мой отец в 1952 году

Прилетел он в Тобольск из Тюмени самолётом. Двухмоторный ЛИ-2 напомнил знакомый фронтовой «Дуглас», когда отец служил семь лет в воздушно-десантных войсках. Прошёл на войне Вену, Прагу, но такой красоты, такого вида города со стороны реки не видывал.

Из Тобольского аэропорта в город тогда ходил речной трамвай.

Вышел он на пристани недалеко от базарной площади. Солнце в июне заходит поздно и несмотря на время вечернее базар ещё кипел своей жизнью.

Был субботний вечер. Сватался Пётр впервые и подарков заранее не припас. Так что на базар ноги сами занесли.

Что купить, чем удивить на скромный оклад милиционера?

Работал он после демобилизации в железнодорожной милиции. Ещё вчера стоял в оцеплении вдоль ж. д. полотна при проезде перегруженных литерных составов увозивших из лагерей ЗЭК-ов, отпущенных по амнистии по случаю смерти Сталина.

Там и заработал свои 3 отгула. Такова жизнь. Вперёд поездов шла молва, что под амнистию выпускают уголовников. А они норовят сойти не доезжая до предписанной станции.

Так что же купить, чтобы всех удивить? Сам удивился, когда увидел на прилавке большого осетра, и, купил осетра на все деньги.

Пока нашёл нужный адрес ул. Обдорская, №13 – смеркалось.

Тобольск конечно город знатный, но жизнь здесь почти деревенская: управились по хозяйству, накормили скотину и легли рано спать.

Будить будущую родню Пётр постеснялся. Прошёл через двор в огород, покурил на завалинке, зашёл в баню да и уснул. Сон крепкий, ещё молодой в 28 лет.

– — – — – — – — – — – — —

Рано утром ругает баба, Матрёна (Матрёна Ильинична Вахнина (Бедозёрова), 14.11.1898—14.2.1988 гг.) деда: _Ты, старый, пошто не закрыл дверь в огород. Гуси и утки всю мою рассаду поклевали.

Дед, Михаил (Михаил Фёдорович Вахнин, 28.11.1895—18.5.1973 гг.), не отвечая на упрёки, мысленно прикидывал:

_ Засов на воротах отодвинут. Ночью собака злаяла недолго. Двери в огород приоткрыты. Предбанник тоже открытый стоит.

Осторожно заглянул в баню… И вот он, «виновник».

О возможном приезде жениха родителей заранее предупредила дочь.

Нина приехала на днях в отпуск к родителям тоже из Тюмени, где они и познакомились. Закончила в 1947 Тобольское медучилище. Медиком стала поневоле – выбора не было. Хотела после школы учиться в Тобольском ФЗУ (фабрично-заводское училище). В 1944 году, Тюменская область получила статус самостоятельности, выделившись из Омской области. Училище тоже перевели в Омск, посчитав что для небольшого городка и двух училищ для подготовки речников достаточно. А в Омск молодую девчонку родители не отпустили. Тогда, закончив медучилище дочь проявив характер поехала работать в Тюмень. Так и работала медиком до пенсии, Нина Михайловна Вевчеренкова (Вахнина), 10.10.1929 – 26.03.2006гг.

Моя мама в 1947 году

– — – — – — – — – — —

Жених, однако, весь продрог в бане в летнем-то костюме испачканном свежим осетром, чихал и дрожал мелкой дрожью, посинел от холода. В общем удивил родню по полной.

_Что же, ты, не разбудил нас!? – говорил будущий тесть отпаивая жениха самогоном.

Семейную жизнь молодые мои родители начинали в областном центре. Теперь уже нет этого дома, что стоял рядом с ж. д. вокзалом ст. Тюмень.

По долгу службы отца семье пришлось поколесить по сёлам нашей огромной, по масштабам Европы, Тюменской области.

В масштабах же Сибири наша область по величине только на третьем месте после Якутии и Красноярского края.

Но рожать меня и брата мама приезжала в Тобольск к своим родителям.

На Родине в «Красной больнице» у меня есть даже своё окно на первом этаже через которое 30 марта 1954 года, я Вевчеренков Владимир Петрович впервые увидел Мир. Точнее – это родственникам впервые показали меня в окне.

4.

После Тюмени проживала семья в селе Вагай, что в семидесяти километрах от Тобольска у устья реки Вагай. Детская память задержала во мне следующий эпизод.

Добирались мы с папой в с. Вагай на попутной машине зимой. Я тогда ходил уже в старшую группу детского сада и всё хорошо помню. Сидели мы в кузове автомашины с передними и задними ведущими колёсами. Машина была не новая и на полпути у неё отвалилось колесо. Прикрутить колесо на место не было никакой возможности. День был солнечный. Водитель был весёлый и сообразительный. При помощи пассажиров он приспособил вместо заднего колеса – лыжу. Потом включил в работу передок и мы небыстро, но доехали до места. Жители деревень и села Вагай удивлялись изобретательности нашего шофёра, когда мы проезжали мимо.

Жили мы в служебной квартире состоящей из одной комнаты с одним окном. Много позже посетив Вагай нашли мы с мамой наш дом. Двухэтажный деревянный барак на четыре однокомнатных квартиры. В этой квартире-комнате уместились отец, мама, их первенец т.е. я, мой младший брат, Саша, и дед – отцов отец Вевчеренков М. В.

На фото я с папой, с дедом Максимом, с бабой Мотей и с мамой

– — – — – — – — – — – — —

Максим Васильевич Вевчеренков, 01.02.1877 —06.03.1967гг.

Максим Вевчеренков был родом из деревни Кукушки вблизи села Исетское, Тобольской губернии (Тобольская губерния существовала с 1796 по 1920год). Работал с молодости кузнецом, как и его отец Василий Вевчеренков (1860 г.р.). Предок наш Никита Вевчеренко обосновался в Кукушках по своей воле не по казённой – бежал в Сибирь из Малороссии от крепостного права.

У деда Максима были братья Маркел и Прокопий. Жена Екатерина (мать моего отца. скончалась в 1926г.), сын, Василий (– 1937г.), дочь, Анна (1918 – 1935г.), сын, Александр (1913 – 1941гг.), сын, Михаил (1912 – 1988гг.) и мой отец, Пётр (1925 – 1997гг.). Мой отец свою мать не помнил, поскольку был совсем маленьким, когда она умерла. Дед Максим, я помню, иногда заводил свою пластинку о том, что у него было пять жён. Из отцовской родни я знал только его старшего брата Михаила Максимовича Вевчеренкова, 1912—1988 гг. Его жену Пею (Пистемею) Анфаловну Вевчеренкову (Рябикову) 1924—23.3.2019гг. Их дочь, мою единственную двоюродную сестру, Веру.

Родственники собрались вместе на свадьбе Вевчеренковых Владимира и Светланы в 1978 году и запечатлены на фото, которое будет в главе 18.

Вера Михайловна Анохина (Вевчеренкова), 1952—1994гг., была замужем за Василием Анохиным (1951 г.р.). У них родился сын Володя (1973 г.р.). Развелись через год после рождения сына. Василий ушёл и больше не появлялся, и в воспитании сына не участвовал ни реально, ни материально. Володя закончив 8 классов, пошёл работать, женился. У Володи с женой Людмилой (1975 г.р.) родились дети: сын Роман (1993 г.р.), дочь Настя (1995 г.р.). Через год после рождения внука Романа моя сестра Вера умерла. Так что моей тёте Пее по жизни досталось растить и воспитывать единственного внука и двоих правнуков аж до совершеннолетия. Сама тётя Пея была из многодетной семьи староверов тоже давно проживавших в деревне Кукушки Исетского района. В семье Рябиковых было шестеро детей. Пея была четвёртой по возрасту. В 1935 году родителей арестовали (не угодили чем-то староверы Советской Власти). Оставшихся без взрослых детей поместили в детский дом в этой же деревне. Все выжили и до старости не теряли связь. Я узнал от тёти Пеи, благодаря её хорошей памяти, и про свою родословную Вевчеренковых. Летом в 1998 году я был в Тюмени и мы поехали с т. Пее на Червишевское кладбище на могилы д. Миши и Веры (могилы рядом). Затем заезжали в лес по грибы, направляясь в сторону села Исетское. Я предложил заехать в д. Кукушки. Тётя не хотела, мол там и смотреть-то уже нечего, но я настоял. Показала мне пустырь, где стоял дом Вевчеренкова Максима Васильевича. Показала совсем маленький кирпичный дом – бывший купеческий магазин в котором после ареста родителей они дети все вшестером и жили. Такой вот детский дом, теперь нежилой. Да, неприятные у неё воспоминания о Родине.

– — – — – — – — – — – —

В соседней с нашей квартире – комнате (село Вагай) буквально через стенку жила Зинка.

«Зинка-корзинка» – моя первая детская любовь, которая закончилась когда она такая гордая прошла с портфелем первый раз в первый класс.

На «Зинку-корзинку» уже не отозвалась. Как будто забыла все наши детские игры и приключения: снежные сугробы, горы из пиленых и колотых дров, огурцы и морковку с чужих грядок. А вскоре мы расстались с Зинкой. Новая перемена места жительства тому причина.

5.

Следующая работа у отца была в селе Абатском, что на самом юге Тюменской области. Здесь у Петра Максимовича появилась уже служебная машина с шофёром. Видавший виды фронтовой джип с открытым верхом ещё послужил на гражданке. Однажды зимой в дороге отказал бензонасос. Водитель в виду безвыходности ситуации предложил районному прокурору подержать канистру с бензином на коленях. Горючее самотёком поступало по шлангу в карбюратор. Так и доехали до дому.

Но вскорости, по сельским меркам, т.е. лет через пять получила прокуратура совсем новый Москвич-403. С милицейскими ГАЗ-69 «козликами» не сравнить, но тоже с передними ведущими колёсами.

Наша «амфибия» называл её шофёр дядя Саша Пушкарёв. Колея у Москвича была узкая и по сельским дорогам приходилось ездить постоянно сваливаясь то на левый бок, то на правый. Несколько раз переворачивалась, но снова вставала на ноги наша «амфибия» – говорил д. Саша. Зато объезжать препятствия на дорогах в виде непроходимых колдобин или пробок из машин по поросшей травой обочине или по лесу было просто здорово. Здесь уж лёгкая «амфибия» себя показывала.

Однажды шофёр д. Саша подвозил нас с мамой в г. Ишим к поезду из с. Абатское. Грунтовая дорога была сухой и ровной после прохода грейдера, только сильно выпуклой, как перевёрнутое корыто. Сидел я рядом на переднем сиденье и вдруг вижу, как с дороги на поле скатывается автомобильное колесо.

Я и сообразить не успел: _Что это?

А д. Саша резко затормозил и остановил накренившуюся налево машину. _Хорошо – говорит:_ что левое колесо слетело. _Если-бы правое, лежать-бы нам в кувете вверх колёсами.

При установке на место левого переднего колеса выяснилось, что на заводе на новый Москвич вместо переднего моста поставили задний мост. Внешне они абсолютно одинаковые, но болты колёсные по ходу движения колеса не затягиваются, а отворачиваются. Вот они и отвернулись. Весь остаток пути д. Саша каждые 10—20км. подтягивал колёсные болты. Так и доехали до г. Ишима.

Через 20 лет подвозил я д. Сашу в городе Тюмени на ж. д. вокзал на своём ВАЗ- 21013. _ Помнишь, как давал мне порулить на твоей «амфибии» – спросил я его. На свой личный автомобиль д. Саша так и не успел накопить.

6.

Вместе с семейными фотографиями храню я конспект моего отца.

Это, когда он учился в Свердловском юридическом институте.

Отец, службе в Армии отдал семь лет: со школьной скамьи, с 1943 по 1950 годы. Потом, после окончания школы милиции, работал на Свердловской железной дороге в железнодорожной милиции в г. Тюмени. То были годы послевоенных сталинских репрессий, бериевской амнистии и хрущёвских разоблачений культа личности Сталина.

Говорят «мир тесен» и верно через 20 лет я студентом встретился с его сослуживцем (его бывшим начальником), который «опознал» меня по фамилии.

Мне пошёл третий год, когда отец поступил в юридический институт на заочное отделение. А потом семь долгих лет без отрыва от производства учился. Производство это находилось последовательно – в Тюмени, в селе Вагай, в рабочем посёлке Абатский. Ну и семья т.е. мы с мамой, братом и дедом переезжали вместе с ним.

Так вот, по содержанию конспекта можно понять, как серьёзно относился к учёбе отец. Старался во всём успеть получить знания. Прочитав новую книгу или просмотрев фильм отец записывал в тетрадку краткое, но ёмкое содержание произведения. Читая эти записи, я удивляюсь: _ Как кратко и точно описывает сюжет человек, до войны успевший закончить только школу «семилетку».

С 1957 по 1964 годы, т.е. годы учёбы в институте, он терпеливо ведёт конспект прочитанных книг и просмотренных кинофильмов. И это помимо учёбы по основным предметам и подготовки к экзаменам.

Видимо благодаря таким тренировкам отец всегда умел ухватить суть дела и изложить свои мысли кратко и понятно любому человеку, любой аудитории.

Я уже учился в четвёртом классе, когда отец получил заказной бандеролью диплом и «поплавок» об окончании ВУЗа. Видел я, как он вместе с друзьями обмывал свою первую на гражданке награду, опустив значок в гранёный стакан с водкой.

А ещё я как-то был свидетелем, когда отец говорил по телефону со своим областным начальством. Как в кино генералы с главнокомандующим – стоя с телефонной трубкой в руке.

Пересказывать права и обязанности прокурора района не моя задача.

Я могу рассказать лишь то, что видел и слышал, что запомнилось мне в моём детстве.

К примеру, когда начиналась посевная или уборочная отец по несколько дней отсутствовал дома. Вместе с райкомовским активом, милицией и комсомольскими вожаками они ездили по деревням поднимать народ «на борьбу за урожай». Сельские труженики пили нещадно самогон и выходить в поле просто было некому. Поэтому ходили по домам и попросту выливали на землю найденные бидоны с брагой и бутыли с готовым самогоном. Иногда доходило до рукоприкладства и ружейной пальбы.

Похоже после развенчания культа личности Сталина Н. С. Хрущёвым народ совсем потерял страх, а может быть просто надорвался после нескончаемых испытаний выпавших на его долю.

С другой стороны такие далёкие от села события как первый Спутник, Полёт Гагарина, успехи в Науке и Культуре вселяли оптимизм, как не смотри. Село Абатское переименовали в рабочий посёлок городского типа. Была начальная и средняя школа. Построили новое здание кинотеатра с широким экраном. Раньше кино и концерты проходили в помещении бывшей сельской церкви. Торжественно к Первому мая открыли в посёлке автобусный маршрут. Весь месяц как театральное представление с песнями ходил по посёлку переполненный автобус, а когда страсти улеглись маршрут отменили. Выручки не хватало даже на зарплату водителю и кассиру.

Власти регулярно организовывали то сабантуй, то спортивные соревнования, то музыкальные выступления творческих коллективов, учеников музыкальной и общеобразовательных школ районного центра и крупных сельских поселений.

7.

В июне 1964 года за успешное окончание 4 класса начальной школы отец, получивший путёвку от общества «Знания» за чтение лекций, взял и меня с собой в г. Ленинград.

Из множества впечатлений от долгой поездки на поезде, почему-то отложилось это:

_В поездах «немтыри ” (может быть эти парни притворялись глухонемыми) торговали игральными картами с «порнухой». И хотя наши детские органы зрения все окружающие старались уберечь от этого безобразия, но вскользь-то удавалось подсмотреть из чисто детского любопытства.

Город Ленинград – колыбель революции. Город Ленина. Крейсер Аврора. Зимний дворец (Эрмитаж).Строгий канцелярский стиль одежды и причёски у женщины экскурсовода.

У картины Рембрандта «Даная» я поотстал от группы. Как в фильмах про шпионов и совсем не с плотскими намерениями я сфотографировал на свою «Смену» (был такой «фотик») эту простую постельную сцену.

Шпионские ассоциации я упомянул не зря – потом мне пришлось в тайне от родителей в тёмной комнате при красном свете проявлять, печатать и сушить эту, с позволения сказать, “ порнуху».

И всё ради того, чтобы похвастать перед друзьями. Постельных сцен в кино, в литературе и в журналах, и в помине не было. Фильмы «Маленькая Вера», «Интердевочки» появились где-то через 15 – 20 лет.

Вот так, Мы – деревенские, знакомились с высоким искусством.

Правда я был искренне возмущён действиями того придурка, который в 1985 году выплеснул на Данаю флакон серной кислоты.

8.

В 1965 году Пётр Максимович получил новое назначение заместителем прокурора города Тобольска и Тобольского района. Не сказать чтобы это получилось случайно – просьбу о переводе удовлетворили не сразу. Свою просьбу отец мотивировал наличием пожилых родственников жены в Тобольске и имеющейся у них свободной жилплощади, что снимало с руководства необходимость в обеспечении работника и его семьи жильём.

Переезд из села в город состоялся весной. Весна в тот год вышла ранняя.

Уже в апреле реки вскрылись ото льда и разлились широко.

Наверное так разливаются по весне только наши сибирские реки, которые текут на Север. Низовья Оби и Иртыша ещё подо льдом, а впадающие в них Тобол, Ишим и другие реки уже проснулись и поднялись. Поджимаемые на Севере могучими льдами и неожиданно вернувшимися морозами, на Юге области реки стремительно разливаются, затопляя всё вокруг.

Несудоходная летом речка, которую на одном дыхании можно переплыть, весной как море широка. В бинокль не разглядеть противоположный берег.

Плыли мы на пароходе из с. Викулово через с. Усть-Ишим и почти у Тобольска сели на мель. Не смогли разойтись со встречным «колёсником» на узком фарватере реки.

Берега где-то в тумане. За бортом кусты тальника торчат из воды. Выдернул нас с мели тот же «колёсник» – колёсный пароход-буксир с чёрным угольным дымом из трубы.

Вещи и мебель привезли несколькими днями позже. Машина шла через Ишим, Тюмень, две переправы через реки Тобол и Иртыш в Тобольск. Грузили вещи в машину в с. Абатском уже без родителей, но ничего не пропало. Да и пропадать было особо нечему: в служебной квартире своего было только – кровати, комод, утюг да радиола. Но это я уже сейчас рассуждаю. А тогда у семьи из пяти человек было что грузить и перевозить на новое место жительства.

9.

«Родительский дом начало начал, ты в жизни моей надёжный причал…» – поётся в песне. Вот и у меня в жизни, как в песне. Только с оговоркой – родителей уже нет. И дети уже взрослые и уже есть внуки.

А родительский дом всё стоит. И Слава Богу!

Хотя он давно уже и не наш, и хозяев сменил не раз. Но стоит родительский дом! И это хорошо!

Давно замечено, что дом стоит пока в нём живут. И нет большой разницы кирпичный дом или деревянный. У доброго хозяина и деревянный дом простоит 100 лет. А родительскому дому уж точно век. Купили его дед с бабушкой в 1935 году у прежнего хозяина. Я уже в 1965 году, лазая по чердаку находил там журналы «НИВА» издания 1912 -14 годов.

Патефон в рабочем состоянии и старинные грампластинки, альбом грампластинок с речью И. В. Сталина на каком-то съезде. Всё от прежних хозяев. Медный «ведёрный» самовар, керосиновую лампу на 7 свечей с рукавным (а не плоским) фитилём при мне уже не использовали. Стояли они в кладовке и трогать их не дозволялось.

Огромный деревянный ларь для муки ёмкостью мешков на семь (из кедра) редко был наполнен меньше чем на половину. Бабушка каждый выходной стряпала шаньги, ватрушки, пироги. Она беспокоилась и торопила с покупкой муки деда, чтобы всегда был запас.

Понятно, натерпелась в войну, когда осталась одна с двумя несовершеннолетними дочерьми и тремя квартирантками (дальними родственницами). Дед вернулся с войны в 43 году по ранению. Заработок его составлял то, что смастерит своими руками и продаст.

Столяром он был классным, хотя кисть левой руки не работала и всю жизнь маялся грыжей. Он был участником 3х войн: 1й Мировой, Гражданской и ВОВ.

Слава Богу дочерям повезло. Вышли замуж после войны за здоровых мужиков: за моего отца и моего дядьку. Оба зятя Пети: Пётр Максимович и Пётр Прокопьевич Токарев.

В доме нашем в разное время было по разному – то тесно, то пусто.

То старшая дочь с зятем живут, то младшая, дети родятся у них. То уезжают жить в другие края. Уж такова жизнь. Но рожать обе дочки приезжали в Тобольск к маме. А после подкидывали нас сыновей на лето к дедушке с бабушкой.

Родительский дом во дворе: Мама, брат Саша, П.Т.Токарев, П.П.Токарев, папа, тётя Аня, дед Михаил, брат Лёня Токарев, баба Мотя и я.

Помню в моём детстве вокруг нашего дома жизнь кипела. Были живы ещё соседи ровесники деда с бабой. Собирались летом на лавочке у дома, зимой приходили в гости и пели песни. Петь тогда народ любил – неказисто, но с чувством. Слушал я их песни лёжа на русской печи. А какой табачок курил мой дед – махорка 2-й номер. Я специально пристраивался рядом, чтобы нюхать его запах. Но курить так и не пристрастился.

Помню мама читала вслух зимними вечерами, когда мы жили в с. Абатском на юге Тюменской области, письма от деда с бабой из Тобольска. Дед обстоятельно описывал за сколько купил стеклорез и столярный клей, во сколько обошлась машина берёзовых дров, когда отелилась корова. В войну у бабушки было 2 коровы и козы. Они и помогли выжить в тяжёлую годину.

Как она справлялась с домом и хозяйством пока дед был на войне?

В доме тогда кроме моей бабушки и двух дочек проживала ещё одна семья, двоюродная сестра и двое её дочерей, Кайдаловы (позже переехали в г. Сургут).

Помню летнюю страду на покосах. Это уже когда мы переехали жить в Тобольск. На одну корову траву косили семь человек (6 взрослых и я ученик 7 класса). А потом гребли. А потом стоговали. А потом вывозили сено на грузовой машине по осеннему бездорожью. Помогали знакомые с которыми бабушка потом расплачивалась молоком.

_ Держали корову, а молока и сметаны до сыта не ели – говорила моя мама.

Держали коров родители моих одноклассников: Юры Попова, Коли Моргулиса, Саши Кошкарова. Городской быт мало отличался от сельского. У многих городских семей домашнее сельское хозяйство. Вокруг города были пастбища для скота. Только в нагорной части Тобольска каждый день собирались с индивидуальных хозяйств коровы в два стада по 50 -70 голов. Да десяток колхозов в Тобольском районе.

Родительский дом, ул. Обдорская, теперь Доронина 13

10.

Назначение заместителем прокурора города вскоре после переезда сменилось новым повышением – Вевчеренков Пётр Максимович был назначен прокурором города и района. Должность номенклатурная входила в триаду государственной власти на местах: партийная – горком КПСС;

советская – исполком городского Совета народных депутатов;

правовая – прокуратура и милиция.

При этом были ещё райком КПСС и райисполком. Прокуратура же обслуживала и город и район, если можно так сказать.

П.М.Вевчеренков, 1974 г.

Повторюсь, когда скажу, что пересказывать права и обязанности прокурора города и района не моя задача. я могу рассказать лишь то, что видел и слышал, что запомнилось мне в мои юные годы.

Регулярным и строгим воспитанием нас с братом отец не занимался потому, что ему просто было некогда. Никаких привилегий для семьи его высокая должность не несла. Да и время было такое – большинство семей руководителей жили скромно. Я как и многие парни в нашей школе до восьмого класса ходил в фуфайке. Правда фуфайка моя выглядела чуть новей, чем у некоторых моих сверстников потому, что я был старшим ребёнком в семье и мне не приходилось донашивать вещи братьев.

В учёбе и в жизни старался я быть если не первым то в первых рядах, чтобы не ронять авторитет родителя. А это было непростым делом в нашей разнокалиберной пацанской среде. Редкий учебный год начинался у меня без синяка на видном месте. Свобода и независимость требовали жертвы. Жертвы одиночки не желающей вступать в сомнительные и зачастую не детские компании.

Отец лишь раз сказал мне, что если я свяжусь с какой-нибудь шайкой-лейкой, он сразу уволится с работы и пойдёт в лесники…

А авторитет у городского прокурора был не просто номинальный соответствующий должности. В городе уважали Вевчеренкова П. М. как человека.

В обязанности его входили также регулярные инспекции учреждений пенитенциарной системы. В самом центре исторической части города находилась тюрьма, в окрестностях города колония и поселения.

Отец как-то рассказывал, что во время инспекторской проверки тюрьмы, при рассмотрении жалоб один из заключённых обвинял администрацию тюрьмы: _Мол вши заели!

_Вши, говоришь? Покажи!?

На что жалобщик сколько не искал не смог найти на теле ни одной особи.

Да уж. Отец был в теме. В своё время покормил вшей на фронте в землянках и в окопах.

Но в другой раз этот же заключённый свою жалобу подтвердил демонстрацией оной мерзкой твари. Пришлось тюремной администрации выполнять внеплановую санобработку на вверенной им территории.

Отец постоянно приносил домой документы и продолжал работу допоздна и в будни, и в выходные. Иногда показывал и мне материалы из некоторых уголовных дел :

– фото самодельного мелкокалиберного пистолета из которого застрелился молодой парень. По показаниям свидетелей и выводам следствия от несчастной любви;

– несчастный случай со смертельным исходом – погиб электросварщик от удара током;

– несчастный случай с заключённым при резке бочки из под краски для хозяйственных нужд. Не смертельный случай, но человек сидевший верхом на бочке вместе с ней и взлетел от взрыва паров;

– изъятые в камере тюрьмы фальшивые купюры изготовленные вручную без клише и печатного станка т.е. нарисованные;

– карикатуры на тюремное и городское начальство. Всякого рода талантов в тюрьме хватало.

– несчастный случай со смертельным исходом, когда пацан случайно выстрелил в пах своему товарищу из взятой без разрешения родительской двухстволки.

Выступая по долгу профессии за соблюдение всеми горожанами и жителями Тобольска и Тобольского района законов Советского Союза отец как прокурор оказывался, как говорят в случае боевых действий на линии огня. Были конечно недовольные решениями суда по представлению прокуратуры. Помню такой случай: каждую ночь на квартирный телефон звонил неизвестный и ничего не говоря просто дышал в трубку. Это продолжалось не одну неделю пока по заявке в РУС (районный узел связи) не был установлен звонивший. Абонент был строго предупреждён, что в случае повторения у него будет отключен квартирный телефон. Позже по секрету сказали, что звонившим был заведующий отделением горбольницы, обиженный на отца за выявленные у него финансовые нарушения и наложенный на него штраф.

По должности прокурор имел право на ношение личного оружия. Ни разу этим правом отец не воспользовался и пистолет пылился у него в сейфе на работе. Только один раз на мои просьбы показать пистолет, он достал его из сейфа и проверив магазин и затвор дал мне 14-ти летнему «наиграться» с оружием. Помню это был трофейный пистолет «Зауэр» калибром патрона и размером меньше пистолета Макарова. Мои ровесники, чьи отцы работали в милиции или в охранных ведомствах хвастали и вправду стреляли из пистолета с разрешения и в их присутствии.

Стреляли из малокалиберной винтовки причём на оценку все школьники старших классов. В каждой городской школе был военный кабинет с комплектом вооружения: автомат и ручной пулемёт Калашникова, пистолет Макарова, ручной противотанковый гранатомёт, граната лимонка противопехотная и противотанковая граната. Всё оружие было охолощено, а кабинет опечатывался и окна были зарешёчены.

Страна ещё не остыла от Великой Отечественной, а уже угрожали нам со всех сторон и поэтому СССР готовился, и был готов воевать со всеми кто против нас.

11.

Это был обычный нырок со знакомого пирса. Но когда я красиво вошёл в воду с вытянутыми вперёд руками и закрытыми глазами, вдруг ощутил сильный удар в голову. _Вот так и тонут – пронзила мой мозг мысль. Отчаянно заработав руками и ногами я выскочил из воды на пирс.

Кровь заливала глаза и лоб щипало солёной водой.

На отдых в Крым мы в первый и единственный раз приехали всей семьёй: отец и мама, я и младший брат. Я закончил девятый класс, брат Саша четвёртый. Папе сорок четыре года, маме сорок. Поселились мы в двухместном номере пансионата в г. Алуште. Поскольку путёвка была на двоих взрослых, мы с братом в качестве входа часто пользовались балконом первого этажа. Периодические проверки пропусков осуществлялись только на входе в пансионат. В столовой пансионата комплексный обед на двух человек мы делили на четверых. В основном мама подкладывала нам от своей порции. У наших земляков и соседей по номеру была дочка моложе меня, но старше брата. Были в пансионате ещё отдыхающие с детьми. Наш зверский детский аппетит потом на пляже удовлетворяли пирожками компотом и мороженым. То-ли от жары, то-ли от не очень комфортных условий, но у отца тогда впервые случился приступ эпилепсии.

Крым, г. Алушта,1969 г.

Ну а мне наложили на лоб четыре шва в городской ПОЛУКЛИНИКЕ (поликлиника по украински). С забинтованной головой через два дня я и вся семья отправились в обратный путь.

Ехали поездом из Симферополя через Керченскую паромную переправу. Вагоны были без кондиционеров. От июльской жары вагоны раскалялись и только ночь приносила небольшое облегчение.

В ту ночь мою голову словно дятел долбил. Терпел, чтобы не беспокоить родителей. Итак, можно сказать, испортил отдых. Утром мама посмотрев на меня разволновалась не на шутку. Я понял, что «дело пахнет керосином». Ссадят на ближайшей крупной станции в больницу, а семье куда деваться? То ли бросить меня, то ли всем вместе оставаться со мной.

Проводница вагона подсказала, что в поезде едут студенты медики в Ташкент. Там в Ташкенте случилось крупное землетрясение с многими человеческими жертвами.

Пришла мне на помощь красивая девушка студентка с красным чемоданчиком. Начала она развязывать повязку на моей голове да как заохает: _ Ой! Ой! Ой! Здесь же нужна операция! Наркоз!

_Ну – думаю я. Не спроста дятел всю ночь череп мой долбил…

А мама моя, после войны закончила Тобольское медучилище, каких только ран на мне не лечила. Смотрю на неё с надеждой.

«_Потерпи! – говорит мне мама.

И, отодвинув студентку, мама ножницами надрезала и выдернула одну нитку шва на моём лбу.

Потом начала выдавливать гной в ванночку, которую держала ассистентка – студентка. Гноя выдавили порядочно. А мне как -то сразу полегчало. Дятел, что долбил мне в череп – улетел. Спиртом обработали рану, но мне для наркоза не дали. Хотя отец и предлагал налить мне и себе.

12.

Девять непростых лет проработал П.М.Вевчеренков прокурором города Тобольска. Должность номинально считалась выборной – это два выборных срока. Отцу было предложено очередное место работы

– вакантное место зам. прокурора г. Нижневартовска.

Как магнитный полюс Земли притягивает стрелки всех компасов, так Тюменский Север притягивал молодёжь. Ещё не начали строить БАМ (1974г.), не было в проекте великой стройки Газопровода Уренгой-Помары-Ужгород (1982г.) Но был уже Самотлор и ССО (студенческие строительные отряды) с разных концов Советского Союза стремились внести свой вклад в освоение одного из самых крупных нефтяных месторождений в Мире. В 1974 году по нефтепроводу Самотлор-Тюмень-Альметьевск уже прокачивали 100 тыс. тонн нефти в сутки.

Население г. Нижневартовска, что расположен вблизи Самотлора насчитывало чуть больше 40 тыс. Рядом с двухэтажными деревянными домами барачного типа строились новые микрорайоны (было уже больше 30 пятиэтажек).

В июле-августе 1974 года посчастливилось и мне поработать в

ССО «Вега-74» в г. Нижневартовске. Так что своё предстоящее новое назначение отец посчитал нужным обсудить и со мной. Но что мог посоветовать студент четвёртого курса Тюменского индустриального института будущий технарь юристу со стажем. В общем от этого предложения отец отказался и уволился из органов, проработав в общей сложности 27 лет. Он сильно переживал о своём уходе – уж такая у него была натура характера, что конечно сказывалось на здоровье. Остаться без любимого дела и как он всегда говорил пойти в лесники было выше его сил. К слову сказать про лесников отец упоминал не в обиду этой профессии, а только по тому, что лесники тоже носили похожую форму с погонами и фуражку с эмблемой на околыше.

И однажды, ещё когда отец работал в селе Вагай на улице подвыпивший мужик начал допытываться у него кем он работает.

_Работаю лесником – ответил отец показав мужику свою фуражку. На что тот сказал: _ Лесником? Уважаю!

13.

На Тобольском НХК

Долго оставаться без дела Вевчеренкову П. М. не пришлось. Горком партии порекомендовал директору строящегося Тобольского нефтехимкомбината т. Дзираеву Владимиру Александровичу кандидатуру отца на должность начальника отдела кадров. _Мы своими людьми не разбрасывемся – сказал первый секретарь Тобольского горкома КПСС т. Томилов В. М.

Из воспоминаний А. К. Наровлянского, главного инженера Тобольского нефтехимкомбината в 1975—1980 гг.

В феврале 1972 года приказом Миннефтехимпрома СССР была создана комиссия по выбору площадки для размещения нефтехимического комплекса в Тюменской области. Тюменскими властями были предложены на выбор шесть площадок:

– площадка, расположенная в 7—10 км северо-восточнее г. Тобольска;

– площадка у впадения реки Тавды в реку Тобол;

– площадка у посёлка Нижние Аремзяны;

– площадка, расположенная в 14 км восточнее г. Тюмени; а также ещё две площадки расположенные в 18 и 35 км северо-восточнее г. Заводоуковска.

После детальной и всесторонней оценки всех площадок преимущество тобольской площадки стало очевидным: близки источники сырья, есть полноводная река, вблизи мощная ЛЭП-500 киловольт, есть железная дорога, строилась асфальтовая дорога от Тюмени с мостами через Тобол и Иртыш, наконец бывшая столица Сибири и родина великого Менделеева. Строительство предприятия в Тобольске горячо поддерживали общественность города и городские власти, которые справедливо считали, что стройка вдохнёт новую жизнь в старый город, застывший в своём развитии ещё в 19 веке.

В 1972 году город насчитывал 46 тысяч жителей. В городе было всё необходимое для нормальной жизни населения. Работали хлебозавод, молокозавод, мясокомбинат и рыбозавод, косторезная, ковровая и швейная фабрики, Были даже винзавод с приличным ассортиментом изделий из местного растительного сырья «Клюковка», «Рябиновка», был пивзавод.

Вид с р. Иртыш на Тобольский кремль

Красивый и уютный Тобольск, тем не менее, был совершенно не готов к большим стройкам.

19 апреля 1974 года лидеры страны Л. И. Брежнев и А. Н. Косыгин подписали Постановление №294 «О первоочередных мероприятиях по ускорению проектирования и создания производственной базы строительства Тобольского нефтехимического комплекса». Строительство было объявлено Всесоюзной ударной комсомольской стройкой. Это была восьмая по счёту ударная стройка в Тюменской области. В мае в Тобольск прибыл Всесоюзный комсомольско-молодёжный отряд имени Н. Островского «Корчагинец».

Учитывая необходимость подготовки работ на площадке строительства нефтехимкомбината, выдачи исходных данных для проектных организаций и координации работ 1 октября 1974 года приказом министра НП и НХП СССР В. С. Фёдорова в Тобольске была организована дирекция строящегося комбината. «Главкаучук», подразделение Миннефтехимпрома СССР отвечал за тобольскую стройку, включая подбор и расстановку руководящих кадров дирекции. Руководство «Главкаучука» представило кандидатуру В. А. Дзираева коллегии Миннефтехимпрома СССР на должность гендиректора Тобольского нефтехимкомбината. После утверждения в должности на основании вышеизложенного приказа он прибыл в Тобольск.

Из воспоминаний А. К. Наровлянского, главного инженера Тобольского нефтехимкомбината:

Начало строительства было архисложным и трудным, пришлось всё возводить с нуля, не имея баз строительной индустрии, силами людей прибывающих со всех уголков нашей страны.

Стратегия строительства, принятая Дзираевым, была очень грамотной: вначале автомобильные дороги, инженерные сети, базы строительной индустрии, жильё и только потом – объекты нефтехимии. Владимир Александрович стойко этого придерживался, несмотря на недовольство некоторых чиновников из Москвы.

На ходу организовывалась и комплектовалась кадрами дирекция строящегося предприятия. Кадровую службу комбината с самого момента её организации и многие годы бессменно возглавлял П. М. Вевчеренков, коренной тоболяк, квалифицированный юрист и милейший, интеллигентный человек. Учитывая, что в Тобольске не было специалистов нефтехимиков, коллектив комбината комплектовался в основном за счёт привлечения квалифицированных специалистов из Москвы, Ангарска, Воронежа, Стерлитамака, Нижнекамска и молодых специалистов выпускников Тюменского индустриального института.

Конечно, большое спасибо за поддержку отца в его трудную минуту первому секретарю горкома Томилову В. М., спасибо за добрые слова в его адрес главному инженеру Тобольского НХК Наровлянскому А. К. прозвучавшие из его уст на торжествах посвящённых 30-летию Тобольского НХК и вошедших в юбилейный проспект «Тобольск-Нефтехим история люди события» 2004 г.

Только не дожил отец до этого торжества.

Вевчеренков П. М. 1992г.

Вевчеренков П. М. (07.7.1925—15.05.1997гг.)

Работавший с начала формирования коллектива Тобольского нефтехимкомбината с осени 1974 года Пётр Максимович Вевчеренков до ухода на пенсию по болезни в 1995 году успел поработать под непосредственным руководством двух ген. директоров, В. А. Дзираева и В. В. Юдина.

– 1974 по 1980 г. начальник отдела кадров.

– 1980 по 1981 г. председатель профкома ТНХК.

– 1981 по 1995 г. начальник юридического отела ТНХК.

– 1986 по 1996 г. председатель совета ветеранов ВОВ.

За 14 лет работы нач. юридического отдела была возможность проявить и он проявил свой богатый опыт на пользу общему делу.

Его как опытного юриста уважали и ценили оба генеральных.

И вот, к военному опыту в молодости судьба добавила ещё и эти тяжёлые времена. Уже только, увидеть своими глазами развал Советского Союза за который ветераны войны кровь проливали – и вот дожили!

Но они знать из крепкого поколения. Стальной характер. Но здоровье и силы, как у всех людей.

Воспоминания о событиях и людях участвовавших в строительстве и последующей работе Тобольского НХК я изложил в своей книге «Времена не выбирают», которую сам сверстал в издательской программе Ridero для публикации независимых авторов и бесплатного чтения в интернете.

14.

На начало строительства Тобольского НХК, я, был студентом 4-го курса Тюменского индустриального института. Младший брат Саша ещё учился в 9-м классе Тобольской школы №13.

Фантастические картины наблюдали внимательные авиапассажиры в иллюминаторы на подлёте к аэропорту г. Нижневартовска. Случалось Это морозной ночью при низкой сплошной облачности. Фотографировать на борту авиалайнера строго воспрещалось.

Да и не получится достойный этого пейзажа фотокадр даже с высокочувствительной фотоплёнкой.

Между чёрным Космосом и сплошной белой облачностью над Землёй висим Мы, пассажиры Ту-134. Висим в буквальном смысле слова т.к. в плавном снижении самолёта с минимальной тягой турбин над белоснежной целиной облаков движение не ощущается.

Невидимая в иллюминатор луна освещала Эту фантастическую картину.

И вот над этой белой равниной возвышаются: грибы на поляне, пузыри на воде, да, ну сравнить просто не с чем…

Переливаясь всеми цветами радуги словно Северное сияние.

Наверное, так же красиво в Раю! Возникают в голове грешные мысли.

Но увы – этот гало-эффект создавали многочисленные горящие факелы Самотлора.

(Историческая справка – наблюдения мои из восьмидесятых годов прошлого ХХ века.)

В то время Нижневартовск был город небольшой, но довольно благоустроенный. А рядом с новыми микрорайонами -«Шанхай». Так в городе прозвали район самостроев – балков из подручных материалов, которые и жильём можно назвать с большой натяжкой. Жили там, как правило люди семейные, иногда с детьми. Не цыгане. Не видели мы цыган на Севере. Манила людей северная романтика называемая в народе – «за длинным рублём».

Вообще-то и нам, молодым специалистам, эти северные рубли были ой как нужны. После института энное количество однокурсников нашей группы АТМ-71 и бывших студентов и студенток ТИИ (Тюменский индустриальный институт) образовало в Нижневартовске довольно большую фракцию. И хотя после стипендии в 30 рублей наши зарплаты были для нас просто «бешеные деньги», ресторанами мы не увлекались. Да и ресторан в городе был только один, и вечно занят юбилеями и свадьбами. Ходили на концерты всех приезжих артистов – столичных знаменитостей.

«Да здравствуют Антимиры! Фантасты – посреди муры. Без глупых не было бы умных, Оазисов – без Каракумов».

Читали стихи Андрея Вознесенского и особенно его новую поэму «Северная надбавка».

Пришла пора жениться. Как познакомились, встречались и насмелились рассказывать не буду. Пусть об этом жена расскажет :

15.

Светлана Михайловна Вевчеренкова (Козлова), 19.05.1954 г.р.

Мы выбираем, нас выбирают. Считается, что в жизни молодого человека, а тем более девушки играет большую роль пример родителей.

А если родительский пример не очень удачный. _Вот мама моя воспитывала меня одна. _Тогда что?

Устраивайся в этой жизни сама, как можешь. Методом проб и ошибок. Отдаться на волю случая? Отдаться-то легко, да как быть с плохими последствиями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.