Татьяна Захарова
Туманные тропы

Попасть в другой мир? Замечательно!

Оказаться в теле молодой и привлекательной миры благородного происхождения? Ещё лучше. Вот только все привилегии остались в прошлом благодаря ныне покойному мужу. Впрочем он и ссылку в тьму таракань обеспечил, в компании пасынка в самом очаровательном подростковом возрасте.

А как же магия? А с ней всё очень сложно!

И что делать в такой ситуации обычной русской женщине? Жить и надеяться на лучшее завтра? Или брать это самое завтра в свои руки?

Туманные тропы

Глава 1

Чувствовала я себя откровенно неважно, поэтому глаза открывать не хотела. Была слабая надежда снова уснуть, чтобы измотанный организм отдохнул подольше. Но странная качка и поскрипывание разбудили мое любопытство. Открыла глаза и непонимающе уставилась в тряпичный потолок, опирающийся на железные дуги. Качка усилилась, а потом я вообще подпрыгнула на жестком и неуютном ложе. Старые кости заныли ещё сильнее от этой встряски, я даже не смогла сдержать стон боли.

В этот момент за моей головой раздался мужской недовольный голос, и я задрала голову, чтобы увидеть говорившего. Но взгляд натолкнулся на ту же серую тряпку, из которой был сделан потолок. В следующую секунду неясный шорох в ногах привлек внимание. Поняла, что там серая ткань отодвинута в сторону, но с моего положения было видно только кусочек хмурого неба. Извернулась и увидела незнакомого дедка вполне благообразной наружности. Аккуратная бородка придавала ему какой-то шарм. А добрые светлые глаза излучали заботу и обеспокоенность.

– Мира, вы, наконец, очнулись, – пробормотал он.

Мира? Вроде всегда Любой была. Нахмурилась, наблюдая, как мужчина залезает ко мне в… Куда? Я снова огляделась: похоже на повозку устаревшей конструкции. Я лежу у одного борта, а с другой стороны стоят какие-то сундуки и короба из дерева. Вот в один из них и полез дедок. Достал необычный флакон и накапал из него несколько капель во фляжку, которую после протянул мне. Я же продолжила непонимающе смотреть на пожилого мужчину, отмечая и старинную одежду, и крепкое тело, и непривычно длинные седые волосы, перехваченные кожаным ремешком сзади.

Где я и что происходит?

Для сна все слишком реалистично. Даже щипать себя не стала: боль и без того была во всем теле.

Мозг же пока выдает единственный вариант: похищение какими-то сектантами с неясной целью. Напоят, чтобы квартиру отписала? Так я давно на внучку дарственную оформила. Да и не тянет этот мужчина на злодея. Конечно, это может быть искусная маска, но к восьмидесяти годам я все-таки научилась немного разбираться в людях.

– Ну же, мира, не упрямьтесь, – с легким укором произнес мужчина преклонных годов. Стариком назвать этого господина язык не поворачивается. С тяжелым вздохом он присел рядом со мной на корточки. – Вы бы хоть о Михее подумали. Совсем один останется малец!

Я снова растерянно моргнула. Кто такой Михей? Мужчина тем временем приподнял мою голову и ткнул в губы горлышко фляги. Я отвернула голову в сторону и хрипло спросила.

– Что это?

– Лекарство, которое придаст вам сил, чтобы окончательно победить болезнь. Лихорадка сильно измотала ваш организм. Я уж подумал, что вы так и не очнетесь.

Я нахмурилась, припоминая недавние события. Очередной штамм вируса уже никого не испугал. Поэтому я не стала доставать одноразовую маску, мне и надо было-то всего хлебушка купить да молочка. А к вечеру почувствовала недомогание. Выпила противовирусное средство и легла спать пораньше. Однако утром я чувствовала себя ещё хуже. Поднялась температуры, и без того больные суставы начало ломить ещё сильнее, а к вечеру начался кашель. Я ещё подумала, что если к утру не почувствую себя лучше, вызову скорую помощь. Заснуть не могла несколько часов, а потом словно провалилась в какой-то туман. И долго бродила в нем по еле заметным тропкам, очень долго, не в силах найти выхода из вязкого облака.

– Ну же, дочка, глотни отвара, сразу станет легче, – мужской голос резко вернул меня в реальность. Дочка? Я с изумлением посмотрела в светлые глаза.

– Помогите мне сесть, – попросила я хриплым шепотом. Горло уже саднило от сухости, так что на свой страх и риск я решила хотя бы смочить его «лекарством».

– Рано, – возразил мужчина, но все же потянулся за холщовым мешочком, набитым, судя по запаху, травами. Завинтив колпачок на фляге, он приподнял меня, протолкнув ладонь под лопатки, и затолкал мешочек под мою спину. А после вручил мне фляжку, нетерпеливо поглядывая на меня.

Я с горем пополам отвинтила крышку и глотнула отвар, который оказался неожиданно теплым и приятным на вкус. Отстранила горлышко, желая уточнить состав, и застыла, разглядывая свою руку. То есть совсем не свою руку. Где морщины и пигментные пятна? Кожа на руке была гладкая и светлая, кисть сама по себе тонкая и изящная. И такой у меня даже в юности не было: моя ладонь широковатая, да и с суставами проблемы были. Охнула и начала ощупывать свободной рукой лицо, убеждаясь, что и там кожа гладкая и упругая. Проверила и шею, и грудь, смутив этим пожилого мужчину. Но мне сейчас было не до него. Я приподняла грубое шерстяное одеяло и обнаружила светлую и длинную сорочку. Хотела заглянуть в декольте, но мужчина прокашлялся, привлекая к себе внимание.

– Ваша одежда промокла насквозь, поэтому я попросил Смеяну вас переодеть.

Кивнула и залпом сделала ещё несколько глотков. Просто неожиданно поняла, что он говорит не на русском языке, и при этом я его прекрасно понимаю. А с иностранными языками я никогда не дружила. Да и не похож его говор ни на английский язык, ни на немецкий, ни на французский.

Мозг все ещё лихорадочно искал какое-нибудь логичное объяснение всем странностям. Взгляд же снова зацепился за фляжку.

– А из чего отвар? – спросила я, наконец. Вдруг меня какими-то галлюциногенами напоили? Конечно, наивно полагать, что похитители будут настолько откровенны, что признаются в этом. Но чем черт не шутит?

– Лекарственные травы и соцветия, – расплывчато ответил мужчина, вызывая тем самым ещё большие подозрения. Ещё и голова внезапно потяжелела, намекая, что отдых бы не помешал.

– А что вы накапали в отвар из того флакона? – я кивнула на короб, в котором мужчина уже спрятал необычный пузырёк.

– Настой сон-травы, – он пожал плечами, спокойно наблюдая за моей реакцией. – Во сне организм быстрее восстанавливается. Так что, давайте-ка, юная мира, мы снова ляжем и не будем противиться дрёме, – он тем временем вытащил мешочек, укладывая меня обратно на жесткий матрас, и укрыл меня одеялом. Уже сквозь сон услышала его слова. – Я пришлю Михея, чтобы присмотрел за вами.

Была смутная надежда, что проснусь я уже в своей квартире. Но этого не случилось. В следующее мое пробуждение в повозке было уже сумрачно. Все ещё ощущалась качка, да и поскрипывание колес стало явственнее. Где-то неподалеку шел разговор, впрочем, слов различить я не могла. Рядом же дремал подросток, опираясь спиной на сундук. Михей? Мальчишке было лет двенадцать-тринадцать, хотя я могла ошибаться. Сейчас дети слишком быстро растут.

Пользуясь отсутствием наблюдателей, заглянула в декольте, приподняв сорочку. И убедилась в том, что это тело – не мое. Молодое и худощавое. Грудь небольшая и упругая, при этом ребра и тазовые кости выпирают слишком явно. А я никогда не была такой худышкой. Может, это из-за болезни? Ага, при этом я ещё и чудесным образом помолодела лет так на пятьдесят-шестьдесят. Против воли у меня вырвался истерический смешок, от которого тут же встрепенулся мальчишка. Я снова укрылась одеялом под самый подбородок и присмотрелась к Михею. На миг в его глазах мне почудилась радость, но он тут же насупился.

– Очнулась? – проворчал он. Кивнула, хотя была не уверенна в этом. Подросток помог мне приподняться, ухватив за плечи. А после поднял со дна повозки знакомую флягу и начал отвинчивать колпачок. Поднес флягу чуть ли не впритык к моим губам, но в этот момент у меня в животе сильно заурчало от голода. Я отвернула голову и просительно посмотрела в светлые глаза Михея.

– Я есть хочу. Сильно.

– Надо же? – ехидно протянул он. – Почему же тогда после казни отказывалась есть? Или всё? Отболело уже?

Казнь? Я пару раз растерянно моргнула, пытаясь сообразить, как реагировать, но голодный спазм снова скрутил желудок.

– Кормить меня не будут? – поинтересовалась я озадаченно. Зачем тогда лечили?

– Сейчас у мэтра Ведомира спрошу, – бросил Михей, двинувшись к пологу. Спустя пару секунд я снова осталась в одиночестве.

Так! И куда же я все-таки попала?

Вариант с сумасшествием оставим на потом.

Судя по допотопной повозке, обстановке внутри и грубой ткани, из которой была пошита одежда явно ручным способом, я оказалась либо в прошлом, либо в другом мире. Точнее можно будет понять, когда выгляну наружу.

Почему я так спокойно рассуждаю? Внучка меня как-то подсадила на легкие фэнтезийные романы, точнее она просто забыла свою книжку, когда гостила у меня. Зимой делать особо нечего, поэтому ту первую книгу я проглотила за два дня. Интернетом меня Леночка обучила пользоваться, когда я ещё осваивала сайт «Одноклассники». Так что недостатка в подобном чтиве о попаданках у меня не было. И если исходить из канонов, в своей реальности я умерла. Скорее всего, от гриппа. Как и почему я перенеслась сюда непонятно. И что мне теперь делать ума не приложу. Памяти владелицы этого тела у меня нет. А выдавать свое попаданство нет желания. В лучшем случае решат, что я сошла с ума. В худшем – сожгут на костре, как ведьму. В человеческой истории были случаи, когда и за меньший грех, обвиняли в колдовстве. Если же этот мир магический, то вариантов ещё больше: от принесения в жертву какому-нибудь божеству до эпического сражения со вселенским злом.

Против воли усмехнулась, обдумывая перспективы. Понимала, что лучше быть осторожной. Незаметно наблюдать и внимательно слушать, аккуратно расспрашивая окружающих. Надо понять как можно быстрее, в какой именно переплет я угодила. Слова о казни явно намекали, что не от хорошей жизни мира загнулась.

Раздавшийся от полога шорох вырвал меня из мыслей. Михей вернулся с котелком и краюхой хлеба, завернутой в полотенце. Мальчишка помог мне сесть, подпихав под спину уже знакомый мешок, и протянул котелок с бульоном. Знакомый запах тут же разбудил аппетит. Порывшись в одном из коробов, Михей протянул мне деревянную ложку.

– Спасибо, – хрипло откликнулась я и накинулась на бульон. Сама не заметила, как уничтожила его. А после невольно посмотрела на краюху хлеба.

– Мэтр сказал, что после длительного голодания тебе нужно аккуратно принимать пищу, – Михей недовольно поморщился, но все же продолжил. Интересно, кем он мне приходится? И отчего, так недоволен тем, что вынужден заботиться обо мне? – Если с тобой все будет нормально, то через пять минут я отдам хлеб. Но лучше не торопиться.

– А где мы сейчас? – спросила я, осторожно подбирая слова.

– В двух неделях пути от столицы, – неохотно ответил подросток. – До Альмвейга ещё дня два добираться. Весна в этом году ранняя и теплая, – он явно цитировал кого-то из взрослых. Лично я уже озябла, и это несмотря на плотный полог, одеяло и теплую ночную сорочку. Михей же тем временем продолжал. – Поэтому младший князь надеется, что снег окончательно сойдет к тому моменту, как мы сойдем с главного тракта.

Младший князь руководит этим… путешествием?

– А когда это произойдет? – подтолкнула я к дальнейшему рассказу мальчишку. – И как долго нам ещё добираться до… конечной точки?.. – весьма обтекаемо закончила я.

– Дней через восемь тракт закончится. А до разрушенной северной цитадели в лучшем случае ещё десятину тащиться.

А что нам делать в разрушенной цитадели? Прикусила губу, чтобы удержать этот вопрос в себе. Мира, наверняка, это знала.

– А где мои вещи? – спросила я, мысленно скрестив пальцы на удачу. У меня неожиданно появилась идея найти какие-то документы среди них: письма, книги, приказы, паспорта (или что тут удостоверяет личность?). Может, Мира дневник вела?

Михей указал рукой на небольшой сундук в дальнем конце повозки.

– Мэтр Ведомир потеснил свои пожитки, чтобы тебя с комфортом разместить.

– Он хороший… целитель?.. – против воли неуверенные слова оформились в вопрос. Только бы не попасть впросак с предполагаемой профессией мэтра.

Михей пожал плечами и как-то снисходительно пояснил.

– Скорее знахарь, – я вопросительно приподняла брови, и мальчишка пояснил. – Всех травками лечит. Ни разу не видел его волшбы.

Угу, мир все-таки магический. Скорее всего. Мальчишка неожиданно вскинулся и всучил мне кусок серого хлеба.

– На! Ешь! – как-то зло произнес он и отвернулся к выходу. Я осторожно откусила и начала тщательно пережевывать не особо вкусный хлеб. – Вижу, аппетит у тебя отменный, – ехидно бросил он. Хотела возразить, что для этого нужно хотя бы смотреть на меня, но благоразумно промолчала. – Так и не скажешь, что ты чуть не уморила себя голодом из-за тоски по любимому.

Не его ли казнили недавно? Я только протяжно выдохнула на новый выпад подростка, сожалея, что не могу задать сотню вопросов, что вертятся в голове.

– Михей, – начала я ещё более осторожно. Он дернулся, невольно кинув взгляд на меня. – Ты жалеешь, что я не умерла?

Мальчик скорчил недовольную гримасу, пожимая плечами.

– Мне всё равно, – бросил он. – Просто твои ежедневные истерики и постоянные слезы надоели мне, ещё когда мы ждали приговор. Но теперь, как я погляжу, ты успокоилась. И даже не нудишь по поводу отсутствия любимых нарядов и сложной дороги.

– Я смирилась, – произнесла я уверенно, пристально глядя на мальчишку. Он снова поморщился, и я решила попробовать его разговорить. – А ты?

– Я? – удивился мальчишка слишком натурально, чтобы заподозрить кокетство. – Тебя волнует, что Я чувствую?

Кивнула, откусывая новый кусочек хлеба.

– С каких это пор? – уточнил мальчишка ершисто.

Пожала плечами, продолжая тщательно пережевывать хлеб. Но такой ответ Михея не устроил: он терпеливо ждал, когда я проглочу еду.

Придется импровизировать.

– С того момента, как очнулась, – неуверенно начала я, решаясь озвучить предположение, на которое подтолкнули слова знахаря. – Просто неожиданно поняла, что у нас с тобой больше никого нет.

– А как же твой папенька, который обязательно вытащит тебя из этого кошмара? – спросил Михей насмешливо. Меня, точнее Миру, цитировал? Вот точь-в-точь, как мой внучок, Сашка, выделывался, когда у него был переходный возраст.

– Но не вытащил же, – я пожала плечами, сдерживая желание дать подзатыльник. Михей округлил глаза, и я догадалась, что попала впросак. Поэтому поспешила сменить тему разговора. – Михей, я хочу оставить наши распри в прошлом. И стать тебе другом.

– Спасибо, что хоть в матушки больше не набиваешься, – фыркнул он, поднимаясь. Хмм, я его мачеха? – Я отнесу котелок обратно.

И просочился на улицу, по забывчивости оставив полог открытым. Ветер донес ржание лошадей и людской гомон. А ещё чистый запах весеннего леса, земли и талого снега. Какой-то мужчина в кольчуге пронесся мимо повозки, вырывая меня из задумчивости. Головоломка под названием «как Мира докатилась до такой жизни», пока никак не складывается. Куда мы едем и зачем? Кого все-таки казнили? И почему обида Михея такая глубокая?

Выдохнув, решила, что надо хотя бы попытаться добраться до сундука с вещами. Отложив краюху хлеба на полотенце, я уперлась слабыми руками в матрас, заставляя себя приподняться. С трудом села, поражаясь слабости этого тела. Я в свои восемьдесят с лишним и то бодрее была. С ещё большим трудом перекатилась на колени, пытаясь привыкнуть к качке. А после поползла на корячках до сундука. Возможно я бы и добралась до него, но в какой-то момент повозка начала тормозить, а у меня и без того с равновесием были проблемы. Бухнулась на живот, чудом не расквасив лицо. В таком положении меня и застал Михей.

– Ты чего? – изумленно вопросил он.

– Хотела до своего сундука добраться, но не рассчитала силы, – честно призналась я.

– Зачем?

Пасынок присел рядом и помог мне приподняться.

– Хотела шаль или какую другую накидку найти, холодно здесь, – коротко ответила я, собираясь продолжить путь.

– Да ложись ты, сейчас сам посмотрю, – поворчал Михей, подталкивая меня обратно на лежанку. Причем он с такой легкостью устроил меня на матрасе, что я невольно восхитилась.

– Ты такой сильный…

– Да не, – парень даже немного смутился. – Это ты просто легкая.

Он снова вручил мне хлеб и переместился к сундуку. А я растерянно посмотрела на краюху.

–А ты сам-то ел? – спросила я, почувствовав себя неловко. Да, я оказалась в незнакомом мире в ужасном физическом состоянии. Да, подросток выводил меня на конфликт. Но я все равно должна была позаботиться о нем.

– Ночной привал будет через час, тогда и приготовят ужин, – он пожал плечами, открывая сундук. – Мэтр распорядился ещё на дневной остановке сварить тебе бульон из куры.

– Но он был теплым, – растерянно побормотала я, ломая хлеб на две неравные части. В его возрасте мальчишки есть всегда хотят.

– Так Ведомир его разогрел в том волшебном котелке, – он достал какую-то накидку, подбитую мехом. И вскоре набросил мне её на плечи. Короткий плащ? Манто?

Я же протянула Михею больший из кусочков хлеба.

– Я уже наелась, – спокойно сказала я, наблюдая за замешательством мальчишки. Насильно вложила ломоть в его руку и спросила, желая сменить тему разговора. – А где ты ночуешь?

– Где скажут, там и сплю, – по привычке огрызнулся Михей. И передернул плечами. – Хорошо хоть не в арестантской кибитке мы с тобой едем.

Неужели нас в ссылку направили? В местный аналог Сибири?

– Думаю, младший князь, – начала я, с особой тщательностью подбирая слова, – понимает, что мы не сбежим.

– Но все равно присматривает за нами.

Я откусила хлеб, уже заставляя себя потреблять дополнительные калории. Мне надо набираться сил. А Михей снова протянул мне флягу.

– Я опять засну? – спросила я его. Михей пожал плечами.

– И я, наконец, отдохну от твоей болтовни.

Я глотнула все ещё теплый отвар и с удивлением посмотрела на фляжку. С одной стороны была выгравирована какая-то руна. Неужели и фляга волшебная? Слабость и сонливость накатили внезапно, и я решила не сопротивляться им. Сделала ещё несколько глотков отвара, прежде чем соскользнуть с импровизированной подушки вниз.

– Оставайся спать здесь, если Ведомир не будет против, – пробормотала я, зевая. Уже проваливаясь в сон, поняла, что все ещё сжимаю краюху хлеба в руке.

Мне снова приснились туманы в незнакомом лесу. Чем-то деревья отличались от родных, земных, но чем я не понимала. И вместо того, чтобы снова искать выход, я прислонилась спиной к одному из них, опускаясь на землю. Сразу стало как-то спокойно на душе. И я, прикрыв глаза, провалилась в темноту.

Глава 2

Проснулась я ещё затемно, чувствуя себя уже значительно лучше. На улице негромко переговаривались мужчины у костра. Караульные? Отблески огня немного освещали внутренности повозки, но Михея я увидела не сразу. Он спал, свернувшись калачиком у меня в ногах. В повозке оказалось слишком мало места, да и мальчишка не решился лечь рядом. Удивительно, что вообще остался ночевать здесь. Неужели все-таки беспокоился обо мне? Или знахарь распорядился присматривать за мной?

Как бы там не было, но глядя на дрыхнущего ребенка, я почувствовала, как спящий ещё вчера материнский инстинкт «расправляет плечи». Невольно вспомнила сон и поняла, почему не стала искать выход из тумана. Видимо подсознательно, я уже решила остаться с Михеем, у которого никого кроме меня нет. И это не взирая на отсутствующую память и другие проблемы. А новых трудностей будет ещё больше, пятой точкой чувствую.

Тяжело вздохнула и снова попыталась сесть. Нет, до сундука я через Михея не дотянусь. Просто хочу укрыть этого замершего ребенка. Несколько неуверенных «шагов» на корячках, и я стаскиваю с себя накидку. Укутала, как могла мальчишку и осторожно выглянула за чуть сдвинутый вбок полог. Собственно, из-за этой дыры в повозке и было довольно прохладно.

Возле костра, действительно, сидело несколько суровых мужчин в кольчугах. У всех были непривычные для меня удлиненные стрижки и бороды. Вояки негромко делились наблюдениями за время ночного дежурства, а точнее отчитывались только одному мужчине, стоящему чуть в стороне. Оттого я и не заметила его сразу. Да и черты лица сложно было рассмотреть, но его фигура отчего-то внушало трепет.

В какой-то момент показалось, что он смотрит прямо на меня. И я поступила, как какая-то школьница, подглядывающая за симпатичным парнем: быстро задернула полог. От резкого движения меня повело, и я чуть не упала на Михея. Успела упереться в сундук, но под моей тяжестью он с громким скрипом чуть сдвинулся к противоположному борту. Да, тьфу ты! Что ж ты будешь делать?

Михей завозился, просыпаясь от шума.

– Люборада, ты чего? – хриплым со сна голосом спросил мальчишка. А я снова чуть не наделала шума от неожиданности. Я думала, мое новое имя – Мира. Или Мирослава, но видимо ошиблась. А может, Михей меня с кем-то спутал? Посмотрела в его глаза: он как раз сонно щурился на меня.

– Да укрыть тебя хотела, и опять силы не рассчитала, – негромко произнесла я. Ложь уже легко соскочила с языка, и, осознав это, я невольно поморщилась. Никогда не любила врать и обманывать. Но сейчас мне просто нельзя подставляться.

– Странная ты все-таки какая-то, – пробормотала мальчишка озадачено. – Не ноешь, нотации не читаешь, воспитывать не пытаешься. Даже к обращению по имени и на «ты» спокойно отнеслась.

Я пожала плечами, не зная, как реагировать. Местных правил этикета я не знаю, как впрочем, и всего остального. И как выкручиваться в общении с другими людьми непонятно. Надеюсь только, что мою молчаливость и нелюдимость отнесут на недавно пережитое горе.

– Ещё и заботиться пытаешься… – закончил Михей совсем неразборчиво.

– Ничего, потерпишь, – уверенно произнесла я, сбивая мальчишку с мысли. А то ещё до правильных выводов дойдет. – Прости, что разбудила. Думаю, тебе лучше ещё поспать.

Зевающий мальчишка тут же подобрался и сел, прислонившись к сундуку спиной.

– Кушать хочешь? – спросил он неожиданно серьезным тоном. Удивленно посмотрела на него, и он правильно истолковал мой взгляд. – Мэтр сказал, что тебе надо сейчас усиленно питаться.

– Мне кажется, или ты действительно, хочешь, чтобы я поправилась? – с улыбкой спросила я и потрепала по волнистым волосам вмиг насупившегося мальчишку. – Да, есть я хочу, но лагерь ещё не проснулся. Так что я спокойно подожду. А вот пить хочется просто ужасно, – Михей потянулся к знакомой фляжке, но я его остановила. – Обычной воды. От этого отвара я опять засну.

– Я сейчас, – пообещал мальчишка. И набросив мне на плечи накидку, выскользнул на улицу.

Пользуясь одиночеством, доползла все-таки до теперь уже моего сундука и начала перебирать в нем вещи. В основном там была одежда, как я предполагаю, платья. Разворачивать их я не стала, чтобы не отвлекаться от поисков. А вот шкатулки, больше похожие на маленькие короба все-таки достала. В одной из них нашла гребни для волос, ленты, шпильки, и маленькое зеркальце весьма удручающего качества. В другой лежали серьги и бусы из плохо обработанных полудрагоценных камней, похожих на опалы и агаты. В третьей было несколько плотно скрученных свитков. Пощупала грубую бумагу, чем-то напоминающий папирус. И потянулась уже к завязке на одном из них, когда в повозку вернулся Михей с небольшим бурдюком в руках.

– Письма от папеньки решила снова изучить? – после секундного замешательства уточнил он. А потом заметил и шкатулки, от вида которых Михей скривился. – И оставшиеся украшения опять пересчитать?

– А твои вещи где? – спросила я, чтобы отвлечь его от проведенной мной ревизии. Михей указал на полупустой холщовый мешок, лежащий рядом с моим сундуком. Я округлила глаза от изумления. Максимум, там только одна смена одежды.

– Это тебе разрешили приданое свое забрать. А мне… – он, не окончив, махнул рукой. И вспомнил про бурдюк.

– У тебя хоть теплая одежда есть, или только этот?.. – замялась на полуслове, разглядывая легкую курточку на нем. Черт, как же эта верхняя одежда раньше называлась? Камзол? Дуплет? – Кафтан?..

Михей снова округлил глаза, но я не поняла почему. Состроила невинное выражение лица, забирая бурдюк у него. И пока пила воду, глазами уловила в коробе со свитками небольшой мешочек в шкатулке со свитками. Подхватив его, поняла, что там лежат тяжелые монеты. Не сдержала любопытства: высыпала несколько на руку. Желтый металл, похожий на золото: с одной стороны профиль местного правителя (как я полагаю), с другой неизвестная цифра и несколько букв-рун ниже. Испуганно икнула, осознавая, что не знаю, что означают эти символы. Задержала дыхание и глаза прикрыла, борясь с паникой. Не может же мне настолько не повезти?!

Постаралась мыслить позитивно: деньги местные у меня есть, что уже хорошо. Будет, на что купить Михею одежду и обувь. По дороге у нас впереди какой-то Альмвейг, надеюсь, что это город, а не какая-то местная достопримечательность или храм.

С этими мыслями решила продолжить ревизию. Мельком бросила взгляд на реверс, собираясь тупо пересчитать монеты. И снова икнула от неожиданности, теперь надпись стала понятна: «1 золира». Чудеса! Мозг не сразу перестроился на чтение нового языка? Или что это было? Высыпала остальные монеты на одеяло. Среди них попадались и другие номиналы: 2 золиры, 5 золир. Всего около ста золир было в мешочке. Помимо монет, нашла в кошеле и необычный черный камень с синими прожилками на кожаном шнурке. Интересно, почему он лежит отдельно от других украшений.

Михей молча наблюдал за мной, никак не комментируя происходящее. Покосилась на него осторожно, но не поняла, о чем он думает.

– Убедилась, что никто твои вещи не трогал? – спросил он нейтральным тоном. Мира-Люборада была излишне подозрительной? Боялась воровства?

Пожала плечами, собирая монеты обратно в мешочек.

– Я хочу переодеться, но не уверенна, что сил хватит, – перевела я разговор на другую тему.

– Ещё слишком рано, – раздался голос от полога. Посмотрела на знахаря, который, не спрашивая разрешения, залез внутрь. Хотя чего это я? Повозка-то его. – Михей, иди пока к костру, мне надо миру Любораду осмотреть, – мальчишка кивнул и поспешно покинул мое временное убежище. Ведомир присел рядом и потрогал мой лоб.– Рад, что вам значительно лучше, но сегодня-завтра вам лучше отлежаться.

Кивнула: «выход в люди» я бы и на более долгий срок отложила. Знахарь заглянул мне в глаза, посчитал пульс и достал из короба какую-то непонятную трубку. И приложил её к моей груди более крупной стороной, а к другой прислонился ухом. Неужели это древний стетоскоп? После паузы Ведомир переставил конец на другую сторону груди, и я не сдержала любопытства.

– Вы хрипы пытаетесь расслышать? У меня воспаление легких было?

Мэтр удивился и более внимательно посмотрел на меня.

– Да, было воспаление легких. Но слушал я не только легкие, но и сердце, – он снова переставил трубку. – Вдохните поглубже, – выполнила распоряжение врача. Странно, что кашля у меня не было. – Мира, вы разбираетесь во врачевании?

– Немного, – коротко ответила я. По крайней мере, знаю об организме человека поболее средневековых докторов, которые всё лечили пиявками. Посмотрела в глаза знахаря и уточнила. – А почему я не кашляю?

– Так я выгнал болезнь, – ответил Ведомир. И я не смогла скрыть удивления вызванного этой странной фразой, но знахарь по-иному истолковал причину. – Потратил изумлек на это… – а теперь переведите на понятный язык. – По распоряжению князя. Хотя я думал, что это уже не поможет… – лекарь отложил стетоскоп и пристально посмотрел мне в глаза. – Я буду предельно откровенен: я думал, что вчерашний день вы не переживете. Слишком слабой вы были. О чем и сказал миру Златозару, но он настоял.

Я медленно кивнула, не понимая, к чему клонит знахарь. Мне нужно этому Златозару выказать особую благодарность? В каком виде?

– Поэтому, мира, прошу вас быть хоть немного благодарной. И больше не морить себя голодом. Все уже прониклись вашим горем…

– Мэтр, – перебила я его решительно. Надоело оправдываться за косяки этой миры. Лично я голодать не собираюсь, не на того напали. Тот, кто пережил голод в детстве, никогда не откажется от еды, даже от простого хлеба. – Спасибо и вам, и миру. Я смирилась с ситуацией, и больше не буду доставлять вам хлопот.

Мужчина снова бросил на меня взгляд.

– А куда вы рвались уже уйти?

Приподняла брови вопросительно, пытаясь понять, с чего такие мысли возникли.

– Вы о том, что я хотела переодеться? – уточнила я. И мэтр кивнул. – Я просто хотела выглядеть прилично, чтобы днем, как потеплеет, спокойно открыть полог. И насладиться свежим воздухом, любуясь природой.

А заодно послушать разговоры и понаблюдать за людьми. Сведений об этом мире у меня катастрофически мало.

– Хорошая мысль, я пришлю к вам Смеяну.

– Постойте, мэтр, – окликнула я мужчину, который уже собирался покинуть повозку. – Это же ваша повозка? Возможно, мне лучше перебраться в другую....

– Не говорите глупостей, – отмахнулся Ведомир. – Она как раз предназначена для таких, как вы, то есть больных или раненных.

И спрыгнул на дорогу. В ожидании Смеяны, я спрятала шкатулки на дно сундука, оставив только одну со свитками. При этом монеты я переложила к украшениям, те тоже при случае можно конвертировать в деньги.

– Светлого дня, мира, – поздоровалась девушка лет семнадцати, забираясь в повозку. – Я все ваши вещи отстирала и высушила. Ох, и ливень-то был, все в грязи перемазались в тот день.

– Спасибо, – на автомате сказала я, разглядывая платье. Дотронулась до лифа и рукавов, чтобы убедиться в догадке: ткань похожа на наш шелк. Ниже материал был более плотный и грубый, напоминающий парчу. Цвет же был тусклым, серо-синим. Приподняла его, пытаясь понять фасон. И чуть не фыркнула вслух: и как мира в этом наряде в телеге ехала? Или пешком шла? Под проливным дождем? – А плащ? – спросила я скорее саму себя. Но реакция Смеяны привлекла мое внимание. Её глаза забегали.

– Он ещё не высох, – выпалила она. – Как только, так сразу принесу его вам.

Себе хотела оставить? Я оглядела её наряд из более грубого полотна. Плащ вообще мешковину напоминал. Возможно, Смеяна и платье не думала возвращать. Если бы я умерла, никто про него и не вспомнил бы.

– Ты такая добрая, Смеяна, – протянула я, как можно искреннее. И девушка смутилась от этой похвала. А это значит, что совесть у неё все-таки есть. – И заботливая, – добавила я, следя за её реакцией. – Скажи, чем я могу тебя отблагодарить.

– Ой, да не надо ничего, мира, – отмахнулась она. – Давайте лучше я вам помогу одеться.

– Надо что-то более простое найти, – попросила я, аккуратно складывая платье, подходящее больше к торжеству, чем к походу. Интересно это была ещё одна акция протеста Люборады с кодовым названием: «Королева отправляется в изгнание»?

Я выбрала темно-коричневое платье, ориентируясь на цвет и качество ткани. И обрадовалась, увидев, что оно более простого фасона, чем синее. Никаких рюшек и вышивок. Свободная юбка в пол, и простой верх с более чем скромным треугольным вырезом. Единственная трудность была в шнуровке, которая располагалась на спине.

– Может, вам волосы расчесать, – предложила Смеяна, завязывая бантик на спине.

– Да я сама справлюсь, – хмуро бросила я, перекидывая косу на плечо. Хм. Неожиданно. Волосы у Люборады, точнее теперь у меня, были шикарными: длинная коса цвета зрелой пшеницы толщиной с запястье. Вот только сейчас они были не в лучшем виде: тусклые и запутанные так сильно, что на расчесывание у меня уйдет несколько часов. – Как долго у меня была лихорадка?

– Так дня три вы точно в бреду провалялись, – ответила Смеяна, не задумываясь. Я не стала ловить её на лжи: за четыре дня любой плащ бы успел просохнуть. Вместо этого я попросила.

– Принеси, будь добра, водички мне для умывания и…

Черт! И как тут интересно зубы чистят? Раньше с этим были проблемы. В истории нашего мира в одно время во избежание будущих проблем с зубами вырывали их все досрочно. А потом всю жизнь кашами и супами питались. Брр, такой судьбы я себе не хочу.

– И полотенце тоже захвачу, – закончила за меня Смеяна. Я не стала её поправлять, наблюдая за стремительными движениями девушки. Достала гребень и начала медленно расплетать спутанные волосы, напряженно размышляя над текущей ситуацией.

Вскоре вернулась Смеяна с небольшим тазиком чуть теплой воды. Умывание помогло мне взбодриться и привести мысли в порядок. С побегом из-под конвоя торопиться не стоит. Сначала надо всё-таки изучить письма отца Люборады и понаблюдать за людьми, их отношением ко мне и Михею. Возможно, безопаснее все-таки продолжить путь в качестве арестантов. В конце концов, сбежать я всегда успею, главное знать куда. А сейчас я даже примерное направление не представляю.

Поблагодарив Смеяну, я снова потянулась к сундуку за шкатулкой с письмами. Но вернувшийся Михей отвлек меня от этой затеи. Запах, который разносился от тарелки с кашей, вызвал голодное урчание в желудке.

– А ты поел? – спросила я, когда мальчишка протянул мне тарелку. Он кивнул уверенно. Каша напоминала пшенную, никогда её не любила особо, но сейчас она мне показалась безумно вкусной. Хлеб же был такой же, как вчера, только чуть посвежее. Тем не менее, я съела и его до последней крошки, запивая чистой водой. Отчего-то снова потянуло спать, но я не позволила себе такой роскоши. Едва Михей покинул повозку, я достала шкатулку и поставила поближе к изголовью своего ложа.

Развернув первый свиток, я пару минут просто вглядывалась в незнакомые символы, ожидая, когда сработает внутренний переводчик. А это случилось далеко не сразу. Пробежавшись глазами по тексту, развернула и остальные свитки, чтобы воссоздать хронологию переписки. При этом одно письмо разительно отличалось от остальных, оно больше напоминало записку, написанную впопыхах. Всего пара предложений, написанных явно другой рукой, чем остальные письма: «Прости, любовь моя. Я хотел подарить тебе всё великое княжество, но проиграл. Навеки твой Лесьяр».

Прочитав остальные письма от отца Люборады, поняла, что это была записка от ныне покойного мужа. Лесьяр хотел организовать переворот и сместить Великого князя с трона. На том основании, что именно его род берет начало от истинных правителей. Стоян предательство друга воспринял весьма болезненно, но все же выполнил просьбу бывшего соратника: сохранил жизнь и жене и сыну. Правда, лишил при этом всего: и титулов, и земель, и денег. И на северную границу отправил в брошенную два века назад цитадель. Что конкретно там случилось неизвестно и по сей день, но слухи ходят самые разнообразные: от нападения северных варваров до неведомой болезни.

Об этом вскользь упомянул Светлан в последнем письме, пытаясь убедить дочь не бояться страшных слухов и набраться терпения. Пока просить о её помиловании у Великого князя просто опасно. А вот через год или два, когда его гнев утихомирится… Короче, он сделает все возможное для доченьки, но попозже. Пока же он отправляет ей с надежным человеком золиры, чтобы она, то есть я, купила себе всё необходимое. И изумлек, который в руках опытного лекаря, не раз спасет мне жизнь.

Изумлек – это черный камень с синими прожилками?

Подавила порыв отдать его Ведомиру, чтобы избавиться от чувства долга. Не стоит торопиться.

Ещё раз пробежалась глазами по строчкам писем, чтобы убедиться в догадке: судьба Михея не волновала ни Любораду, ни её отца. О нем практически нигде не упоминалось, а если и говорилось, то вскользь и так, словно для них это был совершенно посторонний человек.

Покачала головой, сворачивая свитки обратно в тугие свертки. Положив их в шкатулку, я зевнула. Погрузившись в чтение, пропустила момент, когда мы двинулись в дальнейший путь. И сейчас мерное покачивание утягивало меня в сон. И в этот раз я не стала противиться. Даже пару глотков сделала из фляжки с отваром.

Проснулась рывком от громкого лошадиного ржания. И поняла, что выспалась, причем сон мне пошел явно на пользу. По крайней мере, с тяжелой крышкой сундука я уже легко справилась. Достала изумлек из мешочка, покрутила-повертела его в руках и снова убрала. Вытащила из другой шкатулки гребень и, отодвинув полог, устроилась на краю повозки, разбирая волосы пальцами. Надеюсь, я не нарушаю этим правила местного этикета.

На улице значительно потеплело. А ещё стоял непривычный для меня шум: ржание и топот лошадей, скрип телег, людские голоса. С моего места обзор был не особо большим. Видела лошадь и возницу следующей повозки. Да лес по обеим сторонам дороги. Иногда мимо повозки проходили люди или проносились всадники: все те же суровые мужчины в кольчугах. Изредка лес отходил в сторону. На небольшом холме я, наконец, осознала масштаб похода. И это явно был не обычный конвой преступников, а скорее переселение народа. Груженных телег и повозок, которые шли позади, было не меньше двадцати, а людей так вообще под сотню наберется, наверное. И это я не считала дружинников, которые постоянно перемещались. Осторожно выглянула, чтобы посмотреть, кто до нас в караване идет. Ещё несколько повозок и более крупный отряд вояк.

А где Михей? Рассмотреть пасынка я не смогла, а вот Ведомир меня, видимо, заметил. Подъехал на коне и поинтересовался о моем самочувствии. В ответ на вопрос о Михее пожал плечами.

– Скорее всего, с другими подростками исследуют окрестности. Могу поискать его, если он вам нужен.

Покачала отрицательно головой, коротко поблагодарив. Пускай хоть так развлекается ребенок.

Глава 3

Остановок днем на обед мы не делали. Многие перекусили на ходу, мне же, как и вчера, Михей принес разогретый бульон с хлебом. И смылся, прежде чем я успела его о чем-нибудь расспросить. Пустой котелок забрала уже Смеяна. Смущаясь, попросила её проводить меня в кустики. Девушка растерянно огляделась в поисках помощи.

– Вы сможете спуститься на землю? – спросила она нерешительно. Кивнула, уверенная в этом. Но, как оказалось, я снова переоценил свои силы. Благо Смеяна подстраховала и я не расквасила себе нос об землю. После мы вместе поплелись в лес. Я всё боялась, что кто-нибудь из обоза меня увидит, поэтому углублялась в заросли все дальше. Но силы закончились прежде чем, я успокоилась на этот счет.

Ещё несколько минут ушло на отдых, чтобы набраться сил на обратный путь. Всадников увидела на полпути к дороге и жутко смутилась. А ведь Михей предупреждал, что за нами присматривают. Один из дружинников, увидев меня, спешился и предложил мне воспользоваться его конем. Я со страхом посмотрела на этого монстра, но отказаться не решилась. Меня легко подсадили в седло, и я тут же вцепилась в луку изо всех сил. Дружинник повел коня под узды, торопливым шагом возвращаясь к обозу. А после помог мне перебраться в повозку.

И я снова устроилась возле своего наблюдательного пункта.

К вечеру, когда окружающие обустраивали лагерь, поняла, что так я ничего толком не узнаю. Общий костер находился далековато от меня, поэтому до меня доносились лишь обрывки разговоров. Впрочем, общее настроение в обозе было позитивным, страха в глазах обывателей я не заметила. Дружинники были сосредоточенными, это да, но возможно это их обычное состояние. После продолжительных размышлений решила присоединиться к вечерним посиделкам возле костра. Только, как это осуществить, я не знала, так как банально боялась навернуться с повозки, при попытке слезть на землю. Благо Смеяна все-таки решила вернуть мне плащ.

– Помоги мне слезть с телеги, пожалуйста, – попросила я её.

– Снова в кустики? – со вздохом поинтересовалась она. Неопределенно пожав плечами в ответ, спрыгнула на землю. И тут же вцепилась в борт повозки обеими руками, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Я же говорил, что вам рано ещё вставать, – сердито произнес знахарь. Никак не отреагировала на его слова, борясь с приступом слабости. Ведомир поддержал меня за плечи, продолжая прожигать недовольным взглядом.

– А вы не видели Михея?

Собственно, именно желание отыскать его было решающим фактором в моих недавних размышлениях.

– Да где-то тут бегает, – нарочито небрежным тоном ответил знахарь. Или мне показалась эта нарочитость? Вгляделась в глаза Ведомира, но в неверном свете костра так ничего и не поняла.

Повела плечами, освобождаясь от поддержки врачевателя, и направилась к костру. Тщательно смотрела под ноги, чтобы не запнуться о корни деревьев. Поэтому не сразу поняла, что при моем приближении голоса смолкали. Остановилась и подняла взгляд, чтобы убедиться в догадке: все смотрели на меня. Не ожидали возвращения Люборады с того света?

– Доброго вечера, – поздоровалась я одновременно со всеми, но, кажется, удивила их этим ещё больше. Мысленно пожала плечами и оглядела толпу в поисках Михея. Не обнаружила. Опять окрестности разведывает?

Пауза затягивалась. Я обернулась и посмотрела на знахаря.

– А где я могу поужинать?

Мой вопрос разбил уже вязкую тишину. Казалось, все выдохнули разом и занялись брошенными делами. Расслабились, получив хоть какое-то объяснение моему появлению?

Ведомир тем временем подошел ко мне, предложив руку. Воспользовалась подставленным локтем, надеясь, что этим не нарушаю правила местного этикета.

– Вы могли попросить меня или Смеяну. И ужин принесли бы в повозку, – негромко заметил он, направляясь к «полевой кухне», то есть к огромному котлу. Местная повариха выпучила на меня глаза, накладывая в тарелку кашу. Сверху она же положила кусок хлеба.

– Спасибо, – негромко сказала я, продолжая выискивать взглядом пасынка. Знахарь повел меня к поваленному дереву, но я через пару шагов остановилась. – Мэтр, где Михей? – спросила я требовательно. Ведомир тяжко выдохнул и развел руками, продолжая разыгрывать незнание. – Меня пугает ваше молчание, – предупредила я. – Более того я уже начинаю придумывать всякие ужасы, типа нападения диких зверей. Или…

– Успокойтесь, мира, ради Богов, – попросил Ведомир, подталкивая меня к дереву. – Подрался Михей со сверстниками, вот и не хочет показываться вам на глаза.

– Почему подрался? – уточнила я озадаченно. Михей не показался мне особо задиристым. Да, он огрызался со мной, но, как я поняла, на то были причины. Ни Люборада, ни Лесьяр не уделяли ему внимания.

– Не говорит причины, – знахарь пожал плечами, мягко, но настойчиво усаживая меня на дерево. – Могу заверить, что его противнику тоже досталось, – добавил он с легкой улыбкой.

– Можете передать ему, что я не буду ругаться? – подумав, я добавила. – И нотации тоже не буду читать.

– Хорошо, но он порвал кафтан, – обронил Ведомир, следя за моей реакцией. И тут я вспомнила один немаловажный вопрос.

– А у нас будет возможность обновить гардероб?

Спрашивать напрямую об Альмвейге я опасалась. Не зная, что это такое, можно было попасть впросак.

– Да, завтра к вечеру мы должны подъехать к крупному полису. Мир Златозар планировал там основательно закупиться перед дальнейшей дорогой.

Кивнула, улыбкой благодаря за ответ. Значит, Альмвейг – это все-таки крупный город, территориальный центр, а может и столица княжества. Здесь феодальная раздробленность? Как же все-таки сложно без минимальных знаний об этом мире.

Покачала головой и приступила к ужину. Ведомир отлучился на минуту за своей порцией, но вскоре присоединился к трапезе. Со временем люди перестали кидать на меня любопытные взгляды, и я смогла расслабиться.

Возвратив тарелку на кухню, решила все-таки сходить до кустиков. Вернувшись, пересела поближе к повозке лекаря, пытаясь скрыться в тени. Наблюдать отсюда было проще. Дружинники чистили оружие и обихаживали коней. Остальной люд, который я бы отнесла к крестьянам, занимался обустройством ночлега: кто-то таскал хворост, запасая на всю ночь, другие лапник заготавливали. Часть людей заботились и о транспорте: проверяли колеса, кормили лошадей. Женщины же пытались загнать детей спать в повозки и не всегда успешно. Увлекшись наблюдением за двумя неугомонными близнецами, я не заметила, как мое уединение нарушили.

– Смотрю, вы, действительно, идете на поправку, мира, – мужской голос заставил меня вздрогнуть от испуга. Хотя голос звучал мягко и бархатисто.

Оглянувшись, вгляделась в мужской силуэт. Голос показался смутно знакомым. Не тот ли это воин, перед которым утром отчитывались караульные? Глава дружинников? Воевода? Или сам мир Златозар? Младший князь?

– Так и есть, – осторожно ответила я, кутаясь в плащ.

– Рада, – позвал меня мужчина. И это обращение меня удивило: как-то слишком интимно прозвучало. Посмотрела на него, пытаясь скрыть замешательство. Он хорошо знал Любораду? – Ты меня боишься?

– А надо? – аккуратно уточнила я. Воин усмехнулся и покачал головой.

– Не надо, – постановил он, приближаясь. – Утром мне показалось, что ты меня испугалась.

Покачала головой, но взгляд мужчины все ещё был вопрошающим.

– Нет, я не испугалась. Просто я была неподобающе одета, – опустила взгляд, надеясь, что он примет это за смущение.

– Не думаю, что тебе стоит сейчас опасаться слухов, – заметил воин. Я вскинула возмущенный взгляд, и он продолжил с легкой улыбкой. – Что? Забыла, как в детстве мы купались вместе в княжеском пруду?

– Это было давно и… – прикусила губу, чтобы не закончить любимой присказкой внучки. Просто покачала головой, осознавая, что мне общаться с этим мужчиной вдвойне опасно.

– Неужели ты до сих пор не простила мне тот проигрыш? – удивился он. Пожала плечами, отводя взгляд. Мужчина тяжело выдохнул. – Не замыкайся в молчании, Рада,– то ли попросил, то ли потребовал он. – Скажи, чем я могу тебе помочь?

Я снова непроизвольно взглянула на него.

– Почему? – порывисто спросила я. – Почему ты хочешь помочь?

Теперь он пожал плечами. А я с запозданием поняла, что переняла его манеру общения на «ты». А ведь если подумать, что Ведомир, что Смеяна обращались ко мне на вы, в отличие от этого человека. Да и дружинник, который одолжил своего коня, вел себя подчеркнуто уважительно. А если мира – это титул, а не обращение к девушке? Что-то вроде боярыня, раз здесь князья и княгини водятся. И это значит, что ко мне на «ты» мог только мир обратиться. Или князь.

– Я думал, ты спросишь: чем же я могу помочь, – усмехнулся мужчина.

– Мир, разрешите обратиться, – к нам приблизился дружинник. И я поняла, что мои догадки были верны. Это и есть Златозар. Причем, судя по поведению дружинника и караульных, он был и воеводой этого военного подразделения.

Златозар кивнул и мельком глянул на меня, прежде чем попрощаться.

– Мира Люборада, доброго вам вечера.

– Мир Златозар, – окликнула я его. Надо ковать железо, пока горячо. – А у вас есть какие-нибудь книги?

Заодно и узнаю пределы допустимых просьб. Насколько я знаю, в древности книги были очень дорогим удовольствием.

– Хотела почитать что-нибудь, – произнесла я в ответ на вопросительный взгляд мужчины. Информация об этом мире мне необходима, как воздух.

Златозар кивнул мне и посмотрел на дружинника.

– В лесу разведчики обнаружены следы… – начал вояка, уводя за собой воеводу.

Оглядевшись, поняла, что лагерь уже готовится ко сну. И решила вернуться в повозку. Кто-то догадался подставить бревно к заднему борту, благодаря чему я забралась в телегу без особых проблем.

Устроилась на жестком ложе, облокотившись спиной о борт повозки, готовясь к долгому ожиданию Михея. Надеюсь, что Ведомир уже передал ему мои слова. Будет трудно его отыскать самостоятельно, но если он не объявиться, придется этим заняться.

Я уже начала дремать, когда Михей проскользнул внутрь повозки, чтобы забрать свой мешок.

– Как ты? – спросила я у него.

– Ты не спишь?

– Да, я тебя жду, – произнесла это без укора, но так чтобы он поверил. -Ложись спать, завтра я посмотрю, что с твоим кафтаном.

Среди вещей Люборады я видела и швейные принадлежности. Правда, иголка размером больше цыганскую напоминала, но я справлюсь.

– И что? – с вызовом произнес Михей. – Ты, действительно, не будешь возмущаться из-за драки?

– Возмущаться не буду. Но я хотела бы узнать причину…

Оставила предложение открытым, не желая давить на мальчишку. Михей промолчал, но полог опустил и завозился, расстилая тюк, что был в его руках. Я последовала его примеру. Сняла плащ и залезла под одеяло. В платье спать, конечно, будет неудобно, да и помну я его, но сейчас выбора особого не было. Начала поправлять подушку и рука наткнулась на флягу. Решила не пропускать прием лекарства, хотя в сон и без него жутко клонило.

Уже засыпая, услышала просьбу-приказ Михея.

– Не общайся особо с миром Златозаром.

– Почему? – растерянно уточнила я. Сон сняло как рукой. Но больше Михей ничего не добавил. И вскоре он начал посапывать, в отличие от меня. Пыталась разгадать причину его просьбы, ведь Златозар не показался мне опасным.

Плюнув, решила глотнуть ещё отвара, чтобы сон быстрее пришел. Но сначала укрыла мальчишку плащом. Разглядеть в такой темноте, насколько он пострадал в драке, было невозможно. Остается успокаивать себя мыслью, что лекарь с ним общался, и серьезную травму Ведомир бы не просмотрел.

Протяжно выдохнув, вернулась на свою лежанку и сделала несколько глотков из фляги. Мысли о причинах драки стали вялыми и я отключилась. И вновь оказалась в туманном лесу. Упрямо сжала губы и опустилась на землю, крикнув в белое облако пара.

– Я всё равно никуда не уйду!

Прикрыв глаза, я провалилась в черное ничто до утра.

Проснувшись, не увидела Михея, хотя было ещё очень рано. Лагерь только просыпался. Зевнув, я выползла из-под одеяла. И попыталась расправить платье, но быстро смирилась с неудачей. Зато коса не растрепалась, так туго я её вчера заплела.

Потянувшись, решила сама поискать ручей, чтобы умыться. Заодно подумать, что с зубами делать. Мяту хотя бы пожевать? Спросила дорогу у проходившей мимо девушки и отправилась в указанном направлении, выбирая более сухие участки земли. Под теплым солнышком травка только начала пробиваться, так что растительность я не особо могла рассмотреть, но все же мне она показалась немного другой. Как ни вглядывалась, я даже подорожника не нашла.

Возле ручья увидела несколько женщин, но общаться тесно я была не готова. Поэтому поднялась чуть выше, отыскав небольшой закуток за хвойным деревом. Таких деревьев в родной стране я не встречала: что-то среднее между елью и пихтой. Нагнувшись над ручьем, попыталась рассмотреть свое отражение. Нечеткое изображение довольно симпатичной девушки меня порадовало. Миловидное лицо, пухлые губы, большие светлые глаза, темные ресницы и брови. Что не говори, а внешность имеет значение в любом из миров.

Снова накатила слабость, и я устроилась на большом камне на берегу ручейка.

Вода в ручье была ледяной, поэтому умывалась я быстро и интенсивно. Пригодилось и найденное вчера в сундуке полотенце, но надо будет ларь ещё раз осмотреть более тщательно. Намочив полотенце, я обтерла шею, было холодно, но терпимо. Поэтому я начала спускать платье с плеч, чтобы освежиться: после затяжной болезни пахло от меня далеко не фиалками. Но какой-то неясный шорох со стороны дерева привлек мое внимание.

Златозар даже не попытался скрыться с места преступления.

– Я не подглядывал, просто не хотел тебя напугать неожиданным появлением, – он пожал плечами.

Сердито глянула на него и поправила платье, собираясь с мыслями. А вот и обратная сторона внешней привлекательности: мужчины могут не услышать «нет». Златозар, конечно, не выглядел подонком, способным воспользоваться моим зависимым положением. Но возможно именно этого опасался Михей.

– Мир, неужели вы решили сами за мной следить? – спросила я негромко и выразительно посмотрела на него. Брови Златозара подлетели на лоб.

– Нет, я просто увидел, как ты направляешься в незнакомый тебе лес, – начал мир спокойным размеренным тоном. – Ты могла заблудиться, поэтому я решил присмотреть за тобой. К тому же тебе лучше не ходить одной, вчера наш следопыт разглядел следы диких арихонов.

И кто это такие? Почему внутренний переводчик не сработал? На Земле нет таких зверей? Но судя по интонации Златозара – это весьма опасные животные.

– Настолько близко к Альмвейгу? – выразила я удивление. Дневной переход такой медленной кавалькады – это максимум километров двадцать-двадцать пять. Мир кивнул, продолжая вглядываться в мои глаза. – Мальчишек, надеюсь, вы сегодня не отпустите на изучение окрестностей?

– Я и вчера их не отпускал, – он криво усмехнулся. Подумав, мир добавил: –Михея отправят к тебе, я распоряжусь. Хотя не считаю, что это ему поможет влиться в компанию сверстников.

– Надо занять их чем-нибудь полезным, – задумчиво пробормотала я.

– И чем же? – спросил Златозар весьма заинтересованно. Если бы я знала?! Летом можно было бы по ягоды и грибы отправить под присмотром кого-нибудь из дружины, а сейчас?

Я пожала плечами.

–Я подумаю над этим вопросом, – зачем-то пообещала я, чем вызвала ещё одну улыбку у мужчины. Я перевела взгляд на воду в ручье, жалея о том, что не удалось освежиться. В таких условиях просить оставить меня одну, неразумно. Новая мысль заставила посмотреть на собеседника. – Мир, а где мы остановимся этой ночью? – и снова вопросительно поднятые брови в ответ. – Я хотела бы сходить в баньку. Или, на крайний случай, принять ванну.

Брови Златозара добрались уже до линии роста волос. Ну не могла же я настолько сильно попасть впросак? На Руси бани использовались с древних времен, а вот в Европе в ходу были ванны, насколько я знаю. Для южных купален климат не тот. Или изумление вызвано другим?

– У меня есть деньги на это, – произнесла я неуверенно. – Отец передал.

– Я знаю, – коротко обронил Златозар. – Я планировал поставить лагерь за воротами города. На постоялом дворе нам просто не хватит места, чтобы разместиться. И отпускать тебя одну – не вариант. Приставлять к тебе охрану…

– Конвой, вы хотели сказать? – не удержалась я от шпильки.

– Охрану, – повторил Златозар с нажимом. – Это выделять тебя из толпы. Снова, – он тяжело вздохнул. – Рада, тебе надо налаживать отношения с остальными переселенцами. А не постоянно демонстрировать свое положение.

Прикусив губу, я задумалась над его словами. Мне предстоит жить с этими людьми. А повышенное внимание со стороны мира к молодой вдовушке смотрится весьма однозначно.

Ладно, если мне путь в придорожную гостиницу заказан, то надо другие варианты придумать. Оглядела Златозара, он в который раз наполнил мне русского витязя. Волосы только каштановые, а не русые, зато глаза голубые. Возможно, я хочу обмануться, но мне этот народ древних славян напоминает. Поэтому пока буду исходить из истории нашей Руси.

– Так может нам разместиться рядом с какой-нибудь деревушкой, которая будет по пути? И попросить местных жителей растопить баньку, а то и не одну. Я думаю, многие захотят смыть с себя грязь после долгого перехода.

И снова мне в награду достался пристальный взгляд Златозара.

– Я подумаю, – спустя минуту постановил он, протягивая руку, чтобы помочь мне подняться с камня. – А сейчас нам лучше вернуться в лагерь.

– Мир, зачем нас с Михеем отправили в Северную цитадель? – решилась спросить я, поднимаясь самостоятельно. – Великий князь, хотел просто убрать с глаз долой? Или у нас будет трудовая повинность?

Это просто ссылка? Или нас всё-таки каторга ожидает? Надо понять это сейчас. Альмвейг – это лучшее место для побега, чем тот же караван.

– Рада, ты будешь заниматься тем, что тебе любо, – уверенно произнес Златозар. – Но я хотел на правах старого друга попросить мне помочь с управлением хозяйством. Девочек твоего рода учат этому с младенчества.

– Старого друга? – переспросила я невольно. Неужели они, действительно, так тесно общались? Но тогда почему он до сих пор не заметил подмены?

– Да, наши встречи были редки, – пробормотал Златозар. – Но я думал, что был твоим другом. Ты, видимо, считаешь иначе.

Глава 4

Возвращались мы в лагерь в гробовом молчании. Я настолько растерялась от его слов, что не смогла придумать, как правильно ответить. Понимала, что невольным вопросом обидела его, но как исправить ситуацию пока не знала.

Шли мы медленно, что дало возможность снова обдумать его предложение. Он мне место экономки в цитадели предложил? Или управляющей? Возможно, в этом мире были другие названия указанных должностей, но сейчас меня волновало другое.

Я родом из деревни и всё детство занималась тяжелой работой: пасла коров, заботилась о корме для домашних животных, днями пропадала в огороде вместе с сестрами. Летом вместе с другой детворой собирала дикую смородину, малину, землянику, чтобы мать могла хоть какие-то копейки заработать. Но как вести такое огромное средневековое хозяйство я даже не представляла!

Как я поняла из обрывков разговоров, нам нужно занять разрушенную крепость и капитально обосноваться в ней. И такая задача порождала множество вопросов. В каком состоянии сама цитадель? Сколько нужно купить припасов на такую толпу людей? Какой климат там? Насколько плодородна почва? Какие культурные растения вообще здесь есть? И как дела обстоят с домашними животными? На часть вопросов Люборада, наверняка, знала ответ, но далеко не на все.

Остановившись на середине пути, я растерянно посмотрела на Златозара. Мужчина сделал ещё два шага прежде, чем заметил, что я отстала.

– Рада? – вопросительно произнес он. Выдохнула, решаясь на авантюру.

– Златозар, я хочу быть твоим другом, – уверенно произнесла я. И да, я верила, что дружба между мужчиной и женщиной возможна.– Действительно, хочу. Но твое предложение насчет помощи в управлении… Честно, я боюсь, что не справлюсь. Я не знаю, в каком состоянии крепость. Не имею представления о местности, есть ли там почва пригодная для выращивания овощей и злаков. Да и с животноводством множество вопросов. Вдруг в окрестностях столько хищников, что покупка домашних животных просто бессмысленна, – я беспомощно развела руками. Златозар слушал меня внимательно, причем, судя по всему, я говорила дельные вещи, раз он не перебивал. Снова вздохнула и закончила скомкано. – Меня учили вести хозяйство, а не создавать его с нуля.

– Да и эти занятия тебе не нравились, насколько я помню, – с улыбкой заметил Златозар. – Меня же с детских лет обучали ратному делу, а не управлению крепостью. Так что будем вместе пробовать себя в необычной роли… если ты согласишься. И да, я понимаю, что ошибки будут и готов к ним.

– А почему ты согласился на это… назначение? – спросила я, не скрывая любопытства. Несмотря на довольно простую речь без особых архаизмов, подбирать слова было тяжело.

Златозар пристально посмотрел на меня, но ответил легкомысленным тоном.

– Великий князь пообещал, что если мы там хорошо обустроимся, то он присвоит цитадели статус города, а меня назначит князем земель Северного Приграничья, – мир снова протянул мне раскрытую ладонь. – А ты же знаешь, что по праву рождения я на такое и рассчитывать не мог.

– Так это награда? – удивленно пробормотала я.

– Которую мне ещё надо заслужить, – с нажимом закончил он. Причем в его словах мне почудился какой-то скрытый смысл. Но понять я его была не в силах. Поэтому я только неуверенно кивнула в ответ и попыталась перевести разговор на безопасную тему.

– Нам надо поторопиться, а то без завтрака останемся.

– Так ты согласна мне помочь? – настойчиво спросил Златозар. Снова неуверенно кивнула. И мужчина поспешил меня озадачить первым заданием. – Нам надо составить список покупок, которые необходимо сделать в Альмвейге.

– Для начала мне надо понять, что у нас есть в наличии, – возразила я и шагнула в сторону лагеря.

– У меня есть опись, – произнес Златозар, подстраиваясь под мой медленный шаг. – Можем сразу за ней сходить.

Я снова остановилась и нерешительно посмотрела на Златозара.

– Нам лучше вернуться в лагерь по отдельности, – произнесла я. Мужчина обернулся и пытливо посмотрел на меня. – Мне дорога моя репутация.

– Никто не посмеет даже косо на тебя посмотреть, – уверенно произнес мир.

– Ой ли?! – усмехнулась я. – В твоем присутствии – возможно. Но каждый подумает о моей доступности. Мне такая слава не нужна, мир.

Златозар медленно кивнул.

– Иди, – он жестом указал на лагерь. И я устремилась вперед, чувствуя взгляд мужчины каждым сантиметром тела.

Вернувшись к повозке лекаря, я повесила полотенце на задний борт, чтобы оно подсохло, и огляделась в поисках Михея. Куда он опять пропал? Почувствовав голодное урчание желудка, я направилась к полевой кухне, продолжая выискивать пасынка взглядом. Поэтому заметила возвращение Златозара в лагерь. Вышел он с другой стороны из леса, а, значит, к моим опасениям он отнесся серьезно. На несколько секунд наши взгляды встретились, но вскоре я отвела взор, забирая тарелку с кашей. Оценивающе посмотрела на повариху, пытаясь понять её лояльность. Она могла сориентировать меня, сколько необходимо припасов, чтобы разово накормить такую толпу людей. Оглядела я и её помощниц, встретив настороженное любопытство в ответ. Враждебности я не заметила ни от кого, но с просьбами пока не торопилась. В этот раз на трапезу я устроилась неподалеку от огромного котла, наблюдая за кухней.

Я уже доедала кашу, когда ко мне чуть ли не за шиворот привели Михея. Выглядел он каким-то взъерошенным и дюже сердитым.

– И чего ты им наговорила? – со злостью спросил подросток. При этом на дружинника, который его привел, он посмотрел с опаской.

– Ты завтракал? – игнорируя его враждебность, уточнила я. Синяк под глазом и ссадины на лице вызвали в сердце щемящую жалость, так что рассердиться на него я просто не смогла.

– Завтракал, – бросил он едко.

– Тогда иди в повозку, – строго произнесла я. – И переодень рванный кафтан. Заодно оглядись: всех твоих друзей-товарищей вернули в лагерь. – Михей осмотрелся и вопросительно приподнял брови. Интригу решила не держать. – Вчера один из дружинников доложил миру, что видели следы арихонов. А теперь брысь в повозку, не позорь нас своим видом.

Михей подчинился с очевидной задержкой.

Доев, я отдала тарелку более молодой помощнице кухарки.

– Спасибо, – поблагодарила я всех одновременно. Повариха же протянула мне глиняную кружку с ароматным напитком. Сделала глоток взвара и снова поблагодарила улыбкой женщин.

Допив напиток, я неторопливо вернулась к повозке и с тяжелым вздохом забралась внутрь. Михей сидел в рубахе и портках, с некоторой растерянностью поглядывая на кафтан.

– Сменного кафтана нет? – уточнила я, кивнув на его мешок. Подросток поморщился и вытащил грязную одежду из него. И чему я собственно удивляюсь? Я оперлась на сундук локтем, а ладонью подперла подбородок. – А стирать вещи мы и не умеем, – протянула я насмешливо.

– Это женская работа, – фыркнул Михей заносчиво.

– Так иди и попроси женщин, чтобы тебе одёжу постирали, – предложила я. Подросток отвел взгляд и сердито выдохнул. – А если не можешь, так учись сам. Вечером я тебя обучу этому нехитрому искусству.

– И когда это ты стирала себе сама? – съехидничал Михей. – Тебе даже сейчас Смеяна платье с плащом очистила. Но ты же мира, а я теперь никто.

И столько горечи была в его словах, что я успокоилась даже раньше, чем рассердилась. Трудно потерять всё в одночасье. Стоп, а почему я осталась мирой, а Михей потерял титул? Тот же принцип, что и с приданным? То, что у меня было до брака с Лесьяром, то и осталось после его казни?

Я тяжело выдохнула. И как мне достучаться до этого юноши, не зная всех реалий этого мира.

– Во-первых, ты – человек, а не «никто». Мужчина, будущий воин и защитник, – я хотела потрепать его по волосам, но вовремя сдержала порыв. Михей зло и недоверчиво глянул на меня, но возражать не спешил.

– Ты думаешь, мир Златозар возьмет меня в дружину? – с тщательно скрываемой надеждой спросил он. Причем имя мира Михей произнес с особой интонацией. Так словно говорил о тайном кумире. Я нахмурилась, но пока не перебивала его. – Я же сын предателя и заговорщика.

– Ты же изучал ратное дело? – уточнила я, и подросток кивнул. – Тогда не вижу причин, чтобы мир не взял тебя на службу. Он не из тех, что будет разбрасываться нужными к… умелыми людьми. – Михей недоверчиво хмыкнул. – Меня, например, он уже попросил помочь с хозяйством в цитадели.

– Ты с ним опять разговаривала? – обвинительно произнес мальчишка. Поморщилась, но не стала отрицать.

– Говорила, – кивнула я. – И если ты не объяснишь причину своей вчерашней просьбы, я продолжу с ним общаться. И уже не буду обижать недоверием своего старого друга.

– Друга? – насмешливо переспросил Михей. – Что ж ты с ним не общалась до болезни?

– Я была ослеплена горем, – пробормотала я, озадачившись этим вопросом всерьез. Неужели Люборада игнорировала Златозара все время в пути?

– А создалось ощущение, что ты его ненавидишь. Ведь это младший князь раскрыл заговор.

Награда, которую ещё надо заслужить, была за это? Люборада винила Златозара в смерти Лесьяра? Я отвернулась, чтобы скрыть растерянность от Михея. И чтобы как-то объяснить это действие, попыталась поднять крышку сундука. Но, видимо, взялась неудачно, она выскользнула у меня из рук и громко хлопнула. Михей чуть подвинул меня и открыл сундук.

– Михей, – негромко начала я, с опаской покосившись на мальчугана. – Лесьяр признал свою вину. – Я достала его записку и протянула её. Михей забрал у меня кусочек берестины, с легким недоверием вглядываясь в буквы.

– А мне он ничего не передал, – глухо пробормотал он.

– Лесьяр уговорил великого князя сохранить жизнь нам обоим, а это дорогого стоит, – не зная, как ещё утешить ребенка, пробормотала я. Выдохнула и снова уверенно солгала, ведь я не знала этого наверняка. – Он любил тебя, пусть и не показывал этого.

Михей часто заморгал и отвернулся. Я дала ему пару минут, чтобы взять себя в руки, и продолжила мысль.

– Так что нет, я не виню Златозара в смерти Лесьяра. И хочу помочь младшему князю с управлением хозяйством. Поэтому либо ты говоришь сейчас, почему не хочешь, чтобы мы общались. Либо мы к этому вопросу больше никогда не вернемся.

Михей посмотрел на меня и снова отвернулся, упрямо приподняв подбородок. Я тяжко выдохнула и полезла в сундук за нитками с иголкой. Положила их к кафтану, раздумывая насчет более тщательной ревизии. Нижнего белья я здесь никакого не заметила, так что неловкости возникнуть не должно.

– Я пойду? – неуверенно спросил Михей.

– Нет, – твердо произнесла я. – Ещё холодно гулять в одной рубахе. Лучше завернись пока в одеяло. Да и куда ты хочешь пойти? Сегодня на разведку местности вас не пустят из-за арихонов.

Привстав, я завернула полог ещё сильнее, чтобы света было больше. И решила все-таки заняться кафтаном. С досадой посмотрела на практически оторванный рукав: незаметно сшить ткань на таком видном месте не получится. Да ещё и деревянная пуговица была вырвана с мясом и болталась на одной ниточке. Начала с неё. Старалась пришить вырванный клок максимально аккуратно, поэтому не заметила, как к повозке подошел Златозар.

– Мира, – позвал он меня. От неожиданности я уколола палец иголкой. Ойкнув, по старой привычке засунула палец в рот и посмотрела на Златозара совсем недобрым взглядом.

– Да? – вопросительно произнесла я, удивленная его теплой улыбкой. Поспешно отдернула руку, предположив, что этот жест выглядел детским в его глазах.

– Я принес опись, – мужчина протянул мне тугой свиток и тяжелую книгу. – И книгу, ты просила что-нибудь почитать.

– Спасибо, – буркнула я, забирая макулатуру. Пристроила книгу со свитком в открытый сундук и снова вопросительно посмотрела на мира, который не торопился уходить.

– Я чем-то ещё могу вам помочь? – после неловкой паузы уточнил Златозар. Посмотрела на нахохлившегося Михея и пожала плечами.

– Сколько всего человек в обозе и сколько дружинников у вас?

– У меня здесь тридцать дружинников и восемьдесят шесть крестьян, считая женщин и детей.

– Плюс нас трое и лекарь? – уточнила я. Златозар кивнул. Всего сто двадцать человек. Да уж, такую ораву пойманными в лесу кроликами не накормишь. – Хорошо, вечером я ещё пару вопросов у вас уточню, – с намеком произнесла я. И Златозар его понял.

– Скоро отправляемся дальше в путь, – произнес он, прежде чем удалиться.

Я пришила пуговицу и словно невзначай спросила у Михея.

– Ты с миром принципиально не разговариваешь?

Мальчишка ничего не ответил, только сердито засопел ещё громче. Телега тронулась, занимая свое место в караване.

С кафтаном провозилась больше часа. Положила его между нами и потянулась за описью.

– Спасибо, – пробормотал мальчишка, надевая кафтан. И тут же уточнил. – Я пойду?

Кивнула, хотя и не понимала, куда ему торопиться. Развернула свиток и принялась его изучать. Так овес и сено для лошадей, а их в обозе больше полусотни. Не уверена, конечно, но для такого количества фуража надолго не хватит. Рожь, ячмень, просо, полба, она же пшеница. Из овощей: капуста, репа, редька, морковь, свекла, горох, бобы. Из фруктов имелись только яблоки. Из мясного ассортимента: говядина, свинина, куры. Запасы не впечатляли. Впрочем, вполне возможно, что Златозар планировал закупиться в последнем городе на пути в Северную цитадель. Приобрел необходимый минимум в дорогу и на этом успокоился. Да и зачем тащить продукты через все княжество?

Отложила опись, чтобы достать книгу. Название не впечатлило, но выбора не было. «Летописи Росславии с древних времен и до наших дней». Спасибо, конечно, что не житиё каких-нибудь святых. Кстати, а как тут с верой? Сколько богов в местном пантеоне? А может, поклоняются природе?

Вздохнув, принялась за изучение летописей, надеясь найти полезную информацию. И она была, но в небольшом количестве. Первые страницы я читала, словно сказку о временах, когда люди жили в гармонии с природой. И в соседях у них значились магические народы: русалки в реках и морях, лешие и нимфы в лесах, а тролли и гоблины в горах. Шли годы, и человек и здесь возомнил себя венцом природы. Некоторые из них смогли покорить самую сложную стихию этого мира – магию. И самые сильные маги объявили себя правителями. Земли Росславии возглавил некто Лучезар Суровый. Несколько веков великокняжеский титул переходил от отца к самому сильному и умелому сыну. Пока маги не устроили армагедец. Был это эксперимент неудачный, или просто случайность, но на юге великого княжества произошел магический взрыв, уничтоживший правящую чету. Причем он спровоцировал цепную реакцию по всему миру. А после магия иссякла, избытки возникшие после взрыва впитались в камни из изуникса. Черный минерал смог упорядочить хаотичные остаточные выбросы. Впоследствии по прожилкам маги смогли понять, какую конкретно энергию содержат те или иные изуниксы.

Оставшись без правителя, князья городов-полисов решили провести совет, на котором выбрали нового главу. Пролистав до конца, поняла, что позже титул великого князя передавался по наследству. Куда исчезли магические народы? Вымерли, ушли в другой мир или спрятались подальше от людей. Никто толком не знает, после взрыва было не до отслеживания их миграции. А потом стало поздно.

С печальной улыбкой я закрыла книгу. Хотела бы я увидеть какой-нибудь волшебный народец, но человек и здесь умудрился нагадить так, что мама не горюй. Как я понимаю, маги сейчас умеют только извлекать энергию из этих камней и направлять правильно потоки. Изумлеки, как я понимаю, хранят целительскую магическую энергию, объем которой напрямую зависит от размера камня. А вот за эффективность использования отвечает маг – целитель.

Это конечно все интересно, но практической пользы от этих знаний не много. Отложив книгу, я полезла в свой сундук. При повторном осмотре нашла отрез ткани, похожей на сатин на самом дне сундука. Также обнаружила пару интересных свертков: в одном было два брусочка мыла, в другом кожаные балетки на лето. Местные крестьяне ходили в онучах и лаптях из коры деревьев, пару раз я замечала лапти из полосок кожи. Дружинники же ходили в сапогах, как и мы с Михеем. Причем у мальчишки они были уже изрядно поношенными. Надо будет в Альмвейге нам прикупить сменную обувь.

Изучила я и платья, чтобы понять, что для себя стоит приобрести в городе. Мне понадобятся более простые платья, которые не жалко будет замарать. Интересно, мы найдем лавку с готовыми нарядами? Или проще будет ткань закупить? В том мире я в молодости на курсы шитья ходила. В советское время это было необходимостью. Основная же работа у меня была на заводе, как и у миллионов моих сограждан.

И все же почему я так заинтересовалась предложением Златозара? Даже о побеге перестала думать. Хотя стоит признаться, идея с побегом никогда не казалась мне особо привлекательной. Поэтому, наверное, убедившись в том, что к нам с Михеем относятся здесь нормально, я отбросила эту мысль. К тому же отец Люборады обещал похлопать за неё через пару лет. Беспокоила только неизвестность, а именно незнание причин исчезновения прежних жильцов цитадели. Но возможно стоит расспросить об этом Златозара? Вряд ли он знает намного больше Светлана, но был шанс, что великий князь просветил посланца в Цитадель лучше, чем праздных наблюдателей.

Хм, надо бы уже составить список вопросов к Златозару.

Оценить насколько они безопасны, то есть не выдадут ли они моё переселение в этот мир. И понять, какие из них можно переадресовать другим людям. Записать бы вопросы, но на ходу это сделать невозможно. Да и не уверена, что у меня получится управиться с пером.

Я задумчиво изучала пейзаж, когда заметила одну из помощниц кухарки, ту, что помоложе. Заряна была улыбчивой и приветливой девушкой. Да и поболтать любила.

Выпрыгивать из повозки, пока она неторопливо двигалась по дороге, мне было страшновато. Я уселась на самый край телеги и, собрав всю смелость, соскочила на землю. Страх разоблачения все ещё довлел надо мной, но я решительно направилась к Заряне. Пора уже начинать действовать, а не плыть по течению.

Глава 5

Девушка поначалу настороженно отнеслась к моему любопытству. Поэтому пришлось надавить на жалость.

– Я же никого здесь толком не знаю, – пожала плечами, выдавив печальную улыбку. – Даже поболтать не с кем. Михей, и тот, постоянно сбегает от меня.

– Да что вам интересного рассказать про себя? Всё, как у всех, – Заряна развела руками. – Жила с мамкой-папкой. Помогала в хозяйстве, да с младшими братьями-сестрами возилась. Замуж выскочила за среднего сына кузнеца, – она указала взглядом на возницу повозки, что шла за нами. – Влюблена была, да и думала, что с Камилем буду жить сытнее, но… – она многозначительно замолчала.

– А почему решили сорваться в этот поход в разрушенную цитадель? – решила подтолкнуть я Заряну к дальнейшему рассказу.

– Так нам пообещали свой надел земли без всякого оброка в первые три года, – девушка всплеснула руками от эмоций, которые били чрез край. – Поработать, конечно, придется первое время на износ. Но в новом доме я буду полновластной хозяйкой.

– И что? Тебя даже слухи о северной цитадели не пугают?

Заряна покосилась подозрительно и как-то неопределенно пожала плечами.

– Да никто толком ничего не знает, оттого и придумывают небылицы, – не слишком убедительно заявила она.

– А если там землица плохая? – поинтересовалась я. – И ничего хорошего уродиться на ней не сможет?

Девушка помрачнела, но тут же взяла себя в руки.

– Камил у отца многому научился, так что на новом месте он кузню откроет. Голодать мы точно не будем, – она задумалась о чем-то, а после уверенно продолжила. – Но как мне, кажется, наш младший князь предусмотрел и этот вариант. Помимо крестьян в обозе несколько ремесленников из разных областей. Даже пару горняков нанял. Загодя подумал, чем же его княжество будет торговать с остальными.

Интересные мысли для необразованной крестьянки. Или до этого заключения они всем коллективом додумались на вечерних посиделках?

– Предусмотрительный, – одобрительно произнесла я. Горняки? Мы в горы направляемся? Уточнять не стала, приступила к более детальным расспросам насчет стоимости продуктов, семян и домашних животных. Конечно, цифры были не точные, но разброс цен я постаралась запомнить. Спросила я и про наличие сельскохозяйственного инвентаря. Радует, что плуг и борона уже широко используются в этом мире. Кто-то из крестьян даже захватил плуг с собой, а борону можно сделать из подручных материалов.

Разузнала бы побольше, но неожиданно осознала, что мы уже сильно отстали от повозки Камила и Заряны. И сейчас плелись почти в хвосте обоза. Видимо, по мере усталости я снижала темп ходьбы. И сейчас уже еле ползла. Рано я решилась на такую продолжительную прогулку. И к этому выводу пришла не я одна. Приближение Ведомира я заметила в тот момент, когда растерянно озиралась по сторонам.

– Мира Люборада, – спешившись, заметил он. – Я, конечно, рад, что вы так быстро встали на ноги. Но переутомляться все же не рекомендую.

Он жестом предложил мне забраться в седло. Его невысокая кобылка казалась смирной, поэтому я шагнула к ней. И виновато поглядела на Заряну.

– Я легко догоню Камила, – заверила она меня, как-то догадавшись о моих переживаниях. Кивнула и приблизилась к транспорту. Ведомир помог мне забраться в седло, а после быстрым шагом вернулся к своей повозке, ведя лошадь в поводу.

– Мира, поберегите себя, вашему организму нужно окрепнуть, – попросил мэтр, помогая мне перебраться в повозку. – Вы совсем недавно побывали на Грани.

– Хорошо, мэтр, – кивнула я головой. И прежде чем лекарь сбежал, предложила делано небрежным тоном. – А могу я чем-нибудь вам помочь? Хочу отплатить за вашу доброту и заботу.

– Это моя работа, – отмахнулся Ведомир, забираясь в седло. И с явным намеком на меня, закончил. – А лучшей наградой для лекаря является полностью выздоровевший пациент.

Что ж? Напроситься в ученицы пока не получилось, но попыток я не оставлю. Узнать о местных травах нужно в любом случае. Да и профессия знахаря всегда была почетной. А я к тому же знаю, об организме человека поболее местных докторов.

Я снова взяла книгу, но чувствуя усталость, решила прилечь. И сама не заметила, как заснула.

Проснулась, когда солнце уже начало клониться к горизонту. Выглянув за полог, поняла, что мы разбили лагерь рядом с деревней. Неужели Златозар решил последовать моему совету?

Словно в ответ на мои мысли, к повозке подбежал Михей.

– Мир Златозар послал за тобой, – воодушевленно произнес мальчишка, чуть ли не приплясывая на месте.

Кивнула и полезла в сундук за свежим платьем, мылом и полотенцем. Взяла и кошель с золотыми монетами, отсыпав большую часть в шкатулку. Все это утрамбовала в суму, в последний момент захватила с собой и свиток с описью. Михею скинула мешок с его грязной одеждой, отчего тот поморщился, но возражать не посмел.

Пасынок целеустремленно провел меня к Златозару, ожидавшему на краю деревни.

– Пойдемте со мной, – окинув нас быстрым взглядом, распорядился мир. Деревня была небольшой, так что к её центру мы вышли минут за пять. И направились в самую добротную избу этого поселения. Не иначе, как к старосте.

На пороге нас встретила супружеская пара средних годов. Златозар представил меня им. Збигнев и Добронега поклонились, приглашая в дом, отчего я сильно растерялась. Изобразила легкий поклон в ответ, благодаря за гостеприимство.

– Не сочтите за дерзость, гости дорогие, – начала Добронега с ласковой улыбкой. – Отдохните с дороги, пока баня протопится.

Я вопросительно поглядела на Златозара, который, как мне показалось, с радостью принял приглашение. Хотя чему я удивляюсь? Он весь день в седле провел, не то, что я.

Нас устроили в горнице на широкой скамье. Помнила, что перед баней наедаться не стоит, но желудок уже подавал первые признаки голода. А тут ещё и Добронега с дочерьми начала стряпать пирожки, от запаха которых потекли слюнки. Впрочем, долго ждать нас не заставили. Минут через двадцать в избу заглянул паренек лет шестнадцати и доложил, что баня готова. Добронега тут же позвала меня с собой, прихватив крынку с квасом и туесок с пирожками.

Признаюсь честно, в какой-то момент испугалась, что бани здесь общие. Поэтому «девичий» состав порадовал. Парились мы в несколько заходов, подкрепляя силы квасом с пирожками. Зато ощущения после неё были фантастическими. Уже одеваясь в предбаннике, смущенно поинтересовалась, где можно прикупить чистую одежду для Михея. Добронега пообещала решить этот вопрос. Меня же начало клонить в сон, поэтому я не стала спорить. Вернувшись в избу, увидела, что Златозар умудрился задремать, прислонившись спиной к печке.

– А где Михель? – негромко уточнила я, не решаясь разбудить мужчину. Со второго этажа раздался шум, и вскоре на лестнице я увидела пасынка.

– Что-то вы долго, – заметил он. Пожала плечами и нерешительно посмотрела на Златозара, который, видимо, проснулся от шума. Поежилась под его пристальным взглядом.

– С легким паром, – произнес мужчина такое знакомое пожелание. Вот только взор его был тяжелым и темным.

– Спасибо, – откликнулась я, опустив взгляд. Михей негромко хмыкнул, привлекая мое внимание. И не только мое.

Златозар поднялся и, кивнув мальчишке на выход, сам направился в ту же сторону.

Добронега предложила испить травяного чая для бодрости, и я не отказалась. Он действительно помог справиться с сонливостью. Добронега с девочками занялись приготовлением ужина, отказавшись от моей помощи. А я с некоторой завистью смотрела на то, как ловко она управляется с печкой. Я бы уже раз двадцать кожу бы подпалила на руках и ухватом себе синяков бы понаставила. С легким вздохом сожаления я продолжила аккуратно распутывать волосы. Они выглядели уже лучше после мытья местным шампунем из яичных желтков, но их длина все равно меня удручала. Однако стричь я их опасалась, так как не знала обычаев этого мира.

Вернулись мужчины, как раз к накрытому столу. Збигнев словно чувствовал, когда следует появиться. С удивлением в их компании обнаружила и Ведомира.

Еда была простой, но вкусной и сытной. Наевшись, я хотела выскользнуть из-за стола, но разговор мужчин привлек мое внимание. Рассуждали они о ценах на рынке в Альмвейге. Решила, что одежду Михея я успею и утром постирать, и приготовилась запоминать информацию. Но вскоре снова почувствовала сонливость. И травяной чай в этот раз уже не помогал. Огляделась и толкнула задремывающего пасынка.

– Нам пора в лагерь возвращаться, – негромко сказала ему, поднимаясь.

– Да куда ж вы пойдете? – удивилась Добронега.– Я вам уже постелила. Михею на чердаке с мальчишками, а вам с миром в нашей спальне. А мы с супругом в детской устроимся.

– С миром? – переспросила я непонимающе и посмотрела на Златозара. – Мы не…

– Мы не будем вас стеснять, – вмешался мир, поднимаясь. – Спасибо за гостеприимство, но мне нужно быть с дружиной. Впрочем, если пожелаешь, – он демонстративно посмотрел в мои глаза. – Можешь остаться с Михеем здесь на ночь.

Покачала головой, все ещё пораженная предложением Добронеги.

– Люборада, – с непонятной интонацией протянул Михей. – Может, лучше останемся?..

Я нахмурилась, уловив тщательно замаскированные просительные нотки в его вопросе.

– Оставайтесь, – распорядился Златозар и направился к выходу. Ухватила его за руку.

– Постой, – попросила я, хотя он уже и так замер неподвижно. При этом он так посмотрел на наши ладони, что я поспешно отдернула руку. Он поднял взгляд, и я пояснила торопливо. – Нам надо обсудить завтрашние покупки.

– Утром обсудим, – негромко предложил он. Снова нахмурилась и покачала головой, уловив неодобрительный взгляд Ведомира. Златозар протянул мне руку раскрытой ладонью вверх, отчего я замешкалась на несколько секунд. Но все же вложила свою ладонь. Златозар снова поблагодарил старосту за баньку и трапезу и направился к выходу.

На улице было уже темно. Свет проникал только через слюдяные окна, оттого его было мало. Поэтому и различить, что выражал взгляд мужчины, я не могла.

– И что такого срочного ты хотела обсудить именно сейчас? – спросил мир, едва мы оказались на крыльце. Ведомир же направился к лагерю, не задерживаясь рядом с нами.

– Скажи хотя бы, на какую сумму можно рассчитывать, – произнесла я негромко, не понимая его настроения. Высвободив руку, я отошла к перилам, вглядываясь в звездное небо. Созвездия все незнакомые, что ещё раз подтверждает мою догадку, что я не в прошлое угодила.

– Триста золир, – коротко обронил мужчина. – Остальные золиры оставлю на будущее.

Я кивнула, продолжая изучать небо. А ведь есть и более точный способ, понять, где я сейчас нахожусь.

– А у тебя есть карта нашего княжества? А ещё лучше всего материка, – посмотрела на Златозара, не скрывая заинтересованности в ответе.

– Карта? – переспросил он растерянно. Видимо, я слишком резко сменила тему. Кивнула.

– Хочу понять, что нас ожидает на северной окраине Росславии. Реки, озера? Насколько высоки там горы и есть ли долины?..

– У меня есть карта, но такие подробности на ней не изображены, – ответил он, подходя ближе. – Завтра покажу её, а сейчас тебе лучше пойти спать. Завтра будет трудный день.

Снова кивнула, отступая в сторону на шаг.

– Спокойной ночи, – торопливо попрощалась я, проскользнув к двери. И только закрыв оную за собой, я смогла расслабиться.

Уф! Никогда не умела легко и тактично давать мужчинам от ворот поворот. Тем более, что в случае со Златозаром я все-таки могу ошибаться. Он-то заявлял о дружбе, и я хотела в неё верить. Амурные дела меня сейчас никак не прельщали. Да и вообще в принципе не интересовали. Не могу назвать собственный брак в том мире счастливым. Но на сторону я не то что не ходила, не глядела даже. Так что уже позабыла, как флиртовать с мужчинами. Да и зачем это нужно? Меня звание вдовы вполне устраивает.

– Добронега, – окликнула я хозяйку, пройдя в горницу. Михея я опять не увидела, но его мешок с грязными вещами валялся под скамьей. Женщина отвлеклась от мытья посуды и посмотрела на меня вопросительно. – Я хотела бы постирать вещи, пока вода в бане теплая.

– Так это дело небыстрое, – начала Добронега удивленно. Я кивнула, понимая, что с текущими технологиями я убью на стирку пару часов. Женщина посмотрела на старшую дочь. – Годана, помоги нашей гостье. Покажи, где щелок стоит, и вальки принеси.

Захватила я и свою одежду: платье и ночную рубашку.

– А Михей уже спать пошел? – спросила я девушку на пороге избы. Та молчаливо кивнула. И мне оставалось только смириться.

В бане Годана не дала мне устроиться. Плохая примета. Вместе вынесли глубокий таз во двор. Натаскали в него теплой воды и залили щелок в бадью. Начала я со своей сорочки, переходя к нательным рубахам Михея, а после с помощью специальной колотушки занялась платьем, портками и кафтаном. Годана помогала мне орудовать деревянным вальком, менять воду, отжимать тяжелую ткань. Так что справились мы за полтора часа. После чего я просто без сил рухнула в кровать. Заснула я, кажется, ещё в полете. И в этот раз меня уже не преследовали туманы. Наверное, у меня все-таки получилось настоять на своем.

Проснулась я с первыми петухами. Эти твари такими голосистыми здесь оказались. Или я отвыкла от их криков, пока жила в городе? Потянулась, собираясь с мыслями. Валяться в кровати не имело смысла, так как нам скоро предстояло выдвигаться в город. Поднявшись, я надела платье, затянув шнуровку. И направилась на кухню. Добронега уже вовсю колдовала у печи.

– Доброго утра, – поздоровалась я с улыбкой. – А где можно умыться?

– Так вон же умывальница, – женщина кивнула на вполне узнаваемую конструкцию в углу. Я с удовольствием освежилась прохладной водой. В процессе обратила внимания на состояние ладоней. Щелок негативно повлиял на кожу, она начала шелушиться от сухости. Надо было все-таки вещи мылом стирать, несмотря на возражения Годаны. Для крестьян брусок настоящего мыла был настоящей редкостью, чуть ли не сокровищем. Мне же он напоминал хозяйственное мыло. От пришедшей в голову идеи я даже замерла. Честно, в свое время, читая романы про хозяйственных попаданок, я в какой-то момент развеселилась. Каждая вторая занималась варкой мыла. Сама я таким хобби не увлекалась, но основные ингредиенты знала из тех же книжек: щелок и жир (или растительные масла). Нужно будет, конечно, поэкспериментировать с пропорциями и с самим процессом, но думаю, это не составит труда.

Чем ещё можно заняться в это время с моими скудными познаниями? Вчера во время стирки я непрерывно думала на эту тему. И пока в голову пришло только животноводство. Можно овец и коз прикупить для производства шерсти. Я могла бы заняться вязанием спицами. Ведь две ровные деревянные палочки не сложно изготовить. Да и макраме я немного помнила, но спицами будет быстрее.

Неожиданно мое внимание привлекли стоящие в кружке деревянные палочки с одним размочаленным концом. Неужели это первые зубные щетки? Рядом с ними в небольшом глиняном горшочке заметила необычную зелено-серую смесь. С опаской взяла щепотку и попробовала пальцем с этим порошком почистить зубы. Легкий мятный привкус успокоил мою паранойю, а то я уже успела нафантазировать на тему, из чего этот порошок сделан

Я вытерла полотенцем руки и лицо и подошла к Добронеге, которая в этот момент пекла блинчики. От одного запаха у меня началось активное слюноотделение. Снова предложила помощь, но не удивилась, когда женщина не отказалась.

– Добронега, а почему вы вчера предложили нам с миром одну кровать? – спросила я осторожно. Женщина с легким недоумением посмотрела на меня и продолжила мысль. – Мир Златозар сказал вам, что мы женаты?

– Нет, не говорил, – с улыбкой ответила Добронега. – Но он так на вас смотрел… Уф! Даже мне горячо стало!

Я покачала головой, испытывая дикое смущение. Значит, мне вчера не почудился его интерес. Это плохо.

В этот момент из сеней показалась Годана с ведром молока. Минутой позже в избу заскочила и средняя дочь старосты с лукошком яиц. Мне они показались крупнее куриных, но возможно в этом мире курицы именно такие яйца несут. Девочки занимались привычными домашними делами, одна я сидела без дела. Вспомнив о постиранной вчера одежде, направилась в предбанник. Сняла с натянутых веревок ещё немного влажные вещи и аккуратно свернула. Свои рубашку и платье уложила в суму, а одежду пасынка в мешок.

Вернувшись в избу, с удивлением обнаружила почти все семейство в сборе. Девчата накрывали на стол, а мальчишки умывались у рукомойника. Среди последних я заметила веселого Михея. Видеть улыбку на обычно хмуром лице подростка было непривычно и радостно. С трудом заставила себя отвести взгляд, опасаясь смутить мальчишку.

Добронега уже звала всех за стол. Нам с пасынком достались почетные места рядом с супружеской четой. На этот раз на столе была томленная в печи каша и блины со сметаной. Только сегодня заметила, что сахара, как такого не было. Зато на столе стоял мед в глиняном горшочке. Мы уже допивали душистый чай, когда в дверь постучали. На пороге оказался Златозар с дружинником. Добронега их тут же позвала к столу.

– Благодарствую, хозяюшка. Но мы уже позавтракали, да и времени нет, – ответил Златозар. Я тут же подобралась и подтолкнула Михея.

– Что мы вам должны? – негромко спросила я у Добронеги, которая кинулась собирать блинчики нам в дорогу.

– Так, мир Златозар за все расплатился сверх меры, – ответила женщина с улыбкой.

Не желая чувствовать себя обязанной, протянула брусочек мыла, на который Добронега в бане глядела с завистью.

– Примите на память от нас, – негромко из-за смущения произнесла я. Дарить уже пользованное мыло для меня было дико, но здесь другие ценности. Добронега с благодарностью отнеслась к такому подарку.

– А котенка не возьмете в память о нас? – предложила Годана несмело. На руках у неё сидел довольно крупный рыжий котенок. – Его мать – великолепная охотница на мелких грызунов.

– Ох, – протянула я с растерянностью. Эти животинки в нашем хозяйстве точно пригодятся. Посмотрела на Михея, который уже ручки тянул к меховому комочку. – А сколько ему?

– Уже больше месяца, – заверила меня Добронега. Странно, а я бы два месяца ему дала. – Вполне самостоятельный кот.

Буду надеяться, что так и есть.

– Михей, ты отвечаешь за него, – строго произнесла я, на что пасынок активно закивал головой. Посмотрела на Добронегу и, поддавшись эмоциям, обняла её. Чем-то она мне маму напомнила. – Спасибо вам за всё.

Женщина смутилась, но обняла меня в ответ. Отстранившись, я шагнула к двери.

Глава 6

Мужчины терпеливо дожидались нас на крыльце. Уже спустившись на землю, я увидела маму нашего рыжика и испуганно икнула. И это домашняя кошка?! Размером она была со взрослую рысь. Да и уши с кисточками намекали, что одомашнивание кошек прошло не так давно. Или не по плану.

Отвела взгляд от опасной кисы и увидела местных кур.

То ли где-то рядом ядерное оружие испытывали, то ли гормонами так напичкали, но эти птицы были раза в полтора крупнее наших.

Златозар тем временем подвел меня к вороному коню, жестом предлагая мне на него забраться. Нервно усмехнулась и отступила на шаг.

– Рада, ты чего? – удивился мир. – Тебе же понравился черный Красавец ещё жеребенком. Ты даже помогала мне за ним ухаживать.

– Он и сейчас мне нравится, – заверила я мужчину, отступив от громадного коня ещё на шаг. – Особенно любовь моя сильна на расстоянии. – Златозар озадаченно глядел на меня, и я зачем-то пояснила, упомянув случай из моего детства. – Подо мной лошадь как-то понесла, думала, уже живой не слезу.

– Я не дам Красавцу свободы, – постарался убедить меня мужчины.

– А разве пешком мы не дойдем до лагеря? – с надеждой спросила я.

– Я приказал людям выдвигаться, – терпеливо пояснил Златозар. – Мы, конечно, догоним и пешком, но ты такой темп не выдержишь.

С тяжелым вздохом я все же подступила к коню. И даже приняла помощь Златозара, иначе бы просто не смогла на него взгромоздиться. Дружинник тем временем тоже забрался в седло и протянул руку Михею. Тот спрятал котенка за пазухой и чуть ли не взлетел на круп лошади позади дружинника. А я с запозданием осознала, что Златозар тоже не собирается топать пешком. И спустя секунды за моей спиной устроился мир. Максимально выпрямила спину, чтобы увеличить расстояние между нами.

Златозар негромко хмыкнул, но промолчал. И при первом же шаге животного я чуть не упала в его объятия. Юбка не позволяла оседлать коня правильно, и я могла ехать только боком. Снова выпрямилась, но при переходе на рысцу поняла, что это бесполезно.

– Мы хотели обсудить предстоящие покупки, – максимально безразличным тоном произнесла я, поправив суму на плече.

– Слушаю твои предложения, – произнес мужчина, придвигая меня к себе поближе. Встретив же мой возмущенный взгляд, пояснил. – Я не хочу, чтобы ты упала с коня.

– Надеюсь, мы быстро догоним обоз, – пробурчала я негромко, пытаясь разглядеть телеги. Но тут же поморщилась из-за досады на себя. И переключилась на более важную тему. – Сначала мне надо понять несколько моментов. Что обещано крестьянам и ремесленникам, которые отправились с тобой?

– Надел земли, отсутствие оброка в течение трех лет, – повторил он слова Заряны. – Для ремесленников – беспошлинная торговля в течение двух лет.

– Почему они без домашних животных?

– Путь долгий, и мы бы не смогли обеспечить кормом ни коров, ни овец, ни кур. Поэтому крестьяне продали скотину в столичном княжестве.

– А что насчет кошек и собак? – уточнила я.

– Оставили родичам, – Златозар пожал плечами.

– Надо будет в городе прикупить крупных собак, лучше волкодавов, – задумчиво начала я, скорее просто рассуждая вслух, чем давая совет.– А ещё лучше пару пометов щенков приобрести и раздать тем ребятишкам, которым будет интересно о них заботиться. Они будут учить их командам. И к середине лета мальчишек можно будет посылать в лес по ягоды-грибы самостоятельно. Да и с котятами также можно поступить, то есть отдать тем, кто готов за них нести ответственность. И дети будут при деле и живность обихожена. Плюс будет хоть какая-то зашита от диких животных.

Златозар кивнул, с интересом глянув на меня.

– А каких ремесленников ты нанял?

– В обозе есть гончар со своей семьей, ткач с женой, плотник, каменотес, скорняк и кузнец с женой.

– А стекловары? – спросила я. – Что ты думаешь в окна вставлять? Или надеешься сразу наткнуться на месторождение слюды?

– Стекловары слишком ценят свой труд, – пробурчал Златозар. – Что-нибудь придумаем на месте. Пока они мне не по кошелю.

– Ладно, ювелиры, как я понимаю, тоже не в чести. Да и не факт, что наткнемся на богатые месторождения… – закончила я задумчиво. – А что насчет бортников?– кажется, именно так звали пчеловодов раньше.

Златозар как-то тепло улыбнулся мне и протянул.

– Про мёд-то я и забыл, – сокрушенно начал он. – Как же без сладкого будут наши прекрасные женщины?!

– И дети, – добавила я серьезно. – Но нам нужен будет и воск для свечей.

Златозар приподнял брови в легком недоумении, но поразмышляв, кивнул. Я эта пауза заставила меня задуматься. В деревенских избах использовали обычно лучины, но восковые свечи однозначно лучше. Сальные свечи, насколько я знаю, тусклые и вонючие.

Тем временем мы уже нагнали обоз. И на нас с миром тут же сосредоточилось все внимание крестьян. Конь перешел на шаг, что позволило мне, вцепившись в луку седла, выпрямиться. Терпеливо ждала, когда мы доберемся до знакомой повозки. Но когда Златозар поехал дальше, я уже не сдержалась.

– Отпусти меня, – потребовала. Мужчина бросил на меня хмурый взгляд, и я добавила. – Я в повозке поеду.

– Мы же ещё не договорили, – возразил Златозар.

– Можешь ехать рядом или присоединиться ко мне. Ну или можем обсудить все на месте.

– Почему?

– Ты сам просил меня не выделяться, – напомнила я. После чего кивнула на крестьян и добавила. – Мне с ними жить, и, как я говорила, слава гулящей девки, меня не прельщает. Что можно одному…

– Никто не посмеет… – начал Златозар, но под моим скептическим взглядом замолчал.

– Да и мне неудобно с тобой так разговаривать, – добавила я с легкой улыбкой, надеясь замять неприятную тему.

Златозар кивнул и приказал вознице остановить телегу. Помог мне забраться в повозку. А сам поехал рядом. Общаться так было неудобно, приходилось практически кричать.

– Что ты знаешь о Северной Цитадели? – спросила я, напрягая связки. – В каком она состоянии? Насколько большое основное строение – хватит ли там места всем людям? Может, там есть казармы для воинов?..

Златозар поднял руку, призывая к молчанию.

– Я сейчас, – сказал он и исчез, а точнее ускакал вперед.

Вернулся он минут через пять, уже пешком, несся свиток в руках. Заскочил в телегу на ходу, заставив меня подвинуться. Отодвинула полог по максимуму не только ради освещения. Так все будут видеть, что мы просто общаемся. Свитка оказалось два: карта и уже изрядно потрепанная схема цитадели. Карта Великого княжества Росславии вызвала разочарование. Во-первых, размер: чуть больше альбомного листа. И что на нем могло поместиться? Только схематичное изображение территории. Города-полисы были обозначены звездами с разным количеством концов. Как пояснил Златозар, количество лучей показывало численность населения в тысячах. Крупные села и деревни обозначались точками. Пунктиром был нанесен главный тракт, реки синими линиями, горы галочками наоборот.

– А мы сейчас где находимся? – уточнила я, чтобы не тратить время на поиски. Златозар ткнул в одну из звезд на севере. Одна из рек протекала рядом с городом, задевая собой звезду. И шла она на север. Параллельно реке шла пунктирная линия, которая выше резко уходила на запад, но линия реки продолжала идти вверх к горам. – Где находится Северная Цитадель? – снова спросила я, ведь никаких похожих надписей я не видела. Златозар указал пальцем на точку, рядом с галочками. Линия реки проходила в сантиметре от этой точки. – А река судоходная?

– До Альмвейга точно, на пристани можно увидеть множество кораблей из разных стран, – уверенно произнес Златозар и задумался. – Здесь она ещё достаточно глубокая, – кивнул он на неожиданный поворот на главном тракте. – Наши ладьи спокойно добираются до Белозерки.

Он указал на крупное поселение, которое стояло на этом свертке.

– А почему здесь такой резкий поворот?

– Раньше через реку был мост, – Златозар пожал плечами. – Собственно тракт, который вел до Цитадели проходил по той стороне реки, но со временем он разрушился. Мы перейдем же реку северней, там есть брод, – он указал на карте нужное место.

– Нам нужно будет поспрашивать, как далеко на север можно пройти по реке, – заметила я. – В будущем проще и быстрее будет добираться до Альмвейга по реке. На конечной точке построить пристань, а до неё подлатать тракт, чтобы можно было спокойно проехать на телеге.

Златозар с интересом посмотрел на меня и медленно кивнул. Больше ничего интересного я на карте не нашла. Отметила только, что нашими соседями с севера были варвары. У них государства ещё не образовалось? Или это картографы так обозвали. С юго-запада, например, в соседях значились степняки. С других же сторон, были написаны названия стран, которые мне ничего не говорили.

Свернула карту и взяла схему. Ого! Так это целый город в миниатюре. На карте были обозначены стены, южные ворота, замок, бани, казармы и несколько неподписанных строений.

– Насколько она разрушена? – спросила я, стараясь не радоваться раньше времени.

– Никто толком не знает, – мужчина пожал плечами. – Там тоже магия бесновалась в день Исхода магии. Да так, что живых людей там не осталось. Жители ближайшей деревни тогда всех похоронили и подались на юг. Двести лет назад была предпринята попытка снова заселить крепость, но она провалилась.

– А ты знаешь, что там произошло?

– Нет, – Златозар покачал головой. – Как понимаешь, Цитадель находится на отшибе, поэтому даже точная дата трагедии не известна. Когда соседи спохватились, что ни вестей, ни живых людей оттуда давно не приходило, минул почти год. Ещё три месяца дружинники Великого князя туда добирались. А когда пришли, обнаружить никаких следов прежних жителей не удалось.

– То есть даже трупов не нашли? – уточнила я с исследовательским интересом.

– Их могли растащить дикие звери, – предположил Златозар. А кровь смыли дожди и талый снег. Хотя, постойте.

– И даже внутри помещений? – удивилась я. Златозар задумался. Крысы и другие грызуны могли, конечно, растащить обглоданные ими скелеты по косточкам, но зачем? Или входные двери остались приоткрытыми для более опасного зверья?

– Внутри помещений трупов не нашли, – все же произнес мужчина после паузы.

– А следы крови? – уточнила я. Златозар покачал головой. Хмм, интересно. Вряд ли бы злодеи стали бы отмывать стены или пол. Как вариант, всех могли вывести на улицу и уже там убить. А после и похоронить в общей могиле или… Кстати, надо узнать, как здесь происходит этот обряд. Может, как в язычестве трупы сжигают? Но сейчас меня больше волнует участь прежних жильцов Цитадели, поэтому я задала новый вопрос. – А кладовые не проверяли дружинники? Может, люди просто ушли в другое место? Или их увели, допустим, северные варвары?

– Кладовые были практически пустыми. Но их могли разворовать северные соседи, растащить жители ближайшей деревни или мелкие грызуны.

А ещё их уничтожить могли и дружинники, сэкономив монеты на питании. То же и с утварью и одеждой, мародерство было испокон веков. Так что эта информация ничего не даст.

Я прикусила нижнюю губу, раздумывая над проблемой.

– И ты думаешь, мы справимся с этой непонятной напастью? – спросила я, взглянув в глаза мужчины. – Всего тридцать дружинников, один лекарь и… крестьяне. Просто если на них напали северные варвары, то отряд должен был быть большой. Цитадель просто так бы не сдалась. И её, по крайней мере, нужно было бы окружить, чтобы никто не сбежал оттуда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.