Тая Ирова
Упёртая пара для риндалца

Пролог

Анжелика Ларина. Академия Содружества планетарных государств

Я стояла на смотровой площадке и наблюдала за звёздами, ярко мерцающими самыми разными цветами среди безмолвного космического пространства. Пожалуй, я никогда не устану ими любоваться. Что вообще может быть прекраснее звёзд? Ещё с детства они манили меня, будоража воображение своей загадочностью и безмолвием. На Земле я обожала валяться на траве во дворе дома и во время наших вылазок на природу, глядя на звёздное небо, загадывать желания на падающую звезду и искать созвездия.

Любовь к небу привил мне отец. Дослужившийся до звания генерал-майора звёздного флота Земли. И я решила пойти по его стопам, поступив на обучение пилотированию военных кораблей в Академию Содружества планетарных государств. И смогла сделать это сама, без рекомендаций отца, чем очень гордилась.

Правда, они с мамой не особо этому обрадовались, так как АСПГ находилась от Земли довольно далеко, но всё же. Конкурс на место был большим, а требования к абитуриентам – очень строгими. Примерно каждый второй студент смог попасть сюда не со второго и даже не с третьего раза, как я, например. Но! Именно здесь обучают самых лучших пилотов на суда как гражданского, так и военного направления, инженеров, всевозможных механиков, военных врачей и много кого ещё. И вообще, для выпускника АСПГ открыты все двери.

Именно это и помогало мне держаться все шесть лет обучения. Ещё немного, и я получу свой диплом пилота. И никакие капитаны на пути к моей цели меня не остановят! Обойдётся! Не позволю ему завалить меня в самом конце пути. Я хочу войти в ряды звёздного флота Земли и служить на благо моей планеты наряду с отцом! Поэтому завтра я обязательно докажу одному вредному преподавателю, постоянно ко мне цепляющемуся по поводу и без, что из меня получился хороший пилот!

– Волнуешься? – подойдя ко мне, спросила Ами. Мелкие салатовые щупальца на её голове, заменяющие дорранцам волосы, нервно подрагивали, выдавая нервозность подруги.

– Есть немного. Всё же практический экзамен у меня будет принимать наш мастер по пересдачам, – ответила я.

Тут щупальца Ами практически встали по стойке смирно, как и она сама, а её оранжевые глаза с вертикальным зрачком попросту застыли на ком-то, стоящем за моей спиной. Ну нет! Только не это…

– Курсант Ларина! – прогремел голос моего персонального кошмара. – Потрудитесь повернуться ко мне! Немедленно!

Да что ж мне на тебя так везёт-то?! Не мог, что ли, пройти тут попозже? А?

Я развернулась и вытянулась по струнке, прижав руки по бокам и приподняв подбородок, глядя куда угодно, только не на капитана Шастерр.

– Так как я не обнаружил вас в столовой, то сообщаю, что ваш экзамен начнётся завтра ровно в шесть тридцать утра. Опоздаете хоть на секунду, засчитаю как неуд. Вам ясно?

– Так точно, сэр.

– Отлично, вольно. Хорошего дня.

Последняя фраза прозвучала как-то подозрительно мягко, и я правильно занервничала, так как развернувшийся было преподаватель по лётному делу остановился и, обернувшись, добавил:

– Собирайте вещи.

И на этих словах он просто пошёл дальше по коридору.

– Да уж, Лика… Я могу тебе только посочувствовать, – сочувственно глядя на меня, сказала подруга.

– Спасибо… Но если он попытается занизить мне баллы, я пойду к нашему куратору и потребую пересдачи в присутствии комиссии! – рыкнула я, продолжая: – И вообще! У нас есть коммуникаторы! Мог бы, как все преподаватели, скинуть информацию туда, а не искать меня по всей академии. Или я особенная? Чуть что – курсант Ларина! Замучил. Меня так преподаватель по физической подготовке не гоняет и не дёргает, как он! Хотя сначала тоже подшучивал на тему, что девушек на нашем потоке мало и с нами надо нежно и аккуратно!

– Мог бы, – ответила подруга прищурившись. – Но мне кажется, что ты ему нравишься. А профессия пилота, сама понимаешь, сопряжена с рисками.

– Ами, ему нравится трепать мне нервы. И не более того. Вот Криф мне говорит нежности, всегда старается поддержать и…

– А ещё просит писать за него рефераты и курсовые.

– Вообще-то, он пишет сам, а я просто перечитываю и поправляю неточности.

– То есть переписываешь.

– Ами, не начинай! Я не хочу с тобой ругаться. Мои отношения с Крифом – это мои отношения. Давай ты мне лучше расскажешь про своего жениха? Как всё прошло? – спросила я.

– Ну… – протянула подруга, щёки приобрели более насыщенный жёлтый оттенок, что у её расы считалось румянцем, а щупальцы беспокойно заметались. – Гораздо лучше, чем я думала. Он симпатичный, умный, а ещё заканчивает учиться на медика. И во время ужина сказал, что был бы рад летать со мной на одном корабле. Представляешь?

– Можно тебя поздравить?

– Не знаю… Понимаешь, мне не нравится то, что я его толком не знаю. Ужин с родителями – это не то. В их присутствии можно надеть маску обаятельного джентльмена, а по факту быть сущим негодяем, – нахмурилась Ами.

– А что тебе мешает с ним пообщаться сейчас?

– Эм… Ты предлагаешь мне ему позвонить? – удивлённо выдохнула подруга и снова вспыхнула. А парень-то её зацепил.

– А почему нет? Или у вас это тоже запрещено?

– Нет. Думаю, ты права. Спасибо! И… Ой! Это Салрим звонит, – она посмотрела на коммуникатор и подняла на меня удивлённые глаза.

– Жених?

– Ага, что я ему скажу? О чём говорить?

– Для начала прими вызов, а дальше, как пойдёт, – улыбнулась в ответ подруге, подбадривающе хлопнув её по плечу. – Извини, мне надо кое-что просмотреть перед предстоящим экзаменом.

– Угу… – ответила Ами, принимая вызов и говоря немного неуверенно: – Ами Каэда слушает… Привет!

Я зашагала на выход со смотровой площадки. Завтра меня ждёт сложный день. Поэтому надо повторить момент, который у меня не всегда получался на симуляторах с первого раза, и хорошенько выспаться.

Глава 1

Шастерр Элш. Академия Содружества планетарных государств

– Ты ей прямо так и сказал? – Ник как раз отпил свой любимый горьковатый напиток под названием кофе, но поперхнулся. – Элш…

– Я сказал что-то не так? – перебил друга. К еде я так и не притронулся, не понимая, почему, после моих слов, Анжелика вспыхнула злостью.

– Эм… Ты реально не понимаешь? – Друг даже приподнял вопросительно бровь, сверля меня чёрными глазами.

– Николас, ты можешь мне нормально объяснить? Из нас двоих человеком являешься ты, а не я.

– Элш, я думал, что ещё до этого объяснил тебе, что тебе надо просто подойти к Анжеле и просто поговорить.

– Она в паре с этим… – я нахмурился, сжав руку с ложкой настолько, что та хрустнула.

– С Крифом, ты хотел сказать. Да? Не вижу проблем. Из них двоих только Анжела считает, что они пара, а вот он спокойно развлекается со студентками с моего потока. Видимо, девушки-доктора его больше интересуют, чем одногруппницы, – было мне ответом, а я обалдело посмотрел на Ника. Я общаюсь с ним уже несколько лет, было дело, пересекались на одном задании, где нужно было работать в группе с землянами, только всё никак не могу привыкнуть к тому, что люди могут с такой лёгкостью менять партнёров. Но, возможно, тут ещё и некоторые особенности моей расы играют роль. У нас в понятие партнёр изначально вкладывается немного иной смысл. Партнёр – это пара, идеально подходящая нам, на которую срезонировала сила.

– Ты так и будешь ходить по округе?

– Вокруг да около, – хмыкнул друг, привычно поправляя меня. – Послушай, Элш, мы не советуем собирать вещи, если не подразумеваем угрозу. С чего ты вообще решил ей такое сказать?

– Хм… У нас, когда мы хотим высказать веру в друга или члена семьи, или когда тот собирается куда-то переехать, желают поскорее собрать вещи.

Повисло молчание. Друг смотрел на меня с удивлением некоторое время, потом прочистил горло и заговорил:

– Да уж… Я как-то не думал, что ваша культура может несколько отличаться от нашей в некоторых аспектах жизни. Извини.

– Ну, теперь мне хотя бы понятно, почему Анжела так разозлилась, хоть внешне этого и не показала.

– Что ты будешь делать, когда она сдаст экзамены? Ты же её, надеюсь, завтра не завалишь?

– Я никого и никогда не валил без причины. Сейчас они злятся, потом скажут спасибо за то, что я их гонял. Во время боевых действий ни у кого из них не будет возможности посмотреть в конспект или влезть в голосеть, чтобы уточнить что-то. Эта информация должна храниться в их голове. Всё должно быть отточено до автоматизма. Что касается нестандартных ситуаций, мы с ними их тоже прорабатываем на моих личных примерах, а также тех, с кем я участвовал в сражениях с пиратами и румдалцами. Я хочу, чтобы курсанты умели не просто великолепно пилотировать свои шаттлы или крейсеры, а чтобы они могли найти выход в любой ситуации, – ответил я. – И я не планирую заваливать Анжелу. Я вижу, насколько она влюблена в полёты… Просто…

– Друг! Да ты её ревнуешь не столько к парню, сколько к космосу, – хохотнул Ник.

– Нет, но я бы очень хотел, чтобы она испытывала такие чувства и ко мне… – ответил я, глядя на тарелку. Есть не хотелось, хотя я выбрал блюда из земной кухни, которые мне понравились больше всего.

– Элш… Не загоняйся. Ну… Бывает. Думаю, потом вы будете это вспоминать с улыбкой, – попытался приободрить меня друг. – Но лучше бы тебе завтра после экзамена рассказать ей о том, что она твоя талра.

– Я так и хотел. Просто у вас так сложно с ухаживаниями, – вздохнул я.

– У нас всё просто, – улыбнулся друг. – Только ты не с того начал. Но у меня есть кое-какая идея. Поэтому я, пожалуй, пойду.

Друг допил в пару глотков кофе и ушёл, совершенно не обращая внимания на восторженные вздохи первокурсниц.

***

Уже позже, вечером, сидя в своей каюте после душа, я задумался, чего хочу дальше? Не могу сказать, что преподавательская деятельность мне пришлась по нраву, но это оказалось интересно. Наверное, стоит поблагодарить Линкара за то, что отправил меня сюда после драки с Мароном. Благодаря этому я оказался рядом со своей парой. А это уже многое значит.

Глядя в иллюминатор на бескрайний космос, невольно вспомнил золотисто-зелёные глаза Анжелы. Очень необычный цвет, как и она сама. Кожа светлая, почти белая, отчего на её щеках отчётливо бывает видно румянец, как его называет Ник, а сама такая маленькая… Но бойкая. Шустрая, юркая. Я видел её тренировочный спарринг со Стирком. Она тогда уложила его на лопатки, хотя он почти в два раза крупнее неё и более опытный боец. Но, думаю, тут во многом его заслуга. Всё же он преподаёт у нас физическую подготовку, и его подопечные занимают в основном призовые места на соревнованиях.

И всё же… У нас не принято, чтобы женщина участвовала в военных действиях. Она – хранительница очага. Самое ценное, что у нас есть. На её плечах продолжение рода и забота о потомстве. Но у нас их и мало. Может, дело именно в этом? Да и с людьми мы начали налаживать дипломатические и торговые отношения не так давно. Ладно, подумаю об этом чуть позже. Сейчас есть вопросы и поважнее.

Перевёл взгляд на два бланка, что лежали на письменном столе. В одном из них был рапорт о переводе обратно в мою часть, а второй – согласие на подписание контракта о работе в качестве преподавателя по лётному делу на год. У меня ещё есть в запасе неделя. После неё я должен буду либо освободить каюту и вернуться на Риндал, либо остаться здесь и продолжить обучение уже новых курсантов. Впервые так сложно сделать выбор. Это хуже, чем сражаться.

Что ж, пожалуй, я пока отложу подписание документов. Вещей у меня немного, и если Анжела откажет мне в разрешении быть её… партнёром, то я просто вернусь на свою планету и уйду в охранные патрули внешнего кольца границы. Всё равно кроме неё у меня уже не может быть никого. А всё из-за того случая на Гарлезе. Надеюсь, что однажды она меня вспомнит. Ладно. Надо ложиться. Всё же мне предстоит принимать экзамены у выпускников. И первым стоял у Анжелы, после которого я и хотел поговорить с ней.

Вот только неожиданно для себя я ощутил очень странную и довольно неприятную гамму эмоций, не принадлежащих мне. Из-за чего я быстро надел футболку и свободные штаны, которые земляне называли спортивными, и довольно быстро понравившиеся мне ввиду их удобства. Как только выскочил из своей каюты, немного постоял, выбирая направление, куда идти, и быстрым шагом направился в сторону лифта, чтобы добраться до общей столовой.

Анжелика Ларина. Академия Содружества планетарных государств

Я отложила в сторону конспекты с устными билетами и решила прогуляться до столовой, а потом сходить в кабинет с симуляторами, чтобы отработать сложный вираж. Правда, я ни разу не слышала от отца, чтобы кто-то выполнял нечто подобное. Однако при уклонении сначала в одну сторону, а потом резкой смене траектории полёта с уходом в петлю, врага можно застать врасплох, оказавшись чётко за ним.

И вот эта самая петля с бочкой у меня не всегда проходили на ура. Интересно, а Криф тоже готовится? Может, позвать его с собой? Что-то он сегодня мне ничего не писал… Заглянув в личную переписку на коммуникаторе, увидела, что он даже не читал мои сообщения.

Только опустила руку и вошла в столовую, как коммуникатор издал лёгкую вибрацию, оповещая о входящем сообщении.

Открыв его, замерла:

«Приходи в медицинскую часть, в секцию под номером семь. Прямо сейчас»

Удивлённо приподняла брови, видя, что это от Крифа. Что-то случилось? Поэтому он молчал весь день? Подняв голову, заметила приветливо машущую Ами. Она сидела за нашим любимым столом у иллюминатора, но я качнула головой, пулей вылетая из коридора, ведущего в столовую, и направилась к лифту на четвёртую палубу, где располагались студенты-медики и наша медицинская часть, разделённая на несколько секций. Седьмая, закреплённая за курсантами флота, находилась недалеко от лифта. И вот, когда я уже добралась до нужной палубы и направилась в нашу медчасть, встретила идущих оттуда парней с моего потока – Сорна и Менара. Если где-то заварушка, то можно смело сказать, что эта парочка уже там. Удивительно, что они смогли доучиться до выпускного курса.

– А ты чего тут делаешь? – подходя ко мне, спросил Сорн. В его салатовых глазах, ярко выделяющихся на фоне бронзовой кожи, застыло беспокойство. Хм… С чего бы это?

– Я тут по делу.

– Да? Ручку поранила? – улыбнулся Менар, демонстрируя заострённые, как у акулы зубы. А вот его прижатый к голове перьевой хохолок синего цвета обозначал, что он нервничает. Всё же, как бы варлииты ни пытались держать свои эмоции под контролем, их перья, служащие им на голове вместо волос, как и у дораннцев мелкие щупальца, выдавали с головой.

– Нет. Крифа не видели?

– Что ты! Нет! Он же сейчас, наверное, в отличие от нас, готовится, – как-то поспешно ответил Сорн. – А ты же завтра вообще первая сдаёшь экзамен у нашего мастера по пересдачам. Тебе бы подготовиться, отоспаться…

– С чего это такая забота, Сорн? – попытавшись обогнуть парней, сказала я. Но они снова преградили мне путь.

– Мы о тебе волнуемся. Знаем же, что у вас натянутые отношения с капитаном, – снова заговорил Менар.

– Менар… что вы скрываете? – глядя на парней внимательным взглядом, спросила я.

– Тебе не понравится то, что ты можешь увидеть, – посерьёзнев, ответил Сорн и даже расправил плечи, вытягиваясь. Он был под два метра ростом и широк в плечах. Как его частенько дразнил капитан Януш Стирк, наш преподаватель по физической подготовке, ему бы в боевики идти, а не в пилоты. Вот только те, кто думал, что Сорн – тупая гора мускулов, очень скоро об этом сожалели. Он умел просчитывать некоторые моменты наперёд, но и кулаками почесать тоже любил. Оттого и был частым гостем медчасти на пару с другом.

– Сорн, я сама разберусь, что мне понравится, а что нет. Дай пройти.

Сорн нахмурился и что-то собирался ответить, но Менар положил ему когтистую руку на плечо, останавливая. И правильно сделал. Иначе мы бы мирно не разошлись. И хоть Менар и сказал тихо следующие слова, когда я уже отошла от парней, но в пустом коридоре они были слышны вполне отчётливо:

– Возможно, оно и к лучшему. Он её не достоин.

Подойдя к седьмой секции, удивилась тому, что дверь была приоткрыта. Хм… Чтобы попасть сюда, обычно необходимо нажать на кнопку вызова медика. Правда, когда медики чётко знают, что будет наплыв студентов с различного рода травмами, полученными на соревнованиях, перегородка остаётся открытой для удобства доставки пострадавших.

Всё настолько серьёзно? Где Криф успел получить травму? Почему молчал? Не хотел беспокоить? Волновался обо мне?

Я слышала, что Менар и Сорн топтались где-то рядом, словно выражая безмолвную поддержку, что для меня было странным. Ведь они чаще всего надо мной подшучивали или просили списать задания, которые не успели выполнить. Иногда я им подсказывала, когда у них были проблемы во время устного ответа, так как сидела на первом ряду. Но тут я услышала протяжный стон Крифа и рванула внутрь, прекращая предаваться размышлениям. В медотсеке, где наряду медкапсулами для ускоренной регенерации располагались и импровизированные кабинки с кушетками, отделёнными друг от друга тонкими полупрозрачными перегородками, которые при наличии в них пациента становились белыми, никого не наблюдалось. Но оно и не удивительно. Сегодня был последний день подготовки к последним выпускным экзаменам. Тогда откуда я слышала…

И тут я повернула голову на очередные хриплые стоны и звуки, которые издавать больной вряд ли будет. А вот во время определённого рода занятий – вполне. И они исходили из кабинета медика, специально отведённого на случай, если поступал тяжёлый пациент и требовалось его длительное нахождение здесь.

Не веря собственным ушам, я дошла до кабинета и заглянула внутрь, замерев как вкопанная от представшей моим глазам картины.

– Криф… – дрогнувшим голосом просипела я, глядя, как он развлекается с голубокожей линдарийкой.

– Хочешь, мы ему так наваляем, что он завтра даже встать не сможет? – услышала тихий голос Сорна за спиной.

Но тут Криф открыл глаза и встретился со мной взглядом. Линдарийка была спиной ко мне и продолжала скакать на сидящем на стуле уже бывшем женихе.

– Анжела? Ты что здесь делаешь? – спросил Криф, нахмурившись и останавливая девушку.

– Уже ничего…

– Помешал развлечься с капающими на тебя слюной с первого курса Сорном и Менаром? А? – внезапно зло выплюнул Криф.

– Мне пришло от тебя сообщение, что ты здесь ждёшь меня, – собрав всю волю в кулак, как можно более невозмутимо ответила я, продолжая: – Думала, что с тобой что-то случилось. Но вижу, ты в порядке и вполне себе бодр. Сорна и Менара встретила по пути сюда.

Кто бы знал, как мне было больно и стыдно, что Сорн с Менаром стали свидетелями этой картины.

– Чушь, я не посылал тебе сообщений.

Линдарийка уже слезла с колен Крифа и спешно поправляла халат.

– Уже неважно, кто и что отправлял. Помолвка разорвана, – ответила я.

– Она будет разорвана, когда я решу! Или тебе плевать на отца, который может лишиться своей должности? А?

– О должности своего отца следует печься тебе. Потому как мой позавчера получил повышение, и твой теперь находится у него в подчинении. Но я вообще не стала бы приплетать родителей к нашим отношениям. Они сами по себе, мы сами по себе. Но если ты так этого и не понял, доучившись до шестого курса в Академии, то мне очень жаль.

– Ах ты!

– Анжелика, пойдём… Нечего смотреть на этого урода, – сказал Сорн, мягко приобнимая меня за плечи и разворачивая на выход. С другой стороны от меня шёл Менар.

– Мы ещё недоговорили!

– Криф, не доводи до греха! – бросил на ходу Менар, а по моим щекам потекли беззвучные слёзы. Мне не хотелось бы, чтобы видел этот предатель. А ведь Ами мне пару раз намекала. Интересно, кто-нибудь ещё знал о похождениях Крифа?

– О! Кто-то научился земным поговоркам? А? – хмыкнул Криф за нашими спинами. – Если что, парни, имейте в виду, что Анжела – бревно. Так что я вам заранее… Кха… – Это Менар ударил Крифа в районе солнечного сплетения, заставляя того согнуться от боли, а потом приложил его локтём в болевую точку на спине, отчего бывший со стоном упал на пол, не сумев удержать равновесия. Но, возможно, Менар использовал свою пси-энергию, чтобы «уронить» противника и обездвижить, потому как Криф не мог ничего сделать, как бы ни пытался пошевелиться.

– Гадёныш пернатый. Ты совсем обалдел! На кого руку поднял?

Менар склонился над Крифом, а потом поднял его за шиворот униформы, перейдя, видимо, от злости на варлиитийский, выговаривая бывшему. Но Сорн, всё ещё приобнимая меня за плечи, стал переводить слова друга:

– Менар говорит, что на их планете за подобное отношение к женщине отрубаются все выступающие части, после чего калеку бросают в пустыне или сбрасывают в океан, в зависимости от региона. И он сейчас себя еле сдерживает, но если бы ты стала ему парой, то он оставил бы за тобой право оставлять в живых вот это вот существо, запятнавшую твою честь и имя, ведь ему за это ничего не будет, так как закон в данном случае на его стороне, – ошарашил меня Сорн, отчего даже слёзы перестали течь, хотя горечь от предательства буквально выжигала меня изнутри, а одногруппник продолжил: – Одно твоё слово и Криф, как и его отец, которым он так кичился, со всей семьёй отправятся на окраину нашей Галактики, в колонию поселения, которая не так давно отправилась осваивать новые территории.

– Сорн, Менар… Вы… Чего это вы, – едва не заикаясь, спросила я.

– Мы, как верно заметил Криф, давно тобой заинтересовались. И не только мы. Просто ты ни на кого из нас не обращала внимания, кроме вот этого вот… – Менар не удержался и с отвращением пихнул в бок Крифа, заметив, что тот снова хотел открыть рот. – Что ты в нём нашла, никто из нас так и не понял, как и почему после поездки во время каникул на Гарлез ты вдруг решила встречаться с Крифом, но решили, что после всех экзаменов обязательно расскажем о своих чувствах к тебе. Мало ли… Чем чёрт не шутит. Никто не думал, что ты к концу обучения будешь с0 ним помолвлена.

– Эм…

– Хахаха! – внезапно засмеялся Криф. – А может, ты поступила сюда, чтобы задницей вертеть перед сыночками высокопоставленных… Кха!

Это уже Сорн рванул к нему и ударил его прямо в лицо, отчего послышался противный хруст.

– Ты мне нос сломал!

– Шею бы тебе свернуть, но нельзя! Пока что… – Протянул Сорн. Менар швырнул Крифа в сторону, брезгливо обтирая руки о майку, а потом позвал линдарийку, чтобы та выполнила свои обязанности, то есть подлечила избитого.

– Пойдём отсюда, – спрятав руки в карманы штанов, сказал Сорн, направляясь на выход, добавив: – Тошно от тебя, Гардс. И только попробуй кому-нибудь хоть что-то вякнуть. Для всех ты просто неудачно упал. А ты, – он посмотрел на вздрогнувшую от холодного тона линдарийку, – подтвердишь это. Если, конечно, не хочешь, чтобы твой жених узнал, что ты скачешь по койкам, Эда.

Девушка поспешно закивала и помогла Крифу пройти к медкапсуле. Ну да. Перелом носа и, как мне кажется, ребёр за одну ночь не вылечить. А на экзамене завтра должны присутствовать все… Вот только как я теперь буду сдавать?

В голове был сумбур. Состоящий из горечи предательства, которого я не ожидала, и неожиданного признания Сорна и Менара.

– Лика, – с лёгкой хрипотцой в голосе заговорил Сорн, когда мы поднялись на нашу палубу, – подумай над моими словами. Пожалуйста. Я не тороплю с ответом, но хочу, чтобы ты знала, что ты мне нравишься. Может, я и не примерный студент, но я не приемлю в отношениях ложь и измены.

– И я тоже прошу тебя подумать над моим предложением создать пару. Мы, в отличие от людей, создаём семью на всю жизнь, – добавил Менар. – И наша раса совместима с вами. Ну, а если не сможешь выбрать одного из нас, то с Сорном я ещё могу смириться. Он мне как брат.

– Извините… Но я… Пойду. Увидимся…

Резко выдохнув, я рванула по коридору с такой скоростью, словно за мной гнался сам персональный кошмар. На душе было противно, а перед глазами стояла картина, увиденная медотсеке.

Пока я думала, что у нас с Крифом всё хорошо, он развлекался и, что самое противное, однокурсники об этом, получается, знали, но молчали… Свернула в столовую, чтобы взять себе бутилированной воды, и врезалась в кого-то, едва не упав. Боже, да он словно из металла отлит! Бедная моя… И тут у меня из головы вылетели все мысли, ведь я врезалась не в кого-нибудь, а в капитана Шастерра.

– С вами всё в порядке, курсант Ларина? – всё ещё поддерживая меня, спросил преподаватель, глядя на меня своими серыми глазами, резко контрастирующими тёмно-серой кожей, испещрённой татуировками, которые иногда будто слабо мерцали бледно-фиолетовым светом. Вот прямо как сейчас. Очень необычно… – Курсант?

– А? – я резко отпрянула от капитана. – Никак нет… Эм… то есть со мной всё в порядке. Извините. Не заметила вас. – Капитан приподнял смоляную бровь, продолжая смотреть пытливо, а я, поджав губы, добавила: – Просто переволновалась перед предстоящим экзаменом…

И тут на меня налетела Ами, запричитав:

– Лика, ты правда застала Крифа с докторицей? Ты как?

Я прикрыла глаза, пытаясь совладать с собой, потому как это последнее, о чём капитан Шастерр должен был слышать… И тут, видимо, подруга наконец-то заметила преподавателя, так как сказала:

– Ой! Добрый вечер, капитан Шастерр.

– Как вижу, не очень-то он и добрый, курсант Каэда, – ответил он, а потом добавил: – Надеюсь, курсант Ларина, вы не забыли, что завтра в шесть тридцать у вас экзамен по пилотированию?

– Никак нет!

– Отлично. Тогда сосредоточьтесь на его сдаче, а погоревать можете и потом. Доброй ночи, – сказав это, капитан направился прочь из столовой, набирая что-то на своём коммуникаторе.

– Прости, – виновато сказала Ами, и даже её щупальца уныло повисли. – Я услышала, как Сорн с Менаром между собой говорили о том, что мало наваляли Крифу за такое обращение с тобой…

– Кто ещё знал о его похождениях, кроме тебя, Сорна и Менара? – сипло спросила я.

– Почти… – резко выдохнув, подруга посмотрела на меня сочувственным взглядом и протараторила: – Почти половина нашего потока.

– Ами… Почему ты мне не рассказала? – Я смотрела на подругу внимательно, потому что от её ответа зависело то, продолжим мы с ней общаться или нет.

Она отвела взгляд, нахмурив надбровные дуги, на которых вместо привычных людям бровей расположилась цепочка символов, с родовой принадлежностью к матери и отцу.

– Когда я попыталась тебе это сказать в первый раз, мы чуть не поругались. Ведь ты мне не поверила. Подловить его на измене, у меня ни разу не вышло. Прости… – Она виновато посмотрела на меня, добавив: – Я не хотела тебя потерять. Всё же у меня не так много друзей…

– Понятно. Извини, Ами, мне надо многое обдумать и подготовиться к завтрашнему экзамену.

Я резко развернулась и рванула к комнате с симуляторами. Да. Именно полная концентрация на завтрашнем экзамене поможет мне не думать о том, какой влюблённой дурой я была. Всё же чувства чувствами, а в шаге от достижения заветной цели нельзя сдавать позиций. Зря, что ли, я терпела последние полгода подначки капитана Шастерра?

Именно с таким настроением я села в кабину пилота и сосредоточилась на отработке разного рода манёвров, в том числе и того, с которым у меня были небольшие сложности. Я стану пилотом, даже если сейчас на душе скребут кошки.

Глава 2

Шастерр Элш. Академия Содружества планетарных государств

Естественно, я не смог дозвониться до одного вредного доктора, чем я занялся, как только ушёл из столовой, где встретил Анжелу. От неё исходило столько негодования, печали, злости, обиды…

Написал Нику сообщение о том, что он поступил по отношению к Анжеле отвратительно. Додумался провернуть подобное прямо перед ответственным экзаменом! В том, что это его рук дело, я ни капли не сомневался. Ведь ему ничего не стоило подговорить девушку, с которой Криф чаще всего уединялся, отправить сообщение о его местонахождении, потому как при входе в медкабинет коммуникаторы положено сдавать до завершения обследования. А ему, судя по поднятым мною данным, часто делали разнообразные расслабляющие мышцы, что б его, процедуры.

Свернул было к лифту, чтобы добраться до четвёртой палубы, но остановился. Да, за мою пару обидно, с одной стороны. Но если посмотреть на эту ситуацию с другой стороны? Да, друг совершил диверсию, открыв глаза Анжеле на её партнёра прямо перед экзаменом. Но именно его наличие мне и мешало открыто заявить ей о том, что она моя пара. Хм… Только это также развяжет руки и другим её одногруппникам. Я видел, как некоторые из них на неё смотрят. Среди них немало представителей её расы. Даже единственный варлиитиец на её потоке, и тот питает к ней определённую симпатию, что для его расы расценивается как потенциальная пара, с которой можно создать семейный союз. И что мне со всеми ними делать? Не вызывать же каждого на бой по обычаям Риндала… Это ж всё равно, что избиение малышей. Р-р-р!

«Ник, когда я до тебя доберусь, то тебе точно не избежать поединка!»

Тут я увидел, что моё сообщение прочитано, и получил ответ:

«Немного отпустило? Я рад! Не благодари. И расскажи Лариной, что она уже почти как полгода твоя невеста. А то, как целоваться с инопланетником, так это, пожалуйста. А то, что это может для него иметь определённые последствия, так мозги не работают. Что до поединка, я не люблю драться. Поэтому, пока на свадьбу не пригласишь, ко мне на приём можешь даже не записываться. У меня очередь на год вперёд».

Ответ друга заставил грустно улыбнуться. Поцелуй… Для риндалцев поцелуй – сокровенный процесс, который может происходить только в семейном союзе. Именно поэтому, даже когда представители моей расы ходят в дома удовольствий, чтобы получить немного женской ласки, никогда не позволяют себя целовать. Как и трогать уши. А Анжела тогда, нарушила два этих правила…

Решив для себя, что даже после её выпуска я постараюсь сделать всё, чтобы она рассмотрела мою кандидатуру построения семьи, направился к себе, довольно улыбаясь. Только непонятно почему, но встреченные мной курсанты выглядели испуганными. Да и неважно!

Анжелика Ларина. Академия Содружества планетарных государств

Я просидела почти половину ночи за симулятором. Для сна мне оставалось только несколько часов. Но оно и к лучшему, быстрее сдам экзамен, быстрее смогу вернуться в свою каюту и спрятаться там ото всех. Интересно, а как новость о разрыве помолвки воспримет мой папа?

Глаза снова предательски защипало, но я быстро смахнула набежавшую слезу, радуясь, что ночью в коридорах никого не встретишь. Как отстреляюсь, так сразу звонить звонить. С этой мыслью я и уснула.

***

Проснулась за пару минут до будильника. Быстро расчесала волосы и убрала их косу. Надела майку, китель и штаны, которые заправила в ботинки. Ещё раз глянула на себя в зеркало, хлопнула по щекам, пытаясь придать им лёгкий румянец, чтобы не выглядеть как бледная поганка, и подмигнула себе, скорчив рожицу. Я всё смогу! Обязательно! Всем назло себе на радость! Должно же быть хоть что-то хорошее?

Чтобы добежать до ангара, у меня оставалось ещё тридцать пять минут. Пока торопливо шла по коридору к ближайшему лифту на седьмую палубу, где располагались наши шаттлы, получила от Ами пожелание удачи и лёгкого полёта.

Поворот, лифт и пятиминутный спуск вниз. Уф! Неожиданно мне прилетели сообщения от Сорна и Менара с пожеланиями лёгкого полёта, а потом и ещё от пары одногруппников.  Поблагодарив их за пожелания, я резко затормозила у входа в ангар. Так, соберись, Лика! А в голове, словно эхо прозвучали слова капитана Шастерра:

«Все посторонние мысли оставьте у входа в ангар. Дальше есть только вы и космос, а он не прощает ошибок».

Вдох, выдох и вперёд. Приложила коммуникатор к панели и, едва дверь открылась, проскочила внутрь. Возле шаттлов уже вовсю кипела работа. Инженеры при помощи роботов осматривали шаттлы и помечали в своих планшетах информацию об их состоянии.

– О! Уже первый курсант для прохождения экзамена прибыл.

– Доброе утро, Малф, – улыбнувшись, поприветствовала старшего механика. Седовласый, но довольно крепкий мужчина любил шутить и всегда подбадривал курсантов. Особенно когда предыдущего преподавателя, капитана Сандерса, сменил капитан Шастерр.

– Держи карамельку, – Малф протянул мне карамель со вкусом апельсина и подмигнул. – Готова к полёту? А?

– Да. Соскучилась по космосу! – Я быстро развернула фантик и зажмурилась от удовольствия, когда во рту появился любимый кисло-сладкий цитрусовый вкус.

– Курсант Ларина? – голос капитана, заставил меня вздрогнуть, выдёргивая в реальность.

– Здравия желаю, капитан! – вытянувшись в струнку, ответила я, резко развернувшись на голос.

– Эм… Не ожидал, что придёте сюда даже раньше меня, – мне показалось или на губах капитана впервые на моей памяти промелькнуло что-то наподобие улыбки.

– Вы сказали, чтобы я прибыла сюда в шесть тридцать и ни секундой позже. Я прибыла раньше.

– Что ж, идём на борт, – капитан прошёл вперёд, но возле шлюза замер, вопросительно посмотрев на меня. Я постаралась как можно незаметнее выдохнуть, набрала комбинацию и открыла шлюз. – Считай, что меня нет, и ты пилотируешь шаттл в одиночку. Я буду только давать задачи и наблюдать за их исполнением, занимая место второго пилота. Ясно?

– Так точно, капитан!

Этот шаттл боевого типа был рассчитан на двух пилотов. Довольно манёвренный, но на вооружении было оружие пока ещё старых образцов. Однако, как говорил Малф, старое иногда бывает гораздо надёжнее нового.

Капитан Шастерр проследил за тем, как я устроилась на своём месте, пристёгиваясь ремнями и краем глаза смотря за тем, чтобы это сделал и он, ведь он занимает кресло второго пилота, как-никак. Потом начала проверку количества топлива в баках, положение переключателей, навигацию, отрапортовала диспетчерам о том, что я готова к вылету и получила добро. Всё это происходило в полной тишине, и только капитан что-то отмечал в своём планшете.

Я выдохнула ещё раз и стартанула, выводя шаттл в открытый космос. Из кабины пилота открывался просто фантастический вид на звёзды, и я бы ими обязательно полюбовалась, но услышала:

– Отлично, курсант Ларина, держи курс на тренировочную зону.

– Есть, сэр.

Ввела координаты и направила шаттл к ближайшему поясу астероидов. Нет, близко к нему мы не подходили, но именно здесь была возможность отточить часть нештатных ситуаций, а также боевые навыки в почти реальных условиях. Только вместо противника у нас были небольшие метеоры, которые мы потихоньку расстреливали. Вреда от этого особого не было, зато мы на практике могли увидеть плюсы и минусы некоторых видов оружия. Да и симулятор, каким бы он был высокотехнологичным и классным, не позволит ощутить в полной мере той гаммы чувств, которые испытываешь, вылетая в космос.

Сначала всё было как обычно. Я быстро добралась до нужной точки, периодически выполняя команды, отдаваемые капитаном. И на удивление, мне давалось всё достаточно легко. Но тут сканеры засекли подозрительные намёки на наличие сигнатуры какого-то технологического объекта на одном из астероидов впереди, где в принципе ничего не должно быть. Это не мог быть маяк, которыми размечаются астероиды.

– Приблизь, – скомандовал капитан, напрягшись.

– Уже… – Я сделала сканирование выделенного участка, и бортовой компьютер сообщил о том, что этот объект с наибольшей вероятностью является разведывательным ботом румдалцев.  Услышав отчёт, среагировала мгновенно: усилила накачку щита, перевела вооружение из тренировочного режима в боевую и убедилась в том, что бортовой компьютер отправил сведения об обнаруженном объекте ИскИну академии. Капитан Шастерр тоже связался с руководством академии, сообщая о нештатной ситуации.

– Адмирал Л’Маара, в секторе А75 замечен бот румдалцев, просим подкрепление. Повторяю… – В этот момент бот отцепился от астероида и, видимо, собирался податься в бега. – Бот пытается уйти, наши действия.

– Срочно возвращайтесь на базу! Мы уже выслали боевое звено.

Неожиданно чуть в стороне появилось несколько крейсеров, которые сняли маскирующие поля и начали накачку щитов. Один из них был носителем дронов, которые он и начал выпускать.

– Курсант, я беру на себя контроль систем ведения огня. На вас пилотирование.

– Так точно, сэр, – я рванула в сторону, уходя с линии огня, подныривая под один из дронов и тут же уклоняясь от следующего. Как бы сейчас страшно мне ни было, я старалась максимально сосредоточиться на бое. Выплакать страх смогу потом. Сейчас от меня зависят наши с капитаном жизни.

С каждой минутой напряжение нарастало, бои шли просто нереальные. Отовсюду были видны вспышки залпов орудий, взрывы, я даже вдела, как из самой академии стали вылетать спасательные капсулы.

Я вертелась, как могла, периодически совершая манёвры, благодаря которым мне удавалось иногда сталкивать дроны между собой.

В какой-то момент преследующих нас дронов стало слишком много, и не оставалось ничего другого, как уйти от них в атмосферу близлежащей планеты, на манёвр к которой они не были рассчитаны. Манёвр был правильный, но незадолго до того, как мы смогли оторваться, нас достала-таки одна из ракет, повредившая часть двигателей, а с оставшимися выйти снова на орбиту у нас бы не получилось, поэтому теперь мне предстояло совершить аварийную посадку и надеяться на чудо.

Глава 3

Анжелика Ларина

Момент падения для меня словно растянулся во времени. Я старалась выровнять шаттл, хотя сделать это было крайне сложно. Его то и дело кренило влево, а мощный ветер, дующий с той стороны, только мешал, так как я была нацелена на то, чтобы приземлиться на песок, чтобы хоть немного смягчить посадку. Отказ второго двигателя незадолго до приземления всё испортил.

Шаттл вместо плавного скольжения по песку врезался в него, пропахав какое-то расстояние, и наконец-то остановился.

От удара мне показалось, что у меня что-то треснуло. Уж настолько было больно от впивающихся в тело ремней безопасности. Я услышала щелчок со стороны капитана, но вот мои ремни никак не хотели выщёлкиваться. И пока я пыталась от них избавиться, услышала гневное шипение:

– Курсант Ларина! Кто вас учил такие кульбиты вытворять?!

– Эм… – я ненадолго замялась, глядя на то, как капитан разворачивает своё кресло в мою сторону и окидывает меня хмурым взглядом, явно собираясь встать, а потом дословно выдала: – Если хочешь выжить – крутись, как хочешь, делай, что хочешь, но приземлись так, чтобы хоть кто-то из команды выжил.

– Да уж… – хмыкнул капитан, – и ведь не поспоришь. Мы выжили. Оба. Спасибо.

Он всё-таки встал со своего места, осматриваясь, а я, наконец, избавилась от ремней безопасности. Но тут наш шаттл издал странный звук, словно начал куда-то проваливаться.

– Курсант, я за маяком и сумкой с предметами первой необходимости, с тебя аптечка.

– Есть, сэр.

– И будь осторожна. Если что, двигайся к аварийному выходу, – он направился к хвостовой части шаттла, пострадавшей больше всего, осторожно перешагивая через провода.

Одна из аптечек находилась недалеко от моего кресла, и поэтому забрать её не составило труда. Конечно, я её открыла и быстро просмотрела содержимое. Потом встала и дошла до второй аптечки, которая располагалась со стороны второго пилота. Её содержимое полностью дублировало набор первой. Уже хорошо. Попыталась запустить бортовой компьютер, но экран даже не включился. Да уж…

Плохо, что мы оказались на закрытой для посещения планете. За это можно и попасть здорово… Но мы хотя бы выжили. А как там другие? Ами? Надеюсь, с подругой всё хорошо… И не только с ней. В носу предательски защипало, а глаза начали гореть от непролитых слёз. Так, Лика! Пока не время реветь. Нужно держаться. Хорошо бы осмотреть рёбра…позже…

Внезапно шаттл заскрипел и дёрнулся вперёд, отчего я чуть не упала, но успела ухватиться за кресло. Сейчас я видела, что мы проваливаемся. Иллюминатор уже погрузился наполовину в песчано-глинный грунт. Плохо дело…

– Курсант? – послышался немного напряжённый голос капитана из хвостовой части шаттла.

– Аптечки у меня. Всё в порядке.

– Я тоже всё собрал.

И снова крен вперёд, только сильнее, чем до этого. Я услышала, как со стороны, где находился капитан, что громыхнуло, а его фонарь слегка замельтешил и что-то коротнуло.

– Капитан? У вас всё в порядке?

– Да… Ух… Двигайся к запасному выходу.

Я начала осторожно пробираться вперёд, включив на подошве магниты, чтобы было удобнее добраться до аварийного выхода. И вот что интересно, только сейчас поняла, что капитан всегда выбирал тёмные цвета в одежде, и сейчас, в полумраке нутра нашего шаттла, под мерцающими красными аварийными огнями, он был едва заметен.

Если мы провалимся хотя бы ещё немного, то аварийный выход будет заблокирован… Капитан дёрнул рычаг, и дверь, немного отъехав в сторону, стопорнулась, зато нам в лицо ударил песок, занесённый ветром.

Капитан навалился на неё всем весом, и она поддалась, выпуская нас из плена консервной банки, в которую превратился шаттл. Стоило нам спрыгнуть на песок, как он ушёл в дыру, которую мы пробили при приземлении. Вот только…

Позади нас раздался душераздирающий вой-вопль, и мы с капитаном, не сговариваясь, обернулись. Закрытая к посещению планета кипела жизнью. И не всё тут было милым и дружелюбным. Например, вот этот несущийся на нас арвезар относился к группе потенциально опасных существ. А то, куда мы только что чуть не ухнули, было норой такого вот пустынного монстра. И, кажется, его приятель не был рад гостям, потому как из дыры, оставшейся от шаттла, послышался второй вой-вопль и мелькнула тень, которая начала, по всей видимости, крушить шаттл.

– Курсант, прикрывай спину, – рявкнул капитан, начав стрелять из ручного бластера по арвезару. И это привлекло внимание того, кто был в норе. Я тоже вытащила бластер из кобуры на бедре и, переведя в боевой режим, приготовилась стрелять. Бежать от этих монстров бесполезно. По крайней мере, тогда, когда они находятся так близко. Как только из норы показалась морда арвезара, я сделала пару метких выстрелов ему по глазам, а потом и чётко в раскрытую пасть с двойным рядом зубов. Монстр упал. Бронированное чудище. Вот как бы я его назвала. Он и на занятиях по ксенобиологии пугал своим внешним видом, а вживую так вообще.

– Курсант, бежать сможешь? – услышала голос капитана.

– Конечно, – я не сводила внимательного взгляда с арвезара, надеясь на то, что смогла его убить. Становиться чьим-то обедом, после того как удалось выжить в сражении и при падении, не было ни малейшего желания.

– У меня готов.

– Второй тоже.

Вдалеке послышались новые вопли.

– Тогда вперёд. Нам надо добраться до леса до того, как нас нагонят другие арвезары.

Капитан поправил поудобнее рюкзак, мельком глянув на меня, и рванул вперёд. Я за ним. Мы бежали до противного медленно. Вернее, арвезары могли развивать весьма хорошую скорость. Сейчас нам играло на руку два фактора. Первое, я смогла посадить шаттла рядом с лесной зоной, а второе – другие арвезары находились от нас далеко. Теперь нам надо добраться до леса и немного углубиться. Эти твари обитают исключительно в песчаной зоне планеты, а я об этом, увы, не подумала…

Капитан бежал впереди, я за ним, стараясь не сбавлять скорость, хотя и давалось мне это не так тяжело, как должно было бы. Впереди замаячила зелень. Лес на планете тоже не особо приятен, но лучше уж он, чем арвезары… Поэтому, Лика, давай! Ты сможешь. Ещё немного!

Вои-вопли арвезаров становились всё громче и отчётливее, однако я откровенно боялась обернуться. И, пожалуй, только эти зверюги и были моим основным стимулом добежать до лесной зоны.

Даже когда мы вбежали в лес, не сбавляли скорость ещё какое-то время, чтобы уйти подальше от пустыни. Но, видимо, адреналин потихоньку начал сходить, и боль в рёбрах стала сильнее, из-за чего я начала отставать от капитана. А тот, словно поняв, что я больше не могу бежать, сам остановился и обернулся.

– Курсант Ларина. Нам надо ещё немного углубиться.

– Я не смогу бежать… – рвано дыша, призналась я, а капитан нахмурился.

– Что с вами?

– Мне кажется, у меня сломано ребро, возможно, пара. Я смогу идти.

– Хорошо. Но нам обязательно нужно пройти чуть дальше, чтобы мы смогли устроить привал и осмотреть друг друга. Не отставайте.

С этими словами он развернулся и пошёл вперёд, исчезая за стволом огромного дерева. Рёв за спиной, доносящийся, кажется, от границы леса и пустыни, заставил волосы на затылке зашевелиться. Сколько же их там собралось? Мотнув головой, поспешила за капитаном. Надеюсь, мы действительно скоро остановимся на привал. Что ж, первую битву я пережила, теперь бы выжить на этой закрытой планете и дождаться спасателей, если, конечно, с маяком всё в порядке и от нашей академии что-то осталось…

Капитан Шастерр остановился на небольшой поляне, окружённой несколькими деревьями с крупными стволами, рядом с которыми росли растения, напоминающие земные папоротники, вот только их широкие резные и продолговатые листья были цвета морской волны. А ещё в самом центре этих папоротников имелся длинный стебель, украшенный ярко-оранжевым крупным цветком, похожим на тигровую лилию и источающим сладковатый аромат. Не неприятный, но весьма необычный.

Преподаватель положил рюкзак и поясную сумку, которую я до этого момента даже не заметила, а потом снял с себя китель, оставшись в чёрной водолазке, облегающей его тело, словно вторая кожа, повторяя очертания каждого мускула. А он весьма хорошо сложен…

Я всё ещё пыталась перевести дыхание и привести бешено скачущие мысли в порядок, наконец-то до конца осознавая, что нам удалось оторваться от арвезаров. Здесь не было слышно даже их воплей. И это не могло не радовать.

Между тем капитан положил китель прямо на землю, устланную бледно-зелёной короткой травой, расправил его полы и похлопал по нему.

– Курсант, привал. Надо осмотреть вас. Потом займёмся маяком, – услышала я.

– Я сама справлюсь… Спасибо, – выпалила, немного замявшись.

– Никаких: «сама справлюсь», – тут же последовал безапелляционный ответ. – Мы оказались не в самой удачной ситуации, но сейчас, кроме друг друга нам положиться не на кого. Поэтому сначала я провожу ваш осмотр, чтобы убедиться, что вашей жизни ничего не угрожает, потом вам придётся осмотреть меня и кое-что сделать. Если неудобно сидеть, то могу осмотреть вас стоя.

Капитан прав. Нам нельзя подвергать жизни друг друга ещё большей опасности, чем есть. Но всё же… Немного неудобно оголяться перед тем, кто постоянно меня пытался завалить и постоянно был недоволен моими ответами! И вообще, вся эта ситуация… Словно насмешка судьбы.

– Курсант, всё настолько плохо? – услышала голос капитана, очень близко и слегка вздрогнула, тут же поморщившись.

– Нет.

В пару шагов дошла до кителя, расстеленного под деревом, и, осторожно наклонившись, положила одну из аптечек на рюкзак. Вторую решила оставить в руках, потому как садиться на китель капитана в мои планы не входило. Лучше пусть осмотрит меня стоя или… Вот! Я подошла к пню, который заметила среди двух густых папоротников и, сняв свой китель, положила на него. Высота пня позволяла сесть на него и встать без проблем, да и осмотр того, кто выше тебя на голову с лишним, будет удобнее делать.

– Готовы? – Капитан снова бесшумно оказался за моей спиной. Он перемещается, словно призрак.

– Да.

Я развернулась к нему лицом и села на пень, приподнимая майку.

– Курсант, я так ничего не вижу, кроме вашего живота, или у вас болят нижние рёбра? – Тёплые, немного шершавые пальцы коснулись нижней пары рёбер, вызывая странные мурашки, расползающиеся по коже со спринтерской скоростью.

– Вы предлагаете мне снять майку? – Я наконец-то подняла взгляд на капитана, встречаясь с серыми, как штормовое небо, глазами. Он, не разрывая зрительного контакта со мной, без проблем снял свою водолазку, оставаясь в одних штанах. А я непроизвольно сглотнула, увидев располосованное плечо и бок.

– Я жду.

– Капитан, давайте сначала займёмся вашими… – но фразу так и недоговорила. Капитан приподнял бровь, строго глядя на меня. Ну и ладно! Злясь на этого упрямца, я осторожно приподняла майку до спортивного топика и отвернулась.

– Курсант, вы на медосмотрах также себя ведёте?

– Там врачи, а тут…

– Как же с вами сложно, – вздохнул капитан и принялся ощупывать больное место. – Тут болит?

– Да… – прошипела в ответ от смеси странных эмоций. Боль, конечно, была самым ярким ощущением, но ещё появилось и какое-то дурацкое волнение от прикосновений капитана. Всё же решила посмотреть на него. Он сосредоточенно ощупывал повреждённый участок и хмурился. А я про себя невольно отметила, что у него, оказывается, длинные чёрные ресницы, красивой формы брови и прямой аристократический нос. А ещё его татуировки сейчас словно подсвечивались изнутри, раскрывая невероятный узор на коже рук, лица и… – Ай! – вскрикнула я, когда капитан надавил на пару рёбер, находящихся под топом. А потом достал из аптечки небольшой сканер и, приподняв топ, провёл им по коже. Неужели сразу нельзя было им воспользоваться? Р-р-р!

– Хорошие новости – нет внутренних повреждений, – сказал капитан, как только устройство пикнуло. – Плохие – действительно, перелом двух рёбер, но неосложнённый, что радует, – капитан достал что-то из аптечки и добавил: – Сейчас уколю обезболивающее, а вот для ускорения регенерации, извини, пока попридержу.

Он сделал болючий укол мне в плечо и дал немного прийти в себя. После чего я надела майку, так как мне было неловко находиться перед капитаном в неподобающем виде, и приступила к осмотру его ран.

Шастерр Элш

Анжелика не переставала меня удивлять. Я очень хорошо ощущал, что ей больно, но девушка старалась не подавать виду. Тем не менее, пока мы бежали по пескам, я постарался при помощи эмпатии немного приглушить болевой синдром у пары, прекрасно понимая, что в результате буду испытывать боль за нас двоих. Но лучше уж так, чем стать пищей местных обитателей дюн. Конечно, в лесной зоне планеты тоже есть свои хищники, но с ними сражаться проще, чем с арвезарами.

Пробежав немного по лесу, я убрал эмпатическое воздействие на Анжелику, отчего ей стало тяжело дальше бежать. Главное, что мы добрались сюда, но нам всё ещё надо постараться убраться от песков подальше. Поэтому я перешёл на шаг и повёл вглубь леса, где можно было бы немного отдохнуть. А вот для ночлега желательно найти какую-нибудь пещеру. Ночи на этой планете, согласно тому, что я читал, холодные.

***

Когда Анжела сняла майку вслед за мной, пыша негодованием, я сам чуть не прикусил язык. Сейчас она выглядела беззащитной и уязвимой, что наводило на мысли о том, чтобы утащить её в какое-нибудь безопасное место и… Успокойся, Элш. Ты уже давно не юнец. И хоть я старался вести себя как обычно, но держать себя в руках было до ужаса сложно. В голове набатом стучала фраза Ника о том, что надо рассказать Анжелике о нашей парности… Постарался как можно незаметнее выдохнуть и наклонился к девушке.

Едва коснулся её кожи, как показалось, что по телу пробежали разряды. Я на миг даже перестал дышать. Татуировки засветились чуть более интенсивно, чем обычно, как бывало в присутствии пары. Будь она риндалкой, то давно бы уже поняла, что она моя. И только моя. Но она человек…

Я начал ощупывание пострадавшего участка, но про себя наслаждаясь ощущением бархатистой гладкой кожи под руками. А ещё меня жутко манили вершинки, немного проступающие под топом. Не отвлекайся, Элш! Не хватало ещё, чтобы сила вышла из-под контроля… Не думаю, что Анжелика будет рада разделить со мной ложе под воздействием моей силы. Ведь эмпатов боятся именно по этой причине. Мы можем не хуже менталистов воздействовать на кого-либо, заставив выполнить то, что нам надо и другое существо будет думать, что делает это по своей воле и желанию…

Качнув головой, отгоняя неприятные мысли, взял сканер и, слегка приподняв топ, провёл им по повреждённому участку, где растекалась гематома. Тёмно-фиолетовое пятно на светлой коже выглядело особо устрашающе, но когда сканер оповестил о том, что у Анжелики перелом пары рёбер, сказал:

– Хорошие новости – нет внутренних повреждений. Плохие – действительно, перелом двух рёбер, но неосложнённый, что радует, – затем достал из аптечки укол с анальгетиком, который ещё и выполнял функцию противовоспалительного, добавил: – Сейчас уколю обезболивающее, а вот для ускорения регенерации, извини, пока попредержу.

Как только я всё сделал, девушка довольно проворно надела обратно майку, а потом, даже не дожидаясь, когда препарат начнёт действовать, попросила меня сесть на пенёк. В этот момент я понимал, что меня ждёт новый виток пыток…

– Рана на руке не воспалена, но её надо обработать, чтобы избавиться от песка, – сказала девушка, осмотрев моё плечо. Затем полезла в аптечку и достала оттуда антисептик с самоклеящейся повязкой. Нежные пальчики осторожно касались места царапины, которую я получил на шаттле, когда тот начал проваливаться в нору к арвезару.

Я смотрел на девушку, в очередной раз отмечая про себя её красоту. Светлую кожу оттеняли тёмно-коричневые волосы, сейчас убранные в строгую причёску, но я помню, что они очень красивые в распущенном виде. Длинные чёрные ресницы обрамляли золотисто-зелёные глаза миндалевидной формы с немного опущенным внутренним уголком. Небольшой, чуть вздёрнутый носик, пухлые губы с чётким контуром манили к себе, чтобы вновь ощутить их вкус.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.