Краткий курс отношений для демона
Цикл «Университет Азуин»
Дарина Зояр

© Дарина Зояр, 2024

ISBN 978-5-0062-9643-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Не обращая внимания на пряную томность южного вечера, я торопилась поскорее добраться до своего временного убежища.

К счастью, маменька затеяла в основном здании поместья ремонт, так что мне не пришлось останавливаться в непосредственной близости к ней, в своих старых комнатах, как бывало вот уже десять лет с тех пор, когда я вырвалась обратно в школу при Азуине.

К счастью же, оказался свободен дальний гостевой домик, стоявший в глубине того кусочка Туманного леса, что принадлежал родителям. Этот домишко редко выбирали маменькины приятели, чьи визиты казались просто нескончаемыми: отстоящая от особняка почти на милю хижина не отличалась роскошью, как два новеньких бунгало, да к тому же многим мешали спать стучащие по крыше капли, беспрестанно срывающиеся с высоких крон влажного леса. Я же, наоборот, любила эту музыку природы, первозданную, ни с чем не сравнимую.

Ну и от Летиции Бо сбежать – это обожаемая мамуля, если вы не поняли – бесценная возможность. Да…

В этот раз дорогая родительница просто превзошла себя в стремлении прыгнуть выше головы и таки выдать меня замуж.

Никак она не уймётся. Однажды я не выдержу и вывалю ей правду: вот визгу-то будет! Впрочем, может, она обалдеет настолько, что наконец-то заткнётся хоть на минуту.

Не сбавляя хода, я потёрла пальцами виски, пытаясь унять долбящую молоточками боль, уже ставшую почти привычной. И как папа живёт с ней столько лет?! Ну, с разводом понятно, но как он умудряется не прибить её? Воплощением спокойствия так-то моего отца не назовёшь, а вот поди ж ты… Нашли друг друга…

Нет, я, в общем-то, рада, что они счастливы… пока мама не начинает снова наседать на меня с матримониальными планами. Честно сказать, она почти и не прекращает. Только удалённость Азуина от их нынешнего места жительства меня и спасает, да ещё то, что здесь нет магических университетов или академий такого же уровня. Иначе б она горы свернула, чтоб перетащить меня обратно под своё крылышко.

И, знаете, ладно бы она пеклась о моём личном счастье, но нет. У неё высокая цель, видите ли! Брак мирового значения – вот что её устроит. В её собственном понимании, конечно. А это значит, что мне подсовывают всё новых и новых принцев Тёмного мира.

Я не сказала? Мои родители помешаны на демонах, просто помешаны. С Сатаной дружбу водят много лет. Ну, с нынешним – Аграхистом (впрочем, он же и предпредыдущий). Он, справедливости ради, вполне ничего… занятный дядька… но должность, сами понимаете.

Тропинка, наконец, вывела меня на уютную, заросшую папоротником полянку, на дальней стороне которой притулилась к вознёсшимся к небу колоннам сосен моя хижина. Мой маленький, скрытый от посторонних глаз мирок.

Я пересекла лужайку и поднялась на крыльцо. Скинула туфли и ступила босыми ногами прямо на прохладный дощатый настил. О, да! Я пошевелила затёкшими пальцами, чувствуя облегчение от того, что этот длинный день наконец-то завершается. Впереди приятный вечер с чашкой какао и книгой… сон под пение птиц… Кстати, отчего-то они молчаливы сегодня. Может, дождь пойдёт? Хорошо бы: тогда мать не заставит меня гулять с очередным воздыхателем… липучий парень, фу… хотя и в одном помещении с ним не лучше. На прогулке сбежать легче.

Скривившись при мысли о завтрашнем дне, готовом вбить последний гвоздь в крышку гроба моего терпения, я распахнула дверь и вошла в дом. Не глядя, зажгла свет и, наконец расслабившись, потянулась, распустила хвост, позволив волосам свободно рассыпаться по плечам.

– О! Продолжай! Отличный вид! – сладкий, словно патока, мужской голос заполнил комнату, заставив меня взвизгнуть и распахнуть глаза. – Никогда не надоест на тебя смотреть, честное слово. Вот, решил заглянуть.

Вальяжно раскинувшись в одном из кресел, со стаканом виски в руке сидел Саул.

Я успела отметить, что он не в форме: одет простецки – джинсы, футболка, растрёпан, да и под глазами явственные круги. Не дав моей врождённой участливости поднять голову, я выплеснула на него своё возмущение.

– Какого дьявола ты тут забыл? Убирайся! Я не желаю тебя видеть… слышать… и вообще… Ты… ты… пьёшь мой виски!

Он с удивлением воззрился на бокал, скривил брови в недоумении и отставил напиток в сторону. Одним плавным движением поднялся, как-то сразу заполнив собой маленькую комнату и примирительно поднял руки.

– Постой, не спеши так, милая. Я не позлить тебя, – он вздохнул. – Мне нужна твоя помощь, Санни.

– Помощь?! Моя помощь? – взвилась я. – Тебе?! Да с какого рожна бы я… – мой рот сам собой захлопнулся, слова застряли в горле.

Саул подцепил пальцем цепочку, которую вечно таскал на шее, и вытянул из-под футболки кольцо – чернёное серебро с кровавой рубиновой капелькой. Покачивание надетого на цепь украшения напомнило мне движение змеи перед броском.

– Разве ты откажешь в помощи своему мужу, жёнушка?

Глава 1

Пожалуй, я должна объяснить. Хотя представления не имею, с чего начать.

Ну, да, я как бы замужем.

Я, Саниэль Бо, потомственная тёмная волшебница, не желающая быть таковой, состою в законном браке с Саулом, принцем рода Га-ар-рах Одиннадцатой ветви Демонического древа.

Ведьма и демон… вполне себе обычная парочка… Ага, да если б!

Как вы, наверное, догадались, удачным наш союз не назовёшь. Впрочем, как посмотреть: по крайней мере не храпит каждую ночь под боком никто… ладно, ладно… Саул в принципе не храпит… но я не о том…

Ох, как непросто!

В общем, познакомились мы пять лет назад, когда я окончательно перебралась в Азуин, получив должность преподавателя социологии Тёмного мира. Хотя нет, вру, знакомство состоялось существенно раньше, когда я и соображать-то ничего ещё не могла…

Нет, придётся всё-таки совсем издалека, иначе путаница выйдет.

Итак, я родилась двадцать семь лет назад в семье Летиции и Сектуса Бо – всеми уважаемой пары волшебников Юнтарии.

В Канжеле – там тогда был наш дом – стояла поздняя весна. Предгорья Гленельрана, окружавшие старинную деревеньку, сплошь покрывала молодая зелень буковых зарослей, перемежаемая тёмно-изумрудными пятнами тиса. На фоне ярко-голубого неба отчетливо прорисовывались вдали пики хребта Фирнаи, напоминающие сломанную корону. Всё цвело и радовалось жизни. (Ну, мне так рассказывали; впрочем, я и сама могла в том убедиться в детские годы – канжельская весна никогда не разочаровывала).

Короче, обстановка оказалась более чем благоприятной для появления дитя на свет. И мои родители считали так же. Только вот взгляды на понятие «благоприятный» у них были, скажем, своеобразные.

Дело в том, что папенька с маменькой – с юности увлечённые поклонники и друзья Сатаны.

О! Не рисуйте себе ужасов! Никакой расчленёнки, кровавых ритуалов и невинно убиенных младенцев. Хотя кровь… ну да… но всё не так страшно.

Взглянем чуть шире.

Сатана Тёмного мира – это такая специфическая должность. Что-то вроде президента демонов, оборотней, химер, вампиров и прочих созданий, стоящих на действительно тёмной стороне волшебной части реальности. У светлых, соответственно, Архангел, но там другой принцип… ну, не сейчас…

Я сказала «президент», но это весьма отдалённое сравнение. Во-первых, выборность хоть и присутствует, но весьма условная: кандидаты – всегда высшие демоны, занимающие главенствующее положение в своих родах. (Тут отмечу, их никогда не бывает много: редко кто в действительности рвётся занять кажущийся столь высоким пост). Во-вторых, власти у Сатаны неизмеримо больше. Личной власти и могущества, обретаемых с восхождением на Чёрный трон (он, правда, чернющий, словно самая тёмная южная ночь, но так ничего особенного – кресло и кресло). То есть банально увеличиваются силы и магические способности. Но с ними приходит и громадная ответственность. Нет, с войнами светлые и тёмные давно разобрались и не пытаются отхватить друг у друга кусок послаще. Так что вопрос не в недопущении конфликтов. Просто сильный перекос магии в ту или иную сторону отзывается в самих основах Тёмного мира: ту реальность начинает буквально перетряхивать землетрясениями, заливать дождями, выжигать светом и прочее. Короче, для спокойной жизни абсолютно всем тамошним обитателям нужно блюсти какой-никакой баланс. А это та ещё задачка, потому и не стремиться особо никто к должности ни Сатаны, ни Архангела. Часто пост занимают повторно те же самые лица, что уже стояли у руля.

Вот и Аграхист…

Аграхист – глава Четвёртого дома, включающего Десятую, Одиннадцатую и Двенадцатую ветви Древа, и нынешний Сатана (после, так сказать, перерыва). Сатаной он был и тогда, в год моего рождения. А ещё он мамин приятель.

Маман моя, конечно, немного не в себе, и, по-моему, он сыграл в этом помешательстве немалую роль. Я думаю, именно знакомство с Сатаной снесло ей крышу на почве стремления выдать меня не за человека (пусть и мага), а за демона, да повыше рангом. Ну, такие вот увлечения, что поделать. (Эх, знала б она…).

А, уточню: Летиция Бо – лекарь, одна из самых известных ведьм-врачевательниц в обоих Мирах, специализируется на помощи тёмным, на том они с Аграхистом и сошлись. Ну и папочка-химик оказался как раз к месту: лекарства демонам нужны совсем не те, что людям. Взаимовыгодное сотрудничество, по-простому говоря. И могло бы ограничиться только немалыми деньжищами, которые Сатана платит моим родителям за врачебную помощь его подчинённым, но странным образом они подружились. С этого всё и началось.

Так уж случилось, что роды у мамы начались несколькими днями раньше прогноза. Они как раз устроили маленькую вечеринку: так сказать, в последний раз посидеть компанией без всех этих пелёнок, срыгиваний и плача. Пригласили Аграхиста и парочку друзей попроще – обычных магов. А Сатана притащил ещё сопровождающего…

Ну вот, пока пили чай (или чего покрепче), я и решила, что пришло время поглядеть на белый свет. Панику никто не разводил, как я понимаю, справились своими силами, даже повитуху искать не стали. Да и, как говорит мама, я оказалась очень «деликатным» ребёнком и совсем её не мучала: появилась как по учебнику, в заботливые руки папы. Ангелок, да и только.

И, угадайте, кто стал моим названным дядюшкой? Ага, властитель Тёмного мира.

Сатана, конечно же, не мог оставить «свою крошку» без подарка. Если б только его взгляды на хороший подарок не были столь… своеобразными. Да уж…

Презентом стали души. И не в смысле прислужников или рабов, нет.

Как кошка, я стала обладательницей девяти сущностей: моей собственной и восьми дарёных (это нелегко представить; я и за двадцать семь лет не до конца поняла).

Дорогие мамуля и папуля в благодарность выбрали мне имя. Я никогда не пользовалась им после младшей школы, и даже мои лучшие подруги не знают его. Сатаниэль… примитивно и не слишком изобретательно, но это имя всегда меня тревожило. Может, не зря, вон как всё обернулось…

Ах, да, как думаете, кого тогда приволок Аграхист с собой в дом моих родителей?

Всё верно, его. Саула.

(Насколько мне известно, в те дни он прочил инкуба в свои преемники, но красавчик решил иначе).

Таким и было наше первое знакомство. Демон, которому сотни лет, случайно стал свидетелем появления на свет маленькой девочки, облагодетельствованной самим Сатаной. Бездушный демон, узревший, как крохотный человеческий младенец получает то, чего демон никогда не имел и не мог надеяться обрести. Душу… и не одну.

Наверное, вы начинаете понимать.

В общем, Саул… судя по всему, он приглядывал за мной всю мою жизнь. Присматривал, не показываясь на глаза.

Присматривал… или преследовал. И догнал в итоге… дурочку…

Как я упомянула, наше близкое знакомство состоялось пять лет назад. Тогда я впервые выбралась с подружками в «Элизиум». Почему так поздно, и как я смогла обходить это место стороной в студенчестве? Не знаю. Вот честно, без понятия. Совсем уж скромницей меня не назвать, но в этот клуб я до того вечера не попадала. А тогда… уж попала, так попала. Ха!

Нет, ну вы видели Саула?!

Вот, скажите, могла ли двадцатидвухлетняя пять-минут-назад-студентка не заметить его? Устоять перед ним? Особенно, если он после официального знакомства (нас представила друг другу Зу – моя подруга) не отходил от меня ни на шаг?

Никаких шансов.

Ни тогда, ни – ох, ты, чёрт – кажется, теперь…

Эти его глаза! Я тонула в их медовом блеске, как муха в стакане виски. Волосы, нимбом светящиеся над его лицом… Скулы, острые, словно обрывы Фирнаи… Улыбка, заставляющая кровь бежать быстрее по твоему телу… Кстати, о теле… м-м-м… Его высокая, поджарая фигура не одну девушку свела с ума. Он, стоит отметить, никогда слишком уж не выставлялся, но разве смогли бы вы не бросить взгляд на эти широкие плечи, сильные руки? Не представить, как вас касаются эти длинные пальцы, как вы сами трогаете эту позолоченную солнцем кожу? Ну, в общем, инкуб, как есть, что долго говорить.

Короче, уже совсем скоро я разве что слюнки не пускала, пялясь на него.

А он… он, вопреки ожиданиям, не стал на меня сразу набрасываться. Нет. Саул делал всё максимально осторожно (теперь-то я понимаю – загонял добычу так, чтоб она не испугалась), нежно, деликатно.

Столько внимания, приятные слова, обходительные манеры. Никаких действий нахрапом. Будто милый, воспитанный мальчик-аристократ (в общем-то, в Тёмном мире он им и был). Но при этом визуально – сплошной секс. А для почти неопытной девчонки – просто воплощение соблазна.

Ясное дело, я втрескалась в него, как кошка.

На наши первые свидания (совершенно тайные – мы решили поначалу скрывать отношения ото всех… да и после, как оказалось) он позвал меня в путешествие по Тёмному миру. Мы извели целый ларец «драконьей кости», осматривая долины и горные пики, лужайки и озёра, леса и пустыни, деревушки и города. Саул рассказывал мне истории каждого места, вспоминал, кого ему довелось встретить там или тут за сотни лет жизни, делился смешным и грустным… казалось, делился собой…

Он не давил на меня, не принуждал… не знаю, всё складывалось так легко и естественно. И, я могла бы поклясться, он не врал, когда заговорил о любви… Как я могла так ошибаться?!

Конечно, мы стали близки. Это было неизбежно, словно наступление рассвета. Так жарко и сладко… и по-настоящему… будто бы он не желал отпускать меня больше никогда, но… За рассветом всегда рано или поздно наступает закат.

Однажды мы дали нерушимые клятвы друг другу на холме творения. Брачные клятвы, скреплённые нашей кровью на серебре. Его обещание защищать меня от любого зла. Мой дар – одну из моих душ… для него самого.

И после… всё закончилось.

Получив желанный приз – душу, он не смог играть роль долго. Истинную натуру не спрятать навечно. Инкуб останется гулякой-соблазнителем после любых клятв.

Нет, он всё отрицал… поначалу. Я не стала его слушать. Зачем? Мои глаза прекрасно видели… а разбитое сердце видело ещё лучше.

И Саул оставил меня в покое. Ну, почти.

Если я не показывалась ему на глаза, то он не искал встреч. Но оказавшись случайно в «Элизиуме» я всегда могла ощутить кожей ласкающий меня взгляд, каждый раз могла увидеть мимолётную улыбку, предназначенную лишь мне, заставляющую вспомнить, как эти губы ощущались на моих губах… заставляющую вновь желать…

Вот ты ж, дьявол, опять!

Он стоит передо мной, и мы не можем отвести друг от друга глаз.

И он просит о помощи, моей помощи.

Да как он имеет наглость!!!

Покачивающееся в его пальцах кольцо сверкнуло рубиновым глазком. Такая же застывшая капелька его крови в серёжке в моём ухе отозвалась на это движение жаром и дрожью.

«Связаны навеки…» – шёпотом донеслось из прошлого.

Глава 2

Я захлопнула дверь. Не хватало ещё, чтоб кто-нибудь его тут увидел. Объяснений потом не оберёшься.

– В помощи? – вышел из меня какой-то полупридушенный писк. – Почему я? Ну, я же не…

– Не кто? Не сильная ведьма? Не моя жена? – как всегда, его слова сочились иронией. – Поверь, именно ты мне и нужна. Твои умения. Возможность спрятаться тут, где меня уж точно не станут искать. Да и связь с этим делом…

– Связь? Моя? С каким это делом? Что ты натворил?! – я привалилась спиной к дверному косяку: ноги предательски задрожали.

– Эм… ну, как бы сказать… я-то как раз ничего не натворил, но твои приятели думают иначе, – он отвёл взгляд, взъерошил пальцами волосы, будто нашкодивший мальчишка. – В общем, ты уж точно об этом слышала… Речь об Азуине.

– Азуин? Что ты устроил в университете? Гулянку? Оргию? Пожар?

Саул поморщился.

– Опять ты приписываешь мне свои ожидания. Неверные, кстати. Снова. Прямо как тогда…

– Стоп, мы обсуждаем не наше прошлое. Что там с моей работой?

– Дело не в университете. Я говорю об Изумрудном Азуине, – он криво улыбнулся, развёл руками. – Только не кричи, умоляю, – видимо что-то в моей обалдевшей физиономии подсказало ему, что спокойно я такую новость не переварю. – Пожалуйста, только тихо.

– Азуин украден, – прошептала я, – и ты…

– Меня подозревают в краже. Эта твоя подружка с её профессором… Нет, погоди, погоди, – ступив ближе, но не коснувшись, он снова остановил готовые сорваться с моих губ восклицания, – я тебе клянусь всем, что мне дорого, я не трогал эту штуку. Вообще никогда её в глаза не видел, кроме как на картинках, что мне показывали. За каким дьяволом мне связываться с драконом?

Сглотнув, я оттолкнулась от стены и молча прошла вглубь гостиной, схватила его бокал с виски со столика и осушила одним глотком. Надо напиться, напиться и баиньки. И всё пройдёт, как страшный сон, как ночной кошмар.

– Эй, милая, ты нужна мне в здравом уме, – Саул шагнул ко мне, отобрал стакан и усадил в кресло. Кожу на плечах, где он меня коснулся, будто ожгло пламенем. Я отодвинулась, вжавшись в сиденье. Инкуб отступил, заходил по комнате, жестикулируя и бросая на меня красноречивые взгляды.

– Они нашли в моём кабинете в «Элизиуме» какую-то частичку этой вашей драгоценной статуэтки. Понятия не имею, как она там оказалась. Плюс демонские отпечатки там, на месте кражи, вроде бы, и отпечатки моего рода, будь оно неладно. И вся эта история с Мавинусом и его странным заказчиком, которую они проворачивали через мой клуб. Вот ведь, дряни, подставили! И Бо-Хотар… и вся эта затея с душами… Они хотели меня задержать, но я не дался…

– Бо-Хотар?! – прохрипела я, распахнув глаза. – Что они знают о нём? – серёжка в ухе снова вздрогнула и потеплела, я нерешительно продолжила. – Что они знают о…

– Нас? – Саул помотал головой. – Почти ничего. Так, я ляпнул кое-что на взводе… но ничего конкретного не сказал, честно!

– А холм?

– Я показывал им его: выбора не было. Зулина бы очень насторожилась, если б я отказал. Но там тоже ничего особенного. Им известна только самая общая информация о холмах творения. Хотя… – он запнулся, – Мавинус… ваш профессор монстрологии хотел поохотиться не только на чудовищ… – демон остановился, опустился на корточки рядом со мной, заглянул в глаза, – за тобой. Он искал тебя и твою душу. По крайней мере, одну из них.

– Он знает?! – я чуть не подпрыгнула до потолка.

– Судя по всему, да. Я не скажу, сколько он сумел выяснить – не про нас, точно – но про несколько душ он в курсе и хочет одну.

– За-зачем? Он же человек… или…

– Человек. Обычный маг, хоть и сильный, – он снова поднялся, вздохнул. – Для брата. Ищет душу для брата. Чокнутая пожирательница заразила его, и настоящая душа… фьють… – инкуб взмахнул руками. – Благородно. Одобряю даже. Но без твоего участия. Я поклялся защищать тебя там, на холме, и мои слова так же тверды. Я не дам тебя резать… и тогда было чересчур… я зря…

– Вот только не надо снова! – я вскочила и разъярённо ткнула в него пальцем. – Ничуть ты не жалеешь. Ты этого и добивался.

Инкуб кивнул.

– Так и есть. Добивался. Не жалею. Но если б я знал, каково придётся тебе… – он покачал головой, – не уверен, что позволил бы. Но нас поздно обсуждать: всё давно свершилось. Но другие… Нет, никто не приблизится к моей жене с такими намерениями!

– Не говори этого, – я отвернулась.

– Чего не говорить? Что ты моя жена? Что я буду тебя защищать и оберегать от любого зла? Да, я демон, но я не обязан лгать. По крайней мере, себе… и нам.

– Не от чего защищать. Эрчин не смог бы…

– Не смог?! – воскликнул Саул. – Взгляни! Нет, ты взгляни, что это, а?

Он нагнулся, потянувшись через столик к диванчику, сунул руку под подушку и достал оттуда что-то блестящее… металл, кость и рубины…

– Лагох, – слово слетело с губ почти неслышно. Кинжал-полумесяц был знаком мне до боли. Боль… я вздрогнула, вспомнив ту давнюю агонию… Я хотела её сама, сама предложила… Кто же знал, каково это, отделить от себя душу, пусть и не свою собственную, а одну из дарёных. – Это тот… – я не смогла продолжить.

– Не знаю. Их мало, и они все похожи. Но ощущается почти родным, – демон покрутил кинжал в ладонях, наблюдая за отражающимся в лезвии светом. – Отобрал у профессора вашего. Перед тем, как сбежал. И они ещё нашли в себе наглость обвинять меня!

– Кстати, об обвинениях, – сглотнув, я взглянула прямо на него, – что… Не мог бы ты убрать это? Я…

– Прости! – он засуетился, окинул взглядом мой домишко. – Куда бы его пристроить? Я после… после спрячу не здесь…

– Вот, там ларец есть. Запирается, – я махнула рукой на стеллаж в дальнем углу, у кладовки.

– Закрою рунами, – Саул быстро убрал нож из видимости, – другие не достанут. Ну, разве что сам Сатана.

– Чёрт бы его побрал! – в сердцах бросила я, вздохнула и захихикала. – Только все они ему и служат.

Мы понимающе улыбнулись друг другу.

И почему я не могу злиться на этого… красавчика? Выгнать бы. Сообщить, куда следует, и дело с концом. Но кровь, зажатая в серебряных тисках брачных клятв, не давала забыть о себе. И родство душ… то, что я чувствовала ещё до того, как взаправду подарила ему душу. Моё проклятие – продолжать любить этого чёртова демона.

Я снова устроилась в кресле, указала ему на такое же напротив.

– Ладно, а теперь подробно. Расскажи мне всё с самого начала. Азуин, кража, Мавинус. Как ты во всё это влез? Какого дьявола сбежал, если невиновен? Что мне с тобой делать, в конце концов?

– Ты мне веришь? – в его голосе зазвучала призрачная надежда.

– Верю? – я хмыкнула. – Нет, не обольщайся. Но я хочу понять, прежде чем что-то предпринять. Не люблю влезать куда бы то ни было, не понимая.

– Знаю. И всё-таки…

– Я верю, что ты не причинишь мне прямого вреда. Достаточно? Давай уже, к делу. Рассказывай.

В общем, он сумел обрисовать ситуацию довольно кратко. Не знаю, умолчал ли о чём-нибудь (уж, наверное, демон, как-никак), но отчего-то я ему, правда, поверила. Конечно, Саул не белый и пушистый, никогда и не был паинькой, но красть азуинский артефакт… нет, я не увидела в этом смысла.

Что может дать ему дракон, если того суметь освободить? Понятия не имею, но, наверное, первоящер способен почти на всё.

Только вот чего желать моему инкубу?

Он и так принц. Имеет вполне не иллюзорный шанс занять один из высших постов Тёмного мира (если только сам захочет), душу получил, популярен, обеспечен… и вообще… Сил, опять же, полно. Сейчас, пожалуй, я могла бы потягаться с ним в магических умениях (не то, что при знакомстве), но не в опыте, уж точно. Так зачем ему дракон?

Я не смогла найти логичных объяснений. А раз их нет… ну, не то чтоб я могла положиться на его слово, но сплавлять его сразу в лапы следователям тоже не хотелось.

Ну, знаете… муж, всё-таки…

Нет, не в том смысле… нет…

Просто начнут расследование, узнают про нас… забот потом не оберёшься.

– Ясно. Так и что ты от меня хочешь? Конкретно, что именно я должна сделать?

– Ты не должна, я просто надеюсь…

– Я помогу, не рассыпайся тут в лести и заискиваниях. Меня этим не проймёшь, знаю я твои штучки.

– Ну, кое-какие пронимали, – он многозначительно ухмыльнулся.

– Даже не думай, – вроде бы, мне удалось не покраснеть. – Что делать-то?

Саул посерьёзнел.

– Для начала – дать убежище. Если бы я мог переждать тут…

– Плохая идея. Мои родители…

– Летиция меня обожает, – самодовольно заявил инкуб.

– Вот именно, – я закатила глаза, – поэтому ей лучше б не показываться.

– Хорошо, согласен. Я не стану никуда выходить. Просто отсижусь тут немного, пока не придумаю, как оправдаться, как найти доказательства, настоящего вора. Пока мы не придумаем.

– Мы? Что я могу?

– Не приуменьшай своих талантов. У тебя есть и силы, и ум. И знакомства. Важные. Это может пригодиться. Ну так как?

– Ладно. Ты можешь остаться на пару дней. Там поглядим.

– Спасибо, родная, – он подался было вперёд, потянувшись ко мне, но замер: я постаралась изобразить самый холодный взгляд, какой смогла (было непросто, всё-таки он невероятно притягательное создание). – Тогда с меня ужин. Надеюсь, ты не против?

– Вообще-то я уже поужинала у мамы… но ладно, давай.

Саул тут же устремился на кухоньку и загремел сковородками. Готовил демон превосходно, вы бы не нашли в себе сил устоять хоть перед этой капелькой соблазна.

Я попыталась отделаться от миллиона мыслей, роящихся в голове. Просто вечер, просто ужин. Обо всех перипетиях и сложностях будем думать завтра. Сейчас хотелось лишь отдохнуть.

Утром, умывшись, я тихонько выскользнула из ванной, стараясь не шуметь и не разбудить спящего на диване Саула, направилась обратно в свою комнату.

Дверь в домик резко распахнулась.

Пронзительный голос моей матери поднял бы и мёртвого: инкуб свалился на пол, тут же вскочил и непонимающе захлопал своими длиннющими ресницами (да, каждый раз это замечаю).

Я так и замерла на месте.

– Доченька! Ты уже встала? Только послушай, что я придумала на сегодня… – Летиция Бо ворвалась в гостиную подобно маленькому блондинистому торнадо, узрела нас – меня в одном халатике, Саула без футболки – и ахнула.

Комнату наполнила давящая тишина, такая обычно редкая при моей мамуле.

Инкуб отмер первым.

Шагнув ко мне и по-хозяйски обняв за плечи, он, как мог мило, поздоровался.

– Приветствую, госпожа Летиция. Ужасно рад видеть вас снова и в добром здравии. Мы тут…

– Мама, я объясню!

– Ох, милая, думаю, твоя мама уже сама догадалась, – мёд так и сочился с его губ. – Наверное, пора перестать скрывать, – и, глядя прямо в мои вылезшие от ужаса из орбит глаза, он произнёс, – мы с Саниэль встречаемся!

Глава 3

Фу-у-х!

В первый момент я выдохнула: он не проговорился о браке. Но потом…

Что? Встречаемся?! Да что ж такое, дьявол побери?! Ну, собственно, он и есть… что ж так сложно-то с этими демонюгами.

Выдавив из себя скромную улыбочку, я взглянула на мать из-под ресниц, одновременно пытаясь освободиться от хватки Саула. Бесполезно, конечно. Такой тёплый и хорошо пахнет… ум-м… ну вот, опять. Успокой уже своё дурное сердечко, Саниэль, и держи ноги вместе.

Мамуля пребывала в таком шоке, одновременно полным радости и неверия, что только и бормотала:

– Саул… и вы… с моей дочуркой… Санни, ты…

– Госпожа Летиция, – демон наконец-то отпустил меня и вежливо потянул маменьку к креслу (наиграно до жути, но она не заметила, понятное дело), – давайте присядем. Мы вам всё объясним. Понимаю, несколько неожиданно, но сердцу не прикажешь выбрать время, не правда ли? – Саул подхватил футболку и быстро натянул её, прикрыв торс (Эх, такой вид пропадает! Впрочем, ладно, хоть мозги прояснятся), потом уселся напротив моей матери на диван, доверительно вглядываясь ей в глаза. – Санни, милая, присядь тоже, – он похлопал ладонью по сиденью рядом с собой; пришлось подыграть и умоститься на краешке, стараясь не касаться демона, – Летиция вправе знать.

Да уж… будто у нас есть выбор: теперь всё равно не отвертеться.

Она внезапно отмерла, осознав заявление Саула, и тут же, забыв о всех нормах приличия, завизжала, вскидывая кулаки в воздух, а потом бросилась к нам обниматься. И откуда такая силища в крошке-мамуле взялась: вон как притиснула нас друг к другу.

– Мама… – укоризненно пробормотала я, пытаясь отстраниться, – ты ведёшь себя неподобающе. Саул не привык к такому, – о, он и не к такому привык, но успокоить маменьку может только боязнь ударить в грязь лицом: она тут же отпустила нас и уселась в кресло, чинно сложив ладошки на коленях.

Пф! Всегда срабатывает, слава Тёмной.

Я заметила, как инкуб сглотнул и отвёл от меня горящий взгляд. Вот чёрт! Халатик от непрошенных объятий распахнулся и показывал больше, чем следовало. Я быстренько стиснула ворот, буквально вцепившись в шёлк, прикрывая грудь (запоздало, впрочем: тело уже отреагировало, и соски теперь упирались в ткань пиками, заставляя меня поёживаться и ещё больше желать сбежать).

– Дети, я несказанно рада, – улыбаясь во весь рот заявила мамуля, – что вы нашли общий язык.

Эх, знала бы она, о чём, в действительности, говорит! Я заёрзала на сиденье.

– Это потрясающая, великолепная новость. Просто чудесная. Всегда знала, что вы очень подходите друг другу. Да – да, и не смотри на меня так, дочь. Я знала, что из вас выйдет отличная пара. Такой союз! Папа тоже будет доволен, уж поверьте. А Аграхист-то как обрадуется! О, представляю себе, как мы ему скажем… – она продолжила щебетать, почти не обращая внимания на нас.

Мы с Саулом переглянулись. В глазах у него (как и у меня, наверное) плескался ужас. Почти синхронно мы замотали головами

– Мама!

– Госпожа Летиция!

– Мама, постой, не торопись. Помолчи. Саул, скажи ей.

– Э-э, госпожа Летиция, – начал он неуверенно, будто бы простой парень, а не высший демон; она остановилась на полуслове и обиженно поджала губы, – видите ли, дело в том, что мы… э-э… мы бы с Саниэль хотели сохранить это в секрете. Наши отношения то есть. Нет -нет, не поймите неправильно, на время, конечно. Просто вот так сразу… Не думаю, что дядюшке следует говорить именно сейчас.

– И папе, – вставила я, – и вообще всем.

– Да, – кивнул инкуб, – мы вынуждены просить вас сохранить ненадолго нашу тайну.

Ага, как же! Если только мы заклеим ей рот и запрём в кладовке.

– Всего на несколько дней, – продолжал демон, – это очень важно. Никому – никому, понимаете?

– Не понимаю, – мама выпрямила спину так, будто в неё всадили кол, развернулась полубоком, и процедила, – скрывать от самых родных… разве так можно? Непорядочно, дети. Или, может, ты стыдишься моей доченьки?

О, ну всё, понеслось.

– Я?! Стыжусь?! Да как вы могли такое подумать? Я готов кричать о своих чувствах к Саниэль на каждом перекрёстке… – ух, сколько страсти, и не подумать, что враньё, – просто не время.

– Отчего же не время? – искренне изумилась Летиция. – Вы давно знакомы. Вас многое связывает. Вы молоды и вполне подходите друг другу. Что за выжидание такое?

– Э-э… – брехливый демон никак не мог придумать очередную ложь, ха!

– Это сюрприз, мама, чёрт бы всё побрал! – вмешалась я. – Один большой сюрприз. И ты, кстати, его немного подпортила, – я вскинула подбородок, чуть обиженно скривила губы.

– Но, милая, я же не знала. Я только хотела…

– Мама, ты обещала мне немного личного пространства, но вот ты здесь и… ох, всё испорчено, – я отвернулась, уткнувшись Саулу в плечо и делая вид, что стираю слёзы. Он погладил меня по волосам, якобы, успокаивая.

– Доченька, ну, доченька, я хотела как лучше, – голос прозвучал заискивающе, – я… я… Я никому не скажу, обещаю.

Я покосилась на неё, заметив, что руки её подрагивают. Ну, может, я немного переборщила, но это ей за все многолетние потуги со сватовством, уж они-то похуже были, чем это беспокойство.

– Честно – честно, никому.

– О, мама, не старайся, – я снова притворно всхлипнула, – мы все знаем, что ты не умеешь держать язык за зубами. К вечеру тут половина Тёмного мира побывает, начиная с Сатаны. А мы… а я… – я снова спрятала ухмыляющееся лицо у Саула на груди.

– Я смогу, я… Сколько дней вам нужно?

– Эм… госпожа Летиция, – пришел мне на помощь начавший соображать инкуб, – мы не можем так сказать: это же не сделка. Дня три-четыре. Возможно, неделя. Есть обстоятельства…

– Неделя? Санни, ну что, я неделю не потерплю разве? Конечно, я…

– Мама, ты и часа не выдержишь, – устало вздохнула я и, развернувшись, посмотрела прямо на неё. – Я тебя не виню, но ты и сама знаешь за собой этот грешок. Так уж… – честно говоря, я, и правда, не видела для нас выхода: мамуля всегда была ужасной болтушкой и сплетницей. – Всё насмарку, – понятия не имею, что б я могла иметь в виду под «всё», но, видимо, моя интонация пробила маменькину броню насквозь.

– Деточка, прости меня, милая. Как неудачно вышло, – вдруг она подпрыгнула на своём месте, озарённая идеей. – Погоди. Я знаю, как всё поправить, – она разулыбалась. – Ты можешь меня зачаровать, и я ничего не скажу. Всего неделя же, а?

– Так зачаровать? Ты можешь, Санни? – демон изумлённо воззрился на меня.

Пф… глупый демон… отстал от жизни…

– Конечно, может, раз плюнуть. Плохо же ты узнал мою девочку, Саул, – мать шутливо погрозила ему пальцем. – Она очень, очень сильная ведьма. Такой род, а?

Я закатила глаза, потом нехотя кивнула. Естественно, я могла это сделать: раз – и всё, больше разговоров. Но родную мать…

– Мама, но это управление волей. Как я… с тобой…

– Я же сама предложила, а? Ну, я не хочу испортить ваш сюрприз: я желаю вам счастья в каждой мелочи. А это для тебя важно, я же вижу, – для женщины, всю жизнь имевшей дело с самыми мрачными представителями Тёмного мира, моя мамуля умудрилась остаться слишком наивной. – Делай. Только не забудь запретить мне показываться у тебя тут, а то заново придётся.

Я поколебалась для виду, повздыхала и, само собой, согласилась.

Сеть заклинания слетела с кончиков пальцев, как выпущенная из ружья пуля. Летиция захлопала вмиг остекленевшими глазами, поднялась и, словно шарнирная кукла, направилась к двери, вышла и побрела по тропинке к усадьбе, не оглядываясь.

Фу-ух, пронесло…

Я встала и закрыла дверь сразу, как её спина скрылась за поворотом.

– Выпутались. Ох, мне нужно выпить, кажется. Вот утречко начинается, – я обернулась и замерла, перетаптываясь на месте: Саул тоже поднялся и смотрел на меня с подозрением и немым вопросом.

– Э-э… я пойду, переоденусь, пожалуй, – я, было, двинулась в свою спальню, но его голос остановил меня.

– Стоять… – мягкий шёпот не мог скрыть издёвки, – так-так, малышка выросла, значит. И до каких же высот ты добралась, моя великая ведьмочка?

Я фыркнула, уставилась на демона.

– Не твоё дело. Не сидела, сложа руки, это уж точно.

– Ловко ты её… и быстро. Хм… В Азуине ты проходишь под пятым уровнем. Высоко, да, но всё равно чушь. Третий? Ближе к истине, я думаю. Или даже… всё-таки очень быстро ты всё проделала.

– Ты и сам так можешь.

– Не совсем таким способом, но да, могу. Только вот… я – высший. Признавайся, жёнушка, как высоко ты успела забраться?

– Я уже сказала, не твоё дело, – я отвернулась и обошла его по пути в комнату. – — Мы с тобой – не друзья, не партнёры. Только временная помощь. Краткосрочная. По старой памяти и до выяснения, так сказать, – бросила я ему через плечо. – Не лезь, куда не следует.

Это я переборщила, конечно.

Крепкие руки поймали меня со спины, стиснули, развернули, прижав вплотную к горячему мужскому телу. Демон жарко задышал мне в ухо, почти касаясь губами.

– Мужу дозволено куда больше, чем другу или партнёру, не так ли, дорогая? Надеюсь, ты хорошо помнишь, какие у меня есть права?

– Не больше, чем у жены, – буркнула я, выворачиваясь, пытаясь вырваться и скрыться из-под власти его чар (ну, не настоящих чар, он меня не околдовывал; но аура… чёрт, как же он великолепно пах… как давно я не ощущала подобного… как давно я не чувствовала… его).

– А я совсем не против, если ты заявишь свои права, любовь моя, – его губы прошлись по моей шее, вызывая мурашки по всему телу. – В любое время, как попросишь.

– Я попрошу отпустить меня. Немедленно! – выпалила я, наконец, оттолкнувшись от него и дав себе немного воздуха. – Мне нужно привести себя в порядок. И тебе бы не помешало, – я принюхалась и притворно сморщила нос; он тут же отпустил меня и отстранился. – И вообще, ты тут по делу, вроде. Так поразмысли, с чего нам начать. Ах да, мне начать, – я ехидно хмыкнула, – предполагаемые преступники же не могут высунуть нос из убежища.

Он, кажется, немного покраснел. Вот, зараза, ну почему он так хорош, даже с этим глупым румянцем.

– Вперёд, мозги включи. Потом поговорим нормально. А то мало ли, чего ты там потребуешь? Я на всё подряд соглашаться не собираюсь.

Я вскинула голову и, стараясь не показать, что сбегаю, ушла, спрятавшись за стенами своей спальни.

Глава 4

Бо-Хотар, около пяти лет назад

Мы стояли перед холмом.

Обычным таким холмом, ничем не примечательным. Лес неподалёку и везде трава. Резные камни – целые или кусками, покрытые щербинами и трещинами, то ли от времени, то ли от существ, перебывавших здесь с начала времён. Безветрие.

Да, вот разве что безветрие и тишина отличали это место от какого-нибудь пригородного парка в Мире-Основе.

Тропинки к вершине немного подзаросли, но очертания их легко угадывались.

Носа касался ненавязчивый медовый запах: как раз настало время цветения клевера. Вот только жужжания пчёл тут не слышно: то ли потому, что уже сумерки, то ли живность предпочитает держаться от холма творения подальше.

– Значит, это здесь. Так… просто.

– А ты чего ожидала? – демон усмехнулся. – Холм из костей, пепла и пламени?

Я смущённо пожала плечом.

– Нет, но… это же сама основа миров. Ключ, ты так говорил.

– Ну да, ключ. Сила. Одна из струн, связывающих мировые сферы. Просто кусочек мироздания, если поразмыслить. Важный, конечно, но такая же часть окружающего, как прочее. В конце концов, даже Сатана давно не увлекается воображаемым большинством антуражем, тебе ли не знать?

Я хмыкнула. Ну, да, так и есть. Только трон у главы Тёмного мира чернющий, а в остальном обычная такая резиденция, даже не слишком вычурная и роскошная.

– Так как, не передумала? – Саул нежно сжал мою ладошку, повернул меня к себе лицом, изучая. – Это на всю жизнь, родная. И намного дольше…

Вновь утонув в его карих глазах, чувствуя, как сильно бьётся сердце, я улыбнулась и кивнула:

– Уверена. Я же сказала тебе «да».

Демон притянул меня ближе, стиснул в объятьях, окружив теплом, жарко задышал в волосы, потеревшись о них щекой.

– Санни, моя Санни, вся – вся моя. Люблю.

Я подняла голову, подставляя ему губы:

– А ты весь мой.

– Всегда.

Поцелуй оглушил и ослепил. Снова. Заставил потеряться друг в друге, забыть о том, где мы, и зачем сюда явились. Только лёгкое свечение, разлившееся вдруг вокруг холма, вынудило нас разъединиться.

– Смотри, он чувствует! – обрадованно воскликнул Саул. – Он нас примет. Идём.

Держась за руки, мы взбежали на верхушку Бо-Хотара.

Никакого алтаря, который мне представлялся, тут не обнаружилось. Я даже успела немного разочароваться, но через минуту инкуб, раздвинув заросли жёсткой желтоватой травы, указал мне на небольшой заросший мхом камень. Вероятно, когда-то валун блистал снежной белизной, но за давностью лет и из-за сырости покрылся почти ровным слоем живого зелёного бархата. Расчистив выбитую в булыжнике руну, демон отодвинулся от меня и опасливо выдохнул, сглотнул и поднял взгляд.

– Вот. На месте.

– А ты думал, он мог пропасть? – искренне удивилась я.

– Что? А, нет. Просто… я много раз поднимался сюда, но никогда не решался тронуть… даже не подходил близко, – его глаза сверкнули. – Слишком много надежд.

– Ты получишь, что желаешь, – подмигнула ему я.

– Я… знаю. Санни… только…

– Что такое?

– Я боюсь за тебя. Я никогда не делал…

– Само собой, – кивнула я, – иначе б мы здесь не были. Ну, то есть были бы, – поправилась я, – но только по одной причине.

– Я не смогу дать тебе ничего равного, – прошептал демон.

– Ты будешь любить и хранить меня вечно, ты обещал, – я хихикнула. – Вечно! Только представить – целый высший демон в моём собственном распоряжении, а? Мой личный Тёмный принц.

– Дурочка, – он снова вздохнул. – Я буду у тебя и так… без…

– Но по-другому, разве нет?

– Наверное. Я так предполагаю. Не с чем сравнить, сама понимаешь, малышка.

– Всё я понимаю. И я вовсе не малышка уже.

– О, я заметил, поверь, – ухмылка вышла совершенно ослепительной. – И всё же, как человек, ты совсем юна.

– Я – не человек. Не просто человек. Я – ведьма. Доставай уже свою игрушку, хватит тянуть. Я решила, что отдам тебе её, и нечего тут больше обсуждать. Это справедливо. Каждый вправе иметь душу. В конце концов, мне-то зачем столько, а?

– А это ты у Сатаны спроси.

– Спрашивала. Дядюшка только хохочет.

– Да уж, он такой. Ладно, раз ты говоришь…

Медленно, с опаской Саул вынул из-за пазухи тёмный кинжал с кривым серповидным лезвием и костяной рукоятью, инкрустированной камнями. Тёмно-красные кабошоны в окружающем нас голубоватом свете казались жидкими. Испещрённый травлёными узорами металл, наоборот, будто втягивал этот свет, пожирал его, оставляя после облачко тьмы.

Я невольно отпрянула: все девять душ разом заледенели от вида ритуального оружия, знакомого по описаниям, но впервые увиденного вживую.

Демон, заметив моё движение, тоже отшатнулся, отодвигая нож подальше.

– Сан… я… пожалуй, ещё не время для тебя.

– Но для тебя – да, – возразила я, – я же вижу.

В глазах демона явственно мешались страх, жалость и жгучее желание заполучить наконец то, чем он так жаждал обладать. Не знаю, какие силы позволяли ему сдерживаться, не кинувшись на меня немедленно. Я осторожно протянула руку, коснулась своими ледяными пальцами его горячей ладони.

– Всё получится. Не жди. Начинай.

Уже через пару мгновений я пожалела, что согласилась: боль подвергает сомнению даже самые обдуманные, выпестованные решения. Даже самые верные решения.

Одна из душ вышла к камню на призывающее её заклинание так легко, будто проделывала это каждый день. Всего лишь бесформенный сгусток энергии, едва различимый даже нашим магическим зрением, а поди ж ты, насколько ценный… определяющий всё… пусть и не в моём случае, но…

Слова заклятия текли и текли, срываясь с губ демона, вспыхивая искрами и оплетая душу огненной сетью, привязывая её к алтарю. Валун светился молочно-белым, руна на нём потемнела, став похожей на провал внутрь, куда-то к центру холма. Лагох в руках Саула пылал алым, факелом освещая наши лица.

Последний звук – и я увидела тонкую нить, тянущуюся от моего сердца к вышедшей наружу душе, красную с золотом, сияющую. Я нашла в себе силы кивнуть.

Демон коснулся алтаря кончиком лезвия и потянулся ко мне. Я видела эту короткую задержку – последнее сомнение, но жажда пересилила. Он взмахнул кинжалом, отсекая девятую часть моего «я». Клянусь, я слышала звон, словно лопнула струна на арфе. Звон, отдавшийся во всём теле и принёсший боль.

Наверное, я кричала. Наверное, нас слышали в обоих мирах. Не помню.

В памяти осталась только всепоглощающая боль без конца и края, выворачивающая наизнанку, рвущая на части. Впрочем, от меня и отрывали часть. Вернее, отрезали.

На самом краешке сознания мелькал образ любимого: растрёпанные светлые волосы, закатившиеся тёмные глаза, чёрная рубашка, подсвеченная цветными сполохами, вознесённый вверх серповидный клинок, по которому с алтаря перетекает в демона крохотная неприкаянная душа. Чья-то душа, бывшая когда-то, вероятно, ужасно грязной – иные к Сатане не попадают – столь ужасной, что все её жизненные «наросты» спилили, оставив только чистый костяк, самую суть, искру настоящей жизни. Ничейная белая душа, подаренная правителем Тёмного мира маленькой девочке, ничем не заслужившей подобного, просто появившейся на свет.

Заслужил ли душу демон?

Мой демон – несомненно. Раз уж высшие силы оставили для «пустых» такую лазейку, то кто, как не он?

О моём даре ему я не жалела ни тогда, ни теперь, несмотря ни на что. Какие-то вещи просто правильны, и всё на этом.

Боль утихла столь же быстро, как и явилась.

Мы очнулись одновременно.

Честно сказать, я не ощущала в себе сколько-нибудь сильных изменений. Я знала, что потеряла одну из врученных мне душ, но именно, что знала. Это даже было не сравнить с тем, как порезать палец: последнее гораздо чувствительнее, серьёзно.

Нет, повторить пережитое – увольте. Но в целом… разговоров-то…

Саул… ну, я не заметила и в нём особых изменений: всё такой-же инкуб, всё такой же взгляд…

– Так вот, каково это… – прошептал он благоговейно, вслушиваясь в себя. И у вас это есть… всё время. Ты даже не представляешь…

– Не представляю, – я развела руками, окончательно придя в себя. – Может, ты, наконец, расскажешь?

– Это… не описать. Я… чувствую себя целым. Да, именно! Целым, понимаешь? – он вскочил, хватая меня за руки и притягивая к себе, кружа нас вокруг алтаря. – Впервые я перестал быть пустым, когда ты стала моей, а теперь… теперь это навсегда!

Я сбилась с шага, вынудив инкуба остановиться.

– И теперь? – сердце вдруг перепугано затрепыхалось: что, если на этом всё? Что, если он передумал, и я сама ему теперь без надобности?

– Любимая? Что такое? – он коснулся моего лица, вглядываясь в глаза. – Ты? Нет! Не смей передумать! Я всё тот же, Санни, клянусь. Ничего не изменится для нас с тобой, – Саул бухнулся на колени, не отпуская моих ладошек, целуя тыльную сторону кистей; голос его звучал умоляюще. – Скажи это ещё раз. Прямо тут. Бо-Хотар скрепит наш союз. Скажи, – он глубоко вдохнул и выпалил: – Сатаниэль, станешь ли ты моей женой?

Что я могла ответить, глупая влюблённая девчонка?

Мы стали супругами там, на холме творения.

Старый алтарь принял нашу жертву: немного смешавшейся крови, пролившейся во всё ещё зияющую трещину руны, наши клятвы, биение наших сердец. Валун сверкнул раз и медленно угас. На его вершине из ниоткуда появились кольцо и серёжка чернёного серебра: и то, и другое украшало по маленькому кровавому рубину.

Вдевая серьгу мне в ухо, Саул казался довольным даже больше, чем после обретения души.

– Ну вот, любимая, теперь мы вместе навеки.

Нагло врал, сволочь. Не так уж много времени потребовалось ему, чтобы нарушить клятвы.

Глава 5

Блинчики! Вот же, зараза!

Блинчики с черникой и стаканом молока на завтрак – за это я готова была и душу продать.

Впрочем, этому паразиту она без надобности: одну я ему подарила просто так (нет, ну, блинчики демонюка пёк мне и раньше, но я не из-за них, честно… почти).

Я успела принять душ, переодеться в лёгкое платье-балахон нежно-лимонного цвета, всё в мелких голубых незабудках, и теперь стояла на пороге спальни, глядя в кухню и борясь с собой. Инкуб, определённо, тоже освежился и, напевая, пританцовывал у плиты: горка ровных поджаренных солнышек на тарелке возле него всё росла.

Чёрт, конечно же, блинчики от Саула всегда победят. Плоть слаба… чёрт! А какой запах!

– А, жёнушка, вот и ты, – бросил он через плечо, не соизволив обернуться, – усаживайся и ни в чём себе не отказывай. Завтрак почти готов. Только сока мне плесни, будь добра.

Я хотела огрызнуться, сказав, чтоб он подавился своим завтраком и вообще, но, ясное дело, не смогла устоять. Я прошла в гостиную и плюхнулась на стул, безуспешно пытаясь скрыть голодное урчание в животе.

– Так и знал, что нужно сообразить покушать. Ты, пока не поешь, бываешь совершенно невыносимой, – не преминул заметить Саул.

Ну, тут согласна, даже возмущаться бессмысленно.

Он затушил огонь, отставил сковороду в сторону, повернулся, подошёл и уселся с противоположной стороны стола. Трогать меня инкуб больше не пытался… пока.

– Нет, положительно, я сильно продвинулся в выпечке, – заявил он, набив рот и даже не успев прожевать. – И черника в здешних лесах замечательная. Ты ешь, а то вдруг я разойдусь. М-м… – снова протянул демон и причмокнул.

Сглотнув слюну, я помедлила и принялась за еду, стараясь не набрасываться на неё, как голодный орк. Святая Игналия, как же вкусно! В меру сладко, и свежо, и пряно. Дьявол! Хорошо, пожалуй, что мы расстались так быстро, а то б к нынешнему дню я в двери не пролезала с такой кормёжкой… такой кормёжкой каждый день… только для меня… собственноручно приготовленной… с любо… Э, нет, стоп, размечталась!

Прикончив пятый блинчик (и с сомнением косясь на шестой), я допила молоко и откинулась на спинку стула. Спасибо, не икнула от сытости. Муженёк, конечно, меня разную видел, но всё-таки неприлично. Он, кстати, умудрялся есть одновременно жадно и элегантно, так, что хотелось либо присоединиться к нему, либо слопать его самого. Демон, чтоб его.

– Итак, что по тому делу? Какие мысли? Собственно, какой помощи ты от меня требуешь?

Саул отставил тарелку, ухмыльнулся, стрельнув на меня глазами.

– Я не требую, милая, я прошу… покорнейше…

Я прыснула. Покорнейше, тоже мне. Тёмный высший упрашивает… хотя, он же инкуб, так что в некоторых играх вполне мог бы… подчинённый… готовый на всё… Ох, ты ж! Опять меня понесло. Дьявольская сила! И острая нехватка интима несколько лет, что уж.

– Не имеет значения. Рассказывай, что планируешь предпринять?

Он отпил молока, облизал оставшийся над верхней губой след, вздохнул. Растерянно вздохнул.

Так, дело серьёзное: что-что, а растерянность – не то описание, что применимо к демону. Любому демону, не говоря уж о принце. Нет, Азуин, лагох – всё это весьма проблемно, но инкуба беспокоит и что-то ещё.

– Смотри, – начал он, – я не уверен в том, что делать, честно говорю. И дня ещё не прошло, как меня в это впутали: некогда было строить грандиозные планы. Да даже просто продуманные планы, сама должна понимать.

Я пожала плечами: что есть, то есть. А он продолжил:

– Начнём с фактов: по-моему, это разумно. А факты у нас такие. Статуэтка украдена. Украдена из хорошо защищённого места в университете, это раз. Два, со слов Зулины, есть улики – отметины у того защищённого места, указывающие на мой род. Га-ар-рах. То есть вор – демон. Твоя подружка сказала, что высокий демон. Она не уточнила, откуда им известно. Предположу, что «стражи» зафиксировали кого-то, где никого не должно было быть, но это неважно. Высокий. Примем как факт. Три, вор, вероятно, связан с делишками профессора Мавинуса, что тот проворачивал под моим носом в «Элизиуме». Весь этот обмен сведениями, эльфийские деньги, всплывший в итоге на свет лагох. Кстати, лагох – это четыре. Штука редкая и, даже если с делом Азуина непосредственно она не связана, тот, кто её достал, определённо, не первый встречный. Почти наверняка он из Тёмного мира, а не Мира -основы.

– Вписывается в версию о демоне, а? И о тебе тоже, кстати: ты уже один раз такой сумел достать. А, может, и не один? – не удержалась от подначки я.

Саул покачал головой.

– Санни, не приплетай. Да, я мог достать лагох. И повторно тоже. Только зачем? Обменять у профессора на информацию? – он скривился. – Фу, я что, похож на дешёвку? Или, может, я сам книжек читать не умею? У меня была – и есть – вечность, чтоб изучить в разы больше, чем любой человек раскопает за всю жизнь. Если б я захотел, само собой. Но зачем? Зачем бы мне такая информация?

– Она касается дракона, – отметила я. – Точнее же ты не знаешь? Полагаю, Эрчин с Зу не соизволили выложить тебе все свои исследования в сборе, а?

Инкуб кивнул.

– Нет, всё в общих чертах.

– Да уж, негусто. Что ещё?

– В баре они нашли энциклопедию о драконах – что ерунда, и – что гораздо более значимо – какой-то кусочек, по их словам, осколок от фигурки Изумрудного Азуина. Я не вглядывался. Что-то зелёное, эмалевое, да. Тут не спорю. И если это – пятое – правда частичка краденного, то вот вопрос: он попал в мой кабинет случайно или его подбросили? – он нахмурился, поднялся со стула и заходил по комнате, жестикулируя. – Не представляю, кто б хотел меня подставить и для чего. Я не претендую на высокие посты. Дорожку, вроде, никому в последнее время не переходил…

– А не в последнее?

– Ну, всякое бывало. Я немолод уже.

– Старичок, тоже мне. Старые обиды отбрасывать нельзя, – я повернулась к окну и задумалась на мгновение, – но и зацикливаться на них не стоит. Мне кажется, прямо сейчас неважно, специально или случайно… важно, что статуэтка дракона побывала в твоём офисе. Да и вообще, в «Элизиуме», раз уж на то пошло.

– Согласен, – подтвердил Саул, – я над этим размышлял. Как бы то ни было, но поиск виновного не обойдётся без проверки бара. Точнее, не бара, а его гостей.

– Гостей – демонов Га-ар-рах. Высоких, – я обернулась к мужу, – наглых. Ну, чтоб стащить что-то из университета, из-под Ренской печати, надо быть невероятно самоуверенным.

– И достаточно сильным или умелым, – добавил Саул. – Точнее, и то, и другое. Просто сильный, но не обученный работе с печатями маг поднял бы такой шум при этом, что не ушёл бы незамеченным, в этом я уверен.

– Пожалуй. Проделано всё было уж очень тихо. Будто своими.

– Университетскими…

– Да. Только вот, в Азуине не работает никто из Га-ар-рах, я бы знала. И не учится.

– Тогда… – он снова заходил по комнате, потом замер, озарённый мыслью, – тогда у вора мог… должен был быть сообщник. Кто-то из университета, кто знал и о драконьей фигурке, и о месте, где она хранится, и о защите этого места. Кто-то, кто сам бы не смог снять печать – или не захотел.

– Это не сильно сужает круг подозреваемых, – расстроенно поморщилась я. – Существование статуэтки Изумрудного Азуина, как, впрочем, и его легендарная история – не секрет. Экскурсии не водят, конечно, и лекций не читают об этом, но книги никто не прячет, да и вопросы задавать не запрещено.

– Вот и хорошо: надо б узнать, кто задавал больше всего вопросов, а?

Я повела плечом.

– Пожалуй.

– А ещё, само собой, надо выяснить, кому было выгодно продать такие сведения – о печати и прочем. Именно продать. Смысл делиться такой информацией бесплатно? Так что нужно поискать, кто из университета получил хороший доход в последнее время. Кстати, – он вскинул вверх палец, – возможно, – эльфийскими деньгами. Из Бергара.

– Могли быть и не деньги. Что-то другое. Ценное.

– Да, согласен, на всё нужно обратить внимание. И, возвращаясь к «Элизиуму»: честно говоря, я припоминаю не так уж много своих сородичей, чьё описание и силы подходили б вору, и кто регулярно навещает мой бар. Четверо, может, пятеро демонов. Нужно у персонала поспрашивать, я-то сам не всегда на месте, могу и не видеть кого-то. Но по-прежнему не понимаю, зачем братьям такое? Зачем демону дракон?

– Хороший вопрос, его не помешает прояснить. Мотив, как никак.

– Да, мотив. Узнай, что ему нужно, и узнаешь, кто он сам.

– Не уверена, что моих детективных способностей хватит на такое, – пошутила я. – Не надёжнее ли положиться на комиссара? Он, вроде, въедливый тип. Докопается.

– Но когда? И что будет со мной в это время? Тюрьма? Допросы? Ну уж нет.

– Так говоришь, будто они пытают подозреваемых. Тем более, пытки тебе, демону.

– Не пытают, но сидеть взаперти… Мне, Саулу?!

– Ох, поглядите, свободная натура.

– Не от всего, – инкуб протянул руку и коснулся кончиком пальца серёжки в моём ухе. Я вздрогнула. Чёрт, какой от него жар!

– Ладно, – отстранилась я, – итого, что у нас есть? Вернее, что нам… мне… предстоит сделать? Разобраться с гостями «Элизиума», первое. Ну, хотя бы наметить подходящие кандидатуры, пообщаться. Может, узнать их стремления, мечты.

– Я составлю тебе список. Уточнишь на месте.

– Второе, Университет. Кто и как мог влезть в кабинет к проректору? Кто мог помогать с этим вору? – да уж, тут демон мне не поможет никак. – После, мотив. Разузнать об Азуинском змее подробнее. Как его выпустить? Что он может дать освободителю? Кстати, – встрепенулась я, – а не может дракон вообще сожрать того, кто его выпустит? Бр-р, вот нарвётся-то воришка тогда…

Саул злорадно хмыкнул.

– Вот и поделом будет. Нечего других подставлять.

– Но скорее похититель рассчитывает на какие-то блага, не так ли?

– Наверняка. Заметь, Санни, мы не знаем, хочет ли ворюга использовать статуэтку сам или спёр её для перепродажи.

– Тоже неважно пока, – отмахнулась я, – если выяснить, для чего нужен дракон, то станет понятно, нужен ли он демону или кому-то другому. Мне так кажется.

– Может быть, – согласился инкуб. – Да, не стоит распыляться, додумывая разные варианты. Лучше сосредоточиться на том, в чём мы более-менее уверены.

– Значит, «Элизиум», университет, драконьи возможности и пробуждение Азуина – таков план? Хотя так себе план: я даже не знаю, с чего начать.

– Ну, хотя бы направление. Думаю, тебе стоит начать с бара. Потом… кхм… я бы посоветовался с Аграхистом. Сатана многое знает. Конечно, ему нельзя пока выложить всё, но даже обходные вопросы могут что-то прояснить. Тем более, что свою деточку он обожает, – Саул подмигнул мне. – После уж Университет… очень осторожно, чтоб не выдать себя. Ты, я так понимаю, не хочешь, чтоб о нашей… связи узнали?

Я фыркнула, но на эту подначку отвечать не стала.

– Хорошо. Так и поступим. Вечером отправлюсь в «Элизиум», поразнюхиваю. А пока не мелькай перед глазами и не высовывай носа из хижины. Никто не должен тебя увидеть тут. Я схожу, поставлю родителей в известность, что буду в разъездах в ближайшие дни. И, кстати, именно дни. Если нам не удастся выяснить что-то существенное до выходных, я лично доставлю твою задницу к Вулфроку, ясно?

– Только задницу? Остальное оставишь себе? На память или в пользование? – демон неприлично захохотал, потом примолк под моим напряжённым взглядом и кивнул. – Ладно, понял. Договорились. Если к субботе ничего не прояснится, то дальше буду сам разбираться… ну, или сидеть в застенках комиссариата, если ты со мной справишься. Третий уровень, а, Саниэль? Или третий был пару лет назад, моя скрытная жёнушка?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.