ВАН
Про … жизнь [sex, sport & rock'n'roll] – Часть 2

Глава 1. [ «Triumph®» ]

"Could I Have This Kiss Forever"

Whitney Houston with Enrique Iglesias

«Push, push, push, sexy chocolate girl»

Supermax, «It Ain’t Easy», 1979

У Дрю с Би закрутились отношения. Если раньше пересекались-тусовались в компаниях на вечерниках, дискотеках и т.п., то сейчас всё чаще стали уединяться, гулять вдвоём в лесу, по городу, ходить на выставки, ездить на дачу полопать клубнички. В электричке играли в быков-коров, морской бой, непоказушно дурачились. Много читали всякой всячины, обменивались мнениями. Пробивались на музыкальные концерты, изредка в московские бары. Как-то даже сходили на футбольный матч ЦСКА-Спартак в Лужниках. Сидели на трибуне за воротами у чёрта на куличках, мелкие фигурки бегали взад вперёд, мяча почти не видно, порадовал лишь рёв болел – ощущение сплочённой огромной толпы очень сильное, энергетика прёт особая. 80 тысяч болельщиков после игры организаторы долго разводили через разные коридоры промеж конной милиции. Дрю одной лошади в досаде чуть не стукнул по зубам сложенным зонтиком – уткнулась прямо в лицо пенной мордой. Отметились от Бауманки в первомайской демонстрации на Красной площади, протопав ножками и не присев с 6:00 утра до 15:00 дня. Кто-там в шляпе махал рукой на трибуне Мавзолея, из пятой-десятой колонны на бодром марше и не разглядишь. Хорошо, что погодка выдалась чудесная – не жарко и не холодно. А если в ноябре топать? Короче, одного раза хватило. Москва дивно хороша в мае, когда её отмыли на апрельском субботничке, и распустилась молодая чистенькая зелень. Неспешно гулять по утопающему в свежей листве Бульварному кольцу, историческим паркам и закоулкам доставляло особое удовольствие. Летом в Москве слишком душно, на речной пляж в том же Серебряном Бору еще добраться надо, пока дочешешь – семь потов сойдёт.

На отдыхе в жаркую погоду Би нередко не надевала ничего под юбку или платье и на полдороге уже истекала аж ручейками. Это были сладостные моменты предвкушения желанной близости. Би и Дрю очень понравилось изучать тела и дырочки друг друга, изобретая-опробывая всё новые способы слияния душ. Би и раньше была манкой девушкой, но получая регулярно обильные позитивно-эмоциональные всплески и гормональные мази-маски, стремительно расцвела, стала очень секси. Обожаемые Дрю небольшие грудки красиво округлились, бутоны умопомрачительно набухли, частенько выразительно твердея и выпирая через все водолазки-блузки и сквозь тончайший, практически прозрачный на узеньких бретельках бюстгалтер французской фирмы «Triumph®» с эмблемой раскидистой короны и маленькими бубенчиками-звёздочками на кончиках – опять-таки из питерской Берёзки. Дрю обожал этот триумф, и готов был смотреть на Би в нём бесконечно. Под стать бюстгалтеру, помимо повседневных, обожаемых Дрю хлопковых «неделек», красиво обтягивающих попку Би, были и одни «парадные» узенькие полупрозрачные panties. Комплект с триумфом сражал Дрю на повал. Собственно, для секса без гарантированных последствий "низ" в дни вероятного залёта и снимать не надо было. Что устраивало и Дрю и Би, т.к. учиться предстояло долго, а испытывать-комкать жизнь случайной беременностью чревато.

Ещё Дрю обожал персиковые поцелуи Би, как классические, так и особенные. Рассказывать публично подробности о которых, согласитесь, не уместно. Поверьте, настоящий поцелуй более интимен, чем голый секс. В последнем преобладает звериная физиология, в первом – чувственность. Недаром жрицы любви никогда не целуются с клиентами.

В первую ночь в московской общаге Дрю, до исступления лаская постепенно раскрепощавшуюся Би и ни чем не проникая внутрь девушки, сфонтанировал пять раз, и это абсолютная правда. Как только у Би пришло полное доверие, начался полноценный взаимный-проникновенный секс. По началу "тыкались" всеми взаимо приемлемыми способами, что на оргазмах не сказывалось, они и от нескладушек порознь не становились менее желанны. Далее стали применять-осваивать коитус, вначале по взаимному согласию "на пол-шишечки". Честно говоря, выходило не очень. Несоразмерно влагалищу большеватый член Дрю доставлял Би много проблем вплоть до крайне неприятных болевых ощущений. К тому же, встречи были довольно редки, а ещё и болезненные красные дни наслаивались, и заждавшийся Дрю либо финишировал слишком рано, либо скоропалительно прерывал фрикции во избежание залёта. А вечно чавкающий, с неестественным химическим гелем, даже импортный презерватив – далеко не лучший компромисс. Более того, любой "презик" не решал главной проблемы. Настал мучительный период, когда взаимоотношения повисли на волоске. Усугубляло всё и вся недопонимание. А поговорить окрыто на опасную тему не хватало смелости. Изрядно постеснявшись-поколебавшись, Би призналась, что ей очень нравится "онанюжничать", сидя на Дрю. А Дрю открылся, что ему очень нравится целовать Би, перевернувшись "валетиком" (поза, известная как "69"), когда Би встаёт прогнувшись на четвереньки, высоко задрав попку и широко раскрыв "орхидею" от вожделения. Опытным путём выяснилось, что вдоволь наласкавшись-нацеловавшись, сладостно потереться промокшей от смазки уздечкой пениса о бугорок любви clitorido – гарантировало одновременный оргазм. И вот тут открылась взаимная нирвана!!! Продолжительные секс игры в самых разнообразных местах и позах во всевозможной одежде и без таковой вовсе с ярчайшими оргазмами стали настоящим праздником жизни.

Между прочим, женщинам, которые на определённом этапе жизни испытывает только клиторальные оргазмы, лучше с коитусом и всякими мужскими "штурвалами"-кольцами-насадками не заморачиваться. А мужчинам с маленьким-коротким пенисом вовсе не стоит комплексовать: "щекотун" в реальной жизни более востребован, что бы там в порно индустрии не выдумывали. Разумеется, универсальных на все случаи жизни советов в сексе не бывает. Многое очень индивидуально. Ищите да обрящите!

Французская тушь Lancom с ёршиком в чёрном футляре-ручке с золотой розой – мало кому тогда доступная в СССР – делала ресницы Би сногсшибательными. А ярко синие тени той же фирмы обалденно подчеркивали цвет глаз. Когда Би надевала золотистые на узких ремешочках босоножки с изящным тонким каблучком 11 см, становилась неотразима. И без того длинные красивые ноги превращались в дьявольски колдовские. Дрю обожал эти ноги и эти босоножки. Но в такой обуви Би оказывалась на голову выше всех сокурсников и надевала редко. Резко возросло число поклонников и кадрильщиков, однако Дрю на том этапе жития это совсем не волновало.

Дрю и Би наслаждались жизнью, радуясь любой мелочи, не замечая трудностей. Не досаждали друг друга пустой ревностью и не расспрашивали, почему задержался или задержалась у друзей или подруг. Чувство безграничного единения скрепляло сильно. Конечно, бывало, и бытовые тучки пролетали – как же без них при совместной, пусть гостевой, жизни.

На Новый год Би приехала в общагу к Дрю. 31-го числа Дрю метнулся в гастроном у метро и помимо шампанского (и про запас водки) купил упитанную импортную курицу. Решил сварить, заполучив и первое и второе. Электроплита на кухне этажа раскочегаривалась еле-еле душа в теле, пришлось долго муторно дежурить и охранять всплывшую в кастрюле надувшуюся бройлерную курицу от посягательств начавшего веселиться народа, но всё равно проморгал, да еще пересыпал второсортных макарон, и вместо супа получился славный клейстер, застывший мутной биомассой.

Зато дискотека порадовала зажигательными танцами и импровизированным ларьком «испытай удачу». Из окошечка картонного чуда-юда, стилизованного под автомат с газировкой, в бумажный стаканчик, предназначенный для мороженного, за один рубль могли налить как московской, с противным привкусом хлорки, водопроводной воды, так и любого, даже крепкого, алкогольного напитка. Би сразу достался крымский десертный мускат (вероятно, раздатчик удачи подглядывал в дырочку), тратить ещё один рубль на себя Дрю пожалел – удача дама капризная и не случайно за неё не пьют не тостируют.

Ночью во избежание последствий от группового нашествия нетрезвых орд лифты отключили. На 15-й этаж вбежали одним махом держась за руки и, не успев включить свет, предались страстной любви, стукаясь зубами в поцелуях, спешно стягивая футболки и путаясь ногами в джинсах. Повидавшая многое кровать с панцирной сеткой громко стонала от напора двух разгорячённых тел. Дабы не тормозить Би лишними звуками, всяко слышимыми за тонкой стенкой общажного блока, Дрю вышел из раскрывшегося влажного влагалища и сел верхом, оперевшись ногами на раму кровати. Истекающая предэякулятом головка стоЯщего члена оказалась между половинок груди. Би сдвинула грудки руками, страстно приняв извивающимся телом и дрожью ног яростные фрикции. Дрю вскрикнул, кончив долго пульсирующей горячей струёй. Би легонько поглаживала расслабляющуюся scrotum, до этого сжавшуюся до еле заметного состояния. Нежно оплела ладошкой тяжёленькие овальные шарики и приятно чуть-чуть сжала – Дрю без опаски доверил самое уязвимое мужское место. Затем стала втирать разлившуюся сперму, теребя мизинчиками свои соски, переодически сладострастно оттягивая двумя пальчиками за кончики… Назревал еще один "подход", но засохшая сперма стянула кожу. Заплетающимися ногами в обнимку переместились в душ и там протяжно целовались в засос, медленно гладя-моя пеной мыла друг друга. Во второй заход нагая Би одной ногой встала на низкий подоконник и, вцепишись в рукоятку окна, полунагнулась. Свет уличных фонарей, отражаясь от снега, позволял изнутри комнаты хорошо рассмотреть все впадинки, выпуклости и изгибы. Снаружи тёмного окна ничего эдакого заведомо не было видно – соседний напротив дом сверкал-подмигивал новогодними огоньками в сотне метров. Дрю прилипучился сзади Би, нежно массируя пальцем небывало налившийся-увеличившийся клитор. Би глубоко с предыханием задышала. Обильно выделяющийся вагинальный секрет , учащённо сочась капля за каплей, потёк по её гладкой, с очень нежной кожей голени. Би свободной рукой страстно оттянула свою ненапряжённую ягодицу. Влагалище раскрылось широко как никогда, и магнетически влекло-заводило Дрю. Вскочивший стальной пружиной член даже в презике вошёл плавно и мягко. Дрю сначала двигался очень медленно, выходя почти полностью и снова погружаясь. Движения его члена и её таза становились чаще ритмичнее. Оттянутые силой притяжения, потяжелевшие груди и налившиеся testiculus радостно-свободно подпрыгивали в такт. В упоительном экстазе слились одновременно, прокричав "а-а-а-аааа". Дрю – в ухо Би, она – в зажатую ладонь. После чего Дрю, не сняв презик с еще твёрдого члена, присел на подоконник и поцелуями оттягивал-посасывал очень удлинившися внутренние половые губы Би. Вылизывая сок плоти возлюбленной, языком дошёл до сладкого ануса, постепенно погружась всё глубже. Би залепетала что-то невнятное и, взвизгнув, в конвульсиях всего тела с мурашками "улетела" в долгом оргазме во второй раз подряд и наконец обессиленно сползла в объятья Дрю… Выстроившиеся в ряд как на параде и подсвечиваемые в праздник сталинские высотки, похожие на приземлившиеся по недоразумению огромные инопланетные межгалактические корабли, были хорошо видны из окна общажной комнаты Дрю и в ответ сурово поглядывали высокопарными окнами-огнями.

В поздний обед, не похмеляясь, с аппетитом ели настоявшийся куриный клейстер, выковыривая ложками остатки мяса. Народ дрых "в отрубях", компанию трапезы никто не поддержал. В гулком безлюдном коридоре этажа общаги ноги прилипали к полу, усыпанному разноцветными кружочками конфити вперемешку с раздавленным-растоптанным сладчайшим ташкентским изюмом, присланным кому-то к празднику – очевидно, у сеятеля счастья вышел перебор.

К вечеру пошёл сильный снег. Дрю, не пожалев времени на метро и пешие километры, проводил Би до двери холодной, с редкими кислолицыми пассажирами угрюмо-тёмно-зелёной электрички и грустно побрёл по пустому заснеженному перрону…

Однажды дома Дрю рылся в одёжном шкафу в поисках, что пододеть под носимые в обтяжку джинсы для утепления в мороз. Би предложила натянуть её старые колготки. Дрю засомневался, решив предварительно примерить, заодно (поскольку в детстве не довелось) научившись их надевать. Последнее оказалось делом непростым и с первого захода не зашло. Почему-то освоение прошло успешно, когда Дрю был без трусов и проявил бОльшую гибкость тела. Прикалываясь, вышел как на сцену балеруном и продемонстрировал Би мускулистыми ногами смешные балетные па. Би мгновенно подыграла, раздевшись до одной майчонки и красиво-талантливо изображая на цыпочках маленького лебедя. Стали танцевать подобие вальса и целоваться. Вдруг Би зажглась не на шутку, оперевшись на выставленное бедро Дрю вскочившим клитором, стала размашисто, с закрытыми глазами и запрокинутой головой, ритмично ёрзать-тереться о скользкий капрон, быстро испытав мощнейший оргазм. Член Дрю в колготках стоял вертикально, головка зазывно выглядывала. В экстазе Би стала её лизать, Дрю выстрелил высоко взметнувшейся струёй..

В другой раз Би, под зажигательную музыку натянув чёрные колготки на голое тело аж выше выперших сосков и нацепив высокие каблуки, устроила показательное танцевальное варьете-шоу, спонтанно перешедшее в ошеломительную мастурбацию. Дрю завис в оцепенении, сверхвозбуждённо наблюдая за неслыханным откровением. Что последовало за этим, лучше умолчать, дабы не травмировать психику чувствительного читателя. Эх, чертовски жаль, видеокамер тогда у нас не было – теперь без вещдоков мало кто поверит.

Так что, мужчины, не бойтесь эксперементировать, даже если вам придётся для этого надёть женское бельё!!! И не очкуйте поделиться желаниями! Пусть оные не будут приняты сразу, а какие-то и отвергнуты. Если же вторая половина не поймет, отметя все потаённые хотелки, а тем более, подымет на смех, значит, не по пути. Рано или поздно в поисках недополученного в сексе пойдёте на сторону. А левак, как правило, губит брак… Кстати, в своих буйных фантазиях разумно не зацикливаться на анальном сексе – абсолютное большиство девчонок оный не навидят всеми фибрами души. Ощущения нетрудно испытать на себе, например, сходив к проктологу с очень большими-толстыми пальцами.

Как показалось Дрю, капроновые колготки под джинсами не грели, а только еще больше холодили, и в качестве одежды были отвергнуты.

==================================================

Could I Have This Kiss Forever https://youtu.be/zsfj9j0kjoU

Push, push, push, sexy chocolate girl https://youtu.be/1AlOUiWwdU8

It Ain’t Easy https://youtu.be/1jYTmSH6n_w

Глава 2. [ Магнетические поля ]

…

Jean-Michel Jarre – Magnetic Fields, Pt. 2 [*]

Легко и как-то незаметно само собой перезнакомились с родителями. Социальные преграды отсутствовали, а об материальных неуравновешенностях мы, как и большинство советских людей, тогда не думали. Уж чего-чего, а новая трёхкомнатная квартира в хорошем районе Дрю точно не соблазняла, да и три телевизора ему были ни к чему.

Сформировавшийся союз был совершенно точно не по расчёту. Дрю вовсю строила глазки милашка москвичка курсом младше и даже однажды затащила к себе домой. Предки в торгпредствах, бешенные связи, если окольцуешься – перспективная карьера. Были и другие заманчивые варианты. Однако можно радоваться жизни в обычном шалаше, а можно выть от жизни в роскошном замке. Москва как город Дрю тогда не нравилась. К тому же большинство москвичей, среди которых процветали лишь меркантильные отношения, тоже не вызывали тёплых чувств. Совсем другое дело питерцы, где даже простой высококвалифицированный рабочий с достоинством собою горд.

На зимние каникулы скатались в Ленинград. Би жила у своей тётушки, Дрю – у дядюшки. Проскакали этажи-лестницы-коридоры Эрмитажа, попялились на скульптурно-картинный state of the art, проскочили галопом Невский и рысью Литейный, согреваясь в кинотеатрах и страстно горячо целуясь, не глядя на экран. Холодный леденистый ветер с моря продувал насквозь. Дядюшка подарил Дрю настоящую тельняшку и списанный лодочный персональный дозиметр с забитым армейским инвентарным номером. Би уволокла из тётушкиной "Берёзки" пару набитых импортными шмотками сумок. Содержимое одной из которых Дрю толкнул в общаге с наваром. Вельветовые джинсы очень подошли одной одинокой маме, красиво обтянув упругие булочки-ягодицы и подчеркнув изголодавшуюся талию, но денег у неюной грустной студентки мизер. Дрю сжалился, отдав почти по входной цене, компенсировав легко выявляемую недостачу за счёт другого барахла. В целом с ценами не барыжил, поэтому доход лишь покрыл расходы на поездку.

И всё бы замечательно, но "финансы пели романсы". А любая ячейка общества требует средств на существование… Знакомый по бывшей волейбольной команде свёл Дрю с цеховиками, которые начали строчить джинсы – новомодные бананы, причём не отличимые от фирмы. Заклепки и лэйблы штамповали тут же. А сам материал коттона – контрабандный, на вес золота. Требовалось подправить раскрой так, чтобы оставалось меньше обрезков. Поколдовав пару ночей с кусками запоротого ватмана, Дрю выполнил заказ, срубив бабла.

Би взяла Дрю в оборот, убедив приодеться посолиднее. Съездили с Би в новёхонький магазин «Белград», купили светло-серую полушерстяную югославскую тройку. Костюм сидел идеально по-английски и производил правильное впечатление. Там же прикупили светло-коричневые на умеренном каблуке 100%-но кожаные элегантные туфли. Светло-голубая рубашка и бордовый в голубую полоску галстук довершили евро-прикид денди, в котором и в ЗАГС заглянуть не стыдно.

Дрю не торопился со свадьбой. До окончания Бауманки еще 2 года – всякое может случиться. У Би была иная точка зрения: зачем тянуть резину и откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Так и порешили, обойтись без резины. Би не стала заморачиваться со свадебным платьем на заказ, купив немецкое готовое универсальное белое и тоненькую серебряную диадемку с маленькими камушками. Думали отстреляться с предками символически и рвануть в Крым, но родители сказали, что без вариантов быть пышному банкету и двухдневному застолью.

Чтобы разбавить когорты не без натуги роднящихся родственников с конвертиками за пазухой и привнести молодой задор, Дрю пригласил трёх друзей из Бауманки, а Би – трёх подруг из МИФИ. Друзья удивили, приперев в подарок коробку с чайным сервизом из тончайшего, не хуже древне-китайского Дулевского фарфора. Подруги весело пошли в отрыв, друзья волну подхватили, и свадьба заиграла необыкновенными красками. В первый день потеряли дорогущий казённый магнитофон, банально на веселе забыв у двери кафешки, и с утра пораньше Дрю с Би его искали, мигом вспомнив прочитанное море детективов. Кончилось тем, что на второй день друзья с подругами спонтанно умотали в Крым, а Дрю с Би заперевшись гостиничном номере, как Бонни и Клайд [**], сидя голяком, осыпали себя банкнотами из опорожняемых конвертиков, запивая игривым шампусиком.

В качестве свадебного путешествия послужила производственная практика Дрю в Волгодонске на АтомМаше. Би проявила недюженную смелость, согласившись на авантюрное сопровождение новоиспечённого муженька. Из группы Дрю одна девчонка соскочила как бы по семейным причинам, куратор практики, святой человек, взял и от руки вписал в командировочный лист Би: фамилия поменялась и точка.

Прилетели – жара +35°C, Би в облегающем топике без бюстгалтера и в мини юбке, бутоны вызывающе торчат, ноги ошеломляюще обнажены – местная публика беззвучно разевает рты, вахтёрши в общаге крестят, свят-свят. Комендантша встала в позу: «В таком виде твою красотку сразу изнасилуют, не успеешь в туалет сходить». Расселили по разным общагам: Би в женскую, Дрю в мужскую, семейные все заняты под завязку на годы вперёд.

Волгодонск пророчили городом будущего, но из-за плывущих грунтов, усугублённых старой плотиной, и постоянной болтанки уровня водохранилища, новые девятиэтажки стояли под угрюмым наклоном как Пизантская башня. Некоторые выселены вплоть до силикатизации фундамента. Огромный завод строился явно впопыхах. Многотонная кран балка скакала, как по американским горкам – на ходу выравнивали домкратами. Японский шлифовальный станок высотой с ту же девятиэтажку и стоимостью за миллион долларов простаивал: при закупке клерки в министерствах указали не ту твёрдость окалины – в итоге днища реакторов и парогенераторов ВВЭР после термообработки рабочие в робах зачищают шлифмашинками вручную. Как говорится, два солдата из стройбата заменяют экскаватор! Логически-аналитически спускаемые сверху решения не просчитываются. Вот она, главная наша военная тайна.

Заводские инженеры встретили с распростёртыми объятиями. Бауманка форева! На рабочем, истыканном кнопками кульмане, пришпилив бракованный ватман, мигом рисуют карту: винные магазины, пивные точки, развесёлые женские общаги, пляжи и прочие достопримечательности. Торжественно вручают сей путеводитель, который мы в приютившей на месяц с гаком общаге вешаем на стену как амулет. В рабочее время заводским не до нас – план горит. Во сколько ты приходишь и уходишь на завод, никого не колышит. Свободного времени вагон и маленькая тележка.

Ездили загорать и купаться на Цимлянское водохранилище, где белый песок. Раскалённый от жары автобус, забитый потными телами под завязку, совершенно не напрягал. Лупили пачками свежайший козинак, купленный рядом в сельском ларьке. Вечерами после футбола пили местное розовое шампанское. Догонялись медицинским спиртиком. Чередовали бочечным пивом с только что высушенной воблой.

В субботу "мотанулись" на место отдыха на Дону, подсказанное заводскими инженерами. Прекрасный песчаный пляж, кабинки, в тени ив длинный деревянный стол, мангал. Рядом отличная волейбольная площадка. На ней играли подтянутые загорелые мужики, и играли здорово. 1-я лига, не меньше, определил на глаз Дрю, тщательно разминаясь – одного игрока в команде не хватало. Кинув внимательный взгляд в сторону Дрю, кивком пригласили. Встал на самую ломовую позицию доигровщика. Пасовал невысокий взрослый мужик уровня мастера спорта с очень быстрыми ногами. Поняли друг друга с полуслова. Это был один из лучших матчей Дрю в жизни. Не проиграл ни одного очка. Забил не всё, что-то оставил в игре, но не проиграл. В том числе на приёме не облажался с доводкой. На блоке схарчил с половину. Наподавал мешок своих фирменных планирующих. По окончании все уважительно пожали руку. На прощание намекнув, если бы играли на деньги, то рубились бы жёстче. В тот вечер Дрю не выпил ни грамма алкоголя. Дрю классно сыграл в волейбол, и рядом была Би в бикини с её персиковыми поцелуями.

В следующие выходные рванули на псевдо турбазу «каргальские дачи» с ночёвкой. Местечко между озерком Бокалда и рекой Дон. Деревянные настилы для палаток и деревянные столы для компашек, вот, в общем-то и все удобства. Фляги с питьевой водой и хавчик-ханьку с собой. Зато природа первозданная!

Катер на воздушной подушке провёз через мелкие протоки Дона ниже плотины по течению. В камышах ходят цапли. Из воды в диком количестве выпрыгивает рыба. Кругом заброшенные сады и бахчи. В ручьях кишат огромные раки. Солнце жарит, как оглашенное. Уровень воды болтается туда-сюда: утром лежим-загораем на чистейшем нежнейшем песочке речного дна, тело наполовину в медленно текущей теплющей прозрачной воде – кайф необыкновенный, вечером там уже по "коки", а кому-то и по пояс.

« Левый, левый, левый берег Дона.
Пляжи, чайки, плесы у затона » [***]
Шуфутинский

Уединились подальше, за деревцами. Би, лёжа в мелкой воде, загорала нагишом, колдовски раскинув манящие ноги. Дрю, поглядывая на красивую курчавую шёрстку Би, тоже снял плавки, повесив предупреждающим вымпелом на ближайший сук. Захотелось «поцеловаться» валетиком. Вниз по Дону поплыли миллионы хвостатиков. Надеюсь, никто из купающихся женщин не залетел.

Ближе к спасительной прохладе ночи сварили ведро раков и казан судака. Из громыхающего зелёного рюкзака достали ящик ростовской водки – редкостная тогда гадость, но иного спиртного не сыскали. Гулять так гулять! Дрю махнул залпом железную кружку до краёв. Вштырило по полной. Водка, поболтавшись в организме вверх вниз, докатилась до молодецкого штыря. Би, прихватив тёплое одеяло, заманила отсутствием нижнего белья под длинной футболкой в укромное место на остывающем песочке с мягкой травкой под ивами, подсвечиваемое огнями речных бакенов и прячущейся за облаками Луной. Дрю опять не успел опорожниться, и метод снова сработал. Феерический трах – спортивная закалка еще не растранжирена. Сверху, сбоку, раком, на «ушах». Би, обстонавшись, уже в обморочном состоянии, Дрю не может кончить.

Всё-таки ростовская водка была с какими-то спец добавками. Отработав своё предназначение, норовит выпрыгнуть назад, подлюка. Пришлось в кустах подальше два пальца рот вместе с раками. Башка трещит. Желудок пищит. Стрескал три больших сладких спелых яблока, кажись, вместе с белыми жирными червями – хоть какой-то белок. Дрю лёг, смотрит в небо. Звёзды водят хоровод, под боком сладко посапывает Би, прижавшись голой попкой – удлинённая футболка задралась. Звёзды, потанцевав под убаюкивающий плеск Дона, встали на своё законное место, серые облака закрыли их ватной шторой, Дрю вырубился.

Глубокой ночью налетела стая здоровющих злющих комаров, и как Дрю не укрывал одеялом Би, её сильно покусали.

На утро, бесконечно хмурое, но к счастью не жаркое, обнаруживаем, что ящик водки успешно выжрат! На завтрак оттягиваемся сахаристыми душистыми арбузиками. Отмокаем в протоках, ползая в них крокодилами и щекоча друг-другу пятки. На обед возвращаемся к жизни разогретой на костре ухой из недоеденного судака.

Жрачка в городских столовых была отвратительной. Нежующееся мясо в липком промученным соусе, прогорклые макароны, несладкие вонюче портяночные компоты. Спасала сносная заводская столовая, причём обед шёл сразу вместе с завтраком, но пропуск на АтомМаш для Би не сделали, придравшись к несоответствию фамилий в разных списках. Пришлось Дрю вести молодую жёнушку в ресторан, ограничиваясь минералкой-чаем для себя лично в целях экономии тощего студенческого бюджета. Стипуху за два не сессионных летних месяца выдавали в начале учебного года, а стремительно пустеющие из-за удлинённой практики кошельки деканатами никогда не принимались во внимание. Подработка не копеечная в чужих краях автоматически исключалась, те же погрузочно-разгрузочные аккорды зачастую оказывались прихваченными и бдительно охранялись местной братией.

В зачастившие дождливые вечера, просиживая в женской общаге и коротая время, на пару играли в шашечные уголки. Выдворенный в строгом соответствии с расписанием посещений, Дрю выходил на улицу и, топая до своей мужской пизантской башни очумевшим от многочасового незамысловатого изнасилования мозгов, по инерции продолжал играть, мысленно двигая шашки меж светящихся окон домов.

Потрахаться вообще негде. Обе общаги переполнены уставшим народом, попросить освободить комнату на часик как-то неудобно. Шастать по неизвестным лифтовым и прочим заплёванным аппендиксам – велика вероятность нарваться на недобрых нежданных гостей. А тут ещё и долгие «красные флаги» у Би.

Дрю с минетом даже и не намекал. Хотя отсрочить по бырому и не глотая, в принципе, вариант вполне рабоче-полевой. Но далеко не всеми девчонками приемлемый как физиологически, так и прежде всего психологически. Так что обижаться здесь не на что. Во взаимном сексе должно быть только то, что устраивает обе стороны.

Однако когда желанная женщина, да ещё и в частичном неглиже перманентно перед глазами маячит и не даёт, гм-м, волю эротическим фантазиям, то для мужика это самая изощрённая пытка. К тому же, чем реже секс у самца, тем быстрее. Но скоротечная комета коитуса-фрикций очень мало кого из женщин устраивает. Напрягать же себя частыми секс-упражнениями ради мужа жёны упорно не желают. Дилемма-проблема, разрушающая любой брак.

Обижаться-дуться и молчать – бессмысленно. Однако сесть рядком и поговорить ладком тоже не "рулит". О чём именно поговорить? Высказать, что секса не хватает (конечно же, в самой мягкой форме, типа, «маловато будет»). Наверняка получишь ответ: «Бог терпел и нам велел».

Дрю и не обижался. И ничего не выговаривал. И даже не шутил на эту тему. Но досада незаметно проникла в душу и с каждым днём выедала её прожорливым червячком, как вызревшее яблоко. Не рановато ли остывать в чувствах после свадьбы? Или же два года до свадьбы были лучшими по определению, и уже ничего не вернёшь? А может, просто локальная яма на совместном пути, и надо чуток отдохнуть друг от друга…

Практика Дрю затягивалась в сентябрь, настал день улетать Би в Москву, так как уже начинался очередной семестр, типовой по времени для младших курсов. Дрю проводил жёнушку до аэропорта, смеясь, обнялись, чмокнулись по-русски три раза. Самолёт, махнув при развороте в воздухе серебристым крылом, рывком взмыл ввысь и превратился в сверкающую от солнечных лучей точку, как будто одним махом разорвал незримую нить, связывающую с бренной землёй.

Накануне поздним тёмно-облачным вечером они одиноко сидели на истёртых деревянных досках в железной лодчонке всеми забытых качелей, безропотно ржавеющих меж разросшихся кустов и деревьев. Би предложила Дрю подрочить прямо тут, засунув руку под вжикнувшую молнию джинсов. Но настроения не было. Как назло, стал накрапывать мокрящий дождик, спускалась холодная ночь. Молча разошлись спать по своим разделённым разнополыми общагами кроватям. Сейчас это всплыло в памяти с утроенной тоской.

Тем временем аэропортовский автобус укатил, а когда следующий, и будет ли сегодня вообще – чёрт поймёт, московский рейс то один в сутки. Дрю решил пойти пешком аж до пляжа с нежно-чистым песком на Цимлянском водохранилище. Быстро отмахал ходулями несколько километров. Солнце грело-ослепляло, но не жгло. Встречный ветерок только набирал силу и приятно охлаждал. Дрю расстегнул лёгкую светло голубоватую рубашку с двумя нагрудными карманами, завязав её узлом у пояса, как делали хиппи. В покосившемся ларьке с козинаками купил зазывно выглядывающую пробочкой бутылку пива, как оказалось, просроченного, страшно мутного на просвет грязно зелёного стекла. На диком пляже облегчённо скинул каблукастые свадебно-кожаные туфли и снял горяче-влажные носки, раздасованно катнув ногой куда подальше неоткрытую пыльную бутылку. Сел в тени плакучей ивы на тёплый чистый песок. Сгреб и сжал горсть сухих песчинок в ладони. Они беззвучно и неумолимо утекали сквозь пальцы. Резанула мысль, что вот так жизнь и проходит, в ожиданиях и надеждах, в долгих обидах и зашоренном отталкивании коротких радостей. Вспомнил персиковые поцелуи, обнажённые бутоны и раскинутые колдовские ноги Би. Накатило неукротимое желание, кровь запульсировала не только в висках. Стянул сильно обтягивающие джинсы. Вырвавшаяся на свободу плоть обречённо вздыбила импортные в стиле плавок ослепительно белые свадебные трусы. Пошарив наощупь в карманах рубашки, достал пачку "Донского табака" и спички, зубами вынул сигарету. Резко сильно чиркнул и, быстро сложив ладони ковшиками, поджёг-закурил, затянувшись покрепче.

Будний день, позднее утро, ни души. Только волны, ветер и солнце. Эх, сюда бы сейчас Би.

==================================================

[*] https://youtu.be/w434qhNJMdw

[**] https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D0%B8_%D0%B8_%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D0%B9%D0%B4

[**] https://youtu.be/H_RdfPIUp9o

Глава 3. [ Водный праздник во «Флориде» ]

«Полный пипец»

Из студенческого жаргона

Решив скучновато-нудные отчёты по практике писАть на благодатной природе, мы выкупили буквально за копейки профсоюзные путёвки в профилакторий завода, располагавшийся в (по совместительству) пионерском лагере тоже ниже плотины (как и каргальские дачи), но уже на правом берегу Дона. Пионерлагерь в сентябре, естественно, свои функции утрачивал, эстафету принимал профилакторий.

В город приобщившиеся к натуре студенты-практиканты наезжали лишь чтобы затариться сухеньким винишком, да водчонкой, и поменять в техотделе завода документацию для заимствования конструкторских решений. Катерок, медленно стуча мотором, ходил только рано утром в зыбком тумане и сумерках вечером после смены. В профилакторий вместе с нами подзаселились и заводские девчата, но они каждый день таскалась на работу, мы же веселились напропалую, благо южное бабье лето вструячило не по детски.

Раздевались догола, и с криком «даёшь водный праздник во Флориде» садились на педальные катамараны и устраивали гонки по протоке. Грудастые поварихи, высунувшись с огромными половниками по пояс из распахнутых окошек столовой, яростно болели и делали ставки. На финише мы вставали во весь рост на край борта, развернувшись к трибуне, усеянной белыми колпаками, и под дружный рёв поварих переворачивали катамараны вверх дном, как яхты в шторм. Потом войдя в раж и треся скукожевшимися от холодеющей сентябрьской воды мудями и торчащими пистолетиками на любой размер, цвет и вкус, оборвали все водные тарзанки по округе.

Поварихам ежедневный водный праздник очень понравился, нам стали класть двойные порции и персонально томно подмигивать.

Почему именно во «Флориде», так и осталось не выясненным.

Местное сухенькое, самое недорогое из представленного на прилавках, со странным рисунком на этикетке, напоминающим развесёлые крепкие зелёнющие огурцы, скособоченно оперевшиеся друг на друга, выпивалось девчатами на ура. На Дрю запала молодая холостая конструкторша.

Забавный советский купальник в стиле макси-ретро не способствовал вспышкам вдохновения альдутера. Немаленькая грудь и гладкая кожа отмечались взглядом Дрю, но секс-позывов не вызывали совсем. А прозрение ценить добрые глаза мужикам приходит слишком поздно.

«Don’t let me down…» [*]

Дрю было искренне жаль разочаровывать конструкторшу половым игнором, но перед глазами стояли колдовские раскинутые ноги Би, а на губах не выветривались её персиковые поцелуи.

Тёмными вечерами Дрю невесело хмельной, неспешно попыхивая сигареткой, просиживал у реки, наблюдая, как она кипит от хвостов-плавников-бочков плещущейся рыбы. Тушил чинарик в песке, клал в пустую пачку, чтоб потом выкинуть в урну. Портить мусором такой берег – преступление перед человечеством.

Староста хреначил на гитаре «Я уеду… до второго… в Комарово» [**], девчонки млели и тихонько подпевали. Ребята их разбивали на пары, окрестные кусты долго ритмично колыхались. «Ау-ау-ау»! «Оу-Оу-Оу»!! «А-А-А!!!» «О-оо-о-оооо» – перекликивались неведомые птицы. Девчата, предчувствуя скорое окончание истинного праздника жизни, отрывались как в последний раз.

Не покидающий и в загулах вверенную группу студентов, разведёный и не успевающий протрезветь куратор потерял очки и плавки. Очки с диоптриями позже нашлись, плавки – нет: ушли на сувениры как подтверждение взятых высот.

В последнюю ночь втюрившаяся конструкторша пошла на абордаж. Дрю пришлось сделать вид, что не смог подтянуться, чтобы залезть в женскую общагу по криво заколоченному пожарному балкону.

На прощание на последние заначки Дрю вдарили по цимлянскому шампусику в безлюдном скверике закрывшегося универсама, не глядя пальнув пробкой в звёздное небо. Полнотелая Луна язвительно желтела в ответ.

В совокупном итоге успешно практикующимися были перетраханы три незамужних отдела завода. Нас со слезами умиления втихаря провожала целая демонстрация. Плакаты-транспаранты «До новых встреч!!!» решили не печатать, дабы …, в общем, понятно.

===================================================

[*] https://youtu.be/NCtzkaL2t_Y

[**] https://youtu.be/MnKaLFdMwVg

Глава 4. [«Куба далеко – Куба рядом»]

«Не может быть!»

Кинокомедия Л.Гайдая, 1975 г.

Дар вкалывал "по чёрному" на сборах в Сухуми. Первая сборная СССР «сидела» на запредельных нагрузках, тягая железо на максимальных весах и уделываясь вплоть до помутнения в глазах на так называемых «станциях»…

«На Олимпиаду ТОЧНО не едем» – прозвучало оглушительным смертельным приговором.

Генеральный Секретарь ЦК КПСС (а до этого Председатель КГБ) Ю.В.Андропов, любивший спорт, скончался 9 февраля 1984 года. Не смотря на сложную политическую обстановку партийные бонзы СССР не планировали «включать» симметричный ответ бойкотом летних Олимпийских игр в Лос-Анжелесе. Однако ситуация резко обострилась после сбитого СССР пассажирского Боинга корейской авиакомпании, который залетел на советскую территорию по невыясненным до конца причинам. Пришедший на смену Картеру Президент США бывший актёр Рейган спал и видел, чтобы навалять русским.

На предыдущие летние Олимпиады с участием СССР в ближайший порт приходил океанский лайнер, считавшийся плавучей базой советских спортсменов. Так, на доставшимся за недорого польско-британским Sobieski, переименованном в «Грузию» и засветившемся в комедии «Бриллиантовая рука», очень весело возвращались из Австралии наши участники Олимпийских игр в Мельбурне. Старая «Грузия» была продана на лом в Италию, взамен в 1975 году по заказу СССР в Финляндии в Турку на верфи Wartsila построена новая, остроносая быстроходная красавица. Именно она планировалась состроить козью морду Лон-Анжелесу. В изощрённой мудрости Компартии СССР не откажешь: гигантский морской лайнер под боком – идеальный резервный вариант экстренно однозаходной эвакуации всей делегации. Но американское правительство вход советского плавсредства «с двойным дном» в свой порт зарубило, более того, якобы не предоставило письменных гарантий безопасности спортсменов стран соцлагеря (памятуя захват заложников в Мюнхене, вполне ожидалась зеркалочка) и не выполнило еще ряд требований. Верха СССР закусили губу. 10 мая 1984 года в Москву сломя голову прилетел Президент МОК Самаранч, но не был принят на соответствующем статусу высшем уровне. Позже пытались достучаться и другие делегации МОК, но безуспешно. Якобы последнюю по прибытии в СССР вообще отправили в хлебосольную братскую республику Грузию, где так накачали вином, что члены делегации еле очухались. В спортивных кругах до последнего момента лелеяли робкую надежду, что политики одумаются.

Возрастные игроки, понимая, что все надежды рухнули, что годы каторжного труда коту под хвост, опустив головы, обречено сидели в раздевалке, пот капал на пол, никто ни чем его не вытирал. Гробовая тишина, слышно как «тикает» в умывальнике душа не закрывающийся до конца кран. Молодые сборники, неудомевая, переглядываются, вроде у них еще шанс маячит. Но будет ли? Спортивный век короток, в любой момент серьёзная травма и – пиши пропало. Дар хлопнул дверью железного шкафа так, что складная «сидушка» с грохотом и лязгом отвалилась.

На московской Олимпиаде из-за бойкота, инициированного США, собрались не все сильнейшие на тот момент команды: чехи уже на закате, итальянцы ещё на восходе, бронзу в кои веков взяли румыны, что говорит о многом. Поэтому добытая победа в нервном финале с болгарами хотя и была весьма непростой, но вышла с осадочком. И нашим мужикам очень хотелось доказать в честном бою, что они – сильнее, выше, быстрее.

К ОИ-1984 в Лос-Анжелесе мужская сборная СССР подходила во всеоружии. На Мире в 1982 в Аргентине взяли золото, разделав бразильцев в пух и прах (15:3, 15:4, 15:5). На Европе 1983 тоже золото и компенсация за Монреаль полякам 3:1 (15:3, 15:11, 11:15, 15:9). К костяку понюхавших пороха добавилась талантливая, голодная до больших побед молодёжь, которая уже вкусила «вампирской крови» успеха в бескомпромиссных сраженьях.

Сборная США готовилась к домашним ОИ заблаговременно, разобрав посредством новейшего «компьютерного» статистического анализа все команды по косточкам, особенно сборную СССР. Суть разработанного американцами метода заключалась в том, что блокирующие США в игре не гадали, куда пойдут передачи у соперников, а крыли персонально наиболее вероятные излюбленные направления атак.

Тем не менее, если сборная США летом 1984 года была еще на стадии подъема, то сборная СССР находилась на пике спортивной формы. Считай, золото на груди. И прибавка олимпионика к пенсии, соизмеримая с Героем СоцТруда. Но трясущиеся за свои тёплые кресла спортивные функционеры очканули, что общекомандный медальный зачёт уплывёт, и подстраховались, сыграв бучу на политической почве, мол, наши спортсмены в США будут подвергнуты риску…

Вместо Лос-Анжелеса играли на раскалённой от летней жары Кубе притянутый за уши, зато небывало одаренный деньгами турнир «Дружба-1984».

В рамках культурной программы в душном жарком кинозале посольства крутили гайдаевскую кинокомедию 1975 года. Огроменные мужики, рвущие мышцами бёдер хвалёные американские джинсы Левис Сраус, скатывались под кресла и ржали как дикие мустанги до коликов в животе: «НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Ха-ха-ха-а-аа!!! НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!!!!!!!!!! Ха-ха-ха-а-аа-ааа!!! НЕ МОЖЕТ… АХУЕТЬ !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!»

Поймавшая на своей Олимпиаде победный кураж сборная США сошлась со сборной СССР на Кубке Мира в Японии в 1985 году во втором матче турнира. Пятисетовый поединок, украсивший бы финал любой Олимпиады, закончился со счётом 2:3 (11:15, 19:17, 15:9, 9:15, 15:12). Памятуя бойкот ОИ-84, наши очень хотели надрать америкосов. Да не тут то было. Сборная США вышла на бой во всеоружии, выиграв 1ю партию. Вторую партию сборная СССР вырвала на зубах, отдав слишком много сил. При старой системе счёта (с переходами подачи) играть можно было бесконечно долго. Взять соперника измором – тоже тактика. То поражение стало концом великой команды – мужской сборной СССР, обладательницей золота Мира, Европы и ОИ. Двухметровые игроки основы потеряли по два кило веса, полчаса отмокая-отходя, обречённо сидя на полу в дУше.

Американцы помимо статистического разбора применили новую скоростную комбинацию: нападающие игроки центра и диагонали одновременно выпрыгивали перед и за связующим в ожидании быстрой передачи типа взлёт. Если блок соперника с ним «прилипал», а проигнорировать такую двустволку – смерти подобно, то связующий пулял прострельную передачу в дальнюю зону.

Сейчас данная комбинация забыта, так как блок ставится не по разбегу нападающих для атаки, а по траектории пасуемого мяча со зрячим сносом рук в направлении переводимого при ударе мяча. К тому же комбинация требует филигранной работы связующего и точной стабильной доводки.

Кстати, снос рук на блоке это одно, а сброс – совсем другое. Последнее означает ударное движение блокирующим кистями перенесенных на сторону соперника рук…

Между прочим, вопреки расхожим домыслам на Кубе секс индустрия не развита. Привозимые иностранцами для продажи ночные сорочки, используемые местными модницами в качестве вечерних платьев, вынуждены и поэтому простительны. А вот фотоаппарат снять с плеча могут в лучших традициях «диких» бразильских «обезьян». Тогда как в Японии отношения между полами настолько усложнены традициями-устоями, что процветают не только безобидные гейши в атласных кимоно и белых носочках с кармашком под деревянные сабо. Пользуются устойчивым спросом приват клубы, например, такого рода: зрители в небольшом зале располагаются перед сценой в виде вращающегося большого круга, на котором раздеваются и затем затейливо сношаются секс-актёры, причём любой из посетителей (разумеется, заплативший), может присоединиться к действу непосредственно в процессе. Так что самураи, как и камикадзе, это только фасад витрины. В реальной жизни всегда имеет место изнанка общества, и, как следствие, его пороки, ворошить которые не принято под цивилизованным предлогом нежелания лицезреть не совсем чистое бельё.

В той же Южной Корее существует целые секс-гостиницы, заполняющиеся до отказа на уик-энд. В Италии не прозябает не афишируемый сервис платных секс услуг. А в Прагу туристы ездят не только на хоккей отменный и попить пива пенного. Закрытые частные клубы с безукоризненными внешне и репутационно табличками нередки в Лондоне. Про Париж и говорить нечего.

Россия, как всегда уникальна и на секс поприще: проституции и сводничества как бы нет, но уголовные статьи (240 и 241) есть. С чего начинается двуличие? С Европы? Не с двуглавого же!

Джо перестал выходить на связь. Даже когда навещал предков, то инкогнито, ни с кем из «бывших» не встречаясь и не общаясь. Друзья же юности были слишком заняты своими делами-карьерами, чтобы обижаться и набиваться. Зашхерился, значит, так надо. Его родители отвечали по домашнему телефону, что всё хорошо, учёба-служба идёт своим чередом, но больше – ни одной подробности. У Дрю мелькали предположения о ГРУ-шном «Аквариуме», однако ни с кем об этом не делился…

На пятом курсе Бауманки повалили спецпредметы, кои манкировать непредусмотрительно глупо. Вдобавок военная кафедра не давала продыху, регулярно вынося мозг зубрёжкой, да ещё и засылая на двухнедельные сборы на «базу».

Помимо всего прочего изрядно прессовал курсовой проект, для выполнения которого требовался реальный НИРС с неформальными посещениями Политехнической библиотеки, что напротив Лубянки. Рыться в литературе приходилось дотошно, выискивая полезное по крупицам, нужной инфы кот наплакал. От долгих перерывов между приемами пищи желудок сводило судорогой, он уже переставал журчать, а лишь тихо стонал. В ближайшей кафешке две продолговатых рубленных котлетки с расплющенным плевком картофельного пюре по тарелке и тонким мазком красноватого мучного соуса рассасывались мгновенно. Чай без сахара с привкусом соды (уловка московского общепита, чтоб заварка выглядела темнее) завершал скудную трапезу.

Зато суббота стала неприсутственной, впрочем, так и ни разу не превратившись в полноценный выходной день. Если на четвёртом курсе высчитывали лопатки калиевой турбины тупо по атласу Дейча и вычерчивая общие виды по образу и подобию аналогов, то на пятом уже надо было изобрести что-то если не новаторское, то полезное для кафедры в плане науки и техники. Дрю частенько чертил у Би, разгребя её учебники тетрадки на обычном письменном столе. Проектировал стержень управления защитой (СУЗ) с удержанием выхода радиоактивных продуктов посредством магнитной жидкости в канале оригинальной, им придуманной формы. Стыковать большие листы формата А1, используя лишь два обычных деревянных треугольника – выходило немного кривовато. Не беда, чай, не первокурсные упражнения, суть уже важнее, тем паче, что по факту – эскизная проработка компоновки с уточнением габаритов и массы элементов.

Новый год пролетел на автопилоте. Шатались по подругам Би, смешивая шампанское от разных производителей с оливье от разных хозяек. И то и другое сильно слишком сильно отличалось по вкусу, зато даром. Закончилось Броуновское брожение традиционным просмотром Зарубежной эстрады вповалку с храпящими хозяевами и вперемешку с многочисленными посошками тостирующих незнакомых гостей, и пустовато-гулким возвращением с рассветом по скользким заледенелым дорожкам, взаимно оперевшись под ручку.

Быстро расправив диван, Дрю для придания динамики страсти было включил магнитофон с записью привезенной Даром пластинки Rainbow «Bent out of Shape» с изображением на обложке умышленно искривлённой стройной сексапильной девушки в белом топике на тонких бретельках и свободных трузелях. Но Би устало отрезала: «Всё – потом. Завтра. Может быть».

«Жена обойдётся дороже» [*]

Вот бы все офигенно удивились, если бы узнали, что Джо в это время был рядом с Кубой.

==================================================

[*] https://ru.wikipedia.org/wiki/Не_может_быть!

[**] – фраза из фильма «Интердевочка»

Глава 5. [ Как отъезжали в лагеря. 1985-й год ]

«…профура, продерни в натуре,

А на хавиру карась протусуй.

И не то чтобы в кипишь в натуре,

Ты на хаурис биксу сфалуй.»

Песня о фене

Лагеря – это не хрен собачий (и уж подавно не фунт изюма), а целый месяц (да еще и летний!) из жизни студента, убитый в воинской части, стоящей на боевом дежурстве. Быть одетым круглые сутки в настоящую военную форму (начиная с синих трусов и не бактерицидных беловатых портянок, становящихся черными от кирзы и пота) рядового Советской Армии и неукоснительно (и очень резво!) выполнять приказы старших по званию (то есть всех) – радости мало. Разведка доложила: шутки-отмазки там не канают, утех земных вообще нет, а посему оторваться перед горькой годиной надо на полную катушку. Глотая невеселые мысли, каждый из нас предельно укоротил стрижку, дабы ретивые командиры отвязались, и облачился в далеко не парадные одеяния, чтоб не спёрли в каптерках.

Встали ни свет ни заря, добираясь кто из области, кто с «запасных аэродромов», и, зевая до треска в ушах молодецкими тресельниками, больше двух часов отсидели совершенно дурацкое собрание, суть которого заключалась в короткой фразе "Завтра в 6 утра всем быть у пригородных касс Казанского вокзала". Времени оставалось все меньше, и ударный костяк нашей группы гуртом поспешил в "стекляшку" – пивной павильон, открывающийся в девять утра, что очень мудро придумали пролетарские власти: натруженный гегемон, отметившись на рабочих местах, должен с утреца подлечиться пивком, чтоб к обеду не окочуриться. Завтрак вышел калорийным: две (а кто и три) кружки пива с солью, плюс по черствому бутерброду с ломтиком якобы красной рыбы, внешне и по вкусу похожей на покрашенную красной акварельной краской воблу. Будучи расслабленный пивком, староста вдруг вспомнил, что его предки срулили на дачу отдыхать от тяжких трудов за пределами нашей Отчизны, и роскошная московская хата с умопомрачительной арабской мебелью в спальнях в нашем распоряжении.

Дорога на точку отрыва получилось длинной. В те времена любое спиртное в магазинах найти было весьма непросто, и нам пришлось обшарить несколько секретных нычек, чтобы затариться по нормальному. По пути мы снимали всех приглянувшихся девчонок, говоря на песенном английском с прозападным акцентом "Baby, do you wanna bump?" [**], но наш внешний вид не внушал доверия, а на лбу принадлежность к передовой технической интеллигенции не напишешь. Изнасиловав все работающие уличные телефоны, все-таки набрали группу поддержки из персональных запасных фондов. В результате женская команда получилась малочисленной и разнородной, но единой по душевному порыву…

Веселая гулянка перемежалась жаркой картошки, пением под гитару и страстным взаимопроникновением по закоулкам огромной квартиры. Ближе к вечеру начался полный бардак. Обладатель огромной елды даже не взведенном состоянии, имевший на этой почве кучу проблем (краснея подвыпившие сокурсницы его постоянно спрашивали, а верны ли слухи, что у него такой … ну этот самый, на что он обижался и повторял: был бы такой – жил бы в Сочи), круглый отличник не записывающий лекций, схлестнулся прямо в цивилизованном туалете у биде и прочих премудростях с напугавшей стонами весь подъезд шатенкой. Использование не по прямому назначению туалетной комнаты сильно озадачивало тех, кому приспичило "сбросить давление в контуре". Кто-то утомленный уже вздремнул, завернувшись в плед на краю огромной кровати – прямо гаремного подиума какого то. На той же кровати, только в середине, настойчивая парочка подпрыгивала друг на друге чуть ли не до люстры, но никак не могла разбудить рядышком прикорнувшего. Кто-то из наших на балконе-лоджии пел оперные арии, оглашая густеющие сумерки хорошо поставленным баритоном.

Немногочисленные соседи, сожалеющие что раньше не уехали куда подальше, явно насторожились и, вооружившись швабрами, тихо затаились. Но милицию вызвать повода не было, аккурат к 23:00 сработал внутренний отбой – железный самоконтроль не теряли в любом состоянии.

Дрю со старостой и гитарой под мышкой ходили еще в гости к какой-то соседке в доме напротив, но о чём шла беседа, уже восстановить невозможно по причине соотношения количества выпитого к количеству съеденного, помнится только, что кроме соседки была еще и ее подруга. Уважаемый читатель не поверит, но было действительно по-гусарски очень весело. Даже без секса.

Вскочив спозаранку на автопилоте, осушив водопровод района и закусив мороженным на вокзале, мы были готовы хоть к военным лагерям, хоть к засылке десантом для изничтожения любого гада, нарушающего священный мир планеты Земля.

==================================================

[*] http://a-pesni.org/dvor/ppofene.php

[**] – детка, хочешь трахнуться?

Глава 6. [ Как сапогами стучали … ]

«Кто-то там идёт в кино,

Кто-то там девчонку жмёт,

А я жму свой автомат,

А я солдат, а я солдат…»

Дворовый фольклор

Похмелья не было. Была отключка создания. Разлепляем глаза, когда зудящая электричка уже «оттянула» с полпути. За пыльно-грязным окном нудили не самые радостные пейзажи заунывной средней части России. Гражданская жизнь откатывалась в прошлое.

« Электричка везёт меня туда, куда я не хочу »
Цой. "Кино" [*]

На площади вокзала нас встретил грустный заказной автобус с водилой, уронившим голову на руль. В очередной раз разлепляем глаза, когда прозвучала команда «В две шеренги позводно становись!»

Провели через КэПэПэ и сразу, без бани в каптёрку сдавать гражданку, надевать казёнку, мотать портянки, принимать-примерять кирзовые сапоги и рядом на лавочках пришивать воротнички. Поселили в летних палатках на отшибе, подальше от пусковых установок. Студенты – народ любопытный, мало ли на какую не ту кнопку нажмут.

По не заасфальтированной территории части бродит нехилое стадо толстеющих на глазах бычков. В большом свинарнике бодро хрюкают ничего не подозревающие хрюшки. Бесконечно добрые азиаты беспросветно в пастухах, причем без пилоток и гимнастёрок. Ясен пень – живой камуфляж, ведь из космоса натовский спутник в лупу зырит и фотки щёлкает.

Полковой плац из специфического мягкого (чтоб заглушать топот сапог?) сильно плавящегося на солнце асфальта размечен секретными белыми линиями, сходящимися и расходящимися вопреки законов Эвклидовой геометрии.

В буфете болгарские сигареты: в один день «Стюардесса», в другой – «Опал». Очевидно, чтоб бойцы не зубоскалили не свежим анекдотом. На десерт подозрительно возрастное печенье какой-то фабрики из тьмы-тмуракани. И всё. Наспех подмалёванная буфетчица с красными глазками нависала над пустыми полками сильно располневшим драконом. Откуда-то потягивало многодневным сивушно перегарным выхлопом.

Сопровождающие с кафедры Бауманки два майора уеб…ли домой в Москву. Якобы дежурить на Фестиваль молодёжи и студентов.

Подъем в 6:00. Зарядка с марш броском и подтягиваниями на перекладине. Умывание морды-шеи и чистка пасти в ледяной воде. Садистское садомазохистское выскребание собственных усов и бород на открытом не тёплом воздухе без пен-гелей в ещё более ледяной воде. Как священный ритуал пришивание воротничков. Завтрак 9:00. К этому времени уже готов сожрать коня вместе с копытами. Каша – шрапнель, сечка, кирза. И далее по кругу дней. «Какавка» (от слова какао) – чуток тёплая жидкость двухсмысленного вкуса с тонами говяжьего навоза. И кусок масла. Круглый. Жёлтый. Цилиндрический. Желанный. Масло съел – день прожит! … Перекур. Построение на плацу. Перекур. Строевая подготовка: в сапогах от пота хлюпает субстанция, убивающая всё живое, включая блох и бактерии грибка. Перекур. Учебная подготовка. Перекур. Обед. Жидкая баланда под названием суп-щи-борщ и каша – шрапнель, сечка, кирза – и далее по кругу дней. В каше торчит каменный кусок сала месте с длинной щетиной – рассасываем во рту до ужина, включая щетину. Перекур. Охраняем разгрузку спирта, встав тройной цепью. Перекур. Подготовка солдатской смекалки: Пойди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что. Перекур. Копка ямы. Углубление ямы. Еще большее углубление ямы. Оказывается, это не яма, а дренажный колодец на случай пролива гептила [**] при заправке ракеты. И, конечно же, гептил протёк (так было задумано на замаскированным под забытый скифский курган командном пункте, к которому подведен сверхсекретный подземный спиртопровод). Условия должны быть максимально приближены к боевым! Оранжевое облако гептила перекатывается по земле. Шухер!!! Ёб … … !!!!! Из ямы глубиной три метра выскакиваем пробкой из под перегазированного шампанского и рвём когти, не жалея подмёток и дыхалки. Перекур. Ужин: шрапнель, сечка, кирза – и далее по кругу дней. Кусок щетины без сала. Мутный несладкий напиток под названием чай. Перекур. Политическая подготовка. Перекур. Вечерний особо ароматизированный туалет, вместо соответствующей мягкой бумаги – шершавая ветошь для чистки-протирки стволов. Отбой. Травля баек. Настоящий отбой.

В выходные повезли на экскурсию в дом-музей Есенина. Культурная программа значилась в красной папочке двух майоров отдельным листочком, поэтому должна быть выполнена даже в случае ядерного нападения. Мы надраили сапоги до блеска, не жалея ваксы, и дружно выкурив впрок пару-тройку сигареток, гордо расселись в подкатившем автобусе. Девушка экскурсовод, радостно впорхнув в салон из придорожного кустика, со слезами пулей выскочила обратно: густая вакса нещадно резала глаза, а страшные сигаретные смолы спазмировали горло. Шофёр открыл все люки и два раза проехал взад вперед вокруг пятака у части, дабы чёрные ваксовые и прочие пары выскочили из салона.

Наконец тронулись в нужном направлении, шофёр выжал газ, как заядлый авто гонщик орудуя ручкой скоростей размером с кочергу. Экскурсоводша в легком летнем ситцевом платье. Рвущийся молодой морской бурей в салон ветер и гипноз десятков очень голодных до женского тела глаз вздымают легкомысленные одеяния. Нас никто не сношает приказами, экскурсоводша в эйфории истекающих водопадом флюидов не успевает прижимать разлетающееся платье и вещает в микрофон что-то не имеющее никакого значения в реальной жизни – балдёж! Много ли для счастья надо?

Музеем-домом мы овладели по всем правилам военного искусства. Часть зашла с флангов, уводя в ближайший лесок двух сопровождающих «от части» майоров, уже утомленных прихваченным спиртом, другая отвлекала экскурсоводшу, третья слетала в деревенский магазин, рейдом диверсионно-разведывательной группы зайдя в тыл. Пузырьки раздобытой животворящей влаги восхитительно позвякивали. Есенин с литографии на стене музея одобрительно кивнул. Экскурсоводшу накачали быстро, прямо на тропинке музея. По очереди сидела на коленях и с упоением читала стихи:

«Не жалею, не зову, не плачу,
Все пройдет, как с белых яблонь дым…»

«Я читаю стихи проституткам
 И с бандюгами жарю спирт…»

«Я московский озорной гуляка…» [***] – не полезли за словом в карман будущие офицеры (ну и что, что запаса, мы "найдём же, блин, куда вести войска" [****]).

У экскурсоводши заблестели глаза, по коже побежали мурашки. Последовали не воздушные поцелуи (избранным). Пуговицы на ширинках галифе не выдерживали напора взводящихся дульев и отстреливались весёлыми пистончиками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.