Александр Харипанчук
Запоздалая весна

Стихи

Я не буду больше молодым.

Жалею, что не буду больше молодым.

Отрочество, как дым, бесследно растворилось.

И вроде бы не жил, а стал уже седым;

Друзей, товарищей заметно сократилось.

Преклонный возраст мой по жизни потускнел.

Развеялись давно весёлые мотивы.

Порядком подустал, возможно, постарел,

А мысли стали вдруг до крайности строптивы.

Заходит солнце, видно, так заведено,

Лучом сверкая, забавляется с закатом.

Светило к концу дня огнём раскалено,

Вполне довольное финальным результатом.

Наивен человек, намеренность глупа.

Распорядиться грезит веком по желанью.

Не слышит глас с небес, и логика слепа,

Обременённая пожизненною данью.

Ум заартачился, не хочет признавать

В миру конечность быстротечного прогресса.

Привыкший строить планы, благо создавать,

Не понимает мимолётности процесса.

Застыло время в тихом, странном полусне.

Ночь скрытно подступает, принося тревогу.

Укрылся, словно зверь, в гнетущей тишине;

В душе сомнений червь и точит понемногу.

Последний месяц года.

Итожит жизненный процесс

Декабрь – последний месяц года.

Мир в ожидании чудес,

Не подвела бы нас погода.

Хлопушки звуки издают,

Под ёлкой хоровод пугая.

Вверху огнём горит салют,

Толпу людскую забавляя.

Уходит год, грустим чуть-чуть,

Как жаль, что время быстротечно.

Минутки нет передохнуть,

Слегка отстал – уйдёт навечно.

Окутан тайной Новый год.

Пробили Спасские куранты.

Зарделся светом небосвод.

Настало время – музыканты!

Назавтра лист календаря

Мы оторвём без сожаленья.

Прошёл день первый января ―

Начало нового рожденья.

Смутные времена.

Чуть давит усталость, скопились обиды,

Неведомый образ секретом пленит.

Все мысли о главном рассудком избиты,

А суть новизны тень сомнений хранит.

На внешние факторы ум напрягаем,

Досадуем часто, что поздно пришли.

В единое целое волю сжимаем

И молимся: «Господи, мир исцели!»

Европа с Америкой жаждут главенства,

Открыто собрались прибрать всё к рукам.

А к странам слабей, добиваясь смиренства,

Относятся будто к своим батракам.

Не ведая жалости, право диктуют,

Своим поведеньем творят произвол.

Глобальное зло под добро маскируют,

Замыслив всемирный, коварный раскол.

Заблудший народ, где правители – бесы,

Каноны церковные напрочь снесли.

Используя ложные к вере эксцессы,

Божественный смысл не туда завели.

Уводят в безнравственность судьбы людские,

А всех несогласных сажают в тюрьму.

Задействовав чары свои плутовские,

Желают, чтоб свет погрузился во тьму.

Вот так и живём: что ни день – потрясенья,

Мир сходит с ума от безумных вестей.

Не видно просвета, людского прозренья,

К невзгодам закат с каждым разом красней.

Лишь временное помраченье.

Дождь хлещет ночью по стеклу,

К утру туманы нагоняя.

Зима противится теплу,

Дни календарные считая.

В печали Дедушка Мороз —

Давно пора прийти метелям.

Неутешительный прогноз —

Взгляд скучен к тусклым акварелям.

Снегурочка грустит одна.

Стоят в грязи, не едут сани.

С досады плачет дотемна,

Да и терпение на грани.

Разверзлось небо над землёй,

Природа мокнет с огорченьем,

И вьётся изморозь змеёй

С плохим душевным настроеньем.

Беда – творится кутерьма,

Природа шлёт нам потрясенье.

Не осень вроде, не зима,

Лишь временное помраченье.

А Новый год грустит в тиши,

Не по нему все измененья.

Без снега тусклы витражи,

Не так изящны поздравленья.

Ничто не гаснет раньше срока.

Я знал, что будет нелегко,

Но шёл вперёд, измучив ноги.

Желанье было велико ―

Пройти безвестные дороги.

Туманы застили глаза,

Тропинки путались в изгибах.

Порой бывала и слеза,

Катилась при больных ушибах.

Пугала жуткая гроза,

И сильный дождь, и непогода.

Был частым взор на образа,

Когда душила несвобода.

Всё было: злоба и добро,

Был светлый день и тёмны ночи.

А нищета и серебро

Смущали ум, что было мочи.

Но время шло, пришёл покой.

Не на коне сейчас, в обозе,

Всё чаще мокрою щекой,

Прижавшись сильно, льну к берёзе.

О сути думалось порой:

К чему стремился? Где отдача?

Я горемыка иль герой?

Или что жив ― уже удача?

Исчезла ночь, сошла на нет,

День подсветил свой путь с востока.

Пропала тьма, забрезжил свет ―

Ничто не гаснет раньше срока.

Не весел новый год.

Последняя в году промчалась ночь,

Веселье и салюты утром стихли.

В отрезках времени, являя мощь,

Идём вперёд, но мира не достигли.

Что было, вспоминать желанья нет,

В прошедшем ― беспросветная кручина.

Всё ищем на вопросы мы ответ:

Надёжна ли военная доктрина?

Живём, остерегаясь западни;

На армию надежда и на Бога.

Пора уйти от ложной болтовни

И добиваться нужного итога.

Россия-мать, как много лет назад,

Привстань с колен и выскочи из круга.

Уверовав в надёжности триад,

Приободрить пришла пора друг друга.

Объединяться с теми, кто готов,

Поддерживать в тяжёлую минуту.

Не пожалеть для этого трудов,

Ведя друзей по верному маршруту.

Не весел Новый год: бои идут,

От взрывов бомб, снарядов нет просвета.

Нелёгок путь, но времена грядут:

Закончится кровавая вендетта.

Ну не привыкли мы существовать.

Сегодня день усталостью гнетёт,

Округа, как назло, с утра в тумане.

К душевным рассуждениям влечёт —

Плохие вести на телеэкране.

Недолог относительный покой,

Передовая гранью нестабильна.

России враг, довольствуясь войной,

Стремится победить, но злость бессильна.

Ложь и обман от Запада идёт,

А англосаксы к краю мир толкают.

Снаряд с их баз судьба не отведёт —

Опять в Донбассе дети умирают.

Соседи держат ненависть к Руси,

Веками злость и подлости таили.

Их ум кипел, и новые стези

Змеёй ползли, завоевать грозили.

А немцы «леопардами» грозят,

Как в сорок первом, чёрный крест на башне.

И вновь снаряды к мирным полетят,

Оставят след на опустевшей пашне.

Господь, храни, храни Россию-мать —

Последний островок былых устоев.

Ну не привыкли мы существовать,

Привыкли жить, растить своих героев.

Душой не хочется стареть.

Алым цветом заря приближалась,

Изгоняя пугливую ночь.

Та продлить своё время пыталась,

Но скользнула в неведенье прочь.

Не боясь временных измерений,

Мысль безгласно умчалась вперёд.

Насмотревшись чудных сновидений,

Волшебства от предчувствия ждёт.

Разум здравствует, верит, искрится,

Предвкушая душевный порыв.

Но приходится чаще молиться —

Жизнь трудна, час порой нерадив.

Вместе с возрастом многих теряем,

Возвращаясь сознанием встарь.

Свою грусть мы от близких скрываем,

Отрывая с тоской календарь.

Будоражит ум внутренний голос,

Призывая к великим делам.

Но седеет с годами наш волос —

Нерешителен взгляд по утрам.

А так хочется жить нараспашку,

Чтобы взор только жаром горел.

На скаку резво выхватить шашку

И не видеть, что сам постарел.

Настала осень.

Жизнь не проста, как кажется вначале,

Не познана за много долгих лет.

У каждого есть опыт в арсенале

И свой неповторимый личный след.

Закон природы часто непонятен —

Бессилен в этих тонкостях мудрец.

Вокруг так много странных, тёмных пятен,

Что человек, по сути, как слепец.

Идём, порой не ведая дороги,

Надеясь, что судьба укажет цель.

Не промежуток важен, а итоги,

Ну а итог – прожитой жизни тень.

Чем дальше путь, протоптанный ногами,

Тем больше думается о былом.

Опутаны мы прошлыми грехами,

Делясь с усилием своим стыдом.

Так почему же так печалят годы,

Которые нам вспять не повернуть?

Всё ищем зашифрованные коды

И жаждем в неизвестность заглянуть.

Причины грусти не раскрыть словами,

Она внутри печалится тайком.

Настанет осень, мокрыми слезами

Заплачет небо трепетно, тишком.

Так и живём: ответов нет – вопросы,

Которые себе же задаём.

Увидим ли ещё когда-то росы

На тех лугах, где шли мы день за днём?

Итожатся года семейной жизни.

Милый друг, я своё откровенье

Много лет до поры берегу.

Пролетели года, как мгновенье;

Тает время на каждом шагу.

Наши чувства давно проявились ―

По сей день благодарны судьбе.

Повстречавшись, мы сильно сдружились ―

Много лет вдаль идём по тропе.

Может быть, мало было вниманья

От меня на нелёгком пути.

Обещанья скупы ― ожиданья,

Много тягот – за это прости.

Недовольство своё проявляли,

Не хватало терпенья подчас.

Было всякое, мы не пеняли,

Жили с радостью и без прикрас.

С первой встречи навеки влюбились ―

До сих пор не погас жар огня.

Мы от счастья улыбкой светились,

Не чужие теперь, а родня.

Мчится жизнь, как корабль стратосферный,

Улетает стремглав, как стрела.

Спутник мой, долгожданный и верный,

Ты мне многое в жизни дала.

Ушедшие годы, прошедшие даты.

Снегами лес вновь запорошен,

На ёлках кипенный наряд.

Он с вечера пургой взъерошен ―

Стоит довольный, ветру рад.

Мороз развесил ожерелья

В селеньях, далеко в глуши.

Настало время для веселья —

Для ликования души.

Игрушки, шишки – снег как вата,

И хвоя под луной блестит.

Красавица, ветлой лохмата,

Под светом тенью шевелит.

Ликует радостно округа

И с нетерпеньем ждёт восход.

Раздольно в полночь вьётся вьюга,

Взметнулась вверх под небосвод.

Настанет завтра время плясок,

Придёт старинный праздник к нам.

Под ёлкой маски с добрых сказок,

Вручат подарки малышам.

Промчится год – плохой, хороший,

У каждого свой личный взгляд.

Критерий ценностей несхожий

Ушедших лет, прошедших дат.

Нам Новый год подарит сказку,

Под сенью ночи удивит,

Устроит для детишек пляску

И злиться строго запретит.

Круг закончится, что впереди?

Не дано, видно, нам, не дано

Полетать по просторам Вселенной.

Человечество огорчено

Своей жизнью безмолвной, смиренной.

Смысл раздумий у каждого свой,

Большинство хают мысль оппонентов.

У одних дружит ум с головой,

У других – приземлённость моментов.

Человек – обладатель идей,

Свойство видит, как подлинность сути.

Исполнитель несносных затей,

Собиратель напраслины, мути.

Доживая, под старость ворчит,

В голове лишь печали, тревоги.

Днями смотрит в окно и молчит,

А во снах всё дороги, дороги…

Круг закончится. Что впереди?..

Неизвестность боль к сердцу подносит.

Глас внутри: «Не спеши, погоди,

Пусть судьба тебе время испросит…»

Есть надежда? А как без неё?

Без неё не справляются нервы.

Постараться бы сбросить нытьё

И найти с тайным смыслом резервы.

Вот и вся, что ни есть, прозаичная суть.

Удивила погода метелями,

Зимний месяц последний взбрыкнул и утих.

Лес притих с заметёнными елями,

Стоит дуб-великан, словно стройный жених.

Но земля вдруг покрылась сугробами,

Лыжи с полок сняла поутру молодёжь,

Заспешив по лыжне: кто с горы, кто чащобами, —

По последнему снегу пройтись невтерпёж.

Месяц март ждёт момент, потешается,

На полях веселятся, играют грачи.

Ждут, когда же февраль распрощается,

Удалится, растает, исчезнет в ночи.

А весна в двух шагах просыпается

И, проснувшись, побаловать всех поспешит.

Тёплый луч, озорник, улыбается,

Чуть вдали стая птиц, возвратившись, кружит.

Пар идёт от земли, расстилается,

Воздух пахнет травой, день продлился чуть-чуть.

Да, природа вокруг возрождается…

Вот и вся, что ни есть, прозаичная суть.

23 февраля 2023 года.

На дворе завертело, буянит февраль,

Шлёт с фронтов разнородные вести.

Прикрепляет на китель защитник медаль

В праздник доблести, армии, чести.

В этот день прославляем достойных ребят,

Что по жизни идут с правдой в ногу.

Жаль, дела неспокойно у нас обстоят,

Вызывая под сердцем тревогу.

Что скрывать, ведь идёт рядом с нами война —

Льётся кровь на заснеженном поле.

Гибнут люди в боях, правит бал сатана;

Грех берётся душой поневоле.

Положенье вещей не приносит покой

С отношеньем к врагу разноликим.

Всё никак не поймут, где здесь свой, где чужой —

Одним были народом великим.

Не по той, братья наши, дороге пошли,

Не того объявили героем…

Их «герои» в Великую Русичей жгли —

А сейчас промышляют разбоем.

Дух фашизма звериный нельзя оправдать,

Марш кровавый есть ложный, нацистский.

Неприемлемо бой нам сейчас проиграть,

Хотя путь до победы не близкий.

Поэтические размышления.

В стихах стараюсь объяснить

Свою недавнюю тревогу:

Как тень сомнений устранить,

Найти к душе людской дорогу?

Стремимся к старости подчас,

Бежать, как лань, с безмерной прытью.

Но тянет груз, иссяк запас,

Стреножило суровой нитью.

Неясен ход печальных дум,

По взглядам возраст ощущаю.

Забыт давно весёлый шум,

О прошлом всё грущу, скучаю.

«На всё судьба», – мне говорят, ―

«Твоим волненьям нет здесь места.

Без нас удел определят,

Не примут жалкого протеста».

Над пропастью, нацелив взгляд,

Окликнуть призрачность пытаюсь.

Давлением высоких гряд

Со всех сторон я подвергаюсь.

Мой вскрик затих, унёсся вдаль,

И даже эхом не вернулся.

Смотрю в провал, себя мне жаль.

Так в чём же здесь я обманулся?

Не разобрался в суете,

Вопросов больше, чем ответов.

Мелькает что-то в темноте,

Но зрю лишь тени силуэтов.

Восьмое Марта.

Весна. Ручьи проторили дорожки,

Искрятся днём под солнечным лучом.

Готовы к празднику полусапожки,

У женщин жизнь бьёт радостно ключом.

Восьмое Марта рядом, у порога,

Мимозами желтеет всё вокруг.

А сильный пол, дождавшийся предлога,

Ошеломить пытается подруг.

Все в поисках найти цветочек алый,

Чтобы обрадовать своих прекрасных дам.

Проделав накануне путь немалый,

Бегут поздравить жён и добрых мам.

Ласкает взор чудесная погода,

Тепло вокруг, капели с крыш летят.

Благоухает к празднику природа,

Весёлым людом улицы пестрят.

Любимые, цветущие, родные,

Мы любим вас и шлём букет цветов.

Женатые и все, кто холостые,

Не пожалеют искренних даров.

Запоздалая весна.

Заартачилось время, так мало тепла.

Сырость холод разносит по саду.

Вроде март на дворе, стынь с водой утекла,

А прохлада стоит, нет ей сладу.

На сегодня в ночи замело милый край,

Белым настом пригорки покрылись.

С первых дней по весне занесло невзначай,

Лишь к полудню снега растопились.

Солнце греет, но мало его во дворе,

Чуть тенёк – уже минусом пахнет.

Из колодца вода льдом покрылась в ведре,

Вербный куст, застудившийся, чахнет.

Все в надежде: пора шапку прятать в сундук,

С плеч снимать зимний свой полушубок.

На заре у реки слышен треск, дробный стук —

Лёд бурлит, лог разжижен и хлюпок.

Зеленя на полях влагу тянут к корням,

Успокоились – вволю напившись.

Летом кланяться будут сквалыжным дождям,

Под палящим огнивом, склонившись.

Не желает природа луга прогревать,

Насылая предутренний иней.

Но придётся, однако, весну признавать,

Поступиться излишней гордыней.

Душевные размышления.

Мы усложняем то, что выглядит несложно.

Бежим по той стезе, где камни, бурелом.

Порой вдруг ни с чего аукнется тревожно,

И думаем: «Зачем мы прёмся напролом?»

Открытостью своей себя же утруждаем,

Людской молве никак нельзя прикрыть уста.

Мечтаем о мирах, впотьмах подчас блуждаем,

И не жалеем часто для трудов хребта.

Идём, стирая обувь, ноги утомляем,

От огорченья плачем, спрятавшись от всех.

Но часто ни с чего о жизни размышляем

И молим, чтоб простили ненарочный грех.

Стыдимся жалости, людских к себе вниманий.

Свой крик больной души пытаемся сокрыть.

Спешим вперёд, боясь изменчивых желаний,

Вовсю ругая необузданную прыть.

Проснётся солнце, утром день начнётся,

Ночные страхи в мыслях светом растворит.

В надежде, что даст Бог, сейчас всё обойдётся,

И здравый смысл, как жить, бесспорно победит.

Людские пороки.

Зависть гложет внутри, жжёт бесовским огнём,

Проклинает того, кто успешней.

Раскрывается суть с каждым пройденным днём,

И становится жизнь безутешней.

Злые чувства терзают и губят людей,

Разделив совокупность морали.

Давят нервы петлёй, с каждым часом больней,

Властью призрачной в узел связали.

Относительно всё: ум, богатство других,

Измеряются несправедливо.

Нет законов по мнениям, норм никаких,

Здравый смысл лишь угнулся стыдливо.

Принцип разных общин формирует догмат,

Добиваясь общественной власти.

Но поступки со временем суть обнажат ―

Необузданность внутренней страсти.

Люди с детства привыкли самим себе лгать,

Обмануться в который раз рады.

Не желают ошибки свои признавать,

Лишь шлифуют и красят фасады.

Народы разделились по морали.

Заокеанский дальний материк

Надменным взглядом смотрит на Европу.

Евросоюз, чуть потрепавшись, сник,

Готовится к славянскому поклёпу.

Был сделан вызов демонским шутам,

Их можно называть и главарями.

Воздастся всем, воздастся по счетам,

Не примириться, видно, нам с врагами.

Все ждут: грядут великие дела,

Изменятся всемирные порядки.

Забудут страны слово «кабала»,

Уйдут навек звериные повадки.

У Запада сейчас последний шанс

Не допустить стороннего влиянья

И, сохранив свой денежный баланс,

Добиться, как и прежде, процветанья.

Весь хитрый план разрушить Русский мир

Не по нутру всем жителям России,

Поскольку здесь иной ориентир,

И нет давно любви к буржуазии.

Жизнь вдаль идёт, двояко мир ценя,

Народы разделились по морали.

Достала иноземная брехня,

От скверной лжи повсюду все устали.

Болезненность тоски и безотрадность дум.

Жизнь усталость свою затаила внутри,

Видит к старости лишь негативы.

А тоскливые мысли, как их ни жури,

Растворяют внутри позитивы.

Вдаль дороги, как раньше, уже не влекут,

Взгляд усталый слеза омывает.

Ноги тихо ступают, степенно идут,

Разум изредка в детство впадает.

Поубавилось родичей, близких людей,

Возраст свой календарь отмечает.

Больше прячемся в избах от стылых дождей,

На ночь глядя, страх скрытый пугает.

На прогулках повсюду, средь ярких огней,

Многолюдно, но мало знакомых.

С ними видишься лишь у районных врачей,

Чаще под руку кем-то ведомых.

Темнота вместе с грустью приходит в ночи,

Полумрак тени в мыслях сгущает.

Просим Господа всуе: «Тоску залечи!» ―

Непутёвая внутрь проникает.

Ловим взгляды идущих, но там пустота,

Видно, день в сей момент непогожий.

Может, жизнь в самом деле взаправду пуста,

Состоит из одних бездорожий?

С каждым часом явственней весна.

Весна стряхнула снежные заносы,

Сугроб, видать, последний, съёжившись, уплыл.

Жужжат ― проснулись на лужайках осы,

Лягушки, горячась, кричат что было сил.

Вода в реке безумными кругами

Бурлит, что было сил, смывая грязь и сор.

На перекатах смелыми прыжками

Проходит без опаски каменный затор.

Желтеет одуванчик на пригорке,

Приятен, ярок цвет и с детства всем знаком.

Расположившись на зелёном шёлке,

Он выглядит красивым, милым чудаком.

Листва деревьев всё сильней густеет,

Цветут сады, пленяют нас, ласкают взор.

Природа от тепла на солнце млеет ―

Божественно хорош цветущий коленкор.

Озимые глаз радуют на поле,

Густы на этот раз и издали видны.

Взошли тотчас на дальнем суходоле,

Намучившись зимой, дожили до весны.

Пришла пора в надеждах и тревогах

Итожить жизнь свою, отбросив бренность дня,

Жалея об ушедших вдаль дорогах,

На старость сетуем, судьбу порой коря.

Неразборчив почерк предсказаний.

Безмятежно и спокойно на душе.

Чуть мешает птичий хоровод горластый.

Светлый луч, вспорхнув, вдруг скрылся в камыше,

Над полями месяц выгнулся серпастый.

Гладь воды внизу барашками пошла,

Гуси, выгнув шею, громко бьют крылами.

Благодать с небес на землю снизошла ―

Так приятен летний отдых вечерами.

Заревом, искрясь, покрылся небосвод,

Устрашая разум и внося тревогу.

Безотраден к людям был прошедший год,

Остаётся с грустью помолиться Богу.

Мысли на ночь загоняют внутрь тоску,

Новости в миру сейчас все изменились.

Ветки тенью пишут в полночь по песку,

А к утру все письмена вдруг растворились.

Что на завтра уготовит нам судьба?

Неразборчив почерк предсказаний.

Жизнь есть мир, любовь и вечная борьба,

Полная угроз, мучительных страданий.

А ты всё смотришь жалостно, пытливо.

Я старый, мама, старый и седой,

Года идут, считать не успеваю.

Стою вот я над каменной плитой,

Тебя, ещё живую, вспоминаю.

Я помню всё: тепло и доброту,

Что исходило от тебя, родная.

Тогда я думал: вот чуть подрасту,

Работать буду, жизнь у нас скупая.

И непростая: трое без отца.

Воспитывать пришлось тебе с натугой.

Работа в поле, горесть без конца ―

Уверенность была твоей подругой.

Гляжу теперь на твой спокойный лик,

Твой взгляд, что с фото, смотрит напряжённо.

Листаю жизнь, как старенький дневник,

Смиренно здесь, от мира отдалённо.

Ушла от нас, и дом осиротел,

Мы стали не детьми, а стариками.

Себя жалея, по тебе скорбел.

Утихла боль, но не прошла с годами.

Живём как все, но щемит грудь тоской.

Нет-нет, вдруг ночью в дверь печаль стучится,

Намочит щёки позднею слезой,

На время в тёмных сенях затаится.

Средь нас сейчас нет младшего уже.

Коварство это? Может, безрассудство?

Видать, судьба на этом рубеже ―

Судить, рядить ― по сути, богохульство.

Хочу просить: молись за нас, живых,

Пусть путь нам будет ровный, без изъянов.

Житейских дней желай нам смысловых

И меньше бурных, страшных ураганов.

Среди берёз, кладбищенской тиши,

Безлюдно здесь, покой, но так тоскливо.

Кресты вокруг, в округе ни души,

А ты всё смотришь жалостно, пытливо.

Бег времени.

Грустим ночами, днём переживаем,

Открытостью своей тревожим ум людской.

Порою время мы без толку прожигаем,

Бездействие своё трактуем как покой.

Прошла пора весенней непогоды,

Вступили в силу дни блаженства и тепла.

Отгромыхали с шумом ледоходы,

Округа, посветлев, чудесно расцвела.

Дождались ясных дней и тёплой ночи,

От зимней спячки не осталось и следа.

Бегут стремглав вперёд, что было мочи,

Года, оставив грусть, умчались навсегда.

Немало мыслей в голове теснится,

Рождая в душах содержание идей.

Никак не хочет человек смириться,

Как гордый Прометей, мятежна суть людей.

А что в итоге, в мировом пространстве?

Безликий след веков песком припорошен.

Духовная реальность ― в христианстве,

А поиск смысла жизни, видно, обречён.

Так и живём: весна сменяет зиму.

Стремимся наперёд, таинственность познать.

Противимся вселенскому нажиму,

И терпим часто боль: не наш удел ― стенать.

Девятое Мая.

Девятого Мая огонь вечный светит,

Бессмертным теплом греет павших бойцов.

Наш Праздник Победы народ ярко встретит,

Салютом отметив своих храбрецов.

Родные вы наши, погибшие предки,

Хвала вам, поклоны, цветы и любовь.

Минули года, вдаль ушли пятилетки,

Но помним мы вами пролитую кровь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.