Глаз дьявола
Алик Радов

© Алик Радов, 2024

ISBN 978-5-0062-9668-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

.

«Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи.»

От Иоанна 8:44

ГЛАВА 1

Покосившаяся входная дверь старого деревенского дома со скрипом отворилась, и в дом Зои Леонидовны Овчаренко ввалились два незваных гостя. Бедная женщина не успела и ойкнуть, как, один с багровым длинным носом, подскочил к ней сзади и с размаху саданул по шее ребром ладони. Выронив держащую в руках тарелку, она упала на пол.

– Молодец, Кривой! – в блаженной улыбке расплылся второй. – Лихо ты. Давай её свяжем, чтоб, не ровен час, не свалила.

Покопавшись в старом дореволюционном шкафу, бандиты нашли более-менее подходящую верёвку и связали бедную старушку. Оттащив её в угол комнаты (Чтоб старая не путалась под ногами) бандиты начали шарить в поисках денег, каких-либо ценностей, на худой конец выпивки.

Анатолий Андреевич Малышев по кличке Малой, освободившийся неделю назад из мест заключения, где отбывал срок за ограбление ювелирного магазина, вытащил последний ящик и вытряхнул его содержимое. Вместе с тряпками на пол упала перетянутая резинкой от бигудей небольшая стопка пятитысячных банкнот. Обрадовавшись такому улову, бандит поднял с пола деньги и, оглянувшись в сторону напарника, крикнул:

– Кривой! Глянь, чо старая грымза заныкала, – усмехнувшись своему везению он засунул деньги в карман и принялся дальше за работу.

Зоя Леонидовна пришла с трудом в сознание. Голова раскалывалась. Связанные за спиной руки затекли. Всё тело ныло. К слову сказать, она и раньше себя чувствовала не бог весть, как-никак восемьдесят пятый годок пошёл. Но сейчас, к обычной боли (К которой она привыкла за долгие годы) прибавилась боль не только телесная, но и душевная.

Кривой, вмиру же Василий Антонович Кривошеев, специалист по разбойным нападениям, имевший три ходки в места не столь отдалённые, поднял голову вверх, чтобы найти ещё что-нибудь ценное. Окинув комнату взглядом, он остановился на настенной угловой полке, а точнее на чёрной тряпке, под которой что-то возвышалось. Подойдя к углу, Кривошеев взобрался грязными ботинками на белоснежную скатерть стола и снял то, что находилось на полке под чёрной тканью. К его глубокому сожалению там был не слиток золота с огромный кулак или громадный алмаз, а всего на всего стеклянный шар, чем-то похожий на большущую жемчужину.

Зоя Леонидовна приподняла голову и злобно посмотрела на бандитов.

– Что ж вы, ироды проклятые, творите-то? – не придя ещё толком в сознание от болевого шока, залепетала она.

Подскочивший Малой тоже врезал старушке своей могучей рукой. Зоя Леонидовна в очередной раз потеряла сознание.

– Не хрен вякать под руку, – словно оправдываясь перед Кривым, сквозь зубы, выдавил Малой.

Собрав всё награбленное: пачку пятитысячных купюр, шкатулку с золотыми цепочками, кольцами, перстнями, и ещё какой-то бижутерией, серебряный сервиз, несколько бронзовых кубков, инкрустированных какими-то камнями и, непонятно зачем, стеклянный шар, двинулись к выходу.

Очнувшись в очередной раз, Зоя Леонидовна увидела грабителей, направлявшихся в сторону двери. Собрав все свои силы, она гордо подняла голову и полушёпотом просипела:

– Будьте вы прокляты, ироды.

Сказать ничего больше она не успела, так как в грудь ей вонзилось остриё охотничьего ножа. Кровь проступила сквозь фланелевый халат. Её тело обмякло, а на лице застыла какая-то злобная гримаса.

Кривошеев вытер лезвие о халат убитой им старушки и убрав нож в чехол, висевший у него на ремне, молча пошёл следом за своим приятелем.

***

Погрузив всё награбленное в багажник стареньких «Жигулей», бандиты сели в автомобиль, Кривой переключил рычаг коробки передач, с рёвом машина тронулась с места.

Приехав в дом Кривошеева, бандиты перенесли награбленное из машины в дом. Также принесли купленные по дороге несколько бутылок водки, и кое-что из закуски. Разложили всё на столе. Сами же сели друг напротив друга. Откупорив первую бутылку, Кривошеев, как хозяин дома, разлил «огненную воду» по гранёным стаканам. Посмотрев на «улов», он поднял наполненный сосуд и, улыбнувшись, произнёс

– Ну, за фарт! Чтоб он всегда был с нами.

– За фарт! – поддержал приятеля Малышев.

Они чокнулись стаканами.

Выпив, Кривошеев занюхал рукавом просаленного свитера, взял одну из трёх лежащих на столе помидорин, ткнул ей в солонку и откусил. Затем положив надкусанный овощ рядом со стаканом, он вынул из кармана пачку папирос «Беломорканал». Вытащив из неё начинённую анашой папиросу, чиркнул зажигалкой, глубоко затянулся и задержал дыхание. Косяк затрещал. Расплывшись в улыбке, он передал его товарищу. Малышев тоже сделал затяжку.

Откинувшись на стульях, бандиты растянулись в блаженстве. Они ни так радовались своему «улову», как собственной безнаказанности.

– Ништяяяяк, – протянул Малышев. – Давненько я так не кайфовал.

– Старухин хлам сбагрим, ещё не так кайфанём, братишка, – Кривой хлопнул товарища по плечу и, снова скрутив пробку на бутылке, разлил по стаканам. – Как говорится, между первой и второй…

– Как меж небом и землёй, – продолжил Малой и залился смехом, напоминающим поросячий визг.

– Точняк, – Кривой тоже заржал.

Осушив пару бутылок практически без закуски, бандиты быстро окосели. Кривошеев без устали твердил, что знает одного хорошего и, что самое главное, надёжного человека, который поможет им сплавить награбленное. А ещё, что есть один знакомый барыга, который может достать нормальной «шмали». Малышев, молча, слушал и лишь изредка кивал лысой головой.

Уже было давно за полночь, когда вусмерть пьяные грабители уснули прямо за столом.

***

Василий брёл по холодному тёмному коридору. Влажные стены, от которых шёл какой-то смрадный запах, навевали ужасные мысли. Страх от неизвестности происходящего пробегал мурашками по спине. Тоненькой струйкой со лба стекал липкий пот. Каждый сделанный им очередной шаг, гулким эхом отзывался где-то в конце бесконечного коридора. Двигаться становилась всё труднее и труднее.

Сладкий, пропитанный трупным запахом воздух, попадая через нос, раздирал горло, заставляя непрерывно кашлять. Откашлявшись в очередной раз, Василий в изнеможении упал на грязный мокрый пол и, схватившись руками за голову, начал судорожно тереть ладонями виски.

– Ты должен убить своего приятеля, – откуда ни возьмись, в голове железным басом сказал голос. – Он специально тебя позвал с собой, потому что один идти побоялся. И теперь, когда всё прошло удачно, он хочет забрать не только свою долю, но и твою. А тебя обезглавить. Но если ты хочешь, я подскажу, как всё сделать так, чтоб никто не догадался, что это ты, а взамен попрошу всего ничего…

Недослушав странный голос в своей голове, Василий, обезумевший от всего происходящего, сжал её ещё крепче руками и громко закричал:

– Да-а, я сог-ла-сен! На всё-ё сог-ла-сен!

– Ну что ж, ты сам выбрал, – уже спокойнее произнёс голос. – Теперь убей своего приятеля.

Василий открыл глаза. К его удивлению, он был абсолютно трезвый, словно совсем недавно не пил водку и не курил траву.

«Приснилось» – решил он и потёр руками глаза. – «Ну, само собой, приснилось. Под травой и не такое бывает, а тем более вперемежку с водярой».

Кривошеев повернул голову. Сложив руки крест-накрест на стол и положив на них голову лицом вниз, спал мертвецки пьяный Малой. Помимо собутыльника на столе также находились пустые водочные бутылки, два гранёных стакана, в полиэтиленовом пакете лежал последний недоеденный помидор, возле него стояла банка из-под шпрот, приспособленная под пепельницу, в ней находилось несколько смятых «штакетов» от папирос «Беломорканал» в которых ранее была забита анаша.

– Убей его! – в голове, словно раскат грома, раздался оглушительный крик. – Убей!

Схватив со стола нож, обезумевший Василий подбежал к спящему товарищу и начал наносить удары ему в спину. Кровь струйками стала сочиться из многочисленных ран.

– Молодец, – обрадовано заявил голос. – А теперь подожги дом! Пусть все думают, что это ты сгорел в пьяном угаре. Главное, когда будешь уходить, не забудь взять с собой стеклянный шар. Отныне ты должен беречь его больше собственной жизни. А уж о её безопасности позабочусь Я.

Василий взял шар, всё это время, лежавший на столе, аккуратно завернул его в какую-то тряпку и положил в спортивную сумку. Сверху накидал разной одежды. Обшарив карманы убитого им приятеля, вытащил из них ту часть денег, что после делёжки досталась Малому, и запихнул себе в карман. Выйдя тихонько во двор, дошёл до своих стареньких «Жигулей», открыл багажник, положил туда сумку и, забрав канистру с бензином, вернулся в дом.

Облив бензином труп своего бывшего приятеля, он стал плескать из канистры на стены, на стол, на стулья, на какой-то хлам, лежащий в углу. Когда канистра опустела, он взял из стопки старых газет, стоявшей возле печи, несколько штук и скрутил их в виде факела. Достав из кармана зажигалку, поджёг. Бумага вспыхнула жёлтым пламенем. Бросив факел в бензиновую лужу на полу, быстро вышел из дома.

На улице была глубокая ночь. Приятный тёплый ветерок дул откуда-то со стороны леса. Стрекотали сверчки. Где-то вдалеке крикнул филин, словно почуяв неладное. Кроваво-красная луна висела на чёрном небе.

Василий открыл дверь «Жигулей», ещё раз посмотрел в сторону своего дома, сплюнул и залез в салон. Повернув ключ в замке зажигания, выжал педаль сцепления, переключил рычаг коробки скоростей. Плавно отпустив сцепление, нажал на педаль газа. Старый железный конь фыркнул и тронулся с места.

Так как дом Кривошеева стоял на самом краю деревни, он, не привлекая к себе внимание (Не считая гула мотора автомобиля), с выключенными фарами, выехал на объездную дорогу, которая как раз проходила возле его дома.

Отъехав несколько десятков метров, в зеркало заднего вида, Василий увидел, как над домом поднялось чёрное облако дыма. А ещё через несколько мгновений весь дом объяло пламенем. Он включил фары и направил свой автомобиль, по просёлочной дороге, в сторону трассы.

Никакого сожаления о содеянном у Кривошеева не было. Никакие муки совести его не мучили. У него теперь есть тот, кто его оберегает. А с такой защитой ему ничего не страшно. Он может всё. Главное слушаться голос в голове.

ГЛАВА 2

Всё семейство Брянцевых: отец – Антон Валентинович, пухлый мужичёк с красным лицом, сорока лет отроду, держащий пару магазинчиков, торгующих продуктами питания; мать – Светлана Андреевна толстая дама с отвратительным вторым подбородком (В её-то тридцать шесть лет), домохозяйка, и пятнадцатилетняя дочка Катя, избалованная школьница, сидели за обеденным столом, завтракали, когда в дверь позвонили.

Выбравшись из-за стола, Светлана Андреевна, пыхтя, как какая-то старуха, пошла в прихожую открывать дверь. Открыв первую дверь, она, тяжело дыша, посмотрела в глазок. Тёмный силуэт мужчины стоял в ярком свете солнечных лучей.

– Кто? – громко спросила Светлана Андреевна.

– Светуль, это я Васятка, – ласково отозвался из-за двери мужской голос.

С минуту покопавшись дверным замком, женщина открыла дверь. На пороге стоял высокий мужчина в сером просаленном свитере и в чёрных джинсах. На ногах гостя были грязные ботинки. На плече висела спортивная сумка.

Осмотрев гостя, Светлана Андреевна скривила недовольное лицо.

– Гляньте-ка, кто это! – ехидно произнесла она.

– Здоров, сеструх, – улыбнувшись, сказал Василий.

– Чего припёрся?

– Мне бы несколько деньков перекантоваться, – заискивающе ответил Василий.

– Перекантоваться ему, – передразнила Светлана Андреевна. – А больше тебе ничего не надо?

– Ещё бы помыться, – промямлил Василий.

– Перекантоваться, помыться. Может тебе и стопочку налить? – издевательски сказала Светлана Андреевна.

– Если нальёшь, не откажусь, – Василий расплылся в улыбке обнажив жёлтые зубы.

– Не откажется он. Только кто ж тебе нальёт? – фыркнула Светлана Андреевна. – Ладно, проходи. Только ботинки свои тут под навесом оставь. У меня ковры.

– Так сопрут же, – хихикнул Василий.

– Кроме тебя, бандитов тут нет.

Кривошеев снял грязные ботинки. Поставил их возле двери. И зашёл внутрь.

Светлана Андреевна хоть и являлась сестрой Василия, но сводной. Ещё когда Василию было лет пятнадцать, его отец закрутил роман с коллегой по работе, одинокой женщиной, у которой была маленькая дочка Светочка, и, оставив семью, ушёл к ней. Где-то через год мать Василия умерла, и перед отцом встал выбор, либо отправить сына в детдом, либо забрать себе и потерпеть пару лет до его совершеннолетия. Как-никак всё же родная кровь. А затем выгнать его взашей на вольные хлеба. Он выбрал второй вариант.

Василий рос пареньком шебутным. Вечно попадал во всякие неприятности. Первый свой срок получил уже в семнадцать лет, за то, что у тётеньки в тёмном дворике, угрожая ножичком, снял золотые серьги. А тётенька та оказалась непростой, а женой какого-то шишки. Вот и получил он три годика.

Отец с новой женой иногда навещали его, не забыв прихватить и сводную сестрёнку. Светочке эти поезди очень-преочень не нравились. И с каждой поездкой она всё больше начинала ненавидеть Василия.

После первой отсидки Света всё реже и реже начала видеть сводного брата. У него уже началась своя взрослая жизнь. В которой появились ещё пара попаданий на зону. А у подросшей Светы, теперь уже Светланы Андреевны, своя. За время пока Василий отбывал наказания в местах не столь отдалённых, она обзавелась мужем и родила дочь. Отношения постепенно наладились. Ну, как наладились, просто, когда Василий был где-то далеко, она о нём не вспоминала. А когда приезжал, то не гнала с порога.

– Руки мой и проходи на кухню, – сказала Светлана Андреевна.

Поставив спортивную сумку в коридоре на пол, Василий прошёл в ванную, помыл руки и зашёл в кухню. Поздоровавшись с Антоном Валентиновичем за руку, подмигнув Кате, сел за стол. Светлана Андреевна поставила ему чистую тарелку.

– Какими судьбами? – обгладывая куриную косточку, обращаясь к Василию, поинтересовался Антон Валентинович.

– Да я так, проездом, – ответил Василий и положил себе в тарелку, из стоящей на столе кастрюли, несколько ложек картошки.

– А чего грязный такой? – продолжил расспрашивать незваного гостя Антон Валентинович.

– Да машина сломалась, пришлось чинить, – соврал Василий.

– Эту рухлядь вообще давно в чермет надо сдать, – влезла в разговор Светлана Андреевна. – В наше время только всякие нищеброды на отечественном автопроме ездят. Нормальные все давно уже на иномарки пересели. Мы вот с Антошей тоже джип купили.

– Угу, кучу бабок отвалили, – сказал Антон Валентинович и расплылся в улыбке, как Чеширский кот. – Вон он в гараже стоит, мой красавец.

– Мне в школе все девчонки завидуют, какая у нас тачка, – вдруг похвасталась Катя.

– Повезло тебе, Катюх, с родителями, – снова подмигнул ей Василий, а про себя подумал: «Не то, что мне».

Позавтракав, Василий принял ванну и переоделся в чистое. Точнее в то, что положил в свою сумку, перед тем, как уехать из дома в деревне. А снятую одежду, с разрешения Светланы Андреевны, закинул стираться в стиральную машину.

Антон Валентинович уехал по каким-то своим рабочим делам, Катя ушла гулять на улицу, дома остались только сводные родственники. Светлана Андреевна занималась чем-то в кухне, а Васили улёгся на мягкий диван и включил, висящий на стене, телевизор огромных размеров.

На первом канале шла какая-то программа про садоводов-огородников, где усатый мужик учил зрителей его передачи, как правильно ухаживать за клубникой, какое лучше использовать удобрение и в таком духе.

«Фигня какая-то», – подумал Василий и надавил на пульте кнопку с цифрой «два».

Телевизор моргнул и переключил канал. На экране появилась заставка программы «Патрульная служба региона» и мужской голос за кадром начал последовательно рассказывать о произошедших преступлениях за сутки на территории города и области.

Сюжет про ДТП с пострадавшими сменился сюжетом о пожаре. На экране телевизора стали показывать остатки обгоревшего дома. Василий сразу узнал свой бывший дом. Голос за кадром произнёс:

– Сегодня в деревне «Квакино» сгорел частный дом. В пожаре погиб один человек. Проводится проверка. По предварительным данным – хозяин дома уснул в алкогольном опьянении с непотушенной сигаретой.

Сюжет о пожаре сменился сюжетом о попытке кражи из магазина каких-то продуктов питания, где бравые охранники задержали воришку, молодого паренька.

«Не фартануло, – подумал про вора Василий. – Не то, что мне. Меня считают мёртвым, а значит, никто искать не будет».

– А чего это ты тут разлёгся? – войдя в комнату, поинтересовалась Светлана Андреевна. – И кстати, что за стеклянный шар у тебя в сумке лежит?

– Ты чё, по моим вещам шаришь? – возмутился Василий и вскочил с дивана.

– Я просто сумку хотела переставить, а этот шар выкатился из неё, – начала оправдываться Светлана Андреевна. – Но я его обратно положила.

– Сумка где? – рявкнул Василий.

– Там в прихожей, – испугано затараторила Светлана Андреевна и махнула рукой в сторону прихожей. – Там ещё какой-то старинный хлам. Откуда это у тебя?

– Тебя это не касается! – снова рявкнул Василий.

– Ты, что, кого-то ограбил?

Кривошеев, не ответив, быстрым шагом направился в сторону прихожей. Схватив сумку, расстегнул змейку и засунул руку внутрь. Шар был на месте. Он повернулся к сводной сестре и, сквозь зубы, злобно прошипел:

– Никогда, слышишь, никогда больше не трогай мои вещи.

Увидев лицо Василия, искажённое злобной гримасой и с каким-то нездоровым блеском в глазах, Светлана Андреевна в испуге сделала несколько шагов назад. Её ноги подкосились, и она практически рухнула в кожаное кресло.

– Вечером вернусь, – сказал Василий, оделся, прихватил сумку и хлопнув дверью, вышел из дома.

***

– Видишь, всё, как я и говорил, – добродушно сказал голос в голове. – Старуху никто не обнаружил, да и вряд ли её вообще кто-то станет искать. Такие, как она живут отшельниками и не часто контактируют с людьми. Трупом в сгоревшем доме считают тебя. Так что ты чист со всех сторон. А теперь отвези награбленное своему скупщику-барыге.

Василий переключил рычаг коробки передач и вдавил педаль газа. «Жигули» зарычали и тронулись с места. Попетляв по улицам города, автомобиль завернул в сторону узкой дороги с в хлам разбитым асфальтом. Медленно преодолел все неприятности дорожного полотна и остановился возле дощатого забора с облупившейся краской.

Нажав два раза коротко и один длинно на клаксон автомобиля, Василий вылез из салона на улицу и закурил. Через пару минут на крыльцо из дома за забором вышел ничем непримечательный мужчина. Он посмотрел по сторонам и махнул рукой тому, кто стоял возле калитки.

Непримечательного мужчину звали Борис Борисович Кольцевой. В узких кругах широко известен под кличкой Прачечник, а ещё как тот, кто может купить, или доставь всё, что угодно. Ходил слух, что однажды ему кто-то принёс драгоценности, но только он хотел расплатиться за них, как в дом ввалились палиционеры и прямо с порога потребовали выложить только что купленные им драгоценности. Прачечник сказал незваным гостям, что никакие драгоценности не покупал, а если господа с погонами не верят, то пусть поищут сами. Господа поискали, но ничего не нашли. Поискали ещё. Тот же итог. И озадаченные удалились. Как и куда Кольцевой умудрился спрятать те драгоценности, история умалчивает, но среди криминального мира у Бориса Борисовича прибавился авторитет.

Василий рукавом вытер пот со лба («Ну и жара сегодня», – подумал он), вынул из салона автомобиля спортивную сумку и, зайдя в калитку, по узкой песчаной дорожке зашагал в сторону стоящего на крыльце мужчины.

– Здравствуй, Боря, – подойдя к Кольцевому сказал Василий.

– Здравствуй, Вася, – ответил тот. – Каким ветром?

– Да вот барахлишко тебе привёз. Посмотришь?

– Отчего же не посмотреть. Пойдём в дом.

Они зашли в дом. Василий стал выкладывать из сумки на стол украденные у гадалки вещи. Он достал практически всё, когда Прачечник, заглянув в сумку, увидел шар и хитро произнёс:

– За весь хлам могу дать баксов триста. А вот за шар..

– Шар не продаётся, – резко ответил Василий.

– Ты подумай хорошенько, – спокойным голосом продолжил Кольцевой. – Тебе нужны деньги, мне нужен этот шар.

– Зачем он тебе? – удивился Кривошеев. – Он же недрагоценный.

– Для кого как, – барыга прищурил левый глаз. – Ну-ка, покажи.

Василий достал шар из сумки и поставил его на стол. Кольцевой нагнулся и стал рассматривать его. Осмотрев его со всех сторон, он тихо произнёс:

– Окулус Диаболи.

– И, что это значит? – Василий посмотрел озадаченно на Прачечника. – Ты что-то об этом знаешь?

– Ходит легенда, что в начале прошлого века, владельцем этого шара был Генрих Гиммлер, соратник Гитлера по партии, возглавлявший «СС» и занимавшийся созданием концлагерей. Заядлый оккультист. Неизвестно откуда он взялся у него, но, по легенде, шар всегда был с ним до самого последнего дня. До того дня, когда тот покончил жизнь самоубийством. С тех пор шар пропал, и никто его не видел.

– А откуда ты знаешь, что это именно тот шар? – продолжил удивляться Василий.

– Ко мне как-то обратился один коллекционер, помешанный на старинных оккультных предметах. Он дал точное описание этого шара. И очень просил, если появится, хоть какая-то информация о шаре, сообщить ему.

«Отныне ты должен беречь его больше собственной жизни», – вспомнил Кривошеев слова, сказанные Голосом у него в голове.

– Не надо никому сообщать, – заговорщицки сказал Василий и, забрав шар со стола, положил его обратно в спортивную сумку. – Давай деньги за весь этот хлам, и я пойду.

– Дело, конечно, твоё, – пожал плечами барыга. – Но ты же понимаешь, что коллекционеру мне всё равно придётся сообщить, так как задаток за информацию я уже взял. Мне лишние проблемы не нужны.

– Не надо никому сообщать, – повторил ещё раз Кривошеев и как-то злобно посмотрел на Кольцевого. – Бабло гони, и я отчаливаю!

– Сам посуди, коллекционер нормальные бабки готов отвалить за эту безделушку, – начал заискивать барыга. – Тебе надолго хватит, да и мне небольшой гешефт не помешает. Всем же хорошо.

«Отныне ты должен беречь его больше собственной жизни», – опять всплыли в памяти слова, сказанные Голосом.

– Деньги! – Кривошеев перешёл на крик.

– Ладно-ладно, – Кольцевой сделал несколько шагов назад. – Сейчас принесу.

Выйдя из комнаты, он достал телефон из кармана и набрал номер. Спустя пару гудков, в трубке послышался голос:

– Алло.

– Здравствуйте, это Борис Кольцевой, вы просили сообщить, если появится информация о шаре.

– Я вас слушаю, – прозвучал голос с лёгким немецким акцентом.

– У меня сейчас в гостях один знакомый. Этот шар у него, но он наотрез отказывается его прода…

Когда барыга вышел из комнаты, Василий, словно что-то почувствовав, на цыпочках подкрался к двери, за которой скрылся Прачечник и стал прислушиваться. Вот Кольцевой сделал несколько шагов по коридору, вот звук набора номера на телефоне…

«Ах, ты падла, всё-таки решил сообщить», – закипел от злобы Василий.

Резко открыв дверь, он выскочил в коридор. Подлетев к Кольцевому, схватил его двумя руками за голову…

– Нет! – рявкнул Голос в голове.

Но было уже поздно. Одним рывком Василий свернул барыге шею. Тот дёрнулся и обмяк. Телефон выпал из его руки.

– Алло, – раздался голос из трубки.

Кривошеев машинально поднял телефон и, выключив его, сунул в карман.

– Ты что натворил? Что, так понравилось убивать? – злобно прорычал Голос.

– Я просто…

– Ты должен делать только то, что Я тебе говорю! – раздражённо произнёс Голос. – Твоя инициатива может погубить всё дело.

– Прости, я не подумал.

– Ладно, но запомни, это первый и последний раз. А теперь спрячь труп и убирайся из дома.

Посмотрев по сторонам, Василий увидел в кухне прикрытый половиком люк в погреб. Отодвинув половик, он открыл люк. Снизу пахнуло сыростью. Взяв за ноги бездыханное тело Кольцевого, Василий подтащил его к люку и сбросил внутрь. Труп с гулким звуком ударился о пол. Люк закрывать не стал.

«Пусть все думают, что барыга оступился, когда спускался в погреб и упав сломал себе шею», – решил он.

Аккуратно осмотрев весь дом вдоль и поперёк, Кривошееву, как назло, удалось найти всего несколько тысяч долларов. Скорее всего, денег в доме было намного больше, но хитрый барыга умело спрятал их так, что найти больше Василию не удалось. Но счастье ему всё же улыбнулось. Помимо денег, в одном из ящиков он обнаружил пистолет и несколько пачек с патронами. Счастье было недолгим, так как пистолет оказался травматическим, хоть и выглядел один в один, как ПМ. По виду от боевого «Макарыча» его отличала лишь надпись ИЖ-79-9Т. А так, если не присматриваться, то никто не догадается, что пистолет не огнестрельный. Но кто станет присматриваться, когда на него наставят «ствол»? Никто. Никто никогда не станет это делать. На это и расчёт.

Положив всё найденное в свою спортивную сумку, Василий вышел из комнаты в коридор и направился к выходу. Открыв дверь, высунул голову, посмотрел по сторонам. Никого. Быстрым шагом, по узкой песчаной дорожке, направился к калитке. Выйдя на улицу, где стоял его автомобиль, он открыл водительскую дверь ключом, положил на соседнее сиденье сумку и сел за руль. Посмотрев ещё раз по сторонам, Василий завёл «Жигули» и медленно отъехал от дома Кольцевого.

ГЛАВА 3

Яркое майское солнце своим светом заливало всю спальню. Из приоткрытого окна доносилось переливистое пение птиц. Григорий Арнольдович Даммер (урождённый Готтфрид Даммер), худощавый мужчина пожилого возраста, сладко потянулся в своей постели. Открыв глаза, у него почему-то появилось такое ощущение, что сегодня произойдёт что-то важное. Он приподнял голову с подушки, и, левой рукой нащупав пульт от музыкального центра на прикроватной тумбочке, нажал на кнопку «Play». Из колонок полилась лёгкая классическая музыка.

Полежав ещё минут десять, понеживаясь под солнечными лучами, он встал, обул тапочки, накинул халат и проследовал в ванную комнату. Справив малую нужду, принял душ, почистил зубы и переместился в гостиную. Сев в мягкое кресло, он только взял со стола планшет, как открылась дверь и в помещение вошла молоденькая девушка в форме прислуги. В руках она держала поднос.

– Доброе утро, хозяин, – улыбнувшись, произнесла девушка. – Ваш чай Мате.

Даммер кивнул, не отрывая свой взор от планшета.

– Желаете что-то ещё, хозяин? – поинтересовалась она.

– Нет, – он мотнул головой. – Если понадобишься, позову.

Девушка поставила на стол поднос со светло-зелёным напитком в коричневом пузатом сосуде с трубочкой, называющийся «калебас», и вышла из гостиной.

Уже на протяжении долгих лет Григория Арнольдовича одолевало желание отыскать одну очень ценную для него вещь. Каждое утро он просматривал всевозможные сайты аукционов, объявлений о продажи всякой-всячины. Он даже закинул удочку скупщикам краденого, вдруг эта вещь появится у них. Но время шло, а поиски так и не сдвинулись ни на йоту. Иногда на него накатывала такая досада, что всё хотелось бросить, прекратить эти безрезультатные поиски, забыть. Но просыпаясь утром, он снова брал в руки планшет, и начиналось всё сначала.

Григорий Арнольдович взял с блестящего подноса сосуд и сделал небольшой глоток. По утрам он любил выпить этого сладковатого напитка с лёгкой горчинкой и травяным ароматом. Такая привычка осталось у него ещё с тех времён, когда он с родителями проживал в Аргентине. После капитуляции Германии, его отец, как и тысячи нацистов, сбежал в эту страну, так как его правительство открыто сочувствовало им и критиковало решение Нюрнбергского процесса. Там он обзавёлся семьёй, где впоследствии у пары родился сын, которому дали имя Готтфрид.

На смертном одре отец поведал юному Готтфриду о шаре именуемым «Окулус Диаболи» или же проще говоря «Глаз Дьявола». Последним известным его обладателем был Генрих Гиммлер. Он никогда с ним не расставался. А прямо перед его смертью шар загадочным образом пропал. Отец долгое время пытался найти этот шар, но всё оказалось безрезультатным. Его последней желанием стало чтобы сын отыскал «Глаз дьявола» и ещё кое-какие древние артефакты. Тогда Готтфриду откроется невероятная неведомая сила «Врил».

После смерти отца Готтфриду досталось всё его состояние (Сбежав тот, прихватил с собой ценные бумаги на предъявителя со счетов в разных офшорных банках, где хранились огромные накопления верхушки нацистов), которое юноша стал тратить на поиски заветного шара, а параллельно с этим начал всё больше и больше втягиваться в оккультизм.

В начале девяностых, когда железный занавес окончательно рухнул и в бывшей могучей империи стал твориться бардак, а в страну друг за другом потянулись всякие маги, целители и проповедники, какая-то неведомая сила занесла туда и Готтфрида. В одном из уездных городов, за смешные деньги, он выкупил старинную усадьбу, отремонтировал её и поселился в там. Постепенно выучил русский язык, но от лёгкого акцента так и не смог избавиться. Всех же новых знакомых, чтобы они не ломали язык, стал просить называть его не Готфридом, а Григорием, в честь одного из самых таинственных, спорных и зловещих персонажей в истории Руси, о котором много читал в разной литературе и на кого так хотел быть похожим.

Постепенно Григорию Арнольдовичу удалось приобрести приличные связи. В чём скорее была не его заслуга, а поспособствовали его деньги. За долгие годы поиска у него скопилось огромное количество различных артефактов, связанных с оккультизмом, и в узких кругах он стал широко известным коллекционером. Изредка он даже проводил закрытые выставки своих экспонатов, но только для «особо посвящённых».

Допив чай и поставив обратно на поднос пузатый сосуд, Григорий Арнольдович открыл на планшете очередной сайт, на экране появились картинки с предлагаемым товаром, его описанием и ценой. Пролистав весь список до конца, он положил планшет на стол и откинулся на спинку кресла.

«Опять ничего», – расстроено подумал он. – «Видимо ощущение меня подвело».

Встав с кресла, Григорий Арнольдович подошёл к большой картине, обрамлённой золочёной резной рамой, висевшей на стене, на которой был изображён Бафомет (Загадочное андрогинное существо с головой козла с факелом между рогов, телом женщины, парой крыльев, с копытами вместо ног и, поднятой правой рукой и опущенной левой). Посмотрев на картину, он произнёс:

– Я обязательно отыщу этот шар, и тогда ты одаришь меня силой. Неограниченной силой и властью.

Постояв ещё немного возле картины, он взял с подноса «калебас» и вышел на балкон. Отпив чуть горьковатый напиток, он окинул взором территорию усадьбы.

Солнце сегодня жарило так, словно хотело сжечь всё до чего могло дотянуться. Садовник Азиз, узбек неопределённых лет, одетый в темно-синий комбинезон и плетёную соломенную шляпу, не обращая внимания на жару (видимо привык к ней у себя на родине) ловко подстригал секаторами ветки на кустарнике. Из нескольких крутящихся автоматических оросителей на газон тонкими струйками лилась вода. Некоторые брызги, попадая на дорогу, выложенную тротуарной плиткой, под лучами палящего солнца мгновенно высыхали.

Находиться долго на такой жаре у Григория Арнольдовича не было никакого желания, и он вернулся обратно в прохладную гостиную. Лежавший на столе сотовый телефон с логотипом надкусанного яблока внезапно зазвонил. Григорий Арнольдович быстрым шагом подошёл к столу, поставил «калебас» на поднос и, взяв телефон, поднёс к уху.

– Алло, – произнёс Даммер.

– Здравствуйте, – заговорил голос в трубке. – Это Борис Кольцевой, вы просили сообщить, если появится информация о шаре.

– Я вас слушаю.

– У меня сейчас в гостях один знакомый. Этот шар у него, но он отказывается его прода…

Внезапно речь в телефоне оборвалась, и послышались какие-то шорохи, а потом звук от удара или падения.

– Алло, – снова произнёс Даммер.

Вместо ответа Григорий Арнольдович услышал, как абонент на том конце отключил соединение. Он попробовал перезвонить, но из динамика раздался приятный женский голос: «В настоящее время абонент не может ответить на ваш звонок». Даммер попытался ещё несколько раз дозвониться, но всякий раз слышал одну и туже фразу.

«Странно», – подумал Даммер. – «Очень странно. Сам позвонил и сам, почему-то, резко передумал. Или произошло что-то плохое? Надо бы это выяснить».

Поискав в книжке телефона нужный номер, он нажал на кнопку вызова. В трубке зазвучали гудки. Спустя несколько гудков раздался хрипловатый запыхавшийся голос:

– Слушаю.

– Здравствуйте, Мишенька, – ласково произнёс Даммер, – это Григорий Арнольдович. У меня к вам есть кое-какая просьба.

***

Михаил Харитонович Басов, начальник городского отдела полиции, лысый, пузатый мужичёк среднего роста, чуть старше сорока, истекая потом, пыхтя, ввалился в свой кабинет. Бросив фуражку на стол, он из графина налил стакан воды, чуть не расплескав, плюхнулся в кожаное кресло, расстегнул верхнюю пуговицу на форменной рубашке и, взяв пульт, включил кондиционер. Белая прямоугольная коробочка издала писк и из неё полилась такая приятная вожделенная прохлада. Он растянулся в кресле и жадно выпил воду из стакана.

«Фу, тёплая», – подумал он. – «Срочно нужна холодная».

– Люба! – попытался крикнуть Михаил Харитонович, но вместо крика издал лишь еле слышный сип.

От этой жары, да и не только от неё, а ещё и от сильнейшего похмелья в горле была полнейшая засуха. Голова раскалывалась. Зачем он вчера так напился? Ведь уже совсем не мальчик, в таком-то возрасте должен же знать меру. Но как было отказаться, когда сам прокурор города пригласил его, начальников ГИБДД и МЧС, и ещё пару человек из администрации (если бы мэр не уехал куда-то по делам, пригласил бы и его), на свой день рождения. В хорошей компании под отличную закуску водочка льётся рекой, а мозг отключается. Остановиться в такой обстановке совершенно невозможно. Они и не остановились. После попойки в ресторане вся компания переместилась в один из элитных банных комплексов, где к ним присоединились не менее элитные (по цене уж точно) нимфы с пониженной социальной ответственностью. Всю ночь они пили, и чёрти чем с ними занимались. Лишь только под утро Михаил Харитонович добрался до своего дома. Дойдя по стенке до кровати, он упал на неё в беспамятстве.

Очнулся он, примерно, в обед от сильной головной боли и подкатившей к горлу тошноты. Дома никого кроме него не было.

«Хорошо, хоть никого домой не притащил», – подумал он. – «А главное, хорошо, что вовремя отправил свою на юга. Ленка сказала, что ещё одна моя пьянка, и она меня закодирует, или ещё чего похуже, нашлёт какое-нибудь проклятие. Чёртова баба».

Найдя в аптечке пачку «Аспирина», Михаил Харитонович трясущимися руками выковырял таблетку, запил прямо из чайника и, с трудом спустившись по лестнице, вышел во двор своего двухэтажного коттеджа. Сел в чёрный BMW и поехал в сторону отдела.

– Люба! – собрав всю силу, крикнул Басов.

Дверь кабинета открылась и внутрь зашла худенькая молодая девушка в полицейской форме с погонами лейтенанта.

– Вызывали, товарищ полковник?

– Принеси холодной воды и «Аспирин», что-то выпитый ни хрена не помогает, – тяжело дыша, произнёс он.

– Да вы что, товарищ полковник, «Аспирин» нельзя часто принимать, интервал должен быть не менее четырёх часов, – забеспокоилась лейтенант Люба.

– Ты меня ещё поучи, – буркнул полковник. – Неси тогда хоть воды, а то твой любимый начальник сейчас дуба даст.

Михаилу Харитоновичу хотелось, конечно, не воды, а пива. Холодного пива. Но пить в обед на работе он опасался. Вдруг из областной столицы нагрянет какая-нибудь проверка, а он тут распивает. И полетят тогда погоны, а за ними и сладкая жизнь начальника в одно известное бездонное место.

Девушка вышла из кабинета. Спустя минут пять-десять, постучав в дверь начальника и спросив разрешение, вошла Люба, держа в руках две запотевшие полуторалитровые бутылки воды. Поставив их на стол, она открыла одну и, взяв стакан, наполнила его почти до краёв.

Схватив стакан, Михаил Харитонович, словно путник, ползший несколько дней по пустыне, жадно вцепился и начал громко, глотая пить воду. Выпив практически залпом стакан, он сам налил ещё один и махнул рукой лейтенантше, показывая, что та может идти. Что она и сделала.

Допив очередной стакан, полковник поставил его на стол и повернулся, сидя на кресле, в сторону кондиционера. Неожиданно в кармане штанов зазвонил мобильник. Кряхтя, Михаил Харитонович, достал телефон и прислонил к уху.

– Слушаю.

– Здравствуйте, Мишенька, – в трубке ласково прозвучал голос с лёгким немецким акцентом, – это Григорий Арнольдович. У меня к вам есть кое-какая просьба.

– Здравствуйте, Григорий Арнольдович, – полковник, вытер со лба испарину и, почему-то, встал с кресла. – Какая просьба?

– Давайте встретимся где-нибудь в безлюдном месте, и я всё вам объясню.

– Обязательно в безлюдном?

– Чем меньше нас видят вместе, тем лучше для всех. Сейчас много всяких недоброжелателей. Вам же проблемы не нужны?

– Не нужны, – словно оправдываясь, пробубнил полковник.

– Вот и я о том же. Так что давайте часика через полтора подъезжайте к выезду на старую объездную дорогу.

– Ладно, – выдавил из себя Михаил Харитонович и, выключив телефон, положил его на стол.

В такую жару покидать прохладное помещение совершенно не было никакого желания. Но и не приехать на встречу с этим уважаемым человеком, он тоже не мог. С такими людьми надо дружить и иногда выполнять их маленькие просьбы. Кто знает, может и они когда-нибудь чем-нибудь помогут. Ведь в нашей стране связи решают всё. А ещё Михаил Харитонович почему-то побаивался этого человека. В его присутствии полковнику, целому начальнику отдела, становилось как-то не по себе.

Года три назад Елена, благоверная Михаил Харитонович, домохозяйка тридцати двух лет отроду, забеременела, но так уж вышло, случился выкидыш. К тому же она узнала, что больше не сможет иметь детей. Так в один момент из жизнерадостной, вечно строящей планы, Елена превратилась в замкнутую, амёбообразную особу, которую ничто в этой жизни больше уже не интересовало.

Целыми днями, она стала просиживать за телевизором, переключая с канала на канал и смотреть всевозможные мыльные оперы. Пока как-то случайно не наткнулась на передачу, где какая-то гадалка, отвечая на звонок очередной дозвонившейся в прямой эфир женщине, сообщила той, что её кто-то сглазил. Сделав несколько пасов руками, позакатывав глаза и что-то пошептав, гадалка сказала, что сглаз снят и теперь женщине ничего не угрожает. Елену это так впечатлило, что с тех пор вместо сериалов она запоями стала смотреть всевозможные передачи про магов, экстрасенсов, колдунов и прочих медиумов, которые с помощью своего дара могут подключаться к тонким мирам.

Постепенно она вернулась к нормальной жизни. Начала выходить на улицу, завела новые знакомства. Михаилу Харитоновичу они не нравились, но поделать он ничего не мог.

Как-то на одной из выставок, на которую Елена попала по рекомендации новой подруги (такой же помешанной на эзотерике), она познакомилась с импозантным мужчиной с лёгким немецким акцентом. Нового знакомого звали Григорием Арнольдовичем. Как оказалось, позднее, он являлся коллекционером, который и проводил выставку собственных экспонатов. Господин Даммер увлечённо рассказывал про каждый, а в конце раздал некоторым приглашение на закрытый спиритический сеанс. В число приглашённых попала и Елена, чему была безмерно рада.

С тех пор, где-то раз в месяц она стала приезжать в особняк коллекционера на эти сеансы. Елена даже однажды затащила на них мужа, пытаясь пристрастить того к своему увлечению, где познакомила его с господином Даммером. Но к её сожалению, супругу её увлечения оказались неинтересны. И она оставила эту затею.

Постепенно, под влиянием Даммера, Елена стала увлекаться оккультизмом. Дома начали появляться книги авторства Кроули, ЛаВея, Блаватской и прочих, которыми суженая зачитывалась до одурения. Михаилу Харитоновичу всё это конечно не нравилось, но он смирился, решив, что уж пусть будет лучше так, чем дома опять начнутся скандалы из-за всяких пустяков.

Кабинет начальника полиции заполняла прохлада, создаваемая кондиционером. Боль в голове постепенно прошла так же, как и сухость во рту. В стоящей на столе полуторалитровой пластиковой бутылке воды было почти на донышке. Полковник посмотрел на бутылку, поморщился и тяжело выдохнул. Посмотрел на часы. До встречи оставалось около двадцати минут.

Встав с кресла, Михаил Харитонович взял со стола фуражку и, держа её в руках, вышел из кабинета. Лейтенантша-секретарша Люба, что-то разглядывающая на мониторе компьютера, увидев начальника, вскочила с места и вытянулась по струнке.

– Я уехал по делам, – буркнул Басов и, переваливаясь с ноги на ногу, направился к выходу.

Люба хотела что-то сказать, но растерявшись, просто стояла и хлопала ресницами. Когда дверь за полковником с грохотом закрылась, она села обратно за своё рабочее место и снова уткнулась в экран монитора.

Михаил Харитонович спустился по лестнице, прошёл по коридору и, махнув рукой вскочившему дежурному в окошке с надписью «Дежурная часть», вышел на улицу. Солнце по-прежнему продолжало нещадно палить. Сев в душный салон своего BMW, он включил зажигание и в панели под магнилой вдавил четвёртую снизу кнопку. Послышался лёгкий гул вентиляторов климат-контроля и подул прохладный воздух. Переключив рычаг автоматической коробки передач с «N» на «D», он надавил на педаль газа и выехал с территории отдела.

Неожиданно очень захотелось есть. Да так, что аж начало сводить живот. Но времени, чтоб заехать в какой-нибудь ресторан и пообедать, уже не было. Значит нужно по-быстрому отделаться от этого коллекционера и где-нибудь нормально поесть.

Как назло, впереди светофор переключился на «красный». Терять драгоценное время абсолютно не хотелось, но не проезжать же в наглую? Поэтому пришлось остановиться и дождаться разрешающего сигнала. Чтобы хоть как-то отвлечься от желания поесть, он на руле прибавил громкость радиоприёмника. Из динамиков запела какая-то модная молодёжная певичка. Кто такая полковнику было неизвестно. Но припев песни был довольно цепляющим.

Лишь на светофоре загорелся «зелёный», чёрный BMW рванул с места и, обгоняя еле плетущиеся попутные автомобили, помчался в сторону старой объездной дороги.

***

Подъезжая к нужному месту, ещё из далека Михаил Харитонович заприметил чёрную Audi последней модели с тремя шестёрками в номере. Остановив своего немецкого железного коня рядом с его земляком, он, чертыхаясь, вылез из салона и отрыв дверь в соседней машине присел на сидение рядом с водителем.

– Здравствуйте, Мишенька. Что-то вы опаздываете, – хитро улыбнулся водитель Audi.

– Так служба государева, – обдав перегаром собеседника, попытался оправдаться полковник.

– Понимаю, – чуть сморщив нос, ответил тот. – Что-то давненько ваша Елена ко мне не приезжала, не случилось ли что?

– Да она на юг укатила, на днях должна вернуться, – сказал Михаил Харитонович и у него громко заурчал живот.

– Ах, вот оно что. Вы уж простите, что отвлекаю вас от службы, но сегодня у меня состоялся странный разговор. Мне позвонил один из моих знакомых, но разговор как-то внезапно оборвался. Я попытался ему дозвониться, но он почему-то больше не берёт трубку.

– Если не секрет, о ком идёт речь? – поинтересовался полковник.

– Да вы, скорее всего, должны его знать, – улыбнулся Даммер. – Это Борис Кольцевой.

– Прачечник? – удивился Михаил Харитонович. – А вы-то его, откуда знаете?

– Ну, скажем так, он иногда предлагал мне редкие экспонаты.

– Ворованные? – непонятно почему вырвалось у полковника.

– Ну, почему же сразу ворованные? – снова улыбнулся Даммер. – Например, у кого-то умирает пожилой родственник, остаются какие-то старинные вещи. На первый взгляд какой-то хлам, который можно выкинуть на свалку. Но ещё есть вариант отнести его скупщику. Тот посмотрит, оценит и, возможно, повторюсь, возможно, предложит неплохую цену.

– Ну-ну, – пробубнил полковник, и у него опять заурчало в животе.

– Так что, поможете?

– Попробую.

Полковник вылез из салона Audi на улицу, достал из кармана мобильник и набрал номер. Через несколько гудков в трубке раздался голос:

– Слушаю.

– Слушать ты будешь радио на гражданке, когда я тебя уволю! – рявкнул в трубку Михаил Харитонович. – Представляться не учили?

– Прошу прощения, товарищ полковник. Дежурная часть, старший лейтенант Соколов, – выпалил голос на том конце.

– То-то же, – чуть сбавив обороты, произнёс начальник. – Короче, старлей, глянь-ка какой экипаж у нас по близости к улице Халтурина, пусть в двадцать пятый дом заедут, проверят всё ли с хозяином в порядке. А то граждане беспокоятся. Как проверят, доложишь мне результат.

– Есть, товарищ полковник, – ответил «выдрессированный» дежурный.

– Есть на жо… – внезапно Михаил Харитонович осёкся и не договорив крылатую фразу выключил телефон.

Подойдя к водительской двери Audi, он тихонько постучал по стеклу, окно плавно опустилось.

– Экипаж сейчас отправят по адресу, как появится какая-то информация, я вам позвоню. А теперь извините, мне пора. Служба.

– Спасибо, Мишенька. Очень буду ждать вашего звонка.

Попрощавшись, полковник быстрым шагом обошёл Audi и сел в свой BMW. Живот от голода уже начинало сводить.

«Срочно надо поесть», – подумал он. – «Где тут ближайший приличный ресторан»?

***

– Четыреста двадцать шестой – Козлово! Четыреста двадцать шестой – Козлово! Приём! – затрещала рация в полицейском УАЗике. – Четыреста двадцать шестой – Козлово! Приём!

Сержант полиции, сидевший на лавочке, на которую падала тень от большого дерева, откусил от стаканчика с мороженым кусок и, встав, неспешно направился к автомобилю.

– Четыреста двадцать шестой – Козлово! Приём! – не унималась рация.

Открыв дверь УАЗика, сержант взял висевшую на панели рацию и лениво произнёс:

– Козлово – Четыреста двадцать шестой! Мы на обеде.

– Знаю. Парни, как отобедаете, сгоняйте на адресок – Халтурина двадцать пять. Гляньте, всё ли в порядке с хозяином дома. А то граждане волнуются. Результатик потом мне сообщите. Хорошо?

– Хорошо, – сказал сержант и повесил рацию обратно на панель.

Откусив снова мороженое, он толкнул спящего на водительском сиденье напарника.

– Серёг, подъём.

– Чего? – протянул младший сержант, повернулся на спину и открыл глаза.

– Ну, ты и давить на массу. Дежурный нам оборался. Как ты вообще на такой жаре можешь спать?

– Вот у тебя ребёнок родится, я тогда посмотрю, как тебе в любую свободную минуту не будет хотеться спать, – пробубнил Сергей.

Младший сержант вылез из УАЗика на улицу и, покрутил туловищем влево и вправо, разминая затёкшие мышцы. Достав из нагрудного кармана пачку сигарет и зажигалку, прикурил. Сел обратно на водительское сиденье и, выпустив струю дыма в открытое окно, спросил:

– Чего дежурный-то хотел?

– Хотел, чтобы мы съездили на Халтурина двадцать пять, проверили всё ли в порядке с хозяином дома, – ответил сержант и запихнул в рот остатки от стаканчика с мороженым.

– А полы ему дома не помыть? – возмутился младший сержант. – Делать больше нечего. Это вообще не наша работа, а участковых. Да и вообще, мы на обеде.

– Ладно, не бухти, – улыбнулся сержант. – Поехали, глянем.

УАЗик с рёвом тронулся с места. Через несколько минут, экипаж ППС свернув с главной въехал в частный сектор на узкую дорогу с в хлам разбитым асфальтом. Проехав вдоль нескольких деревянных домов, остановился возле калитки дощатого забора с облупившейся краской. Полицейские вылезли из «бобика» и, открыв калитку, по узкой песчаной дорожке направились в сторону дома с крыльцом.

– Хозяева! Есть кто дома? – крикнул сержант.

Ответа не последовало.

Подойдя к крыльцу, младший сержант костяшкой указательного пальца постучал в окно и тоже крикнул:

– Ау, живые есть?

Опять никто не ответил.

Переглянувшись, полицейские, молча, одновременно вытащили своё табельное оружие и привели его в боевую готовность. Осторожно ступая по ступенькам, поднялись на крыльцо. Сержант, шедший первым, толкнул дверь. Она была не заперта. Держа оружие наготове, соблюдая меры предосторожности, они зашли внутрь дома.

В коридоре сержант указал жестом напарнику, чтоб тот шёл в комнату, а сам проследовал в кухню. Завернув за угол, он увидел открытый люк в полу. Подойдя поближе и заглянув в него, обнаружил там лежащее на полу тело мужчины в неестественной позе.

– Серёга! – позвал своего напарника сержант. – Иди сюда!

Младший сержант зашёл в кухню и остановился в дверном проёме.

– Чё, такое?

– Тут, похоже, жмур, – сержант указал напарнику на люк. – Надо в дежурку сообщать.

– Точно жмур? – засомневался младший сержант. – Ты пульс проверял?

– Нет, но, если так хочется, сам слазай и проверь, – фыркнул сержант.

Младший сержант убрал пистолет в кобуру и, осторожно наступая на ступеньки лестницы, спустился в погреб. Достал из кармана маленький фонарик и посветил на лежащего мужчину. Голова того была неестественно повёрнута. Проверять пульс смысла уже не было.

– Звони в дежурку, – крикнул он из погреба. – Пусть группу сюда направляют. Хрен его знает, сам он упал или ему помогли.

– Ладно, ща, – отозвался сержант, доставая из нагрудного кармана серой формы мобильник. – Только ты там не усни.

– Ага, заснёшь тут, – посмотрев по сторонам, словно оправдываясь, сказал младший сержант, а потом подумав добавил: – Хотя тут прохладненько.

***

Михаил Харитонович ловко отрезал от большого свежеприготовленного ароматного куска стейка кусочек поменьше, макнул его в соус и отправил в рот. Вкус был великолепный. Либо шеф-повар этого ресторана и вправду знал своё дело, либо голодному полковнику, да ещё и с бодуна, сейчас хоть подошву от ботинка можно было пожарить, и ту бы съел с удовольствием.

Прожевав нежное сочное мясо, он подцепил из салата вилкой дольку помидорины и только собрался съесть, как в кармане зазвоним мобильный.

«Кому это я, чёрт возьми, понадобился? Поесть спокойно не дадут», – выругался про себя Михаил Харитонович.

Положив вилку с помидориной на тарелку, он, вытерев салфеткой рот и достав телефон, произнёс:

– Да.

– Товарищ полковник, дежурный, старший лейтенант Соколов. Вы просили проверить адрес. ППСники проверили и обнаружили там труп. Криминальный он или нет пока непонятно. Группу я туда уже направил, – отрапортовал голос в трубке.

– Понятно, – задумчиво протянул полковник. – Как появится какая-то подробная информация, сразу докладывай мне, старлей. Всё ясно?

– Так точно, товарищ полковник! – ответил дежурный.

Михаил Харитонович положил телефон на стол и отрезал от стейка кусок. Прожевав его, он отхлебнул из стакана свежевыжатый апельсиновый сок. Организм постепенно оживал. Тело наполнялось энергией. А в мутной голове начали рождаться мысли.

«Позвонить сейчас коллекционеру и рассказать имеющуюся информацию? Или же дождаться результата группы? Вдруг появятся какие-то подробности? А там уже будет видно, что стоит ему говорить, а что нет? Хрен с ним, подождёт», – решил полковник, и принялся доедать, начинавший уже остывать, стейк.

Пообедав в ресторане, Михаил Харитонович вернулся в отдел и занялся текущей работой. Где-то через час снова позвонил дежурный и доложил, что группа вернулась с осмотра. По предварительным данным причиной смерти хозяина дома стало его падение в открытый люк, где, ударившись о пол, он сломал шейные позвонки. Никаких явных признаков насильственной смерти не выявлено. Обстановка в доме не нарушена.

Выслушав дежурного, полковник достал из кармана мобильный и набрал нужный номер. Спустя несколько гудков на том конце мужской голос тихо произнёс:

– Я вас слушаю.

– Тот, о ком вы просили узнать, сегодня умер, случайно упав в открытый люк погреба, – полушёпотом произнёс Михаил Харитонович.

– Понял. Спасибо, – сказал собеседник и в трубке послышались гудки.

Убрав мобильник обратно в карман, он вернулся к своей непосредственной работе. Когда же на часах, висящих над дверью кабинета, стрелки вытянулись в одну линию между цифрами двенадцать и шесть, Басов убрал документы в ящик стола и, потерев ладонями, хитро произнёс:

– А теперь можно и по пивку.

Встав из-за стола, он взял фуражку и вышел из кабинета. Лейтенант Люба, опять таращившаяся в монитор компьютера, вскочила и встала по стойке «смирно».

– Вольно, лейтенант, – подмигнул он подчинённой. – Рабочий день закончился. Я домой.

– Хорошего вечера, товарищ полковник, – сказала Люба в след уже выходящему за дверь начальнику.

Заехав по пути в магазин, Михаил Харитонович прикупил на вечер еды, не забыв прихватить упаковочку из шести бутылок пива. Проезжая по улице в сторону своего дома, с обеих сторон которой, словно красуясь друг перед другом, располагались двух, а то и трёхэтажные коттеджи с балконами, колоннами, лепниной (среди обычного населения этот район назывался «Долина нищих»), Михаил Харитонович заметил возле одного из них припаркованные старенькие красные «Жигули».

«Странно», – подумал он. – «Дом вроде нормальный такой, а ездят на каком-то „чермете“. Хотя, может, это и не хозяев машина, а каких-нибудь работяг, которые делают там ремонт. Вот это как раз более правдоподобно. Трудовая машина для рабочего класса. А, впрочем, мне-то какое дело? Пусть на чём хотят на том и ездят».

ГЛАВА 4

За окном вечерело. Палящее солнце медленно уходило за горизонт. Катя Брянцева сидела в гостиной, забравшись с ногами на диван. Из ушей торчали маленькие белые наушники. Она что увлечённо смотрела на экране мобильного телефона. Периодически выражение её лица менялось с недоумевающего на удивляющееся. Иногда она даже полушёпотом произносила фразы типа «Кринж», «Жесть», «Крипота» и «Пушка».

Василий спустился по лестнице и прошёл в гостиную. Присев на диван рядом с Катей, спросил:

– Чего смотришь?

– Что? – переспросила Катя, вытащив один наушник.

– Я говорю, что смотришь?

– Да, так. Нашу местную блогерку. Она рассказывает про городскую элиту и раскрывает их тайны.

– И как? Интересно?

– Да, ваще улёт. Она сегодня выложила новый выпуск про то, как наш прокурор и ещё какие-то шишки в бане отвисают.

– Ничего себе, – удивился Василий.

– А прошлый её выпуск был про сатанистов, – воодушевлённо сказала Катя. – Она ваще топ.

– А ну-ка, покажи.

Катя вынула из уха второй наушник и вместе с тем, который уже держала в руке, отдала Василию. Он вставил их себе в уши. Катя нажала пальцем на экран телефона и передала его Василию.

На экране телефона появилась заставка и заиграла тревожная музыка. Потом появился силуэт человека, но свет был выставлен так, что его лица не было видно. Измененный, с помощью компьютерной программы, голос произнёс:

– Привет всем подписчикам моего канала. С вами Маша-раскрываша. По понятным причинам я не показываю своего лица. Сегодня я раскрою вам очередную тайну нашего города. Но перед этим, как всегда небольшая рекламная интеграция.

Как только на экране появилась заставка с надписью: «Реклама», Василий нажал на паузу и, посмотрев на Катю, спросил:

– Слушай, а как тут перемотать рекламу?

Катя взяла телефон, куда-то потыкала пальцем в экране и вернула Василию. Он отжал паузу и видео продолжилось.

– Все вы, скорее всего, знаете кто такие сатанисты. Но знаете ли вы, что у нас в городе они тоже есть? И это не какие-то подростки, которые тусуются на кладбище, а вполне взрослые и довольно состоятельные люди. И сейчас я покажу вам эксклюзивные кадры, которые попали ко мне в руки, с одной из таких чёрных месс этих дьяволопоклонников.

На экране, вместо ведущей, появилась съёмка трясущейся скрытой камерой. Несколько человек в чёрных балахонах, скрывающие лица под масками, на фоне нарисованной на стене пентаграммы, освещаемой чёрными свечами, склонились перед алтарем, на котором лежала абсолютно голая девушка, лицо её также было скрыто под маской. Рядом с ней перед стойкой, на которой лежала какая-то книга, стоял ещё один человек в чёрном балахоне и маске в виде черепа. В одной руке он держал какой-то кубок, в другой же меч. Он что-то говорил, но из-за плохого качества записи, что именно, разобрать было невозможно. Единственное, что удалось услышать, это когда все хором произнесли слова: «Шемхамфораш! Да здравствует Сатана!» и потом прозвучал удар в гонг. Те, кто были одеты в балахоны, отпили по очереди из кубка, произнесли ещё раз восхваления Сатане и снова прозвучал удар в гонг. Тот, что был в маске с черепом, поднял руки вверх и что-то произнёс. Все остальные сбросили свои чёрные балахоны, оставшись абсолютно голыми. Среди них были как мужчины, так и женщины.

Внезапно камера затряслась ещё сильнее, и картинка опять сменилась на силуэт ведущей. Измененный голос произнёс:

– Вот такие вот граждане проживают у нас в городе. А на этом всё. Выводы делайте сами. Если вам понравился данный выпуск, ставьте палец вверх, кто ещё не подписался – подписывайтесь. И гоу в комменты, писать своё мнение об увиденном.

Василий вынул наушники из ушей и посмотрел на Катю.

– Жесть, да? – сказала она.

– Угу, – кивнул головой Кривошеев. – И это у вас в городе?

– Ага, какая жесть в городе происходит, Машка об этом сразу видос снимает. Она вообще топ.

– Понятно, – задумчиво протянул Василий и отдал Кате наушники.

***

На чёрном бездонном небе светила яркая полная луна. Туман белой пеленой стелился под ногами. Лёгкий ветерок шуршал листвой редких деревьев и кустарника. Он медленно брёл по песчаной дорожке. По обеим её сторонам друг за другом вдаль возвышались могильные плиты. Дойдя до конца дорожки, он почему-то остановился возле свежей могилы. Будто бы какая-то неведомая сила остановила его тут. В насыпной ровный прямоугольник из песка была воткнула табличка с написанной на ней белой краской надписью: «Зоя Леонидовна Овчаренко». А ниже дата смерти. Даты рождения указано не было. Никакой фотографии или венков, а, что самое странное креста (как это принято), также не было.

Внезапно туман рассеялся, а весь окружающий шум, и до этого еле слышный, стих. Наступила какая-то гробовая тишина. Абсолютная тишина. И тут, откуда ни возьмись, крупными каплями пошёл дождь и подул ветер. Он уже хотел повернуться и скорее бежать, чтобы где-нибудь укрыться от дождя, как заметил, что табличка на могиле пошатнулась.

«От ветра», – подумал, а точнее, попытался убедить он себя.

На песке от дождя начала скапливаться лужа. Но почему-то он не впитывал воду. Хотя должен был. Лужа как-то быстро стала увеличиваться, постепенно скрывая в себе табличку с надписью. Словно засасывая её в себя. Где-то, почти над головой, раздался раскатистый грохот грома, от которого зазвенело в ушах, и молния ударила точно в могилу. От неожиданности, он даже присел на корточки.

Он попытался подняться, но ноги не разгибались. Покачнувшись, он чуть не упал в лужу, образовавшуюся возле могилы. Уперевшись одной рукой в землю, он ещё раз попытался подняться. Неожиданно рука соскользнула, и он всё же упал в лужу. Упал прямо лицом вперёд.

Подняв голову из лужи, сквозь стекающую грязную воду со лба, он увидел, что песчаный холм провалился. Вода стала заполнять провал. Из него показался гроб, который медленно начал всплывать. Падающие капли барабанили по его крышке. Словно в каком-то старом фильме ужасов, который он видел когда-то в молодости, внезапно, крышка гроба отлетела и из него начала подниматься покойница. Когда же она наполовину поднялась, лунный свет осветил её бледно-серое лицо. Ему оно показалось довольно знакомым.

«Так это же та бабка, из дома которой я забрал шар», – будто вспышкой в мозгу мелькнула у него мысль.

Как только он, поскальзываясь в грязи, с трудом смог подняться, покойница потянулась своими дряхлыми руками в его сторону и закричала:

– Верни моё! Верни моё! Верни моё!

От увиденного, он попятился назад. Но сделав всего пару шагов, оступился и снова упал в лужу.

– Верни моё! – продолжала кричать покойница.

Вода, заполнив могилу полностью, вытолкнула гроб и он, покачиваясь, как лодка на волнах, поплыл в его сторону. Уткнувшись ему в ноги, он остановился, и покойница, издавая жуткие звуки начала из него выбираться. Когда же ей это удалось, она, как-то неестественно перебирая руками и ногами, поползла в его сторону.

– Верни моё! – перешла с крика на рык покойница. – Верни моё!

Какой-то животный ужас сковал всё его тело. Он попытался попятиться назад, но руки и ноги стали словно деревянными. Даже пошевелить ими не получалось. Не то, что встать и бежать сломя голову подальше от этого безумия.

– Верни моё! – прошипела покойница, проползая по луже, в которой без движения находился он.

Когда она практически подползла к нему, что-то тёмное вылетев из-за его плеча, схватило покойницу, и оттащило её обратно в гроб. На мгновение всё замерло. Даже капли дождя зависли в воздухе. А потом резко всё начало как-то странно двигаться. Гроб поехал назад, и его словно засосало в могилу. Дождь пошёл вверх. Лужи стали быстро высыхать. Всё походило на то, что кто-то включил обратную перемотку. И она ускоряется, ускоряется, ускоряется…

…Василий открыл глаза. Сердце колотилось так, что готово было выскочить из грудной клетки. На лбу выступила испарина. Он попытался поднять руку, чтобы вытереть пот, но ничего не вышло. Тело, как и во сне, было словно парализовано.

«Что со мной такое?» – подумал Василий.

– Это страх, – раздался в голове уже знакомый низкий металлический голос. – Тебе просто нужно успокоиться.

– Это ты меня спас от той мёртвой старухи? – неожиданно спросил Василий.

– Скажем так, – Голос на мгновение замолчал. – Это был твой ангел-хранитель.

– У меня есть ангел-хранитель? – удивился Василий.

– Конечно, – усмехнулся Голос. – Он есть у всех.

– Погоди, но считается, что ангелы похожи на людей, только у них есть крылья и одеты они в сияющие одежды. А этот был каким-то непонятным чёрным сгустком.

– Нет никаких ангелов похожих на людей. Это всё выдумка. Просто те, кто их придумали, очень хотели, чтобы они были такими. На самом же деле всё совсем не так.

– А как?

– Не торопись. Всему своё время. Всё узнаешь, – спокойно сказал Голос. – А пока ты должен выполнить свою миссию. Ты должен найти того, кто на том видео, которое ты смотрел на телефоне, проводил ритуал. А о мёртвой бабке забудь. Она не выполнила возложенную на неё миссию. Вместо этого, при помощи шара, она начала за деньги предсказывать людям их судьбу. Ты сделал всё правильно, когда прекратил её земное существование. Теперь в моём мире, за то, что она ослушалась, её ждёт долгое и мучительное наказание. Вадь ОН не для этого нужен.

– А для чего? – украдкой спросил Василий.

– Найди того человека с видео и как можно скорее. Тогда всё узнаешь. Время на исходе.

Последние слова прозвучали в голове эхом, медленно затухающим и плавно сменяющимся на звук тиканья часов. Словно кто-то в его голове запустил невидимый секундомер, который отсчитывает время до наступления чего-то важного. И это важное никак не может произойти без него. А точнее без его помощи. Он должен выполнить свою миссию. И он обязательно её выполнит несмотря ни на что. Он же не хочет, чтобы с ним стало так же, как с той старой бабкой. Он достоин большего.

***

За окном, как из ведра лил дождь, стекая каплями по стеклу и барабаня по карнизу. Как замечено, после жары всегда идёт дождь. Таков уж круговорот воды в природе. И ничего тут не поделаешь. То ты жаришься под палящими солнечными лучами, а то мокнешь под холодными струями. И от всего этого хочется где-нибудь укрыться. Только от первого в прохладе, а от второго – в тепле и сухости.

Василий сидел за кухонным столом и пил крепкий горячий чай. Светлана Андреевна, достав из холодильника джем в мягкой упаковке, тоже села за стол. Взяв кусок белого хлеба, она намазала его маслом и выдавила сверху джем. Откусов от сделанного бутерброда, Светлана Андреевна отпила из чашки чай и, прищурив левый глаз, спросила:

– И долго ты, братик, у нас ещё столоваться собираешься?

От такого неожиданного вопроса Василий чуть не разлил на себя чай.

– Я вас так стесняю? – вопросом на вопрос парировал он.

– Ну, как тебе сказать? – Светлана Андреевна сделала загадочное выражение лица. – У нас была спокойная размеренная жизнь, а тут ты свалился, как снег на голову.

Она снова откусила бутерброд и, запив чаем, продолжила:

– Ладно бы хоть какой подарок привёз. Пускай не мне, я-то уж переживу, а вот Катюшке бы…

– Я не понял? Ты чего хочешь? – раздражённо произнёс Василий. – Хочешь подарок? Будет тебе подарок.

Он поставил чашку и вышел из кухни. Через несколько секунд вернулся и бросил на стол пачку стодолларовых купюр.

– Купи себе чего-нибудь и про Катюху не забудь, – язвительно сказал Василий и, взяв чашку, уселся обратно на стул.

Откуда это у тебя? – опешила Светлана Андреевна. – Ты точно кого-то ограбил.

– Опять – двадцать пять. Заработал, ограбил. Бери, пока даю.

– Ну, а всё же? – не унималась Светлана Андреевна.

– Кредит, блин, взял, – фыркнул Василий. – Вот прямо сейчас сходил и взял.

В кухню, позёвывая, зашла заспанная Катя. Увидев на столе пачку долларовых банкнот, она резко оживилась. На лице появилось удивление.

– Ого, сколько денег! Откуда? – поинтересовалась она.

– Это вам на подарки, – улыбнулся Василий и отпил, уже начинающий остывать чай.

– Вау, круто! – обрадовалась Катя. – Мам, я тут в одном магазинчике видела…

– А ну-ка притормози коней, – перебила Светлана Андреевна дочь. – Ты хоть спасибо скажи. А то сразу про свои хотелки.

– Спасибо, – сказала Катя и сделав милое личико, заморгала жиденькими ресничками.

– Всегда пожалуйста, – снова улыбнулся Василий и допив чай, поставил пустую чашку на стол. – За это помоете чашку.

Встав из-за стола, он направился к выходу из кухни. Проходя мимо Кати, Василий ей подмигнул, та подмигнула в ответ. Уже за спиной, он услышал, как дочь начала что-то клянчить у своей мамаши. Но о чём шла речь его мало интересовало. Сейчас его волновало только одно. Как найти того человека из видео?

Присев на диван в гостиной, Василий включил висящий на стене телевизор. Пощёлкав пультом по каналам, он остановился на одном из них. Там шло шоу про экстрасенсов. Они по очереди подходили к ряду машин и пытались найти лежащего человека в багажнике одной из них.

Дама лет тридцати пяти с чёрными волосами, с кольцом в носу и ошейником с каким-то камнем, одетая в красное непонятное одеяние, подпоясанное чёрным кожаным ремнём со свисающими с него металлическими кольцами, держа в руках бубен, подошла к первой машине. Подняв бубен над головой, она постучала в него ладонью и, что-то пошептав, присела и в таком виде начала кружиться, постепенно двигаясь от одной машины к другой. Дойдя такими круговыми движениями до последней машины, дама остановилась. Закатив глаза, вытянув вперёд руки, усыпанные разными перстнями и кольцами, словно зомби в фильмах ужасов, она подошла к одной из машин и остановившись, тяжело задышала.

– Почему вы так тяжело дышите? – поинтересовался ведущий, подходя к ясновидящей.

– Всё дело в том, что, если где-то присутствует живая энергия, у меня учащается дыхание, – ответила ясновидящая.

– Вы остановились возле этой машины. Значит, вы что-то почувствовали? – продолжил задавать вопросы ведущий.

– Да. Человек в этой машине, – она указала на белый Opel Astra.

– Вы уверенны?

– Да. На все сто процентов.

Ведущий подошёл к машине и открыл багажник. Из него вылез молодой парень. За кадром послышались аплодисменты и на экране стали показывать аплодирующих людей.

– Сегодня вы увидели, как с помощью своего дара ясновидящая Магда смогла отыскать человека, спрятанного в одном из автомобилей, – прозвучал голос ведущего. – Как пояснила Магда, она почувствовала живую энергию, и так она смогла его отыскать. В следующем выпуске мы усложним задание. Ясновидящая попытается отыскать неживой объект, например, телефон какого-то известного человека, который мы спрячем в квартире. А на этом наша передача подходит к концу. До встречи в новом выпуске.

На экране телевизора начали показывать рекламу. Василий взял пульт и выключил звук.

«Вот бы мне такие способности», – подумал он. – «Я бы тогда быстро смог найти того с видео в маске с черепом. Но их у меня нет. А может поискать эту гадалку из телека, чтоб она отыскала? У неё по-любому есть какая-нибудь страница в интернете. Нет. Фигня. Не факт, что я её найду, и не факт, что она, как в шоу, сможет его найти. Может это шоу просто постановка. Шоу ради шоу. Только зря потрачу драгоценное время, да ещё и деньги. Что же мне делать? Так, надо это дело перекурить».

Василий выключил телевизор и, встав с дивана, направился в прихожую. Надевая ботинки, он услышал, как из кухни вышла Светлана Андреевна.

– Куда это ты в такой дождь собрался? – поинтересовалась она.

– Да пойду покурю, – ответил Василий.

– А чего на улице? – с какой-то заботой спросила она (видимо деньги данные Василием растопили её холодное сердце) – Вон, кури на кухне.

– Да не. Чего вас никотином травить, – махнул он рукой. – Я в машине посижу, покурю. Да и воздухом свежим подышу.

– Ну, дело твоё, – пожала плечами Светлана Андреевна и, повернувшись, пошла обратно в кухню. – Куртку хоть Антошину накинь, а то не дай бог заболеешь, лечи потом тебя.

Выйдя из дома, Василий, прикрыв голову курткой, чтобы сильно не намокла, подбежал к стоящим во дворе своим «Жигулям». Поковырявшись с заевшим замком несколько секунд, открыл дверь и залез в салон.

Дождь большими каплями стучал по лобовому стеклу, от чего всё окружающее за ним становилось размытым. Василий открыл «бардачок» и достал из него пачку «Беломорканал». Потряс её и из оторванного края выпала последняя папироса с закрученным концом.

Василий чиркнул зажигалкой и раскурил косяк. Глубоко затянувшись, задержал дыхание. Подождав несколько секунд, он немного приоткрыл стекло в боковом окне, и выдохнул в него. Включив автомагнитолу, закрыл глаза. Из колонок заиграла песня «Позвони мне, позвони» из фильма «Карнавал» в исполнении Жанны Рождественской (считается, что песню в фильме исполняла Ирина Муравьёва, но это не так, хотя позднее она всё же записала целый диск, в который вошла и эта песня). Доиграв, песня сменилась медленной композицией, и ди-джей бархатным голосом произнёс:

– За окном идёт дождь, а с вами в прямом эфире Макс Озеров. Напоминаю, что я с нетерпением жду ваши звоночки, а пока для вас звучит песня «Телефонная книжка» в исполнении Аллы Пугачёвой. Слушаем и звоним в эфир.

Только ди-джей произнёс последнее слово, как зазвучал голос Пугачёвой: «В книжке телефонной старой-старой, где воспоминания живут. Стёртые странички я листаю, все, кто мне был дорог тут, как тут…»

«Странно», – выпустив очередную струю дыма в приоткрытое окно, подумал Василий. – «За последние несколько минут я уже несколько раз услышал упоминание о телефоне. Как-то всё это неспроста. Может это вселенная даёт мне какие-то знаки? Но какие? Кабы ещё знать».

Он снова сделал глубокую затяжку. Пугачёва продолжала петь: «Старый друг, ты пришел, но на меня не смотришь. Не подашь мне руки… Не спросишь, как дела… Мы оба, старина, испили боль до дна. Стряхни обиды прах, ведь ты тогда был не прав»!

«Так, стоп!» – одёрнул себя Василий. – «А что, если мне нужно кому-то позвонить? Но кому? Кому я могу позвонить, кто сможет вывести меня на того, кто был в маске с черепом»?

Докурив, Кривошеев щелчком пальца выбил из папиросы остатки пепла в приоткрытое окно и, запихнув оставшийся бумажный мундштук обратно в пачку, смаял её.

«Точно!» – чуть ли не в голос произнёс он. – «Блин, как же я смог забыть. Телефон Прачечника! Я же прихватил его с собой после того, как свернул ему башню, когда тот пытался позвонить какому-то коллекционеру и рассказать о шаре. Так может этот коллекционер знает того в маске с черепом? Надо срочно найти телефон».

Выключив радио, Василий вылез из «Жигулей», закрыл дверь на ключ и побежал в сторону входной двери в коттедж. Подбежав, выбросил смятую пачку «Беломорканала» в стоящее под навесом ведро для мусора и, открыв дверь, зашёл внутрь. Сняв ботинки и бросив куртку на вешалку, практически бегом поднялся по лестнице на второй этаж. Зайдя в комнату, в которой ему разрешили пожить, начал рыться в своих вещах.

Спустя несколько минут, он нашёл штаны, в кармане которых находился мобильник барыги. Тот был выключен. Василий нажал на кнопку включения. На чёрном экране появился логотип, а потом надпись: «Введите PIN-код».

«Опа, а его-то я и не знаю», – подумал Кривошеев и от досады сел на кровать.

– Ты сам создал эту проблему, – раздался Голос в голове. – Теперь думай, как её решить.

– Но я же… – попытался оправдаться Василий.

– Твоя вспыльчивость может привести к провалу возложенной на тебя миссии. Впредь подобного быть не должно. Помнишь, что я тебе сказал?

Последние слова Голоса прозвучали так, словно в голове прогремел раскат грома. Чтобы она не разлетелась, как лопнувший надувной шарик, Василий обхватил её руками и крепко сжав, закричал:

– Да! Я помню! Я всё помню!

Корчась от нестерпимой боли, он медленно сполз с кровати и стал в неистовстве кататься по полу.

ГЛАВА 5

– Ты это видел? – чуть ли не срывающийся на крик прозвучал голос прокурора в телефонной трубке.

– Видел, что? – в недоумении поинтересовался начальник полиции.

– Видео в интернете! Где мы в бане с девками!

– Что? Откуда? Да как же это? – ловя воздух ртом, запричитал полковник.

– А вот так, – злобно произнёс прокурор. – Какая-то падла записала на видео и слила всё это в интернет. Я тебе сейчас ссылку скину.

Спустя несколько секунд телефон издал звук полученного сообщения в мессенджере. Прокурор продолжил:

– Умоляю, найди эту тварь. Ты же понимаешь, что от этого зависит не только моя, но и твоя дальнейшая служба?

– Понимаю, – ответил полковник.

Михаил Харитонович нажал на присланную прокурором ссылку. На экране телефона появилась заставка и заиграла тревожная музыка. Заставка сменилась силуэтом человека, но из-за специально выставленного света, лица его видно не было. Зазвучал голос, изменённый с помощью технических средств:

– Привет всем подписчикам моего канала. С вами Маша-раскрываша. И по понятным причинам я не показываю своего лица. Сегодня я раскрою вам очередную тайну нашего города. А пока маленькая рекламная интеграция.

«И тут реклама», – пробубнил полковник. – «Нигде от неё покоя нет».

Пока Михаил Харитонович возмущался, реклама закончилась, и на экране опять появился тёмный силуэт.

– Итак. Всем мы любим хорошо проводить свободное время. Кто-то ходит в поход, кто-то по музеям, а кто-то… – голос сделал недвусмысленную паузу. – А кто-то любит ходить в баню. Конечно, в этом нет ничего плохого. Но… Да, всегда есть «но». Большое, жирное «но». И сейчас вы увидите, как наш прокурор вместе со своими товарищами из верхушки нашего города, после празднования своего дня рождения в ресторане, отдыхает в бане вместе с проститутками.

На экране появилось чёрно белое изображение помещения бани, где несколько мужчин, обмотанных белыми простынями, распивали алкогольные напитки в компании полуголых молоденьких девиц лёгкого поведения. Играла громкая музыка. Видео было снято откуда-то сверху. Из-за расположенной в таком месте скрытой камеры, лиц присутствующих видно не было. Лишь один раз промелькнуло лицо прокурора. Видимо этого, и хватило для подтверждения личности. Но Михаил Харитонович узнал на видео всех остальных, в том числе и себя.

Досмотрев видео до конца, он, обрадовавшись, что так ни разу не засветил на камеру свою физиономию, в отличие от ещё пары человек, выключил телефон и положил его на стол. Неожиданно заболели виски. Михаил Харитонович потёр их ладонями. Боль не прошла.

– Люба! – крикнул полковник.

Дверь открылась и в кабинет зашла лейтенантша.

– Вызывали, товарищ полковник?

– Да, – продолжая тереть виски ладонями, сказал он. – Принеси что-нибудь от головы. Что-то по вискам стучит.

– Сейчас.

Люба вышла из кабинета. Спустя какое-то время она вернулась. Из графина налила в стакан воды. Подойдя к своему начальнику, поставила его перед ним и протянула таблетку. Михаил Харитонович положил её в рот и запил водой из стакана. Люба направилась к двери. Не дойдя пары шагов, она повернулась и сказала:

– Товарищ полковник, а вы видели видео, где наш прокурор в бане с… – она замялась не зная, как назвать тех дам, с которыми был прокурор.

– Видел, – машинально ответил полковник.

– А, теперь понятно, – улыбнулась Люба. – Это вы так из-за прокурора расстроились? Да не переживайте, как-нибудь выкрутится. Главное, что вас там не было.

– Главное, что меня там не было, – медленно, словно под гипнозом, повторил Михаил Харитонович.

Внезапно выскочив из-за стола, забыв про головную боль, он подбежал к Любе и схватил её за плечи.

– Откуда ты знаешь про прокурора?

– От Маши-раскрываши, – захлопала ресницами лейтенантша.

– От кого? – рявкнул полковник.

– От нашей местной блогерки. Она у себя на канале выкладывает всякие провокационные видео. До этого было про сатанистов, сейчас про прокурора.

– Ты её знаешь?

– Лично нет. Но кто-то из знакомых как-то говорил, что знает её.

– Кто? – снова рявкнул Михаил Харитонович.

– Да не помню я, – Люба съёжилась и втянула голову в плечи.

– Вспоминай! – продолжал давить полковник.

– Да не помню я! Давно это было, – попыталась она оправдаться.

– Вспоминай! – ещё настойчивее повторил Михаил Харитонович.

Она замолчала. На лице отразилось выражение мыслительного процесса. Полковник смотрел на подчинённую не решаясь прервать сие действие. Спустя несколько минут, видимо, отыскав в закромах памяти нужный файл, Люба сказала:

– Где-то месяца три назад, подруга позвала меня в клуб. Там мы познакомились с двумя парнями. Так вот, когда разговор зашёл про блогеров, один из них похвастался, что знает эту Машу-раскрывашу. Мы ещё тогда посмеялись, что не так уж она и хорошо умеет скрывать свою личность, раз все подряд её знают.

– И как его найти? – полковник убрал руки с Любиных плеч. – У тебя контакты его есть?

– Неа, – помотала головой лейтенантша.

– Это плохо, – сказал Михаил Харитонович и направился обратно за свой стол. – Очень плохо.

– Хотя, – встрепенулась Люба. – Они могут быть у Ольги.

– Ольга это кто?

– Это моя подруга. Она с этим парнем после клуба к нему поехала…

– Хороша у тебя подруга раз с первым встречным сразу к нему домой едет, – перебил Любу подполковник.

– Да не, она не такая. Просто он ей понравился, вот она и…

– Ладно, меня это не касается, – Михаил Харитонович махнул рукой. – Позвони своей Ольге и разузнай про этого парня. Если у неё есть его фото, то попроси, чтоб скинула.

Люба опять вышла из кабинета, но теперь уже не за таблеткой, а, чтобы достать из своей сумочки телефон и выполнить задание начальника. Полковник остался сидеть за столом в мучительном ожидании и нервно покручивать в руках шариковую ручку.

Поговорив с подругой, Люба вернулась обратно в кабинет.

– Оля сказала, что парня зовут Константин, и сегодня в шесть вечера она с ним встречается возле кафе «Касабланка», что на улице Трудолюбия. Фото обещала сейчас прислать.

– Хорошая работа. Хвалю, – добродушно сказал полковник.

Помолчав, он таким же тоном добавил:

– Спасибо.

Люба, не ожидая такого от начальника, покраснела и вышла из кабинета.

***

Чёрный BMW остановился напротив входа в кафе «Касабланка». Михаил Харитонович посмотрел на часы. Они показывали без десяти шесть.

«Посидим, подождём», – решил полковник.

«Дворники» с периодичностью в несколько секунд очищали лобовое стекло от капель. Дождь уже был не таким сильным, как утром. Можно даже сказать, что он уже не лил, как из ведра, а так, моросил. Хотя людей на улице по-прежнему практически не было.

Спустя какое-то время, Михаил Харитонович увидел паренька, идущего под зонтом в направлении кафе. Он достал телефон и посмотрел на фото, которое прислала Люба. Это был тот самый парень. Когда он практически поравнялся с автомобилем, Михаил Харитонович открыл боковое стекло и крикнул:

– Константин?

– Что? – парень остановился и нагнулся к окну автомобиля.

– Тебя же Константин зовут? – снова поинтересовался полковник.

– Да, – не понимая, что происходит, ответил он.

– Присаживайся. Разговор есть.

Константин открыл дверь и присел на пассажирское сиденье рядом с водителем, держа сложенный зонтик между ног. Капли воды с него начали капать на резиновый коврик. Михаил Харитонович нажал на кнопку блокировки дверей.

– Кто вы? – спросил Константин.

– Давай сразу договоримся. Вопросы тут задавать буду я, а ты отвечать. Врать не стоит, потому что я всё равно проверю. И если же я узнаю, что ты меня обманул, то участь твоя незавидная. Полномочий у меня выше крыши. Так что, договорились?

– Да, – кивнул Константин.

– Вот и хорошо, – улыбнулся полковник. – А теперь расскажи мне всё, что ты знаешь о блогере, которая называет себя «Маша-раскрываша».

– Ну, – замялся паренёк.

– Смелее.

– Это Машка Раскова. Она со мной в одном универе учится. Только я на факультете компьютерной безопасности, а она на журфаке.

– Понятно, – протянул полковник. – А скажи-ка мне, Костя, раз ты учишься на специалиста по компьютерной безопасности, значит, хорошо в них разбираешься. Отсюда возникает другой вопрос. А не с твоей ли помощью эта Маша достаёт компроматы?

Константин, молча, посмотрел на Михаила Харитоновича, опустил голову и начал нервно теребить ручку зонтика.

– Пойми, Костя, своим молчанием ты только усугубляешь ситуацию, – продолжил полковник. – От того, что ты мне расскажешь, зависят мои дельнейшие действия. Вариант первый – долгий. Ты продолжаешь молчать, и я отвожу тебя в отдел, где запихиваю в камеру, а следователь возбуждает уголовное дело по факту твоего участия в организованном преступном сообществе. Пока ты сидишь в камере, мы выезжаем к тебе домой, и там изымаем твой компьютер или ноутбук. Смотря, чем ты там пользуешься. И даже если у тебя на них стоят какие-то пароли, наши специалисты всё равно их взломают. А там мы уж найдём подтверждающие улики.

Михаил Харитонович сделал паузу и продолжил:

– Но есть и второй вариант. Ты мне рассказываешь всё, как на духу, а я тебя из статуса «подозреваемый» перевожу в «свидетели». А возможно, заметь, возможно, сделаю всё так, что проведу тебя, как внедрённого агента, который под моим чутким руководством, помог раскрытию преступления. Так что выбор за тобой, какой из вариантов тебе нравится больше?

Константин посмотрел исподлобья на полковника и тихо сказал:

– Второй.

– Вот и молодец. А теперь рассказывай.

– Ну, с Машкой мы познакомились ещё на первом курсе на «студвесне». Но у нас никаких отношений не было, просто при встрече здоровались и всё. А где-то полгода назад она написала мне в соцсети и попросила починить её комп. Я пришёл, починил. За это она сунула мне «пятихатку», ну, типа за работу. Я пошутил, что моя работа стоит дороже. И тогда она предложила мне колллаборацию.

– Чего предложила? – перебил полковник.

– Ну, типа, взаимовыгодное сотрудничество. Она указывает, что нужно «хакнуть», а за это делится со мной частью дохода с её канала.

– И ты так сразу согласился?

– Нет, не сразу. Я думал несколько недель. А потом, как назло, цена на видеокарту, которую я давно очень хотел, внезапно снизилась. Но денег у меня на неё всё равно не хватало, и тогда я написал Машке, что согласен. Она мне скинула типа тестовое задание, которое я с лёгкостью выполнил. За это она перевела мне денег. Так и понеслось.

– Ясно, – Михаил Харитонович качнул головой. – И последний эпизод был в бане, я правильно понимаю?

– Да, но я же не знал…

– Не знал, что там будет прокурор?

– Да. Позавчера Машка написала, что нужно срочно подключиться к камере в указанном банном комплексе и записать, что там будет происходить. А кто там будет, я вообще не имел ни малейшего понятия. Честно.

– И когда ты узнал, что на том видео был прокурор?

– Когда Машка выложила ролик на своём канале.

– И ты что-нибудь сделал?

– Да, я написал ей, что на такое не подписывался. На что она ответила, чтобы я не парился. Что мы делаем всё правильно. И что жители города, типа, должны знать, что наш прокурор вместо того, чтобы быть эталоном законопослушного гражданина сам пользуется услугами проституток.

– Ну-ну, – буркнул себе под нос Михаил Харитонович. – Ладно, с ней мы разберёмся. А от тебя, Костя, потребуется вот что. Раз ты умеешь подключаться к камерам, то и к компьютеру ты сможешь подключиться. Так вот. Мне нужно чтобы ты влез в компьютер этой блогерши и почистил всё его содержимое. А также удалил её канал со всеми её видео из интернета. Справишься?

Константин почесал затылок.

– Комп и канал я, конечно, могу ломануть, но, как быть с эффектом Барбары Стрейзанд?

– Это ещё что такое? – удивился полковник.

– Ну, это такой феномен. Смысл его в том, что, если пытаться изъять определённую информацию из публичного доступа, это приводит, лишь к её более широкому распространению.

– Будем надеяться, что не так много жителей нашего города смотрят эту блогершу, – задумчиво произнёс Михаил Харитонович. – И тем более не все такие башковитые, как ты. Главное, сделай это как можно быстрее. Чем дольше видео находится в сети, тем более вероятен эффект этой, как её?

– Барбары Стрейзанд.

– Вот-вот. Так что давай, ноги в руки и за дело.

Михаил Харитонович залез во внутренний карман кителя и достал портмоне. Вытащил из него визитку и протянул Константину.

– Как всё сделаешь, позвони. И главное помни, твоя дальнейшая судьба сейчас зависит только от тебя.

Константин взял визитку, попрощался и вылез из салона BMW. У входа в кафе под зонтиком стояла девушка, он подошёл к ней, поцеловал и что-то начал объяснять. О чём шла речь, из машины было неслышно, но Михаил Харитонович догадывался. Потом Константин, махнув рукой, перепрыгивая лужи, побежал в сторону остановки, оставив девушку стоять под зонтиком с грустной миной на лице.

***

Мария Александровна Раскова, студентка третьего курса журфака, двадцати одного года отроду, сидела за компьютером в своей комнате и, клацая острыми ноготками по клавиатуре, набирала текст, как вдруг на экране монитора появилось оповещение о новом полученном электронном письме. Она кликнула мышкой на оповещение и открыла почту. В письме потенциальный рекламодатель предлагал ей прорекламировать их организацию в её новом видео на канале и за это сулил хорошие деньги. Внизу письма был прикреплен какой-то текстовый документ.

Скачав файл, она свернула браузер и дважды кликнула мышкой по скаченному документу, чтобы его открыть. Но ничего не произошло. Она повторила свою попытку ещё раз. Документ не открывался.

«Либо я его криво скачала, либо те, кто писали письмо, криво его залили», – решила Маша.

Она снова открыла страницу браузера с почтой, чтобы повторно скачать файл, но, к её удивлению, никакого письма там не было. Решив, что случайно его удалила, Маша кликнула мышкой на раздел «Удалённые». Там письма тоже не было.

«Что за нафиг»? – раздосадовано выругалась Маша.

Она ещё несколько раз попыталась открыть скаченный текстовый документ, но результат был тот же. А точнее, никакого. Он по-прежнему не открывался. Оставив бесполезные попытки, девушка снова вернулась к написанию реферата.

Где-то часа через два, Мария дописала реферат и, сняв очки, положила их рядом с клавиатурой. Аккуратно, чтобы не размазать туш на ресницах, потёрла уставшие глаза. Протянув руку, она вдавила кнопку включения принтера. Тот заурчал, и внутри него что-то шурша начало двигаться. Отправив реферат на печать, Маша встала из-за стола и, потянувшись, направилась в сторону кухни.

Включив электрический чайник, она достала из коробочки пакетик с зелёным чаем и положила его в кружку. Когда чайник забурлил и отключился, девушка, налив воду в кружку, взяла из вазы, стоящей на столе, несколько печенек и пошла обратно в свою комнату.

Поставив кружку и положив печеньки рядом с очками, лежащими возле клавиатуры, Мария села обратно на стул. Принтер, допечатав последний лист, издал урчащий звук и затих. Вытащив распечатанный реферат, она скрепила листы степлером и убрала их в прозрачный файл для документов.

Все заданные в универе задания были сделаны. Теперь можно потратить время на себя любимую. А точнее, глянуть, сколько набежало просмотров на канале и какой поднялся хайп от нового выпуска.

Сделав глоток горячего чая и откусив печеньку, она надела очки и кликнула мышкой в закладке браузера. На экране загрузилась страница, но вместо привычного отображения канала, там красовалась надпись: «Аккаунт заблокирован за нарушение условий использования видеохостинга».

– Какого хрена происходит? – растерянно произнесла Маша и уронила печеньку на пол. – Это что шутка какая-то?

Она обновила станицу, но там опять отобразилась всё та же надпись. Медленно начиналась паника. Всё то, во что было вложено столько сил и потрачена уйма времени, в один миг испарилось. Хорошо хоть эти удалённые видео есть на компьютере. Всегда можно создать новый канал и залить их туда. Только надо оповестить об этом хотя бы тех, кто подписан на неё в соцсети, решила Мария и открыла свою страницу.

«Страница пользователя удалена. Информация недоступна», – прочитала она.

Дрожь пробежала по всему телу. Кончики пальцев начали покалывать, а дыхание участилось. Воздух в комнате показался каким-то спёртым, хотя форточка была открыта. Голова закружилась и к горлу подкатила тошнота. Непонимающим взглядом она смотрела на монитор, практически не моргая. Сие действие продолжалось несколько минут. Потом собравшись с силами, Маша взяла себя в руки и попыталась немного успокоиться.

Прежде она никогда не попадала в такую ситуацию. Да, она знала, что взламывают страницы в соцсети, угоняют каналы. Но даже подумать не могла, что подобное может произойти и с ней. Что делать? Куда писать? Мысли путались.

Трясущейся рукой Мария взяла чашку и, сделала большой глоток. Откинувшись на спинку стула, она закрыла глаза и, глубоко вдохнув, досчитала до десяти и медленно выдохнула. Повторив такое несколько раз, девушка почувствовала, как сердце, колотившееся в бешеном ритме, постепенно замедлилось. Покалывание на кончиках пальцев прошло.

Открыв глаза, она взяла телефон и, найдя нужного абонента, нажала кнопку «вызов».

– Да, – послышался голос на том конце.

– Костя, привет, – грустным голосам сказала Мария. – У меня тут жопа какая-то. Мой канал заблокировали, а ещё кто-то взломал мою страницу в соцсети. Не подскажешь, что мне делать?

– Привет, Маш, – спокойно ответил Константин. – Можно написать в техподдержку, но на восстановление может уйти от двух недель до месяца, а может и того дольше. И ещё не факт, что всё восстановят. Бывает, что все данные пропадают безвозвратно.

– Ясненько, – задумчиво протянула Маша. – А ты не мог бы мне помочь всё восстановить? Я тебе заплачу.

– Попробовать, конечно, можно, но за результат не ручаюсь.

– Попробуй, пожалуйста, – произнесла она с умоляющей интонацией.

– Только мне нужен доступ к твоему компу. У тебя есть прога для удалённого доступа?

– Есть.

– Тогда запускай её и диктуй ID и пароль.

Мария кликнула на рабочем столе на иконку программы и запустив её, продиктовала данные. На экране монитора привычное фоновое изображение стало чёрным. Мышка сама начала двигаться.

– Ну, всё, я подключился, – сказал в трубке Константин. – Можешь заниматься своими делами, а я пока попробую разобраться, в чём причина.

– Пасиб, Кость, – обрадовано произнесла Маша.

– Пока не за что, – ответил тот и отключился.

***

Вернувшись домой, Михаил Харитонович поужинал остатками купленной вчера еды и, достав из холодильника припасённые четыре бутылки пива переместился в гостиную и улёгся на диван. Включив телевизор с изогнутым экраном, стоящий на специальной подставке, он пощёлкал по каналам и нашёл нужный. Нужным был спортивный, по которому шёл футбол. Комментатор оживлённо зачитывал составы команд. Как оказалось, это был итальянский чемпионат. Игра только начиналась.

Когда-то в школьные годы с мальчишками во дворе, а также за сборную школы, он тоже гонял мяч. Говорили, что неплохо получалось. Предлагали даже после окончания школы посодействовать поступить в университет на спротфак. Но родители отговорили, настояв на том, что спорт – это конечно хорошо, если хочешь, занимайся им в свободное время, но надо получить и нормальную профессию. Так он поступил на юридический, отчего родители были просто счастливы. Годы шли, но любовь к футболу осталась где-то внутри. Сейчас, конечно, он уже был не в той форме, чтобы бегать по полю за мячом. Но сесть дома перед телевизором и насладиться любимой игрой, да ещё под бутылочку пенного, мог себе позволить.

Михаил Харитонович взял с журнального столика одну из четырёх бутылок и крутанул крышечку. Послышался лёгкий щелчок, и он почувствовал чуть горьковатый, но в тоже время приятный аромат ржаного хлеба. Бросив крышку на столик, полковник отпил холодного напитка.

Осталось всего пара дней до возвращения с юга супруги. Потом так уже не посидишь. Опять начнутся всякие претензии. Надо пользоваться моментом. Кто его знает, когда она снова куда-нибудь уедет? Почему-то так захотелось тишины и спокойствия. И чтобы проблемы всех окружающих его не касались.

– И вот нападающий получает мяч, обходит одного соперника, второго и… – комментатор сделал паузу в ожидании дальнейших действий футболиста в темно-синей с чёрными полосками форме.

Внезапно сквозь шум трибун, доносившихся из динамиков телевизора, Михаил Харитонович услышал звук его мобильного телефона.

«Кому я там ещё чёрт возьми понадобился?» – про себя выругался он. – «Футбол не дадут посмотреть».

Встав с дивана, он подошёл к шкафу на двери которого висел китель и сунув руку во внутренний карман достал мобильник.

– Алло, – раздражённо произнёс он.

– Здравствуйте, это Костя. Вы сказали позвонить, как всё сделаю. Я всё сделал.

– Молодец, – уже не так раздражённо сказал полковник.

– Я ещё на всякий случай, вдруг вам понадобится, скачал все её видео на флешку. Как вам её передать?

Михаил Харитонович повернул голову в сторону телевизора, где комментатор продолжал взахлёб комментировать матч. Видимо игра и вправду была очень захватывающей. Пропускать такое никак не хотелось. Тем более в последние спокойные денёчки. Да ещё и пиво греется. А на улице идет дождь.

Он почесал бороду и уже спокойным тоном произнёс:

– Завтра утром часов в девять на том же месте. Устроит?

– Да.

– Вот и хорошо. Тогда до завтра, – сказал полковник и отключил соединение, не дав собеседнику попрощаться.

Вернувшись обратно на диван, Михаил Харитонович отхлебнул из бутылки пива и прибавил громкость на телевизоре. Настроение улучшилось. Меньше чем за сутки ему удалось прикрыть задницу прокурору, теперь он уж точно от «проставы» не отвертится. Только в баню с ним больше не стоит ходить. Ну его на фиг. Один раз Бог уберёг, второго может и не быть.

Досмотрев и вправду увлекательный матч, выпив всё пиво, он вспомнил, что так и не позвонил прокурору. Тот пади в панике уж все волосы на всех интересных местах повырывал. Ничего, столько ждал, может ещё подождать. Но прежде надо проверить, как этот компьютерный гений выполнил его задание.

Взяв телефон с журнального столика, Михаил Харитонович открыл мессенджер и нажал на присланную утром прокурором ссылку. На экране, на чёрном фоне белыми буквами появилась надпись «Данное видео недоступно, потому что связанный с ним аккаунт был удалён». Найдя в телефонной книжке номер прокурора, он нажал кнопку вызова.

– Слушаю тебя, Михаил Харитонович, – раздался дрожащий голосом из трубки.

– Ну, ты как там, Николай Петрович? Валерьянку ведрами, небось, пьёшь? – пошутил полковник.

– Харэ издеваться. Чего хотел-то? – пробубнил прокурор.

– Завязывай с валерьянкой и переходи на коньяк, – не унимался Михаил Харитонович. – Да и мне не забудь проставиться. Только в баню больше не зови.

– Миш, мне сейчас не до смеха. Объясни всё нормальным языком.

– Да, смотрю, тебя совсем накрыло, – хихикнул полковник. – Ладно, короче, канал этой блогерши разоблачительницы удалён, видео заблокировано.

– А саму её задержали? – оживился прокурор.

– А на каком основании? Заявления же нет. Или ты хочешь заявить?

– Нет. Такая огласка мне ни к чему.

– Вот и я о том же. Но ты не переживай, Николай Петрович, я придумаю, как её наказать.

– А как быть со СМИ? Журналюги похлеще этой блогерши разнесут сенсацию. Им только дай.

– Ну, раз ещё не разнесли, будем надеяться, что уже и не разнесут.

– Твои слова да Богу бы в уши, – пропыхтел в трубку прокурор.

– Пока его милости дождёшься, сам уже всё сделаешь, – снова пошутил полковник. – Ладно, Николай Петрович, давай там не кисни. Всё будет нормально. Это наш с тобой город. И мы никому не позволим совать свой нос в наши дела и в нашу личную жизнь. А кто всё же сунет, тот по нему и получит. Потому что с нами лучше не ссориться, с нами лучше дружить. Разве я не прав?

– Прав. Ещё как прав, – доброжелательно произнёс прокурор. – Спасибо тебе, Миш. И очень тебя прошу, если появятся ещё какие-то новости, сразу звони, в любое время.

– Хорошо, – сказал Михаил Харитонович, а потом добавил: – Тогда пока.

– Пока, – ответил прокурор.

Полковник положил телефон на журнальный столик и посмотрел на пустые пивные бутылки, стоящие возле него.

– Завтра уберу, – решил он и, выключив телевизор, отправился спать.

ГЛАВА 6

Вчерашний дождь оставил о себе упоминание лишь в виде небольших луж, которые ещё не успели высохнуть под вновь палящим солнцем. Василий, остановив свои красные «Жигули» в парковочном кармане, вылез из салона и направился к белой пластиковой двери, над которой красовалась надпись «Ремонт телефонов, планшетов, ноутбуков».

Зайдя внутрь, он подошёл к полукруглой стойке с встроенной небольшой витриной, на которой лежали телефоны и планшеты. За ней сидел паренёк лет двадцати пяти в футболке с надписью «Всё в наших руках». Лицо его покрывали многочисленные прыщи. Он что-то усердно набирал на ноутбуке. Переведя свой взгляд от экрана на клиента, паренёк встал и доброжелательным голосом произнёс:

– Могу я вам чем-то помочь?

– Да, – Василий положил на стойку мобильник. – Тут такое дело. Вчера сынишка взял телефон поиграть и случайно установил пароль. А вот какие цифры туда ввел, не помнит. Нельзя ли как-то отключить этот пароль, но только так чтоб не потерять всё в нём содержимое?

– Вы имеете ввиду данные?

– Ну, да их. А-то там столько номеров, замучаешься восстанавливать.

– В принципе можно. Давайте заполним акт приёма-передачи техники в ремонт, и дней через пять приходите забирать.

– Пять дней это долго. Мне телефон сегодня нужен.

– Не, сегодня никак… – начал оправдываться прыщавый.

– А если так? – Василий достал из кармана две купюры по сто долларов. – Очень надо.

Паренёк посмотрел на доллары, потом на Василия, снова перевёл взгляд на деньги. Помолчав несколько секунд, сгрёб их со стойки и спрятал под ноутбук.

– Через час приходите, всё сделаю, – сказал он шёпотом.

– Хорошо, – так же шёпотом ответил Василий и направился к выходу.

***

Проснувшись, первым делом, Маша подошла к компьютеру и, включив монитор, запустила браузер, кликнула на закладку со своей страницей в соцсети. Она загрузилась без проблем. Словно вчера никто её не взламывал. Всё было, как раньше. Единственное, чего на ней не было – это видео. Ни единого видео. Ни загруженных, ни добавленных.

Зайдя на свой канал, она обнаружила, что он тоже работает, но, к сожалению, девственно чист. Ни одного видео на нём также нет. Словно он был только что создан.

«Фиг с ним, – решила Маша. – Главное ко всему есть доступ, а видео всегда можно залить заново».

Свернув браузер, она открыла папку с сохранёнными видео. Та была пуста. Папка с проектами также оказалась пустой. Оставалась последняя надежда на облачное хранилище. Зайдя туда, надежда не оправдалась. Там тоже не было ни одного видеофайла.

Снова начиналась паника. Трясущейся рукой она взяла телефон и набрала Константина.

– Да, – еле слышно прозвучал в трубке сонный голос. – Кто это?

– Костя, это Маша, – протараторила она.

– Ну, что ещё? Я же всё восстановил. Всю ночь проковырялся, только спать лёг, – пробубнил недовольно Константин.

– Спасибо, я видела, но тут такое дело… – Мария на мгновение замолчала. – Короче, нигде нет ни одного видео, что я делала, ни на канале, а что самое главное в компе их тоже нет. Ты ничего не удалял?

– Маш, ты меня о чём вчера просила? Вылечить твой комп, так?

– Да.

– Повторяю тебе ещё раз, я всю ночь лечил твой комп от тех вирусов, что ты где-то подцепила. А что они там поудаляли, откуда мне знать? Сейчас комп здоров.

– Понятно, – озадаченно произнесла девушка.

– Если больше вопросов нет, я пойду ещё хоть немного посплю.

– Ладно, пока, – продолжая находиться в таком же состоянии, ответила она.

– Пока.

В трубке послышались гудки.

Маша положила телефон на стол и медленно опустилась на стоящий рядом стул. Неожиданно сами собой потекли слёзы. Нет, она не зарыдала взахлёб, просто сидела и смотрела иступлённым взглядом в одну точку, а они текли и текли по щекам.

Положение, в котором она оказалась, было безвыходном. Без исходного материала вероятность всё восстановить равнялась практически нулю. Но она хоть и ничтожна, но всё же есть. Как говорится «Надежда умирает последней». Вдруг кто-нибудь из её подписчиков перезалил её видео? Тогда шанс возродить канал остаётся. В противном случае придётся всё начинать сначала. А это уж очень не хотелось бы.

Решив, что поиском своего контента она займётся после занятий в университете, Маша встала со стула и направилась в ванную.

***

Утром следующего дня Михаил Харитонович остановил свой BMW напротив кафе «Касабланка». Часы показывали уже пару минут десятого, но Константина по близости видно не было.

«Что-то опаздывает этот компьютерный гений», – подумал он и прибавил на руле громкости радио.

Ведущая, дочитав часовые новости, в которых не было никакого упоминания о прокуроре, рассказала о курсах валют и пожелала радиослушателям хорошего дня. Выпуск новостей сменила энергичная песня в исполнении какой-то западной поп-звезды. Кто такая полковник не знал. Да и как тут всех запомнишь? Они плодятся, как кошки. Каждый день новое имя.

Размышления полковника прервал стук в стекло водительской двери. Михаил Харитонович повернул голову и увидел Константина. Он указал ему жестом присесть в машину. Что тот и выполнил.

– Здрасьте, – сев на сиденье сказал Константин.

– Опаздываешь, Костя, – строго произнёс полковник.

– Простите. Так вышло.

– Прощаю. Ну, доставай, что ты там принёс.

Константин расстегнул молнию на рюкзаке, порывшись, достал флешку и протянул её полковнику.

– Что тут? – взяв флешку, поинтересовался он.

– Тут все видеофайлы, что были у Машки на компе, которые вам могут пригодиться.

– Это конечно хорошо, что ты проявляешь свою заинтересованность в помощи следствию, но… – Михаил Харитонович выдержал паузу. – Этого пока недостаточно. Нужно ещё кое-что сделать.

– Что? – Константин посмотрел на полковника исподлобья.

– Где-то я видел, что есть такая технология, где лицо одного человека приделывают другому…

– Вы имеете в виду дипфейк?

– Как называется, я не знаю. Но вопрос в следующем. Ты сможешь сделать такой монтаж?

Константин улыбнулся.

– Как знал, что пригодится.

– Ты о чём?

– О том, что я уже сделал такое видео. Я, почему сегодня опоздал? Потому что полночи писал код. Ещё вчера, когда ушёл от вас, то подумал, что вдруг вы попросите это сделать. А с помощью этого кода, если вдруг кто-то успел данное видео куда-нибудь перезалить, он старое видео подменяет на новое. Таким образом, старого видео в интернете больше не найти.

– Умно придумало. Молодец. Хвалю.

– Рад стараться, – почти выкрикнул Константин.

– Не ори, – осадил полковник. – Это всё конечно хорошо, но у этой блогерши же остались все видео. Вдруг она просто передаст их куда-нибудь на телевидение. Как тогда быть?

– Не переживайте. Об этом я тоже позаботился. У неё больше нет никаких исходников. Всё удалено и восстановить, даже с помощью программ по восстановлению данных, не получится.

– Как предусмотрительно, – задумался Михаил Харитонович. – А она не догадается, что это твоих рук дело?

– Неа, я ей сказал, что она словила «малварь»…

– Что словила? – перебил полковник.

– «Малварь» – это, ну, типа, вредоносное программное обеспечение, которое чаще всего маскируется под что-то обычное, на что никогда не подумаешь. Например, вам приходит письмо с вложением. Вы скачиваете файл, пытаетесь его открыть, но ничего не происходит. Это для вас ничего не происходит, а вот в ваш компьютер проникает вирус, который может передавать всё, что только нужно тому, кто прислал вам это письмо. Получив доступ к такой информации, дальше с ней можно делать что угодно.

– Ясно. И что дальше?

– «Малварь» она и правда словила. Только это я ей его отправил. Ну, типа, от лица потенциального рекламодателя. Расчёт был на то, что Машка по-любому на такое поведётся и откроет его. Так и вышло. Таким образом, я получил доступ к её паролям от канала, страницы в соцсети и прочего. А дальше дело техники. Почистил канал и соцсеть от видео и приостановил их работу на несколько часов. Когда она обнаружила, что её взломали, то позвонила мне. Я ей объяснил, что она поймала вирус и, если она хочет, чтобы я его удалил, мне нужен доступ к её компу. Естественно, она мне его предоставила. Я слил все нужные видео, а потом запустил специальную прогу, которая убивает все видеофайлы на компе и их уже ничем не восстановить. Пока прога делала своё дело, я смастерил видео с дипфейком, а потом написал скрипт, который отыскивает в интернете старое видео и подменяет его новым. Уже под утро открыл ей доступ к её странице в соцсети и каналу. Только на них уже не было ни одного видеофайла, и залить их заново она уже не сможет, так как на компе этих файлов тоже больше нет. Вот как-то так.

Помолчав несколько секунд, полковник посмотрел на Константина и добродушно сказал:

– Ну, что ж. За оказанную помощь следствию с тебя сняты все обвинения. Но на будущее, учти. Легко переступить черту, а вот сделать обратно шаг порой бывает невозможно. В этот раз тебе повезло, ты смог его сделать. Но в следующий, уже может так не повезти. Ты меня понимаешь?

– Понимаю, – Константин опустил голову. – Я бы не стал в это ввязываться, просто деньги были очень нужны.

– Деньги можно и честным трудом зарабатывать.

– А как же вот это всё? Это же ведь тоже всё незаконно.

– Это как посмотреть. С одной стороны, ты, конечно, прав, законного тут ничего нет. Но, с другой стороны, ты сам исправил то, что натворил. Это, как добровольно заявивший взяткодатель, который активно оказывает содействие в раскрытии преступления, освобождается от ответственности. Вот и ты также.

– Понятно, – тяжело выдохнув, протянул Константин.

– Ладно, иди и больше не влезай в неприятности.

– Хорошо, – Константин улыбнулся и начал открывать дверь.

– Погоди, – полковник вытянул перед собой флешку. – А тут точно никаких вирусов нет?

– Точно.

– Ну, смотри, – Михаил Харитонович покачал головой. – Ладно, топай уже.

Константин попрощался и вылез из автомобиля. Полковник надавил на педаль акселератора и BMW загудев, рванул с места.

***

Примерно через час белая дверь под вывеской «Ремонт телефонов, планшетов, ноутбуков» открылась, и внутрь зашёл Василий. Уверенным шагом он подошёл к полукруглой стойке, за которой сидел всё тот же прыщавый паренёк. Он снова что-то усердно набирал на ноутбуке, но в этот раз даже не обращая внимание на вошедшего посетителя.

Кривошеев постучал пальцами по стойке и произнёс:

– Я вернулся. Как там мой телефон?

Паренёк оторвал взгляд от ноутбука и перевёл на Василия.

– А, это вы. Всё готово.

Он присел на стул и полез куда-то под стойку. Покопавшись несколько секунд, он снова выпрямился и протянул телефон Василию.

– Он у вас почти разряжен был. Я его на зарядку поставил, а розетки у нас только на полу, – словно в оправдании своих действий пояснил паренёк. – Проверяйте.

Василий взял телефон и нажал на кнопку включения. Экран засветился и, о чудо, никакой надписи про то, что нужно ввести PIN-код там не было. Покопавшись несколько секунд, он открыл вкладку «Недавние», последним звонком там отображался абонент проименованный как «Даммер».

Положив телефон в нагрудный карман рубахи, Василий произнёс:

– Да, всё работает. Спасибо.

– Не за что, – хитро улыбнулся паренёк. – Если вдруг опять ребёнок поставит пароль, знаете куда обращаться.

– Надеюсь, такого больше не повторится, – сказал Василий и направился в сторону белой двери, ведущей на улицу.

Сев в свой автомобиль, он вытащил из кармана телефон и, включив его, зашёл в телефонную книгу, нашёл абонента «Даммер». Открыв «бардачок», Василий вытащил из него ещё один телефон. Переписав из одного телефона в другой нужный номер, набрал его. Послышались гудки.

– Алло, – прозвучал в трубке голос с лёгким немецким акцентом.

– Здравствуйте, – спокойным голосом сказал Василий. – Мне один знакомый сказал, что вы очень интересуетесь «Глазом дьявола». Это так?

– Да, – монотонно ответил собеседник.

– Когда и где мы можем встретиться?

В трубке повисла какая-то настораживающая тишина.

– Алло, меня слышно? – поинтересовался Василий.

– Да-да, простите, – отозвался голос на том конце. – Просто это всё как-то неожиданно. Давайте часа через два подъезжайте ко мне. Адрес я вам скину.

– Хорошо. Жду адрес.

Спустя несколько секунд после разговора, телефон завибрировал и на экране появился значок о полученном новом сообщении. Василий прочитал адрес.

«Теперь надо избавиться от телефона барыги, ведь он больше не нужен, только лишнее палево таскать его с собой», – решил Кривошеев. – «Можно, конечно, просто выбросить, а можно и сделать хитрый финт ушами. Тогда уж точно пропажа телефона никак не будет связана со смертью Прачечника. Просто, если вдруг его найдут, то решат, что он его случайно выронил».

Протерев телефон от отпечатков пальцев тряпкой, найденной в «бардачке», он аккуратно завернул его в неё же и положил на соседнее сиденье. Заведя автомобиль, включил «поворотник», подождал пока проедут несколько машин, и вклинился в транспортный поток.

Спустя несколько минут, красные «Жигули» свернули в частный сектор. Не доезжая пары перекрёстков до дома барыги, Василий остановился. Взяв с сиденья свёрток, он вылез из автомобиля и пошёл по улице.

Дойдя до знакомого забора с облупившейся краской, Василий сбавил скорость и посмотрел по сторонам. Людей по близости не было. Развернув свёрток так, чтоб телефон лежал на ткани, он взмахнул рукой и запустил его в сторону огорода. Телефон улетел, а в руке Кривошеева осталась только тряпка.

Прибавив ходу, пройдя чуть подальше, он подошёл к уличной колонке и, смочив тряпку водой, протёр лицо. Затем посмотрев ещё раз по сторонам, направился обратно к машине.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.