Ирина Денисовская
Идентификация

Вступление к моему новому сборнику рассказов я начну с признания: первую книгу, вышедшую пять лет назад, я писала на эмоциях.

Писать о творчестве без эмоций невозможно. Героями той книги стали певцы, музыканты, художники, танцоры. Только один рассказ вышел иным, потому что там, как я считала тогда, эмоциям и творчеству не было места. Насчет второго я решила верно, а если говорить о первом… эмоции там были ― мои.

Тому, что обе книги появились на свет, есть ряд причин.

Несколько лет назад психолог, к которому я обратилась с жалобой на жесточайшую депрессию, посоветовал мне покопаться в прошлом. Там-де среди воспоминаний можно найти фразу, встречу или происшествие, коими обусловлено мое нынешнее состояние. А для этого, мол, нет ничего лучше, чем записать самые яркие события моей жизни, начиная с раннего детства. Что я, послушная, и сделала. Четыре из этих воспоминаний послужили основой для пяти рассказов из тех девяти, что вошли в первую книгу.

А вот почему вошли, вернее, почему книга вообще получилась… Тому есть вторая причина ― встреча с Ксенией Багровой.

Знакомство наше вышло случайным, на том благотворительном концерте, организаторами которого мы с моей даной числились, она на нас налетела. Так вышло, что она шла слишком быстро, ее кто-то окликнул, а моя дана… может, то столкновение она и подстроила? Окия молчала. Вы ведь знаете, если дана или дарка не хочет о чем-то говорить, то спорить с ними бесполезно. Вот и тут так. Ксения ― тогда я еще не знала, что это она, можно сказать, свалилась нам под колеса. Моя дана проявила инициативу: извинилась и представилась за нас обеих. А я разглядывала знаменитую журналистку, и мне казалось, что прежде я уже видела эту женщину.

Возможно, мы в тот день разошлись бы без последствий, только судьбе было угодно свести нас снова: мы вместе Ксенией поздравляли победителей. Вот после этого действа она меня и спросила, не встречались ли мы с ней раньше. Я призналась, что и ее лицо мне знакомо. Мы стали вспоминать, перебирая события. Мне было легче, я ведь моложе. Однако именно она первой заговорила о неадекватном дроиде и девочке, которую после общения с ним доставили в больницу. И почти сразу узнала ее во мне.

– Общения? ― переспросила я. ― Я об этом ничего не помню. Это он меня покалечил?

– Трудно сказать… ― замялась Ксения. ― Того, что на берегу той речки случилось, доподлинно никто не знает. Но МЧС-ники и врачи решили, что он тебя спас.

– Я ничего не… ― я хотела повторить, мол, не помню ничего, но в тот миг вредина-память подкинула сюрприз, потому продолжила иначе: ― …не помню, кроме молний, что потянулись ко мне от этой ужасной машины. Она меня напугала.

– То же самое ты мне сказала в больнице. Мне разрешили поговорить с тобой. Я писала статью. Твои слова пригодилась в суде.

– Я знаю, что того дроида оправдали…

Наверно она расслышала в моем голосе недовольство, потому пояснила:

– Доказано, что он не хотел никому навредить. Да и не мог…

Тогда я ей не поверила. Делая свой репортаж, Ксения была объективна, Я же сосредоточилась только на своих личных впечатлениях.

Книга вышла в том виде, в каком вы ее читали.

Однако некое событие, вернее, разговор доказал мне, что нельзя рассматривать лишь одну точку зрения. Это было третьей причиной, побудившей меня полностью изменить первоначальный план новой книги, и я включила сюда три старых и одновременно новых рассказа.

С одного из них, как раз о том дроиде, я и решила начать.

*****

– Скотина! Гадкий дроид, безмозглый железный козлище! ― голос заставлял всех ежиться, а слова…

Стоящим вокруг Алексея Никитича, прекрасно известно, что не будь здесь гостьи, слова звучали бы совсем иные, для печати неподходящие. А статью в газете этому самому Алексею Никитичу, главному акционеру будущего центра развлечений, а в настоящее время начальнику строительного участка, на въезде в который красовался транспарант «Здесь будет Уральская Игора», очень хотелось. Ради доставки журналисточки он даже пригнал из города личный джип. И надо было так случиться, что встретили их здесь совсем не так как думалось.

Хотя, сдерживался он напрасно. «Журналисточка» ― Ксения Багрова уже привыкла к этой кличке и не обижалась ― была, по мнению многих, ушлой и много повидавшей. Иным здесь делать нечего. Грубые мужики, грубая работа и слова… тоже грубые, если не сказать жестче.

Впрочем, начиналось все вполне прилично, едва Ксения вышла из машины, ей представили прибежавшим на шум мотора работникам: «мастеру-бетонщику, специалисту по фундаментам Степану» и бригадиру плотников «Аркадию Игнатьевичу ― можно просто Игнатычу». Где-то на стройке обретался и «геодезист-программист-схемотехник Александр-Шурик», но он в поле зрения отсутствовал. Начальник, повертев головой, раскрыл рот, явно собрался его покричать, когда в уши влез звук вибратора, приведший к тем самым словам.

На слова Ксения внимания не обратила, но с интересом разглядывала источник негодования.

А его разглядеть стоило, в Екатеринбурге такого не встретишь. Пять метров в высоту чуть больше двух в ширину, длинные трехсуставчатые руки, массивные ноги, снабженные гусеницами с треугольным траком, голова с мощным прожектором на макушке и с тремя глазами. Третий, вроде как, способен видеть либо в инфракрасном, либо в ультрафиолетовом диапазоне, на выбор. Под головой ― широкие плечи и объемистое брюхо ― контейнер для особо ценных грузов и склад комплектующих приспособлений. Многофункционалом эту машину прозвали за технические характеристики и диапазон работ, один список которых занимал три страницы инструкции по эксплуатации. Только вот где сейчас эта инструкция никто не помнил, потому три помощника начальника участка, да и он сам пользовались тем, что им показали и рассказали. Дроида они звали «рабочей скотинкой», а чаще, как сейчас, просто «скотиной». Это чтобы не выговаривать длинную и языколомательную аббревиатуру МФСДсОТГиТП ― что означало многофункциональный строительный дроид с опциями транспортировки грузов и тушения пожаров. Последнее являлось обязательным условием использование таких машин в лесу. Строительство же спортивно-развлекательного центра было затеяно в очень лесистой местности, да еще на краю природного заказника. Вот и пришлось потратиться на эту дополнительную опцию. Хотя возможностью реализации ее ни сам начальник, ни его люди не озаботились. Бак жидкости для создания пенной смеси пустовал, а насос давно сняли для повышения грузоподъемности.

Но это к слову. Инструкцию по эксплуатации дроида читал только Васек, студент технологического университета, что подрабатывал на стройке прошлым летом на каникулах. И потребуй у начальника кто-нибудь эту инструкцию отыскать, ничего бы не вышло. Зачем какие-то бумажки, когда и так ясно: «эту штуку ставь туда, а эту на нее, а потом сверху присобачь вот эту панель, да не так, дубина, другим боком». Благо звуковой интерфейс в комплект многофункционала входил, и человеческую речь, даже сдобренную «штуками», «финтивлюшками» и «ху…нами», он понимал отлично. Не говорил только. Ну, а зачем рабочую скотинку разговаривать учить ― баловство это. Так считали все работники участка, и начальник внешний динамик включать не стал, хотя в приобретенный комплект он входил. Им не нужно!

Просто так разглядывать дроида можно, но гораздо интересней смотреть, как он работает. Ксения и смотрела. Слышать она о таких ― слышала, но видела впервые. Однако сути криков Алексея Никитича не уловила.

«Безмозглый козлище» в этот момент отключил вибратор, скоренько обрубил ветки, заострил конец у спиленной корабельной сосны и, снова включив вибратор, вогнал ее в землю, городя массивный забор. Из целых бревен. Вгонял он их впритирку друг к другу и заостренным концом кверху. Получалось у него частокол как на рисунках древних лесных крепостиц. Ксения аж залюбовалась, так ровненько у него получалось. Только вот что такой забор огораживать будет? Воевать в центре развлечений вроде никто ни с кем не собирался.

– Я велел, ― напряженным голосом проговорил начальник, проглотив рвущиеся с языка новые нецензурные реплики, ― поставить эту скотину на забивку свай в соответствии с разметкой. А вы?

– Ой! Подожди, начальник, ― прокричал Игнатыч, успевший оказаться по другую сторону сооружаемого забора, ― ничего не слышу.

– Выруби этого идиота! ― заорал Алексей Никитич так, что Ксения невольно закрыла уши ладошками.

Игнатыч вытащил из кармана пульт управления и нажал кнопку. Дроид остановился. Но не сразу. Сначала он забил еще одно бревно.

Начальник ждал, нетерпеливо постукивая ногой в новомодном берце с лакированными вставками и медными заклепками. Ксения невольно засмотрелась на обувку. Таких в и Екатеринбурге днем с огнем не сыщешь, в Москву надо ехать, если не дальше ― в Вену, в Париж… или прямо ― в Лондон. Туда, где их делают.

Когда смолк шум от дроида, скрипнула, открываясь, дверь бытовки и из-за нее высунулась голова, надо полагать, того самого Шурика.

– Зачем вырубил, ― закричал он Игнатичу, ― ему еще тридцать два столба установить надо.

– Куда? ― почти шепотом спросил начальник и по его скулам заходили желваки.

– Ой! Вы вернулись Алексей Никитич! А это та самая Багрова? Да?

Следом за головой показался обнаженный торс и руки, в которых была зажата эмалированная миска с недоеденными макаронами по-флотски, а потом и остальная фигура. Очень привлекательная, между прочим, с накаченными мускулами и татуировкой дракона, ползущего по ноге к низу живота. Из одежды на фигуре были только плавки.

– Опять кино глядишь? ― сдерживая ярость, проговорил Алексей Никитич. ― И не видишь, чем у тебя робот занят.

– Так он… того… Сваи вбивает.

– Где?

– Вы же сказали… Ой! ― миска ударила по голове, и остатки макарон посыпались на плечи, а оттуда на лесенку и, на радость местным мышам, на землю. ― Я забыл. Виноват, Алексей Никитич. У него командный блок полетел, процессор я поставил новый, а память проверить забыл. Там ваши инструкции были забиты и я…

– Что раскурочил? Опять в навигатор влез?

– Ну да ― в старый! А что делать-то?! ― возмутился парень. ― Вы сами сказали его заменить. Вот я его и… того, а новый поставил, вон коробка валяется.

– Что я сказал?! ― завопил Алексей Никитич. ― Я приказывал ставить на дроида блок от вертолета?!

– А откуда я знаю, что он для вертолета? ― возмущения в голосе парня не убавилось. ― Написано GPS «Заслон». Фирма нормальная, я ее знаю…

– Еще один идиот на мою голову, ― пробормотал начальник так тихо, что услышала его одна Ксения, и спросил обреченно: ― Процессор тоже «заслоновский» поставил?

– Не-е-е… Говорю-же: снял со старого, там конфигурация платы похожая…

– Работнички! Бревна выкорчевывать сам будешь. С ним, ― начальник махнул рукой в сторону дроида, ― на пару.

Показал Шурику кулак и, повернулся к журналистке, но она опередила его:

– У вас что ― один единственный робот?

– Почему единственный? ― обиделся начальник. ― У Игнатыча их целая бригада и у Степана два, и еще пять дронов, вместо крана… Только… на первом этапе одного многофункционала хватает. Эта рабочая скотина собой целый полк разной техники заменит, если…

Начальник оборвал фразу и замер.

– Степан! ― опять заорал он. ― Что случилась с бетономешалкой? Почему она на боку?

– Дык, вы же сами сказали ― проверить. Вот я и…

– Работнички! ― прошипел Алексей Никитич. ― Спутниковый навигатор 5G в дроида зафигачить! Хорошую машинку коту под хвост пустили. Глаза б мои на вас не смотрели!

Отвернувшись от многофункционала и бетономешалки, продолжил совсем другим тоном: ― Пойдемте, Ксения Владимировна, я вам озеро покажу. Там такая…

Показать он ничего не успел, порыв ветра вырвал миску из руки Шурика и кинул пыль и мусор, скопившиеся на стройплощадке, всем в лицо. А следом ливануло.

Гроза налетела внезапно, да такая, что не то что о прогулках, просто о том, чтобы постоять под навесом-столовой, речи не шло. Порывы ветра заносили дождевые струи и туда. Все укрылись в вагончике-бытовке, даже бетономешалку Степан успел заволочь в сарай. Только робот-многофункционал остался стоять посреди строительной площадки. Никто его укрывать от дождя не думал. Не сахарный ― не растает. И не заржавеет. Металлокерамика и титановые сплавы не ржавеют.

Кто ж знал, что в него молния ударит?

*****

Эту и следующую часть я записала по рассказу самой Ксении, а еще использовала «Инструкцию по эксплуатации МФСДсОТГиТП», экземпляр которой где-то затеряли на той стройке. Мне кажется, надо представлять с чем, или вернее, с кем имеешь дело. Я готовилась к встрече с героем рассказа. Было страшно, но я знала, что обязательно должна с ним поговорить. Но об этом позже.

*****

Первому не повезло рекламному щиту. Рухнувшее под напором ветра дерево раскололо его на три части и одну вдавило в землю. От всей помпезной надписи осталось два слова: «Здесь… Игор…». Потом хулиган-ветер сорвал листы железа с крыши навеса и пошел гонять их по площадке, чудом не зацепив джип. Вода, потоком лившаяся с неба, породила поток и на земле, на пути которого встал забор, сооруженный дроидом. Из-за чего многофункционал оказался по гусеницы в громадной луже. И вот тут возникла та молния. Она ударила в голову громадного робота, быстрыми змеями растеклась по телу, уходя в воду и в землю. Громыхнуло так, что бытовка подпрыгнула, а Степан выматерился грубо и некрасиво, хорошо, что тихо. За громом его никто и не услышал.

Робот же засветился как новогодняя елка на центральной площади. Ксения, замершая у окна, вскинула телефон и быстро нажала на индикатор камеры. Новый удар грома чуть не выбил телефон из рук, настолько он был неожиданен. Вторую молнию никто не увидел. Кроме робота, перед глазами которого взметнулась коробка, и вспыхнули буквы: «З…слон». И все погасло.

Тьма обрушилась на стройплощадку вместе с новым водяным шквалом.

Сделав свое грязное дело, гроза ушла к горам, через полчаса закончился и дождь, но выходить из вагончика на залитую водой территорию можно было только в резиновых сапогах, а они в бытовке отсутствовали. Переживавший за дроида Шурик выскочил босиком. Следом за ним, скинув модельные босоножки, пошла и Ксения. Пройтись по чистым лужам да по песочку, это не в городе по бензиновым радужкам разгуливать. Выглянувшее из-за туч солнце осветило разгром.

– Выходит, ― огорченно проговорил ей в спину Алексей Никитич, ― напрасно я вас сюда притащил. Не вышел репортаж.

– Не расстраивайтесь, ― рассмеялась Ксения, не оборачиваясь. ― Один кадр с молнией на роботе на фоне забора чего стоит. Снимайте ваши берцы, пошли смотреть озеро.

Виды озера получили свое место в галерее телефона. Ксения не ожидала такой красоты. Ярко голубая даже при облачном небе вода притягивала взгляд. Умытые дождем кусты и сосны по берегам блестели висящими на иглах и листьях капельками. Белый, быстро подсохший песок зазывал на нем поваляться. Пожалуй, разбитый щит говорил правду. Она пожалела, что не запечатлела и его. До разрушения – сейчас-то чего снимать. Остался, правда, макет построек в бытовке, который тоже попал в телефон. Она уже придумала, чему посвятит статью, чтобы не сделать ее только рекламной несуществующего пока места.

Вернулись назад к обеду. От робота в бытовку тянулись кабели, а Шурик расхаживал вокруг с озабоченным видом. Раскуроченная бетономешалка лежала уже на другом боку, а Степан ― рядом с ней, с разводным ключом в руках. Мол, ваши приказы выполняются ― все пашут.

– Погорел? Совсем? ― в голосе начальника строительства звучала сдерживаемая ярость.

– Да вроде не совсем, ― Шурик почесал затылок, ― но… Не пойму я начальник. Вроде как разряд по мокрому корпусу в землю ушел, только…

– Говори все как есть, не тяни резину. Если сам не справишься, я ремонтников привезу.

– Не горячись, начальник. Дай мне время до завтра. Полную диагностику проведу, тесты заброшу, даст Бог, ― Шурик обмахнулся крестом, ― будет твоя скотинка вкалывать как прежде.

– Обед готов! ― крикнул Игнатыч из бытовки, и складка между бровей начальника исчезла. Игнатыч готовил хорошо. Гостья будет довольна.

Расположились под навесом. На свежем воздухе еда вкуснее, да и знакомство… кхм! со стройкой можно продолжить.

Но насладится обедом и витиеватой речью начальника не получилось. Не прошло и десяти минут, как одновременно случились две вещи. В бытовке что-то взорвалось, оттуда повалил дым и выпал напуганный Игнатыч, пошедший туда за гуляшом. А робот зашевелился, сверкнул стеклом прожектора и протянул руку к забору. С механического пальца сорвалась молния и ударила в бревна. Но не свалила и не разнесла в щепки, просто на столбах появились буквы:

«Я Слон. Я не Скотина».

Фотоэлементы уставились на людей, а с пальцев стекали электрические разряды и крошечными шаровыми молниями скакали вокруг. Ксения завизжала, а начальник выхватил из кармана пистолет и выстрелил в свихнувшегося робота. Ну конечно ― свихнувшегося. Ни один нормальный робот так себя не ведет. И пусть пистолет пневматический. Стреляет же почти как настоящий, но недалеко. И обойма у него с нормальными пулями.

– Комп сгорел, ― потрясенно выдавил Шурик.

Степан охнул, вылетел из-за стола и кинулся к бытовке, но Игнатыч его опередил, нырнул внутрь, благо не успел далеко отбежать, и тут же выскочил обратно с карабином, выданным охотинспекцией для защиты от медведей. Карабин стрелял громко, только свето-шумовыми ракетами, способными отпугнуть медведя, робот же их проигнорировал.

Заряды кончились быстро, других у стрелков под рукой не нашлось. Да Игнатыч и не стал бы снова стрелять. На пятом выстреле понял ― бесполезно. Ракеты отскакивали от головы и брюха дроида. А куда еще можно их направить, чтобы вырубить спятившую «скотинку», бригадир плотников не знал. Своих бы он остановил выстрелом в шею, перерубая кабель, но у многофункционала шеи нет. Потому, стреляя, медленно смещался к джипу начальника, куда уже полз Степан. До бытовки тот не добежал, все равно второго карабина там не было.

В выборе «убойного» места мог бы помочь Шурик, но он при первом выстреле залег за бетономешалкой и даже из любопытства не высовывался. К джипу же медленно, приседая при каждом выстреле, двигался и начальник, таща за собой Ксению. Та в режиме видео бесстрашно снимала на телефон происходящее. Вот тебе и «журналисточка»! Шурик выбрав момент броском рванул к единственному средству спасения, на заднем сидении которого уже сидел Степан и махал руками, зовя остальных, его рот беззвучно разевался.

Бросив внутрь бесполезный карабин, Игнатич нырнул в приоткрытую дверцу следом за ним, тут же на колени ему рухнул Шурик, одновременно в машину заскочил начальник и втащил за собой Ксению.

Джип с места прыгнул вперед, разбрызгивая лужи.

Показалось или вслед им полетела молния. Алексей Никитич надавил на педаль газа, и джип понесся по дороге, подпрыгивая на ухабах.

Робот его не преследовал. Он не шевелился. Думал…

*****

Я оставила в тексте некоторые выражения, услышанные от работников той стройки. В первом варианте рассказа их было гораздо больше. Сейчас же я немного иначе смотрю на то, что тогда произошло. Почему? Та встреча, которой я боялась, все же состоялась.

Сразу скажу, что ее бы не было, если бы я не узнала историю Первого Дарки и не познакомилась с Борисом Рокотовым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.