Мерлин Лерой
Как опер Стечкин за Большой Камень счастья искать ходил

Название: Как опер Стечкин за Большой Камень счастья искать ходил

Автор: М. Лерой

Ориентировка

Электрический импульс беззвучно проник в локальную сеть. Индикатор загорелся зелёным. Персонифицированный чип «Евгений-Стечкин-0808» переключился из режима гибернации в активный – прилетело задание от «шефа». Персептроны поцеловались с нейронами, и поступившая информация зазвучала.

Внимание!

Новая информация по делу об исчезновении гражданки Макаровой Натальи Петровны (заявитель Макаров П. С., дата заявления 26.08.2105).

Справка. Справка. Макарова Н. П. дата рождения 10.01.2080. Налоговый резидент зарегистрирован в Петрограде, жилой блок 113с, гражданский сектор 815. Социальная роль – тревел-блогер. Хобби – скалолазание. Безусловный доход, доход от продакт плейсмент.

Со слов отца Макарова Петра Семёновича, дочь перестала выходить на связь в августе 2105 г. во время пешего перехода по маршруту «Холатчахль – Маньпупунёр» (Уральский хребет).

Розыскные мероприятия (файлы прилагаются) результатов не дали. Дело заархивировано.

Вчера, 25.08.2107 в 18-30 интеллектуальная сеть контроля занятости зафиксировала поступившее на номер Макарова П. С. видеосообщение продолжительностью 4 сек. Программа распознавания лиц идентифицировала на входящем изображении гражданку Макарову Наталью Петровну. Координаты передающего устройства зафиксировать не удалось.

Экспресс-анализ трека:

Модель и марка передающего устройства не определены.

Метаданные и авторские метки на изображении отсутствуют.

Видеомонтажу и коррекции трек не подвергался: склеек нет, спецэффектов нет.

Звуковая дорожка отсутствует.

Исходное изображение снималось на камеру разрешением не менее 68 Мп.

В настоящее время интеллектуальная сеть работает над определением места съёмки путём сравнения имеющейся картинки с массивом реальных стоковых и личных фото и видео, контентом социальных сетей и космическими снимками.

Вам поручено посетить и опросить Макарова П. С. Опросный лист прилагается. Дополнительные вопросы согласовывать через шлюз 113-85-06.

Справка. Справка. Макаров Пётр Семёнович, дата рождения 25.08.2034. Налоговый резидент зарегистрирован: Петроградский регион, экопоселение «Ингерманландия», блок 66. Частичная занятость – фотограф-реставратор, фриланс. 25%-ный предпенсионный доход.

Конец сообщения. Блымкнул QR код с ордером на посещение экодеревни и опрос Макарова П. С. Старший кибер-опер отдела розыска и аутентификации сетевых пользователей Евгений Стечкин приподнялся в кровати и запустил четырёхсекундный фрагмент.

На видео девушка в бейсболке и спортивной майке снимает себя с монопода на фоне горы, улыбается, машет свободной рукой и внезапно сливается с изображением за её спиной. Картинка зернистая, транслируется с задержкой 0,3 сек.

С виду девушка как девушка – голубоглазая блондинка, худощавая, спортивная. Лицо не испорчено филлерами. Симпатичная, в Женином вкусе. На первый взгляд не поймёшь, живая или созданная программой генерации видеоизображений. То есть, как раз типичное задание опера Стечкина – найти и сравнить реального человека с его сетевым аватаром. Притащить куда скажут, сдать кому надо. Только на этот раз за оригиналом, скорее всего, придётся побегать.

Пропавшая Наташа Макарова оперу Стечкину понравилась. Он любил работать с красивыми людьми. Красивые люди его вдохновляли. Жаль, в последнее время они встречались только в сети. Женя заскринил крупный план девушки, отодвинул портрет в правый верхний угол ретинального (1) монитора и отключил рабочий канал. Пружинисто выкинул из постели своё прокачанное тело с татуировкой техно-скорпиона на левой груди, зарядил воображаемому противнику связку: левый прямой – правый крюк – левый боковой, ушёл вниз, вынырнул и пошлёпал в душ, по дороге крикнув в кухню:

– Маруся! Завтрак! – В ответ раздалось мерное урчание и бульканье – «Маруся» смешивала энергетический белковый коктейль.

Всякий раз, получая сетевой портрет фигуранта, вдохновлённый киберопер летел на проверку, надеясь, что оригинал хотя бы на 50% соответствует аватару. Увы. Все сетевые красавцы и красавицы в реале оказывались далеки от идеала. Жирные, прыщавые, давно не мытые… Да и что ещё может жить и развиваться в бетонных коробках, без дневного света, почти без движения, питаясь дешёвыми сублимированными продуктами. Некоторые особо упоротые не выходили из дома годами.

В отличие от этой биомассы, опер Стечкин заботился о своём теле в реале. Вовремя апгрейдил, подпитывал стимуляторами, тренировал, выгуливал в коллагенарий. Евгений собой гордился – он не сидел на подачках от государства, был полезной единицей, руками, ногами и глазами современной правоприменительной системы. За это получал побольше, чем многие из тех, с кем приходилось работать.

«Интересно, каким образом сделано это исчезновение в кадре? Похоже на галлюцинацию ранней версии сети», – думал Евгений, стоя под контрастным ионным душем. На занятиях по патопсихологии сетевого поведения будущим киберразыскникам приводили выдержки переписок пользователей форумов, где доморощенные остряки глумились над ошибками начального периода нейротворчества: шестипалыми, трёхглазыми и криволицыми моделями, исчезающими на бегу лапами собак и тому подобными чудесами. Однако современная версия программы определила живой характер картинки, а значит, здесь кроется что-то поинтереснее, чем ошибка алгоритмов нейросети.

«Надо бы запросить ещё материалы. Биометрию, отпечатки, фоточек побольше. Девчонки порой меняются до неузнаваемости. Особые приметы, опять же».

Евгений вышел из ванной комнаты, и, поглощая калорийный завтрак, подключился к шефу. Шефом оперативные киборги между собой называли гибридную интеллектуальную сеть A. I. Kalashnikov-01387-02, координирующую работу всей правоприменительной системы. Для краткости: «Есть, шеф! Так точно, шеф!». По традиции и с уважением: «Аркадий Ильич», поговаривали, был такой незаменимый сотрудник.

– Оперативный 08-08, – назвался Стечкин, – запрашиваю доступ к личным данным Макаровой.

– Биометрия в базах данных не обнаружена. Аккаунты в соцсетях зачищены. Восстанавливаем.

«Странненько, – подумал Евгений, – может, у отца сохранилось что-нибудь?»

Персональный навигатор законнектился с дорожной картой Жениного новенького ховербайка Scorpion-10. Летучий арахнид приветливо подмигнул хозяину габаритами и рванул с места под двести.

___________________________________

(1) Виртуальный ретинальный монитор (Virtual retinal display, VRD; retinal scan display, RSD) – технология устройств вывода, проецирующая изображение непосредственно на сетчатку глаза. В результате пользователь видит изображение, «висящее» в воздухе перед ним.

Когда умрёт последняя пчела

Приозёрский проспект с серыми унылыми жилыми блоками, закрытая автострада А-121 с мусорными полигонами вдоль неё, зéмли под рекультивацию, опять мусорный полигон, мусоросжигательный завод… Через двадцать минут после старта, на повороте к реке Смородинке, байк Стечкина, повинуясь сетевой команде, сбросил скорость и съехал на просёлок. Диапазон частоты мобильной связи автоматически снизился до 450 Гц, когда Скорпи въехал на мост. Экопоселение располагалось в крутой излучине, почти полностью отделённое от остального мира водной преградой.

У дороги, под старой, но всё ещё плодоносящей яблоней, красовался информационный монитор, к которому сверху был прикреплён муляж огромной пчелы. Предупреждающая надпись гласила: «Внимание! Вы въезжаете на территорию экопоселения «Ингерманландия». Пожалуйста, заглушите бензиновые и кислотные двигатели, не используйте высокочастотные приборы».

Евгений снял шлем с чёрным фасеточным забралом и сделал глубокий вдох. Рецепторы мгновенно выдали результат анализа воздуха: «Кислород – 20%, азот – 79%, аргон – 0,8%, других газов – 0,2%. Состав, близкий к идеальному». Скорпион присел на колёса, поднадул покрышки, перешёл на электротягу и не спеша покатился по грунтовой дороге, проложенной в ухоженном яблоневом саду.

Тяжёлые красно-крапчатые плоды свисали, едва не задевая голову. Евгений не удержался – на ходу приподнялся в седле, сорвал первое попавшееся яблоко и надкусил. Сочная плоть вызвала секундный креативный шок анализатора, однако программа справилась и выдала трёхстраничный перечень пищевых веществ и микроэлементов, заодно сообщив, что съеденное имеет максимальную схожесть с яблоком сорта Медуница. Стечкин непроизвольно сощурился, реагируя на взрыв кисловато-сладкого вкуса во рту, этим нечаянным движением закрыл таблицу калорийности и увеличил плотность светофильтра. В самый раз, над «Ингерманландией» солнце светило ярче, чем над Питером. Так и ехал дальше до посёлка – с наслаждением жевал и щурился как кот.

Яблони росли ровными шеренгами и походили одна на другую, что называется, «до степени смешения». Весь фруктовый сад напоминал рекурсивную картинку. Словно какой-то аутист расставил деревья идеально ровно, как шашки на доске. Временами начинало казаться, что количество и расположение плодов на ветках тоже было одинаковым.

Одноэтажные модульные постройки с палисадниками возникли как-то сразу, Евгений даже постеснялся бросить в виду домов огрызок, настолько чисто и прилизано было вокруг, так и вёз его, прижав пальцем к рукоятке переключения скоростей. План поселения оказался предельно прост. В центре – круглая площадь. От неё радиально расходились улицы. Шестьдесят шестой дом значился на южной стороне. Евгений внезапно понял, что дом 33 должен стоять на востоке, а 99 – на западе. Взглянул на план, догадка подтвердилась.

Стечкин медленно ехал по круговой дорожке на юг, разглядывая однообразные блочные жилища. К каждому полагалась веранда, небольшой участок, окружённый невысоким заборчиком с калиткой, и по шесть домиков для пчёл. Возле ульев на каждом из участков возилось по пчеловоду в широкополой шляпе с густой тёмной сеткой. Больше людей не было. Только в конце улицы медсестра на велосипеде пересекла перекрёсток.

Повинуясь команде навигатора, Стечкин повернул направо, чуть дальше налево, снова увидел в конце улицы медсестру и остановил Скорпи у одного из десятков похожих домов. Сразу за ним виднелся ровный клеверный луг, идеально полого стекающий к реке. Такая нарочитая правильность линий и необычная контрастность картинки немного озадачивала. Вокабуляр выкинул подсказку – нолинг. Это был нолинг.

Опер спéшился и пошёл по дорожке, вдоль которой росли кудрявые кусты. Чип определил их как крыжовник. Янтарного оттенка крупные ягоды свисали ровными гроздьями. Рвать их Стечкин не решился. Прямо за кустами, возле ульев хлопотал высокий сутулый человек в шляпе пчеловода.

– Здравствуйте! Мне нужен Пётр Семёнович Макаров! – Громко возвестил Евгений.

Человек отложил какой-то дымный прибор, подошёл и приподнял сетку от лица. Программа однозначно определила в старике фотографа Петра Макарова.

– Здравствуйте! Это я. Чем обязан? – Настороженно спросил хозяин.

– Добрый день, Пётр Семёнович! Я оперуполномоченный Евгений Стечкин, вот мой пасс. Присядем?

– Да, конечно! Проходите. – Старик засуетился, прошёл на веранду, неловко отодвинул от стола плетёный стул, приглашая Евгения присаживаться. – Что-то новое о Наташе? Хотите воды?

– Да, пожалуй… И вот ещё, – Евгений протянул старику огрызок яблока, – я не нашёл, где бросить. А может, и рвать нельзя было? Тогда простите, не удержался!

Женя улыбнулся лучшей из своих улыбок, обезоруживающий эффект которой он не раз использовал, когда хотел расположить к себе встревоженного собеседника. В душе́ киберопер Стечкин был обычным парнем, ничто человеческое не было ему чуждо.

Хозяин двумя пальцами взял огрызок из рук Евгения и зашёл в дом, прикрыв за собой дверь. Евгений присел на предложенное место и огляделся. Всё вокруг было какое-то чересчур новое и ненатуральное, словно с рекламного буклета. Даже полотенце, наброшенное на спинку стула напротив, какое-то нереально белое. Исключение составлял старинный садовый гарнитур: кресло-качалка на краю веранды, потёртый стол и стулья из того же ротанга. Странное ощущение оставляла эта мебель. Кажется, она была привезена сюда специально, чтобы придать помещению видимость жилого.

Евгений протянул руку, чтобы взять полотенце и вытереть влажные от яблочного сока перчатки. Внезапно на указательный палец уселась пчела и закрутилась, засуетилась на месте, постукивая усиками по гладкому графену. Стечкин поднёс руку к глазам, сфокусировал и увеличил изображение. Матово-чёрные фасеточные глаза пчелы отливали неживым, хоботок то высовывался, то снова втягивался в пушистую голову. Пчела «облизывала» палец.

Стечкин разглядывал насекомое, и оно тоже казалось ему ненастоящим, искусно сделанной игрушкой, чипом или микросхемой, повторяющей одни и те же движения последовательно с заданным алгоритмом: крылышки – хоботок – перебор ножками – покачивание брюшком; снова крылышки – хоботок…

Вышел Макаров, уже без шляпы, и вынес высокий стеклянный стакан с кристально прозрачной водой. Евгений протянул руку, спугнув насекомое, взял стакан и пригубил. Анализатор выдал: «Деионизированная восстановленная вода. Состав: 11,76 г CaCl2·2H2O; 4,93 г MgSO4·7H2O; 2,59 г NaHCO3; 0,23 г KCl. Электропроводность 10 мкСм/см. Суммарная концентрация ионов кальция и магния 2,5 ммоль/л. Окисляемость KS4.3 0,8 ммоль/л. Можно употреблять». Стечкин залпом осушил стакан, и только потом заметил, что уже несколько пчёл кружилось возле его руки.

– Что это они? – Спросил Евгений отмахиваясь.

– Не размахивайте руками, – Макаров достал из заднего кармана брюк упаковку влажных салфеток, – вот, возьмите салфетку, протрите руки. Они летят на запах спелого яблока.

Стечкин тщательно протёр пальцы, пчёлы отстали. Евгений положил использованную салфетку на стол.

– Так что насчёт Наташи? – Старик пытливо смотрел в глаза оперу.

– Я думал, вы мне расскажете. Вы же видели сообщение?

– Разумеется.

– Почему не связались с нами?

– Видите ли… Я просмотрел сообщение только вчера поздно вечером. У меня старая модель телефона. Здесь у нас не ловит. Весь день был занят, а вечером сел на велосипед и поехал ближе к трассе, на мост, там связь лучше. Я всегда так делаю, каждый вечер. Я всё ещё жду… Знаете, я обрадовался… Почти полночи не спал, всё думал. Это сообщение дало мне надежду. Утром хотел звонить вам… Вашей конторе… Вот прямо сейчас хотел, но вы сами приехали…

Он всё говорил и говорил, а Стечкин фиксировал его крупный план. FaceScan следил за малейшей реакцией мимических мышц, определяя, не врёт ли Макаров.

– Что вы думаете о сообщении? – Прервал Евгений словесный поток.

– Я не знаю, что и думать. Вы уже расшифровали, откуда оно поступило?

– Нет. Нам пока неизвестно, где и когда производилась запись. Расскажите, что вы поняли из этого фрагмента. Одежда на ней та же? Причёска? Как изменились черты лица? Если хотите, можете ещё раз пересмотреть покадрово. Мой смарт даёт чёткое изображение. Вглядитесь. Это точно ваша дочь?

Стечкин запустил фрагмент покадрово. Макаров, не отрывая глаз, смотрел на экран.

– Да, это, несомненно, Наташа. Кажется, она совсем не изменилась. Причёска… хм, ничего не понять под бейсболкой… Это её улыбка. Именно так у неё поднимаются уголки губ. Одежда… Да, я помню эту майку… Но… – внезапная догадка исказила лицо старика, – вы хотите сказать, это старая запись?! Ведь она не могла совсем не измениться за эти два года! И майка! Она точно не стала бы ходить два года в одной и той же майке! О боже! Кто это сделал?! Зачем?! Это жестоко… жестоко! – Голос его сорвался.

– Не волнуйтесь, Пётр Семёнович! Хотите, я принесу воды?

– Нет, спасибо, я сам… – Макаров встал, вошёл в дом и прикрыл за собой дверь.

Евгений пересел в кресло-качалку и принялся раскачиваться, время от времени отталкиваясь ногами. Отсюда ему хорошо был виден идеально ровный, нежно зелёный, с яркими розовыми головками клевера луг. Теперь на нём паслись редкие чёрно-белые коровы.

Подсказка: «Холмогорская порода крупного рогатого скота (КРС) мясо-молочного направления продуктивности. Устойчива к заболеваниям. Высокопродуктивна. Выведена в XVII веке в Двинском уезде на севере Русского государства. На 01.01.2000 насчитывалось 170,3 тысяч голов коров холмогорской породы. В настоящее время энтузиастами содержится несколько единиц КРС этой породы».

Необычайно ясное, голубое небо над «Ингерманландией» вдруг становилось серым и пасмурным сразу за рекой. Там, за Смородинкой, снова был привычный Стечкину пейзаж – посреди измученного, заваленного отходами поля чадил мусоросжигательный завод.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.