Екатерина Бакулина
Гамбит короля драконов

Глава 1. Свадьба

На мою голову надевают венок из белых цветов. Похожих на кувшинки или… магнолии? Но пахнущих черемухой. Одуряюще. Все как в тумане.

Я не понимаю…

Чужие лица, чужие песни… они заглядывают мне в лицо, что-то говорят. Я понимаю отдельные слова, но общий смысл их ускользает. Голова кружится.

Что происходит?

Это ведь сон?

Не может быть не сон, наяву так не бывает.

Цветы и благовония.

– Ты такая красивая, Шайена, – девушки улыбаются мне. – Самая красивая невеста.

И звонкий смех.

Я?

Невеста?

Я не Шайена, я Марина.

Я хочу сказать, объяснить, остановить, но не могу. Ни слова, ни единого звука не выходит. Не могу говорить.

Я даже толком не поняла, как это началось. Смутно помню, как меня подняли с кровати, принялись умывать… потом надели платье – белое, тонкое, воздушное… Широкий пояс под грудью, расшитый камешками. Принялись расчесывать волосы…

Длинные черные волосы.

Так ведь не может быть? У меня каштановые, и куда короче, едва достают до плеч.

И руки – это не мои руки, чужие. Изящные пальцы, узкая ладонь… Кольца на пальцах.

Это не мое.

Что происходит?

Страшно, хочется кричать, но тело сковывает оцепенение. Я послушно позволяю делать все это со мной – надевать серьги, ожерелья…

Сон? Конечно, сон. Это единственное, что успокаивает. Такое не может быть реально. Ничего, сейчас закончится.

И среди всей этой суеты я вижу девушку, которая стоит и смотрит на меня. Прямо, мне в глаза. И улыбается. Словно знает что-то такое…

Или знает?

Мне отчего-то кажется, я видела ее раньше. Даже не ее, этот взгляд. Дико звучит, но это точно. И если я пойму, то, может быть, пойму, что происходит со мной.

Меня посыпают какими-то лепестками, брызгают душистой водой…

А потом эта девушка делает знак рукой, и все уходят, оставляя нас вдвоем. Замолкают песни, даже в голове чуть-чуть проясняется.

А она подходит ко мне, совсем близко.

– Если хочешь вернуться домой, сделаешь все, как я скажу, – говорит шепотом.

И улыбается.

От этой улыбки пробирает дрожь.

Да, я ее знаю. Эту улыбку и этот голос, хотя девушку вижу в первый раз.

Там, дома…

* * *

Я праздновала развод.

Нет, праздновала – это слишком громко, просто отмечала это радостное событие.

Отмечала одна, потому что в чужом городе так и не успела завести настоящих друзей, а тех, что успела – распугал мой уже теперь бывший муж. Он страшно не любил, когда я даже коллегами-девушками после работы куда-то хожу. Даже ненадолго. Считал, что приличная жена должна сидеть дома и ухаживать за мужем. Готовить, стирать, убирать. Даже если нечего убирать, всегда можно помыть окна или постирать шторы. Или что-то еще. Рубашки погладить. А гулять вообще нечего, это глупость и баловство.

Столько нервов мне этот козел потрепал, что теперь, избавившись от него, я была страшно рада. Даже при всей моей сложной ситуации и съемной квартире на последние деньги – рада все равно. Свобода – это отлично! Теперь буду сто раз думать, прежде чем парнями связываться.

Надо немного выдохнуть и расслабиться.

Пить в одиночестве, конечно, так себе идея. Но сегодня можно. Сегодня я имею право.

Столько планов на будущее сразу, что кружится голова.

Второй коктейльчик отлично шел под креветки в кляре, когда к моему столику подошла девушка.

– Простите, вы не могли бы помочь? – немного смущаясь, попросила она. – у меня вот… цепочка за сережку зацепилась, никак не могу отцепить сама. Чувствую себя ужасно глупо.

– Конечно! – согласилась я.

Отчего бы не помочь человеку? Тем более, и настроение у меня было отличное.

Она присела на соседний стул, чтобы мне было удобнее. Да, там действительно зацепилось… Сейчас…

– Сложно, да? – вздохнула девушка. – Даже не знаю, как так вышло. А вы одна, да? Или кого-то ждете?

– Одна, – беспечно ответила я. Выпитые коктейльчики осторожность сильно притупили, заодно страшно хотелось поговорить. – Развод праздную!

– О! Круто! – восхитилась девушка. – Я тоже от парня сбежала! Мы, правда, женаты не были, но знакомы очень давно! А он постоянно был всем недоволен, постоянно указывал мне что делать и куда ходить. Я даже с подругами общаться перестала из-за него! Вот и сижу тут теперь одна. Хотя одной пить как-то неправильно…

– Да, – вздохнула я. – Одной не очень весело. Все, готово!

И как раз цепочку отцепила.

– Ой, спасибо! – обрадовалась девушка. – Вы мне так помогли! Ой, а может быть, мы с вами вместе посидим? Расскажите мне про своего бывшего, я вам про своего? Все веселее.

– А давайте! – согласилась я. Потому что тоже не хватало компании.

Не стоило, конечно. Тем более, что думала, что ну, еще максимум один коктейль и домой, а то завтра на работу.

Но только за одним – был еще, потом еще один. Боже мой, да я никогда столько не пила! Даже не ожидала от себя такого. Это накопившийся стресс так сказывался? Или компания такая, что невозможно отказать?

Да, я все рассказала ей. Она слушала, кивала, вздыхала и поддакивала в нужных местах. Я ей, а она мне рассказывала про своего. Все так похоже и узнаваемо! Не один в один, конечно, но похоже! Только тот парень еще и изменял. Вот козел!

Мы пили, говорили о парнях и смеялись. Это было чудесно! Словно гора с плеч, когда можешь кому-то рассказать, не держать в себе, не сомневаться.

К концу вечера мне казалось, мы уже сто лет знаем друг друга и друг другу как родные.

А потом вдруг она спросила – не могу ли я ей немного помочь? Подыграть. Немного притвориться ей и что-то там от ее имени сделать. Признаться, я была уже довольно пьяненькая и готовая на все ради новой подруги.

Как это вышло? Я и сама понять не могу.

Она так смотрела на меня, так просила, что я даже толком не выяснила, как же я могу притвориться ей, ведь мы даже не похожи. Нет, я спросила, а она лишь весело отмахнулась – не нужно переживать, она все устроит.

И устроила.

И вот, я здесь. На чужой свадьбе. На ее свадьбе? И не могу понять, как вышло все это.

Понимаю только, что мне страшно, и я хочу домой.

* * *

А вот мужик оказался симпатичный. Жених.

Он ждал меня у алтаря, смотрел на меня.

Высокий, широкоплечий, длинные светлые волосы. Вот прям мечта, а не мужик!

Но как на меня смотрел – мне не нравилось. Совсем. Снисходительно и понимающе. Чуть пренебрежительно даже. Словно все знает.

Или знает?

Мне сказали: «Не пытайся показать, что что-то не так. Делай вид, что все идет как надо. Улыбайся, кивай. То, что ты не можешь говорить – нормально, в день свадьбы невеста должна молчать, это традиция. Ты знаешь своего будущего мужа. Ты готова выйти за него, для всех это должно выглядеть так. Ты знаешь другого, короля, который придет за тобой и будет требовать свое право. Королю ты будешь улыбаться. И пойдешь с ним. Сделаешь все, как он скажет. А потом, утром, все закончится».

Утром я вернусь домой.

Все закончится. Как угодно, но закончится. Все будет хорошо. Очень хотелось в это верить. Это единственное, что держало меня на грани истерики. Потому что если не так – я вообще не понимала, как быть.

Очень страшно.

Меня подвели к алтарю.

В храме много людей. Вот только больше похоже на сельский праздник, чем на свадьбу лорда. Гости больше похожи на фермеров или горожан средней руки, чем на высокопоставленных родственников. Здесь так принято? Или родственники будут потом?

Разве что вон тот, в глубине зала, в синем плаще. Он смотрит на меня. Никакой роскоши, но высокий статус читается легко. Даже сложно сказать в чем. В том, как он стоит? Осанке? Взгляде? Потому что одет довольно просто.

– Лорд Патрик Даг’Кхар, – торжественно объявляет жрец. – Готовы ли взять эту женщину в законные жены?

Мой будущий муж ухмыльнулся. Криво. Насмешливо.

Нет, мне точно не нравится его ухмылка, мороз по коже пробирает.

Меня подводят ближе… Ох, какой он здоровенный, я и до плеча едва достаю. Приходится задирать голову, чтобы хоть как-то видеть.

Или лучше вообще не смотреть?

Это Шайена выходит за него, а я… Для меня это ничего не значит. Он и не должен мне нравится. Какая разница?

– Да, готов, – говорит лорд, у него красивый бархатный голос. – Да будут предки свидетелями! Я покрываю эту женщину своим плащом, беру к себе в дом и под свое покровительство.

Снимает плащ, накидывает мне плечи. Такой тяжелый, придавливает к земле. Длинный.

А от меня тут ничего не требуется, никак слов, никакого согласия, меня никто не спрашивает.

Потому что жрец затягивает какую-то длинную песню и ли молитву, люди вокруг веселятся, кто-то подхватывает песню тоже. Жрец мою руку, надевает широкий серебряный браслет, на котором выгравированы какие-то символы, кажется, греб и драконы. У меня перед глазами слегка плывет, разглядывать сейчас нет сил.

Объявляет меня леди Даг’Кхар.

И вот тут человек в синем плаще делает шаг вперед.

– Лорд Даг’Кхар, – говорит он, громко, торжественно, почти страшно. От его голоса у меня все сжимается внутри. – Как ваш сюзерен, я требую свое право. Право первой ночи. Сегодня эта женщина будет моей.

И идет к нам… ко мне, через весь храм. Совсем не сомневаясь, что получит то, что желает.

И мой муж ухмыляется ему.

– Вы можете забрать ее сегодня милорд, но она все равно останется моей.

Победно.

Что ж, да, вот сейчас я отлично понимаю всю эту схему.

Этот, в синем, и есть король? Ему подсунут другую, пусть и в теле той самой Шайены. Но другую все равно. Он ее не получит. И потом у него уже не будет никакого права требовать снова.

Даже смешно. Даже мне становится смешно на мгновение. Но это нервный смех.

И совсем не смешно, когда мой муж наклоняется ко мне, и так шепотом: «Он тебя убьет, когда все узнает».

У меня внутри все сжимается.

Нельзя же так!

Король подходит ближе. Он тоже огромный. Чуть ниже светловолосого, но огромный все равно. Красивый, но черты лица резковаты, тонкие губы… А в глазах мечется такой дикий огонь, что мне становится страшно.

Нет, не может быть, что убьет! Не может же! Иначе та женщина не стала бы рисковать своим телом. Я почти уверена, что потом она хочет получить его назад. Меня вернуть домой, а сама вернуть свое тело.

Бред… но что еще мне думать.

Король смотрит на меня, его ноздри зло раздуваются. Нетерпеливо.

– Идем, Шу. Я говорил, ты от меня не сбежишь, – тихо, рокочуще говорит и протягивает руку.

Но взять его за руку я сразу не решаюсь. Только смотрю на него…

Тогда он берет сам. Крепко. Требовательно. Другой рукой срывает с меня чужой плащ, бросает рядом. И ведет меня прочь из храма.

Глава 2. Королевское право

– И чего ты добилась, Шу? – зло спрашивает король. – Хотела отомстить? Хорошо отомстила? Но до утра ты все равно моя.

Не знаю уж, что он там сделал, но только отомстить явно получилось. Он просто не понимает пока. Я бы объяснила… Только что я скажу? Я не могу говорить. Да и нельзя. Мне ясно дали понять, что если буду дергаться, то домой могу не вернуться. Да, пусть я до сих пор не поняла, сон это или не сон, но дергаться боюсь все равно.

И человека этого боюсь. Он явно привык, что все должно выходить так, как он хочет.

Что он сделает со мной, когда узнает? Он же узнает. До утра много времени, и как не понять, что я совсем не та девушка, которую он знает. Конечно, заподозрит, что здесь что-то не так.

Он тащит меня за собой. К лошади. Лошадь такая же здоровенная, как он сам. Черная, лоснящаяся, с длиной шелковистой гривой.

– Зачем все это, Шу? – спрашивает, разворачивая меня к себе, глядя на меня.

Я качаю головой. Только смотрю на него испуганно.

Открываю рот, закрываю, облизываю губы. Что мне делать?

– Ты не будешь говорить со мной? – спрашивает он, грозно сопит, скрипит зубами. – Думаешь, упрямей меня?

У меня невольно подбородок подрагивает. Хочется расплакаться. Потому что угрозу в голосе я слышу очень ясно. Но он же не убьет?

Здоровенный, сильный, ему стоит один раз махнуть и все… Кто знает, какие в этом мире традиции. Если у женщины на свадьбе не спрашивают, хочет ли она замуж, то вряд ли вообще о чем-то спрашивают.

– Поехали. Залезай, – подталкивает меня.

В седло? Я так не умею. Лошадь огромная и я в платье. Неуклюже ставлю ногу, пытаюсь залезть. Король тяжело вздыхает, подхватывает меня и забрасывает в седло сам, легко, одной рукой. Запрыгивает за мной.

Невозможно сидеть в седле вдвоем и не прижиматься друг к другу.

Меня трясет от этого.

– Ты чего? – спрашивает чуть тише, мягче. – Замерзла?

Я качаю головой. Нет, это не то. Но что мне еще ответить. Как?

Он осторожно обнимает меня. Впрочем, не больше, чем необходимо, чтобы я из седла не вывалилась. Придерживает.

– Ну и чего ты добилась, Шу? – говорит совсем тихо, вздыхает мне в макушку. О мой затылок подбородком трется. – Зачем все это?

Мягко, почти нежно. Он большой и теплый… И это так, что хочется расслабиться и прижаться к нему спиной. Потому что, несмотря ни на что, вдруг кажется – он ее любит. Страшно злится, но любит все равно.

Но не меня. И что будет со мной, когда он поймет?

Он толкает лошадь пятками в бока, и мы едем.

– В Гнездо поедем, – говорит он, когда я озираюсь по сторонам. – Не хочу, чтобы нам мешали.

Только для меня это мало что значит, я не настоящая Шу.

Гнездо у него? Он орел, что ли?

Мы выезжаем из города и едем дальше, наверх. Город раскинулся на побережье, и по склонам гор. Белые домики, красные крыши, так много зелени, фонтаны… мы поднимаемся выше, и все это открывается передо мной. Отсюда все это смотрится так чудесно, что я на мгновение даже забываю обо всем. Какая красота! И дальше в глубине – роскошный дворец.

Но мы уезжаем куда-то в сторону от города, по узким дорожкам. Еще немного, и я вижу вдалеке замок, прилепившейся на скале. Ничего себе! Высоко. Действительно гнездо, иначе и не скажешь.

– Ну и зачем все это, Шу? – тихо говорит король. – Кому ты сделала лучше? Да, я не могу жениться на тебе сейчас, но это вопрос времени. Мы ведь говорили. Если я расторгну помолвку с Аирен, это вызовет недовольства Юргеса, а нам сейчас очень нужен союзник. Шу… ну, почему так?

Я чувствую его дыхание мне в затылок, прикосновение его губ.

Осторожно качаю головой. Не понимаю, как мне быть сейчас? Подыграть? Но как?

– Ты ведь не любишь Патрика, – говорит он. – Почему его? Хочешь отомстить и ему тоже? Он та еще тварь… Не жить же с ним ты планируешь?

Я хочу домой.

Не понимаю, что мне делать с этим, что отвечать?

– Шу? Злишься?

Судя по всему, поводы были. И все так сложно.

И кто эти люди друг другу?

Зачем я здесь? Не лучше ли было решить это без меня?

Или она, эта настоящая Шу, настолько его ненавидит? За что? Он отказался жениться? Или что-то еще?

– Шу? – он трется носом о мой висок, потом касается губами. – Злишься? Что мне сделать?

Пальцы его левой руки осторожно поглаживают мой живот.

Это почти не страшно, только неловко. Он ведь уверен, что сейчас с женщиной, которую давно знает, с которой они, наверняка, любовники.

У него теплые руки. И губы тоже. Он осторожно трогает губами мое ухо. Щекотно.

– Ну, что мне сделать, Шу? Пойти вызвать Патрика на поединок и убить его?

Это звучит как шутка, и в то же время очень серьезно. Так, что я вздрагиваю. Он действительно это может? Пойти и убить? И для него это легко?

Или это не значит ничего? Максимум – набить морду?

Но отчего-то кажется, он не шутит. На самом деле пойдет и убьет.

Что мне делать?

Я немного вытягиваюсь напряженно.

Он ладонью прижимает меня ближе.

– Ну что ты? – спрашивает на ухо. – Что с тобой? Когда ты кричишь и царапаешься, я хоть понимаю, что делать. А сейчас не понимаю.

Она царапается? Интересные у них отношения.

Она назло ему вышла замуж за другого, и точно не от большой любви. Думаю, там вообще нет про любовь.

Он злится, конечно, но вот так, наедине, я отлично вижу, как хочет вернуть ее и отношения наладить. Несмотря ни на что. Она важна ему, интересна. Я не знаю, насколько там любовь, но если не важна, никто не будет обнимать так.

Меня вот никто так не обнимал, это даже обидно.

За два года моего брака – ни разу. А тут обнимают – и не меня.

Мы поднимаемся в гору, все выше.

И там так высоко, что мне даже страшно смотреть вниз, голова кружится. Узкая дорожка по самому краю скалы. И обрыв. И с обрыва – невероятный вид, так, что дух захватывает.

Я заворожено смотрю на город, а король этот – удивленно на меня. Наверняка настоящую Шу все это не настолько увлекает, она видела множество раз. Но для меня впервые.

Что если он начнет подозревать?

Он ведь начнет, он же не идиот. Рано или поздно он поймет, что я веду себя очень странно.

В замок через подвесной мост, и маленький двор внутри.

Король… как его зовут-то, хоть бы узнать. Он спрыгивает первым, и я сползаю к нему в руки, он подхватывает. Улыбается довольно.

– Что ж, – говорит, – у тебя ведь свадьба. Думаю, мне стоит нести тебя в спальню на руках. Раз уж эта ночь моя.

В спальню…

Не то, чтобы я боюсь этого, я ведь большая девочка, я была замужем, да и так уж точно не в первый раз с мужчиной. Но сейчас этого не хочется совсем, он совсем чужой мужчина. К тому же, он хочет не со мной…

И вот, растерянность и паника все же мелькают в моих глазах. Потому что это король чуть наклоняется и вглядывается, рассматривает меня, все еще держа на руках, как ребенка.

Хочется отвести взгляд и спрятаться. Но куда спрятаться, когда тебя держат? В плечо ему уткнуться? Это будет еще хуже.

– Так… – вдруг говорит он и аккуратно ставит меня на ноги. – Посмотри на меня. Посмотри, – берет за подбородок, чуть приподнимает. – Ты боишься меня? Действительно боишься?

Боюсь. И не понимаю.

Он смотрит так…

– Ты… Кто ты?

И у меня сердце уходит в пятки. Если он все поймет – что будет со мной?

* * *

То, что происходит потом – я меньше всего готова была ожидать. Слишком безумно.

И он понимает, конечно. Точно понимает, это так отлично читается в его глазах. Вот это – понимание и ярость. Вспышка! Мне кажется даже, полыхнуло реально, жаром обожгло.

Или даже обожгло на самом деле, потому что, что случилось потом – не укладывалось в голове.

Он зарычал. Заревел. Так страшно и так грозно, что мне безумно захотелось даже не пригнуться, а провалиться сквозь землю. Закопаться. Потому что люди так реветь не могут, только чудовища.

А потом…

Потом черты лица идут рябью, плывут. Так что в глазах плывет, до головокружения. Невозможно.

Нет…

И он срывается с места и бежит назад, прочь. Туда, из замка, бросая меня одну. Двор совсем маленький, поэтому в проем ворот я отлично вижу, как он выскакивает и прямо с разбега прыгает вниз со скалы.

И у меня тут обрывается сердце.

Что?

Нет. Что происходит?

Я трясу головой даже, стараясь хоть как-то осознать. И бегу за ним.

Ну, не может же быть такого, что он от нашего обмана решил покончить с собой, бросившись со скалы? Такого не бывает. Он адекватный мужик. Вроде. Нет, я что-то не так понимаю… Я не понимаю точно.

Бегу за ним.

И не успеваю. Оттуда, снизу, прямо у самого замка, поднимается огромная крылатая тень. И я разом спотыкаюсь, падаю, обалдело неуклюже пячусь назад. Хочется кричать, но не выходит ничего. Ужас…

Потому что это дракон. Вот прямо дракон. Огромный. Черный. От взмаха его крыльев поднимается ветер.

И я замираю. Кажется все. Это все. Конец. Он меня сейчас сожрет. Ярость переполняет его и он сейчас…

Он зависает надо мной, глядя на меня, вытягивая шею. Снова ревет.

Я зажмуриваюсь.

Огнем дыхнет? Его жар я чувствую…

У меня даже не паника, так бывает, когда уже смиришься со своей судьбой и готова на все… Я сейчас умру? В огне? Боже мой…

Но дракон отворачивается, делает взмах, потом еще и поднимается выше. И в сторону. Улетает куда-то…

Так это он? Тот мужик – это вот… Вот так это происходит? Отчего-то сомнений почти нет. Этот он. После всего, что со мной случилось, я готова поверить, что он прыгнул со скалы и обернулся драконом. Я не видела, но сложить одно с другим – совсем не сложно.

Твою ж мать!

Вот это я влипла!

И куда он? Искать настоящую Шу?

Правильно, пусть жрет ее, это она виновата.

Я остаюсь. Смотрю ему вслед.

А лошади, кстати, на все плевать, она лишь флегматично дернула ухом, повернула голову, провожая дракона взглядом. И все. Привыкла?

Когда, наконец, у меня выходит снова дышать, я трясущимися руками ощупываю лицо… не знаю зачем… оно чужое… я смотрю на свои руки… глупо как-то поправляю волосы… Потом кое-как пытаюсь встать, но не держат ноги, подгибаются. Я кое-как встаю на колени. Хочется смеяться и плакать одновременно. На минуту кажется, я от страха обоссалась. Щупаю платье… Но нет, все в порядке, только в пылище извалялась.

Все же поднимаюсь, кое-как ковыляю к обрыву, чтоб посмотреть.

Даже не знаю, зачем мне.

На всякий случай глянуть – не лежит ли внизу тело?

На дракона посмотреть. Лучше уж видеть где он сейчас, чтобы без сюрпризов.

Руки трясутся.

И там, за воротами замка, сажусь на дорогу, потому что сил сейчас никаких, не могу стоять.

Вон он, вдали, кружит над городом.

Да, дракон кружит. Наверно я скоро перестану удивляться, что бы ни случилось. Дракон и дракон. Тут вообще непонятно что происходит.

Он же вернется? Или что мне делать?

Очень надеюсь, что домой меня все же вернут, хотя сейчас я не уверена уже ни в чем. Эта Шу захочет вернуть свое тело и значит… Да, думаю тогда и вернет домой. Важно, наверно, чтобы ее дракон не сожрал, а то я так и останусь. От такой мысли даже передернуло. Блин, какой ужас. Нет, я надеюсь, все будет хорошо, это скоро закончится.

Дракон над городом.

Интересно, он может ее узнать?

О-ох…

А красиво ж, черт побери… Вот отсюда, из Гнезда, такой невероятный вид на город, на море… ослепительно лазурное… Ох, я сто лет не была на море! Мой бывший все говорил – это пустая трата денег. Лучше на машину копить. Ему. И мы копили. А он машину так и не купил, просто деньги забрал. Но я тогда была готова отдать что угодно, лишь бы он исчез.

Ладно, это неважно уже. Вот тут, сейчас, точно не важно.

А дракон, тем временем, понимает, что ничего интересного он не высмотрит, перестает кружить и взмывает в небеса. Выше и выше. Я почти чувствую, как он яростно матерится там на своем драконьем. Его подставили, и он ничего не может сделать.

Отчасти я даже сочувствую. Он, конечно, то еще чудовище, и, возможно, заслуживает, но тут его подставили все равно. Невольно вспоминается, как он обнимал меня, так нежно.

Он поднимается высоко, так, что становится крошечной точкой в небе, где-то там, над морем. А потом, сложив крылья – камнем падает вниз. В воду. И поднимает брызги. Я даже вскрикиваю, чуть не вскакиваю на ноги. Но он выныривает и взмывает ввысь снова.

Вот, значит, как драконы со стрессом борются? Не посуду бьют, не кулаком об стену, а вот так ныряют.

Я сижу, смотрю.

Минут сорок, наверно. Я вполне успеваю отдышаться и прийти в себя.

Краем глаза замечаю, как какие-то слуги уводят лошадь, косятся на меня. Но ко мне не подходят, и я тоже не спешу к ним.

И что мне делать дальше? Тихо встать и вернуться к мужу? Да я вообще толком не знаю, куда идти. Да и далеко, сюда мы, все же, ехали верхом.

Просто сижу и жду дракона. Или уж утра тогда, утром мне обещали вернуть домой.

Хотя в животе слегка урчит и в горле пересохло. Я бы чего-нибудь попила.

Если есть слуги, то можно, наверно, пойти попросить воды.

Пока я размышляла, поняла, что дракон возвращается. О, ну вот, сейчас меня сожрут и проблемы решатся разом. Но как-то даже не страшно. То ли от того, что все вокруг слишком нереально, то ли я уже привыкла, то ли дракон все же не производит впечатления страшного хищника.

И летит точно ко мне.

Ближе.

О-ох…

Когда он подлетел совсем, я все же не выдержала, вскочила на ноги. Попятилась. В последний момент даже рванула к замку, забившись в проем ворот – там он меня сходу не схватит.

Но дракон только приземлился перед замком, поднимая тучу пыли, и, в момент касания, обернувшись человеком снова. Ух.

Это чуть успокаивает. С человеком проще.

– Эй! – машет мне рукой. – Я напугал тебя? Не бойся. Я не трону. Но нам нужно поговорить.

* * *

Поговорить, когда ты говорить не можешь – довольно сложно.

Особенно, когда надо как-то объяснить все это.

Я только стою, таращусь на него во все глаза, потому что страшно все равно. Вдруг он снова? И кто его знает, чего ждать? В этом мире мне пока еще никто ничего хорошего не сделал.

– Не бойся, – говорит дракон, подходит ближе, смотрит на меня. Разглядывает, словно пытается понять, что во мне не так. – Я ничего тебе не сделаю. Я только хочу разобраться, что произошло.

Я отступаю, вжимаясь в стену.

Только открываю рот, жестами пытаюсь показать, что не могу говорить.

Он долго смотрит на это, потом вздыхает. Хотя я вижу, что злой страшно, он раздражен, но держит себя в руках.

– Ты не можешь говорить, я понял, – кивает он. – До рассвета, скорее всего.

Я киваю. Хотя не знаю, до рассвета или нет.

– Устала? – говорит он примирительно. – Хочешь есть? Или чего-нибудь выпить? Раз уж так вышло…

Ноздри у него подрагивают.

Я есть хочу. И, наверно – выпить особенно. Просто чтобы хоть немного это напряжение и панику снять, а то руки трясутся все равно.

Киваю осторожно.

– Пошли, – говорит дракон, протягивает мне руку.

Но за руку его взять я не решаюсь. Нет. Ну его, дракона этого, кто его знает.

Он и не настаивает.

– Давай сделаем так, – говорит строго, – я буду спрашивать, а ты отвечать: «да» или «нет», кивать или качать головой. Хорошо?

Я кивнула.

– Вот… – дракон поджимает губы, носом воздух втягивает. – Ты знаешь Шайену?

Я мотаю головой. Не знаю.

Нет, я говорила с ней… Это ведь она была там в баре с зацепившейся цепочкой? Это все было не просто так. И потом, когда меня одевали к свадьбе – это она подходила и говорила, чтобы я не дергалась, если хочу домой?

Но это не значит, что я ее знаю.

Развожу руками.

Дракон чуть кривится, вздыхает снова.

Мы как раз поднимаемся на крыльцо. Дракон сам распахивает тяжелую дверь, не дожидаясь никого, жестом показывает мне – проходить. Пропускает вперед.

Внутри чуть темновато после яркого солнца и прохладно.

Пожилой дворецкий чуть в стороне кланяется, приветствуя нас. Но в целом замок выглядит скорее нежилым. Тут редко кто-то бывает?

– Вина и чего-нибудь поесть в мои покои, – требует дракон. Потом кивает мне. – Вон туда и наверх. Идем.

Я иду с ним.

По лестнице наверх чуть не спотыкаюсь, запутавшись в юбке, все же не привыкла в таком ходить. Да и нервы. Да и ступеньки высокие.

Дракон успевает поймать. И тут же отпускает, давая мне возможность просто держаться за него. Но я стараюсь не держаться. На это он чуть насмешливо фыркает, губа дергается.

– Сюда…

Его покои – просторный светлый зал с выходом на балкон и видом на море. Вот с этого балкона прям можно прыгнуть и полететь. А красота… И еще, похоже, учитывая их окна, здесь холодов не бывает. Да и зелень на улице такая, совсем южная. Теплое море…

– Садись, – приглашает широким жестом, показывая на диванчик.

Рядом небольшой стол.

Потом подтаскивает поближе еще одно кресло.

Садится, все еще внимательно разглядывая меня. Без всякого одобрения.

– Значит, Шу поменялась с тобой телами? Я знаю, что она может такое устроить, но раньше это не заходило далеко. Ты в ее теле, она в твоем?

Не в моем.

Я замотала головой. Мое тело вообще в другом мире. А эту Шайену… если это, конечно, она? Я видела здесь. Это она со мной говорила? Голос другой, но интонации те же.

И как-то не по себе от таких вопросов. Столько своих появляется…

– Нет? – удивляется дракон. – А как же? Ты – в ее точно. А она?

Я развожу руками. Что мне тут сказать?

Дракон задумчиво трет подбородок. Ему однозначно не нравится.

– Хорошо, – говорит он. – Я, честно говоря, не очень понимаю, но ты же знаешь, как это происходит?

Я мотаю головой снова.

Вот тут совсем по-дурацки себя чувствую, как русалочка из мультика, которая пытается объяснить что-то принцу, а выходит фигня.

Дракон хмурится.

– Шу может вселяться в других людей, – говорит он. – Обычно ненадолго, потому что душа, которой принадлежит тело, выталкивает захватчика назад. Да и свое тело пустым оставлять надолго нельзя, иначе оно умрет.

Вот тут я вздрагиваю. И сердце ухает и…

А что вообще с моим телом? В моем мире. Я не очень-то думала об этом, но что? Что с ним там? Если моя душа перенеслась сюда, то тело осталось там? Я потеряла сознание? Ох, ты ж… И хорошо, если его отвезли в больницу, а не прямо в морг. Хотя если оно живое… Я – живая…

У меня голова идет кругом. Никак все это не укладывалось.

Дракон наблюдает за мной.

– Ты этого не знала? – говорит он.

Я качаю головой. Да как я могла знать? Скажи мне кто-то такое еще вчера – я бы и не поверила! Я бы посмеялась.

Есть слабая надежда, что это сон, но чем дальше, тем меньше верится. Слишком долго не закачивается, слишком реально.

Дико так.

– Но ты все равно согласие поменять дала? – говорит дракон.

Я только моргаю растерянно.

Ну, как-то так. Она просила подыграть, но кто же знал?

– Ты плохо понимала, чем это для тебя кончится?

Вот тут я киваю. Усиленно киваю. Вообще не понимала.

И сейчас прямо слезы наворачиваются на глаза. Что мне со всем этим делать?

Дракон тяжело вздыхает. Потом хмуро трет колени ладонями. Потом встает. Идет куда-то к резному шкафу в глубине комнаты, копается там, достает шкатулку. А из шкатулки браслет.

И несет мне.

– Вот, – протягивает. – Надень и защелкни. Тогда никто не сможет отобрать у тебя это тело, никаким способом. И этот браслет с тебя силой не снять, он убьет того, кто попытается. Не смотри на меня так. Это важно. Если Шу не сможет просто самостоятельно занять это тело, ей придется прийти сюда. И тогда мы оба сможем поговорить с ней. Поймать ее в капкан. У меня к ней тоже много вопросов. И если уж она делает такое с другими, то и с ней стоит поступить так же, – дракон злорадно ухмыляется, я вижу острые клыки. – Не будем облегчать Шу жизнь. К тому же, если она вернется в свое тело, то может выкинуть твою душу, приоритет всегда у хозяина. Просто взять и выкинуть, а не вернуть назад в твое тело. А самой тебе вряд ли вернуться удаться, если тела не будет поблизости. Так что пусть хоть какое-то преимущество будет и у нас.

У нас с ним…

Да, я понимаю это. У него свои счеты. В этом деле мы временно на одной стороне, против Шу.

Он хочет отомстить ей в ответ? Но мне это пока только на руку.

Браслет кажется теплым. Тонкий, легкий, темный металл с причудливым орнаментом. Я кручу его в руках. Надеюсь, все именно так, как говорит дракон?

– Не бойся, надевай.

Ну, пожалуй… Какой у меня выбор?

Браслет плотно обхватывает руку, словно как раз по моему запястью сделан, не давит и не болтается. Щелкает застежка. Я замираю на мгновение, но ничего больше не происходит. Да, наверно, и не должно?

Смотрю на дракона.

– Ты, наверно, уже поняла, – говорит он, – у меня с Шу свои счеты.

И вот тут как раз приносят вино и всякой еды – целый поднос. И я понимаю, как страшно проголодалась.

Глава 3. Рассвет

Мы проговорили еще несколько часов. Хотя, конечно, «проговорили» – это сильно сказано, дракон спрашивал, я кивала или качала головой. Надо сказать, терпения ему не занимать, я бы так не смогла.

Он выяснил, что я из другого мира, драконов никогда не видела и вообще все это ново и странно для меня. Что мое тело осталось там. И да, подтвердил, что для меня это плохо, сама просто так я не вернусь, и, скорее всего, не смогу вернуться вообще, потому что в своем мире я умерла. Тело без души может продержаться до рассвета обычно, максимум сутки, если его оставили уже ночью, ближе к утру. В теории, если меня вернуть сегодня ночью, то еще можно успеть, если позже – то уже точно нет. Но как вернуть меня без Шайены – дракон не знал. Это запретная магия, у них такой никто не владеет.

Хотя, конечно, если про магию знают, то не такая уж она и запретная. Тем более, что даже браслеты у дракона есть. Но бежать куда-то, искать колдунов, чтобы мне помочь, дракон не планировал. Он планировал как раз сидеть здесь и ждать, когда Шайена придет. А она точно придет, потому что ей захочется вернуть свое тело.

И я с этим решением сделать ничего не могла.

С другой стороны, этой Шу торопиться некуда, потому что в ее теле я, а значит, оно в безопасности. Конечно, дракон может разозлиться и меня убить… но все мы, в целом, понимаем, что он такое не сделает. Не из-за меня даже, а из-за Шу. Ее убивать он не станет.

А как же я?

Глядя на мою подступающую панику, дракон только нахмурился, налил побольше вина и велел пить. И не дергаться. Мы сидим и ждем, когда она придет. Потому что найти ее, не понимая, как она может выглядеть – совершенно невозможно.

К вечеру меня напоили так, что я вырубилась на диванчике. Может, и к лучшему. Все равно сделать ничего не могла, а так хоть не дергаться и не думать.

А вот утром, на рассвете, я проснулась от того, что дракон орет на кого-то в окно.

С балкона.

Да и не орет, просто громко с кем-то разговаривает. С мужчиной.

А у меня дико трещит голова. Ох, я и влипла.

Значит, уже утро, а эта Шу не пришла? И что мне делать теперь?

Я села, потерла глаза. Пытаясь вслушаться, что там происходит.

Дракон мое шевеление увидел.

– Подожди, – громко велел кому-то там внизу.

Подошел ко мне.

– Что случилось? – спросила я.

Вышло хрипло. Но, вот черт, я могу говорить! Я чуть не подпрыгнула от этого открытия.

Дракон усмехнулся понимающе.

– Твой муж пришел, – сказал он. – Желает тебя забрать.

– Мой муж?

Вот черт! И что мне с этим делать?

– Как тебя зовут? – спросил дракон.

– М-марина.

Я смотрела на его, стараясь все это осознать. Вот сейчас, утром, когда немного улеглось, это пугало особенно. Потому что понятно было, что точно сном не окажется и надо что-то делать.

– Хорошо, – сказал дракон. – Еще раз расскажи, что с тобой произошло. Только кратко, там тебя уже ждут.

Я облизала пересохшие губы.

– Там, у себя, я отмечала развод… Ну, рассталась с мужем. Ко мне подсела девушка, мы разговорились, она тоже рассказала про своего бывшего и сложные отношения. Спросила не могла бы я немного подыграть, притвориться ей. Ненадолго. Мы немного выпили и… я ее отлично понимала… я согласилась. А потом оказалась здесь.

Дракон криво ухмылялся, чуть пренебрежительно. Хотя к кому это пренебрежение относилось, ко мне или к Шу… или это не важно? Сейчас не важно, наверно.

– А здесь ты ее видела?

– Да, – сказала я. – Когда меня одевали перед свадьбой, она подошла ко мне. Я уверена, что это она. Те же интонации, тот же голос. Она сказала, что если я буду вести себя тихо и все сделаю правильно, то утром меня вернут домой.

Дракон поджал губы, головой покачал.

– Не вернут. Я почти уверен, что уже поздно и там, у себя, ты умерла.

У меня внутри все похолодело. Очень страшно стало. До жути.

– И что мне делать?

С минуту, наверно, дракон молчал, глядя на меня. Он сам какой-то осунувшийся. Ночью не спал? В его глазах злость и сожаление сразу. Раздражение. Усталость.

– Не знаю, – сказал честно. – Не знаю, что тебе делать. Я не владею магией, никак не могу на это повлиять. Шу рано или поздно придет к тебе, захочет свое тело назад. Нужно говорить с ней. Но я бы не стал ей доверять. Тебе нужны гарантии… Не снимай браслет, так она сама ничего не сможет сделать. Если хочешь жить – не снимай, пока не будешь точно уверена, что тебе предлагают хорошие варианты. Это все, чем сейчас могу помочь.

– А какие могут быть варианты?

Дракон только руками развел. Он не знает.

И да, это точно не его проблемы, не его заботы. И все же: «Все, чем сейчас могу…» – это значит, что надежда есть? Не сейчас, так позже? Только зачем это ему?

Страшно. Но настолько дико и нереально, настолько за пределами обычной жизни, что просто чуть шумит в ушах, а бояться по-настоящему не выходит.

– За тобой пришел твой муж, – сказал он. – Хочет забрать тебя. По закону, я обязан вернуть на рассвете. Так что тебе придется пойти с ним.

А если я не хочу идти? Глупо, наверно, спрашивать. Если по закону так, то этому дракону, будь он хоть король, хоть кто, тоже неприятности не нужны. Я вижу, как он на меня смотрит.

– Идем, – говорит он. – И не бойся. Всегда можно найти выход.

* * *

Мой муж, Патрик… да, его зовут Патрик. Подозреваю, он тоже дракон. Вот сейчас, глядя на них рядом, на него и короля, я вижу, как они похожи. Даже не чертами лица, но чем-то мало уловимым. Рост, фигура, что-то такое в осанке… я даже не знаю.

А за ним еще несколько таких же. Да их тут целая стая!

Патрик стоял во дворе и ждал нас.

– Ну что, Эйгон! – шагнул вперед, широко и мерзко ухмыляясь. – Получил, что хотел?

Я вижу как лицо короля темнеет.

– Так ты все знал?! – и голос такой, что хочется вжаться в землю.

– Что знал? – удивляется тот. – Разве что-то не так?

И смеется.

Король подходит ближе, резко, страшно. Видно, что терки у них очень давние и точно не из-за меня, и даже не из-за настоящей Шу, там явно что-то большее. Они смотрят друг на друга, словно готовы броситься и убить.

– Значит, ты все знал, – ледяным тоном говорит король. – Что ж… Я запомню это.

– Да запоминай! Что ты мне сделаешь? Хочешь, чтобы кланы поднялись против тебя?

Король скрипит зубами, видимо там все сложно.

– Тебе нечего им предложить, – тихо и глухо говорит он. – Если было бы что, ты бы уже это сделал. Хватит угрожать. Хочешь вызвать меня на поединок, так вызывай. Но я тебя убью.

Спокойно. Веско. Даже я верю, что он это сделает.

Этот Патрик поджимает губы, зло… но я вижу, открыто пойти против короля он пока не готов. Кишка тонка. Не хватит сил.

– Девчонку я заберу, – говорит он. И кивает мне. – Ты! Пошли со мной.

* * *

Вот Патрик мне точно не нравится. Что-то в его взгляде. Он все знает, он с Шу заодно.

И сейчас схватил меня за руку, но тут же дернулся, заметив.

– Что это? – показывая мое запястье. Браслет.

– Подарок на память, – ухмыльнулся король. – Защита. Знаешь от чего? Ее не снять.

Патрика перекосило разом. Он тихо зарычал сквозь зубы.

– Снимай сам! Сейчас же!

– Зачем? – поинтересовался король. – И не стоит так орать. Или твои лорды уже все в курсе, что ты балуешься темной магией? А? – он вытянул шею, глянув на ожидающих в сторонке лордов. – Они знают? Сказать им?

Патрик зарычал куда отчетливее.

– Нет! – и дернулся, почти закрывая меня от лордов своей спиной. – Не смей!

– Да ну? – удивился король.

– Ты ничего не докажешь! – зашипел Патрик. – Я не виноват. Это все она! Я ничего не знал!

Как это удобно – свалить на отсутствующую Шу. Даже притом, что она точно виновата и я сама готова ее убить.

– И где она? – спросил король.

– Откуда мне знать?! Я думал, она с тобой! Ты же сам забрал ее!

Король только головой покачал.

– Ты все знал. Не притворяйся. Но мы еще это обсудим.

И да, я понимаю, что король этого так не оставит, но есть ли мне от этого какая-то польза? У меня вообще никаких прав, я вообще никто. Если меня выкинут из этого тела, то никто даже заметит. Никто не поможет, кроме меня самой.

Патрик потащил меня в сторону и буквально закинул на лошадь перед собой.

– Сиди и не дергайся! – велел он. – И чтоб молчала, поняла!

Я кивнула.

Да, пока лучше молчать.

На самом деле – очень страшно. Очень.

У меня не то, что никаких гарантий, я даже представить не могу, какие тут гарантии могут быть.

Что со мной будет?

На что мне надеяться? Ни на что?

Если этот Патрик все знает заранее, то он с ней заодно. И сейчас он захочет, чтобы его законная жена вернулась в собственное тело. Захочет ведь? Я-то ему зачем?

Я сижу перед ним в седле, и он обнимает меня, поглаживает живот, грудь. Фу, черт! Это совсем не так, как вчера меня обнимал король. Тот нежно так, скорее деликатно, а это просто лапает в наглую. Причем этот точно знает, кто перед ним.

Я попыталась было отстраниться, руки его убрать, хоть немного, но отодвинуться в седле некуда.

– Не дергайся, – велел Патрик мне на ухо. – Ты моя жена, и я могу делать с тобой все, что захочу. Хочешь вернуться домой? Тогда терпи и улыбайся. Я тоже хочу получить свое.

Вот сволочь.

– То есть, эта Шу тебе не дает?

Знаю, не стоило так, но я совсем не привыкла к подобному обращению. Это так мерзко, что хотелось хоть как-то… хоть что-то сказать.

Не стоило.

Потому что Патрик резко прижал меня локтем к себе, под ребра, так, что дыхание перехватило.

– А ну, заткнись! – велел он. – Чтоб больше ни слова не слыша, а то ребра переломаю.

Чуть отпустил и я с трудом выдохнула.

– Покалечишь свою жену? – спросила я.

– Все знают, что ты ведьма, сука! Мне только спасибо скажут.

Что же мне делать с этим?

– Я ведь не Шайена. Не я ведьма.

Он засмеялся.

– А кого это волнует? У нас тут народ простой, в такие тонкости вдаваться не будет. Если я скажу, что ты ведьма, тебя просто сожгут на костре. Хочешь на костер? Медленный, чтобы ты успела всю прелесть оценить? Или думаешь, я не сделаю этого? Да я женился только для того, чтобы трахнуть, а потом избавиться от тебя. Зачем мне такая жена? И мне без разницы кто ты на самом деле, потому что трахают не душу, а тело. Потому что я хочу получить эти сиськи, – он схватил меня за грудь, сжал, так что у меня слезы из глаз. – Вот эту задницу, и все это…

Он гладил меня одной рукой, во второй не забывая держать поводья.

Откинул волосы с моей шеи, поцеловал… как мерзко… Я попыталась дернуться было, но куда дергаться?

По щекам слезы. Я не могу так. И как остановить не понимаю.

И все, о чем думаю сейчас – лишь бы хоть Шайена появилась поскорее. Не знаю, что бы это дало мне, но… хоть что-то. Хоть что-то изменило бы. Я никогда еще не чувствовала себя такой беспомощной.

Дорога вниз, в город, показалась мне втрое дольше, чем мы ехали с королем наверх. Даже притом, что реально мы ехали куда меньше, особняк этого Патрика куда ближе к горам, чем храм, в котором у нас была свадьба.

Я не могла дождаться.

Хоть что-то…

У меня даже по сторонам смотреть не было сил, какие уж там виды!

А особняк огромный, сам почти дворец. Перед парадным подъездом мы остановились, мой муж спрыгнул на землю, грубо стащил, тут же взвалив на плечо, словно мешок.

– Пошли в спальню, моя радость! – и хлопнул по заднице, заржал. – Я уже заждался!

Пока тебя тащат вот так, вниз головой, на плече – тяжело дышать и кружится голова. Никаких сил.

И все же, единственное, о чем я думала – главное, чтобы не убил меня. Потому что жить очень хочется, и что б он ни делал там, я как-нибудь переживу, я все же не малолетняя девственница, я отлично знаю, как это бывает. Пусть грубо и противно, но ничего нового. Я переживу.

Я уже почти была готова…

Но тут, у дверей спальни нас встретила горничная.

– Заходи! – как-то очень резко и требовательно велела она. – Скажи всем, чтоб проваливали!

Шу?

Патрик напрягся тоже. Настоящая горничная никогда не станет разговаривать так.

И даже не стал возражать.

За нами дворецкий шел, нес там что-то… и кто-то еще. Патрик только махнул им: «Пошли отсюда!» И все разом исчезли.

Патрик занес меня в спальню, сгрузил на кровать.

Я скорее слышала, чем успела разглядеть, как та горничная за моей спиной захлопнула дверь. И даже ключ повернула.

Подошла.

Я лежала на кровати не шевелясь, почти не дыша, очень боясь привлечь к себе внимание, не понимая, что будет. Для начала хотелось хоть посмотреть.

– Ты молодец, – ухмыльнулась Патрику горничная, и эту улыбку я уже видела однозначно. – Привез мое тело назад. Как там Эйгон?

Провела пальцами, ладошкой по его груди, глядя снизу вверх.

И как-то так очевидно вдруг – этот Патрик тоже лишь пешка в игре, она его использует. Настоящие игроки только она сама и король.

Патрик скривился.

– Я еще не получил свою плату, – сказал он. – Все, как договаривались. Может, за дверью подождешь? Или ты хочешь смотреть?

Шу удивленно, чуть презрительно подняла бровь.

– Ты хочешь ее? Не меня?

– Я хочу это, – Патрик ткнул в меня пальцем. – Если заткнуть рот, то без разницы кто внутри. Мне плевать. А тебе я не доверяю.

Презрения на лице Шу стало куда больше, почти через край. Губа дернулась. И вот тут я отлично ее понимаю.

– Хочешь трахать куклу – пожалуйста, – резко сказала она. – Только не попорти. Если на ней хоть синяк останется, я тебя убью.

Патрик лишь ухмыльнулся в ответ, явно довольный ситуацией.

– Да, забыл сказать. Эйгон надел на нее браслет.

– Что?

Я видела, как лицо Шу разом побледнело.

Глава 4. Сомнения

Я действительно чувствовала себя куклой, на меня смотрели как на вещь.

Шу подошла ближе, села рядом со мной на кровать.

– Подожди немного, – велела Патрику.

Я тоже села, потому что валяться тут как-то совсем глупо. Шу внимательно смотрела на меня.

– Покажи руку, – мягко, чуть заискивающе попросила она.

Даже улыбнулась мне. Как будто всего остального и не было.

Ну, наверно, нет смысла прятаться, поэтому я показала. Узкий браслет на левой руке.

– Сними его, – предложила Шу, чуть небрежно.

– Нет, – сказала я, очень стараясь выглядеть спокойно. Не паниковать.

– Почему? – удивилась Шу. – Ты не хочешь домой?

Не только Патрик, я тоже ей не доверяю. Патрик наблюдал с интересом.

– Я хочу домой. Но ваш король, Эйгон, сказал, что уже поздно. И если меня не вернули до рассвета, то там, в своем мире я умерла. Мне некуда возвращаться.

Шу тихо засмеялась, не зло, скорее снисходительно, словно я какую-то дикую глупость ляпнула, но исключительно по наивности. Глянула на Патрика, так, словно удивляясь: «Ты только посмотри на нее!» Патрик стоял рядом, сложив руки на груди.

– Эйгон ничего не понимает в перемещении между мирами, – сказала Шу. – Время идет не одинаково. Я могу переместить тебя ровно в тот момент, из которого забрала. Туда в бар, за столик. Ты и моргнуть не успеешь, для тебя этого путешествия словно и не было. Память останется, но словно все было сном. Сними, и я сделаю.

А если это правда?

И закололо в груди. И радость мелькнула, и ужас сразу. Потому поверить ужасно хотелось, но проверить я никак не могла. Слишком много всего случилось. Ставки слишком велики.

Руку с браслетом все же прижала к себе. Что если это не так?

– А если Эйгон прав?

Шу передернула плечами.

– А он не сказал, что проблемы будут и так? Что это не твое тело, так что скоро оно начнет тебя отторгать и разрушаться. Конечно, с тобой оно продержится дольше, чем совсем пустое без души, но срок все равно ограничен. Месяц, два, может быть даже полгода. А потом ты начнешь умирать, медленно и мучительно. Сама начнешь искать меня, просить вернуть назад. Но проход между мирами недолговечен, он скоро закроется, и вернуться будет невозможно. Я бы не советовала тебе тянуть.

А Патрик смотрел на нас и ухмылялся.

Я не понимала, как быть. Внутри все сворачивалось и ныло.

– Почему я должна верить тебе?

– А почему ты веришь Эйгону? Он красивый мужик, таким верить хочется. Но, а что еще? – сказала Шу. Помолчала, давая мне возможность подумать. – Да, у нас с ним свои счеты. Мы очень давно друг друга знаем, ты, вероятно, уже поняла это. Еще до того, как он стал королем. Я поддерживала его, была рядом, делала все, чтобы он мог достичь своей цели. Он ведь не принц по рождению, не должен был королем стать. Но стал. И как только всего добился, выкинул меня прочь. У него новые любовницы и новая невеста. Но и меня отпускать не хотел. Я же ведьма, я могу помочь ему. Когда я попыталась уйти от него, выйти замуж за одного мальчика при дворе… – Шу с таким искренним сожалением прижала руку к груди. – Томми так любил меня… Он сразу предложил мне стать его женой. Но Эйгон убил его. Потому что он никому не позволит.

Даже губу закусила. Но она переигрывала, как по мне. Что-то не так, я не очень верила. То есть, вероятно, правда в этом была, но не все так однозначно.

Шу оглянулась на Патрика, тот криво ухмыльнулся.

– Поэтому ты вышла за меня, – сказал самодовольно. – Мне он ничего не сделает.

– Да, – улыбнулась Шу. – Патрик ему не по зубам. Патрик глава клана и очень силен, Эйгону с ним не справиться. Но Эйгон не мог просто смириться, поэтому объявил о праве первой ночи. Чтобы не уступать и все равно урвать кусок. Даже там, где его совсем не хотят.

«Да я женился только для того, чтобы трахнуть, а потом избавиться от тебя».

Что-то мне подсказывалось, планы Шу насчет Патрика ничем в циничности не уступают. Не похожа она на жертву.

И, вероятно, все трое тут стоят друг друга.

– Мне не стоит верить Эйгону? – осторожно спросила я. – Но зачем ему врать?

– Он хочет отомстить мне, – Шу развела руками. – Злится, что я его обманула, что после свадьбы он получил не меня. Жаль, я не видела его лицо, когда он осознал подмену! – она засмеялась. – Прости, что втянула тебя в это, но с тобой ведь ничего не случилось. Я уверена, Эйгон не тронул тебя, у него свои принципы. Ему нужна я, а ты, уж прости, ему не интересна. А теперь я могу вернуть тебя домой, и все это останется для тебя только сном.

Я посмотрела на Патрика. Он ждал. Он собирался получить свой приз в этой игре.

И если я откажусь сейчас, если не сниму браслет, то ему достанусь я. И мне этого совсем не хочется. Я смотрю на него и… нет, не хочется совсем.

Но если я соглашусь, и если Эйгон прав – я просто исчезну. Умру. Моя душа лишится тела, и сама я этим делать уже ничего не смогу. Да, тело не мое, но другого у меня нет.

Я не знаю, как решить это.

Никаких гарантий.

Патрик ухмыляется.

– Давайте, решайте уже, а то я заждался.

Меня передергивает. Настолько, что я почти готова.

Вот только, если я сниму браслет, обратного пути не будет. Я уже ничего не смогу изменить. А если не сниму, то у меня будет время. Да, конечно – Патрик… Но Патрика я как-нибудь переживу. В конце концов, после моего бывшего, меня уже сложно напугать. Нет, бывший, конечно, маньяком не был, и секс у нас был так себе, ничего примечательного. Но вот как раз та ситуация, когда ты лежишь под ним, поглядываешь на часы, ждешь, когда закончится и думаешь: «Лучше бы книжку почитала».

Но не убьет же меня этот Патрик.

А вот Шу может и убьет.

Голова идет кругом.

Хочется расплакаться, на самом деле, и ничего не решать.

– Ну? – говорит Шу требовательно. – Давай, снимай его. И домой.

Ее глаза жадно поблескивают. Никакого сожаления в глазах.

Я ей не верю. Вот не верю.

– Нет, – говорю я, понимаю, что подбородок дергается, хочется расплакаться. – Не сниму. Я не верю.

Взгляд Шу леденеет.

– Что ж, – говорит она, вставая. – Тогда я ничем не могу помочь. Патрик, тогда она твоя. Развлекайся.

У меня сердце в пятки уходит. Нет-нет-нет… Я не хочу.

И так хочу остановить, снять, отдать, и чтобы этого не было… боже мой!

А Патрик подходит ближе, расстегивает штаны. Вот прямо так, сразу…

Хочется зажмуриться.

За что мне все это?!

И тут за окном трубит рожок. Громко, требовательно.

– Какого хрена? – возмущается Патрик, оборачивается к окну. – Что ему еще?

* * *

Рожок настойчиво трубит снова, зовет.

– Его величество, король Эйгон Ри’Мооран! – поставленный громкий голос со двора.

Патрик грязно выругался.

А вот Шу смешно.

– Он не успокоится, – сказала она. – Он упрямый, каких еще поискать.

– На что он надеется, интересно?

Шу только плечами передернула.

– Спроси и узнаешь. Он уже все равно уже прилетел.

– Тебе весело, да? Весело? Во что ты меня втянула, сучка? Ты пойдешь со мной! И будешь сама с ним объясняться!

– Ты испугался? – она удивилась, усмехнулась. – Я думала, ты его не боишься! Ты мне зря рассказывал, что с тобой ему не справиться? Думаешь, он тебя убьет?

Патрик глянул на нее зло, и вдруг резко, буквально одним широким шагом оказался с ней рядом. И так же резко, наотмашь, ударил по лицу.

– Вот тварь! – зарычал он. – Думаешь, мне эти неприятности нужны? Что ты с ним сделала, что он так за тобой бегает?

А Шу не боялась. Она только плюнула ему в лицо, и он снова ее ударил. Рывком прижал к стенке, за горло схватил. А она только криво и насмешливо ухмылялась. Ну, так, как только можно ухмыляться, когда тебя держат за горло. Не сдаваясь.

– Я так хороша в постели! – хрипло выдала она, когда он чуть отпустил. И засмеялась. На губах кровь, и смех вышел особенно дико.

И вдруг тело горничной разом обмякло, повисло на руках Патрика.

А потом она вздрогнула, всхлипнула как-то совсем иначе. С ужасом уставилась на него.

– Господин! Господин, что происходит?

Чуть не плача.

Патрик выругался снова. Потому что выходило – Шу горничную бросила.

И где она сейчас?

Мне как-то даже не по себе. Потому что я, хоть и совсем не хочу этого, но оказалась замешана. Мне никуда не деться, я крайняя в любом случае. У них тут такие разборки, ведьма, драконы, и как-то я среди них. И все они что-то от меня хотят. Даже если не от меня, то я все равно не могу в стороне остаться.

Патрик обернулся ко мне. Потом отбросил горничную в сторону. Она упала на колени, всхлипнула, схватившись за разбитое лицо.

А Патрик пошел на меня.

– Знаешь что, Шу! – сказал громко, доставая нож, озираясь, словно надеясь увидеть кого-то еще в комнате. – Ты наверняка слышишь меня! Никаких глупостей больше! А то я изрежу твое тело на куски! И тебе некуда будет возвращаться!

Он подошел ко мне, схватил за волосы, заставляя встать ближе к нему, задрать голову. Приставил нож к моему горлу.

– Ты хочешь этого, Шу?

Я поняла, что дрожат губы. Что мне делать? Что мне сказать, чтобы отпустили? Или все мои слова вообще не имеют смысла?

– Пожалуйста, не надо! – только и смогла выдавить я. Всхлипнула.

Краем глаза видела, как горничная как-то странно задергалась, упала на пол, потом выгнулась колесом, забилась в судорогах. Но недолго. Потом затихла. Подняла голову.

– Только тронь мое тело, и Эйгон тебя убьет! – спокойно и холодно сказала она.

И снова упала.

Лицо Патрика перекосило от ярости.

Он долго смотрел мне в глаза, что-то свое решая. Потом поднял нож, повертев перед моими глазами, чтобы я все отлично видела. Я видела и так. Расплакаться хотелось.

А потом приложил лезвие к моей щеке и резанул. Я вскрикнула, за лицо схватилась. Потекла кровь.

Он отшвырнул меня в сторону.

– Вот тварь, – процедил сквозь зубы. – Тебе на память!

Потом глянул на окно. А там ведь король, и он уже ждет.

Застегнул штаны, поправил ремень на ходу.

– Мы еще не закончили, – бросил мне. Хотя я не очень уверена, к кому он обращался.

И вышел, хлопнув дверью. Щелкнул ключ.

Я осталась сидеть на полу, зажимая щеку. Крови было много, хотя я трогала и понимала, что там скорее царапина и заживет, ничего страшного. Но горело все равно. И обидно было до слез. Меня-то за что? Или это для того, чтобы я сдалась быстрее?

Надо успокоиться.

Я не представляю, что делать. Но для начала точно надо успокоиться.

Поискала глазами то, чем можно кровь остановить. Не перевязать, но хоть прижать. Ничего подходящего сразу на глаза не попалось, поэтому я взяла подушку, вытряхнула из наволочки и наволочку скомкала, приложила к щеке.

Больно.

И страшно безумно.

Как же мне хочется домой!

Горничная слабо дернулась на полу. Перевернулась на бок, подтянула ближе ноги, сжимаясь. Зажмурившись. Я видела, как из носа вытекла капля крови.

Она сейчас настоящая горничная или Шу? Как это понять? Жалко ее очень. Но еще больше жалко себя. Ей поиграют и бросят, а у меня выбора нет.

Так…

Нас с ней в комнате закрыли. Хотя бежать мне, наверно, все равно некуда. Даже если я убегу, то что дальше? Куда мне? Ведьма наверняка меня найдет. Я…

И тут дикий рев снизу. И грохот. Удар. Такой, что содрогнулись стены. Потом еще удар и снова рев.

Что же они делают там? Два здоровенных страшных дракона. Да он все разнесут.

Что-то мелькнуло у окна, я не разобрала, подошла ближе, все так же, прижимая наволочку к щеке. Попыталась выглянуть. Но это окно закрыто и открыто не получается.

Нет, отсюда не разобрать. Я видела какое-то движение во дворе, кто-то куда-то бежал. Но мне это ни о чем не говорило. И даже если они передерутся там, то что мне это даст? Скорее всего ничего.

Щека ныла, хотя кровь, кажется, начала немного останавливаться.

Спокойно…

Я подошла к горничной, присела рядом.

– Эй, – позвала тихо, коснулась ее плеча.

Она вздрогнула, в ужасе попыталась отодвинуться от меня.

– Нет, нет, пожалуйста! Хватит…

– Я не Шайена, – шепотом сказала я, поняла, что говорить больно, щека болит. Но все равно придется. – Я застряла в ее теле и не могу вернуться. Я не обижу тебя.

Горничная повернулась ко мне, посмотрела. Что-то такое в ее глазах… и мне не по себе.

– Не-ет… – шепотом, с ужасом сказала она. – Ты ведьма! За что ты так со мной?! Не трогай меня!

И дернулась, попыталась встать, поскользнулась, на четвереньках поползла прочь.

– Я не Шайена!

Но толку от этого никакого.

Она забилась в угол, вжалась. Я осталась стоять.

– Не подходи!

Слезы в ее глазах.

Все же, как доверять Шайене после такого?

А за дверью, там где-то в коридоре, вдруг топот. Кто-то бежит. И не один кажется. Все ближе.

Я прислушиваюсь, замираю. Это ведь сюда?

И тут – удар! И в щепки разлетается дверь.

Глава 5. Торг

Эйгон в проеме двери. Злой, взъерошенный.

– Где она?! – орет с порога.

Я поднимаюсь на ноги. Не очень понимаю, стоит мне радоваться или пугаться. Что-то подсказывает, Эйгон пришел не за мной. Он ищет Шайену. Ради меня он не стал бы так вышибать дверь. Меня он, по сути, вообще не знает.

Он думает, что если она не пришла ночью к нему, то сюда точно должна явиться? Она и явилась…

– Я не Шайена, – сказала тихо.

Неожиданно чуть кольнуло в груди. Ради меня никто никогда не вышибал двери. То есть, мне оно и не надо, но обидно все равно.

Эйгон подошел. Близко, пристально глядя на меня. На наволочку в моей руке с пятнами крови.

Встал рядом. Молча. Тяжело дыша после бега. Руку мою от щеки убрал, рассматривая. Я видела, как глаза его зло потемнели, как зубы сжались.

– Патрик? – спросил только.

Я кивнула.

У дракона крылья носа дернулись, он обернулся.

Патрик стоял в проеме двери. Тоже злой, но и слегка напуганный, растерянный вместе с тем. Только под моим взглядом выпрямился, разом стараясь принять надменный вид.

Эйгон смотрел на меня.

– Болит? – спросил он тихо.

– Да, – сказала я. – Не очень, но… болит.

Поджала губы. Мне точно не в чем оправдываться.

Я не Шайена. Хочется повторить, но он понимает и так.

Эйгон и так смотрит уже за мое плечо, туда, где у стенки лежит горничная. Она тоже на него внимательно смотрит.

Потом Эйгон обводит взглядом спальню, словно ища кого-то.

– И к чему все это было, Шу? – громко спрашивает он. – Чего ты добилась?

Ждет ответа. Желваки так и ходят.

Горничная садится, поправляет волосы, небрежно откинув с лица.

– Мне нравится смотреть, как ты ломаешь чужие двери, – сказала она, ухмыляясь.

Эйгон повернулся к ней, но не сделал и шага.

– Тебе не кажется, что это уже слишком? – спросил холодно. – Пока касалось только нас с тобой, я еще мог понять. Хочешь побольнее ударить меня? Что ж, попробуй, у меня тоже есть, чем ответить. Но зачем вмешивать посторонних людей?

– Тебе жаль эту бабу? – удивилась Шу. – А Томми тебе не жалко было? Томми так искренне любил меня, такой чудесный мальчик, так желал мне помочь. А ты…

Эйгон скривился.

– А я давно уже не мальчик, – сказал он. – Я бесчувственная свинья. Том понимал, во что лезет, а если не понимал, то он идиот.

– Он любил меня!

Скривился еще больше. Окинул ее взглядом.

– И что? – Эйгону на чувства того мальчика было плевать. – Что ты собираешься делать дальше, Шу? Что дальше? Чего ты этим добилась? Сама загнала себя в ловушку.

Она поднялась на ноги, поправила платье.

– Зачем ты надел на нее браслет? – спросила, подходя ближе, глядя Эйгону прямо в глаза.

– Затем, что ты заигралась, Шу. Хватит.

– Так ты это не остановишь, – сказала она, и тут выглянула из-за его спины, глянув на меня. – Вот видишь! Он сделал это не для тебя, а чтобы отомстить мне! А я могу вернуть тебя!

Закололо сердце. Что если это действительно так?

– Она не вернет, даже не думай, – бросил Эйгон не оборачиваясь, глядя только на Шу. – Ей плевать на тебя. Даже если сможет, не сделает этого, просто выкинет из своего тела.

– Не суди людей по себе, Эйгон, – Шу погладила ладошкой его по груди, мягко так, почти игриво, он даже не дернулся.

– Я тебя слишком хорошо знаю, – сказал тише.

– А давайте мы сделаем так, – подал голос Патрик. – Ты заберешь свою ведьму, мне оставишь мою жену. И мы просто тихо разойдемся. Зачем нам обоим нужны неприятности?

Эйгон обернулся, глянул на Патрика, на меня.

– Ее? Зачем она тебе?

– Она моя жена, – Патрик развел руками чуть насмешливо. – Я имею право.

– Ты женился не на ней.

– На ней, – не согласился Патрик. – Именно она стояла перед алтарем. Между прочим, Шу обещала, что даст мне поразвлечься!

Усмехнулся мерзко.

Я видела, как темнеет у Эйгона лицо. Ярость подступает.

– Ублюдок… – плюнул сквозь зубы.

– Да, – весело согласился Патрик. – Только я имею на это полное право. А вот ты не имел права вторгаться в мой дом. И даже кровь, – он поднял, показывая запачканный моей кровью рукав рубашки, – не имеет никакого значения. Потому что я имею право бить свою жену, если она этого заслуживает. И даже убить имею право. И ты не имеешь права мне мешать. Зачем ты сюда приперся?

– Поговорить со мной, – Шу с улыбкой подалась вперед, почти обнимая Эйгона. – Я же не пришла к нему в Гнездо. Поэтому он решил прийти сам. Он знал, где меня искать.

Эйгон поймал ее за руки, отстранил.

– Хватит.

– Что? – удивилась Шу. – В этом теле я тебе не нравлюсь? Верни мое!

– Это уже не от меня зависит, – сказал Эйгон.

– Как это удобно, снять с себя ответственность, – фыркнула Шу. – Скажи ей, что если она не отдаст браслет, то ты разозлишься, обернешься драконом и сожрешь ее. Нет? Тогда Патрик сожрет. Только сначала отымеет хорошенько, он давно этого ждет. Совсем заждался. Потом отдаст своей страже, пусть развлекутся тоже. А потом уже сожрет… ну, то, что останется. Она хочет такого?

Шу, ухмыляясь, посмотрела на меня.

Честно говоря, мороз по коже. Так, что ноги подкашиваются. И как мне этому помешать?

А если браслет отдать, то велика вероятность, что просто умру, мою душу выкинут из тела и… Что дальше?

Эйгон зарычал, так низко, зло и угрожающе. Повернулся к Патрику.

– А знаешь, – сказал он, – я решил не отдавать тебе твою жену, оставить себе. Она мне понравилась сегодняшней ночью, такая ласковая, – в голосе скорее сарказм, но это очень страшно. – Я имею право отбить ее. Так что я вызываю тебя, Патрик Даг’Кхар на поединок. Но можешь просто уступить, если боишься.

Глава 6. Поединок

Я видела, как побледнел Патрик.

Очень старался выглядеть равнодушно и даже надменно, но бледнел все равно.

– Сейчас? – спросил только, немного глухо вышло.

– Сейчас, – согласился Эйгон. – Давай уже решим это. Зачем тянуть?

– Из-за девки? Хочешь забрать? Зачем она тебе?

Эйгон покачал головой.

– Нет, не из-за нее. Мне просто не нравится вся эта история. Поэтому я хочу вмешаться и сделать по-своему. Только и всего.

– Или умереть? – хмыкнул Патрик.

– Если умру, сожаления меня тоже мучить не будут, – согласился Эйгон. – Мертвым все равно. А больше терять мне нечего.

Небрежно. Показная небрежность, кончено, но он уверен в своих силах. Абсолютно уверен. Вероятно, причины у него есть. А вот Патрик – нет.

И, конечно, не во мне дело. Не во мне самой, он меня даже не знает. Дело действительно в том, что дракон хочет все контролировать.

И, возможно, для меня это шанс. Потому что если меня оставят Патрику, то хорошего ждать нечего.

Шу протянула руку, погладила Эйгона по плечу.

– Убей его, – горячо сказала она.

– Это ведь и был твой план? – сказал он. – Ты выходишь замуж за Патрика, а я убиваю его, и ты снова свободна. Ведь так? Все остальное, только чтобы позлить.

Шу дернула плечом. Улыбаясь. Невинно улыбаясь так.

– Да. Все, как я и планировала.

Я видела, как Эйгона даже передернуло, он вытянулся, руки зачесались кого-нибудь ударить.

– Идем! – кивнул Патрику. – А ты… Как там тебя? Марина. Оставайся здесь, не вздумай сбегать.

Дверь уже не запереть, поэтому нас с Шайеной просто оставили. Но она побежала следом, ей хотелось все видеть. От нее никто не требовал оставаться здесь. На прощание бросила на меня полный ненависти взгляд. А я… Мне, конечно, тоже очень интересно, и это очень важно для меня. Наверно даже, для меня важнее, чем для всех остальных.

Но я осталась, мне лишние неприятности не нужны. Я точно ничего не смогу изменить. Так что лучше не лезть. Подождать.

Да, мне только ждать оставалось. Болеть за Эйгона, надеяться, что он победит. Потому что с ним у меня еще хоть какая-то надежда. А с Патриком – точно никакой.

Можно, конечно, попытаться убежать и спрятаться, но что это мне даст? Как мне прятаться и как жить в чужом мире? Одной мне здесь не выжить.

Так…

Они ушли, а я без сил опустилась на кровать.

Надо подумать. Просто даже о том, как дальше себя вести.

Смешно, я оказалась между двумя драконами. Они делят меня… пусть не меня даже, но вот эту шкурку делят. А я просто… вот так, оказалась в этой шкурке.

Как это меня угораздило?

Щека глухо ныла. Главное поменьше открывать рот и вообще лицом поменьше двигать. Не улыбаться… Но улыбаться у меня пока и так поводов нет.

Посидеть и успокоиться.

Очень хотелось довериться Шу, хотелось, чтобы она перенесла меня домой. Но после всего, что видела, доверять было страшно. Нет, я ей не доверяла. Если ошибусь – обратного пути у меня не будет.

Из оставшихся вариантов – надо как-то наладить отношения здесь. С Эйгоном можно договориться, я уверена. Найти какое-то решение, которое устроит нас обоих. Он производил впечатление человека спокойного и здравомыслящего.

С Патриком договориться не выйдет. Разве что попытаться понравиться ему, чтобы он не слишком жестоко обошелся со мной. Найти причину, по которой я могу быть ему нужна. Но это все равно, что пытаться договориться с маньяком.

Голова уже шла кругом.

На самом деле, больше всего хотелось лечь и пореветь. Но этого точно не стоит делать. Это значит – окончательно расписаться в своей беспомощности.

Я что-нибудь придумаю.

А пока – понять, кто победит.

Я прислушалась.

Там тихо. Долго тихо.

Потом словно тяжелые глухие шаги откуда-то со двора. И страшный рев.

И тут же ревут трубы. Видимо, начало поединка.

Я все же подхожу к окну, выглядываю.

Мне ничего не видно отсюда. Но я слышу топот снова, а потом хлопанье крыльев. Они летят. Вон, они – два дракона в небе, они черный, и второй белый, чуть серебристый. Сложно разобрать, что они делают там, сначала белый летит вверх, а черный за ним, словно пытаясь ухватить за хвост. Потом немного расходятся, и несутся друг на друга снова. Сцепляются там в небе, хлопая крыльями. И оттолкнувшись, разлетаются снова.

Мне страшно смотреть на это.

И дико. Драконы дерутся.

Я слышу отдаленный рык. Вижу, как они налетают друг на друга, стараясь повернее ухватить. Зубами, когтями рвут. Кружат там.

Яркое солнечное небо, такое яркое, что от напряжения аж слезы из глаз.

В какой-то момент я зажмуриваюсь, пытаясь немного передохнуть, но тут слышу рев такой отчаянный, полный боли, что почти подскакиваю на месте.

Вижу, как они снова сцепились в клубок. Но крылья белого дергаются все судорожнее, почти не держат. И тут они вместе начинают падать. Черный пытается то ли оттолкнуть белого, то ли удержать, но они падают вместе. Вес двух драконов слишком велик для одних крыльев.

Падают.

Не камнем, но все равно…

Сердце замирает.

Потом глухой удар.

Чей-то вскрик, но человеческий. Какие-то голоса со двора.

Вдруг мелькает мысль – а если они оба погибли? Что мне делать?

Но нет ведь, вряд ли. Это как-то слишком. Я видела, что черный еще пытался лететь. Черный – это Эйгон, точно. Значит, надежда у меня есть.

Мне бежать туда или… Очень хочется бежать.

Но я жду.

Долго, кажется, бесконечно долго, прислушиваясь к каждому звуку. Грызу ногти.

Потом голоса внизу, уже во дворце.

Они идут сюда. Да, кто-то точно сюда идет.

– Я ее забираю! – слышу глухой резкий голос Эйгона.

Еще немного, и я вижу его. Он в крови, одежда разорвана, в волосах кровь. Но на ногах стоит уверенно, идет широким быстрым шагом. За ним бегут слуги и эта горничная, Шайена.

Он меня заберет.

* * *

– Тебе стоило убить его! – кричала Шайена ему вслед.

Он долго не оборачивался, делая вид, что не слышит, что ему все равно.

– Ты ничего не можешь довести до конца! – закричала она.

Он резко обернулся, схватив ее за горло. Так, что Шайена вскрикнула, дернулась.

– Мне следовало убить тебя, а не его! – зарычал Эйгон. – Это ведь был твой план! Твой! Убить еще тогда, когда ты пришла ко мне в Ольсен! Когда все началось! Не слушать тебя. Не знаю, околдовала ты меня, или я просто дурак… Но где-то ты просчиталась, и теперь твои чары больше не действуют.

Тряхнул ее.

– Убей! – усмехнулась она, так страшно, ухмылка словно чужая на лице. – Ты не сможешь! Я просто брошу это тело и найду новое! И потом снова! И превращу твою жизнь в ад! Ты пожалеешь!

Какие интересные у них, однако, отношения!

Она засмеялась, и вдруг повисла на его руках, потом вздрогнула, испуганно уставившись. «Господин…» – только и шепнула.

Эйгон выругался, поставил ее на ноги, чуть придержал, чтобы не упала. Потому что ясно, что сама Шайена покинула тело, оставив горничную.

Сбежала.

Выругался, развернулся, направился ко мне.

– Идем, – бросил резко.

Куда мне деваться, я пошла за ним. Почти бегом, потому что за ним сложно успеть, он шел быстро. Не останавливаясь, даже не особо заботясь о том, где я. Он просто уверен, что я никуда не денусь. Мне некуда деваться.

Все повторяется.

Это как-то безумно. Они таскают меня туда-сюда. Словно игрушку. Делят что-то свое, решают свои дела.

– Что теперь? – спросила я.

Он скривился. Я вижу, для него это тоже вопрос. Он такого не планировал.

– Не знаю. Пока ты пойдешь со мной, а там разберемся.

Наверно, надо бы помолчать, но у меня просто нет сил. Я сама на грани истерики, мне хочется хоть что-то понять.

– А ты убил его? Патрика?

Чувствую, как Эйгона передергивает.

– Нет, – и засопел сердито. – Не знаю. Он дышал еще, когда я уходил. Может, и надо было добить…

– Тогда, думаю, проблем было бы больше.

Он фыркнул, с таким выражением, что много ли я понимаю.

Я не понимаю, конечно, тут свои правила. Но убийство лорда, тем более главы клана, вряд ли нормальное дело, даже для короля. А, может, и нормальное? Кто этих драконов знает. Может, кто сильнее, тот и прав, если такие поединки вообще в рамках закона.

Вниз и во двор.

По дороге Эйгон наорал на какого-то человека, дракона помельче, вроде родственника Патрика. Тот выскочил за ним, пытаясь кричать, что так это не оставит, что соберет Совет и Эйгона казнят за такое. Что Эйгон вторгся в дом и убил… Покалечил! Это неважно! Он не имел права! Эйгон рявкнул, что это был поединок, и тот пусть заткнется. Если хочет, пусть жалуется, кому угодно! А сейчас проваливает.

Тот совсем проваливать не хотел, хотя и лезть под горячую руку тоже боялся. Так что только долго и грязно ругался, насылая на короля все возможные проклятий. Шел следом и ругался. Эйгон снова делал вид, что глухой.

– А где теперь Шайена? – меня что-то от нервов тоже тянуло поговорить, тем более, что мне Эйгон пока отвечает. Пусть скупо и не очень охотно.

– Не знаю. Она же бросила девчонку и сейчас может быть где угодно. Но она в любом случае еще придет к тебе.

Ко мне. За мной. И что мне делать?

Но об этом, конечно, не узнать.

– А чего хочешь ты? Зачем я тебе? Тебе нужно ее тело. Чтобы она пришла к тебе?

Он вздыхает.

Молчит.

Молча запихивает меня на лошадь.

– Залезай, – сквозь зубы.

Не обнимает больше, это понятно, но все равно аккуратно придерживает, чтобы я не свалилась.

– А она правда не сможет вернуть меня назад? – попыталась я. – Она сказала, что может переместить в тот же момент, что в разных мирах время идет не одинаково.

– Не знаю, – огрызнулся Эйгон. – Хочешь рискнуть – рискни. Она обязательно еще придет с этим. Это твоя жизнь.

Он не верит, но и не знает наверняка. Вряд ли перемещения между мирами у них тут обычное дело.

– Ты дал мне браслеты…

Он глянул на меня так, словно желая, чтоб я куда-нибудь провалилась. Но ведь я не виновата. Я не по собственной инициативе здесь.

– Ты ее любишь?

А вот этого, конечно, спрашивать не стоило, он зло засопел мне над ухом. Даже не засопел, зарычал, так что разом стало не по себе.

Но после всего пережитого сопением меня уже не напугать, меня чуть отпустило и невыносимо тянуло поговорить.

– Какая разница? – буркнул Эйгон. – Прекрати.

Значит: «да».

– Ты бы хотел, чтобы она вернулась. По-настоящему, в своем теле?

– Если вернется, я ее придушу. Своими руками. Хватит ее игр с меня! И твоей болтовни тоже хватит.

– То есть, она так и будет прыгать между разными телами? Пока не добьется своего?

Дракон засопел еще злее.

– Чего ты от меня хочешь?!

Зарычал.

Ладно, я все же помолчу, а то тоже попаду под горячую руку.

И все равно долго молчать не вышло.

Вернее, все вышло не так.

Мы выехали за город. И немного по дороге в горы.

А потом, в каком-то безлюдном месте он свернул в сторону, отъехал куда-то к камням. Спрыгнул.

И пошел куда-то в сторону.

Заревел угрожающе.

Я видела, как ему очень хочется выплеснуть злость и ненависть, что поединка ему не хватило и надо еще. Слишком много накопилось. И очень хочется кого-то убить.

Со всей дури Эйгон ударил кулаком о высокую сосну, так, что та закачалась.

Потом прислонился к сосне любом. Тихо застонал.

– Эй, – я спрыгнула тоже, подошла. Правда, на безопасное расстояние, насколько это возможно. – Я могу чем-то помочь?

Он развернулся ко мне.

– Помочь? – злость сквозь удивление. – Чем ты можешь помочь?

– Не знаю, – сказала я. – Раз уж так вышло, что я застряла здесь, с тобой… Может быть, я могу что-то сделать? Мне ведь все равно никуда не деться. Поверь, я бы хотела, но не могу.

Он покачал головой.

– Если не сделать, то хоть говорить, – сказа я тише, примирительно. – Иногда, знаешь, бывает, что когда кому-то рассказываешь свои мысли, они сами собой встают на место. Это помогает найти решение. Нет, я не помогу, конечно. Но ты сам сможешь. Что ты теряешь?

Он долго смотрел на меня, разглядывал. Так, словно видел впервые. Словно я впервые заговорила.

– Зачем это тебе? – спросил настороженно.

– Ну, не знаю. Самой понять, куда я попала. Что вообще происходит? Как вышло, что вы так яростно пытаетесь отомстить друг другу?

– Яростно… – он фыркнул.

– Не то слово, – сказала я.

Глава 7. Ведьминские чары

Она ведь совсем другой была…

Или дело даже не в ней? В Эйгоне тоже.

Сам Эйгон не принц, но племянник короля Харбина, он никак не должен был стать королем. Второй сын его старшей сестры. Сестра вышла замуж за герцога и уехала на юг, в Капаленсию. Эйгон даже герцогом и главной клана стать не должен был, это досталось его старшему брату.

И да, брат его в итоге не поддержал, но и против не выступал, сейчас отношения у них сложные, он формально признал Эйгона как своего короля, но особого почтения это не прибавило.

Сам Эйгон никогда не планировал рваться к власти, у него были другие интересы.

Как второй сын, он решил, что карьера военного – это как раз то, что ему нужно, и то, где можно показать себя. То, где он может быть первым. А вот да – амбиции все же были, но не такие, не о том мечтал.

А драться он всегда умел отлично. Да, как раз то, что умел. И это в итоге помогло ему занять трон.

В первые походы он отправился еще совсем мальчишкой, со своим дядей, братом отца, тот научил всему, что знал. Потом уже сам. Эйгона рано поставили командовать сначала небольшим отрядом, потом и целой армией. Удача была на его стороне. Да и не только в удаче дело, он все же, двоюродный брат короля. Эйгону все удавалось, он быстро схватывал, солдаты любили его, хоть и боялись. Так что он был доволен своей жизнью.

Все изменила война в Гарусе.

Там изначально все выходило довольно сложно. Горная область, у границы с Токевой, где вечно не утихали столкновения. Область, то переходящая из одних рук в другие, то снова обретающая независимость.

Когда в очередной раз Гаруские горцы напали на соседние города, король Харбин отправил Эйгона их усмирять. И поначалу все шло неплохо, но горцев поддержала Токева, как это бывало нередко. Сначала не вполне официально, не выдвигая претензий, просто они натыкались на токевские войска то тут, то там.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.