Аля Алая
Онлайн – связь

Глава 01

Переезд в столицу дался нелегко. Зарплаты на периферии маленькие и спонсировать мою жизнь и учебу у родителей получалось с большим скрипом. Я честно старалась – подрабатывала секретаршей, продавщицей, даже в Макдоналдсе на кухне засветилась. Все силы вкладывала в оценки и свое светлое будущее. Когда учеба закончилась и я получила заветный диплом, оказалось, что меня в крупных компаниях с высокими зарплатами все так же не ждут, даже с ним, красненьким. Сюрприз…

Варианта было два: возвращаться домой и пробовать как-то опять привыкнуть к скучной провинциальной жизни или…

…И вот что «или», я ума приложить не могла.

Опять макдак, супермаркет или бумажки туда-сюда носить за копейки? А жить где? Из общаги меня после окончания учебы попросили быстро. Накопленных денег хватило только чтобы снять комнату в коммуналке на три месяца, где я все это время и прозябала в попытках выгодно пристроить себя хоть куда-то.

И вот деньги вышли, терпение и оптимизм тоже. Пора было позорно возвращаться домой. Неудачница, глупая провинциалка, размазня… вот кто я.

Шатаясь в последний день перед отъездом на родину по Москве, я столкнулась с бывшей одногруппницей Анькой. На лекциях она сидела ровнехонько за мной и всегда списывала. Такая же обычная девчонка, но сейчас выглядевшая так, словно выиграла джекпот.

– Привет! – Я смотрела на нее во все глаза и не смогла сдержать восхищения. – Шикарно выглядишь. Замуж вышла, что-ли?

– Нет, – она засмеялась и потащила меня в кафе неподалеку, – пошли поболтаем.

– Не могу, – я стыдливо опустила глаза, – денег ни копейки.

Стыдно перед ней ужас как. Я же всегда и все сдавала на отлично. Любой предмет на высший бал, а устроиться так и не смогла. Зато Анька… правду говорят, зубрилы – отстой.

– Ерунда, я плачу, – девушка лихо развернулась на высоченных шпильках и потащила меня за собой. В кафе быстро пробежалась по меню и сделала заказ на нас двоих.

– Я верну, – напряженно смотрела я на цены под красочными десертами, – как заработаю.

– Брось, – она махнула рукой, словно это ерунда, и откинулась в уютном кресле. Взгляд оценивающе пробежался по мне.

От жалости, что пробивалась в ее красиво подведенных карих глазах, деться было некуда. Неудобно вот так – в застиранной блузке и вытертых брючках, когда она в шикарном платье и дорогом пиджаке. Наверняка из бутика, а не из какого-нибудь универмага или с рынка.

– Как дела? – Аня вытащила из сумки зеркальце и проверила свой и так идеальный макияж, поправила светлые волосы, очертила пальцем накрашенные губы.

– Не очень, – я стушевалась и нервно глотнула латте. Врать смысла нет, по мне и так все видно, – завтра еду домой.

– Что так? – уголок ее губ насмешливо пополз вверх. – Ничего достойного у нас не нашлось?

– Было три неплохих места работы после учебы, но взяли других. Сама знаешь – связи, а у меня их нет, – отвернулась я к окну и расстроенно дернула плечами. – В магазин опять не хочу, – и почувствовала, как слезы обиды подступают к глазам. Обиды не на кого-то, а на саму себя. Не справилась, и придется ехать смотреть в глаза родителям. Которые, естественно, знали, что так и будет.

– Ммм, ясно, – понимающе кивнула Анька.

– А ты как? – я засмотрелась на нее, такую красивую.

– Лучше всех, – она рассмеялась и указала пальчиком себе на грудь. – Сделала, как и мечтала.

– Ого, – мой рот открылся от удивления, – и как, больно было?

– Немного, – Анька безразлично пожала плечами и принялась за воздушное пирожное, – но я уже забыла. Сняла себе классную квартирку в центре, взяла тачку в кредит и айфончик.

– Класс, – я искренне за нее радовалась, – вот ты молодец. Получилось к тому дядьке устроиться?

– Пфффф, – она хохотнула, – там бы я на все это год пахала.

– Оу, – недоуменно хлопнула я глазами, – откуда тогда?..

– Открыла в себе новый талант, – на ее губах появилась загадочная улыбка.

– Какой? – попыталась рассмотреть Аньку внимательнее, но ни одной новой мысли в голове не появилось.

– Актерский, если можно так сказать, – та начала смеяться и придвинулась ко мне ближе. – Хорошая ты, Верунчик, и бедная. Тебе расскажу.

Аня прикусила губу и помедлила, словно не знала, с чего начать. Затем вздохнула и подозвала официанта:

– Принесите нам совиньон, белый, – она заглянула в меню и устроилась поудобнее в кресле. – Понимаешь… хм, – пальцы с ярким маникюром порхали над новеньким айфоном и переворачивали его экраном вниз, когда тот начинает вибрировать, – есть такое место, тут рядом… – осеклась и повернулась в сторону бара, где нерасторопный официант чесал языком с барменом. – Мы долго ждать будем, милый?

– Секунду, простите, – молоденький паренек схватил поднос и бокалы.

– Давай для начала выпьем, – Аня отставила остывший кофе и дождалась, пока перед ней поставят наполненный бокал, – за сбычу мечт. У тебя есть мечта, Верунчик?

– Как и у всех наших, – я погладила высокую ножку бокала, вспоминая нашу группу, сплошь состоявшую из приезжих. У нас была одна мечта на всех – выбраться, – и подняла бокал. – За то, что у тебя получилось.

– Да, – Аня сделала большой глоток, – только все не так просто, – ее голос стал приглушенным.

– Не понимаю, – отпила немного и поморщилась. Я к алкоголю совсем не привыкшая.

– Красивая жизнь дорого стоит, – карие глаза сосредоточились на янтарной жидкости, что плескалась в тонком стеклянном бокале, – и иногда, чтобы на нее заработать, приходится заниматься чем-то не совсем приемлемым в глазах окружающих.

– Ань? – мои брови сами собой собрались к переносице. Айфон, машина, квартира, новая грудь. – Ты проститутка? – меня, словно молния, ударила ужасная догадка.

– Тише! Нет, – девушка заозиралась по сторонам и закатила глаза. – Чтоб ты знала, иметь бабки с мужика можно и другим способом. Особенно сейчас.

– О чем ты, не понимаю, – помотала я головой и совсем растерялась. Аня ведь не отрицает, что зарабатывает на мужчинах.

– Как я тебе уже говорила, – она продолжала попивать вино, – я актриса. Не совсем обычная, правда.

– Порно? – глухо выдала я, и глаза мои полезли на лоб. Вообще от Ани такого не ожидала.

– Не-е-ет, – протянула она и запрокинула голову. Вздохнула. Посмотрела на меня так, словно уже жалеет, что начала этот разговор.

– Колись, а то варианты у меня уже закончились, – осторожно ответила ей, не отводя взгляда. Капец как меня Анька заинтриговала.

– Я работаю в конторе, которая позволяет мужчинам общаться со мной в реальном времени через интернет. Все исключительно онлайн. Они не могут прикоснуться ко мне, не знают, где я на самом деле нахожусь.

– Как секс по телефону? – поморщилась я.

– Секс по телефону давно отжил свое, – фыркнула Анька. – Сейчас эра вебкама.

– Не слышала, – я растерянно сжимала в ладонях свой бокал. Как-то для меня это попахивает проституцией, и все тут.

– В студии, где я работаю, оборудованы специальные комнаты. Кругом видеокамеры, и клиенты следят за всем происходящим. Они могут звонить, общаться, просить меня сделать что-нибудь, – она развела руками, – мне не нужно реально с ними спать. Просто очень горячий флирт. Ну а если клиент мне нравится и платит по двойному тарифу, то мы переходим в приватный чат, – на ее лице появилась блудливая улыбка. – И вот там можно все. Но опять же, ни единого прикосновения.

– Без прикосновений, – заторможенно повторила я.

– Вспомнила, что ты их терпеть не можешь, – Анька прикончила вино и жестом попросила официанта повторить.

– Не могу, – сглотнула и неуверенно подняла на нее глаза. – Но ты же все равно с клиентами…

– Ой, да брось, – Аня вздохнула, – я все делаю сама. Прямо как дома под одеялом, но с подсказками мужским голосом. Так даже горячее.

– А если кто-нибудь узнает? – резонный вопрос.

– Все чаты приватные, и запись не ведется. Брось, кому есть дело до вебок, нас тут толпы, – усмехнулась она снисходительно.

– Правда?

– Очнись, Вера… Это классные деньги, и делать, считай, ничего не нужно. Пофлиртовала, поулыбалась на камеру. Захотела, согласилась на горячий чатик. Пара часов в день, и можно не работать.

– Всю жизнь так не профлиртуешь.

– А всю и не надо. Куплю квартиру, выплачу кредит за машину. А там и какую-нибудь другую работу найду, поприличнее. Хотя лучше мужика богатого. На меня, такую тюнингованную, внимание обращают в сто раз больше. Так что и шансы выше.

– Хороший план, – я растерла виски до боли.

– Вот именно, – Аня довольно усмехнулась, – тебе предлагаю по большому блату.

– Точно нет, – отрезала сразу. – Я этим заниматься не буду.

– А чем будешь, – немного раскрасневшись от вина, Аня расслабленно следила за мной, – экономистка ты наша лучшая в группе? На кассу опять? Или дома по профессии где-нибудь в ЖЭКе вкалывать?

По голове словно бабахает, что завтра я буду уже дома. А работы у нас ноль. Все бегут в Москву, возвращаются только неудачники. И я одна из них.

Но вот это… это точно не для меня. Я же ни с кем и никогда еще…

– Ладно, – Анька бросила на стол пару купюр и сосредоточилась на телефоне, – номер мой знаешь, если что, звони, – и подмигнула. – Расскажешь, как тебе медаль за доблестный труд в вашем областном гипере выдадут или в садике. Им там нянечки всегда нужны.

Анька быстро вышла, оставляя за собой шлейф дорогих духов, флер сытой жизни и порока. А я так и осталась сидеть, не в силах пошевелиться.

Золотая медаль в школе, красный диплом в универе – и в садик нянечкой?

Не хочу!

Вернувшись в свою облезлую комнатушку, села на продавленный диван и с отвращением посмотрела на чемодан у двери. Из-за стены долетели звуки пьяной ссоры подвыпившей парочки. Бардак! Оставаться в этом гадюшнике? Или домой? Мне двадцать четыре, и жить опять придется с родителями. Когда я там заработаю хоть на что-то, вообще вопрос открытый.

А тут нужно просто потерпеть годик или два. Я же могу. Может быть, даже ограничусь простым флиртом, без всех этих приватов. Да и возьмут ли меня вообще, непонятно. Я совсем не такая яркая, как Аня. Мне до нее еще расти и расти.

Глава 02

Год спустя…

С трудом удерживаю в руках кипу бумажек, которые тащу в архив. До нужной двери всего пара метров, и я почти готова выдохнуть. Отнесу, вернусь на рабочее место и сяду попить кофейку. Вытяну ноги, сброшу дурацкие очки, от которых переносица чешется, и переведу дух.

Эта контора уже вторая за год, где я пытаюсь устроиться параллельно со своей грязной подработкой. Да, пока просто менеджером, но подвижки возможны. Через пару недель девушка из экономического отдела уходит в декрет, и у меня есть очень неплохие шансы занять ее место.

Так что я стараюсь как могу.

Рука, поддерживающая бумажки, от напряжения соскальзывает, и стопка  на глазах начинает медленно расползаться.

– Черт, – с трудом удерживаю себя и дурацкую макулатуру в вертикальном положении. Делаю неуверенный шаг вперед и получаю дверью в плечо.

Больно, досадно, и бумаги врассыпную. Теперь придется заново собирать каждый файлик и проверять, чтобы все было на месте. Еще час работы, что я устроила себе по глупости. Могла ведь просто два раза сходить.

Не обращая внимания на агрессора, присаживаюсь на корточки и начинаю сгребать разлетевшиеся по полу бумажки. Очки съезжают с носа, и это вызывает новый приступ раздражения.

– Не больно? – с легкой озабоченностью раздается сверху, и перед моими глазами возникают носки очень дорогих туфель.

От досады кусаю губы, потому что точно налетела на кого-то из верхушки. Не то чтобы я боялась высокого начальства, просто попадаться ему на глаза хотелось как можно реже. – Нет, – трясу головой, хотя плечо до сих пор поднывает от встречи с дверью. – Извините, я не заметила, что Вы выходили.

– Да уж, – голос становится ближе, и я понимаю, что мужчина наклонился. Смотрю не него вскользь и тут же опять впериваю взгляд в пол. Вот человек-катастрофа, в самого гендира влетела.

– Захар Петрович, я сейчас все уберу, – по позвоночнику бежит холодок.

У меня на него всегда такая реакция. Серьезный, строгий и какой-то весь из себя загадочный. «Властный пирожок», как говорит Мила, что сидит в нашем опенспейсе за столом напротив моего.

– Ладно, – до меня доносится легкий вздох, и перед глазами появляется пара бумажек. – Успел словить.

– Спасибо, – не глядя вверх, осторожно забираю листы из ухоженных пальцев и кладу поверх частично собранной стопки.

– Будь осторожнее в следующий раз, девочка, – ботинки передо мной переносят вес на пятки и разворачиваются. Сверху слышится звук телефонного звонка, затем спокойный голос Лелеса, и все стихает, когда он исчезает за поворотом.

Девочка… даже имени моего не знает.

Быстро собираю остатки бумажек и затаскиваю их в архив. Тут в тишине, между рядов пыльных полок, мешком оседаю на стул и затылком прикладываюсь к бумажным стопкам. Прикрываю глаза на секунду. Веду плечом. Больно.

Расстегиваю пиджак и блузку, отодвигаю ткань и с досадой рассматриваю синяк. Приложилась даже сильнее, чем мне казалось. Теперь придется воспользоваться плотной тоналкой, чтобы клиенты Адель не решили, что ее кто-то колотит по тихой грусти.

Адель это, кстати, мой сценический псевдоним, если можно так сказать. Звучит чарующе, тонко и дорого.

Бросаю раздраженный взгляд на бумаги и вместо того, чтобы разобрать их, как планировала, просто засовываю подальше на свободное место. Если когда-нибудь дело до них дойдет, вот тогда и разберутся. Скорее всего, это даже буду не я.

Совесть слегка скребет, но я отмахиваюсь. Меня ждут кофе и шоколадка в ящике стола. Они важнее.

На выходе поправляю одежду, очки и спешу обратно. В этот раз стараюсь держаться подальше от дверей, что могут резко распахнуться.

– Ты чего так напыжилась? – Мила с подозрением осматривает меня, выглядывая из-за своего монитора.

– Врезалась в коридоре в Лелеса, – открываю верхний ящик, откуда извлекаю большую шоколадку с лесными орехами, – точнее, я тащилась с бумажками, а он открывал дверь и хорошенько приложил меня ею.

– Ауч! – подруга быстро перегнулась через стол и стащила мою шоколадку. – Лучше бы он меня приложил, да во весь рост.

– Пошлячка. – И киваю ей на комнату отдыха – с утра даже кофе попить не успела. – Идем, – она закусывает губу и бросает тревожный взгляд на дверь начальника отдела, – Колесников отошел в бухгалтерию, он там надолго.

– Ну еще бы, – криво улыбаюсь Миле, и та понимающе морщится. Наш общий начальник та еще блядовитая скотина. И ни наличие жены, ни двое взрослых детей моего возраста его не останавливает. Ни одной юбки не пропустит. И в бухгалтерии трется не просто так – там у нас новенькая.

– Чтоб у него отсох, – комментирует Мила, затеняет монитор и оглядывается на десять женских макушек, которые склонились над столами и не обращают на нас внимания. Повезло старому озабоченному хрычу, что в менеджеры набираются исключительно девчонки. У парней на постоянное нытье по телефону выдержки не хватает. Колесникову тут рай, а нам всем дружно повеситься хочется. Ну или почти всем…

– Не все тебя поддержат, – прохожу мимо Милки, выуживая из кармана ее пиджака свою шоколадку, и киваю на стол в центре.

– Мне кажется, ей вообще все равно с кем, – подруга кривит губы и заскакивает за мной в комнату отдыха, – если даже с Колесниковым норм.

– Зато премия каждый месяц двойная, – вспоминаю Гаврирову, в общем-то неплохую с виду девчонку, что иногда в кабинете у Колесникова после работы задерживается, – каждый крутится как может.

– А ты решила играть мымру, – Мила качает головой, кивая на мой идиотский мешковатый костюм а-ля серая мышь.

– Терпеть не могу, когда он так смотрит, – меня передергивает, когда вспоминаю похотливые глазки, что вечно шарят у меня в вырезе блузки и по ногам.

– Опять подкатывал? – Мила выключает закипевший чайник и разливает кипяток по чашкам.

– Позавчера, – сиплю и плюхаюсь на диванчик, – позвал к себе в кабинет и опять намекал, что в этом месяце и у меня может быть нормальная премия. А то сколько можно сидеть на голом окладе? – передразниваю его гнусавую манеру говорить.

– Вероника вроде как увольняется, – Мила присаживается рядом со мной. – Точно из-за этого козла. Я видела, Колесников и на нее пялился. Наверное, допек своими приставаниями.

– Жаль, – кладу на стол шоколадку и разворачиваю шелестящую обертку, – классная девчонка. А я подожду, пока Савицкая из бухгалтерии в декрет уйдет. Если переведут, как обещали – останусь, нет – уйду вслед за Вероникой. Везет тебе, Мила. Тебя он не трогает.

– Это потому что я колобок, – она ведет округлыми плечиками, – а Колесников как собака – кости любит.

– Ну спасибо, – я хохотнула и закинула в рот кусок шоколадки, – умеешь сказать приятное.

– Накатать бы на него жалобу, чтоб уволили, – подруга с осторожностью оборачивается на приоткрытую дверь.

– Не уволят, – я усмехаюсь Милкиной наивности, – мне Колесников рассказал, что он с Лелесом-старшим очень дружен, на рыбалку вместе ездят и все такое. Так что если кого и уволят, то это будем мы. Такова жизнь, Милка, – тяжело вздыхаю, – никому мы не нужны. Каждый карабкается сам как может. Мужчинам только проще, к ним под юбку не залезешь.

– К младшему Лелесу я бы залезла. Под одеялко.

– Брррр, у меня от него мурашки, – морщу носик, вспоминая наше столкновение.

– Это потому, что ты властных мужиков не любишь, – прикусив губку, Милка закатила глаза. – А ты представь – он как прижмет, как шепнет на ухо своим хрипловатым низким голосом: «Мила, пройдемте в мой кабинет, поговорим о ваших опозданиях»… Ох, Верка, у меня в трусах сразу болото.

– Носи с собой запасные для таких случаев, – рассмеялась я в кружку и допила кофе, прихватив немного гущи. Поморщилась и перевернула кружку на блюдце. – Вот смотри, что тут у меня?

– Зонт? – наклонилась над моим художеством Милка и принялась крутить блюдце в разные стороны.

– К дождю, значит, – я отправилась к раковине мыть за собой чашку и сразу напряглась, заметив краем глаза, как открылась шире дверь.

– А работать в рабочее время у нас уже не принято? – Колесников собственной персоной возник на пороге. Колотит от одного его вида: одутловатое красное лицо с сеткой вен, тяжелые веки, глубокие морщины и огромная залысина. Объемный живот, который он носит перед собой как драгоценность, и руки с сухими изломанными ногтями.

Он поправил на себе выглаженный старательной и слепой женой костюм и вплыл в комнату отдыха. В помещении сразу стало душно и захотелось выйти. Ненавижу таких, как он. Вообще любое принуждение ненавижу и не воспринимаю. – Милка, чего сидим? На рабочее место, быстро.

– Хорошо, – она опустила глаза и, бросив на меня сочувствующий взгляд, медленно вышла. Понимаю ее: с мужем и маленьким ребенком, да еще в съемной квартире, за хорошее место держаться надо, с начальством пререкаться не будешь.

– Я тоже пойду, – грохаю кружой о металлическую раковину и быстро разворачиваюсь. От понимания, что Колесников надвигается на меня, сердце начинает тарабанить как дурное, а ноги превращаются в вату.

– Задержись, – подступив ко мне вплотную, начальник цокает и хватает мои очки за дужку на переносице, стаскивая их с лица. – Зачем такой красотке это уродство? Давай я куплю тебе новые, – и взгляд свой на моих губах задерживает, – или лучше линзы.

– Я сама, – цепляюсь руками за раковину позади себя и смотрю куда угодно, только не на него. Старый хрыч, тварь конченая. Как можно так нагло лезть к молоденьким? Неужели не понимает, что им как минимум противно до рвоты.

Колесников двигается ближе, ставя руки по обе стороны от меня, и подается чуть ближе, обдавая резковатым неприятным запахом изо рта:

– Верунчик, давай уже не будем играть в эти игры. Тебе нужна нормальная зарплата и должность в экономическом отделе, а мне компания на выходные.

– Пусть ее вам жена и составит, – сжимаю зубы и смотрю ему прямо в глаза.

– Валя едет на дачу, – он морщится, – а я не люблю это дело, знаешь ли.

– А что любите? – криво усмехаюсь и отклоняюсь от него как можно дальше.

– Таких милых пташек, как ты, – он проводит губами по моему виску, и меня срывает. Толкаю его в грудь, и Колесников от неожиданности опускает руки.

– Вы с ума сошли, – отступаю к двери спиной, – это домогательство.

– Ой ли, – он разворачивается ко мне, обозленный, – да плевать. Никому до этого дела не было, нет и не будет. Захарка хороший мальчик, меня ни за что не тронет. А вот насчет тебя, Верочка-конфетка, не уверен. Не глупи, а то вылетишь отсюда, как пробка из бутылки.

– Не угрожайте мне, – добираюсь до двери, – я же Вам в дочери гожусь, неужели не стыдно?

– Блядь, ну ты и дура, – он вздыхает, – работай иди. Еще поговорим, когда у тебя мозги на место встанут.

Выхожу из комнаты отдыха и на автомате отправляюсь на свое место. От бессилия хочется рыдать. Милка шлет мне в чат кучу сочувствующих смайликов и забирает себе мой рабочий звонок, давая прийти в себя.

Бросаю взгляд на мобильный, что горит сообщениями, и быстро просматриваю их, чтобы немного отвлечься.

Алекс: «На вечер приват с 20 до 22. Ройс – ?»

Я: «Хорошо»

Еще раз перечитываю сообщение и выдыхаю уже свободнее. Восемь вечера. Ройс.

Вот там я точно смогу расслабиться. Потому что у моего грязного хобби есть одна замечательная особенность – там действуют только мои правила.

Глава 03

В конце рабочего для быстро сгребаю вещи в сумочку и отправляюсь на выход. Милке и Веронике на прощанье улыбаюсь. Обе отличные девчонки, несмотря ни на что, только они и разряжают напряженную атмосферу, царящую в нашем отделе.

Мимо Колесникова проскакиваю на полном ходу, пользуясь тем, что вокруг много народа. Не отзываюсь на его оклик, делая вид, будто не услышала. Сегодня этого старого потасканного хрыча было в моей жизни слишком много. Свое личное время я тратить на него точно не готова.

Попутно вынимаю телефон принять звонок.

Мама….

– Привет, как дела? Как папа? – прижимаю трубку к уху и сбегаю по ступенькам офиса. Кошусь на роскошный мерседес, к которому подходит Захар Лелес. Он пикает сигнализацией и осматривается вокруг. На меня ноль внимания. Похоже, утреннее столкновение в коридоре уже забыто.

Оно и к лучшему. Рядом с мужиками, у которых в руках есть хоть немного власти, лучше не отсвечивать. Колесников яркий тому пример. Хапнул себе десяток рабынь в подчинение и ходит, задрав хвост. Прищемил бы кто-нибудь его хорошенько, мы бы все с радостью посмотрели.

– Немного лучше, – мама пытается говорить бодро, но меня не обмануть. Полгода назад отцу сделали операцию на сердце, но восстановительный период идет не так хорошо, как хотелось бы. Есть вероятность, что придется делать еще одну.

– Мам, – последний раз равнодушно скольжу взглядом по Лелесу и направляюсь к метро, – рассказывай.

– Вчера сдавали анализы. В пятницу идем к врачу. Что-то я волнуюсь, дочка, – она говорит с придыханием.

– Все хорошо будет, мам, – останавливаюсь у самого входа в метро и отхожу, пропуская поток людей, – папа крепкий, он справится.

– Как я без него? – раздается всхлип.

– Ну что ты, мам, – до боли кусаю щеку, – он еще сто лет проживет.

– Вер, приезжай, – мама игнорирует мое желание ее подбодрить, – побудь с отцом, он ждет. Ты же у нас одна.

– Приеду, обязательно. На выходных, – смотрю на наручные часы, понимая, что надо срочно выдвигаться, а то могу не успеть подготовиться к встрече, и торопливо добавляю: – Мам, я вас люблю. Все будет хорошо, слышишь. И я приеду, точно. Ты же меня знаешь.

– Как укатила в свою столицу, так вообще не видно, – сетует она и шмыгает носом.

– Мамуль, просто ездить далеко, ты же знаешь, – сжимаю трубку в руке сильнее и терзаю зубами нижнюю губу, – люблю тебя. Папе привет.

Вешаю трубку и спускаюсь с потоком в переполненное метро. Мысли скачут что дурные. Папина реабилитация потянула очень много денег. Он работать не может, уход требуется постоянный. Так что мама отдает ему всю себя.

Вот и настал мой черед отдавать, заботиться о родителях. Они на мою работу, которая позволяет решать все финансовые проблемы, практически молятся. И хорошо, что не знают, каким реально способом приходится эти деньги зарабатывать.

Менеджером на канцтоварах особенно не разбежишься, так что Адель очень хорошо нам всем помогает.

Проезжаю пять остановок до пересадки, потом еще три и выхожу на нужной платформе. Тут уже нет столпотворения, можно выдохнуть. Быстро поднимаюсь на поверхность и направляюсь к совершенно неприметному зданию. Простая бетонная коробка без вывесок. Никому до нее дела нет.

Звоню в домофон, дожидаюсь, пока меня впустят, и поднимаюсь на второй этаж. Внутри все выглядит совсем иначе, чем снаружи. Мне кажется, это реально можно сравнить с какой-нибудь киностудией. Вокруг снуют визажисты, стилисты, люди с одеждой и реквизитом. Девушки-модели сидят в гримерках, отсыпаются в комнате отдыха или едят в небольшой столовой. Вокруг помощники, уборщики и прочий персонал. А над всем этим на третьем этаже за темным стеклом восседает великий и ужасный Макс. Бешеный Алекс, как все его тут окрестили.

Он следит за всем и за всеми, просматривает наше расписание, координирует поток клиентов, разруливает проблемы и самое главное – начисляет зарплату. Да-да, мне даже расчетник в конце месяца выдают. Такая себе почти легальная подработка. Жаль только отчисления в ФСЗН не делаются, а то бы еще и на пенсию подкопила.

«Поднимись на третий» – высвечивается на экране смартфона. Я делаю кислую гримасу, которая ему сто процентов видна, и без особого энтузиазма направляюсь к ступенькам.

– Какие-то вопросы? – захожу в кабинет второго моего босса. И вот он мне реально нравится. Проходимец, гад и немного сволочь, но ко мне относится совершенно безразлично. А еще на зарплату мою не покушается и балует премиями. Хороший человек, короче говоря.

Алекс отлипает от монитора и пробегается взглядом по моему унылому костюмчику. Кривится и указывает на стул перед собой.

Присаживаюсь и без стеснения его рассматриваю. Мне рядом с этим человеком оно без надобности. Я точно знаю, что часть сессий он просматривает, просто чтобы ни модели, ни клиенты херни не творили в чатах.

– Ройс просит твой телефон, – Алекс закладывает руки за голову и цокает, – задорого просит.

– По правилам я не обязана, – откидываюсь на стуле.

– Зацепила ты его, – босс поднимается на ноги и идет к большому шкафу, вмонтированному в стену. – Вот, для тебя.

– Что это? – забираю из его рук коробку с бантом.

– Через доставку пришло от твоего поклонника, – Алекс хмыкает и закидывает в рот пару подушечек жвачки, что валялись у него на столе.

– Черт, – сжимаю плотный картон на коленях, – он с каждым разом становится все настойчивее. И просит личную встречу.

– Знаю, я слышал, – поиграв бровями, Алекс ухмыльнулся, – поехала у мужика крыша, малышка. Умеешь ты....

– И что теперь делать? – смотрю на него растерянно.

– Раскручивать на бабло, – он кивнул на подарок. – Все мозги мне вынес.

– Подарок, телефон, личная встреча, – поднимаюсь на ноги и зажимаю коробку под мышкой, – Ройс уже смахивает на сталкера.

– Твой личный, – босс зловеще расхохотался, – сексуальный маньяк.

– Хватит меня кошмарить, – шиплю ему и направляюсь к двери, – никаких номеров, встреч и так далее. Мало ли что у него на уме.

– Что у него на уме, предельно ясно, – Алекс пошло постучал кулаком по раскрытой ладони, – подгорает в одном месте. Правда, бедняга не в курсе, что наша ягодка пока не дозрела.

– Сволочь, – хлопаю дверью под аккомпанемент нового приступа хохота Алекса и спешу в гримерку.

– Как обычно? – Ленка усаживает меня в кресло и начинает суетиться. – Почему моя малышка такая грустная?

– Клиент хочет встречу, – хмуро смотрю на себя в зеркало. Усталая и неживая. Лелес, а затем Колесников все силы из меня вытянули, а Алекс добил новостью о Ройсе. Он один из моих самых щедрых клиентов, и терять его в нынешних обстоятельствах не хотелось бы. Что с папой, пока неясно, возможна вторая операция. Ее-то сделают бесплатно, а вот реабилитация…

Рано или поздно почти каждый клиент предлагает встречу. Это нормально – они видят свою фантазию и хотят воплотить ее в жизни. Но после пары отказов обычно успокаиваются. Хочется, чтобы и Ройс успокоился, иначе придется отказаться от встреч с ним. Жаль, деньги очень хорошие.

– Алексис встречается иногда, – Лена раскладывает свои кисточки и придирчиво осматривает мое лицо, – очень даже довольна.

– Вот пусть она и встречается, а я точно не буду, – стягиваю с волос резинку и морщусь от неприятных покалываний, пока массирую кожу головы.

– Как знаешь. А это что? – она заинтересованно тыкает кончиком кисточки в коробку, что я бросила на стул рядом. – У тебя праздник?

– Нет, – осторожно вынимаю цветную линзу из правого глаза. Алекс когда-то настоял, что этот дефект прятать нельзя, а лучше сделать его моей фишкой. Он оказался прав: почему-то мужчинам эта моя особенность действительно нравится, Ройс тоже фанатеет.

– Открой, если хочешь. Но что-то мне подсказывает, что там банально белье, – я усмехаюсь. – Что еще клиент может подарить вебке?

– Белье, – Лена уже разорвала упаковку и вытащила кружевной черный с красным комплект, – шикарное, Вера, – она мечтательно закатывает глаза, – ты только на этикетку глянь.

– Дорогое, – провожу пальчиками по тончайшему полупрозрачному кружеву. Уверена, Ройс уже в предвкушении момента, когда увидит меня в нем. И он далеко не бедный мужчина – столько тратить на меня. Общение с ним давно начинаются с привата, времени на обычный чат он не тратит. Хотя сам секс для него не всегда цель.

Наша первая встреча была запоминающейся. Он не очень понимал что и как, зачем это все вообще. Покупал для своей подружки какую-то интимную игрушку, а нашу визитку бросили ему в пакет. Любопытство победило, и мы встретились онлайн в час ночи. Первый раз он потратил кучу бабок, поскольку был немного пьян и хотел провести вечер максимально весело. С той самой девушкой, для которой был подарок, он расстался и хотел отвлечься. Шутил, просил меня танцевать, рассказывать анекдоты и петь. Я бы даже назвала эту встречу моим лучшим свиданием с мужчиной. Хотя, если учесть, что в реальности их случилось всего три и очень давно, получить этот статус было несложно.

Мне казалось, на том все и закончится. Он поигрался, удовлетворил свой интерес. Не был Ройс похож на обычных моих клиентов, которые нуждались в женском внимании. Но через неделю появился снова. На этот раз встреча вышла более горячей. Ройс затянул меня в приватный чат.

– Оу, – Лена вытащила со дна пушистое черное перо, – намечается что-то интересное.

– Аха, – перехватываю перо и провожу им по шее. – Ройс еще тот затейник, с ним скучно не бывает.

После часа Лениного шаманства из зеркала на меня смотрела уже совсем другая девушка. Точно не скучная серая Вера, а самая настоящая звездочка вебкама Адель. Быстро переодеваюсь в присланный комплект, поверх элегантное черное платье и отправляюсь на этаж ниже, где находится моя студия.

Ну что ж. Камера. Мотор. Поехали....

Нажимаю на ручку двери. Прохожу внутрь, щелкая выключателем и включаюсь в игру.

– Привет, – доносится из динамика приглушенное приветствие.

– Привет, – останавливаюсь у небольшого стола, на котором графин с водой, небольшая капсульная кофеварка и вино. Рядом открытый ноутбук.

Щелкаю по клавишам, проверяя трансляцию, и одновременно свободной рукой играюсь с пером, поглаживая открытые участки тела.

– Ты напряжена, – все же заметил Ройс, – что-то случилось?

– Много чего, – разворачиваюсь и опираюсь бедрами о стол. По привычке обвожу глазами те камеры, что в зоне моей видимости. – Говорят, ты спрашивал мой номер.

– Было скучно, хотел услышать твой голос, – льется ровно из динамика.

– Ройс, – нервно прикусываю кончик пера, – мы говорили с тобой об этом.

– Никаких контактов помимо чата, я помню, – в его голосе явно читается скука, – но я не согласен.

Усмехаюсь и отбрасывает перо на кровать. Чтобы дать себе пару минут на успокоение, варю кофе.

– Часто тебя просят о личных встречах?

– А ты как думаешь? – не удерживаюсь от лукавой улыбки на камеру, вмонтированную в монитор ноута.

– И что ты делаешь с теми, кто проявляет настойчивость?

– Баню, – без особого интереса осматриваю комнату, в которой нахожусь. Для себя никогда бы не выбрала ничего подобного: велюровые стены бордового цвета, огромная кровать, застеленная черным шелковым бельем, приглушенный свет от нескольких ростовых торшеры с ткаными абажурами. Дорого, роскошно и по-проститутски.

Я за этот год со своей ролью свыклась и, что греха таить, иногда получаю удовольствие от чатов, особенно если в них Ройс. Но другой не стала. Как Аню или девушек, что я тут вижу, меня работа не изменила.

Возможно, дело в том, что я две свои жизни жестко разделяю и никогда не перехожу черту.

Глава 04

– Думаешь и со мной так поступить? – продолжает все так же спокойно донимать меня расспросами Ройс.

– Если ты не оставишь мне выбора, то придется, – отпиваю кофе и смотрю в потолок. Понимаю, что действительно придется. И будет жаль, чем-то неуловимым этот человек меня цепляет. – Как твой день?

– Скука, – он вздыхает и позволяет мне закрыть скользкую тему, – надеюсь, вечер будет другим.

Усмехаюсь одним уголком губ. Его планы я давно изучила, и наша игра меня хоть и бесит, но все равно заводит. Отставляю чашку с кофе и легкой поступью подхожу к кровати, откуда забираю шикарное перо. Оно такое мягкое и приятное, что касаться собственной кожи одно удовольствие.

– Почему скука? – кончиком пера очерчиваю щеку и веду по линии челюсти. – Сотрудники не хотят слушать дядю-большого начальника?

– Слушают, куда они денутся. Но я терпеть не могу нерасторопных. А таких у меня много – готовы заниматься чем угодно, только не своими прямыми обязанностями.

– Это нормально, – присаживаюсь на кровать и упираюсь одной ладонью в покрывало за собой. Легкий прогиб в спине, перо порхает по ключицам, подбородок задран, длинная шея выставлена напоказ, – ты владелец, тебе до всего есть дело. Остальные просто пашут за зарплату с восьми до пяти. У них нет такой мотивации, как у тебя.

– А та зарплата, что я им плачу, недостаточная мотивация? – по голосу слышно, что недоволен.

– Может быть, ты скуп и платишь мало? А может, просто работа скучная.

– Я плачу тебе мало? Со мной скучно? – смеется своим низким тембром, что каждый раз меня цепляет. Хорош Ройс. До такой степени, что становится интересно, как он выглядит. Но что-то мне подсказывает, что, если я попрошу фото, он не даст. А мой интерес будет расценен как шаг навстречу, и попытки вытащить меня в реальный мир возобновятся.

– Получается, ты трахаешь сотрудницу на рабочем месте, если мы будем рассматривать наши с тобой отношения в данном ключе, Ройс. Скажи, часто с тобой это случается? Мне интересно. Ты наказываешь опоздавших сотрудниц у себя в кабинете? Или, может быть, склоняешь к этому за двойной оклад?

– Нет, – отвечает резковато и быстро.

– Черт, – вздыхаю и ложусь спиной на покрывало, – а я только решила воспользоваться нашей с тобой дружбой и попроситься к тебе, раз начальник ты такой хороший.

– Не взял бы, – тембр голоса становится напряженнее. – Тебя бы я трахал в своем кабинете обязательно, Адель. Не смог бы удержаться. А это плохо для бизнеса, если у начальника башка не варит.

А я не могу удержаться от довольной улыбки. Что-то в этом есть, слышать от мужчины, как сильно он тебя хочет и что готов нарушать свои же правила.

– Тогда придется отрабатывать здесь, – откладываю перо и начинаю пальцами поглаживать вырез платья. – Знаешь, что на мне надето?

– Понравилось? – совсем хрипло и низко.

– Очень, – чеканю и, кусая губы, прикрываю глаза, – у тебя шикарный вкус.

– У тебя шикарное тело. Уверен, на ощупь кожа как атлас.

– Ммм, – вальяжно сажусь и кладу ладони на голые коленки, веду их выше, сминая ткань. и смотрю в камеру напротив меня, – так и есть. Жаль, видео не передает.

– И пахнешь ты тоже классно, уверен, – Ройс сглатывает. – Снимай, хватит мучить.

– Обожаю мучить тебя, – облизываю губы и пальцами провожу по телу. Сжимаю грудь под тканью и выдаю легкий стон.

– Сучка, – выдает динамик поскрипывая, – я ведь трахну тебя, Адель. Ты сама захочешь.

Какой самоуверенный. Верит, что получится развести меня на реальную встречу. Ну-ну… милый. Мечтай. Этого не будет никогда.

– Уже хочу, – тяну за подол и быстро снимаю с себя платье через голову. Легкая прохлада холодит кожу, и я быстро покрываюсь мурашками. Ладони очерчивают край откровенного черного кружевного лифа с красными вставками, пальцы правой руки скользят ниже и упираются в миниатюрные стринги, – представляешь, я уже мокрая. У тебя волшебный голос.

– У меня все волшебное, – отвечает Ройс с заминкой. Понятное дело, ему нужно было рассмотреть со всех сторон, изучить. Бедняга, так хочет потрогать… А нельзя.  – Ляг на кровать, Адель.

Подчиняюсь и, перевернувшись на колени, кошечкой ползу к подушкам. Там удобно устраиваюсь, заложив руки за голову. Этот извращенец еще бы и наручники на меня нацепил, точно знаю.

– Идеальная, – выдыхает хрипло. – Разведи ножки.

Подчиняюсь и веду пальчиками ног по покрывалу, раскрываюсь для него. С другими клиентами в такие моменты я представляю себе какого-нибудь знаменитого актера кино, который мне нравится. Но с Ройсом так не прокатывает. Даже на расстоянии я чувствую его животный магнетизм. Он пробивается через интонации и повелительный тон.

Была бы я нормальной, думаю, давно согласилась бы на встречу. Почему нет? Даже просто в людном месте – ресторане, например. Мы бы поужинали, поболтали. За пределами этой комнаты я в принципе ничего ему не должна. Могла бы потом просто уйти. Или, если вдруг он окажется так же хорош, как здесь, а может быть, еще и привлекателен, мы могли бы продлить знакомство. Со мной вряд ли Ройс хотел бы чего-то серьезного, но секс… Просто чтобы почувствовать друг друга наконец…. Вполне мог бы случиться.

Но я ненормальная.

Виртуальное общение с мужчинами за последний год  окончательно закрыло мою потребность в общении реальном. И если раньше у меня было желание выползти из своей раковины и попробовать что-то со своей фобией на прикосновения сделать, то сейчас оно пропало. Меня полностью устраивает моя жизнь. Она безопасна, а это главное.

Еще бы от Колесникова избавиться…

– Сними лифчик, – раздается совсем тихо, и я щелкаю застежкой. Отбрасываю красивое кружево в сторону и прикасаюсь к соскам. – Закрой глаза. – Подчиняюсь ему. Хотя бы виртуально я могу передать мужчине контроль. Он ведь не прикоснется даже. – Запусти руку в трусики. Весь день думал только об этом, – Ройс хрипло смеется.

– Ты ничем не лучше своих сотрудников, Ройс, – усмехаюсь ему в ответ, – на работе нужно работать.

Мои пальцы порхают по животу, спускаются ниже и забираются под ткань. Кусаю губы, потому что не обманула его. Действительно, уже мокрая.

– Черт, хочу видеть. Сними.

Приподнимаю попу и скатываю кружево по ногам, сжимаю в руках комочек и подношу к лицу, втягивая свой запах.

– Теперь хочу их обратно, – скрипит он зубами и рвано дышит.

Ладонями веду по внутренней стороне бедра, хорошо раскрывая себя, выгибаюсь, начинаю дышать поверхностно. День был таким ужасным, что хочется себя отпустить и получить заветную разрядку. Пальцами раскрываю половые губы и прикасаюсь к клитору. Маленькому центру удовольствия.

– Представь, что я делаю это губами, – нашептывает голос, – нежно, долго, страстно. Сосу и покусываю, вылизываю тебя досуха.

– Ройс, – кружу пальцем по точке и сжимаю второй рукой грудь. Вся кожа словно становится горячей. Она царапается о покрывало и покрывается мурашками. Хорошо, нереально. С самой собой, с его голосом, с ним.

– Малышка, ты так горяча, что могла бы поджечь город, – шепчет жарко искуситель, – и мне просто страшно, что случится между нами, когда мы встретимся.

Ласкаю себя все интенсивнее, пока внизу не начинает простреливать на подступах к оргазму. Жар нестерпимо скручивается, и электричество бежит по венам. Хочу оргазма, мощного и сладкого. Чтобы все мысли навылет, а в голове пустота.

– Стой, – делаю вдох и резко открываю глаза, не понимая зачем.

– Что?

– Хватит, – продолжает настаивать мужчина, хотя по его голосу слышно, что сам не сдерживается, – Адель, хватит игр. Я вижу, как ты хочешь. Меня хочешь. Скажи, где ты. Я приеду. Прямо сейчас.

Его слова совсем сбивчивы и похожи на бред. Но смысл тем не менее до меня доходит.

– Сволочь, – сжимаю кулаками покрывало под собой и ударяюсь головой о подушку. Внутри так и бродит возбуждение.

– Трахну до звезд, малышка, – он запинается и замолкает. Свой кайф, видно, уже словил.

– Ты и сейчас мог, – пяткой нервно постукиваю по покрывалу и пытаюсь отогнать дурман возбуждения. Еще не хватало начать выпрашивать у Ройса продолжение.

– Ты в Москве или Питере. Твоя контора точно в крупном городе. Я не обижу ничем, Адель, – его голос уже стал ровным, и Ройс завел свою обычную шарманку, – хочу тебя всю. До полного помешательства, во все твои сладкие местечки. Хочу тебя в рот и жестко сзади. Блядь, я за все заплачу. Просто скажи, где ты.

– Ты меня достал, – мое терпение лопается, и я спрыгиваю с кровати, платье натягиваю на голое тело, – не понимаю, в чем дело, Ройс! Ты глухой?! Я не буду с тобой встречаться. Не буду с тобой спать.

– Адель, тише, малышка, – он говорит, пытаясь успокоить. А мне только хуже. Ненавижу, когда успокаивают. Мне самой лучше знать, что там с моими эмоциями. И какой-то виртуальный извращенец точно не будет ими управлять.

– Ты до меня не дотронешься никогда, – подхожу к компьютеру и открываю список чатов. У меня их всего семь, так что Ройса нахожу быстро, – я тебя предупреждала. Но ты, блядь, не хочешь меня слышать.

– Тише, Адель. Давай поговорим.

– Не хочу. Ни говорить. Ни встречаться. Ни с тобой, ни с кем-то еще, – от злости меня потрясывает, и я не сразу нахожу нужные вкладки в настройках приватности, – ненавижу, когда меня трогают. Ненавижу. Вы в черном списке, – нажимаю на кнопку, и динамик замирает на полуслове.

Глава 05

Упираюсь локтями в стол, а пальцами с силой трут виски. Черт! Сорвалась. А все этот ужасный день и Колесников с его подкатами. Страшно, что ему может прийти в голову зажать меня в кабинете, как он делал это с одной из девочек. Я же в такие моменты просто в ступор впадаю и перестаю себя контролировать. Страх сковывает.

Чертов Ройс, зачем ему эта встреча? Он же при деньгах. Что, нельзя найти себе любовницу?

Долго и медленно дышу, приходя в себя. Матерюсь, потому что до меня доходит, как зол будет Алекс. Ничего подобного с клиентами позволять нельзя, и он вполне может меня уволить. Только мне деньги все так же нужны.

Устало обхожу кровать, поднимаю с пола трусики, натягиваю их на себя. Лифчик тоже забираю и медленно выглядываю за дверь. Алекса нигде не видно и не слышно, и я начинаю надеяться на то, что меня пронесет.

Добираюсь до гримерки, где быстро снимаю макияж и опять завязываю волосы в хвост. Дорогое платье оставляю на вешалке, а сама переодеваюсь обратно в свой офисный костюм.

– Пойдем-ка поговорим, – раздается за спиной, и я сжимаюсь. В голосе босса явно чувствуется сдерживаемая злость.

Плетусь следом за Алексом в его кабинет, ловя на себе сочувствующие взгляды девочек. По мне, поникшей, сразу видно, что грядет выговор.

– Ты что творишь? – он хлопает дверью, запихивая меня внутрь, и перегораживает собой путь к отступлению. Я быстро отступаю вглубь кабинета и забираюсь в кресло. Мне хочется укрыться хоть где-то.

– Он достал меня с этими встречами, – говорю тихо и бросаю на Алекса взгляд исподлобья, – я сто раз предупреждала, что их не будет.

– Вера, – он возводит глаза к потолку и тихо матерится себе под нос, показывая тем самым, как сильно я его достала, – ты же умная девочка, не тупая. Его же мурыжить можно обещаниями и отказами сколько угодно. Не хочешь встречаться, я тебя не заставляю. Я, блядь, только виртуальный сутенер.

– Прости, – сжимаю руки на коленях, – и не кричи так, ты же знаешь, мне сложно.

– Сложно, – цедит он через зубы и приближается медленно, – с тобой Вера. Мне-то ты можешь сказать? Ты же нормальная, я вижу. С клиентами вообще огонь: живая, раскованная, сексуальная. Но вот сейчас, – он брезгливо машет в мою сторону рукой, – какая-то забитая судьбой моль. В чем проблема, девочка? Скажи, может, мы решим.

– Не думаю, – резко отворачиваюсь от него, видя, как Алекс с интересом окидывает взглядом мое тело. Он же и трансляцию смотрел. Знает его не хуже меня самой. – Такое больше не повторится, Алекс. Я клянусь, только не увольняй! – кусаю губы и качаю головой. – Отцу, скорее всего, повторная операция понадобится. Они без моей помощи все это не вытянут. А с основной работы придется уволиться, скорее всего.

– Почему? – Алекс опускается в соседнее кресло и закидывает ногу на ногу. Весь такой подтянутый в джинсах в облипочку и такой же майке. Ему на вид меньше тридцати, привлекательный и холеный. Девчонки от него без ума и не против «дополнительных проб», что он устраивает. Мне такое даже ни разу не предлагалось.

– Начальник пристает, – усмехаюсь нервно, – желает, чтобы я с ним провела выходные. Тогда и на должность, что я хочу, переведет, и премию выпишет. Козел старый.

– Даже так? – Алекс удивленно приподнимает бровь и морщится при очередном осмотре моего костюмчика из образа «забитая училка».

– Когда я туда устраивалась, выглядела лучше, – пожимаю плечами и выдыхаю. Похоже, криков больше не будет, так что можно немного расслабиться, – это последнее время так хожу. Надеялась, что отпугнет.

– Ясно, – он подпирает ладонью голову и морщит лоб. – Сложная ты, Вера. Тебя ни один мужик не потянет.

– А мне и не надо, – поспешно заверяю его.

– Ладно, хрен с тобой. Сама справляйся, – поднявшись на ноги, он обходит стол и плюхается за свой, хмуро листает сообщения на мониторе и что-то пишет.

– Я пойду? – несмело смотрю в сторону двери.

– Твой сталкер отписался, – Алекс взглядом припечатывает меня к креслу.

– И что он хочет? – сглатываю и кусаю щеку изнутри.

– Чтобы ему вернули доступ к его любимой випке, – мужчина откидывается в кресле и складывает руки домиком. – И твой номер.

– Черт, – скрежещу зубами.

– Мне комиссию удвоит, – в глазах босса мелькает меркантильный огонек, – а номер – это не встреча.

– Тебе лишь бы заработать, – обнимаю себя руками и смотрю на него, едва сдерживаясь.

– Ты проштрафилась, Аделюшка, так что придется немного подвинуться и загладить свою вину.

– Я ему свой номер не дам, – чеканю слова.

– Возьмешь левую симку, – Алекс открывает ящик стола и долго там роется, – держи, денег сама кинешь. Телефон дать?

– У меня на две симки, – сама не верю, что сдаюсь, и забираю протянутый конверт. Макс прав, проштрафилась и придется уступить. Дальше упираться нельзя, а то он и терпение потерять может. А мое положение сейчас слишком шаткое, чтобы потерять свой грязный источник дохода.

– Умница, – Алекс удовлетворенно усмехается, – теперь можешь идти.

Поднимаюсь на ноги, пряча конверт в сумку, и быстро выхожу за дверь, пока он не вспомнил про свою обычную политику штрафов.

«Сегодня сработала в ноль» – сообщение приходит, когда я уже дома. Я чертыхнулась. Вспомнил-таки…..

Конверт со второй симкой так и валяется на кухонном столе. Пока не решаюсь вставить ее в телефон. Хочется, чтобы эмоции внутри немного улеглись, и только тогда начать снова общаться с ним.

Достаю из холодильника бутылку красного вина, что стоит там с какого-то праздника, и наливаю себе бокал. Медленно иду в спальню и долго кручусь перед зеркалом, распахнув тонкий халатик. Не удержалась и опять надела белье, что Ройс прислал. Вкус у него идеальный, и с размером угадал.

Сколько мы общаемся… уже больше трех месяцев. Я думала, его интерес угаснет – такое часто случается. Но вместо этого он на меня залип. Вернее, не на меня, конечно. С реальной Верой ему было бы неинтересно. На Адель – шикарную и сексуальную, как говорит Алекс.

Отпиваю из бокала и включаю на проигрывателе приятную мелодию. Медленно покачиваюсь, сбрасывая халатик с плеч, и танцую перед зеркалом. В хорошей съемной квартире, что я смогла себе позволить, можно расслабиться. Тут чисто, отличный ремонт и серьезные замки. Когда-нибудь обязательно накоплю себе на такую же и заведу кошку. К сожалению, тут хозяйка против животных.

Ладонь сама спускается по животу в кружевные трусики, и глаза прикрываются. Я так и не получила разрядки, ее вероломно лишил меня Ройс. Придушить бы его за это.

Накрываю лобок ладонью и слежу за собственными пальцами. Мне нравится себя касаться, нравится смотреть. Это возбуждает. И свое тело я люблю.

Круговыми движениями поглаживаю клитор, запуская мягкие волны истомы, и опять отпиваю вино. В голове воспроизводится вкрадчивый хриплый голос Ройса и его обещания меня вылизать. Как бы хотелось ощутить его губы там, внизу. Это не пальцы. Язык мягкий и шершавый, мне бы точно понравилось.

Тело начинает потрясывать, и я предусмотрительно ставлю бокал на туалетный столик. Ладонью берусь за раму зеркала и интенсивнее ласкаю себя. В голове опять Ройс, и я фантазирую, как он прижимается сзади, а его член упирается мне в ягодицы.

Он сжимает мою грудь и хрипло дышит в шею, пальцы накрывают мои, усиливая нажим. Ройс возбужденно шепчет мне в ухо, что слишком долго ждал и больше не может сдерживаться. Толкает меня грудью к прохладной поверхности зеркала и входит одним резким движением.

– О боже, – меня сотрясает от оргазма, и я пошатываюсь, с трудом удерживаясь в горизонтальном положении. Ноги заплетаются, я оседаю на пушистый ковер. Распластываюсь по нему спиной.

Внутри все еще пульсирует, и я облизываю губы. Секс – это что-то потрясающее, даже если занимаешься им один. Эндорфины взлетают, все тело словно качает на волнах расслабления. Я даже не уверена, что с мужчиной будет так же хорошо. Ведь я свое тело и свои реакции знаю на сто процентов, а он нет.

Немного отойдя от ощущений, снимаю белье и закидываю его в стирку. Сама иду в теплый душ, затем отправляюсь спать. Завтра предстоит еще один сложный день.

По будильнику просыпаюсь в шесть и начинаю усиленно собираться на работу. Кофе, овсянка с изюмом, стандартный унылый костюм, который не спасает, но я все еще надеюсь. Не забываю напялить свои ужасные очки и выглядываю в окно.

Так и есть, собирается дождик. Не обманула кофейная гуща, значит. Хотя лучше бы она мне что-нибудь денежное напророчила. Беру из подставки зонт-трость и тащусь на метро. Радует, что никаких дополнительных пересадок у меня нет. Квартира была снята именно так, чтобы до работы и второй работы добираться было максимально удобно.

В метро я заскакиваю, когда только начинает накрапывать, а выхожу в сумасшедший ливень. Вообще непонятно, как за тридцать минут дороги в небе успел разверзнуться настоящий ад.

Открываю хлипковатый зонт и бегу на работу вместе с толпой таких же утренних пташек. Босоножки совсем не спасают от луж, ледяная вода из которых хлещет по ногам. Зонт тоже непонятно, помогает или мешает. Ветер дует в него, так что в конечном итоге хилую конструкцию вырывает из моих рук и несет куда-то в противоположную сторону.

– Да что такое, – в отчаянии провожу рукой по волосам, которые мгновенно намокают и прилипают к голове, и оглядываюсь по сторонам. До офиса осталось буквально метров десять, и я делаю рывок, накрыв голову сумочкой.

На ступеньках меня заносит, и я цепляюсь за того, кто оказывается рядом. Все равно не удерживаюсь и падаю на колено. Сумочка со всеми мелочами оказывается на ступеньках и рассыпается, очки слетают и трескаются.

– Вот черт, – с силой жмурюсь, чтобы не выматериться как-нибудь более грязно, и принимаюсь быстро собирать все в сумочку.

– Помочь? – раздается твердый и немного насмешливый голос сверху. Опять. Ну супер.

Почему из всех сотрудников, работающих в нашем здании, я второй день подряд сталкиваюсь именно с генеральным? И опять травма. На этот раз коленка, которая уже сильно саднит. По старой памяти веду плечом, на нем под одеждой остался очень приличный синяк.

– Извините, – поднимаю голову и упираюсь взглядом в абсолютно сухого Лелеса, стоящего под огромным зонтом. Он и меня закрывает от льющегося с неба безумия. Правда, в моем случае уже поздно, я промокла до трусов. Хотя и они тоже промокли.

Хорошо, что не утащила Захара за собой, а то бы точно уволил. Второго покушения на его драгоценную персону мне бы не простили.

– Не стоит, – он замирает и как-то слишком напряженно смотрит мне в глаза. Смаргиваю и опускаю лицо, чтобы прервать зрительный контакт. Подобрав сумку и разбитые очки, медленно поднимаюсь, опираясь на предложенную руку. Лелес крепко держит меня и не отпускает, даже когда уже и следовало бы.

– Спасибо. – Он на голову выше меня, поэтому приходится запрокинуть голову, – я уже не упаду, – намекаю на то, что меня можно и убрать руку.

– Вы промокли насквозь, – озвучивает он очевидный факт и пропускает меня вперед, разжимая ладонь.

– Ветер вырвал зонт, – пожимаю плечами и оборачиваюсь на Лелеса. Опять ловлю его тяжелый взгляд и торопливо нажимаю на ручку двери, чтобы войти в здание. Хочется как можно скорее что-то сделать со своей одеждой, поскольку меня прилично потрясывает от холода. Бросаю последний взгляд на безумие на улице и захожу в холл. Слышу, как за спиной складывается зонтик, и мужские шаги, что поравнялись со мной.

– Идемте, – Лелес указывает рукой в сторону лифта, – Вам нужно привести себя в порядок, – его глаза цвета светлого грифеля опять смущают, слишком внимательно разглядывая меня, и я краснею. Опускаю взгляд на свои босоножки.

– Да, обязательно, – нервно поправляю на себе пиджак и марширую в сторону лифта.

– У меня в кабинете есть пара полотенец и фен, – так же буднично продолжает он.

– Это удобно, – бросаю на Захара растерянный взгляд. Это он что сейчас, намекает, что мне нужно зайти в его кабинет? – Не беспокойтесь, я сама справлюсь.

– Конечно справитесь, – на его губах вдруг загорается легкая снисходительная улыбка. – Второй день подряд поражаюсь вашей собранности и ловкости.

Глава 06

– Простите, – в который раз выдавливаю из себя и прижимаю сумочку к груди. Вот точно уволит. Уже и намекнул, что я бестолковая.

Блин, за что??? Что это за день такой сегодня? А неделя? Такая же ужасная. Похоже, началась черная полоса.

– Хватит извиняться, – он сжимает в одной руке зонт, а второй подталкивает меня в лифт.

Вхожу первой и затихаю в углу. Искренне жалею, что с нами больше никто не едет. С Лелесом рядом как-то нервно. И что он пялится на меня, мокрую курицу, все время? Ничего же интересного – пиджак мешком, широкая юбка ниже колена, сто процентов еще и тушь потекла.

– Давно у нас работаете? – задает он неожиданный вопрос.

– Полгода почти, – вздыхаю и не понимаю, куда себя деть. Нервничаю перед ним в своем насквозь мокром, прилипшем к телу наряде. Еще и колено саднит, плечо ноет. И холодно до дрожи.

– Хм, – он задумчиво вздыхает и переводит интерес на мобильный, который разрывается входящим, – перенеси на девять, – говорит тихо в трубку и разворачивается на выход, когда двери открываются.

Осторожно выхожу, надеясь, что Лелес сейчас окончательно зависнет в телефоне и забудет обо мне. Тогда я успею быстренько сгонять в дамскую комнату и немного подсушиться у ручных сушилок, промокнуть мокрую ткань бумажными полотенцами.

– Что замерла? – гендир неожиданно переходи на «ты» и поднимает бровь, указывая ладонью направление в сторону своего кабинета.

– Иду, – тихо киваю и быстро перебираю ногами куда велено. С опущенной головой прохожу мимо секретарши, у которой Лелес попросил кофе и большую чашку горячего чая.

– Там санузел, – кивнув мне на дверь справа, он ставит зонт в подставку на полу и отправляется за стол, – полотенца в шкафчике.

– Спасибо, – бросаю на него быстрый взгляд и скрываюсь за дверью маленького помещения. Провожу ладонью по лбу и упираюсь в зеркало перед собой. Кошмар! У меня вырывается нервный смешок.

Тушь потекла, волосы в полном беспорядке, белая блузка промокла и просвечивает теперь алым кружевом. Полная порнография. Бросаю сумочку на столешницу раковины и хватаюсь за полотенце. Промакиваю лицо, волосы, стираю тушь под глазами.

– Конечно, – с досадой отмечаю, что забыла с утра надеть цветную линзу, или та потерялась в этом злосчастном урагане на улице. Понятно теперь, почему Лелес на меня уставился. Если среди моих клиентов дефект цвета глаз – это изюминка, то обычные люди воспринимают его как отклонение от нормы. И пялятся. – Замечательно! – вспоминаю, что очки треснули, и теперь мне придется весь день так ходить.

Рывком снимаю с себя пиджак и бросаю к сумочке, принимаюсь расстегивать пуговицы на блузке и ищу глазами фен. Не хватало еще красным бельем под мокрой блузкой светить перед Колесниковым. Эта сволочь тогда от меня не отстанет вообще, и уволиться придется сегодня же.

– Фен внизу, – дверь открывается, и я встречаюсь взглядом с глазами Лелеса в зеркале. Руки сжимаются на груди, которую уже не прикрывает блузка, и румянец заливает густой волной.

Он застывает, вцепившись рукой в ручку двери, и смотрит не моргая. Одна секунда, вторая, десять. Вообще офонарел так рассматривать! Или если гендир, то все можно?

– Спасибо, – запахиваюсь мокрой блузкой, – можно мне теперь остаться одной?

– Да, – Лелес опускает глаза и усмехается, – секретарша принесла тебе чай.

– Спасибо, – смотрю на него еще более многозначительно.

– Точно, да, – до мужчины наконец доходит, и он прикрывает за собой дверь.

– Не мой день, – рывком открываю нижние ящики на предмет фена и вытаскиваю его.

Начальник видел меня в белье. В очень развратном красном. И что он подумал? Господи, ну он же не Колесников. Я ему точно неинтересна. Просто не ожидал, поэтому и пялился так долго.

Включаю фен, который заглушает мысли в голове, и интенсивно сушу волосы и блузку. Оборачиваюсь на дверь и щелкаю замком. Затем снимаю юбку и сушу ее тоже. Одежда все равно осталась немного влажной, но теперь хотя бы выглядит приличной.

Надеваю все обратно, распускаю волосы, чтобы те упали на грудь и спину и прикрыли все равно немного просвечивающее кружево. Забираю сумочку и мокрый пиджак, который будет досыхать на спинке моего рабочего кресла, и выхожу в кабинет Лелеса.

– Спасибо, – мнусь у двери и смотрю в сторону выхода.

– Попей чаю, – он отрывается от бумаг и указывает мне ладонью на стул перед собой.

– Я и так опаздываю, – начинаю отступать к выходу, – Семен Александрович будет недоволен.

– Колесников? – Захар поднимает трубку рабочего телефона и нажимает на кнопку. – Семен, у меня тут одна твоя сотрудница – Вера Троцкая. Она задержится минут на пятнадцать. Не ставь ей опоздание, – гендир вешает трубку, не дослушав ответ, и опять кивает мне на кресло.

Пару секунд мнусь под его пытливым взглядом и подхожу ближе. Кладу свои вещи на одно кресло, а сама присаживаюсь на свободное. Несмело забираю чашку со стола и делаю глоток. Чай сейчас прямо как надо: горячий, но не обжигающий. Прикрываю глаза и даю теплу разлиться по телу и унять остатки дрожи. Надеюсь, я не заболею теперь. А то Макс меня точно прибьет, бедовую.

– Спасибо, – открываю глаза и слабо улыбаюсь Лелесу, – извините, что отняла время.

– Все в порядке, – он улыбается, и я впервые внимательно его рассматриваю. Раньше всегда мельком.

Захар Лелес по-мужски красив. Высокий рост, стройная фигура с широкими плечами и крупными ладонями. Мне кажется, я до сих пор чувствую силу его руки на своей, когда он помогал мне подняться на лестнице.

Черты лица острые. Брови, волосы и ресницы черные. Он весь контрастный, яркий и притягательный. Не зря Милка так по нему сохнет. Действительно, властный секси-пирожок.

– Нравлюсь? – спрашивает он насмешливо, и до меня доходит, что я слишком долго пялилась. Отлично, он видел меня в белье, а теперь я пялюсь.

– Нет, – опускаю глаза в кружку и прикусываю губу, – то есть, – начинаю мямлить, понимая, что ответ прозвучал излишне грубо, – Вы привлекательны, правда, просто я… – сжимаю кружку крепче и думаю над достойной причиной.

– Что, предпочитаешь женщин? – он отпивает кофе из кружки рядом и смотрит на меня, прищурившись.

– Нет, – шокировано мотаю головой, не веря в то, что он вообще это вслух произнес. Смотрю в его глаза, что излучают веселье, и заливаюсь краской. Этот гад просто издевается. Тоже мне, большой начальник.

Делаю еще пару глотков, поднимаюсь на ноги, забирая мокрые вещи. Опять благодарю Лелеса и быстренько разворачиваюсь на выход.

– Вера, – доносится мне в спину, и я разворачиваюсь, – у тебя интересные глаза.

– Гетерохромия, – ладонь привычным движением сама тянется к глазам, которые сейчас должны защищать очки, но я с досадой вспоминаю, что они разбиты. – Обычно ношу цветную линзу, чтобы скрыть дефект, но утром забыла или потеряла под дождем.

– Дефект? – он как-то глухо повторяет это слово за мной.

– Да, – пожимаю плечами и быстро выхожу, пока мы не начали обсуждать что-нибудь еще. Например, красный лифчик, который ему посчастливилось увидеть на мне.

В отделе мое отсутствие не прошло незамеченным. Гаврилова стреляет в меня ехидными взглядами прямо с порога. Ну да, ну да… официальная подстилка Колесникова меня терпеть не может. Переживает, бедная, что ее место занять могу. Милка кусает губы и строит бровки домиком, Вероника вздыхает, остальные также настороже.

Мда, вот что значит начальник последний мудак и самодур, да еще зануда. Все за всех переживают. Ну почти, Гаврилова не в счет.

– Вера, зайди, – раздается с порога кабинета Колесникова, и внутри все обрывается. Быстро оставляю мокрый пиджак на спинке стула, сумочку кладу на стол и нехотя переставляю ноги в сторону кабинета начальника.

– Вы что-то хотели, Семен Александрович? – заправляю за уши пряди волос, которые теперь непослушно спадают на лицо.

– Что ты делала у Захара? – хлопает он дверями за нами обоими и буравит меня своими сальными глазками. Уже отметил и влажную одежду, и волосы, и отсутствие очков.

– Попала под дождь, а Захар Петрович любезно предложил воспользоваться его туалетной комнатой, где был фен.

– Ясно, – он обходит меня, задевая пальцами мою ладонь, и вальяжно располагается в своем кресле. Глаза сосредотачиваются в области моего декольте. – О чем говорили?

– Ни о чем, – пожимаю плечами и смотрю в сторону, – Захар Петрович был занят бумагами.

– Понятно, – Колесников кисло морщится. – Насчет выходных подумала?

Вскидываю на него глаза и сжимаю зубы. Опять падаль старая за свое. Да ему же за шестьдесят. Как у него в этом возрасте вообще что-то там стоит?

– Мне звонили из экономического. Спрашивали рекомендацию на твой счет, – Колесников проводит языком между губ, и меня чуть не накрывает приступом рвоты. Противно до дрожи. – Так что решай сама, насколько сильно тебе нужен перевод.

– Я пойду, – разворачиваюсь на деревянных ногах и выхожу вон. Ни на кого не глядя, отправляюсь на свое место и буквально падаю. Пропал мой счастливый билетик.

– Опять? – Мила сжимает кулачки и с ненавистью глядит на дверь начальника.

– Нет, просто перевода не будет, – пожимаю плечами и сдерживаюсь, чтобы не заплакать.

– Мне так жаль, – подружка вздыхает. – А за опоздание что?

– Ничего, – перевожу взгляд на монитор и пытаюсь отвлечься на работу, чтобы перестать думать о своем провале и о будущем увольнении. Работать на Колесникова и дальше моральных сил не хватит. Если он еще пару раз попробует приставать, у меня может и истерика случиться.

Только какой в ней смысл? Позорище, да и все. Лелес ведь на сторону отца своего друга станет, а не на мою. Интересно, он и правда знает и закрывает на проделки Колесникова глаза? Или старая сволочь врет?

В обед мы с Милкой отправляемся в маленькую кафешку за углом, чтобы перекусить. Я, поддавшись порыву, рассказываю ей о своем фиаско с зонтом и Лелесом. Она слушает, открыв рот, и хохочет, когда дохожу до лифчика, цокает и качает от восхищения головой.

– Ну ты даешь, – выдает подруга, так и не успев притронуться к своим ребрышкам и картошке. – А вдруг он на тебя запал?

– Ну конечно, – иронично усмехаюсь, – Лелес и я, – указываю на свой костюм, провальный для любого свидания, – только если на лифчик клюнул, – закатываю глаза и вспоминаю затянувшуюся мхатовскую паузу между нами. Ведь и правда смотрел. И вопрос его этот «Нравлюсь?». Зачем такое у подчиненной спрашивать?

На рабочее место возвращаюсь в приподнятом настроении, но опять сникаю, когда Макс пишет об отмене моей сегодняшней сессии. Клиент слился, а значит, денег ни вчера не было, ни сегодня не будет.

У меня отложена приличная сумма, мне некритично, но все равно это заставляет нервничать. Плюс освободился вечер, куда деть который, я не понимаю.

В довершение ко всему, по стеклам опять начинает тарабанить дождь. Милка смотрит на меня сочувствующе, а я прямо ощущаю, что это последняя капля.

– Вера Троцкая? – передо мной возникает курьер в дождевике и осматривает придирчиво.

– Я, – переглядываюсь с Милой и уже предвкушаю новую напасть.

– Это Вам, распишитесь, – он вынимает из рюкзака продолговатую черную коробку и тычет в меня планшетом и стилусом.

– А что там? – осторожно прикасаюсь к коробке без обозначений. – И от кого?

– А я откуда знаю? – парень закатывает глаза. – У меня только бланк доставки. Берете?

– Д-да, – неуверенно ставлю свою закорючку на экране и возвращаю планшет доставщику. Тот быстро прячет его в рюкзаке и исчезает. – Надеюсь, там не споры сибирской язвы, – острю больше для себя. Людей, которые могли бы отправить мне посылку, можно по пальцам пересчитать, и вряд ли кто-то из них послал бы что-либо на работу. Только если дату дня рождения перепутал.

– Открывай, – ерзает на своем месте Мила и снимает мою трубку, которая горит входящим, – потом ответишь.

– Ладно, – осматриваюсь по сторонам, убеждаясь, что больше никто не наблюдает, и осторожно вскрываю посылку. Шуршу черной бумагой и прикусываю до боли губу.

– Вау, – слышится Милкин возглас, и она отбирает коробку.

Глава 07

Она не дает мне опомниться. Вынимает из упаковки шикарный зонт и раскрывает его.

– Вот это да, – цокает языком и осматривает подарок, – прямо как нагадала. Итальянский, дорогущий и суперпрочный.

– Красный, – констатирую и так очевидный факт и возвращаю себе пустую коробку, которую Милка неосторожно бросила на стол.

– И от кого же, от кого же этот подарок? – она округляет ротик и шевелит бровями. – У меня всего два предположения. Первое на «З», второе на «Л».

«Тебе идет красный».

Раскрываю карточку, что лежала на дне, и перечитываю ее два раза. По телу проходит жаркая волна дрожи. Лелес явно намекнул на мой лифчик. Теперь все более чем очевидно. Не просто так он пялился на меня. Действительно запал, как и предполагала Милка.

– А если он позовет на свидание? – быстро шепчет она и одним нажатием на кнопку складывает зонт.

– Свидание?

Настоящая встреча. Сердце разгоняет свой ритм все сильнее, и подступает паника. Четко понимаю, что к этому не готова и ничего не выйдет.

На самом деле я уже пробовала несколько раз выйти из зоны комфорта, но каждый раз меня ждал провал. Бывший одногруппник, коллега, с которым поболтала на корпоративе, сын маминой подруги. Они все выглядели безобидными и приятными. Мы ходили в кино или кафе, гуляли по парку, и каждый раз было одно и то же. Я что-то лепетала, вела себя зажато и неестественно, почти все время молчала. Расслабиться не получалось ни на секунду, потому что в голове стреляла лишь одна мысль о том, что должно произойти дальше – физический контакт. И они действительно пробовали. Артем поцеловал в щеку на прощание, Сергей пытался всю прогулку держать меня за руку. И каждый раз это ощущение западни, понимание того, что парень сильнее меня, а я ведь не знаю его мыслей. Ни один не перезвонил на следующий день. Со странной девчонкой продолжать знакомство было неинтересно. Да и мне не хотелось. Слишком сильный стресс.

Только в своей развратной комнате, где я в полной безопасности, мне легко. Можно болтать, смеяться, даже заниматься сексом. Как бы ужасно это ни звучало, постыдная работа для меня не только про деньги, она про свободу быть собой, хоть немного.

– А почему нет? – Милка присаживается на край моего стола и вздыхает. – Вообще не помню, чтобы ты мне рассказывала про своих парней. У тебя же нет никого?

– Нет, – складываю яркий зонт в коробку и пихаю ее на нижнюю полку, – нет у меня времени.

– Вера, – она кладет мою трубку на место, и на ней мгновенно зажигается лампочка, – так вся молодость пройдет. Не тупи, особенно когда такой классный мужик подкатил. Это же мечта любой из нас. Красавчик, не женат, не придурок и не маньяк. Думаю, если ты ему понравишься, то Колесникову он быстро хвост прижмет, – добавляет она.

– Помяни черта, – многозначительно смотрю на нее и тут же поднимаю трубку. Колесников собственной персоной выплывает из кабинета и осматривает опенспейс. Недовольно косится на Милку, которая поспешила к себе за стол, потом на меня с сальной усмешкой и направляется к Гавриловой. Та при его появлении быстро закругляется с разговором и принимается что-то ворковать.

Противно и мерзко смотреть. Она ведь тоже молода, нет и тридцати. Да еще и очень эффектная блондинка. Каково ей с этим старикашкой.

– Тебе ли осуждать, – шепчу сама себе и сосредотачиваюсь на клиенте, который вторую минуту подробно рассказывает о партии канцтоваров, которую хотел бы заказать у нас в этом месяце. Я чиркаю ручкой в блокноте, вношу правки в его пожелания и пытаюсь максимально сосредоточиться на работе.

Затем второй звонок, а потом еще один и еще. Люди на том конце трубки занимали мою голову цифрами и вопросами, так что до конца рабочего дня я о личном не думаю.

– Пора домой, – Милка склоняется над моим столом, уже готовая к выходу, – доставай свою прелесть.

Я с надеждой гляжу в окно, но там ситуация так и не изменилась, даже ухудшилась. Дождь продолжает стучать в окно.

– Сейчас, – быстро привожу в порядок свой рабочий стол и накидываю на плечи уже высохший пиджак. Вытаскиваю зонтик и прячу в сумку. Не мог этот Лелес выбрать что-нибудь не такое вызывающее.

Бросаю последний взгляд на полуопустевший опенспейс и тащусь за Милкой на выход.

Сотрудники, счастливые оттого, что рабочий день закончился, вываливали под дождь дружной толпой и рассредотачивались. Кто к метро, кто на автобусную остановку, а кому-то и на маршрутку за город.

Я вздыхаю и вытаскиваю зонт, осматриваюсь, и, заметив знакомую черную иномарку, нажимаю на кнопку. Зонт выстреливает и раскрывается плотным алым куполом.

– Класс, – восхищенно подмигивает Милка и убегает на свой автобус, а я медленно бреду в сторону метро.

– До завтра, – киваю ей и мчусь дальше.

– Класс, – восхищенно подмигивает Милка.

– До завтра, – киваю ей. Она убегает на свой автобус, а я медленно бреду в сторону метро, а потом бегу.

Зонт это хорошо, но ледяных луж никто не отменял. Новым босоножкам точно конец с этой погодой.

Уже спускаясь по ступенькам, опять оборачиваюсь на машину Лелеса. Она стоит все на том же месте, с работающим мотором. Почему не уехал? Смотрел на меня? Зачем, если вокруг намного более привлекательные женщины?

До дома добираюсь быстро и раскрываю зонт в прихожей, чтобы просушить. Принимаюсь за приготовление ужина, но все равно периодически через открытый дверной проем кухни посматриваю на алый купол на полу. Он примагничивает мой взгляд, так же, как и его хозяин тогда, у себя в кабинете.

«Нравлюсь?» – от этого вопроса и его взгляда мурашки по телу.

Неожиданно по квартире разносится звук глухого удара и обрывки ругани. Хлопаю глазами, не понимая, что происходит, и срываюсь к двери.

Заглядываю в глазок и чуть не закипаю от злости. Рабочие с каким-то диваном вписались в мою дверь. А квартира, между прочим, съемная, и дверь хозяйская. Если они ее хотя бы поцарапали, то спрашивать будут с меня.

Быстро открываю замок и выхожу в коридор, запахивая на себе короткий халатик.

– Вы что творите? – первым делом осматриваю свою дверь и нахожу на ней вмятину и несколько царапин. Черт, дверь же железная. Это с какой силой они умудрились ее долбануть?

– Прости, хозяйка, – невысокий мужичок, весь обливающийся потом, кивнул на огроменный негабаритный диван из белоснежной кожи. – Тяжелый, собака, еле затащили на этаж.

– Вы мне дверь помяли, – не обращаю внимания на его оправдания и указываю ладонью на царапины.

– Не мы, – качает головой второй. Тощий и какой-то малахольный. – Так и было. У нас диван кожаный, а кожа металл не царапает.

– Умник, блин, – от возмущения у меня аж дыхание перехватывает, – а колесики и рама какие? Или он у вас вообще со всех сторон мягкий? У меня удар был даже в кухне слышен.

– Что случилось? – из распахнутой двери квартиры напротив показывается парень. Он примирительно улыбается и сосредотачивается на своем диване: – Тащите внутрь, я разберусь.

– Разберитесь, пожалуйста, – складываю руки на груди и киваю в сторону царапины, – это их рук работа. Рабочие Ваши, так что исправляйте.

– Ну, – парень подходит ближе и проводит ладонью по царапинам. Затем виновато переводит взгляд на меня, – прямо сейчас вряд ли.

Его взгляд останавливается на вырезе моего халатика, потом скользит по фигуре до нижнего его края и ощупывает ноги. Все это происходит быстро, но незамеченным мной не остается.

Поднимаю нахмуренную бровь, стучу нетерпеливо ногой в тапке по своему небольшому коврику перед квартирой, заглядываю в невинные голубые глазки. Они ему, кстати очень идут. Удачно дополняют образ ангела. Кучерявые волосы, стройная крепкая фигура, белозубая благожелательная улыбка. С него вполне можно фрески писать. Особенно сейчас, когда он в свободных льняных штанах и белой рубашке.

– Давид, – имя и мягкая улыбка заставляют мой боевой настрой немного сбавить обороты, – Ваш новый сосед.

– Вера, – перевожу взгляд на рабочих, которые активно запихивают диван в его квартиру. – Что с дверью, Давид?

– Будет как новая, – он прячет руки в широких карманах, – завтра утром вызову мастера и договорюсь.

– Я работаю, – прикусив губу, оборачиваюсь на дверь, – но квартира съемная. Так что в любом случае нужно поставить хозяйку в известность, – вздыхаю, потому что с этой дамочкой общаться я не очень люблю. – Она пенсионерка и живет в соседнем доме. Так что по ремонту с ней будет договориться проще, наверное. Я Вам дам номер.

– Тебе, – он прочесывает пятерней свою курчавую голову, и светлые завитки опять рассыпаются в беспорядке. – С меня дополнительно возмещение морального ущерба.

– Не стоит, – хмыкаю и отвожу глаза. – Главное, чтобы с дверью все было хорошо. – Я пячусь в квартиру. – С новосельем.

– Спасибо, – Давид разворачивается, бросает на меня последний быстрый взгляд и отправляется за рабочими в квартиру. Оттуда опять слышны грохот и маты, которые заставляют меня улыбнуться. Явно этот Давид себе не ту команду рабочих выбрал.

Захлопываю дверь и погружаюсь в тишину. Парень на вид интересный и не вызывает тревоги. Наоборот, есть в нем что-то такое, располагающее.

Складываю уже высохший зонт, кладу на комод и провожу пальцами по гладкой водоотталкивающей ткани. Его владелец вызывает у меня совсем иные чувства, нежели Давид. Жесткий, немного надменный и саркастичный. Рядом с ним меня шарашит от волнения.

Отправляюсь на кухню, где мясо в духовке уже приготовилось, и на всю кухню разносится противное пиканье таймера. Жму на кнопку и вынимаю противень, вдыхаю приятный аромат индейки со специями.

В дверь опять звонят, и я закатываю глаза. Есть хочется горячее, да и кого поздно вечером может принести? Хозяйка не настолько у меня ушлая, чтобы про косяк с дверью уже прознать.

Смотрю в глазок, улыбаюсь и открываю дверь. На пороге опять Давид. Держит в руках бутылку белого вина и коробку конфет.

– Моральный ущерб? – прислоняюсь к косяку и киваю на дары.

– Да, – парень перекладывает все в мои руки и вытаскивает из кармана телефон, – оставь мне свой номер для связи и сбрось координаты хозяйки. Не хочу затягивать с дверью.

– Хорошо, – диктую Давиду свой номер.

– Извини, побегу, мне еще коробки разбирать, – он прячет мобильный обратно в карман и оглядывается на свою квартиру.

– Они там тебе больше ничего не сломали? – с улыбкой уточняю на всякий случай.

– Уронили ящик с сервизом, – он усмехается, – есть пока придется из пластиковой посуды.

– Ясно, – пытаюсь спрятать улыбку. Черт, очень он забавно и растерянно сейчас выглядит.

– Через пару дней перевезу все вещи. Приглашаю тебя в гости, – он обезоруживающе улыбается. – Спасай. Я в вашем городе никого не знаю. К тому же мне нужен женский взгляд. Осталось еще три вазы, и их нужно куда-то поставить.

– Давид, я не уверена, – напряженно опускаю глаза на свои тапочки. Находиться в одной квартире с парнем – не лучшая идея.

– Брось, соседи должны друг другу помогать, – разводит он руками и исчезает у себя в квартире.

– Позер, – выдыхаю тихо уже в закрытую дверь и отправляюсь к себе. Вино признаю шикарным, поскольку именно такое я люблю, конфеты тоже отменные. Из молочного шоколада с клубничной начинкой. Этот Давид знает толк в том, как осчастливить девушку.

После ужина отправляюсь в спальню, где мне на глаза попадается конверт с симкой.

– Ройс, – невесело плетусь в сторону тумбочки и вскрываю конверт. Что-то в последнее время слишком много мужского внимания для меня. Как онлайн, так и в реальной жизни.

Глава 08

Вставляю симку в телефон, активирую и кладу на нее деньги. Аллилуйя современным технологиям – все можно сделать через тот же телефон. Никаких тебе сходить в банк, на почту или к оператору. Жизнь интровертов облегчена нынче до предела.

Оставляю телефон на тумбочке и отправляюсь на кухню, где на столе ждет бутылка любимого белого вина. Немного странно, что человек вот так запросто попал в мои предпочтения.

Иногда меня накрывает приступом паранойи, и тогда я начинаю присматриваться к окружающим меня мужчинам. А вдруг кто-то из них является одним из моих клиентов по чатам? Эта мысль будоражит и пугает.

Вот Ройса я бы определила как Захара Лелеса. Мне кажется, они близки друг к другу по возрасту, оба начальники, имеют хороший доход. Плюс голоса бархатные и низкие, чем-то похожие. Хотя Ройс немного хрипловато говорит, плюс искажение связи, так что тут их похожесть притянута за уши. Помню, как долго параноила насчет сына моей квартиросдатчицы, его голос для меня тоже на Ройса был похож.

А вот Давид напоминает Максима, моего самого первого клиента. Ему я отдала свою виртуальную девственность. Милый, обходительный, приятный. Жаль, что у него со временем поехала крыша. Так поехала, что Алекс и сам был не против забанить его.

Был еще Тимур. Всегда на взводе, с легкой ненавистью к женщинам. Я его окрестила двойником нашего начальника охраны с работы. Вот точно клон. Даже интонации такие же.

Успокоилась только когда много разного прочитала про типажи людей. Мы все чем-то друг на друга похожи. Думаю, каждому знакома такая ситуация – видишь на улице человека, и вроде эта Катька, с которой сидела за одной партой в школе: ну точно – лицо, походка, рост и как нервно откидывает волосы, упавшие на лицо. А окликаешь, и не она. Конфуз…

Если из информации о человеке лишь голос, еще сложнее. Ты сам ищешь похожесть, наделяешь неизвестного человека чертами, может быть, ему и несвойственными, ассоциируешь с кем-то, кто рядом. Человек такое существо, что природой натренирован искать сходства и закономерности. Это упрощает и упорядочивает жизнь. Но со мной иногда играет злую шутку.

Москва огромна, а Россия тем более. Звонить они могут откуда угодно и находиться за сотни километров. Тем более я и мое альтер-эго разные. Для того, чтобы понять, что мы – это один человек, нужно очень хорошо присмотреться. А кто будет присматриваться к скромнице Верочке?

Роюсь в ящике и нахожу штопор, которым после некоторых приложенных усилий вскрываю бутылку. Достаю бокал из шкафчика. Вино я люблю пить из больших и пузатых бокалов с тонкой длинной ножкой. Наливаю в него немного любимого вина и втягиваю аромат. Немного терпкий, с фруктовыми нотками. Делаю глоток, улыбаюсь.

За последний год с помощью Аньки научилась разбираться в вине, раньше вообще его не пила. Надо будет выбраться с ней куда-нибудь в ближайшие дни – давно не виделись, а узнать, как складывается ее нынешняя жизнь вне вебкама, очень хочется. Может быть, и у меня получится в ближайшие годы с ним завязать.

Телефон вибрирует сообщением, я вздрагиваю. Иду в спальню и ставлю бокал на тумбочку, беру в руки телефон. Стучу пальчиком по экрану и на выдохе разблокирую. Так и есть, сообщение пришло на новую сим-карту.

«Все еще злишься, малышка?»

Сажусь на кровать, прислонившись спиной к изголовью, и закидываю ноги на покрывало. Вот что ему ответить? Очевидно, что злюсь. Не просто так забанила.

«Нет»

«Брось, малышка. Я знаю, ты скучаешь. Давай поговорим»

«О чем?»

«Можешь задать любой вопрос»

Задумываюсь – а о чем вообще я бы хотела узнать у него?

«Хочу твое фото»

«Это не вопрос» – и саркастичный смайлик.

Ладно….

«Почему Ройс?»

Точки побежали по экрану, потом замерли, потом опять побежали.

«В детстве была любимая игрушка – металлический «Роллс Ройс», мне его отец подарил. Я машинкой не хотел ни с кем делиться, и дети меня дразнили этим названием. Потом сократили до Ройс, и оно прижилось»

«Мило»

«Почему ты не любишь чужих прикосновений? Тебя кто-то обидел?»

«Нет».

Вбиваю быстро и отправляю.

Бросаю телефон рядом с собой и опять отпиваю немного вина. Тепло мягко разливается по телу, унимая дрожь. Стоило психануть и выдать о себе чуть больше информации, чем нужно, и Ройс тут же уцепился за это.

«Хочу узнать тебя настоящую. Ту, что живет за пределами комнаты и чата»

«Я такая же»

«Не верю»

«Зачем тебе это? Уверена, вокруг тебя много женщин»

«Очень. И я могу заполучить практически любую»

«Тогда в чем дело, Ройс?»

Теряю терпение.

«Хочу тебя» – летит в ответ и следом еще: «Сбрось свое голое фото, а я тебе свое»

«Нет. Мы не в чате. Я не должна»

Качаю головой. Все к одному у него сводится. Мужчина.

«Сбрось потому что хочешь. Я весь в предвкушении, Адель. Мне нужна новая доза тебя»

Закрываю глаза и сама не осознаю, как прикасаюсь к собственной груди. Ройс умеет завести, сволочь. Дает возможность почувствовать себя особенной и желанной. Из всех, с кем я общалась, ему поддаешься проще всего и забываешься. Поэтому и хотелось порвать с ним – он слишком сильно занимал мои мысли. Становился кем-то реальным.

Поддаюсь порыву и иду в ванную, где оставляю лишь приглушенный свет из коридора. Поднимаю руку, прикрывая ей лицо, и распахиваю халат, под которым комплект дорогого белья. Делаю пару фото и пересматриваю. Красиво, но он хочет не этого.

Делаю еще глоток вина и сбрасываю с себя всю одежду. Становлюсь немного боком и делаю селфи, закрыв лицо волосами. Контровой свет хорошо прорисовывает мои изгибы, оставляя все, что хотелось спрятать, втайне.

Отправляю и замираю в ожидании ответной картинки. Что бы Ройс ни прислал, это будет первое его изображение, что я увижу. Ощущаю покалывание в пальцах, когда сообщение приходит через пару минут.

«Шикарная»

Фото и подпись к нему: «Немного увлекся»

Сглатываю, рассматривая фото, и пошатываюсь, схватившись рукой за раковину. От увиденного внизу живота все скручивает узлом.

На фото полумрак спальни. Он в постели на темно-фиолетовом белье. Одеяло небрежно накинуто на бедра, оголяя живот, аккуратный лобок и немного член. Рядом развернутая ладонь с аккуратным маникюром и белесыми потеками.

Он мастурбировал.

Знаю, что Ройс делал так каждый раз на наших сессиях, но сейчас все равно другое. Это больше не голос. А вот этот человек на фото. Он не стар, судя по рукам и животу, даже занимается спортом. Следит за собой – волосы в интимных местах подстрижены, ногти ухожены. И точно брюнет.

Игнорирую халат, что сбросила на пол, и возвращаюсь в спальню голой. Допиваю вино одним глотком и оставляю пустой бокал на комоде. Сама забираюсь под одеяло.

Внизу живота пульсирует, и я опять смотрю на фото. Ройс хорош.

Откидываю от себя одеяло и легонько ноготками царапаю кожу на внутренней стороне бедра. Провожу пальцами по влажным половым губам и всего парой движений довожу себя до оргазма. Тело выгибает и потрясывает в разрядке, когда рядом опять оживает телефон.

«А ты увлеклась?»

«Нет»

Вбиваю, немного отдышавшись, и досадую, что поддалась порыву. Обычно это в одностороннем порядке. А сейчас Ройс все сильнее перетягивает мое внимание на себя. Без спроса вторгается в мою жизнь. Телефонный номер, переписка по вечерам, обмен фото. Мы как обычная парочка, что познакомилась в каком-нибудь Тиндере.

«Сделаю вид, что поверил»

«Мне пора. Пока, Ройс»

«Спокойной ночи, малышка»

Ставлю телефон на вибрацию, проверяю будильник и заворачиваюсь в одеяло. Сволочь Ройс, умеет заставить думать о себе. Мне уже хочется увидеть больше. Увидеть его всего – лицо. Узнать, какой у него цвет глаз, улыбка, стрижка.

Черт! Он именно этого и добивается.

Дурак… Ему же самому будет неинтересно иметь со мной дело, если встретимся вживую.

Глаза постепенно слипаются, и я проваливаюсь в сон без сновидений. Не понимаю как, но утро наступает почти мгновенно, и беспощадный будильник упрямо говорит, что опять наступили мои нелюбимые шесть утра.

Поднимаюсь с немного тяжелой головой и рассеянно собираюсь на работу. Сегодня даже привычный омлет в меня не лезет, поэтому ограничиваюсь чашкой кофе. На выходе проверяю погоду и вкладываю в сумку новый зонт. В груди нарастает волнение, поскольку сегодня я опять могу столкнуться с тем, кто его подарил. И что Лелес скажет мне при встрече, как посмотрит.

Закрыв двери, опять их открываю и возвращаюсь за мобильным телефоном. Уже в метро вспоминаю, что Давиду нужно отправить координаты хозяйки квартиры, и быстро выискиваю их в телефоне. На выходе из метро набираю маму, которая всегда встает так же рано, и интересуюсь состоянием папы. Со своими проблемами немного забыла о собственной семье и чувствую теперь укол совести.

Мама рассказывает об анализах и вздыхает, что вероятность еще одной операция возросла на девяносто процентов. Опять зовет в гости на выходные. Я в свою очередь заверяю, что обязательно буду, и ищу билеты на поезд во время работы.

– Что случилось? – Милка всегда умеет определить мое настроение.

– Анализы у отца плохие, так что второй операции не избежать. Мама еще надеется, но я реалистка, – выдаю как на духу и сдерживаюсь, чтобы не всхлипнуть.

– Сочувствую, – она робко улыбается, – но все наладится. Ты же говорила, что его оперировал хирург от бога. Вот и в этот раз обойдется.

– Обойдется, – киваю и вскользь просматриваю список своих сегодняшних задач на компьютере, – буду опять деньги собирать. В первое время нам большие суммы нужны были. Без них бы отца шиш вытащили.

– Блин, Вера, – она расстроенно опускает глаза, – не знала, как тебе сказать.

– Что? – настораживаюсь и убираю руку с мышки.

– Место в экономическом Веронике отдают, – перегибается через стол Милка и многозначительно выпучивает глаза, – мне Оля написала. Она же кадрами заведует.

– Ясно, – бросаю вскользь взгляд на Веронику, которая выглядит совсем потерянной, и сглатываю. Видимо, додавил ее старый хрыч, раз меня не получилось. – Даже не знаю, радоваться за нее или сочувствовать.

– Ну, – фыркает Милка, – через дерьмо к звездам. Или как там говорят?

– Да уж, – провожаю взглядом Колесникова, что распушил хвост и, довольный, тащится с совещания в свой кабинет, – и нет никого, кто бы его на место поставил. Ну вот как так, Мила?

– Жизнь несправедлива, – она разводит руками и напяливает на носик стильные очки.

– Еще как, – сосредотачиваюсь на работе и вчерашнем клиенте, что сделал большой заказ. Отправляю ему счет и формирую заявку на склад.

Затем весь день мечусь по офису, как белка в колесе. Колесников шпыняет то в архив, то по отделам. Похоже, несмотря на нашедшуюся замену на выходные, меня он все равно решил доконать. Даже на обед сходить не получается. Ношусь и подспудно ожидаю встречи с Лелесом, который часто посещает и контролирует свое подразделение. Каждый раз, когда прохожу мимо двери его приемной, задерживаю дыхание и проскакиваю мимо.

Когда приходится зайти по делам к его секретарше, робко пытаюсь выяснить информацию:

– Что-то Захара Петровича сегодня не видно, – кладу перед Любой стопку бумаг на подпись.

– Так он в командировке. А что? Опять чаю попить зайти хотела? – та оценивающе окидывает меня взглядом с ног до головы.

– Нет, – краснею и опрометью выскакиваю из приемной. Черт, она же сто процентов подумала совсем не то, что я имела в виду. А что я вообще хотела?

Дура! Зачем спрашивала. Теперь точно сплетен не избежать. А если до Лелеса дойдет, что я про него спрашивала? Стыдоба.

Глава 09

– Как тебе? – Аня отпивает вино из бокала и ставит его на барную стойку.

Задолбавшись на работе, я вызвонила подругу и договорилась вечером сходить в какое-нибудь место на ее выбор. Проветрить голову мне было необходимо, иначе дома весь вечер грызла бы стены, мечась между своими невеселыми мыслями.

Аня остановилась на "Макро" – недавно открывшемся модном месте. По такому поводу мне пришлось отказаться от своих привычных нарядов пугала и надеть приличное платье. Точнее, просто коктейльное. Я выбрала платье-футляр бежевого цвета длиной до колена и небольшим вырезом на груди. Из украшений – сережки-гвоздики и распущенные по плечам волосы.

– Мне нравится, – оцениваю воздушный интерьер, где практически все белое.

– А мне немного больницей попахивает, – Аня элегантно перекладывает ногу на ногу и разворачивается в сторону зала, под завязку забитого посетителями. Нам даже не хватило столика, поэтому ютимся на баре, – хотя кухня отличная. Как там Макс и девочки?

– Как всегда, – постукиваю пальчиками по полированной поверхности барной стойки. – У меня очередной сталкер.

– Ройс? – Аня надувает свои шикарные губки, что за этот год стали еще объемнее.

– Он.

– А я тебе говорила.

– Я сорвалась и его забанила. Макс был в ярости.... так что сейчас у Ройса есть мой номер.

– Ауч, – подруга кривит губы, – и что, думаешь встретиться?

– Точно нет, – качаю головой.

– Зря, – она пожимает плечами, – тебе давно что-нибудь со своей головой сделать нужно было, Вера. А могла бы как я – найти себе спонсора и жить припеваючи.

Анька в нашей захудалой веб-конторе теперь легенда. Свела с ума одного из своих клиентов, а тот оказался очень серьезным дядькой и забрал ее к себе. Из минусов – у него есть семья, но Аню это не смущает. Роль любовницы ее устраивает на сто процентов.

Я не осуждаю. Вообще, кто я такая, чтобы осуждать хоть кого-то? Правда, с козлом Колесниковым эта мантра не срабатывает. Ему бы я и ноги повыдергала, если бы возможность была.

– Кстати, как там Лешик твой?

– Отлично, видимся пару раз в неделю. Деньги капают на карту регулярно, и я потихоньку откладываю что не потратила. Он доволен, я довольна. Лет через пять стану обеспеченной и свободной. Свалю куда-нибудь и начну все сначала.

– Отличный план, – даже не удивляюсь ее прозорливости. Умеет Аня принимать выгодные для себя решения и методами не брезгует.

– Это для вас, – бармен ставит перед нами бутылку "Moet" и два бокала, – вот от тех двух джентльменов за столиком в центре.

Я оборачиваюсь и мгновенно вспыхиваю.

Черт, Захар Лелес собственной персоной. Вернулся из командировки и нечаянно забрел в то же место, что и я.

– Знакомый? – Анька прищуривается и быстро оценивает мужчин. Улыбается обоим чуть более радостно и благодарно, чем следовало.

– Мой гендир, второго не знаю, – отворачиваюсь к Ане, чувствуя, как кожу на открытых плечах покалывает. Лелес смотрит и взгляда не отводит. Это даже начинает выглядеть неприлично.

– А ты неплохо сориентировать, – подмигивает Анька, – гендир – звучит очень сексуально. И выглядит просто шик. Если что, я на очереди.

– А как же Лешик? – делаю небольшой глоток "Moet".

– По такому случаю подвинется, – отмахивается она. – У вас уже что-то было?

– Он видел меня в белье и подарил за это зонтик.

– Мило, – Аня продолжает откровенно рассматривать мужчин.

– Не пялься так, – шиплю на нее и быстро отворачиваюсь от пытливого взгляда Лелеса.

– Они вполне могут пригласить нас к себе, – Аня вздыхает, – столик для нас так и не нашли.

– Нет, – чувствую, как жар начинает подниматься к щекам, – это неудобно.

– Пф-ф-ф, – она поднимает бокал и подмигивает мужчине, что сидит с Лелесом.

– Аня! – так и хочется стукнуть ее чем-нибудь. Почему ее всегда так несет, стоит мужику при деньгах обратить на нее хоть какое-то внимание.

– Ой, смотри, кто к нам идет, – довольно улыбается Анька и смотрит мне за плечо.

– Ты просто… – запинаюсь, когда краем глаза замечаю Лелеса. – Здравствуйте, – нервно сжимаю в руках бокал, – спасибо за шампанское, очень вкусное. Как командировка?

Блин, да что меня так несет??? Опять заливаюсь краской и смотрю в свой бокал с пузырьками.

– Отлично, Вера, – раздается в ответ, как обычно, бархатно и с легкой усмешкой, – приятно, что ты заметила мое отсутствие. Лена мне уже доложила, что ты беспокоилась.

– Я не беспокоилась, – чувствую, как удушливая волна стыда захлестывает меня, – просто спросила.

– Конечно, – по его голосу чувствуется, что Лелес мне ни на секунду не поверил. – Хотел пригласить вас к нам. Нехорошо, когда девушки вот так скучают.

– Нет, – смотрю на Аню предупреждающе, – в смысле мы не скучаем. Разговариваем о важном.

– Брось, ерунда, – отмахивается Аня и спрыгивает с барного стула, – Вера, ты же видишь, им тоже скучно. Так что мы вполне можем провести приятный вечер вчетвером.

– Мы точно не помешаем? – отваживаюсь посмотреть на Лелеса, у которого в глазах так и полыхает. По нему сразу понятно, он ситуацией и моим смущением неслабо наслаждается.

– Ну что ты, Вера, – он протягивает ко мне ладонь, чтобы помочь спуститься со стула, – идем.

– Хорошо, – подавляю в себе привычное отторжение физического контакта с мужчиной и вкладываю свою ладонь в его.

Ладонь Захара сухая и теплая. Он легонько направляет меня в сторону столика, где нас ожидает его друг, и склоняется ниже:

– Ты хорошо выглядишь, так мне нравится намного больше, чем твой рабочий костюм.

– Спасибо, – смущенно улыбаюсь и высвобождаю руку. Мой маскарад оказался Захару явно не по вкусу. Но у него были свои плюсы – раньше начальник меня даже не замечал и не знал, как зовут.

– Прошу, – Лелес отодвигает для меня стул и помогает присесть. Его ладони проезжаются по моим плечам и голым рукам. – Ты дрожишь, – он опускается на стул рядом и смотрит как-то слишком настороженно и внимательно. Понятно, видит, что со мной что-то не так, но пока не может понять что.

– Дима, – привлекает мое внимание второй мужчина за столиком. Он торопливо поднимается и галантно помогает присесть за стол подруге.

– Анна, – она с интересом оборачивается к нему. – Спасибо за приглашение. Мне кажется, сегодня вечером свободный столик мы бы вряд ли дождались.

– Всегда готовы помочь столь очаровательным созданиям, – Дмитрий уже не сводит глаз с Ани.

Вот это уровень у нее – пара слов, и мужик в кармане.

Официант перенес наши напитки, и в моей руке опять оказывается бокал "Moet". Делаю глоток, рассматривая все вокруг, и, повернувшись, опять упираюсь в пытливые глаза Лелеса. Так и хочется сказать, чтобы перестал пялиться. Ну действительно, нет на мне ничего такого, что рассматривать надо – образ крайне скромный. Это Аня у нас сегодня яркая бабочка – шикарное ярко-желтое платье с глубоким декольте и яркий боевой раскрас. Дмитрий уже готов, так что и Вы, Захар Петрович, присоединяйтесь к толпе фанатов, а я тихонько в сторонке посижу. Мне не привыкать.

Опускаю взгляд в меню и начинаю скрупулезно изучать состав блюд. Я тут впервые, так что с моей реакцией на глютен нужно быть осторожной. Муку в любые соусы и подливки добавляют только так, по вкусу не всегда и поймешь.

– Есть что-нибудь интересное? – Захар продвигается ближе, и его ладонь оказывается в опасной близости от моей.

– Кролик в вине, – я хмурю носик и перечитываю состав.

– Вер, не будь скучной. Просто предупреди официанта и перестань изучать составы.

– У меня целиакия, – краснею и поджимаю губы. – Не переношу глютен.

– Сочувствую, – вздыхает Дима, но по его виду понятно, что это всего лишь вежливость. Он по-прежнему не отводит глаз от Ани. Похоже, у них сегодня ночью намечается рандеву. Что ж, Аня большая девочка, сама со своими мужчинами разберется.

– Спасибо, но это не такая уж проблема. Просто слишком модно сейчас – все эти безглютеновые диеты и тому подобное. Поэтому мои пожелания не всегда принимают всерьез, – захлопываю меню и очерчиваю пальцами ламинированные страницы. – Я не умру, и приступа не будет, но таблетки пить придется.

– Сделаем так, чтобы отнеслись максимально серьезно, – пальцы Лелеса преодолевают небольшое расстояние до моих и прикасаются к ним. – Тебе понравился мой подарок?

– Зонт? – я не могу оторваться от того, как он поглаживает тыльную сторону моей ладони. Без нажима, но мурашки все равно бегут по коже табунами. – Очень удобный, но слишком яркий. Спасибо, Захар Петрович.

– Захар. И на ты, – его серые глаза находят мои и удерживают.

– Хорошо, – соглашаюсь и забираю руку, чтобы обнять бокал двумя ладонями.

– Давно знакомы? – сделав заказ для всех, Захар особое внимание уделил моей небольшой проблеме и два раза попросил официанта все проконтролировать и передать повару пожелания.

– Учились вместе, – тут же берет на себя инициативу Аня, – в универе. Я сидела сразу за Верой и списывала всю дорогу.

– Ты и сама могла бы учиться, – смотрю на нее с укором, – просто не хотела.

– Дима, вот где зубрежка, а где я? – ее наманикюренные пальчики в воздухе очерчивают собственное соблазнительное загорелое тело.

– Я бы тоже давал тебе списывать, – он улыбается, – такую красивую головку всяким мусором забивать не стоит. Вы на кого учились?

– Экономисты, – театрально закатывает глазки подруга.

– Вот точно, – подхватывает Дима, – там же статистика у вас была.

– Ненавидела ее больше всего, – сетует Аня, – преподша была просто грымза. Ставила Верочке зачет автоматом, и справляться мне приходилось самой.

– Вот уж действительно, – усмехается Захар. – Вера, а почему тогда ты работаешь в отделе Колесникова, а не в экономическом?

– Только там было место, – сжимаю ладони до белых костяшек; упоминание этого старого козла портит настроение.

– Поговори с ним, Семен всегда пойдет навстречу. Знаю, он ценит молодые кадры, – Лелес отворачивается к официанту, который доставил наш заказ и еще раз переспрашивает, учли ли мои пожелания.

– Обязательно, – утыкаюсь в свою тарелку с кроликом, что услужливо опустили передо мной.

Конечно… уже бегу к Колесникову с просьбами о переводе. Теряя трусы и подавляя рвотный рефлекс. Прямо вот на выходных можно и отработать. Угу… Что-то мне подсказывает, что Вы, Захар Петрович, не очень в курсе того, как на самом деле ваш подчиненный оценивает молодые кадры.

Глава 10

Аня болтала без умолку весь вечер, даже пару историй из нашей студенческой жизни с моим участием рассказала. Было смешно и легко. С ней всегда так. А еще я люблю бывать в ее компании, потому что мне самой рядом с этой позеркой можно расслабиться.

– Спасибо за вечер, – поднимаюсь на ноги после того, как мужчины расплатились по счету ближе к двенадцати ночи.

– Завтра на работу, бла-бла-бла, – недовольно щебечет Аня, – с тобой никогда нормально не посидеть. – Она манерно взмахивает рукой и с надеждой смотрит на Диму. – Мы на такси или нас подвезут?

– Подвезут на такси, – он подает ей руку и сопровождает на выход. На нас с Лелесом ноль внимания. Ну да… им лишние люди больше не нужны. Там страсть уже кипит и шарашит.

– Я, пожалуй, тоже вызову такси, – начинаю рыться в сумочке в поисках телефона.

– Не нужно, я подвезу, – чуть тормозит меня Лелес у выхода, – я бы и эту парочку подвез, но мне кажется, они лучше сами.

Аня уже села в свободное такси и помахала мне рукой. Дима тоже кивнул и запрыгнул следом за ней. А мы так и остались на освещенном крыльце провожать их машину.

– Пойдем, – Захар прикасается к моему локтю и указывает на свой автомобиль, – тут прохладно, ты немного продрогла.

– Немного, – сглатываю и позволяю увести себя на неосвещенную парковку.

– Интересная у тебя подруга, – замечает он, открывая для меня пассажирскую дверь и помогая забраться внутрь. За этот вечер у меня уже получилось привыкнуть к его практически невесомым касаниям, и я больше не дергаюсь.

– Человек-праздник, – забираюсь в прохладный салон и жду, пока Захар займет место рядом со мной.

– Вы совсем не похожи, – он начинает крутить радио и включает подогрев сидений.

– Я думаю, для дружбы это не обязательно, – пожимаю плечами.

– Для отношений тоже, – его взгляд задерживается на моих губах, и Захар улыбается. – Ты веришь в судьбу?

– А ты? – поднимаю бровь.

– Нет, но сейчас готов, – он заводит машину и медленно выруливает с парковки, – три неожиданных столкновения за три дня. Не думаешь, что она хочет что-то нам сказать?

– Например, что я как минимум очень неуклюжая?

– Например, что должна состояться и четвертая. Хочу позвать тебя на свидание, Вера. На этот раз только ты и я, без этой шумной парочки, – мягкий тембр его голоса обволакивает меня.

Свидание. Вот черт. С нашим гендиром.

Нет, он мужчина шикарный и завидный жених. С ним встретиться любая бы хотела. Даже Мила – замужем, а все равно без ума от него.

Но только не я, не могу… Это сейчас мы мило пообщались в четвертом. А вдвоем будет как обычно. Я начну стесняться и мямлить, а Захар жалеть, что позвал. Свидание все испортит. На работе потом будет неловко встречаться. Так что проще всего не доводить до этого.

– Улица Строительная, пятьдесят восемь, – называю свой адрес вместо ответа на его предложение.

По лицу Захара пробегает хмурая рябь, но он не настаивает. Внимательно следит за дорогой, периодически постукивая пальцами по рулю и оглаживая кожаную оплетку.

Отмечаю про себя, что он очень сексуален. Хорош от кончиков ухоженных ногтей до идеальной стрижки. Брюнет с пробирающим тембром голоса. Прямо как Ройс.

Они похожи, может, поэтому мне так уютно? Словно я действительно его знаю.

Бросаю осторожный взгляд на чеканный профиль, на четко очерченные губы и мужской кадык, дергающийся, когда Захар сглатывает слюну.

– Смотришь так, будто сама на свидание позвать собралась, – он замечает мое внимание и опять поддевает. Да что за привычка у него такая бесячая, ставить другого человека в неудобное положение?

– Не планировала, – отворачиваюсь к окну.

– Ммм, значит показалось, – усмехается наглец.

– Так и есть, – ничего не могу с собой поделать, тоже хочется смеяться. В цель же попал, разглядывала и слюни пускала. Прикрываю улыбку ладонью и делаю вид, что за окном очень интересно. Хотя на самом деле там лишь унылые пустые улицы с неубранным за день мусором.

Машина заворачивает на парковку моей элитной высотки, и я очень надеюсь, что сейчас Захар не начнет спрашивать, откуда у меня деньги на такое жилье. У него в компании на должности менеджера столько не заработать.

– Отличный район, – он отстегивает ремень безопасности, – сам живу в трех минутах.

– Не знала, – тоже отстегиваюсь, но остаюсь на месте, поскольку Захар вышел из машины и обходит ее до моей двери.

– Теперь знаешь, – он протягивает раскрытую ладонь. – В качестве эксклюзивного предложения могу утром подкинуть до работы.

Вкладываю свою руку в его, и Захар мягко тянет на себя, практически опрокидывая меня в свои объятья. Каблуки врезаются в асфальт и противно его царапают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.