Ольга Истомина
Пешка в чужой игре. Ход королевы

ГЛАВА 1

Пламя свечи слабо дрожало на ветру, отбрасывая причудливые тени. Оранжевое солнце, сонно закатывающееся за горизонт, еще дарило достаточно света, но вечерний мрак уже начал осторожно заползать в комнату, сливаясь с полом и карабкаясь по стенам. Пройдет еще немного времени и темнота зальет все вокруг, перестав обжигаться о яркий огонек. Впрочем, девушка, с ногами забравшаяся в кресло, даже не замечала наступивших сумерек, все ее внимание было сосредоточено на белеющих листах.

– Амерлин, ты что… Опять читаешь? – заглянувшая в комнату пухлая служанка всплеснула руками. – Сколько раз тебе говорить, что сидеть в темноте вредно.

Услышав голос, девушка поспешно захлопнула книгу и попыталась сделать вид, будто попросту задумалась, но как и раньше, провести старую няню ей не удалось.

– И окно опять не закрыла, еще и огарок свечи, который вот-вот потухнет, взяла, – продолжила ворчать старушка, набрасывая на плечи девушки теплую шаль, – Неужели хочешь, чтобы тебя унес Грозовой Всадник?

– Инте, это обычные суеверия, Грозового Всадника не существует, в него только ты и веришь, – улыбнулась Амерлин. – И мне совсем не холодно, летний ветер теплый и ласковый.

– Это только кажется так, а на деле не успеешь оглянуться, как простынешь. Или забыла, как месяц назад искупалась в речке и потом целую неделю с кровати встать не могла? – напомнила Инте.

Девушка вздохнула. Упрек оказался справедливым, но от этого не менее обидным. День тогда выдался жарким, а водная гладь так призывно блестела, что невозможно было удержаться и не пробежаться босиком по берегу, а после с разбега броситься в прозрачную прохладную воду.

– Ой! – уже потянувшаяся к раме Инте дернулась, словно та обожгла руки и замерла, расширенными глазами глядя на улицу.

– Что такое? – Амерлин соскочила с кресла и поспешила к няне. Отец неоднократно предлагал ей выбрать другую комнату, с окнами, выходящими во двор, но девушке нравилось смотреть на дорогу, первой замечая редких гостей. – Кого ты увидела?

– Грозовой Всадник! Все, как сказывали, на вороном жеребце, в черном плаще и тучи за ним черные тянутся. Вот и пришла в наш дом беда, – еле слышно пробормотала та, а потом махнула рукой на девушку. – Не подходи, может и не увидит он тебя, не тронет.

– Инте, да что ты такое говоришь? – заинтересовавшись, Амерлин ловко увернулась, все – таки выглядывая в окно, а бросив беглый взгляд на мужчину, рассмеялась. – Это обычный путник. Погода начала стремительно портиться, вот видно, он и решил к нам постучаться. Пойду отцу скажу.

И, прежде чем няня успела заметить, что не пристало благовоспитанной леди бегать по лестнице вместо слуг, выскочила из комнаты.

Отец был в кабинете, как всегда в это время, перебирая бумаги и разбираясь с делами.

– А к нам кто-то приехал! Сегодня будут гости, – с порога радостно воскликнула Амерлин.

– Амерлин, где твои манеры? Неужели мама зря столько времени занималась с тобой? – строго взглянув на запыхавшуюся дочь, проговорил мужчина.

Впрочем, уже через мгновение морщинка у него на лбу разгладилась, а взгляд карих глаз из требовательного стал теплым. Наместник, хоть и пытался казаться строгим, ужасно любил единственную дочь и всячески ее баловал.

– Папа, у наших ворот мужчина, его Инте даже за Грозового Всадника приняла и скорее всего не местный, черных жеребцов ни у кого в селении нет, – едва обратив внимание на замечание, возбужденно затараторила девушка.

– Зная Инте, она бы оставила путника за воротами до рассвета, желая точно убедиться, что это человек, а не призрак, – улыбнувшись, наместник отложил письма. – Мы, к счастью, такими суевериями не подвержены. Спроси у мамы, готов ли ужин, а я пока встречу гостя.

– Конечно, – чувствуя на себе взгляд отца, из комнаты Амерлин вышла степенным шагом, как и подобает леди, но стоило закрыться двери, как девушка опять перешла на бег.

Изнывая от любопытства, Амерлин строила догадки, кто же мог посетить их. Соседи предпочитали наведываться утром или после обеда, а по темноте приезжали только те, чье дело не терпело отлагательств. Хотелось надеяться, что ничего серьезного не произошло и вместе с тем ужасно не хватало события, которое смогло бы развеять каждодневную скуку.

«Пусть он окажется королевским гонцом, но привезшим не очередной указ о налогах, а приглашения на бал», – мечтательно подумала Амерлин.

Предположения девушки оказались правдивыми только на половину. Гость действительно оказался гонцом от короля, вот только гонцом не обычным, ведь не каждый день указы привозят маги. И с каждой минутой маг все больше выходил из себя.

Не привыкнув ждать, он все чаще задумывался о том, чтобы сжечь ворота и лишь нежелание тратить драгоценный резерв удерживало его.

Когда же пожилой слуга, одной рукой держась за поясницу, второй с заметным трудом распахнул створки, маг въехал во двор, и даже кивнул на длинное приветствие.

– Расседлать, вычистить, накормить, – спрыгнув с коня, бросил поводья слуге, а сам быстро пошел к дому.

Признаться, поместье произвело на мага гнетущее впечатление. Он и не ожидал увидеть что-то роскошное, на границе жили просто, но здесь бедность граничила с нищетой.

Каменные стены упорно сопротивлялись времени, но кое-где уже виднелись трещины, левое крыло немного просело и только ярко-голубой стяг гордо развевался в воздухе, свидетельствуя, что гордость, в отличие от благополучия, у хозяев еще сохранилась.

Дожидаться слугу маг не пожелал, безошибочно найдя гостиную. Его уже ждали. Наместник с супругой сидели в креслах, но тотчас поднялись, стоило гостю переступить порог.

– Добрый вечер, рады приветствовать вас в нашем доме. Я Берд де Реонти, это моя жена Селма, – мужчина склонил голову в вежливом кивке.

На вид ему было лет пятьдесят, волосы только начинала серебрить седина. Держался же он достаточно уверенно, взгляд был открытым, честным. Селма оказалась невысокой, худощавой, с ярко-голубыми глазами и теплой улыбкой.

Маг несколько минут, не смущаясь, рассматривал их, особое внимание уделив дорогим, но поношенным вещам, гадая, те ли это люди, что ему нужны (впрочем, других поместий на ближайшие сто верст не наблюдалось), а лишь затем представился.

– Даэрен, – сняв плащ, мужчина, не дожидаясь приглашения, сел в кресло. Рукав рубашки приподнялся и яркое пламя отразилось на широком серебряном браслете.

Всего мгновение, но реакция хозяев последовала незамедлительно. Селма сдавленно охнула и прижала руки к лицу, Берд контролировал эмоции лучше, но и его зрачки расширились, выдавая изумление.

– Что привело тэра в наши скромные владения? Последний отбор проводился несколько месяцев назад, других совершеннолетних в поселении нет, – откашлявшись, поинтересовался наместник.

– Отбор меня не волнует, – Даэрен передернул плечами. – Скажите, у вас есть дочь?

– Да, но Амерлин еще не исполнилось восемнадцати, – робко заметила Селма.

– Я же сказал, что не занимаюсь отбором, – в голосе мага послышались раздраженные нотки. Но выплеснуться своему неудовольствию он не позволил, следующую фразу произнеся уже привычным сдержанно-нейтральным тоном. – Амерлин не ваша дочь, не правда ли?

– С чего вы взяли? Какое это вообще имеет значение?! – изменившись в лице, взволнованно воскликнула Селма.

Женщина было собралась продолжить, но супруг сжал ее ладонь, взглядом прося помолчать.

– Уважаемый Даэрен, простите, но мы не станем отвечать на такие вопросы, не зная, чем вызвано подобное любопытство, – сдержанно произнес наместник.

– Конечно, я понимаю ваше нежелание откровенничать с посторонними, – кивнув, маг вытащил из кармана тонкий квадратик бумаги и протянул его наместнику.

– А что мне с этим делать? – Берд недоуменно уставился на белоснежный лист.

– Ах да, простите, – поморщившись, Даэрен дотронулся до квадратика. Тот на мгновение вспыхнул голубоватым светом, а потом на глазах вырос, превратившись в письмо.

По лицу мага прекрасно читалось, он не только не забыл, а сознательно вынудил наместника обратиться с просьбой, не упустив возможности продемонстрировать собственное превосходство. Если же Берда и покоробило подобное поведение, своих чувств он ничем не выдал, вежливо поблагодарив и углубившись в чтение.

Даэрен лениво откинулся на спинку, дожидаясь, пока наместник пробежит глазами по строкам сам и передаст бумагу жене. Сам он о содержимом прекрасно знал, ознакомившись с текстом еще неделю назад, именно тогда магический вестник упал на его стол, ознаменовав новое задание.

– То есть вы должны отвезти Амерлин в столицу? Зачем? – порывисто спросила Селма. Пальцы женщины еле заметно дрожали, румянец сменился бледностью.

– То есть вы не опровергаете того, что Амерлин вам чужая? – Даэрен не изменил позы, но выражение лица стало хищным, словно зверь, почуявший дичь.

– Я… мы… Амерлин не чужая, мы любим ее как родную дочь! – сообразив, что невольно проговорилась, женщина залилась краской.

– Ваши чувства меня мало волнуют, лишь факт родства, – устало напомнил маг.

– Амерлин действительно привезли, когда ей исполнилось всего три месяца. Но ваш коллега говорил, что родители девочки погибли, и она всегда будет жить с нами, – вздохнув, словно собираясь с силами, медленно проговорил Берд.

– На тот момент его слова соответствовали действительности, но ситуация изменилась, – пожал плечами Даэрен.

В комнате было тепло, кресло оказалось удобным и его настроение улучшилось, став, как обычно, нейтральным.

– Но зачем король желает видеть Амерлин? Неужели у нее нашлись родственники? И почему тогда они сами не приехали к девочке? – вновь подала голос Селма.

– На этот вопрос может ответить только Его Величество, – забрав бумагу, Даэрен опять спрятал ее в карман, предварительно уменьшив.

– Как же…

– Где Амерлин? Я хочу ее увидеть, – перебив наместницу, потребовал маг.

– К сожалению, это невозможно. Амерлин уехала на все лето к своей подруге и не вернется еще целый месяц, – бросив быстрый взгляд на дверь, Селма извиняюще улыбнулась. – Боюсь, вы зря проделали такой долгий путь, но надеюсь, горячий ужин немного поднимет ваше настроение? Давайте пройдем в столовую, там уже все готово.

– Селма, вы очень радушная хозяйка, – Даэрен сделал паузу, а потом, хищно улыбнувшись, добавил, – но лгунья, увы, отвратительная. Я слышу ее шаги. И вы тоже.

Амерлин, не подозревая, что речь идет о ней, спешила в гостиную. Девушке очень хотелось встречать гостя вместе с родителями, но мама, сочтя ее платье слишком коротким, велела переодеться. Оказавшись в комнате, Амерлин вытащила первое попавшееся, впервые порадовавшись, что у нее такой скудный гардероб и не из чего выбирать. Девушка уже хотела бежать к родителям, когда столкнулась с Инте.

Няня пожелала сделать ей прическу, а одновременно с этим принялась увещать, как правильно вести себя за столом и о чем можно говорить с гостем, а о чем не следует.

– Инте, ты слишком беспокоишься обо мне! – ойкнув, когда служанка слишком сильно потянула прядь волос, воскликнула Амерлин. – Я ведь уже давно не ребенок.

– Но совершеннолетие еще не отпраздновала, – Инте слегка стукнула девушку расческой, призывая сидеть смирно и не вертеться.

– Оно же совсем скоро! Меньше месяца осталось, – упрямо повторила Амерлин.

– Вот как исполнится, тогда и поговорим. А пока где это видано, чтобы взрослый да разумный человек с ребятами лягушек ловил и в бочку, что для сбора дождевой воды предназначена, садил, – старушка пыталась говорить строго, но глаза у нее смеялись. – Все, иди, егоза, да смотри родителей не позорь.

– Спасибо, Инте, – даже не взглянув в зеркало, девушка выскочила из комнаты.

Поддерживая юбки, пронеслась по коридору, а потом, перепрыгивая через ступеньки, спустилась по лестнице. Нерешительно остановилась перед дверью, боясь дотронуться до железной ручки. Нервное возбуждение сменилось непонятной тревогой. Казалось бы, у Амерлин не было никаких причин для волнения или страха, но внутри поселился холодок.

– Амерлин, входи, мы тебя ждем, – раздался голос отца.

– Добрый вечер, простите, что задержалась, – вежливо проговорила Амерлин, с любопытством глядя на гостя.

Им оказался незнакомый черноволосый мужчина. В простой, лишенной украшений и вышивок, но в тоже время дорогой одежде. В кресле мужчина сидел, расслабленно, по – хозяйски, откинувшись на спинку, будто бы не он в чужом доме, а сам принимает гостей.

– Познакомьтесь, наша дочь Амерлин. Амерлин, это тэр Даэрен, – между тем проговорил отец.

Даэрен повернулся к девушке, и стало видно, что глаза у него прозрачного голубого цвета, чем-то напоминающие речку.

«Тэр… где-то я уже это слышала…. Ах да!» – сообразив, что перед ней маг, Амерлин присела в реверансе, а потом принялась разглядывать мага с удвоенным любопытством.

На протяжении последних пяти лет раз в год их посещал тэр Росэн – невысокий светловолосый мужчина с ярко-зелёными глазами и здоровым румянцем на лице.

Но, несмотря на довольно милую внешность, тэр Росэн практически никогда не улыбался и общался лишь короткими фразами, словно боялся сказать лишнее слово. Сама Амерлин видела его только издалека, хотя чего скрывать, познакомиться очень хотелось.

Тэр Даэрен наоборот, хоть и сдержанно улыбался, совсем не вызывал желания продолжить общение. Напротив, сейчас, как никогда ранее, девушке захотелось оказаться у себя в комнате и не выходить до самого отъезда гостя.

– Значит, ты Амерлин, – задумчиво протянул маг, переплетая пальцы.

Сам Даэрен разглядывал девушку даже внимательнее, переводя оценивающий взгляд с нее на родителей. У Амерлин были длинные пшеничные волосы, заплетенные в косу, глаза что-то среднее между серыми и зелеными, светлая кожа тронута загаром. Изящная, невысокая, в достаточной мере похожая на свою приемную мать, но в тоже время чувствуется какое-то отличие.

Пожалуй, он не ошибся с адресом и Амерлин именно та, кто ему нужен.

– Да, это я. Рада знакомству, – вежливо проговорила девушка, еще пока не зная, действительно ли она рада или лишь отдала долг хорошим манерам.

– Давайте ужинать, блюда остывают, а наша кухарка, обычно ругается, когда приходится разогревать второй раз, считая, что будет не так вкусно, – быстро заметила наместница.

Пожалуй, даже слишком быстро. Амерлин удивленно покосилась на маму, пытаясь понять, неужели та действительно пытается сменить тему разговора и отвлечь тэра Даэрена.

– Не имею ничего против, – улыбнувшись уголками губ, маг поднялся на ноги.

Супружеская чета, обменявшись короткими взглядами, тоже встала. В умения мага не входило чтение мыслей, этот дар был доступен лишь очень немногим, но Даэрен и так догадывался, о чем сейчас думали Берд и Селма. Наверняка гадали, когда он скажет Амерлин о цели своего визита и раскроет ли правду о ее происхождении. Даэрен мог бы успокоить их, но не видел в этом никакой необходимости.

В столовую все последовали в тишине. От внимания мага не укрылось, что Селма постаралась усадить дочь как можно дальше от него, но в итоге ее место оказалось напротив Даэрена.

– Прощу прощения, если ужин покажется вам скромным, мы не ждали гостей и не успели соответствующим образом подготовиться, – дождавшись, пока служанки, две молоденькие девушки скроются за дверью, произнесла Селма.

– Не стоит беспокойства, я не слишком разборчив в еде, – подняв бокал, Даэрен полюбовался рубиновой жидкостью, а потом сделал глоток. – Мне кажется, гости в ваших краях явление редкое?

– К нам в самом деле редко приезжают, все же на границе довольно мало развлечений, поэтому новости обычно доходят с опозданием. Впрочем, мы не жалуемся, – перехватил нить разговора Бернд.

– И чем же вам нравится такая жизнь? – отправив в рот гриб, проявил любопытство маг.

– Здесь тихо и спокойно, у нас дружные соседи, всегда есть к кому обратиться за помощью, – наместник налил вина и себе, но пить не спешил, видно, опасаясь захмелеть и потерять способность мыслить трезво.

– Тэр Даэрен, что вас привело сюда? Вы ведь заехали не просто в гости? – тщательно прожевав картошку и откашлявшись, решилась спросить Амерлин.

– Амерлин, кто тебе разрешал вмешиваться в разговор? Не мешай тэру Даэрену ужинать! – тут же одернула дочь Селма.

Бросила быстрый взгляд на мага, но тот лишь изогнул бровь, прекрасно разобрав истинную причину недовольства наместницы.

– Да, у меня действительно есть дело. Вы на удивление проницательны, Амерлин, – повернувшись к девушке, уклончиво проговорил Даэрен.

– И какое же? – дрогнувшим голосом уточнила Амерлин. Впрочем, несмотря на охватившее ее волнение, взгляда девушка не отвела, что не могло не удивить мага.

Обычно люди предпочитали смотреть куда-то в сторону, пребывая в твердой убежденности, что так уберегут свою душу от проклятий и прочих бед. Откуда пошли такие слухи, Даэрен не знал, но развенчивать их маги не спешили, напротив, предпочитая делать свою репутацию еще более устрашающей.

– Амерлин! – на этот раз голос повысил уже Берд. Судя по тому, как вздрогнула девушка, отец редко ругал ее и сегодняшний день стал исключением из правил. – Воспитанные люди не говорят о делах за ужином, для этого есть другое время.

– О чем же тогда говорить? – тихо пробормотала девушка.

Впрочем, Даэрен расслышал и не замедлил воспользоваться брошенной фразой.

– Амерлин, расскажите о себе, – поставив подбородок на сцепленные ладони, маг внимательно глянул на девушку.

– Обо мне? – Амерлин закашлялась и потянулась за стаканом с соком. – Это не самая интересная тема.

– И все же я настаиваю, – в голосе Даэрена явственно прозвучали металлические нотки.

Несмотря на внешнюю вежливость, просьбой его слова не выглядели совершенно.

Амерлин моргнула, лихорадочно перебирая в памяти скудные факты своей биографии. Родилась, выросла, училась читать, писать, вышивать, кататься на лошади. Один раз чуть не утонула в речке, после чего отец каждый день по несколько часов обучал ее держаться на воде. Что из этого может заинтересовать мага?

Конечно, можно рассказать, как весело бегать наперегонки с ветром или загорать на солнце, а еще, что рыба, запеченная в костре очень вкусная и Амерлин превосходно умеет ее готовить, но обременять такими подробностями тэра тем более не хотелось.

– Ну, я всю жизнь провела здесь, – видя, как с каждой минутой взгляд Даэрена становится все более тяжелым, нерешительно начала девушка. – Ходить научилась в год, первое слово сказала в два. Мама рассказывает мне, как стать хорошей хозяйкой, чтобы в будущем я смогла заботиться о людях.

У мага при этих словах вырвалось сдавленное фырканье. Амерлин тут же замолчала, испуганно глядя на него.

– Ничего, продолжай, – сменив позу, велел Даэрен.

– Это почти все. Я еще не достигла совершеннолетия и магический дар у меня никак не проявлялся, хотя один раз дождь начался, стоило мне помечтать о прохладе, – закончив, девушка сложила руки и опустила взгляд.

«Точь-в-точь примерная ученица, ответившая урок», – вновь фыркнул маг.

Еще больше его позабавило предположение, что погода изменилась по желанию Амерлин. Несколько раз участвуя при проведении отбора в столице, Даэрен прекрасно знал, что магия никак не может проявиться, пока человеку не исполнится восемнадцать, лишь к этому возрасту проявившаяся сила не выжигает ауру, а равномерно распределяется по ней.

В то же время крестьяне продолжали верить, будто бы дар можно обнаружить с рождения, а некоторые самые ушлые даже брались предсказывать магическое будущее детей, разумеется, за отдельную плату.

– Тэр Даэрен, не желаете попробовать жареную утку? Ее подстрелили сегодня в обед, – улыбнувшись, Селма лично потянулась за тарелкой, даже не став звать служанку.

– С удовольствием, – не стал отказываться маг.

В конце концов, у него будет еще предостаточно времени, чтобы узнать Амерлин побольше, но наместница не каждый день станет вызываться прислужить за столом.

Больше Даэрен почти не разговаривал, отделываясь короткими комментариями, когда один из супругов обращался к нему. Периодически, когда служанки приходили сменить блюда и забрать посуду, в столовой повисала тишина, но оказывалась столь гнетущей, что Селма спешила продолжить разговор. Кажется, женщину даже не слишком волновало, интересен ли ее рассказ Даэрену и она перечисляла сделанные покупки и недавний урожай, только чтобы задавать вопросы не стал сам маг.

Даэрен же слушал женщину вполуха, с куда большим вниманием следя за Амерлин. Под его взглядом девушка заметно смущалась и принималась ерзать, кроша хлеб в руках.

В итоге Амерлин едва дождалась окончания ужина, облегченно вздохнув, когда отец позволил ей встать из-за стола. Теперь девушка удивлялась, как могла так ждать и радоваться гостю. Даэрен ей не нравился и Амерлин с каждой минутой все больше убеждалась, что, если Грозовой всадник и существует, то выглядит именно так. Один только взгляд чего стоит! Как посмотрит – мороз по коже.

– Тэр Даэрен, вы переночуете у нас? Я прикажу приготовить комнату в восточном крыле, – предложила наместница.

Маг вряд ли догадывался, но по тому, как мама поджимала губы или едва уловимо хмурилась Амерлин подозревала, что Даэрен не нравится и ей тоже.

– Да, извольте, – кивнул мужчина. – На рассвете мы уедем вместе с Амерлин. И постарайтесь не проспать, я не люблю, когда опаздывают.

– Что? – не сразу сообразив, что последние слова обращены к ней, Амерлин непонимающе уставилась на мага. – Уедем? Я вместе с вами? О чем вы?

– Вы не можете забрать ее! – поспешно воскликнула мама. – Я не разрешаю!

– Смеете спорить с приказами Его Величества? Или думаете, что сможете указывать мне? – Даэрен остался совершенно невозмутимым, лишь изогнул бровь.

– Если это необходимо, мы будем сопровождать Амерлин! – твердо проговорил отец, привставая из-за стола.

– Неужели вы невнимательно читали? Она отправится одна, не беспокойтесь, я вполне смогу гарантировать безопасность Амерлин, – одной улыбки, если можно так назвать гримасу, появившуюся на лице Даэрена, оказалось достаточно, чтобы отец сел на место.

– Послушайте, я ничего не понимаю! Какой приказ? Куда я должна ехать? Что повелел король? – не выдержав неизвестности, нервно протараторила Амерлин.

– Все очень просто. Его Величество Варих Первый дал приказ как можно скорее привезти вас в столицу, поручив мне заняться этим делом. Завтра мы отправляемся, так что советую начать собирать вещи, ждать я не намерен, – Даэрен отвечал лениво, скорее даже неохотно, что окончательно сбило с толку удивленную Амерлин.

– Зачем? – только и смогла проговорить она.

– Об этом тебе расскажет король, – потянувшись, маг сцедил зевок в ладонь.

– А он знает? – Амерлин догадывалась, что должно быть, выглядит не слишком умно, спрашивая какие-то глупости, но ничего другого в голову не лезло, а промолчать она не могла.

– Послушай, девочка, ты задаешь слишком много вопросов, мне надоело отвечать, поэтому, если не хочешь замолчать навсегда, будь любезна слушаться старших и идти собирать вещи, – всю сонливость с Даэрена как рукой сняло, на девушку он смотрел, словно на надоедливое насекомое.

В горле встал комок. Амерлин передернула плечами, стараясь прогнать мурашки, но вместо этого ощутила, как темнеет в глазах. Неужели маг ее заколдовал?!

– Госпожа, комната для тэра готова, – постучав, сообщила служанка.

– Как вовремя, – одним неуловимым движением Даэрен поднялся на ноги.

Быстрым шагом дошел до двери. Уже взявшись за ручку, обернулся.

– И еще одно, не стоит пытаться меня обмануть или одурачить. Я все – равно узнаю, но уже не буду так мирно настроен. Спокойной ночи.

– Если он такой добрый, каким же он становится, когда разозлится, – ошеломленно пробормотала Амерлин ему вслед.

– Помоги нам Пресветлый, – сложив руки в молитвенном жесте, наместница с отрешенным видом смотрела перед собой.

Амерлин еще никогда не видела мать настолько растерянной. Сидя в комнате, мысленно женщина казалась далеко-далеко. Отец напротив, был предельно собран и хмурил брови.

– Мама… – нерешительно позвала Амерлин. – Мама, мне страшно! Почему тэр Даэрен хочет увезти меня?

– Не бойся, я никому не дам тебя в обиду! Ничего не случится, – женщина порывисто обняла дочь, как в детстве, успокаивающе гладя по голове, но движения были суетливыми, а взгляд остался бегающим.

– Амерлин, тэр Даэрен исполняет волю короля, – откашлявшись, негромко произнес отец. – Он показал нам письмо, в котором Его Величество изъявил соответствующее желание.

– Но зачем я королю? – Амерлин повернулась, широко открытыми глазами глядя на отца.

Первой мыслью девушки было, будто Его Величество решил устроить бал в ее честь, но подобное случалось только в сказках. Инте еще могла поверить в волшебное провидение, но Амерлин была слишком взрослой для этого. К тому же тогда привезти приглашение поручили бы гонцу, а не магу.

– Должно быть, у Вариха Первого есть к тебе дело, – поморщившись, отец помассировал переносицу.

– Какое? Тэр Даэрен сказал вам? – не удовлетворившись ответом, повторила Амерлин.

– Мы ничего не знаем! – метнув на мужа красноречивый взгляд, воскликнула мама.

– Селма, ты уверенна? Может быть…? – отец не окончил фразы, но этого и не понадобилась.

– Нет, это исключено! – вскочив из-за стола, мать взмахнула руками.

– Но ведь когда-то она все – равно узнает, мы не сможем скрывать вечно, – мягко, словно ребенку, заметил отец.

– Берд, ты хоть понимаешь, о чем говоришь?! Все изменится и никогда не станет прежним. К тому же, нам обещали! – в голосе женщины послышались истерические нотки. На мужа она теперь смотрела с невысказанным упреком и затаенной обидой.

– Тэр Даэрен же сказал, обстоятельства изменились. И разве у тебя есть другое объяснение происходящему? – жестко заметил отец. Извиняюще улыбнувшись, дотронулся до руки жены. – Я никогда не стал бы ворошить старые тайны, но лучше это сделаем мы.

Амерлин чувствовала, родители спорят из-за нее, но не могла понять, чем вызвана их размолвка. Короткие, обрывистые фразы больше сбивали с толку, чем объясняли что-то. Девушке оставалось лишь наблюдать, как мать, коротко всхлипнув, опускается на стул, закрывая лицо руками, как отец вновь трет переносицу.

Солнце давно скрылось, часть свечей потухла и заливающий столовую полумрак только усиливал ощущение неясной тревоги, заставляя сердце замирать в груди.

– Мама, папа…. – тихо позвала Амерлин.

– Амерлин, прости, возможно, наши слова причинят тебе боль. Я надеялась, что эта часть прошлого навсегда останется похороненной, видит Бог, мы все силы приложили для этого, но видно, судьбе было угодно свернуть именно на такую дорогу, – глухо начала женщина.

Взглянула на Берда, словно прося у него поддержки. И, дождавшись кивка, порывисто произнесла:

– Амерлин, ты не наша дочь.

– Что? – девушка недоуменно моргнула, гадая, уж не ослышалась ли.

– Ты не наша дочь. Тебя, совсем еще крошку, семнадцать лет назад привез маг. Он не стал ничего объяснять, только сказал, что это приказ короля, и мы должны вырастить тебя как родную. Мы с твоим отцом очень хотели детей, незадолго до этого у нас как раз родилась дочь, но, подхватив лихорадку, умерла…. И ты стала для нас настоящим подарком небес….

Кажется, Селма говорила что-то еще, но Амерлин не слушала. Слова долетали до нее сквозь какую-то завесу. Мир перед глазами поплыл, все стало размытым и расплывчатым, словно во сне.

Покачнувшись, Амерлин бы упала со стула, не подхвати ее отец.

– Тебе плохо? Вот, выпей воды. Я понимаю твое состояние, но это ничего не меняет, мы очень любим тебя, больше всех на свете.

Девушка вцепилась в протянутый стакан с такой силой, словно боялась, что и он сейчас рассыплется вдребезги. Так, как только что разлетелась на сверкающие осколки вся ее жизнь.

– Мама, папа… – вода попала не в то горло и Амерлин закашлялась. – Я не верю! Этого не может быть. У меня нет других родителей, кроме вас.

– И мы всегда будем с тобой, – крепко обняв дрожащую дочь, Селма поцеловала ее в макушку. – Кто бы ни ждал тебя во дворце, твой дом всегда будет здесь.

– Вы думаете, там будут мои…мои родственники? – первый шок прошел и к Амерлин начала возвращаться способность мыслить трезво.

– Другого объяснения у нас нет, – развел руками отец. – Тэр Даэрен ясно дал понять, что его интересует твое происхождение и именно этим объясняется визит.

– Не могу поверить…. Я была уверена, что родилась здесь. И совсем ничего не помню о другой жизни. Получается, моя настоящая семья отказалась от меня? – почему-то эти мысли вызвали в душе Амерлин боль.

– Конечно, не помнишь, ты ведь была совсем крохой, – смахнув слезы, улыбнулась мать. – Мы выдали тебя за нашу настоящую дочь, и никто даже не заподозрил о подмене.

– А что касается твоей семьи, к сожалению, тот маг ни словом не обмолвился о ней, – продолжил отец. – Не исключено, что раньше у них были серьезные причины пойти на такой шаг, но теперь никаких преград больше нет. И твои родные, к слову весьма состоятельные, раз могут позволить себе нанять мага.

– Мне все – равно, сколько у них денег! – заметив, как тяжело дались отцу последние слова, сердито воскликнула Амерлин. – Раз так велит король, я поеду, но моя единственная семья – это вы и другого дома мне тоже не надо.

– Мы будем ждать тебя, – улыбнулась мать.

Следующие несколько часов семья провела за разговорами. Предстоящая разлука тяжелым грузом легла на плечи. Только сейчас Амерлин осознала, сколько еще не успела сказать родным и как привыкла к тому, что они всегда рядом.

Собирать вещи в результате она отправилась далеко за полночь. Инте, не знающая, что случилось, но видя погрустневшую воспитанницу, всеми силами старалась подбодрить девушку. Несомненно, няня искренне переживала, но от этого Амерлин становилось только труднее, еще раз напоминая, что уже следующим утром Инте уже не разбудит ее, не заплетет волосы и не станет отгонять от окна, запрещая смотреть на звезды…

В кровать девушка легла, едва сдерживая слезы. Несмотря на то, что Амерлин переполняла усталость, спать совершенно не хотелось. Натянув одеяло по грудь, она смотрела на свою комнату, стараясь запомнить все до мельчайших подробностей.

Вот темнеет дубовый шкаф, в котором ребенком Амерлин любила прятаться от нянюшки, приходившей звать ее на уроки. На столе небрежно сложена стопка книг, которые давно полагалось отнести обратно в библиотеку, но так и не дошли руки. Рядом ваза с букетом васильков. Несмотря на то, что украшение комнат входит в обязанности слуг, Амерлин каждое утро спешила в сад, где подолгу бродила по дорожкам, выбирая самые красивые цветы. А под подушкой лежат яблоки. Хоть Инте и ругалась, считая, что есть следует за столом, Амерлин никак не могла избавиться от привычки грызть фрукты, сидя на подоконнике и глядя в окно. С портрета на стене девушке улыбались родители, нарисованные художником за свадебным столом.

Мысли же о предстоящей дороге Амерлин старательно отгоняла прочь. Девушка любила кататься верхом, но никогда еще не покидала границу, теперь же ей предстояло проделать долгий путь в компании тэра Даэрена. За весь ужин маг почти не проявил никаких эмоций и Амерлин оставалось только гадать, как он относится к своему поручению. Учитывая, как маги любят уединение, Даэрен должно быть, считает ее обузой… А возможно, и вовсе забыл о задании, преспокойно отдыхая и даже не думая, что одним своим приездом перевернул ее мир с ног на голову.

Вопреки мыслям девушки, Даэрен не спал. Мужчина сидел в постели, облокотившись на спинку с посланием в руках. В отличие от прошлого раза, сейчас оно выглядело значительно длиннее, а еще оказалось написано двумя разными почерками. Первый – размашистый, со множеством завитушек, занимающий едва ли не половину бумаги, второй напротив, был аккуратным и сдержанным. Маленькие буквы выстраивались в ровную линию, тесно прижимаясь друг к другу. Чтобы прочитать их, пришлось бы зажечь свет, но у Даэрена такой необходимости не возникало. Он давно уже знал текст наизусть и лишь размышлял о написанном.

Показав наместнику приказ, Даэрен умолчал о приписке, сделанной рукой Верховного Магистра и адресованной уже лично ему. Магистр требовал как можно скорее найти девушку и привезти ее во дворец, подчеркивая, что в дороге с Амерлин не должен упасть ни один волос. Маги редко полагались в чем-либо на людей, предпочитая справляться своими силами, но от благополучия девушки неожиданно стала зависеть судьба целого города, а возможно, целой страны и потому меры были вполне обоснованными. Не желая заранее пугать Амерлин, Даэрен решил ограничиться максимально кратким рассказом. О готовящемся же обряде ей должны были рассказать маги. Девушке все – равно никуда не деться от уготованной судьбы, но зато не станет раньше времени переживать, а возможно, узнав побольше о магии, поймет всю необходимость этого поступка.

Дунув на свиток, маг спрятал уменьшившийся квадратик в карман, а потом повернулся на бок, по обыкновению проваливаясь в лишенный сновидений сон.

ГЛАВА 2

Утром Амерлин разбудила няня. Инте пришлось несколько раз окликнуть девушку, прежде чем та все-таки открыла глаза.

– Инте, представляешь, мне приснился такой необычный сон. Будто бы к нам вчера приехал Грозовой всадник, а переступив порог, превратился в мага и хотел забрать меня к себе в башню, чтобы я ему штопала тучи и чистила молнии, – сладко потянувшись, хихикнула Амерлин.

– Тэр Даэрен велел передать, что через час вы будете отправляться, а еще напомнил, что ждать очень не любит, – няня горестно вздохнула и промокнула передником уголок глаза. – В королевском дворце жизнь-то побогаче будет, там тебе и платья дорогие сошьют, и украшений подарят, будешь уже не с ребятами наперегонки бегать, на балах танцевать. Но кто только о тебе позаботится, кто молока на ужин подогреет, кто сиропу от кашля заварит…

– Что?! – Амерлин резко села в постели, ошеломленно глядя на причитающую старушку.

События вчерашнего вечера с необыкновенной ясностью стали перед глазами, особенно же девушка запомнила взгляд Даэрена – холодный, пронизывающий и совершенно равнодушный.

– Зря я надеялась, будто сплю. Инте, я вернусь, обязательно вернусь. Вы… вы будете по мне скучать? – голос девушки дрогнул, выдавая охватившее ее беспокойство.

– Каждое утро молиться за тебя стану, ни одной службы церковной не пропущу, – заверила Инте, обнимая воспитанницу. – Ума не приложу, как жить теперь станем, опустеет дом без тебя.

– А тэр Даэрен сказал вам, зачем я должна уезжать, кто меня ждет? – отстранившись, спросила Амерлин.

Девушку мучила неизвестность, и хотелось знать, к чему хотя бы готовиться, но вместе с тем было страшно, что теперь все узнают о ее тайне. Пусть Амерлин и оказалась чужой для всех, но сама она по-прежнему считала себя де Реонти и не представляла другой судьбы.

– Ни словечком не обмолвился, только зыркнул глазищами своими и опять в комнате скрылся. Амерлин, ты уж смотри, не серди тэра Даэрена, в спор не вступай, не перечь, ему ведь все – равно, проклянет тебя, аль со свету иным образом сживет, – Инте вновь всхлипнула, осеняя воспитанницу обережным знаком.

На этот раз Амерлин не стала ее высмеивать. Маги редко что рассказывали о себе и едва ли не единственным источником информации были слухи, которые в большинстве своем оказывались похожими на детские страшилки, но пугали гораздо сильнее…

– Ой, совсем я сырость развела, а тебе ведь времени не много отведено. Умывайся, а я пока платье подберу, – засуетилась няня, расставляя на столе принадлежности для умывания и поворачиваясь к шкафу.

Вода оказалась прохладной и пахла лимоном, сок которого Инте, несмотря на просьбы, продолжала добавлять, считая, будто он делает кожу светлее и мягче. Амерлин долго плескала водой в лицо, потом старательно расчесывала волосы, каждую прядку по – отдельности, словно надеясь, что маг исчезнет и ей не придется уезжать.

Наконец, поторапливаемая Инте, девушка облачилась в костюм для верховой езды и спустилась вниз, по дороге взглянув в небольшое окно. Небо было грязно-серого цвета, но горизонт уже начинал наливаться красным. До рассвета оставалось еще больше получаса, обычно в это время все еще спали, но сегодня слуги были на ногах.

Родителей Амерлин застала в столовой. Вид у них был уставший, будто они и вовсе всю ночь не сомкнули глаз, но увидев дочь, улыбнулись.

– Мама, папа, – девушка сделала было шаг, собираясь обнять их, но раздавшиеся шаги за спиной заставили ее подскочить.

– Доброго утра, – сухо пожелал появившийся на пороге маг, а затем сел на стул.

При нем Амерлин уже не рискнула высказывать каких-либо чувств и поспешила занять свое место. На несколько мгновений повисла тишина, но стоило тэру Даэрену негромко кашлянуть, как все тут же вспомнили о манерах.

Мама, позвонив в колокольчик и дав приказ служанкам накрыть на стол, завела вежливую беседу, папа начал разливать по бокалам вино. Служанки, то и дело наталкиваясь друг на друга, спешили скорее подать все блюда и укрыться на безопасной кухне. Почему то при свете дня тэр Даэрен пугал служанок еще больше, черной кляксой выделяясь в светлой столовой. Сам маг взирал на поднявшуюся суету с отрешенным безразличием, через некоторое время он даже прикрыл глаза, будто происходящее раздражало его. Впрочем, когда Лия, споткнувшись, уронила поднос, тэр Даэрен среагировал мгновенно, щелкнув пальцами и заставив фрукты повиснуть в воздухе над его головой. А когда девушка, постоянно бормоча извинения, стала собирать яблоки, и вовсе безучастно отвернулся к окну.

На самом деле мага раздражала не суетливость служанок, а сама необходимость сидеть в столовой и наблюдать за всем. От Даэрена не укрылись ни тени под глазами Амерлин, ни то, как под столом Селма нервно сжимала руку мужа, и как тот качал головой в ответ на каждый ее взгляд. Но если они на что-то и надеялись, сам Даэрен прекрасно знал, что через двадцать минут уедет вместе с Амерлин и ничто ему не помешает. Маг предпочел бы избежать долгих прощаний, которые как известно, лишь растравливают душу, делая неизбежное еще более мучительным, но забрать девушку совсем без объяснений нельзя было по ряду вполне понятных причин.

Единственное, что радовало мага, так это готовность, с которой наместник с супругой поверили вскользь брошенным словам, не став задавать лишних вопросов. Верховный магистр не говорил прямо, но ясно дал понять – об истинной причине вызова Амерлин в столицу должно быть известно как можно меньшему количеству людей, что не составило труда устроить.

Завтрак проходил в гнетущей обстановке. Селма несколько раз начинала разговор, но, каждый раз сбиваясь, в итоге замолчала. Амерлин лишь ковырялась в тарелке, сегодня кухарка приготовила ее любимую кашу с грибами, но девушке кусок не лез в горло. При взгляде на содержимое тарелки желудок скручивался, и приходилось делать короткие вдохи, борясь с дурнотой. Даэрен напротив, ел с аппетитом, сосредоточенно макая мясо в соус и заедая хлебом.

– Нам пора, – допив вино и покосившись на Амерлин, маг поднялся на ноги.

– Как? Уже? Но ведь еще совсем рано! – заволновалась наместница, тоже вскакивая.

– Рассвет, – коротко бросил Даэрен, а затем обернулся к девушке, – жду тебя у конюшни, пять минут, чтобы попрощаться и забрать вещи.

Несколько долгих ударов сердца семья молчала, а потом все заговорили одновременно:

– Я обязательно вернусь!

– Будь осторожна, если возникнет необходимость, пиши!

– Береги себя. Не позволяй страху взять вверх, всегда доверяй сердцу!

Амерлин переводила взгляд с отца на мать, чувствуя, как встают в горле невысказанные слова. Увы, пять минут – слишком короткий срок, чтобы попрощаться перед долгой разлукой, хотя вряд ли девушке бы хватило и целого дня.

– Я принесла твои вещи. Ох, представляю, сколько всего интересного ты расскажешь нам по возвращению, – проговорила вошедшая в комнату Инте.

Старушка уже не плакала, напротив, старательно улыбалась. Наверное, считала, что таким образом поддерживает Амерлин, но девушке стало только хуже.

– Конечно, и даже привезу подарки, постараюсь выбрать что-то модное и красивое, – сглотнув, пообещала Амерлин.

– Ты, главное, себя привези, и помни, чему мы тебя учили, – негромко произнес отец.

Девушка кивнула, а потом повернулась к Инте, забирая сумку.

– Ну, мне наверное, пора?

– Мы проводим тебя! – мама порывисто шагнула вперед.

– Не надо, – Амерлин медленно покачала головой. – Тэр Даэрен будет недоволен, к тому же мы все – равно уже попрощались.

Сказать оказалось гораздо легче, чем сделать. Девушка глубоко вздохнула, стараясь сдержать слезы. Амерлин до сих пор не верилось, что сейчас ей придется перешагнуть порог и покинуть дом. Раньше она мечтала отправиться в путешествие, посмотреть другие города, но никогда не думала, что детское желание исполниться в такой форме.

Тяжело было только сделать первый шаг, осознать, что старая жизнь осталась в прошлом и к ней не будет возврата. Не желая выглядеть трусихой, Амерлин расправила плечи и решительно двинулась к конюшням.

Тэр Даэрен, как и говорил, ждал возле конюшни. Сейчас мужчина шептал что-то огромному жеребцу, ласково гладя его по гриве. При свете дня было видно, что конь не мрачно-черный, а скорее дымчатого окраса.

– Ты вовремя, – даже не повернувшись в ее сторону, несколько удивленно заметил тэр Даэрен.

– Вы ведь сами дали мне лишь пять минут на сборы, я старалась успеть, – опешив, пробормотала девушка.

– Все верно, – не утруждая себя пояснениями, скупо кивнул маг. – Выводи свою лошадь, пора ехать.

Спохватившись, Амерлин скрылась в помещении. Мужчина проводил ее задумчивым взглядом.

Даэрен, как и всякий маг, любому другому предпочитал исключительно свое общество, лишь при необходимости присоединяясь к кому-либо. И если на лице Амерлин крупными буквами читался страх перед предстоящим путешествием, то мужчина относился к этому, как к тягостной обязанности. Ему не терпелось скорее попасть в столицу, где в свете последних событий жизнь буквально кипела, но теперь придется приноравливаться к Амерлин, наверняка не представляющей, что им предстоит.

Не сдержавшись, маг тихо фыркнул и почти сразу услышал шаги девушки. Увидев, какую кобылу Амерлин вела в поводу, Даэрен фыркнул уже громче.

– Неужели у вас не нашлось чего-то получше? – окинув пегую, всю в белых пятнах, лошадь презрительным взглядом, поинтересовался маг.

– Тучка – прекрасная кобыла. Может, у нее и не идеальная масть, зато она очень резвая и понимает меня с полуслова, – заступилась за свою любимицу Амерлин.

– Посмотрим. Но если будешь отставать, в первом же городе сменим тебе лошадь, я не собираюсь плестись подобно черепахе, – договорив, Даэрен легко запрыгнул в седло.

Девушке так же легко повторить прием не удалось. Поднявшаяся в груди обида на то, как легко маг распоряжается ее жизнью заставила руки задрожать и обожгла глаза навернувшимися слезами. Лишь со второй попытки Амерлин взобралась в седло. Тучка вопросительно заржала и девушка тронула ее каблуками.

Ворота уже были распахнуты. Тарий поклонился проезжающим мимо него людям и Амерлин помахала старому слуге рукой. Девушка искренне надеялась, что видит его не в последний раз и пройдет совсем немного времени, как вновь будет проезжать здесь.

Солнце начинало подниматься, постепенно раскрашивая небо золотисто-розовыми лучами и вместе с ним просыпалась жизнь в селении. В конце лета работы было едва ли не больше, чем в любое другое время года и люди спешили успеть переделать все дела. Дети выгоняли скотину пастись, кто постарше – шли работать в поля, занимались поливом и прочими необходимыми вещами.

Всюду, куда бы не падал взгляд Амерлин, были знакомые лица. Девушка часто выбиралась на прогулки, и сейчас все приветливо улыбались Амерлин, желая ей доброго утра, но стоило людям заметить мага, как улыбки из радостных становились вымученными, а в глазах начинало плескаться сочувствие.

Слухи в селении распространялись быстро. Здесь редко случалось что-либо значимое и любая, даже самая незначительная новость надолго завладевала всеобщим вниманием, обсуждаясь в мельчайших подробностях. Что уж говорить о таком из ряда вон выходящем событии, как приезд тэра Даэрена, забравшего с собой будущую наместницу?

О причинах, вынудивших Амерлин покинуть отчий дом, никто не догадывался, но хмурый маг наводил всех на мысль, что ничего хорошего ждать не следует.

Сам Даэрен на бросаемые на него взгляды совершенно не реагировал. Так уж повелось, что маги всегда привлекали к себе внимание, и к подобному приходилось привыкать уже в самом начале обучения. По сторонам Даэрен тоже не смотрел. Вид небольших, грубо сколоченных домов, наводил на него уныние.

Вопреки обыкновению, селение растянулось вдоль границы. Даэрен не слишком хорошо знал историю, интересуясь больше магическими науками, но смутно помнил, что раньше эти земли пустовали. Не сказать, чтобы местность здесь была слишком непригодная для жилья, напротив, при должных усилиях поля давали средний урожай, а небольшой лесок и протянувшаяся речка уже сами по себе являлись источниками пропитания для охотников. Скорее, людей останавливал страх, между двумя королевствами периодически возникали стычки и приграничные территории подвергались набегам в первую очередь, что отпугивало переселенцев.

Самого первого наместника король отправил на границу в наказание, в последний момент заменив смертную казнь ссылкой. Постепенно поселение стало увеличиваться и за несколько десятилетий превратилось в настоящий городок.

К тому времени, как солнце поднялось высоко вверх, селение успело скрыться из виду. Разухабистая петляющая дорога сменилась широким трактом, пыльной лентой стелящимся далеко вперед. День выдался необыкновенно солнечным, на небе не было ни облачка и маг, покачиваясь в седле, дремал в полглаза.

Амерлин тоже смотрела исключительно перед собой, правда, совсем по – другой причине. В былые дни она любила кататься по дороге, пуская Тучку галопом и, дурачась, старалась обогнать то ползущую тень облачка, то проводить закатывающееся за горизонт солнце. Но больше всего Амерлин нравились моменты, когда на тракте показывались купеческие телеги и тогда девушка спешила домой, чтобы первой сообщить о гостях, в результате чего торговцев встречало все селение.

Сегодняшний день был словно создан для прогулки. Наполненная солнечными лучами, трава казалась золотой, в воздухе кружились бабочки, редкие деревья манили к себе, обещая отдых в тени. Тучка то и дело норовила перейти с шага на рысь, искренне недоумевая, почему хозяйка удерживает ее.

Амерлин же, хоть и понимала желание кобылы размяться, сейчас оказалась не в том настроении. Все мысли девушки занимали вчерашние события. Амерлин вспоминала, как ловко маг остановил поднос, фрукты висели в воздухе, словно привязанные невидимыми нитками, даже не думая падать. Наверное, вздумай девушка пойти на поводу у Тучки и доскакать до виднеющегося дерева и тэр Даэрен тоже заставит ее замереть на месте. Расслабленным состоянием мужчины Амерлин не обманывалась, уже зная, насколько быстро при желании маг может применить магию.

О том же, что сейчас происходит дома, девушка запрещала себе думать, но мысли упрямо продолжали возвращаться, воскрешая в памяти все подробности разговора с родителями. Амерлин всегда знала, что внешне совершенно не похожа на отца, черноволосого и темноглазого мужчину, но надеялась, будто бы унаследовала его рассудительный характер и умение всегда чувствовать окружающих людей. А на праздниках летнего равноденствия, когда все собирались на площади, нарядная девушка часто слышала, что такая же красивая, как и наместница Селма. И Амерлин, глядя на маму, каждый жест которой был наполнен грацией, преисполнялась гордостью.

Теперь же оказывается, все это не правда и она не знает, на кого похожа и есть ли у нее братья или сестры. Амерлин пыталась представить свою настоящую семью, но видела лишь туманные силуэты. Да это и неудивительно, ведь как можно вспомнить того, кого никогда не видела.

День подходил к концу и солнце уже наполовину скрылось за горизонт, а Амерлин так и не успела решить, чего хочет она сама и как должна вести себя с новой семьей.

– Остановимся на ночлег.

Голос тэра Даэрена раздался так неожиданно, что Амерлин едва не свалилась с лошади. хотя и держалась в седле превосходно.

– Здесь? – девушка оглянулась, растерянно глядя на простирающуюся поляну с редкими кустами.

– До ближайшего жилья еще два дня пути. Можно конечно, ехать всю ночь, но все – равно не доберемся, – пожав плечами, маг спрыгнул с коня и снял сумки.

Амерлин последовала его примеру. Расседлывать и стреноживать лошадей конюх научил ее в первую очередь, когда девушка лишь начинала учиться ездить верхом, но вот что делать дальше…. Ночевать под открытым небом Амерлин еще не доводилось и она, честно говоря, надеялась, что маг сейчас щелкнет пальцами и наколдует какое-нибудь жилище. Мужчина же, вместо того, чтобы произносить заклинание, деловито обламывал ветки с куста.

– Тэр Даэрен, извините, что отвлекаю, но мне хотелось бы узнать… – нерешительно начала она.

– Даэрен, – перебил ее маг.

– Что Даэрен? – не поняла девушка.

– Называй меня просто Даэрен. Нам предстоит ехать около месяца и если ты каждый раз будешь выкать и произносит длинные вступления, то к сути вопроса доберешься лишь к концу пути, – собрав ветки в охапку, маг обернулся к Амерлин. – Если хочешь спросить что-то, говори прямо.

– Целый месяц? Так долго? – забыв обо всем, ахнула девушка.

– Постараемся поскорее, время поджимает, но точно сказать не могу, – Даэрен неопределенно передернул плечами и, свалив ветки возле сумок, начал обламывать уже второй куст.

Несмотря на то, что маг не сказал ни слова, Амерлин прекрасно поняла, причину возможной задержки мужчина видит в ней. Щеки опалила краска.

Даэрен же, больше не обращая на нее внимания, стал складывать костер. Девушка подошла поближе, собираясь посмотреть, как с рук мага сорвется пламя, но тот по – простому достал из сумки коробок и чиркнул спичкой.

– Тэр… Даэрен, а почему так? Разве магией не проще? – не сдержалась она.

– Нет, – коротко отрезал маг, но, покосившись на расстроившуюся Амерлин, добавил, – ни к чему использовать магию, когда прекрасно можешь обойтись без нее.

– А как же вчерашний ужин? Ты ведь заколдовал яблоки? – нахмурилась Амерлин.

– Заколдовал, потому что я не утка и в фаршировке фруктами не нуждаюсь, – невозмутимо подтвердил Даэрен.

Девушка недоуменно взглянула на него, а потом захихикала, представив мага, лежащего на подносе, украшенного ярко – красными яблоками, зеленью и посыпанного специями.

– Готовь себе постель, – между тем велел Даэрен.

– А как? Мне надо наломать веток и построить шалаш? – Амерлин оглянулась, но больше подходящих материалов не было, а пара деревьев находились так далеко, что казались игрушечными.

– Шалаш? Хотел бы я на это посмотреть, – теперь настал черед мага улыбаться, – но в этом нет необходимости, ночи еще теплые, хватит и обычного одеяла. Кстати, лучше смени рубашку. Батист хорош для столицы, но в дороге нужна более простая и плотная ткань. Не беспокойся, я отвернусь, – заметив, как девушка скрестила руки на груди в защитном жесте, добавил он.

Подтверждая свои слова, Даэрен наклонился к костру, подбрасывая в огонь несколько веточек. Языки пламени несколько раз плюнули искрами, но потом все же соизволили перекинуться на ветки.

– Что? – заметив, что Амерлин продолжает стоять и лишь нерешительно переминается с ноги на ногу, коротко спросил маг.

– У меня все рубашки такие, и одеяла нет, – не решаясь поднять взгляд, призналась девушка.

– Не может быть, – Даэрен повернул голову, бросив взгляд на сумку Амерлин.

Та выглядела полностью забитой, едва не трескаясь по швам. Едва увидев девушку, с заметным усилием тащившую сумку, Даэрен был уверен, что ей не удастся поднять такой груз на лошадь, но видно, помог конюх.

– Здесь столько вещей, что одеяло обязательно должно найтись, – оттеснив пискнувшую девушку в сторону, Даэрен дернул завязки и, не особо заботясь об аккуратности, попросту высыпал содержимое на землю.

– Позволь полюбопытствовать, какая служанка собирала тебе сумку и чем ты так ее разозлила? – в итоге хмыкнул маг.

– Я сама, а еще мне помогала Инте, но она меня очень любит, и хоть часто ворчит, никогда не сердится по – настоящему, – опустившись на колени, Амерлин начала собирать молитвенные образа.

Няня считала, что в дальнюю дорогу нельзя отправляться без благословения Пресветлого и подарила Амерлин все свои иконы, высказав надежду, что те будут хранить девушку и отгонят зло.

– Что-то не похоже, – подобрав одну рамку, Даэрен оценивающе покосился на нее, а потом бросил в огонь.

На этот раз пламя мгновенно вспыхнуло ярче, расцветая на бумаге.

– Что ты делаешь? Это же образ Пресветлого, он поможет в пути! – изменившись в лице, Амерлин бросилась к костру.

Протянула было руку, собираясь вытащить картину, да так и замерла, сверкая глазами.

– Поможешь себе лишь ты сама, а лишняя тяжесть наоборот, будет замедлять нас, – жестко произнес маг. – Книги оставишь здесь. Понятия не имею, зачем тебе вздумалось тащить их с собой?

– Это мои любимые, – опасаясь, как бы мужчина не бросил в огонь и их тоже, Амерлин прижала книги к груди.

– А зачем платье? Ты даже не наденешь его сама, неужели Инте надеялась, что я заменю тебе горничную? – покопавшись в куче вещей, Даэрен с любопытством встряхнул наряд.

Амерлин сглотнула вставший в горле комок. Это платье она надевала очень редко. Пошитое по столичной моде, оно казалось воздушным зеленоватым облачком, и было отделано множеством оборок и кружев. Впервые увидев свое отражение в нем, Амерлин потеряла дар речи, не веря, что видит себя. За единственное бальное платье пришлось заплатить больше, чем за все остальные вместе взятые, но мать очень хотела, чтобы у дочери был достойный наряд. Она заказала материю и собственноручно шила и кроила ее, закончив работу как раз к семнадцатилетию Амерлин.

– Уже скоро ты станешь совсем взрослой, так и вижу, как женихи будут выстраиваться в очередь, чтобы попросить твоей руки, – сказала ей мама.

Следующей осенью семья собиралась отправиться в город, чтобы представить всем Амерлин. Даэрен приехал к ним раньше.

– Инте сказала, что мне нужно предстать перед Его Величеством как подобает, – опасаясь, что маг будет смеяться, девушка гордо вздернула подбородок.

– Королю абсолютно плевать, в каком виде ты появишься, иначе он бы написал об этом, но даже если бы это было не так, одежду можно купить в столице, а не тащить с собой платье, которое занимает пол сумки, – скучающе объяснил Даэрен. – Где вообще сменные рубашки, плащ, гребень, на худой конец?

Неодобрительно покачав головой, маг склонился над вещами, быстро сортируя их. В первую кучу отправилось то, что может пригодится, во вторую – что придется оставить, причем вторая росла буквально на глазах. Что-то Даэрен молча откладывал в сторону, но, замечая вещи совсем уже бесполезные, такие как вышитая скатерть или подсвечник, отпускал ядовитые комментарии.

– И что мне теперь делать? – растерянно покосившись на мага, Амерлин стала складывать вещи в сумку.

Девушке ужасно хотелось вернуться в поместье, но с другой стороны, она боялась, что во второй раз расстаться окажется еще труднее.

– Придется заехать в город, в лавке найдется все необходимое, – нахмурившись, ответил Даэрен.

– Я не взяла с собой денег. Не знаю, дадут ли в долг, – вздохнула девушка.

В селении Амерлин никогда не было нужды платить за что-то. Торговцы фруктами и сладостями сами норовили угостить ее, а все остальные прекрасно знали, что в поместье заплатят по всем счетам. Большинство же вообще обходилось без денег, предпочитая обмен или оказывая необходимые услуги.

– Об этом не переживай, – Даэрен улыбнулся уголками губ.

С собой у мага было два кошеля с золотом, но, даже если бы у него вовсе не оказалось денег, проблемой это бы не стало.

– Понятно. А что делать с моими вещами? Нельзя ведь просто бросить здесь, книги намокнут, да и платье испортится, – девушка с тревогой взглянула на предметы.

– Думаю, у них скоро найдется новый хозяин, – пожав плечами, Даэрен вытащил из своих сумок котелок, флягу и несколько пакетов с продуктами. – Чай-то приготовить сможешь или за тебя и это служанки делали?

– Смогу. Мама учила меня делать работу со слугами наравне, – уязвленная, Амерлин выхватила котелок.

– Учитывая количество ваших слуг, неудивительно, – хмыкнул маг.

– На лето мы отпустили большинство прислуги, оставив лишь тех, без кого не сможем обойтись, – помолчав, призналась девушка. – У них ведь есть свои дома, за которыми нужен присмотр, к тому же скоро сбор урожая, а это тоже требует времени.

Амерлин ожидала, что Даэрен что-то ответит, но маг вернулся к костру. Расстелив полотенце, стал выкладывать вяленое мясо, хлеб и фрукты, в которых девушка с удивлением узнала запасы с их кухни. Оставалось только удивляться, когда маг успел позаботиться обо всех мелочах.

Взяв флягу, девушка отвернула крышку и уже хотела было налить воду, но в последний момент спохватилась.

– Даэрен, а так и надо, что котелок с дыркой? Это для того, чтобы чай заварился особым образом? – предельно серьезно спросила Амерлин. Впрочем, настоящее настроение девушки выдавали пляшущие смешинки в глазах.

– Что? А, проклятье, видно, ударился о камень, – оглядев протянутый котелок, ругнулся маг.

– Значит, заедем и за котелком, а сегодня попьем воду. Тогда его тоже выкидывать? – девушка размахнулась, но Даэрен остановил ее.

Что-то коротко пробормотал, Амерлин показалось, что новое проклятие, но с пальцев мужчины вырвался голубоватый огонек, магической латкой закрывая дырку.

– Теперь не протечет, – уверенно заявил он.

– Ты же не хотел использовать магию без необходимости, – напомнила Амерлин.

Указывать мужчине было неловко, но Амерлин хотелось узнать, что представляет собой работа мага, как они живут и чем руководствуются.

– Я хочу выпить чаю, – просто ответил Даэрен.

Лицо у него при этом было бесстрастным, но девушка отчего-то не сомневалась, свои желания маг будет ставить выше всех правил и запретов.

Амерлин осторожно дотронулась до голубого огонька, постучала по нему ногтем, но ничего необычного не заметила. Если закрыть глаза, даже и не подумаешь, что котелок чем-то отличается от других.

Набрав воды, девушка поставила котелок на огонь, а сама наклонилась за мешочком с заваркой. Развязав завязки, высыпала немного на ладонь и понюхала ее. Заварка оказалась очень мелкой, пахла чем-то сладким, а еще среди травы были засушенные цветы. Амерлин высыпала заварку в закипевшую воду и подала кружку с чаем магу.

Даэрен сделал большой глоток, а потом протянул кружку девушке.

– Спасибо, я не хочу, – Амерлин покачала головой и поспешно схватила хлеб, желая чем-то занять руки.

– Боишься пить после мага? – на мгновение Даэрен нахмурился, но продолжил обычным бесстрастным тоном, – я не заставляю, но другой посуды нет.

– Я не боюсь, но разве мне можно пить этот чай? – удивилась Амерлин.

– А что с ним не так? – маг заглянул в кружку, сделал еще один глоток, некоторое время подержав жидкость во рту и лишь потом сглотнул.

– Он же магический, – проследив за Даэреном, объяснила девушка.

– В первый раз слышу такую глупость, – фыркнув, маг всунул Амерлин кружку. – Это обычный чай, включает в себя несколько видом трав, довольно вкусный. Попробуй.

Но, несмотря на все заверения, девушка не спешила. Некоторое время просто держала кружку в руках, чувствуя, как горячий металл приятно греет ладони. Даэрен не подгонял ее, с аппетитом уплетая сделанный бутерброд. И Амерлин решилась. Поднеся кружку к губам, осторожно глотнула. У чая оказался необычный привкус, девушка даже затруднялась сказать, на что он больше похож, но в целом пить можно было.

Она сама не заметила, как допила до конца. Почему-то оказалось очень уютно сидеть на земле и медленно пить чай, глядя на танцующее пламя. Ночь уже давно окутывала все вокруг мягким покрывалом и с неба подмигивали звезды.

Одна, мигнув, сорвалась в короткий полет. Амерлин проводила ее взглядом, но загадывать желание не стала, просто не знала, о чем попросить. Да и не сказать, чтобы девушка слишком верила, будто бы звезды могут исполнять желание. О такой примете ей рассказала Инте. Амерлин тогда была совсем еще маленькой, девочка капризничала и не хотела ложиться спать и няня вспомнила сказку-легенду о волшебных звездах, которые слышат обращенные к ним просьбы. С того дня Амерлин, засыпая, всегда смотрела на небо, не упадет ли какая….

– Пора ложиться спать, – прервал размышления девушки голос Даэрена.

Маг наклонился за сумкой и бросил Амерлин одеяло.

– Вот, расстели возле костра, только смотри, сама в огонь не свались, – предостерег он.

– А как же ты? – Амерлин вопросительно глянула на мужчину.

– Не замерзну, – Даэрен одернул плащ и первым стал укладываться.

Одеяло было шерстяным, коричневого цвета и пахнущее какими-то травами. Улегшись, девушка завернулась подобно гусенице и закрыла глаза. Накопившаяся за день усталость давала о себе знать, но сон не шел.

К тому же, как бы Амерлин ни любила природу, ночевала она обычно дома, в своей спальне и спать с открытым окном оказалось далеко не то же, что устроиться на отдых под открытым небом. Шумел ветер, где-то вдалеке завел свою песню сверчок, пару раз ухнула пролетающая сова. А еще рядом, буквально в паре метров, с другой стороны костра лежал Даэрен. Пожалуй, именно его присутствие мешало девушке полностью расслабиться и заставляло вздрагивать от каждого шороха. Оставалось только надеяться, что эта ночь пройдет спокойно и мужчина не захочет колдовать и проводить всякие ритуалы, когда она заснет.

Даэрен тоже не спал, прислушиваясь к дыханию девушки. Он был уверен, что Амерлин начнет жаловаться, переживая из-за оставленных вещей, или задавать вопросы, или тосковать по дому, но девушка молчала.

Маг еле заметно покачал головой. Наивность Амерлин забавляла его, но вместе с тем Даэрен удивлялся, как можно не знать, казалось бы, совсем элементарных вещей. Если учесть, как девушка долго решалась попробовать чай, будущее задание казалось практически нереальным. Впрочем, в обязанности мага входило лишь привезти Амерлин в столицу, а дальше все хлопоты по устройству девушки должны были лечь на плечи Совета.

Убедившись, что Амерлин заснула, Даэрен сделал пару пассов и голубое пламя на мгновение очертило вокруг них идеально ровный круг. Покончив с защитой, маг закрыл глаза, погружаясь в сон.

ГЛАВА 3

Проснувшись утром, Амерлин поняла, что зря вчера выпила так много «колдовского» чая. Нет, никаких магических сил она в себе не чувствовала, а вот желание прогуляться в места не столь отдаленные появилось.

Девушка со вздохом села, потягиваясь. Седло послужило слабой альтернативой подушке, а трава, хоть и казалась довольно мягкой, все же не могла сравниться с матрасом, и после непривычного ночлега у Амерлин ныло все тело. Большим подспорьем стало одеяло, мягкое и теплое. Накрывшись им с головой, девушка могла представить, будто находится дома, в своей комнате и в своей постели.

Зевнув, Амерлин взглянула на мага. Даэрен спал, подложив руку под голову и укрывшись плащом. Даже во сне мужчина не улыбался, оставаясь все – таким же серьезным, а лоб пересекала небольшая морщинка. Честно признаться, Амерлин до сих пор не верила, что маг так просто отдал ей свое одеяло. Казалось бы, Даэрен в первую очередь должен был думать о себе, случай с чаем наглядный тому пример, но вместо этого решил проявить благородство. Хотя, может ему хорошо заплатили за это…

Аккуратно сложив одеяло, Амерлин встала и, стараясь ступать как можно тише, направилась к виднеющимся кустам. Но стоило ей пройти мимо потухшего костра, как по спине пробежала щекотка. Девушка передернула плечами, быстро оглянулась. Даэрен перевернулся на другой бок, но глаз не открывал.

Амерлин облегченно вздохнула и быстро, то и дело замирая и прислушиваясь, точь-в-точь как выскочивший на поляну заяц, поспешила вперед.

Обратно Амерлин возвращалась, заметно повеселев. Теперь уже ничего не мешало ей насладиться окружающим видом. Солнце только просыпалось, сонно зевая за скрывающими его облаками, некоторые цветы начинали распускаться, другие наоборот, как раз собирались ложиться спать. Сорвав ромашку, девушка вставила ее в волосы. По – хорошему, следовало расчесать и заново переплести косу, но под рукой не было ничего необходимого. Сейчас Амерлин сама не понимала, как можно было умудриться захватить из дома вазу, но забыть гребень.

Впрочем, собирая вещи, девушка была настолько растеряна и ошарашена свалившейся информацией, что особенно не раздумывала, сгребая в сумку все попадающееся под руку. Наверное, если бы в сумку влезли стул или кровать, то Амерлин захватила бы и их с собой.

Сев на землю, девушка обхватила себя руками за колени и склонила голову, наблюдая за стайкой бабочек. Те весело порхали над цветами, радуясь новому дню. Одна из них, с белоснежными крылышками, заинтересовавшись ромашкой, сделала круг над Амерлин. Девушка вытащила цветок, положив его подальше и бабочка тут же опустилась на него, расправив крылышки и сосредоточенно шевеля усиками. Выглядела она при этом довольно забавно, словно еще один цветочек, только живой. Расправив хоботок, бабочка принялась за трапезу, напомнив Амерлин, что сама она еще не завтракала.

«Надеюсь, Даэрен не обидится, если я возьму немного хлеба?» – привстав, девушка потянулась за сумкой.

– Разве тебя не учили, что копаться в чужих вещах нехорошо? – открыв глаза, бодро поинтересовался маг.

Не ожидав, что он так быстро проснется, Амерлин выронила сумку и сама свалилась в траву, не сумев удержать равновесия.

– Я всего лишь хотела поесть, – нерешительно призналась девушка, отряхивая приставшие к одежде травинки. – И потом, ты вчера не спрашивал моего разрешения.

– Потому что в твоей сумке, в отличие от моей, вряд ли найдутся взрывающиеся артефакты или ингредиенты для зелий, такие как крысиные хвосты, жабьи лапки или мышиный помет, – полюбовавшись, как бледнеющая Амерлин поспешно отряхивает руки о штаны, Даэрен довольно усмехнулся.

Разумеется, ничего по – настоящему опасного среди вещей не было, а несколько амулетов маг благоразумно держал при себе, но ведь могло бы и быть! И Даэрен не стал упускать возможность преподнести девушке небольшой урок.

– Думаю, завтракать тебе уже перехотелось? – глядя, как Амерлин сидит, выпрямившись и сложив на коленях руки, чтобы, не дай Пресветлый, случайно не дотронуться до чего-то запрещенного, насмешливо спросил Даэрен.

– Нет, боюсь подумать, что за чай мы пили вчера, – девушка осторожно пощупала живот.

– Точно такой же, который будем пить и сегодня, – щелкнув пальцами, Даэрен кивнул на котелок, – ты знаешь, что делать.

Кивнув, Амерлин подхватила котелок и налила в него воды. Чиркнув спичкой, бросила ее в костер и лишь после глянула на мага.

Набросив плащ, Даэрен причесывался. Учитывая, что волосы у него были короткие, много времени это не заняло. Самой Амерлин пришлось бы приложить куда больше усилий. Мягкие и непослушные, волосы постоянно норовили запутаться и после купания Инте заставляла девушку сто раз проводить расческой по каждой пряди. Страшно было подумать, во что превратится коса после нескольких дней пути и каких трудов будет стоить вернуть себе человеческий вид. Но просить у Даэрена еще и гребень Амерлин постеснялась, одно дело кружка, но ведь должны быть и личные вещи.

– Опять хочешь что-то спросить, но не можешь решиться? – словно прочитав ее мысли, поинтересовался маг, убирая гребень обратно в сумку.

– Прости, что разбудила, – растерявшись, ляпнула Амерлин первое, что пришло в голову. Заметив, как Даэрен иронично приподняв бровь, затараторила, – я старалась ступать как можно тише, обходила все ветки, которые могли хрустнуть, даже дышала через раз.

– Не извиняйся, мне все – равно было пора вставать, – усмехнулся мужчина.

Амерлин видно, пребывала в твердой уверенности, что его разбудили именно шаги и Даэрен не собирался разубеждать ее. Рановато девушке знать о магической защите, сигнализирующей обо всем происходящем как в очерченной границе, так и за ее пределами. Амерлин было достаточно сделать всего один шаг через линию, чтобы невидимый импульс вырвал Даэрена из сна.

– Ладно, давай завтракать, – подозревая, что Амерлин все – равно попытается попросить прощение еще хотя бы раз, маг достал продукты.

– А нам хватит припасов? – только сейчас девушка обратила внимание, что мяса гораздо меньше, чем показалось вчера, а хлеба и вовсе осталась половина.

– Вполне, – совершенно не удивившись вопросу, Даэрен стал резать мясо на тонкие куски, – завтра мы приедем в город, поужинаем в трактире, там же купим продукты.

– Ты рассчитал все по дням? А если случится что-то непредусмотренное и мы не успеем? – подалась вперед Амерлин.

– У меня – не случится, – Даэрен произнес это с таким выражением, что у девушки пропало всякое желание расспрашивать дальше.

Завтрак проходил в молчании. Амерлин нервировала тишина, дома разговоры не стихали ни на минуту.

Каждый спешил поделиться новостями, обсудить планы на день, говорили вроде бы о множестве вещей, но в то же время ни о чем важном. О чем можно побеседовать с Даэреном, девушка не знала. Материн рассказ о грядущем сборе урожая явно не произвел на него впечатления, маг все – время сидел со скучающим выражением лица и чуть ли не зевал.

Откусив очередной кусок, Амерлин стала рассматривать поляну. Потревоженные их хождением, бабочки улетели и теперь разноцветными точками кружились вдалеке. Облака только-только неохотно расползались по небосводу, давая надежду, что этот день уже не будет таким жарким. Обычно Амерлин нравилась теплая погода, когда солнечные лучи ласково гладят плечи и щекочут лицо, но невозможность умыться и переодеть чистые вещи существенно отравляла все удовольствие.

Закипевшая вода вырвала девушку из мыслей. Поморщившись, она поднялась на ноги и высыпала заварку. Сделав небольшой глоток, протянула кружку магу.

– Сегодня мы сделаем больше остановок, – неожиданно произнес Даэрен.

– Почему? – Амерлин плюхнулась обратно на свое место.

– Потому что иначе завтра ты не встанешь, – одарив ее снисходительным взглядом, объяснил маг. – Будь добра, скажи, когда устанешь.

– Я совсем не устала, – воскликнула было Амерлин, но заметив, как уголки губ Даэрена дрогнули, оборвала фразу на полуслове.

На самом деле девушка действительно чувствовала себя измотанной. Хотелось принять ванну и лечь в постель, чтобы Инте принесла ей горячего чаю с пирожными, а еще открыла окно и подала книгу. Но Амерлин даже не думала, что маг заметит ее состояние. Хотя могла бы уже запомнить, Даэрен замечал все.

Сам мужчина продолжал искоса наблюдать за Амерлин. Честно признаться, он уже начал сожалеть, что заставил девушку выехать на рассвете. Сыграло роль желание Даэрена как можно скорее покинуть поместье. К тому же Магистр велел ему не терять времени зря, но и не будь этого указания, мужчина и сам бы не стал долго тянуть. Стечением обстоятельств оказавшись поблизости от границы, Даэрен направлялся в столицу, когда магический вестник материализовался на столе.

Даэрен машинально провернул серебряный браслет на руке. Украшение служило знаком отличия, подчеркивая его статус, но оно же вместе с тем давало превосходную возможность Верховному магистру определить, где находятся бывшие ученики. В такие моменты Даэрен ненавидел браслет.

– Не нужно остановок, я справлюсь, – Амерлин завозилась, пытаясь найти более удобную позу. Ноющие мышцы наверняка просили отдыха, но ответить им мешали приличия.

Даэрен не мог не заметить, как аккуратно девушка старается есть, откусывая хлеб и мясо маленькими кусочками, промокая рот платком. Зато яблоки она грызла, уже ни на кого не смотря и слизывая текущий сок с пальцев.

– К тому же нас ждут, не хочется терять время, – продолжила Амерлин. – Я часто каталась верхом и скоро привыкну к необходимости ехать весь день и спать на земле.

– Если ты свалишься от усталости, мы потеряем куда больше времени, – внутренне посмеиваясь над самоотверженностью девушки, покачал головой Даэрен.

– Но я хочу скорее их увидеть, – упрямо повторила девушка. Закончив есть, она теперь неотрывно смотрела на мага.

– Ты о Его Величестве? – уточнил Даэрен.

– Нет, о своих родственниках, которые наняли тебя. Понимаешь, вчера я боялась этой встречи, но сегодня поняла, что чем скорее она произойдет, тем легче мне будет, – после паузы нерешительно призналась Амерлин. Кажется, девушка хотела сказать что-то еще, но не успела.

– Нанять меня? – не выдержав, маг звонко рассмеялся

Амерлин, раскрыв рот, наблюдала за ним. До этого момента девушка была уверена, будто Даэрен не умеет смеяться и способен лишь на иронические улыбки, но оказалось, что раньше у него просто не было повода для веселья.

– Что я сказала смешного? – обиженно насупилась она, становясь похожей на взъерошенного воробушка.

– Магов невозможно нанять, мы делаем лишь то, что велит Его Величество и Верховный магистр, люди же могут только просить, – хохотнув в последний раз, Даэрен мгновенно посерьезнел и подобрался, и не скажешь, что еще мгновение назад улыбался.

Амерлин даже моргнула, гадая, уж не показалось ли ей. Маг выглядел полностью погруженным в свои мысли, и, прихлебывая чай, смотрел исключительно перед собой.

Любимый напиток всегда поднимал Даэрену настроение. Его рецепт в далеком прошлом специально составила знакомая травница, учтя вкусы друга. В школе занятия начинались рано, наставники строго наказывали за опоздания, стремясь приучить будущих магов ценить свое и чужое время. Даэрен же нарочно вставал за несколько минут до рассвета, чтобы успеть спокойно выпить чай, насладившись каждым глотком. Это давало пусть и иллюзорную, но веру, что он живет так, как хочет сам, не подчиняясь уставу.

Закончив школу, Даэрен не изменил своим привычкам, разве что предпочитал пить чай, сидя в мягком кресле. Неторопливое занятие давало прекрасную возможность отдохнуть и собраться с мыслями. Вот и сейчас маг размышлял, нарисовав в памяти карту и прикидывая, где свернуть, чтобы скорее добраться до города.

– Даэрен, скажи…. – нервно кроша в руках хлеб, начала Амерлин.

– Говори уже, – раздраженно кивнул маг.

Отвлекаться на бесполезные разговоры не хотелось, но судя по сжатым губам девушки и перерезавшей лоб морщинке, она считала свой вопрос достаточно серьезным. Не зря же целых пять минут собиралась с духом его задать, усыпав траву хлебными крошками. Невольный подарок пришелся по вкусу муравьям, выползшим из земли и спешащим забрать угощение.

– Кто попросил тебя поехать за мной? И почему именно ты? – решившись, на одном дыхании произнесла Амерлин.

– То есть ты рада моей персоне в качестве провожатого или хочешь знать, кому высказать претензии по приезду? – не удержавшись, поддразнил Даэрен.

Девушка ожидаемо смутилась. Хлебные крошки стали сыпаться чаще, белым снегом укрыв муравьев.

– Нет, я не …вернее, мне казалось, что…. В общем, я всегда считала, будто маги не ездят по чужим поручениям, ведь для этого есть гонцы, – Амерлин заискивающе улыбнулась, словно опасаясь, что мага могут рассердить ее слова.

«В самом деле, есть. Кто бы еще сообщил об этом Магистру», – саркастически подумал Даэрен.

Обижаться на девушку он и не думал. Злость, вызванную свалившимся на голову заданием, давно успокоили изложенные в свитке аргументы. Короткие фразы по эффекту оказались вполне сравнимы с ушатом холодной воды, мигом заставившие вспомнить о рассудительности и спокойствии. Правда, необходимость изображать няньку удовольствия Даэрену по-прежнему не доставляла.

– Что же, по – твоему, полагается делать магам? – изогнув бровь, полюбопытствовал мужчина.

– Ну-у…. – Амерлин замялась. Вопрос застал ее врасплох. До этого дня девушка совершенно не задумывалась о б обязанностях магах. Казалось логичным, что все их занятия можно описать одним словом – колдуют. – Вы проводите отбор, выявляя людей, у которых обнаружится дар.

– Да, все верно, – подтверждающее кивнул Даэрен.

Девушка подалась вперед, ожидая продолжения, но маг лишь вновь отхлебнул из кружки, вынудив ее самой задать новый вопрос.

– Тогда почему же ты приехал в поместье? Или тебя таким образом наказали? Магов вообще имеют право наказывать? – неожиданно заинтересовалась Амерлин.

Даэрен как-то странно фыркнул, не то подавившись, не то просто закашлявшись.

Поразительная способность девушки перескакивать с первого на третье, спрашивающей о казалось бы, совершенно ненужных вещах, не переставала его удивлять.

– Ты умеешь читать? – проигнорировав предыдущие вопросы, деловито уточнил Даэрен.

– Да, мама научила меня. Какая бы я была наместница, если бы не знала грамоты, но какое это имеет отношение? – растерялась Амерлин.

– Самое прямое, – маг допил чай, а потом под удивленным взглядом вытащил квадратик.

Впрочем, Амерлин он протянул уже свиток, предварительно убедившись, что магия «проявила» только первую часть письма.

Даэрен надеялся, что девушка, увидев приказ своими глазами, перестанет надоедать расспросами и прибережет любопытство для Его Величества.

Амерлин читала долго, несколько раз водя пальцем по строчкам, словно надеясь, что те изменятся.

– Выходит, ты не знаешь, кто меня встретит в столице? – наконец проговорила девушка.

Даэрен только передернул плечами, не видя смысла что-либо говорить. Настаивать Амерлин не стала. Написанное в самом деле вполне ясно гласило, что маг третьей ступени Даэрен должен найти и доставить девушку Амерлин, семнадцать лет назад привезенную на границу. Просто ей хотелось услышать это собственными ушами, убедиться, что поняла все верно.

Отдавать свиток Амерлин не спешила, с головой уйдя в свои мысли. Казалось невозможным, что всего пара строк смогли так резко изменить ее судьбу. Никаких объяснений, никаких деталей, лишь сухой приказ и размашистая роспись, будто бы речь шла о чем-то совершенно обыденном…

– Начиталась? – терпение Даэрена кончилось раньше.

– Да, спасибо, – кивнула Амерлин.

Девушка так и продолжала сидеть в той же позе, наблюдая, как Даэрен одним неуловимым движением уменьшает свиток и прячет в карман.

– Как ты это делаешь?

– Делаю что?

– Ну, это, – не зная, как объяснить, Амерлин постаралась показать жестами.

– Имеешь ввиду, как я перевожу свиток из магической площади в реальную? – по – прежнему невозмутимо уточнил Даэрен. Девушка мало что поняла, но на всякий случай кивнула. – Очень просто, магией.

– Это мне понятно, но ведь свиток совершенно обычный и на ощупь не отличается от обычных. У отца полно точно таких же, ты сам их не путаешь? – заинтересовалась Амерлин.

– Ты ожидала, что бумага будет таять в руках, а буквы алеть? Или вовсе взлетит в воздух и само озвучит написанное? – хмыкнул маг.

Амерлин, смутившись, отвела взгляд, четко дав понять, что Даэрен угадал.

– Это простейшая магия. Создать вестник сможет не каждый, но прочитать его под силу даже ученику. Маг просто дает импульс, позволяя свитку вернуться в первоначальный размер.

– А как его уменьшать? Для чего это вообще? Свиток ведь можно свернуть и он не будет занимать много места, – наивно предположила девушка.

– Вопрос безопасности, – хмыкнул Даэрен. – При желании, деньгами, угрозами или силой у гонца можно отобрать свиток, зато вестника не прочитает никто, кроме получателя.

– Подожди, а как же я тогда его смогла прочитать? – Амерлин приоткрыла рот.

Судя по всему, девушка лихорадочно раздумывала, свидетельствует ли это о наличии дара, примеряя и себе черный плащ.

– Ты прочитала свиток, потому что я тебе позволил, – Даэрен снисходительно улыбнулся, – а уменьшается, так как по – своей структуре состоит из магических линий, которым можно придать любую форму. Нужно лишь поймать последнюю и связать с первой, замыкая или размыкая заклинание.

– Ой, я знаю! Это как при вязании! Там похожий принцип, есть много ниток и, если дернуть за одну, распустится весь узор, – довольная, что тоже кое-что смыслит, заявила Амерлин.

Но вопреки ожиданиям девушки, на Даэрена ее откровение не произвело никакого впечатления. Напротив, он поднялся и стал собирать вещи.

– Пора ехать, – прикрепляя сумки к седлу, бросил маг.

– Ты все можешь так уменьшить? – представив, как было бы удобно заколдовать поклажу, заинтересовалась Амерлин. –

– Хватит вопросов, – легко запрыгнув в седло, Даэрен ожидающе уставился на девушку.

– Ты же сам сказал мне спрашивать обо всем, что хочу! – с заметным усилием Амерлин тоже оседлала Тучку.

– Я говорил, что ты можешь спросить, но не обещал, что стану отвечать, – ехидно улыбнулся мужчина.

– Но… ты ведь отвечал на все предыдущие вопросы? Чем тебе не понравился этот? – Амерлин захлопала ресницами, недоуменно глядя на него.

– Мне было скучно, а теперь завтрак закончен и пора ехать, – улыбнувшись еще насмешливее, признался маг.

Девушка тут же надулась. Дома никто не разговаривал с ней в таком тоне, и Амерлин толком не знала, как следует реагировать на насмешку. Грубить магу было страшно, а сделать вид, будто ничего не случилось, мешала поднявшаяся в груди обида.

«А вот возьму и сама не буду с ним разговаривать!» – в сердцах подумала Амерлин.

Придерживаясь принятого решения, девушка отвернулась от продолжающего ухмыляться Даэрена и стала смотреть по сторонам. Сделать вид, будто она полностью поглощена изучением открывшейся местности, оказалось нетрудно. Отец иногда ездил в другие города, но, сколько бы Амерлин не уговаривала взять ее с собой, отказывался, прося сначала подрасти, и теперь девушка впервые оказалась так далеко от дома.

Ей, выросшей на хранящихся в библиотеке книгах и легендах, что так любили рассказывать крестьяне, собираясь по вечерам у костра, за границами поместья виделся совершенно другой мир. Мир, в котором на каждом шагу будут поджидать удивительные приключения, в которых именно она станет главной героиней, и уже о ней будут рассказывать старики внукам. А еще Амерлин безумно хотелось попасть на настоящую ярмарку и потанцевать на балу. Правда, подходящего наряда у нее теперь не было, но Даэрен ведь обещал обо всем позаботиться и, раз выкинул старое, должен купить новое платье.

Вот только реальность оказалось гораздо прозаичнее и вместо того, чтобы кружиться в бальном зале в пышном платье, девушке приходилось ехать по дороге под палящими лучами солнца в пыльной рубашке. Смотреть по сторонам Амерлин надоело уже через полчаса, и она просто покачивалась в седле, глядя то на собственные руки, то на редкие облака.

Несмотря на то, что они периодически пускали лошадей рысью, а после вновь возвращались к шагу, местность никак не желала меняться. Все тот же тракт, та же трава и даже деревья выглядели одинаковыми, будто бы кони двигались кругами. Конечно, будь у Амерлин другой спутник, она бы с легкостью нашла себе занятие, предложив устроить скачки с обязательным загадыванием желания проигравшему, но ждать согласия от Даэрена явно не следовало.

Ишь, едет себе, даже глаза закрыл и что-то шепчет под нос, только губы шевелятся, совсем ничего не разобрать!

Амерлин уже успела тысячу раз пожалеть о данном обещании и извертеться в седле, изнывая от скуки. Маг все – так же оставался невозмутимым. Несколько раз девушка порывалась спросить у Даэрена, что же он такое делает, неужели колдует, но каждый раз в последний момент прикусывала язык. Нет уж, раз пообещала молчать, значит, будет вырабатывать характер и старательно держать свое слово.

«И почему бы ему самому не начать разговор?» – грустно подумала Амерлин.

Пользуясь тем, что Даэрен закрыл глаза, девушка украдкой разглядывала его. Несмотря на то, что они вроде как проехали вместе целый день, Амерлин еще не запомнила внешность мужчины. Рассматривать его на ужине было страшно, потом – неудобно. Даэрен все – время вел себя так, что смотреть хотелось или ему в глаза, или куда-нибудь в сторону, а лучше и вовсе отвернуться, сделав вид, будто просто проходил мимо.

«Интересно, сколько ему лет?» – девушка нахмурилась, пытаясь высчитать возможную дату на пальцах.

Почему-то Даэрен каждый раз выглядел по – разному. Вечером, когда темноту разгонял лишь костер, отбрасывая на лица тени, более старшим, а днем, особенно когда дремал, наоборот, моложе.

Усугублял ситуацию и черный плащ. Девушка еще могла понять, почему Даэрен не захотел снимать его в селении, но что заставляло мужчину мучиться сейчас? Амерлин парилась в одной рубашке и даже смотреть на темную одежду, которая притягивала солнечные лучи гораздо сильнее, было жарко. К тому же черный цвет делал черты лица Даэрена более резкими, отчего он казался еще опаснее и неприступнее.

Амерлин слышала, что маги очень долго обучаются своему мастерству, а еще, будто бы некоторые продают свою душу, чтобы не стареть и сохранить молодость. К сожалению, подтвердить или опровергнуть домыслы было некому. К тэру Росэну ее не подпускали родители, а в селении за все годы не обнаружили ни одного мага.

Задумавшись, девушка стала еле слышно напевать песенку, что часто слышала от Инте. Реакция Даэрена последовала незамедлительно.

– Тебе плохо?

– Мне? Нет, – растерялась Амерлин.

– Тогда почему ты стонешь? – прозвучавшие обеспокоенные нотки сменились раздражительными.

– Прости, больше не буду, – вспыхнув, пообещала девушка.

Настроение испортилось окончательно. Даже то, что Даэрен все же заговорил с ней, не могло заставить Амерлин перестать хмуриться. И родители, и Инте всегда говорили, что у нее красивый голос. По вечерам мама любила играть на рояле, а Амерлин пела, и отец обязательно громко хлопал, говоря, что получил настоящее удовольствие от концерта и вот теперь Даэрен обозвал ее пение стоном.

«Неужели специально издевается?!» – Амерлин глянула на опять смежившего веки мага.

Было непохоже, чтобы тот нарочно искал повод, но девушка уже не знала, о чем думать. Хотя к чести Даэрена следовало сказать, что о своих обещаниях маг не забывал. За день они остановились четыре раза, и Даэрен каждый раз заставлял ее сидеть в тени по полчаса, хотя Амерлин и клялась, что вовсе не устала и может продолжать путь.

В ответ на это Даэрен лишь хмыкал. Спорить и доказывать что-то он не считал необходимым, а потому просто озвучивал свое решение и засекал время. От него не укрылось, как Амерлин тоскливо вздыхает, но развлекать навязанную девушку, взяв на себя еще и роль балаганного скомороха, мужчина не собирался. Хватит и того, что приходится следить, как бы она не перегрелась на солнце и не замерзла ночью!

К тому же, положа руку на сердце, Даэрен толком и не знал, о чем говорить и как вести себя с Амерлин. Так уж повелось, что магов – мужчин обычно раз в пять больше, чем магов – женщин, что соответственно отражалось на обучении. И те четыре девушки, учившиеся с Даэреном на одном курсе, на равных ругали учителей, жалуясь на ужасные нагрузки и веселились в трактирах, отмечая успешную сдачу экзаменов. Знакомые еще с прошлой, до магической жизни, были из обычных семей, для которых этикет являлся чем-то далеким и пугающим. Закончив же обучение, Даэрен сталкивался с людьми из высшего света всего пару раз, в результате чего опыта общения с юной, почти ребенком, наместницей, у него не было совершенно.

Конечно, вряд ли Магистр выскажет претензии, если вдруг Амерлин начнет повторять любимые ругательства Даэрена, но все же подобного хотелось избежать. Так что маг старательно запасался терпением, предвкушая момент, когда сдаст девушку с рук на руки и вздохнет свободно, благо, выдержка у мужчины была превосходной. Умению держать собственные эмоции под контролем будущих магов учили едва ли не в первую очередь и по этому предмету у Даэрена всегда стояло «отлично».

Солнце, между тем, уже начинало закатываться, позволяя сумеркам накрыть мир мягким одеялом. От горизонта потянулись серые облака и лишь кое-где виднелись голубые кусочки неба, растеряв позолоту, поблекла трава, а цветы, закрывшись в бутоны, приготовились к наступлению ночи.

Амерлин широко зевнула, прикрыв рот ладонью. Ночевать под открытым небом ей не слишком понравилось, толком ни умыться, ни переодеться, все – время на виду, но сейчас девушка не могла дождаться привала.

Вдалеке зажглась первая звездочка. Вслед за ней вспыхнули и другие золотистые огоньки. Приглядевшись, Амерлин различила силуэты домов, а еще сообразила, что виднеющееся вдалеке темное пятно на самом деле городские ворота.

– Ой, смотри, мы приехали! Это город! – довольно воскликнула девушка.

– В самом деле? А я и не заметил, – фальшиво изумился Даэрен, – но в следующий раз не обязательно так кричать, у меня отличный слух.

Амерлин вздрогнула, удивленно покосившись на мужчину. Она не понимала, что Даэрену не понравилось на этот раз, казалось бы, маг тоже должен радоваться возможности отдохнуть в нормальных условиях, но говорить что-либо не рискнула. Впрочем, не имея возможности высказать охватившие ее эмоции, Амерлин завертелась в седле, с удвоенным любопытством рассматривая медленно приближающийся город и вытягивая шею, словно надеясь таким образом увидеть побольше.

Лошади, почуяв близость жилья и сообразив, что эту ночь проведут в конюшне, без понуканий перешли на рысь. Город рос буквально на глазах. Сначала стало видно больше огоньков, потом дома из едва различимых, призрачных силуэтов превратились во вполне осязаемые жилища. Последними стали ворота. Дубовые, сделанные на совесть, представляющие собой два огромных щита с небольшой дверью в одном из них.

Вбитая в землю табличка гласила, что этот город зовется "Орешек". Место казалось спящим, из-за ворот не доносилось ни звука, но стоило Даэрену постучать, как почти тут же послышалось копошение, а потом в открывшемся окошке появилось сонное лицо.

– Кто такие будете? С какой целью приехали? – широко зевнув, лениво осведомился стражник.

– Обычные путники, хотим поужинать и переночевать, утром уедем, – кратко ответил Даэрен.

– Проезжайте, – что-то лязгнуло, скрипнуло, а потом дверь открылась.

– Добрый вечер, – оказавшись внутри, Амерлин дружелюбно улыбнулась стражнику.

Им оказался полноватый мужчина средних лет в доспехах. На саму Амерлин он смотрел едва ли не со скукой, лишь что-то неопределенно хмыкнув в ответ на приветствие. Магу напротив, достался куда более почтительный взгляд и кивок головы.

– Въездную пошлину заплатить требуется, с приезжих и с коней, – с заметной робостью пробормотал он.

Амерлин, глядя на это, оставалось лишь недоуменно хмыкнуть. Даэрен не демонстрировал браслет и ни словом не обмолвился о своем статусе, но между тем, стражник уже боялся его, и оставалось теряться в догадках, опознают в нем мага интуитивно или мужчина пугает всех сам по себе, и без учета профессии.

Даэрен вел себя так, словно чужое внимание нисколько его не волнует и является чем-то разумеющимся.

– Сколько? – только и спросил маг, доставая кошель.

– Сколько не жалко, – последовал ответ. – Все, что ни дадите, в казну пойдет, на закупку продуктов к зиме.

– А если жалко все? – прищурившись, Даэрен убрал развязанный было кошель обратно.

Стражник лишь тоскливо вздохнул, разводя руками.

Подобное равнодушие не могло не удивить Амерлин. Казалось бы, мужчина должен был назвать четкую сумму, и, если таковой не найдется, указать путникам обратно на ворота. Не то, чтобы Амерлин хотелось вновь ночевать на земле, просто первый увиденный город пока совсем не соответствовал ее ожиданиям и девушка боялась, как бы дальше не поджидали новые разочарования. Хотя не исключено, что стражник был внимательным человеком, прекрасно зная, что с жителей границы, у которых на счету каждая монетка, трудно требовать деньги.

Девушка перевела взгляд на Даэрена – заплатит или не заплатит? Денег у мужчины было предостаточно, но учитывая обычное его пренебрежение ко всем остальным…

В итоге серебряную монетку в подставленную ладонь Даэрен все же бросил, правда, пойти на это его заставили не распахнутые в немой просьбе глаза Амерлин, а собственные, куда более прозаические мотивы. Несмотря на то, что со стороны казалось, будто бы маги жили достаточно свободно, их жизнь подчинялась весьма строгим правилам. Существовал Устав, который ученики должны были знать лучше молитв и который клялись соблюдать, принимая серебряный браслет, и нарушения карались весьма строго. Конечно, добиться абсолютного выполнения было невозможно, но в большинстве случаев маги предпочитали не рисковать. И потому, делая вид, будто снисходят до просьб простых смертных, на самом деле маги руководствовались своими правилами. Натягивали презрительные маски, ухмылялись, заставляли томиться в неведенье, но в итоге делали то, что положено, ведь в противном случае пришлось бы давать пояснения Магистру, а если жалоба зайдет слишком далеко, то и королю. Сталкиваться же с Его Величеством, который не упускал случая указать магам свое место, никто не хотел.

– Поехали, – окликнул Даэрен задумавшуюся девушку.

В отличие от Амерлин, ему смотреть по сторонам не хотелось совершенно, хоть маг также оказался в «Орешке» впервые. Во – первых, ночью темнота скрадывает все краски, искажая окружающий мир и делая его более пугающим и расплывчатым, а во – вторых, даже если бы и светило солнце, на что смотреть?

Самый обычный город, находящийся хоть и не на самой границе, но в достаточной близости, чтобы это отразилось на нем, достаточно вспомнить унылого стражника. Путешествуй Даэрен один, то наверняка бы предпочел переночевать под открытым небом, но вымотанную Амерлин ему было жалко. Не то, чтобы сам мужчина наплевательски относился к собственным потребностям, напротив, при возможности старался расположиться в наиболее комфортных условиях, но полумеры его не интересовали и бедные трактиры он презирал.

Конечно, ему, как магу, выделят лучшую комнату, вот только клопам без разницы, кого кусать и серебряный браслет не отпугнет их так же легко, как грабителей! Припомнив вынужденную ночевку в одной деревне, когда пришлось спать на узкой, жесткой и скрипучей кровати, Даэрен невольно поморщился. Собственное прошлое, когда мужчина сам жил в подобной избушке, ютясь с родителями и двумя братьями, казалось страшным сном, думать о котором совершенно не хотелось.

– Даэрен, а где мы остановимся на ночлег? – вырвал его из мыслей голосок Амерлин.

Видно, опасаясь в очередной раз нарваться на грубость, девушка спрашивала очень тихо, маг даже не сразу расслышал обращение. На мгновение мужчина засомневался, не слишком ли строго обращался с Амерлин, но всплывшее в памяти одно из наставлений «Уважение и страх неотделимы. Лишь тот, кто внушает трепет, способен вести за собой и требовать» помогло принять решение. Пусть лучше боится, чем потом станет направо и налево болтать языком, один за другим выдавая магические секреты.

– В трактире.

– А в каком? Он будет хорошим? Я смогу там искупаться? – продолжила любопытствовать Амерлин.

– В любом, они все одинаковые. По – поводу ванны, спросишь у трактирщика, – маг отвечал коротко, не видя смысла вдаваться в лишние подробности.

– Даэрен, но ведь уже поздно, нас точно пустят? – глянув на щедро усыпанное звездами небо, забеспокоилась девушка. – Все двери закрыты, улицы тоже пустые. Жители должно быть, давно спят…

– У нас есть деньги, а это ключ, который откроет любые двери, – хмыкнув, наставительно произнес мужчина. Правда, уточнять, что не люди спят, а Амерлин не умеет замечать признаки ночной жизни, не стал.

Девушка открыла было рот, собираясь задать очередной вопрос, но Даэрен, заметив вывеску трактира, свернул влево. Надпись была сделана небрежно, буквы то наскакивали одна на другую, то наоборот, расползались, но общий смысл передавали верно.

– «Жареный гусь», – прищурившись, прочитала Амерлин. – Это значит, что повар в трактире готовит только жареных гусей?

– Столько гусей в этой дыре не наберется, просто трактирщику не хватило фантазии для более оригинального названия, – повернувшись к задумчиво прикусившей палец девушке, объяснил маг. – В других городах я останавливался уже в трех «Жареных гусях»

– Жалко, а я уже хотела попросить, чтобы мне приготовили гуся с яблоками и картошкой, – Амерлин сглотнула слюну.

Отвечать Даэрен не стал. Из темноты как раз вынырнул мальчишка-слуга, почтительно поклонившийся гостям и застыв в ожидании распоряжений.

– Накормить и вычистить, – в отличие от стражника, мальчику маг бросил медную монетку.

Золото в таких глухих местах Даэрен показывать не хотел. Конечно, напасть на него вряд – ли кто-то рискнет, серебряный браслет обычно отпугивал любителей легкой наживы, но зачем лишний раз дразнить людей?

– Можно заходить, да? – нетерпеливо уточнила Амерлин.

Ей хотелось как поскорее увидеть трактир изнутри, но Даэрен задержался у лошадей, снимая поклажу и отвечать не торопился. Догадываясь, что маг, по обыкновению, может и специально промолчать, Амерлин решила не ждать его и едва не вприпрыжку бросилась к двери. Вот только излишняя спешка до добра все же не доводит, в чем и убедилась девушка, не заметив высокого порожка и шлепнувшись на пол, больно ударившись коленкой.

Раздались смешки. Посетителей было немного, всего лишь за тремя столиками у стены, но помочь девушке никто не спешил. Напротив, ее разглядывали с нескрываемым интересом, обмениваясь явно не лицеприятными комментариями.

Впрочем, все замолчали быстрее, чем Амерлин успела смутиться. Причиной этого послужил появившийся в дверях маг, в свою очередь, даже не взглянувший на уткнувшихся в тарелки людей.

– Ты что, пол рассматриваешь? Неужели и в досках что-то интересное нашла? – предельно участливо поинтересовался Даэрен, склоняясь над девушкой.

– Нет, я просто задумалась, – не желая признаваться в конфузе, соврала Амерлин.

– Ну, хоть не молилась, – хмыкнул Даэрен, обходя девушку и садясь за крайний столик у стенки.

Амерлин поспешила последовать его примеру. Плюхнувшись на лавку и почувствовав себя увереннее, стала осматриваться. Вот только взгляду оказалось решительно не за что зацепиться. Голые стены, деревянные столы, из всевозможного убранства – лишь цветок в треснувшем горшке на подоконнике. Подобная скудность не могла не удивлять девушку, в селении она успела привыкнуть, что каждый по возможности пытался украсить свое жилище. И в домиках, куда бы Амерлин не заходила в гости, на стенах висели детские рисунки и молитвенные образа, в вазах всегда были свежие цветы, а столы украшали скатерти и вязаные салфетки.

– Даэрен, а все трактиры такие? – удивленно поинтересовалась девушка.

– Тебе не надоело спрашивать? Ты кажется, хотела есть? – раздраженно проговорил Даэрен. Но все же повернулся, гадая, что именно могло заинтересовать его спутницу.

Один из посетителей как раз рассказывал что-то друзьям, но, поймав угрюмый взгляд мага, побледнел и закашлялся, стуча себя по груди. Даэрен, не дожидаясь, пока та же участь постигнет остальных, опять развернулся к стенке.

Вопреки мнению Амерлин, пристальное внимание все же не нравилось Даэрену, заставляя раздраженно хмуриться. Казалось, за долгое время мужчине давно следовало привыкнуть, что его персона не может оставаться незамеченной, но в столице к магам относились куда проще и, притерпевшись постоянно видеть по – соседству черные плащи, выказывали лишь легкое опасение. Потому то Даэрен и предпочитал в деревнях и прочих забытых Пресветлым местах держаться от людей подальше, как сейчас, занимая крайние столики и садясь ко всем спиной.

– Хотела, но мне интересно, я ведь в первый раз увидела трактир, – несмотря на страх, сама Амерлин не отводила взгляда, все же надеясь услышать ответ.

– Ладно. Что именно тебе непонятно? Чем этот трактир не «такой»? – смягчился маг.

– Ну…. – Амерлин замялась, пытаясь подобрать подходящее слово. Все же хозяин наверняка любил свое заведение и называть его скучным было бы не сильно красиво. – Он… непритязательный.

– А чего тебе не хватает? – не понял Даэрен.

– Живого присутствия, чего-то, что выдавало бы характер хозяина, его увлечения. На столы ведь можно поставить вазы, повесить на стены картины. Да и лавки можно было бы сделать получше, – Амерлин поерзала, подтягиваясь. То ли от времени, то ли так было с самого начала, лавка покосилась и девушка съезжала по наклонной.

– Можно, но зачем? – пожал плечами маг.

– Как зачем? Так ведь гораздо уютнее! – не понимая, как можно спрашивать о таких банальных вещах, Амерлин всплеснула руками. – Люди приходят сюда отдохнуть, им хочется поговорить, подумать, для этого должна быть располагающая обстановка. Вот когда домой приходишь, сразу же настроение поднимается! Здесь даже пахнет не испеченным хлебом и медом, а чем -то горелым.

– Люди приходят сюда поесть и провести ночь, еда должна быть сытной, а постель -чистой, все остальное их не волнует, – при взгляде на то, как девушка недовольно морщится, у Даэрена вырвался смешок. – Но в столице трактиры будут богаче, в некоторых будут даже ковры на полу, серебряная посуда и картины во всю стену.

Амерлин недоверчиво уставилась на мага, гадая, говорит он правду или разыгрывает, но уточнить помешала появившаяся служанка. Обведя зал сонным взглядом и заметив новых посетителей, та накинула на руку полотенце и лениво направилась к ним.

– Что вам принести?

– А что у вас есть? – заинтересовалась Амерлин.

– Вареная картошка с грибами, уха, кисель и навалиха, – нехотя, еле – еле разжевывая слова, начала перечислять служанка, загибая пальцы.

– Навалиха? – услышав незнакомое слово, девушка захихикала. – Что это?

– Еда, – снисходительно покосившись на Амерлин, растолковала служанка.

– У нас новые посетители? – из кухни выкатился толстый, похожий на колобок, трактирщик.

Румяный, упитанный, невозможно было смотреть, не улыбнувшись. Амерлин вновь захихикала, закрыв рот руками. Трактирщик тут же развернулся в ее сторону и открыл было рот, собираясь разразиться возмущенной тирадой, как заметил Даэрена.

Изменившись в лице, хозяин растерянно икнул и будто бы стал ниже ростом.

– Уважаемый тэр, госпожа, чего желаете? – кивков головы велев служанке убираться, как можно вежливее спросил он.

– Еды, – скопировав служанку, коротко бросил Даэрен.

– Какой еды? Вам принести все, что у нас есть? – на лице трактирщика отразилась растерянность.

– Мне – вареную картошку с грибами и пива, а ей, – маг оглянулся на Амерлин, – что ты будешь?

– Навалиху, – желая узнать, что же это все – таки такое, с чувством назвала девушка.

– Одну минуту, сейчас все принесу, не успеете и глазом моргнуть, – быстро протараторил хозяин.

– Слушай, почему тебя все так боятся? – проводив его взглядом, не выдержала Амерлин.

– Думаешь, знание того, что при желании я могу с легкостью сжечь трактир, недостаточная причина? – изогнув бровь, иронично поинтересовался маг.

– Но откуда он знает, что ты можешь? И потом, знать и сделать это разные вещи, на самом деле ты ведь не сделал бы ничего подобного? – девушка вопросительно взглянула на Даэрена.

– Наверное, интуиция подсказала, – пожал плечами Даэрен. – А что касается применения магии…. Знаешь, грань между желанием что-то сделать и свершением на самом деле гораздо тоньше, чем тебе кажется, ведь первое всегда тянет за собой второе.

Опешив, Амерлин машинально закусила палец, пытаясь осмыслить слова мага. Несомненно, ответ Даэрена был в достаточной мере рассудительным, даже можно сказать, философским, вот только из него совершенно не стало понятным, способен мужчина в самом деле устроить пожар или больше пугает, зная о своей репутации?

– А вот и ваш заказ, – вернувшийся трактирщик поставил перед ними тарелки. – Желаете что-то еще?

– Да, две комнаты на одну ночь. Комнаты должны находиться рядом, – кивнул Даэрен.

– Рядом? – хозяин нахмурился, но в следующий момент угодливо улыбнулся, – все будет готово. Номера в конце коридора вас устроят?

– Вполне, – маг небрежно бросил на стол пару серебряных монет, которые мгновенно скрылись в кармане трактирщика.

Амерлин даже толком не успела заметить, когда именно мужчина забрал деньги, лишь по довольно заблестевшим глазам сообразив, что плата более чем достаточная.

– Еще нам нужен провиант, вяленое мясо, хлеб и фрукты, – ненадолго задумавшись, продолжил Даэрен. – Приготовьте на утро.

– А мяса нету. Простите, тэр, но мы не успели заготовить продукты, только позавчера продали все запасы, – трактирщик изменился в лице.

– Ладно, тогда нагрейте воды, нам еще понадобится ванна, – еле заметно дернув головой, заказал маг.

– И ванны нету. Бочка накануне рассохлась, треснула, а кузнец как раз на крестины к родственникам уехал, – кажется, трактирщик забыл, как дышать.

– Не нужно ванны, – Амерлин с жалостью посмотрела на посеревшего хозяина.

Понимание того, что именно по ее просьбе Даэрен потребовал приготовить все для купания, заставило девушку смутиться. Амерлин вовсе не хотелось становиться причиной чьих-либо неудобств, а между тем трактирщик выглядел ужасно испуганным невозможностью угодить клиентам.

– В таком случае, это все, – кивнул Даэрен.

Облегченно вздохнув, хозяин пожелал им приятного аппетита и укатился в кухню, начав немедленно раздавать указания. А через пару минут по лестнице забегали две служанки, причем вид у девушек был такой, словно за ними кто-то гнался.

– Привыкай, когда я заказываю комнату, всегда вот так. Магу стараются угодить буквально во всем, – видя, как потрясенно Амерлин наблюдает за служанками, заметил Даэрен. – И ешь скорее свою навалиху, не то остынет. Трактирщик разумеется, лично разогреет ее снова, но подождать придется.

Девушка, у которой как раз вновь заурчало в животе, кивнула и взяла ложку. Заглянув в тарелку, зачерпнула немного. На первый взгляд казалось, что, готовя навалиху, в котел просто вывалили все находившиеся на кухне продукты. В бульоне была и картошка, и грибы, к краю тарелки прилип даже рыбий хвост. Впрочем, на вкус варево оказалось вполне приличным и проголодавшаяся Амерлин съела все до последней ложки.

Стоило ей допить чай и поставить кружку на стол, почти сразу подошел трактирщик, предложив проводить до комнат.

– Спасибо, это так любезно с вашей стороны, – улыбнулась Амерлин.

Даэрен говорить ничего не стал, молча встав и первым поднявшись по лестнице.

Всего в трактире было десять комнат, правда, девушка не знала, много это или мало. За одной из дверей слышалось пение, причем отсутствие слуха неизвестные певцы компенсировали громкостью, подыгрывая себе на расстроенной гитаре. Даэрен только неодобрительно поморщился, но заметивший это трактирщик тут же поспешил заглянуть в номер. Что он сказал посетителям, Амерлин не слышала, но потому как музыка резко стихла, поняла – грозит разозлившимся магом.

– Дальше мы сами, – получив ключи, кивнул Даэрен.

Трактирщик, получив разрешение, поспешил вернуться вниз, не забыв правда, рассыпаться в пожеланиях крепкого сна и заверив в своей готовности исполнить любую просьбу.

– Твой номер крайний. Если что-то понадобится, стучи, – между тем проговорил маг.

– Ага, – Амерлин кивнула, про себя подумав, что разбудить Даэрена ее заставит разве что землетрясение вместе с наводнением и ураганом.

Забрав ключ, девушка открыла номер и осторожно заглянула внутрь. Не заметила ничего пугающего и обернулась к магу.

– Спокойной ночи, Даэрен.

Амерлин думала, что мужчина отправится в свою комнату, но он неожиданно вошел следом, заставив ее растерянно моргнуть.

– Что-то еще?

– Я думал, тебе понадобятся вещи, – Даэрен приподнял седельные сумки.

– Ой, – спохватившись, что совсем забыла о них, смутилась Амерлин, – спасибо большое, теперь не придется возвращаться вниз, в следующий раз я буду внимательнее.

– Можешь не благодарить. Следить за твоим благополучием входит в мои обязанности, – пожав плечами, как ни в чем не бывало заметил маг, бросив сумку в угол.

Казалось бы, теперь то его точно ничего не задерживало, но Даэрен не спешил оставлять девушку в одиночестве. Зачем-то прошелся по комнате, отдернув шторку, закрыл окно, несколько раз проверив щеколду. После этого в номере должно было стать теплее, но на Амерлин повеяло холодом. Впрочем, передернув плечами, девушка с легкостью избавилась от пробежавших по спине мурашек.

– Спокойных снов, – улыбнувшись уголками губ, Даэрен все же вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

«Наконец-то», – плюхнувшись на кровать, Амерлин облегченно вздохнула.

В отличие от остальных посетителей, Даэрен не внушал ей панического страха, но рядом с ним неспокойно. Ощущение чужого присутствия давило, не давая расслабиться и заставляя контролировать каждое слово. Здесь, в запертой комнате, Амерлин могла вздохнуть спокойно, уже не боясь лишний раз пошевелиться. Конечно, вряд ли на самом деле Даэрен настолько внимательно следил за ней, скорее, все дело было в разыгравшихся нервах девушки, относящей на свой счет любой взгляд.

Вытащив ночную рубашку, Амерлин переоделась, пригладила волосы ладошкой, умылась водой из тазика. Несмотря на долгий день, спать не хотелось. Ночь выдалась ясной, а зажженные свечи заливали комнату теплым светом. Сейчас бы почитать, с ногами взобравшись на подоконник и позволив мыслям лететь, куда им вздумается… Вот только подоконник был слишком узким, да и книг у девушки больше не было.

На глаза навернулись слезы. Помня наставления Инте, Амерлин ни слова не сказала магу на его самоуправство, позволив распоряжаться своими вещами. Но внутри появилась какая-то пустота, словно вместе с дорогими вещами пришлось оставить и часть воспоминаний…

«Нет, не буду плакать. Я обещала папе быть сильной!» – тыльной стороной вытерев скатившуюся слезинку, одернула себя Амерлин.

Подойдя к окну, девушка отодвинула щеколду и распахнула створки. Звезды дружелюбно подмигнули ей с небосвода и Амерлин робко улыбнулась. Что ж, по крайней мере, звезды были одинаковыми везде и заставить погаснуть их Даэрен не сможет, а значит, она всегда сможет смотреть на небо и представлять, будто находится в своей комнате. По пояс выглянув на улицу, девушка оглянулась. И тут же кожу словно пощекотало что-то невидимое, заставив подняться волоски на руках.

Ночной воздух, еще мгновение назад приятно обдувающий лицо, показался стылым, а звезды стали далекими и холодными.

Отвернувшись, Амерлин быстро взобралась в постель и натянула на себя одеяло. Наверное, впервые за всю свою жизнь она легла спать с закрытым окном.

Попрощавшись с Амерлин, Даэрен отправился к себе. В отличие от комнаты девушки, на свой номер не стал накладывать защиту. В столице мужчина никогда не пренебрегал необходимыми мерами предосторожности, но здесь не видел смысла зря тратить силы, и так ясно, что среди посетителей не найдется желающих обокрасть мага.

Комната, как и предполагал Даэрен, оказалась небольшой, впрочем, постельное белье, хоть и из дешевой ткани, было чистым и выглаженным. В небольшой вазе стоял поспешно собранный букет, рядом блюдо с грушами, а возле таза для умывания нашлось новое мыло и сухое полотенце. Разбирать вещи Даэрен не стал, но ради интереса заглянул в шкаф. Иронично хмыкнул, заметив упавшие на дно рубашки. Видно, предыдущего постояльца выгнали из комнаты, не дав даже толком собраться. Теперь тому придется дожидаться утра, чтобы получить возможность забрать одежду. Хотя, если им окажется крестьянин, то скорее всего предпочтет выбросить запятнанные магией рубашки.

Захлопнув шкаф, Даэрен в очередной раз хмыкнул. Деревенские суеверия не уставали удивлять его. И ведь даже присутствие Амерлин не заставило трактирщика взглянуть на него, как на обычного человека. Интересно, кем ее посчитали?

Здесь девушку уже не узнавали, но не стоило сомневаться, по возвращению у Амерлин отбоя не будет от желающих расспросить о подробностях путешествия с магом. Хотя учитывая предстоящее ей, сомнительно, чтобы сама девушка пожелала вспоминать.

Быстро раздевшись, Даэрен лег в скрипнувшую постель и закрыл глаза. Чтобы не случилось потом, его это волновать не должно. Главное, привезти Амерлин в столицу, все остальное решит Совет.

ГЛАВА 4

Амерлин проснулась, когда солнце только начало осторожно выглядывать из-за горизонта, размышляя, пора подниматься и освещать мир или можно еще подремать. Сама девушка задумалась над тем же вопросом. Несмотря на мягкую постель, Амерлин еще не чувствовала себя достаточно отдохнувшей и с радостью полежала бы до обеда. Правда, Даэрен хотел продолжить путь как можно раньше, но с другой стороны, вдруг он еще спит?

Неторопливые мысли прервал стук в дверь. Амерлин подумала было, что это маг пришел ее поторопить, но стучали еле слышно, так, чтобы не потревожить спящего, но сообщить о себе уже проснувшемуся.

Зевнув, Амерлин потянулась и встала с постели. Холодный пол тут же укусил босые ноги, прохладный воздух пробрался под легкую рубашку, заставив девушку завернуться в одеяло. Придерживая его одной рукой, второй она открыла дверь.

В комнату, смущенно кивнув, вошла служанка, держа в руках кувшин, а вслед за ней порог переступил Даэрен.

– Я принесла вам горячей воды для умывания, – робко проговорила служанка, пытаясь одновременно смотреть на Амерлин и следить за реакцией мага.

Его внимание заметно нервировало девушку и, когда Даэрен поднял руку, чтобы почесать переносицу, служанка едва не выронила кувшин.

– Если позволите, я поставлю его на стол. Вам понадобится моя помощь, чтобы умыться? – перехватив кувшин поудобнее и прижав его к груди, пробормотала девушка.

– Спасибо за воду. Можешь идти, я справлюсь сама, – Амерлин торопливо посторонилась, давая возможность пройти.

Избавившись от ноши, служанка поспешила выскочить из комнаты, обойдя Даэрена по широкой дуге. Правда, продолжая коситься на мага, споткнулась на пороге и лишь после этого стала смотреть перед собой.

– Неужели обязательно было ее пугать? – сочувственно глядя девушке вслед, спросила Амерлин.

– Думаешь, мне больше нечем заняться, кроме как запугиванием прислуги? – иронично поинтересовался Даэрен, подходя к столу и выбирая из вазы грушу побольше.

– То есть ты ее не пугал? – уточнила девушка.

– А что, из моего предыдущего ответа ты этого не поняла? – маг потер фрукт о рубашку, придирчиво полюбовался, а лишь потом обернулся к Амерлин.

– Поняла, просто…. Просто у нее был такой напуганный вид…. Ты ведь вчера сам говорил, что можешь сжечь трактир, – напомнила девушка.

– Могу. Но не вижу смысла тратить силы без особой надобности. К тому же, зачем мне уничтожать здание, когда я еще не успел позавтракать? – грушу Даэрен все же укусил и теперь сосредоточенно ее пережевывал.

– Тогда почему служанка тебя боялась? Ты хорошо заплатил за номер, никому не угрожал, ни с кем не ругался, вел себя вполне вежливо, – окончательно растерявшись, никак не могла взять в толк Амерлин.

– Откуда мне знать, я – то себя не боюсь, – иронично хмыкнул Даэрен. – Это ведь ты живешь среди крестьян, вот и скажи, почему моя персона внушает всем только ужас.

По лицу мага невозможно было понять, действительно ли он ждет ответа или же спросил только для того, чтобы поймать ее впросак. Впрочем, на всякий случай Амерлин задумалась. Почти ничего не зная о других магах, девушка попыталась понять, что же настолько пугающего есть в Даэрене? Черный плащ? Подобные носят не только маги, но и наемники с гонцами. Серебряный браслет? Под рубашкой его не видно, а рукава мужчина не закатывал.

Больше никаких предположений в голову упорно не лезло, и Амерлин попыталась вспомнить, что же напугало ее саму в тот вечер? Все же тогда девушка еще не знала, что видит перед собой именно мага, но, тем не менее, незнакомец заставил ее насторожиться. Даэрену даже ничего не пришлось делать для этого, он просто сидел в кресле и….

– Ты не улыбался! – торжественно объявила Амерлин.

– Что? – мужчина недоуменно уставился на нее. – Ты о чем?

– Ты спрашивал, почему все так боятся тебя и вот мой ответ – ты, хоть и улыбаешься, но взгляд при этом всегда остается холодным, равнодушным. Такая улыбка выходит пугающей, в то время как настоящая, светлая, располагает к себе людей. Если же человек хмурится или вовсе ходит с безучастным лицом, то невозможно понять, что творится у него в душе и чего ожидать, – затараторила Амерлин. – Это совсем несложно!

Да уж, глупо было ожидать, что Даэрен серьезно воспримет ее слова и попробует улыбнуться. Нет, маг ничего не сказал, но выражение лица прекрасно дало понять – продолжать эту тему явно не стоит.

– А зачем ты зашел? Разбудить меня? – сникнув, спросила девушка.

– Нет, убедиться, что с тобой все в порядке, – Даэрен окинул Амерлин внимательным взглядом.

– Да что может случиться за одну ночь? – не ожидав такого внимания, растерялась девушка.

– Много чего, – криво ухмыльнулся маг. – Но именно сейчас ты рискуешь простудиться или вовсе подхватить воспаление легких. Обуйся, я вовсе не горю желанием заниматься твоим лечением.

Если сначала Амерлин показалось, будто Даэрен беспокоится, то уже последующие его слова развеяли эту иллюзию. Не стоит и сомневаться, маг ждет не дождется, когда сможет избавиться от навязанной обузы.

Понимание этого заставило щеки запылать. Не очень – то приятно чувствовать к себе подобное отношение. Осознав же, что на ней всего лишь ночная рубашка, Амерлин и вовсе смутилась.

– Сейчас обуюсь. Я спешила впустить служанку, ей ведь тяжело стоять с кувшином. А ты должен был постучать, прежде чем войти, – еще крепче стиснув одеяло на груди, проговорила девушка.

– Это ее работа, не переломится, – маг хмыкнул, но все же отвел взгляд, позволяя Амерлин безбоязненно быстро натянуть и зашнуровать сапоги.

– Раз ты увидел, что со мной все в порядке, может быть, оставишь меня одну? – в голосе девушки послышался страх.

А ну как Даэрен из вредности возьмет и останется?! Впрочем, видно сегодня, у мага было хорошее настроение.

– Как пожелаешь. Жду тебя внизу, – пожав плечами, он вышел из комнаты.

Убедившись, что дверь закрыта, Амерлин положила уже ненужное одеяло на кровать и взяла кувшин.

За время разговора вода успела немного остыть, но еще вполне годилась для умывания. Повесив полотенце на стул сушиться, девушка оглянулась на окно. Небо было насыщенного оранжевого оттенка, который постепенно начинал блекнуть. Выглядело это так, словно художник невидимой кисточкой смывал слой за слоем, дожидаясь, когда же оранжевый станет голубым.

Амерлин не часто вставала на рассвете, но если уже поднималась, то любила наблюдать за тем, как меняется все вокруг. Каждый рассвет всегда был разным. Иногда длинным, когда солнце сонно зевало за тучами и все казалось подернутым дымкой. Иногда быстрым, когда, стоило лишь отвлечься на пять минут и грязно – серое небо становилось ясно синим и только вдалеке виднелись розовые отблески. Но всегда неизменно красивым, вызывающим удивительный подъем в душе и наполняя энергией каждую клеточку.

Девушка потянулась к щеколде, но, вспомнив вчерашние ощущения, в последний момент испуганно отдернула руку, спрятав ее за спиной. Несколько долгих ударов сердца Амерлин смотрела, как за стеклом порхает птица, а потом резко распахнула створки. Ничего не произошло. Залетевший ветерок, игриво взлохмативший челку и принявшийся раскачивать занавески, был теплым и ласковым, а вовсе не колючим и морозным, как в прошлый раз.

«Видимо, мне все – таки показалось», – облегченно улыбнулась Амерлин.

Солнечные лучи быстро развеяли поселившиеся тени сомнений, и теперь собственный страх казался девушке смешным. Видно, она просто подсознательно ждет каких-то неприятностей, вот и кажется всякое.

Еще раз улыбнувшись, Амерлин переплела косу и стала быстро одеваться. Несмотря на то, что в этот раз Даэрен не отвел ей строго определенного времени на сборы, опаздывать не хотелось.

Кроме мага и служанки, протирающей стойку, в зале больше никого не было. Амерлин списала это на довольно раннее время, хотя Даэрен, несомненно, мог бы сказать, что настоящая причина кроется в нежелании лишний раз попадаться ему на глаза.

– Ты вовремя, завтрак вот-вот будет готов, – взглянув на опустившуюся на лавку девушку, сообщил Даэрен. – Чтобы не терять время, я заказал сразу на двоих.

– Угу, спасибо, – Амерлин широко зевнула, прикрыв рот ладонью.

Теплая вода и переодевание ненадолго отогнали сон, но стоило ей поудобнее усесться и положить подбородок на сцепленные ладони, как веки начали закрываться сами собой.

– Господин тэр, госпожа, ваш заказ, – вторая служанка, заметно робея, начала расставлять тарелки на столе.

Выбор оказался невелик. Овсянка с сушеными фруктами, вареная картошка и мясо. Последнее было мелко порезано и старательно украшено зеленью, правда, оказалось сухим и вдобавок пересоленным. Картошку Амерлин ела вчера, так что в итоге придвинула к себе тарелку с овсянкой.

Ее, к счастью, не только не пересолили, но и поскупились на сахар. Овсянка вышла пресная, годящаяся разве что для того, чтобы не умереть с голода. Медленно пережевывая, Амерлин подняла взгляд на мага. Он ел быстро, ни на что не отвлекаясь, видно, мыслями уже в дороге. Каждое движение строго выверено, будто Даэрен не ложкой орудует, а мечом. Амерлин видела тренировки воинов и знала, как слаженно и четко они могут действовать. Быстро, уверенно, решительно, не то, что сама девушка, вечно то о камень споткнется, то ямы не заметит. Помнится, как-то ради любопытства попросила меч, попробовала взмахнуть, только не рассчитала сил и чуть не упала. Воины тогда отреагировали сдержанно, смеяться не стали, но глаза так и блестели. Даэрену наоборот, и учиться не надо, хоть сейчас стражником становись.

Случайно пришедшая мысль оказалось до того занятной, что Амерлин и так, и эдак крутила ее, рассматривая на всякий лад. Простым стражником Даэрен вряд ли бы согласился работать, а вот начальником караула…Почему, собственно, бы и нет? Реакция у него быстрая, за происходящим, кажется, и спиной следить умеет, взгляд всегда собранный, ясный. Вот и сейчас еще рано, а сна ни в одном глазу.

– Тебе совсем не хочется спать? – зевнув в третий раз, не выдержала Амерлин.

– Я привык рано вставать, – пожал плечами Даэрен. К любопытству девушки он отнесся довольно равнодушно, начиная привыкать, что та просто неспособна долгое время молчать и даже страх не служит достаточным сдерживающим фактором. – В Академии быстро приучили к строгому распорядку.

– Да? А как? – девушка распахнула глаза, заинтересованно глядя на мага. – Инте как-то сказала, что, если я буду просыпать завтрак, то она обольет меня холодной водой. У крестьян это первое средство для того, чтобы сбросить с себя сон и настроиться на работу.

– Нет, наши наставники придумали более действенный и одновременно страшный способ – лишить всех проспавших завтрака, – глядя, как Амерлин неохотно водит ложкой по тарелке, зловеще объявил мужчина.

Амерлин растерянно моргнула. Признаться, она уже успела вообразить всяких ужасов и не сразу поняла, что такого может быть в пропущенном завтраке.

– Опять шутишь? – на всякий случай уточнила девушка.

– А ты и рада верить? – Даэрен улыбнулся уголками губ. – На самом деле все гораздо проще – ученики сами стараются проснуться как можно раньше.

– Зачем? – предвидя возможность узнать побольше о магах, тут же спросила Амерлин.

Но на этот вопрос мужчина отвечать уже не захотел, вернувшись к прерванному завтраку.

Не из вредности, как посчитала Амерлин, просто это трудно было объяснить и вряд ли бы девушка поняла. Дар всегда проявлялся вне зависимости от сословия, титулов и состояния, так что в Академии хватало как аристократов, так и крестьян. Причем если первые, привыкнув к праздной жизни, не желали учиться, считая медитацию и прочие тренировки чем-то бесполезным, то на последних любое упоминание о магии наводило ужас.

К слову, подобное отношение сохранялось не более полугода, а после учеба стирала границы между различными условностями. Для магов все ученики одинаково бесправны и единственным способом получить какие-либо привилегии было проявление дара как можно шире. Одной из привилегий был выход в город. Покидать стены Академии разрешалось только после сдачи экзаменов на третьем году обучения, когда будущие маги уже достаточно проникались образом жизни и не болтали попусту языками.

Опоздавших же преподаватели никогда не ждали. Правило было простым – чем раньше придешь, тем больше знаний получишь. Маги не отказывались делиться секретами, но по – настоящему сложным заклинаниям обучали только сильнейших. А выбиться в элиту, получить как можно более высокую должность хотели все. И потому у преподавателей почти никогда не возникало проблем с дисциплиной.

– Ты ешь или спишь над тарелкой?! – в голосе Даэрена послышались раздраженные нотки.

Вышедший из кухни трактирщик расслышать его слов точно не мог, но хмурое выражение лица говорило само за себя.

– Господин тэр, наш повар специально для вас приготовил десерт – блинчики с морковной начинкой, – поставив в центр стола блюдо, быстро затараторил он.

Амерлин, которой овсянка совершенно не лезла в горло, замерла с занесенной над тарелкой рукой. Ей нравились и блины, и морковка, но по отдельности и девушка никогда не думала, что их можно совместить.

Видно, хозяин все же сильно боялся за судьбу своего трактира, раз решил таким оригинальным способом улучшить Даэрену настроение. К сожалению, сам маг смотрел на кушанье с совершенно невозмутимым лицом, и невозможно было догадаться, нравится ему десерт или нет.

Трактирщик продолжал рассыпаться в любезностях, а Амерлин неожиданно поняла, что ей больше не хочется задерживаться в заведении. Доедала она быстро, практически не чувствуя вкуса, горячий чай выпила уже на ходу.

Когда же они стали взбираться на подведенных едва не к порогу лошадей, раздались облегченные вздохи. Амерлин подозревала, что слуги и хозяин осеняют их спины обережными знаками, но не стала оборачиваться, чтобы проверить.

Только когда город оказался далеко позади, практически слившись с горизонтом, девушка смогла расслабиться. Все – таки хорошо, что мама, несмотря на бурчание папы, считавшего, будто слуг надо держать в строгости, никогда ни на кого не повышала голос, скорее не приказывая, а прося выполнить очередное распоряжение. Оказывается, когда тебя все боятся, это очень страшно. И на душе остается гадкий, липкий осадок. Вроде бы и не сделал ничего плохого, а все равно неприятно.

Даэрен равнодушно проследил, как девушка вытирает руки о штаны, а потом, сорвав пару травинок, сосредоточенно растирает их в ладонях, но говорить ничего не стал. О причине подобного поведения Амерлин он догадывался, хотя и не думал, что девушка отреагирует настолько эмоционально. Подумаешь, заметил трактирщик ее нежелание пробовать блины и предложил приготовить что-то еще, его ведь насильно никто не заставлял. Наоборот, могла бы воспользоваться возможностью и сделать заказ. Как будущую наместницу, Амерлин в любом случае ждать бы не заставили, поспешили обслужить, но невысказанные желания исполнять точно не захотели, не того полета птица. Но нет, посмущалась, сидит теперь, переживает.

К счастью, жаловаться вслух Амерлин не стала. Все ее внимание заняла дальнейшая дорога и чем дальше они ехали, тем светлее становилась улыбка девушки. Сам Даэрен тракт считал вполне обычным и даже скучным, но радовался, что Амерлин перестала подавленно горбиться.

Девушка в самом деле довольно быстро успокоилась. Она не привыкла долго переживать и старалась во всем искать что-то хорошее. По крайней мере, хоть Даэрена и боятся, сам он, пусть и не делает ничего, чтобы успокоить людей, но и нарочно, ради развлечения, не запугивает. А в столице, если конечно, маг сказал правду, его и вовсе перестанут опасаться.

Радовало Амерлин и продолжение путешествия. Девушка с восторгом крутила головой по сторонам, стремясь запомнить как можно больше. Конечно, трава и деревья, растущие по краям дороги, не слишком отличались от виденного дома, но зато они росли в другом городе! И осознание этого заставляло Амерлин довольно улыбаться.

Солнце то посылало яркие лучи на землю, пригревая макушку, то пряталось за небольшими, светло-серыми, почти сливающиеся с небом, облачками. Зеленая трава укрывала все вокруг и только вдалеке, возле выстроившихся в ряд деревьев, становилась желтой. В селении такую траву называли золотой и любили вставлять ее в венки или украшать букеты. А Амерлин однажды даже сплела себе десяток браслетов с бусами, и целый день передвигалась исключительно степенным шагом, изображая придворную даму. Правда к вечеру трава пожухла, и дама вновь превратилась в сорвиголову, тут же принявшуюся водить хороводы вокруг костра с остальными девушками.

Показавшийся к обеду город, как ни странно, первым заметил Даэрен. Амерлин долгое время следила за деловито ползущей вслед за ними тени облака, а потом сама не заметила, как, пригревшись, задремала.

Даэрен не собирался будить девушку, времени, чтобы до темноты купить все необходимое и найти трактир, было вполне достаточно, но Ворон невесть с чего всхрапнул, и Амерлин поморщилась, открывая глаза.

– Да, это город, – не дожидаясь восклицая девушки, подтвердил маг.

– Мы приехали! – Амерлин заерзала, натягивая поводья и заставляя Тучку идти быстрее.

Город находился как раз за поворотом и с каждым шагом лошадей становился все больше, постепенно открываясь перед любопытным взглядом.

– Надо же, самый настоящий город! Даэрен, а как он называется? Это ведь здесь мы пойдем на ярмарку? Наверное, на площади станут выступать скоморохи, может быть, даже самые настоящие циркачи и акробаты приедут. Мне отец рассказывал, что они на руках ходят так же легко, как мы на ногах, а еще умеют глотать мечи и дышат огнем, – затараторила Амерлин.

Маг не мешал девушке выплескивать эмоции, не перебивая, но впрочем, особо и не вслушиваясь. Посчитал он нужным ответить лишь на первый вопрос.

– Это Гженск.

– Гженск… Ой, я его на карте видела! – обрадовалась Амерлин. – Папа сюда иногда ездит по делам и привозит покупки. Значит, и мы точно найдем все-все необходимое! Даэрен, а вдруг ярмарки не будет? Все же сегодня не базарный день и праздников никаких нет…. Тогда придется задержаться еще на несколько дней? А можно будет сходить посмотреть представление? У нас в селении устраивались гуляния, но пели и танцевали сами жители, кто как умеет. Конечно, это очень весело, но мне так хочется посмотреть на настоящих артистов….

– Посмотришь, – кивнул Даэрен, но прежде чем девушка успела задать новый вопрос, добавил, – когда уже не будешь находиться под моим попечительством. Мы не можем позволить тратить время на глупые развлечения, купим все необходимое, переночуем, а утром отправимся дальше. Даже если ярмарки и не будет, это город и здесь полно лавок, где вполне найдется пара рубашек и одеяло.

– И даже на минутку нельзя заглянуть? – расстроилась Амерлин.

Вместо ответа маг протянул ей вытащенные из сумки бумагу и карандаш.

– Чуть не забыл. Напиши все, что хочешь купить, я потом исправлю. Не хватало еще забыть что-то и потом снова искать лавку, – поймав непонимающий взгляд девушки, объяснил Даэрен.

Стало ненамного понятнее. Несмотря на несколько дней пути, Амерлин по-прежнему слабо представляла, какие именно вещи ей понадобятся. Ну, названные Даэреном рубашки и одеяло, гребень, а что еще?

Девушка задумчиво погрызла край карандаша. Спросить что ли, у Даэрена? Маг – то, конечно, ответит, сам ведь сказал, что не хочет идти за покупками второй раз, но не преминет опять съехидничать и сделать замечание. Нет уж, лучше постараться самой.

В итоге, когда Амерлин протянула мужчине исчерканную бумагу, до города осталось совсем близко, можно было даже разглядеть узор на воротах. По мере того, как Даэрен читал, его брови сложились домиком, а потом и вовсе насмешливо хмыкнул.

– Та забыла дописать еще лошадь и телегу, а лучше обоз, – щелкнув пальцами по бумаге, проговорил маг.

– Обоз? Зачем? – опешила Амерлин. Задумчиво закусила губу, размышляя. – Это чтобы в нем спать? Вместо кровати, если не будем успевать доехать до города.

Девушке собственная идея показалась весьма удобной и здравой. Даэрен напротив, закашлялся и мученически посмотрел на небо.

– Нет, чтобы нагрузить все нужные тебе вещи! Проще сразу купить избушку побольше и приделать к ней колеса, – иронично проговорил он.

– А что не так? – под пронзительным взглядом Амерлин смутилась, толком не понимая, где ошиблась, но чувствуя себя на редкость глупо.

– Если ты до сих пор не поняла, в дальнюю дорогу берут только самое необходимое, без чего ну никак нельзя обойтись и что сможет увезти твоя лошадь, – глубоко вздохнул, медленно, словно маленькому ребенку, принялся втолковывать Даэрен.

– Я так и писала. И ты сам сказал, что проверишь и скажешь, все ли правильно, но не будешь дразниться, – с обидой напомнила девушка.

У мага так и рвался с языка язвительный ответ, но растерянный вид Амерлин с задрожавшей нижней губой заставил его придержать эмоции. Глубоко вздохнув, Даэрен уже спокойно сказал:

– Хорошо, давай разбираться по каждому пункту, сама поймешь, где ошиблась. Вот скажи, зачем тебе две подушки, матрас и одеяла?

– Чтобы спать, – честно назвала Амерлин логичный, с ее точки зрения, ответ. – Я же помню, как ты ругался. А так тебе больше не придется одалживать мне одеяло.

– Потому что теперь настанет твоя очередь делиться? Ты же для этого написала одеяло целых пять раз? – у мага вырвался смешок.

– Ну, если захочешь… – неуверенно пробормотала девушка. – Но вообще первое – пуховое, постелить его, чтобы трава не кололась, потом два шерстяных, и два более легких.

– Хватит и двух, – понаблюдав, как Амерлин сосредоточенно загибает пальцы, перечисляя, оборвал ее Даэрен. – Десяток носовых платков, так же как халат, тапочки и сервиз тебе тоже не понадобятся.

Поудобнее перехватив карандаш, мужчина стал деловито вносить поправки. Амерлин лишь тоскливо вздохнула. Список вещей сократился чуть ли не вчетверо, но поразмыслив, вынуждена была признать, что действительно не испытывает острой необходимости в зачеркнутом.

А потом прямо перед ними оказались ворота и все мысли девушки закрутились вокруг Гженска. То, что в этом городе все будет совсем по другому, Амерлин поняла уже по тому, как стражники, пусть и с почтением, потребовали у мага въездную пошлину. Спорить Даэрен не стал, без слов вытащив кошель и отсчитав положенную сумму.

– Даэрен, а ты знаешь, где будет проходить ярмарка? Наверное, надо у кого-то спросить? Скоро ведь стемнеет, вдруг все самое лучшее раскупят или лавки вовсе закроются! – оказавшись за воротами, Амерлин нетерпеливо заерзала в седле.

– Не так быстро. Сначала найдем трактир и пообедаем. До вечера еще больше четырех часов, все успеем. А даже если какой хозяин и решит закончить работу пораньше, мы постучим и он с радостью обслужит новых клиентов, – Даэрел говорил достаточно спокойно, можно даже сказать, небрежно, вот только взгляд у него при этом стал мрачновато-холодный, не сулящий остальным ничего хорошего.

Узкая улочка, по которой они ехали, постепенно расширялась, дома становились наряднее и больше. А увидев обложенный камнем трактир с живописным названием «Медвежья берлога», Амерлин и вовсе пришла в восторг.

– Господин? – увидев новых посетителей, откуда-то выскочил мальчишка-слуга, вежливо кланяясь и протягивая руку за поводьями.

– Расседлать, вычистить, задать овса. Сейчас же, – кинув ему серебряную монетку, велел Даэрен, спрыгивая с Ворона и поднимаясь по ступенькам.

Изнутри трактир понравился Амерлин еще больше. Хозяин постарался сделать место достаточно живописным и соответствующим названию. На стенах были растянуты медвежьи шкуры, в углу стоял бочонок меда, наполовину задернутые шторы создавали полумрак, усиливая сходство с пещерой.

– Как думаешь, это действительно шкура медведя? – девушка подошла поближе, дотронулась до бурого меха.

– Скорее всего, да. Хотя вряд ли хозяин ее лично с медведя снимал, скорее всего, купил где-то, – на этот раз Даэрену больше пришелся по вкусу стол у окна.

Служанка, выслушав пожелания клиентов, упорхнула на кухню. Но так спешила скорее обслужить мага, что, вернувшись через одну минуту, принесла не заказанное жаркое, а вареники со сметаной, видно, схватив первый оказавшийся готовым поднос.

Впрочем, Амерлин ее ошибка совершенно не расстроила. Вареники оказались с брусникой, буквально тая во рту и сладко брызжа соком. Даэрен же, попробовав один, поманил к себе заметно струхнувшего трактирщика. Правда, не наказывать, как испугалась девушка, а просто поговорить.

Услышав, что Даэрен хочет всего лишь узнать о ближайших лавках, хозяин сделал знак служанке принести кувшин вина и кружки, а потом принялся за подробный рассказ. Несмотря на довольно щуплое телосложение, голос у него оказался низким громким, с рычащими нотками, точь-в-точь медвежий рык, так что советы, где лучше купить белье и рубашки, невольно слушало больше половины посетителей. Но сделать замечание хозяину, или пуще того, магу, никто не отважился.

Как Амерлин и боялась, ярмарку устраивали только по субботам, но зато на двух соседних улицах располагались все лавки, где можно было приобрести нужные вещи.

– Желаете узнать что-то еще? – угодливо поинтересовался трактирщик.

– Нет, больше ничего, Приготовь нам два соседних номера и провизию к утру. По возвращению пусть будет готова ванна, – допив вино, Даэрен поднялся на ноги.

Амерлин поспешно вскочила следом. Помня, что скоро придется примерять вещи, девушка благоразумно не стала наедаться, лишь утолила первый голод.

– Куда пойдем в первую очередь? – оказавшись на улице, девушка закрутила головой по сторонам.

– Что окажется ближе, – не понимая возбуждения Амерлин, равнодушно заметил маг.

Ей же, впервые выбравшейся в большой город, более того, предвкушающей покупки, происходящее напоминало двойной праздник. Эмоции буквально кипели внутри, ужасно хотелось поделиться своим восторгом, но одного взгляда на Даэрена хватило, чтобы слова остались непроизнесенными.

Даэрен, не желая терять времени, зашагал по дороге. Правда, не привычной размашистой походкой, а более медленно, приноравливаясь к шагу Амерлин. Благодаря этому девушка не только не устала, а и успевала смотреть по сторонам, наблюдая за реакцией прохожих. Некоторые пугались мага и спешили посторониться, а то и вовсе перейти на противоположную сторону, другие уважительно кивали, третьи (таковых было меньше всего) ходили мимо, как ни в чем не бывало.

На первый взгляд, лавки ничем не отличались от обычных домов. Амерлин почему-то казалось, что торговцы захотят украсить свои заведения поярче, чтобы привлекать внимание посетителей, но те ограничились небольшими вывесками.

Переступив порог вслед за Даэреном, девушка замерла на месте. Товаров было не просто много, а очень много. И все броское, красивое, на прилавке, на стенах – глаза разбегаются!

Торговец, вынырнув из-под прилавка, где как раз подсчитывал выручку и увидев новых посетителей, мгновенно опознал в Даэрене мага и начал раскланиваться, на все лады хваля собственное заведение. Амерлин не успела и глазом моргнуть, как самые лучшие одеяла уже были упакованы и отправлены в трактир с мальчишкой – слугой. Сам Даэрен, ясное дело, нести покупки не собирался.

– Здесь разделимся, – выйдя из четвертой лавки, сообщил Даэрен.

– Зачем? Осталось же совсем немного, – удивилась девушка.

Не то, чтобы ей нравилась компания мага, он критиковал почти все, выбранное Амерлин, но зато и указывал, что следует взять вместо отложенного. Да и раз начал, продолжал помогать бы и дальше, пусть даже в своей иронической манере.

– С одеждой справишься и сама, а у меня есть еще дела, – объяснил мужчина. – Встретимся в трактире.

– И ты оставишь меня одну? – теперь Амерлин изумилась еще больше.

С точки зрения девушки, ничего страшного в лавке случиться не могло, дорогу она тоже запомнила, но если вспомнить, как Даэрен пришел к ней на рассвете с проверкой…

– Думаю, в полчаса ты как-нибудь справишься и сама. Вот, держи, должно хватить, – запустив руку в карман, Даэрен высыпал в подставленные ладони горку серебра, в которой мелькнули и пара золотых.

– Как скажешь, – не решив, радоваться ей или расстраиваться, кивнула девушка. – Встретимся в трактире, за нашим столиком, да?

– Или за любым свободным. Сомневаюсь, что тебе удастся согнать посетителей, – хмыкнул маг.

– А если ты задержишься? Вдруг с тобой что-то случится? Что я тогда должна делать? – никак не могла смириться с коротким расставанием Амерлин.

У мужчины вырвался сдавленный смешок.

– Неужели думаешь, я не смогу о себе позаботиться? – саркастически поинтересовался Даэрен. – Будь это не так, мне бы вряд ли доверили твою охрану.

Амерлин смутилась. В самом деле, глупо было беспокоиться.

– Тогда до встречи в трактире, – пробормотала она, и, крепко сжимая монеты, буквально взлетела по ступенькам лавки, спеша укрыться от пронзительного взгляда мага.

– Эй! – Даэрен все же окликнул ее прежде, чем пальцы дотронулись до дверной ручки. – Мы из этой лавки только вышли, тебе в противоположную.

– Ой! – провожаемая насмешливым взглядом, Амерлин перешла дорогу.

Поднялась по ступенькам и на этот раз уже благополучно переступила порог, облегченно вздохнув, когда за ней захлопнулась дверь.

Стоило же Амерлин увидеть расшитые рубашки и разноцветные ленты, как все мысли о маге тут же вылетели из головы. В отведенные полчаса, ей естественно, уложиться не удалось. Мало того, что, в отличие от Даэрена, перед Амерлин никто не желал расступаться и пропускать без очереди, так еще и самой девушке ужасно хотелось примерить новые наряды. Сыграл свою роль и торговец, углядевший деньги и желающий во что бы то ни стало продать товар на всю сумму.

Больше всего Амерлин понравилось ярко-желтое платье, подол и рукава которого украшала золотистая, словно солнечные лучи вплели, вышивка. Вот только верхом в таком наряде не поездишь, так что пришлось со вздохом стягивать платье и просить принести рубашек, самых простых, лишь бы удобных и немарких. Но отказаться еще и от лент девушка не нашла в себе сил. Понадеявшись, что их маг выбрасывать не станет, Амерлин отвязала красную, зеленую и синюю.

– У вас отличный вкус. Приходите на выходных, будут новые товары, приглядите что-нибудь еще, – упаковывая вещи, соловьем разливался торговец.

– Я бы с удовольствием, но на выходных меня здесь уже не будет, уеду утром, – грустно улыбнулась девушка, забирая вещи.

– Жаль. Что же, тогда обязательно приезжайте на обратном пути, – торговец тоже погрустнел, провожая взглядом не доставшиеся ему золотые.

Несмотря на то, что Даэрен не просил возвращать ему сдачу, Амерлин было неудобно тратить все монеты. Дома она привыкла бережно относиться к деньгам, вот и сейчас ссыпала оставшееся в карман, проверив, чтобы ничего не потерялось.

Только на пару медянок, проголодавшись, купила пирожок у уличной торговки и теперь с аппетитом жевала, откусывая по маленькому кусочку и глядя по сторонам. Отсутствие мага сказалось не только на покупках, но и на прогулке. Большинство людей были слишком заняты своими делами и равнодушно проходили мимо, совершенно не замечая Амерлин. Девушке, в селении знакомой с каждым жителем, было непривычно видеть вокруг хмурые, сосредоточенные и совершенно чужие лица, но с другой стороны, это ведь сколько новых знакомств подарит дорога?

Вот бы увидеть знаменитого путешественника или храброго рыцаря. А лучше всего попасть на самое настоящее представление!

– Добрая госпожа, не откажи в помощи! Я не ела уже больше месяца, мои дети давно забыли, как выглядит хлеб, не дай пропасть душам, – вырвал девушку из мечтаний хриплый голос.

Сидя на земле, на Амерлин с надеждой смотрела бродяжка. В порванной, давно не стиранной одежде, со взлохмаченными волосами и синяком на скуле, впечатление она производила жалкое.

– Благородная госпожа, подайте хотя бы корочку хлеба и я буду молиться за вас Пресветлому, – заметив, что девушка остановилась, нищенка подался вперед, хватая ее за край рубашки .

– Конечно, сейчас, – растерявшись, Амерлин выронила сумку, захлопала себя по карманам, вспоминая, куда именно убрала деньги.

Опасаясь, как бы она не передумала, женщина продолжала горько жаловаться на злодейку-судьбу, обрекшую на голодную и мучительную смерть.

– Вот, возьми, только не умирай, – Амерлин поспешно протянула ей пирожок. – Он, правда, надкусанный, но все равно очень вкусный!

– Что здесь происходит? – вынырнувший откуда-то из тени Даэрен застал врасплох обеих.

Нищенка, пробормотав что-то благодарное, поднялась на ноги, стремясь убраться подальше, а Амерлин, вновь уронив сумку, ойкнула и наклонилась, собирая выпавшие ленты.

– Я тебе что сказал делать? Купить вещи и идти в трактир, неужели так сложно выполнить, обязательно надо своевольничать? – раздраженно спросил Даэрен.

Настроение у мага было паршивым. Уверенность Амерлин в том, что в центре города абсолютно безопасно, он не разделял и предпочел бы не расставаться с девушкой, взяв ее с собой. Увы, в городской ратуше посторонних не любили, и если на мнение служащих Даэрен еще мог наплевать, то интересы коллег следовало уважать.

Провинции маги не очень любили, предпочитая жить поближе к столице, но дар мог проявиться в абсолютно любом месте, поэтому приказ короля был однозначным – минимум месяц жить в приграничных городах и проводить проверки, в остальное же время разрешалось обходиться краткими визитами. Даэрен надеялся узнать новости из столицы (которые Амерлин как раз знать пока не следовало), но мага на месте не оказалось. Как сообщили служащие, тот уехал на прошлой неделе и в следующий раз его ждали в конце осени.

Пришлось, ругнувшись на торопливого коллегу, возвращаться в трактир, возле которого и обнаружилась Амерлин. В отличие от нее, Даэрен сразу заметил, что нищенка слишком резвая для умирающей с голоду, а еще за поясом прятала короткий нож.

– Я вовсе не своевольничала, – робко возразила Амерлин, поднимаясь. – Всего – лишь угостила женщину пирожком, она целый месяц ничего не ела, неужели тебе жалко?

Даэрен устало поморщился. Подобная вера уже не забавляла, выводила из себя.

– Если бы она действительно столько не ела, то сейчас бы валялась в канаве, испуская дух, а вовсе не сверкала пятками, спеша свернуть в ближайший переулок.

В противовес словам, нищенка оставалась на месте, уже не пытаясь тронуться с места. Заклинание держало ее лучше всяких веревок, с каждым рывком затягиваясь все сильнее. Со стороны казалось, будто женщина попала в невидимые сети, хотя особых желающих наблюдать за вызвавшей недовольство мага не нашлось.

– Конечно, она убежала, ты ведь ее напугал! Ой! Что ты сделал? – только сейчас Амерлин заметила застывшую в неестественной позе нищенку.

– Еще не пугал, но скоро могу начать, – улыбка Даэрена стала зловещей. – Видишь ли, твоя «подруга» кое-что забыла сделать, и я просто не могу позволить ей уйти.

– Забыла? Имеешь ввиду, надо было поблагодарить? Так я не обиделась, – растерялась девушка.

– Да нет, не поблагодарить, – продолжая улыбаться, маг подошел к нищенке и, под перепуганное мычание, вытащил из кармана знакомые монеты.

Ровно столько, сколько было у Амерлин.

– Это же мои деньги! – проверив карманы, спохватилась девушка. – Она что, вытащила их?

– Сами они закатиться в чужой карман точно не могли, – пожал плечами Даэрен. – Как у вас в селении наказывают воров?

– Никак, у нас воров не было. Но отец рассказывал, что позарившегося на чужое следует заставить возместить или отработать ущерб, – Амерлин продолжала ошеломленно таращиться на нищенку.

Не верилось, что женщина могла так легко врать, глядя ей прямо в глаза. И ведь вид в самом деле изможденный, лицо посеревшее, уставшее. Если так сильно деньги нужны были, могла бы прямо попросить…

– А в Академии уличенным в воровстве ставили клеймо и на месяц превращали в бесправных слуг, заставляя заниматься самой грязной работой. В столице, в зависимости от степени проступка, могут дать плетей, бросить в тюрьму или отрубить руку, – последние слова маг произнес совсем тихо, но и Амерлин, и нищенка его услышали.

Девушка изумленно распахнула глаза, нищенка что-то замычала, забарахтавшись в «сетях».

– Слуга мне не нужен, тюрьма далеко, а вот заставить лишнюю конечность отсохнуть могу запросто. Тебе какая рука больше мешает – правая или левая? – не обращая внимания на ужас, отразившийся на лице воровки, деловито поинтересовался Даэрен.

– Даэрен, не надо, так ведь нельзя! Ты же не знаешь, что заставило ее воровать, – побледневшая, Амерлин следила, как маг сосредоточенно закатывает рукава. Сверкнул в солнечных лучах серебряный браслет. – И, если она и виновата, мы не имеем права судить и выносить наказание.

– Я вполне могу не только вынести, но и исполнить наказание, поверь, не найдется желающих его оспорить, – Даэрен красноречиво крутанул браслет на руке. – Да и ты, как пострадавшая сторона, вполне имеешь право решать ее судьбу.

– Тогда тем более давай ее отпустим. Пусть это станет уроком, а я не хочу кого-то наказывать и смотреть на это тоже не хочу, – взмолилась девушка.

Амерлин боялась, что маг просто отмахнется от ее просьбы, но Даэрен неожиданно щелкнул пальцами и нищенка рухнула на землю, больше не сдерживаемая чарами.

– Ладно, проваливай, – велел маг.

В другое время он бы все же не пожалел сил, но теперь, когда следовало охранять Амерлин, мужчина предпочитал перестраховаться. Незадачливой воровке же и так хватит впечатлений на всю жизнь, теперь она сто раз подумает, прежде чем обокрасть кого-то.

– Пойдем. Трактирщик уже должен был успеть приготовить ванну, отдохнем и поужинаем, – Даэрен взял замершую девушку за руку, потащив за собой.

Как маг и предполагал, в трактире их давно ждали. Стоило Даэрену переступить порог, как хозяин тут же сделал знак слугам, поспешившим проводить клиентов к выделенным комнатам, на этот раз оказавшимися в центре. Амерлин быстро схватила ключ и, глянув на бирку, скрылась в номере.

Даэрен покосился на сердито хлопнувшую дверь, но окликать девушку не стал. Пусть лучше спустит пар в одиночестве, чем потом терпеть ее жалобы за ужином. Сам он, несмотря на то, что Амерлин должно быть окончательно убедилась в жестокости своего сопровождающего, о произошедшем не жалел совершенно и не имел желания что-либо объяснять. Воровка сделала выбор, подписав себе приговор, когда полезла в чужой карман и расплата рано или поздно не заставит ждать. Будь на месте Даэрена кто-то другой и женщина не отделалась бы лишь испугом. Как известно, нет ничего хуже, чем попасться под руку пребывающему не в духе магу. И Амерлин тоже не мешает это запомнить.

Сама девушка, без сил рухнув на стул, некоторое время сверлила взглядом дверь, напряженно прислушиваясь. В коридоре кто-то болтал, потом послышались быстрые шаги (возможно, служанка спешила показать номер или принести заказ), тот же голос хрипло поблагодарил и все стихло. Амерлин толком не знала, что хочет услышать, но не могла себя заставить отвлечься. Перед глазами стояло выражение лица Даэрена – равнодушно расчетливое. Не стоило сомневаться, не останови она мага и тот бы воплотил угрозу в жизнь. У Амерлин же не укладывалось в голове, как можно взять и так просто решить судьбу человека. Не выслушав его, ни с кем не посоветовавшись, не потратив хоть пары минут на раздумья…

Наместники в небольших городках часто брали на себя роль судьи, и ее отцу раз в месяц приходилось рассматривать поступающие тяжбы. Амерлин прекрасно помнила, каким задумчивым отец становился в эти дни, часами сидя в кабинете и заново читая бумаги, только бы не упустить важной детали и принять правильное решение. А когда разбирательства подходили к концу, часто любил повторять, что никогда нельзя понять человека, не примерив прежде его судьбы.

Амерлин шмыгнула носом. Ей не хотелось верить, что Даэрен жестокий и злой человек. Все же он ведь пощадил нищенку…

Додумывала девушка уже в ванне. В отличие от дома, где к услугам Амерлин было большое деревянное корыто, здесь его роль играла средних размеров бочка. Но вода в ней была горячая, позволяющая смыть пот и пыль, а большего девушке сейчас не требовалось. Вытершись пушистым полотенцем, Амерлин с наслаждением переоделась в купленные вещи и наконец расчесала волосы. Заплетать в косу не стала, так и спустилась с распущенными, оставив их подсыхать.

На город уже опустились сумерки и служанки, покончив со свечами на стенах, поджигали стоящие на столах. К вечеру в трактире собрались люди и почти все места оказались заняты. Амерлин оглянулась раз, другой, но Даэрена среди присутствующих так и не обнаружила.

– Он вышел, а вам, если спуститесь, велел садиться и начинать ужинать, – заметив внимание девушки, сообщил трактирщик.

– Вышел? – ахнула Амерлин.

Приподнятое купанием настроение как рукой сняло. Перед глазами замелькали картины как Даэрен, избавившись от нее, все же отправился наказывать воровку. И сейчас та молит о помощи, но маг лишь зловеще хохочет, продолжая шептать заклинания.

Хозяин продолжал что-то говорить, но выскочившая из заведения Амерлин не услышала ни слова. Девушка заметалась по дворику, не зная, куда бежать, когда неожиданно услышала голос Даэрена. Только звучал он не с улицы, а с конюшен.

Глазам ворвавшейся туда девушке предстала следующая картина – Даэрен стоял к ней спиной, скрестив руки на груди, а перед ним в струнку вытянулся паренек. Тот самый, что принимал у них лошадей и так приветливо улыбался гостям. Сейчас слуга уже не улыбался, напротив, выглядел до жути напуганным, лицо то бледнело, то шло красными пятнами.

– Господин тэр, умоляю, простите.... – комкая в руках пояс, пробормотал паренек.

– Разве я не говорил, что Ворон должен быть накормлен и вычищен в первую очередь? – голос Даэрена был обманчиво вежливым, будто бы со старым другом разговаривает.

– Говорили, но я просто не успел… Сегодня столько посетителей, а многие хотели уехать после ужина, – слуга смутился еще больше.

– Меня не волнует количество посетителей, я дал вполне четкое указание, – резко оборвал его маг. – К тому же еще и заплатил тебе.

– Да, господин тэр, – мертвецки бледный, паренек дрожащей рукой вытащил монету. – Вы хотите, чтобы я вернул деньги.

– Мои слова всегда должны исполняться в точности. Второй подобной выходки я не допущу, – даже не взглянув на деньги, процедил Даэрен.

Нарочисто медленно поднял руку вверх. У Амерлин потемнело в глазах, голос отказывался повиноваться девушке, ей уже слышался наполненный болью крик… Сейчас Даэрен договорит заклинание и слуга упадет…

Паренек действительно коротко вскрикнул, затряс обожженной рукой. Расплавленное серебро закапало на деревянный пол.

– Ты займешься Вороном, немедленно, – коротко бросил маг. – Возвращаемся в трактир.

Амерлин вздрогнула. Девушка была уверена, что Даэрен не слышал ее шагов и потому, когда маг глянул ей в глаза, от неожиданности едва не свалилась на солому сама.

Ругнувшись сквозь стиснутые зубы, Даэрен привычно подхватил девушку под локоть. Амерлин не сопротивлялась, но взгляд у нее стал перепуганно – обреченным.

Даже когда служанка, выслушав пожелания мага, поставила на стол тарелки с аппетитно пахнущим супом, девушка продолжала сидеть с тем же отсутствующим видом.

– Ты будешь есть или нет? – Даэрен угрюмо покосился на девушку.

Подобное поведение ему очень не нравилось. От голода Амерлин, конечно, не умрет, но ослабнет и не сможет продолжать путь. Ну не с ложечки же ее кормить в самом деле?

– Ну и? Из-за чего дуешься? Жалеешь парня? Так он получил по заслугам. Хозяин бы, узнав об этом, точно всыпал плетей, – изменив своему решению не объяснять мотивов своих поступков, неохотно проговорил Даэрен.

– За то, что он не почистил коня? – неверяще переспросила Амерлин.

– Моего коня, – уточнил маг.

– Слуга ведь объяснил, что не успел. У него было много работы, а раз другие люди хотели уехать сегодня, их лошадей следовало почистить в первую очередь, – вступилась за паренька девушка.

– Значит, не надо было браться за работу, если не успевает. Меня не волнуют чужие проблемы, не хватало еще, чтобы из-за какого-то нерасторопного слуги пострадал Ворон, – Даэрен говорил сдержанно, будто о чем-то само собой разумеющемся.

– Ты так беспокоишься о своем коне, – Амерлин покачала головой.

Она и сама всегда следила, чтобы о Тучке хорошо заботились, но, если у конюха находилась другая, более срочная работа, скорее бы стала помогать, чем ругаться. Конечно, Даэрен заплатил слуге и праве был гневаться, но все – равно подобные методы пугали девушку.

– Я беспокоюсь обо всем своем имуществе, – серьезно заметил Даэрен. – Если тебе станет легче, можешь сходить в конюшню. Узнаешь у парня, как часто трактирщик устраивает ему выволочки, а заодно увидишь, что он уже собрал серебро и спрятал. Расплавленное или нет, серебро в любом случае ценится и парень по – сути, все – таки получил деньги, хоть и не выполнил работу.

– Ну а воровка? Она-то твоего имущества не трогала! – только сейчас Амерлин рискнула поднять глаза на мага. Ее взгляд, испуганный и возмущенный одновременно, столкнулся с устало-равнодушным.

Кажется, Даэрена завязавшийся разговор только раздражал. Неизвестно, на сколько еще вопросов хватит его терпения. А вдруг совсем разозлится, щелкнет пальцами и она, совсем как та оборванка, тоже застынет на месте, не в силах ни пошевелиться, ни заговорить?

– Вообще-то те деньги были моими, – обманчиво – спокойно проговорил маг. – А воры – преступники, которые должны быть наказаны. Сама бы ты как поступила, будущая наместница? Неужели отпустила, позволив ей и дальше воровать?

Признаться, на серьезную наместницу Амерлин сейчас была похожа меньше всего. Встрепанная, светлый шлейф волос подчеркивает бледность лица, губы нервно искусаны и только глаза ярко горят.

– У нее действительно могли быть дети, которых надо кормить. Что, если теперь они умрут с голоду? – упрямо повторила девушка.

– Может быть. А может, ей не хочется работать, ведь сидеть и клянчить милостыню, сочиняя жалостливые истории, рассчитанные на таких простофиль, как ты, гораздо проще, – пожал плечами Даэрен.

– И тебе совсем ее не жалко? – тихо спросила Амерлин.

– А ты жалеешь убийц и разбойников? Они все – зло. Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей, но одинаково готовые воспользоваться чужой доверчивостью и нагреть руки. Неужели мама тебе этого не рассказывала? Не учила не верить плохим людям? – девушка не ожидала ответа, но в голосе Даэрена неожиданно прорезались любопытные нотки. Теперь он сам с интересом смотрел на девушку, даже от еды отвлекся.

Амерлин замялась. Вопрос оказался сложнее, чем она ожидала, и на первый взгляд совсем не относился к произошедшему. Девушка, безусловно, слышала о разбойниках, способных грабить и убивать путников, но как можно положить на одну и ту же чашу весов отнятую жизнь и пару монет?

– Сегодня эта нищенка обокрала тебя, а завтра украдет кошель у настоящей матери, на последние гроши пытающейся купить молоко для детей. По – прежнему жалеешь ее и считаешь, будто я обошелся слишком жестоко? – проникновенно проговорил маг.

– Нет, не считаю, – Амерлин сердито тряхнула головой, словно пытаясь избавиться от мыслей, а потом взглянула мужчине в глаза. – Даэрен, а какой ты сам – добрый или злой?

Лицо мага оставалось совершенно невозмутимым, будто он даже не услышал вопроса, только в глазах на мгновение мелькнуло что-то непонятное.

– Ешь свой суп. Остынет, – Даэрен равнодушно пододвинул к девушке ложку.

Продолжать расспросы Амерлин не рискнула. Быстро поела, выпила принесенный чай.

Девушка была уверена, что теперь Даэрен точно не захочет с ней разговаривать, но маг проводил ее в номер и даже вежливо открыл дверь, после чего пожелал спокойной ночи и ушел.

Амерлин не хотелось спать, но, стоило лечь на кровать, как глаза закрылись сами собой, и все мысли унес сон.

ГЛАВА 5

Амерлин проснулась неожиданно, просто открыла глаза, понимая, что уже не спит. Кажется, ей снился сон, но вспомнить детали не удавалось, перед глазами стояло что-то смутное, расплывчатое. Моргнув, девушка перевернулась на другой бок. В щеку слабо кольнуло. Пошарив рукой, Амерлин вытащила из подушки перышко. Белоснежное, пушистое, немного изогнутое.

В селении найти перо считалось к удаче. А если птица, залетая в открытое окно, роняла одно-другое перо – и вовсе ждали хороших вестей, весточки от близких. Раздумывая, распространяется ли эта примета на найденное в постели, Амерлин поднялась. Осторожно, чтобы не измять, накрыла перышко ладошкой и подошла к открытому окну.

Ночь была спокойной, но к утру поднялся сильный ветер. Он с радостью подхватил протянутое перышко, забавляясь с новой игрушкой и не давая ему опуститься на землю. Порхающее перышко напомнило Амерлин снежинку, такое же белое и пушистое. Обычно девушка не любила зиму, предпочитая более теплые времена года, но сейчас неожиданно замечталась, представляя, как зима укроет все вокруг пуховым одеялом, щедро рассыпав в воздухе звездочки – снежинки и раскрасив окна разнообразными узорами.

На улице показался Даэрен, направляющийся к конюшням. Ветер же между тем завертел перо-снежинку в очередном вихре, а потом резко бросил его на голову мужчине. Белоснежное перышко так забавно смотрелось среди черных волос, что Амерлин, не сдержавшись, захихикала, прикрыв рот рукой. Но стоило Даэрену развернуться к окну и окинуть девушку ледяным взглядом, как смешок застрял в горле.

– Это что еще за шуточки? – невозмутимо поинтересовался он, вытаскивая перо.

– Ой, я случайно, – Амерлин залилась краской.

Несмотря на пылающие щеки, по коже пробежали мурашки. На мгновение показалось, будто правда наступила зима и теперь холод медленно заползает в комнату.

– В следующий раз выбирай себе другие развлечения, – вспыхнув, перо пеплом осыпалось на землю, а Даэрен зашагал к конюшне.

Ветер сердито фыркнул, досадуя на потерю игрушки, а затем разнес пепел по земле, смешивая его с пылью. Еще пара минут – и выглянувшее солнце выбросило на небо теплые лучи, окончательно возвращая лето.

Запоздало вспомнив, что ночная рубашка вряд ли может считаться подходящей одеждой, Амерлин ойкнула и поспешила отойти от окна. Пока она умывалась-одевалась-причесывалась, Даэрен уже успел вернуться и теперь сидел за столом, медленно отпивая чай из кружки. Вид при этом у мага был задумчиво-сосредоточенным, но Амерлин, вспомнив перышко, захихикала.

– Доброе утро, – поймав вопросительный взгляд Даэрена, девушка старательно раскашлялась, делая вид, будто просто поперхнулась.

– Чаю? – маг протянул Амерлин кружку.

Девушка покачала головой, садясь за стол. Хоть чай и был совсем обычным, не имея никаких магических добавок, пить его без надобности по – прежнему не хотелось.

Позавтракав, стали собираться в дорогу. Даэрен справился быстро, Амерлин же замешкалась. Вчера девушка, находясь в возбужденном состоянии, просто бросила покупки на стул и теперь пришлось аккуратно складывать вещи, следя, чтобы они заняли как можно меньше места.

В итоге, когда Амерлин спустилась, маг ждал ее на улице, облокотившись на перила и задумчиво глядя на облака. Слуга стоял неподалеку, держа оседланных лошадей под уздцы. Вчерашняя взбучка не прошла даром и Ворон с Тучкой были тщательно вымыты, вычесаны, а у кобылы грива даже оказалась заплетена в косички с вплетенными в них яркими ленточками.

В какой-то момент Амерлин поймала себя на мысли, что завидует собственной лошади, выглядящей сейчас лучше хозяйки. Сама девушка, опасаясь вновь вызвать недовольство Даэрена, не рискнула надеть новые ленты и сейчас они лежали на самом дне сумки, чтобы маг, если ему взбредет в голову проверить покупки, их не нашел.

Но кажется Даэрен счел, что прошлых его уроков должно с лихвой хватить и больше не собирался инспектировать девушку. По – крайней мере, на новую рубашку серого цвета, по словам торговца, идеально подходящую для путешествий, он взглянул весьма равнодушно. Не то, чтобы Амерлин ожидала комплиментов, но хоть какую-нибудь реакцию…

– Готова? – дождавшись кивка, Даэрен уселся в седло.

Слуга поспешно подал ему поводья. Правую руку паренек держал на расстоянии, стараясь лишний раз не шевелить обожженными пальцами, но серебро, собранное с пола и бережно завернутое в тряпку, перевешивало болевые ощущения. И улыбался он уезжающим постояльцам вполне искренне.

Тучка, застоявшись за ночь, вырвалась вперед. Амерлин не соврала, ее кобыла в самом деле оказалась достаточно резвой и выносливой, с легкостью выдерживая дорогу и ни разу не отстав от Ворона.

Сама же всадница сейчас напоминала Даэрену любопытного зайчонка, выскочившего из лесу на полянку. Одно ухо приподнято и дрожит, ловя все звуки, во всем теле видно желание, чуть что, броситься наутек, под защиту деревьев. Окончательно же усиливало впечатление серая шерстка – одежда и собранные в высокий хвост волосы.

Вопреки мыслям Амерлин, мужчина заметил ее новый костюм, просто, поскольку одежда отвечала требованиям, не посчитал нужным что – либо говорить. Серые цвета совершенно не подходили девушке, превращая ее в блеклое подобие тени. Амерлин вряд ли задумывалась, как выглядит и какое впечатление производит, иначе вряд ли добровольно бы согласилась отказаться от прежних вещей, но спрашивать ее мнения Даэрен не собирался.

Пусть девушка и не выглядела красавицей, зато отлично вписывалась в отведенную ей роль – быть тихой и неприметной. Маг не желал, чтобы Амерлин запомнили где-либо, а потому постарался сделать все возможное, чтобы ее внешность казалась как можно более невыразительной.

– Даэрен, а вот там это фонтан, да? Он такой красивый! Ощущение, будто это не вода, а настоящие алмазы рассыпаются, – повернувшись к мужчине, порывисто воскликнула Амерлин.

«Все – равно запомнят», – глядя, каким восторженным блеском сияют глаза девушки, Даэрен поморщился.

– А что это за здание? Здесь живет наместник? – задала новый вопрос Амерлин.

– Нет, это ратуша, – проследив за ее взглядом, неохотно объяснил маг.

Даэрен предпочел бы, чтобы девушка заинтересовалась театром или очередным трактиром, но внимание Амерлин привлекло именно двухэтажное здание, выложенное серым кирпичом. На дверях были приколочены два герба, королевский и магической Академии. Первый изображал увитый плющом клинок, второй – глубокую чашу.

– Для чего она? В нашем селении ратуши не было, – Амерлин козырьком приложила руку ко лбу, вглядываясь более внимательно.

– Немудрено, – не сдержавшись, Даэрен фыркнул. – Ваш городок такой крохотный, что строить ратушу значит выкидывать деньги на ветер, со всеми же обязанностями превосходно справится наместник.

– А чем же ратуша ему помогает? Ой, там кажется, что-то написано! Давай подъедем ближе, пожалуйста, – не дожидаясь разрешения, Амерлин направила кобылу в сторону.

– В другой раз, – холодно отрезал маг. – Неужели забыла, что ты не на прогулке?

– Я же всего на минутку, только рисунок на двери хотела посмотреть, – расстроено пробормотала девушка, послушно возвращая Тучку.

– Ладно, что именно тебя интересует? Расскажу, – еще раз взглянув на ратушу, предложил Даэрен.

Амерлин неверяще уставилась на него, пытаясь по лицу угадать эмоции. Казалось странным, чтобы маг, до этого времени игнорирующий половину вопросов, сейчас сам добровольно согласился побеседовать. Неужели вновь издевается? Или, заскучав, решил таким образом скрасить дорогу?

– Ну? Ты будешь спрашивать или уже передумала? – поторопил Даэрен. Вопреки предположениям девушки мотивы у него были гораздо более серьезные и в чем-то эгоистические, но делиться ими с Амерлин маг не собирался.

– Ой, мне хотелось узнать, почему ратуша серого цвета? Трактиры из белого камня выглядят гораздо представительнее. Для чего вообще создаются ратуши? Они наблюдают за порядком, да? – поспешно собрав разлетевшиеся мысли, затараторила Амерлин.

– Да, все верно, – решил начать с конца Даэрен. – В городе слишком много человек, а у наместника достаточно работы, чтобы еще рассматривать жалобы каждого. Служащие обычно регистрируют обращения недовольных, а после сортируют их. По поводу цвета сказать ничего не могу, так издавна сложилось, ратуши всегда строятся по одинаковому плану, чтобы их легко было найти в любом городе.

– А что за вывеска на дверях? Знаешь, мне кажется, правила иногда надо менять. Черный рисунок совсем не смотрится, надо было раскрасить его цветными красками, – сосредоточенно посоветовала девушка.

– Это герб, – у мага вырвался смешок. – Королевский и принадлежащий Академии. Первый изображает оплетенный шипами меч, второй – чашу.

– Отец мне рассказывал, что герб Его Величества означает готовность сражаться за мир и защищать своих подданных, а ваш что символизирует? – заинтересовалась Амерлин.

– Знание. Только познав все тайны, можно чего-то достичь и занять свое место в мире, – машинально процитировал Даэрен.

– Наверное, учиться в Академии очень интересно, вам должны столько всего рассказывать, – вид у девушки стал задумчиво – мечтательный.

Даэрен покосился на нее, но отвечать не стал, ограничившись коротким хмыканьем. Учеба в Академии была сложной. Иногда непонятной, иногда познавательной, но чаще всего тяжелой, изматывающей.

За разговором дорога менялась совершенно незаметно. Ратуша осталась за спиной, но не успел маг порадоваться этому, как Амерлин оглянулась.

– Смотри, а она разделена на два крыла! С правового черепица кое-где сломана, а левое совсем новое. Почему так?

– Его занимают маги. Занимаются выявлением Дара, оказывают магические услуги и прочие дела, – коротко объяснил Даэрен.

– Тогда понятно, почему ты мне в ратушу запретил заглянуть – не хотел, чтобы я магам надоедала, – с легкой обидой воскликнула Амерлин.

– Не льсти себе. К магам не пустят кого – попало и вряд ли они посчитают какую-то девчонку, пусть даже будущую наместницу, достойной своего внимания, – окинув насупившуюся девушку пренебрежительным взглядом, проговорил Даэрен.

Задавать новых вопросов она уже не стала, что было очень кстати. Объяснять, что как раз Амерлин вполне могут заметить и запомнить мужчина не собирался. Конечно, вряд ли Совет станет делиться такой информацией, но проверять не хотелось.

– А куда мы едем теперь? – надолго обиды Амерлин не хватило и она вновь окликнула мага.

– Поскольку наши планы не изменились, конечная точка пути тоже осталась прежней – Столица.

– Я помню, но какой город будет следующим? Ты там бывал раньше? – стараясь не обращать внимания на саркастические нотки, без труда угадывающиеся в голосе Даэрена, полюбопытствовала девушка.

– Лорск. Бывал очень давно, проездом, но попадем мы туда завтра где-то к полудню. Переночуем в лесу, на обед остановимся, где найдется поляна поудобнее, – не дожидаясь новых вопросов, методично перечислил маг. – Это все, что тебя интересует?

– Да, спасибо большое, – Амерлин отвела взгляд.

Как бы ни хотелось девушке сделать вид, будто постоянные уколы Даэрена вовсе не задевают ее, вот только чем чаще она натыкалась на стену холодности и отчужденности, тем тяжелее становилось на душе. Амерлин знала, что маг не в восторге от ее компании, но неужели нельзя быть хоть чуть-чуть более любезным?

Опасаясь вызвать очередное недовольство Даэрена, девушка замолчала, вновь пообещав себе не раскрывать рта без острой необходимости.

Вскоре город остался позади. Амерлин то и дело оглядывалась, наблюдая, как домики становятся все меньше и меньше, совсем как игрушечные, пока вовсе не скрылись за горизонтом. У девушки вырвался тоскливый вздох. Что сказать, не таким ей виделся первый приезд в город. Амерлин представляла шумный праздник, долгие прогулки, поход по лавкам, выбор подарков для друзей… Радовало лишь то, что в столице Даэрен больше не будет играть роль провожатого и Амерлин все же сможет осмотреться.

После полудня Даэрен решил остановиться на привал.

– А может, проедем немного дальше? Посмотри, какое там очаровательное местечко – как раз для отдыха, – попросила девушка.

– Чем тебе не нравится это? – маг огляделся, пытаясь найти различие между двумя полянами.

С его точки зрения, весь лес был практически одинаковым, трава так точно ничем не отличалась и единственными факторами, которыми следовало руководствоваться являлись близость воды и наличие тени. Родник как раз бежал где-то неподалеку, если прислушаться, можно различить журчание, и между деревьями поместятся расстеленные одеяла.

Присмотренная Амерлин поляна была больше, но и дальше тоже.

– Нравится, но оно обычное, а то словно из сказки, – восторженно воскликнула девушка.

Поляна очаровала Амерлин. Солнце, пробиваюсь сквозь листву, щедро заливало ее лучами. Казалось, что, если подъехать поближе, до лучей даже можно будет дотронуться. Не пропустило солнце и траву, золотистые островки так и притягивали взгляд, выделяясь среди зеленого «моря».

– Дело твое, за водой пойдешь сама, – пожал плечами Даэрен, направляя Ворона на тропинку.

Амерлин кивнула. Спрыгнув с кобылы, девушка вприпрыжку бросилась к солнечному «столбу», раскинув руки и подставив лучам лицо.

– Что ты делаешь? – маг, как раз снимающий сумки, удивленно уставился на нее.

– Принимаю солнечную ванну Присоединяйся – улыбнулась Амерлин. – Это здорово.

– Только не утони, – покачав головой, Даэрен принялся доставать одеяла и припасы.

Девушка шутливо показала магу язык. Правда, уже через мгновение, вспомнив, кто перед ней, залилась краской и, подхватив котелок, поспешила сбежать к ручью.

Он оказался нешироким, скорее, ручеек, чем ручей, на другой берег перешагнуть можно. Положив котелок на траву, Амерлин зачерпнула полные пригоршни и с наслаждением умылась, брызнула немного на одежду.

Полностью поглощенная водными процедурами, девушка не сразу услышала шаги, а потому, оглянувшись и увидев совсем рядом троих незнакомцев, вздрогнула и точно свалилась бы в воду, не схвати ее последний за рукав.

– Спасибо. Вы меня от вынужденного купания спасли. Я, конечно, умею плавать, но купаться прямо в одежде… Это каким – же ленивым надо быть, чтобы затеять подобную стирку, – смущенно затараторила Амерлин.

– Не стоит благодарностей. Мы же не можем допустить, чтобы такая рыбка ускользнула от нас, – переглянувшись, мужчины загоготали.

Амерлин насупилась. Незнакомцы ей не нравились. Встрепанные, в местами порванной, еще и не по размеру, одежде, взгляды бегающие, алчные.

– Я, пожалуй, пойду, – забыв о воде, девушка попятилась.

– Не так быстро, – стоящий слева незнакомец заступил ей дорогу. – Вначале расскажи, с кем едешь и что с собой ценного есть.

– А зачем вам это? – Амерлин попыталась обойти мужчину, но наткнулась на второго.

– Кушать хотим, – честно ответил тот, хватая ее за плечи. – Ты вон какая сытая, чистенькая, в новой одежде, можешь и с нами поделиться.

– Я бы с удовольствием, но Даэрен запретил мне давать кому-то деньги, простодушно призналась девушка.

– Запретил? Или тебе самой жалко помочь обездоленным? – руки мужчины скользнули на талию, ощупывая. – Мы ведь найдем, хуже будет.

– Отпустите меня! – Амерлин задергалась, пытаясь вырваться, но только насмешила разбойников.

– Отпустим, когда Даэрен придет тебя искать. Думаем, он согласится отдать все деньги, только бы с его спутницей ничего не случилось, – заверил мужчина.

– Даэрен не станет ничего платить, он презирает нищих и считает, что все они должны бытьнаказаны, – сочла нужным предупредить Амерлин.

Но разбойники только хмыкнули в ответ на это.

– Может быть, но видишь ли, дорогуша, твой Даэрен один, а нас – трое, – разбойник, незаметно вытащив из кармана нож, подбросил его в воздухе.

– Послушайте, зачем ссориться? Если вы вежливо попросите, уверена, Даэрен разрешит пообедать вместе с нами, – предприняла Амерлин еще одну попытку решить дело миром.

– Ты нам зубы – то не заговаривай. Ишь, еще просить кого-то. Да он сам как миленький все отдаст, еще и умолять будет, чтоб его самого не тронули, – разбойник подошел к девушке, продолжая поигрывать ножом. – Так что давай, зови своего спутника, да пожалостливее, пусть скорее бежит.

– Даэрен – маг. Он вас превратит в мышей, если не отпустите меня, – срывающимся голосом пригрозила Амерлин. не отводя взгляда от сверкающего в солнечных лучах оружия. Нож был старым, в засохших бурых пятнах и от этого стало еще страшнее.

– Конечно же, сейчас твой маг придет и заколдует нас! В кого, говоришь, превратимся? В мышей? А почему не в жаб? Чтобы мы прыгали и квакали в ручье? Или он только одно заклинание знает? И то позволяющее быстро убегать, – язвительно прокомментировал разбойник.

– Говорите, в жаб? Что ж, желание умирающего – закон, – раздался холодный и очень-очень злой голос Даэрена, а в следующую секунду в землю ударила молния.

Амерлин не видела его лица, но догадывалась – маг в бешенстве. Девушка даже не подозревала, что Даэрена можно довести до подобного состояния. До этого мужчина выглядел всего лишь раздраженным, но всегда контролировал свои эмоции, сейчас же…

Сверкнула еще одна молния. От мгновенной смерти разбойников спасал только тот факт, что Даэрен собирался отплатить за свое волнение.

Причины злится у мага в самом деле были. Когда Амерлин не вернулась от ручья, маг забеспокоился далеко не сразу, посчитав, что девушка, по – своему обыкновению, засмотрелась на птиц или вздумала считать камни. Но когда пятиминутная задержка стала затягиваться до пятнадцатиминутного опоздания, Даэрен решил сам прогуляться и позвать девушку. И надо же было ей нарваться на разбойников! Причем при свете солнечного дня, в то время как большинство преступников предпочитают темное время суток.

– Тебя вообще можно хоть на минуту оставить без присмотра? – сварливо поинтересовался Даэрен у шмыгнувшей ему за спину девушки.

– Я не хотела, прости, – испуганно пролепетала Амерлин.

– Прощаю, в самом деле, тебя ведь задержали против твоей воли, – сообразив, что глупо сердиться на девушку, когда для этого есть кандидаты получше, Даэрен развернулся к разбойникам.

Те, проявляя чудеса маскировки, позеленели и стояли на дрожащих ногах, почти полностью слившись с травой. Один так и вовсе, не выдержав напряжения, развернулся и, пытаясь убежать, плюхнулся в ручей, изображая большую болотную кочку.

– Утопиться не получится, разве что голову в воду засунешь, – понаблюдав за ним, подытожил Даэрен.

Несколько пассов и в его руках появилось ярко – рыжее пламя. Срывающиеся и падающие на землю искры прожигали ее.

– Не надо! Пощади! – разбойники плюхнулись на колени. – Мы это… пошутить хотели! Всего -то!

– А у меня вообще сын дома! Негоже ему без отца расти, – заголосила «болотная кочка»

Хищно усмехнувшись, Даэрен стал медленно замахиваться.

– Подожди! – к удивлению мага, за руку его схватила Амерлин.

– Тебе чего? – досадливо уставился на девушку Даэрен, мысленным усилием гася пламя.

Разбойники, обрадованные отсрочкой, громко вздохнули.

– Ты что, хочешь их… убить? – голос Амерлин дрогнул.

– А есть какие-то варианты? – маг изогнул бровь. – Впрочем, ты можешь отвернуться, а лучше возвращайся на поляну, я догоню тебя через пять минут. Надеюсь, за это время с тобой ничего не случится.

– Даэрен! Так нельзя, это ведь живые люди! – всплеснула руками девушка.

– Я ведь уже объяснял, что мне можно все, – устало повторил Даэрен. – Или ты хочешь простить их, как и ту нищенку? Но она украла пару монет, а разбойники хотели отнять все, что у нас было. Да и тебя, если бы хоть пикнула, прирезали, не задумываясь.

Амерлин вздрогнула. Магу не хотелось слишком пугать ее, не хватало еще переборщить, чтобы потом девчонка шагу ступить в одиночестве боялась, но нельзя настолько беспечно относится к собственной безопасности!

– Мы никого не убивали, а ножиком от волков защищаемся! И есть очень хочется, в городе платят жалкие гроши, а у нас семьи, – пользуясь моментом, наперебой затараторили разбойники, умоляюще глядя на то Даэрена, то на Амерлин.

Но если на лице девушки мелькнуло сочувствие, то маг даже бровью не повел. А потом разбойники вдруг ощутили, что не могут говорить. Для того, чтобы применить заклинание, Даэрену не нужно было произносить длинных слов, хватило едва заметного пасса.

– Не спорю, они поступили дурно, но ведь у каждого есть право на второй шанс! А ты, если убьешь их, сломаешь столько судеб! Ведь этих мужчин кто-то ждет дома, у них есть родители, жены, дети, для которых это станет огромным ударом, – быстро заговорила Амерлин. Девушка раскраснелась, было видно, что ей не хватает дыхания.

– А может быть, они наоборот, поблагодарят за то, что избавили их от преступников? Или ты хотела бы иметь мужа – разбойника? Знать, что деньги, которые он приносит – краденные? Возможно даже отнятые у мертвого, – провокационно поинтересовался маг.

– Даэрен, пожалуйста, – Амерлин молитвенно сложила руки.

Сказать ей больше оказалось нечего. Девушка понимала все аргументы Даэрена, более того, была согласна, что разбойники опасны, но не могла позволить совершиться убийству. Это противоречило всей ее сути, вере и надеждам.

– Хорошо, – некоторое время маг смотрел на нее, но потом, сдавшись, щелкнул пальцами, возвращая разбойникам речь.

– Спасибо, добрая госпожа! Больше никогда на промысел не выйдем. Уж простите, что напугали. С этого же дня по законам Пресветлого жить станем, – догадавшись, что своим спасением обязаны именно Амерлин, мужчины наперебой принялись благодарить смутившуюся девушку.

– Врут, – коротко бросил Даэрен. – Просто теперь станут более внимательно следить, не мелькнет ли среди будущих жертв черный плащ. К слову, его вполне можно снять.

– Клянемся, вашу милость никогда не забудем. Только о вас молиться станем, – заметно струхнув (а ну как маг передумает?!) разбойники поспешили отвесить несколько поклонов и Даэрену.

– Убирайтесь с глаз моих, – скривившись, тот отпихнул самого рьяного ногой.

Дважды повторять не понадобилось. Не прошло и минуты, как мужчины растворились в лесу, только хруст веток выбранное направление и выдавал.

– Ну что, довольна? Теперь следующие их жертвы окажутся на твоей совести, – повернувшись к Амерлин, резко заметил маг.

– Я буду молиться, чтобы Пресветлый помог им найти правильный путь, – серьезно ответила девушка.

Даэрен мученически закатил глаза к небу, проглотив замечание, что спутница ему досталась на редкость безголовая.

– Пошли, – зачерпнув воды, маг подхватил Амерлин под локоть и зашагал к поляне.

Порезанные хлеб с мясом и фрукты уже ждали своего часа, Даэрен не терял времени даром, успев приготовить все к обеду.

Вот только путники задержались и на еду нацелились другие желающие. Муравьи сосредоточенно растаскивали хлебные крошки, над грушей кружились пчелы.

– Ай, – девушка дернулась, когда одна пролетела совсем рядом.

– Прогнать пчел? – предложил Даэрен, поднимая руку вверх.

– Нет, не надо, – сообразив, что мужчина хочет воспользоваться магией, Амерлин покачала головой.

– Боишься, что потрачу все силы и не смогу защитить тебя в следующий раз? – маг внимательно глянув на девушку.

– Нет, я тебе верю, но хватит заклинаний на сегодня, – жалобно попросила Амерлин.

– Как скажешь, – пожав плечами, Даэрен принялся за еду.

Причем вид у мужчины был настолько невозмутимый, что Амерлин невольно задумалась, неужели на мага так часто нападали и он успел привыкнуть? Или считает инцидент с разбойниками недостойным внимания?

Сама девушка, хоть и не признавалась себе, сильно перетрухнула. Одно дело, нищенка – воровка и совсем другое настоящие разбойники. Амерлин, хоть и знала о преступниках, считала, будто они где-то далеко и точно не могла подумать, что столкнется с ними лицом к лицу. Вспомнив, как мужчина грозил ей ножом, Амерлин вздрогнула. Хоть бы они сдержали слово, забыв о прошлой деятельности и взялись за ум!

– Даэрен, а маги что, действительно могут снимать плащи? – ляпнула, просто так, чтобы отвлечься, Амерлин.

– Конечно. Или ты думала, мы и купаемся, и спим в черной одежде? – хмыкнул маг.

Амерлин переоценила его выдержку. Будь Даэрен один, то в самом деле отмахнулся бы от требований напавших, а, рискни те напасть, развеял пеплом во ветру, но за девушку маг по – настоящему испугался. Страшно было представить, что могли с ней сделать разбойники, опоздай Даэрен на несколько минут. И что потом сделал бы с ним Совет....

– Просто я видела всего одного мага и он не расставался с плащом, даже в доме его не снимал, – объяснила Амерлин.

– Плащ – это всего лишь атрибут, подчеркивающий наш статут, так же, как и браслет. Черная одежда не добавляет и не уменьшает магических сил, только дает понять остальным о профессии владельца.

«А еще это предостережение, своеобразный знак отличия», – мысленно продолжил Даэрен.

Ученики мечтали о том дне, когда, вместе с черным плащом получат право называть себя магами, вот только мало кто подозревал, что ценой за привилегии и уважение станет прошлая жизнь. Маги были предметом кошмаров не только для детей. Взрослые тоже старались лишний раз не попадаться им на глаза, и, завидев черные цвета, убраться подальше.

– Почему тогда ты не снимаешь плащ? – продолжила расспрашивать Амерлин. – В нем ведь ужасно жарко. Да и люди тебя бы меньше боялись.

– Наоборот, пусть бояться больше, не полезут лишний раз со всякими глупостями, – лицо Даэрена стало непроницаемым.

Непроизвольно Амерлин задела одно воспоминание, о котором мужчина запретил себе думать. Один раз он уже пытался притвориться обычным человеком, но правда все равно всплыла. С тех пор Даэрен больше не старался искать друзей среди простых, не наделенных Даром людей, став относиться к ним так же, как и его коллеги – абсолютно равнодушно.

– Что-то случилось? – заметив, как нахмурился маг, заволновалась Амерлин.

– Все в порядке. Ты собираешься есть? – Даэрен взглянул на хлеб, который девушка держала в руке, но от которого не откусила ни кусочка.

– Что-то не хочется, – покачала головой Амерлин.

Еще полчаса назад она не могла дождаться привала, но теперь аппетит куда-то пропал и при взгляде на бутерброд внутри все сжималось.

– В таком случае, не будем рассиживаться зря, собирайся, – проговорил маг.

– Уже? – растерянно переспросила девушка.

На лужайке росли красивые, похожие на маленькие звездочки, цветы и Амерлин, едва увидев их, заразилась желанием обязательно сплести венок. Встреча с разбойниками отбила всю охоту веселиться, но все равно уезжать не хотелось.

– Если ты не хочешь дождаться других разбойников и вручить букет, не вижу смысла задерживаться, – пожал плечами Даэрен. Тяги своей спутницы к цветам мужчина совершенно не понимал и обещание Амерлин подарить венок и ему выводили мага из себя.

Девушка насупилась. Даэрен и раньше не выглядел слишком вежливым, а теперь, получив новый повод, точно будет постоянно издеваться!

«Теперь понятно, почему маги не снимают плащи. С такой глупой манерой общения это единственный способ не нажить врагов», – раздосадовано подумала Амерлин.

Но ее опасения не оправдались. Даэрен не только не обмолвился об инциденте, а сам стал внимательно смотреть по сторонам, даже в туалет девушку отпустил лишь после того, как прошелся до кустов и убедился в отсутствии угрозы! Будь Амерлин посмелей, не упустила бы случая посмеяться сама, но дразнить мага было страшно.

Начало темнеть. Стволы деревьев словно впитывали сумерки, становясь гораздо больше. Укрытые листвой ветки казались щупальцами, вот-вот готовыми схватить зазевавшихся спутников. Ночь выдалась пасмурной, на небе не было ни единой звездочки, и даже луна, хозяйка тьмы, спряталась за одной из многочисленных тучек.

Даэрен поморщился. Что в темноте, что при свете солнечных лучей лес не нравился ему одинаково, но днем было проще ориентироваться. Ориентируясь только на слух, маг не мог определить, зверь это шелестит в листве, устраиваясь спать, или разбойник крадется следом и это выводило его из себя.

Громкое уханье-фырканье заставило Даэрена моментально оглянуться, вскидывая руку с загоревшимися на кончиках пальцев языками пламени.

– Это филин, он не опасный, – засмеялась Амерлин. – Ты же не собирался его зажарить? – улыбка на лице девушки сменилась тревогой.

– Вот еще, у нас хватает припасов, – маг взмахнул рукой, стряхивая искры на землю.

Амерлин, как выросшей в лесу, ориентироваться было куда проще, но и она не сдержала испуганного вскрика, когда ночная мышь пролетела прямо над ее головой, едва не задев волосы.

Раздавшийся же хриплый, пробирающий до костей, вой заставил вздрогнуть обоих.

– Не переживай, магия прекрасно защитит нас от любой ночной твари, – взглянув на заерзавшую в седле девушку, заверил Даэрен. – Дальше не поедем, остановимся на ночлег.

– Что? Прямо здесь? А как же…? – Амерлин взмахнула рукой, указывая в сторону, откуда последовал новый вой.

– Обычный волк, скоро ему надоест выть. Если тебе будет спокойнее, можешь переночевать на дереве, туда волк точно не заберется. Вот как раз подходящая ветка, но если будешь падать, выбирай противоположное от меня направление, – посмеиваясь, предложил маг.

– Я не боюсь! Это он напуган и ему надо помочь! – пропустив очередную насмешку мимо ушей, воскликнула Амерлин.

В другое время девушка бы точно поспешила заверить, что отлично лазит по деревьям и еще ни разу не свалилась, но сейчас все ее внимание было сосредоточено на том, чтобы определить местонахождение неизвестного «певца».

– Кому ему? – Даэрен медленно оглянулся, но новых членов в их компании не обнаружил.

– Да зверю же! – вертясь по сторонам, девушка едва не плакала.

Вой стих и теперь тишину нарушали лишь шорох листьев и стрекотание сверчков.

– И в какой же помощи, по – твоему, нуждается волк? – нарочисто сосредоточенно поинтересовался маг.

– Не знаю, но ему плохо. Возможно, он ранен или заболел. А может быть, голоден. Мы могли бы его покормить, – возбужденно затараторила Амерлин.

– Собой? – выгнув бровь, Даэрен иронично взглянул на девушку.

– Почему же? У нас ведь целая сумка припасов, – растерялась та. – Я поделюсь тем хлебом, что не съела в обед.

– А если волк предпочтет мясо? Причем не вяленное, а сырое, свежее, говорящее, – вкрадчиво продолжил маг.

– Волк не станет нападать. Хищники всегда стараются выбрать более слабую добычу, а мы мало того, что превосходим его количественно, так еще и едем помочь. К тому же он так жалобно плачет, – догадавшись, на что намекает мужчина, убежденно воскликнула Амерлин.

Даэрен лишь покачал головой. Из собственного опыта маг прекрасно знал – некоторая нечисть превосходно умеет копировать детский плач, завлекая таким образом доверчивый ужин. Хриплый, с каркающими нотками вой какой-либо жалости или сочувствия мужчине и вовсе не внушал.

– Пожалуйста, нельзя ведь проехать мимо, – взмолилась Амерлин.

– Именно это я и собирался сделать, – хмыкнул маг, но, взглянув на горящие глаза девушки, смягчился. – Ладно, заедем, посмотрим, иначе волк не даст нам спать всю ночь.

Долго ехать не пришлось. Уже через каких-то десять минут среди деревьев показалась избушка, возле которой была привязана собака. Ужасно худая, с проступающими через кожу ребрами, она периодически поднимала морду вверх и тоскливо выла, жалуясь на судьбу-злодейку.

Заметив людей, она кинулась, насколько позволяла цепь, к ним и залилась лаем, не то радуясь, не то злясь на чужаков.

– Бедняжка! – всплеснув руками, Амерлин спрыгнула с кобылы. – Даэрен, я же говорила, что нас зовут на помощь. Не понимаю, как хозяева могли настолько наплевательски относится к собаке? Она же от голода еле на лапах стоит.

– Видно, куда-то уехали, а про собаку забыли, – опытно заметил маг.

Время еще было недостаточно позднее, чтобы ложиться спать, но тем не менее, свет в окошках не горел. Да и найдись в избушке кто живой, точно бы выскочил посмотреть на кого брешет собака.

– Лучше бы голову забыли, – в сердцах бросила Амерлин, вытаскивая из сумки нарезанный хлеб. – Ну-ну, уже все хорошо, мы о тебе позаботимся, не бойся.

Скрестив руки, Даэрен наблюдал, как девушка воркует над собакой. Та внимательно следила за Амерлин, но больше не лаяла. Обнюхав же и съев хлеб, псина и вовсе завиляла хвостом, позволив погладить себя по голове.

– Как мы удачно проезжали мимо, даже подумать страшно, что бы могло случиться с ней Все – таки ее хозяин ужасный человек. Пусть пришлось уехать, но зачем сажать животное на цепь? – продолжала негодовать Амерлин, отдавая ластящейся собаке уже третий кусок хлеба.

– Сдохла бы. Обычное дело, – коротко бросил не столь щепетильный маг. – И прекращай скармливать собаке припасы, я не собираюсь устраивать приют для бездомных.

– Тебе что, совсем ее не жалко? – Амерлин широко распахнула глаза, глядя на мужчину. – Животное ведь не сделало тебе ничего плохого.

– Хорошего тоже, – отрезал Даэрен.

– Все равно нельзя ее оставлять так, – упрямо повторила девушка.

Закусив губу, Амерлин потянула ошейник, но тот никак не поддавался. Видно, собака, пытаясь освободиться самостоятельно, затянула его. На шее нашлось несколько ранок.

– Никак не получается, – сломав второй ноготь, выдохнула девушка. – Даэрен, ты будешь просто смотреть? Дай хотя бы нож.

– А каких действий ты от меня ожидаешь? Единственная помощь, которую я признаю – это освобождение от мучений. Так что, отправим собаку в лучший мир? – вытащив нож, маг крутанул кистью, разминая руку.

Животное не могло понять слов, но движение ей явно оказалось знакомо. Стоило Даэрену размахнуться, как она заскулила, попятилась назад, а потом резко дернулась, тяпнув Амерлин за голень.

Все произошло настолько быстро, что ни Даэрен, ни Амерлин не успели среагировать. Первой очнулась собака. Сообразив, что сделала, заискивающе завиляла хвостом, пару раз извиняюще гавкнув.

В руке мага само собой вспыхнуло красное пламя. Про нежелание тратить зря силы он и не вспомнил.

– Даэрен, не надо! Честное слово, со мной все в порядке, – Амерлин подскочила, закрывая собаку собой.

– Предупреждал же тебя! Покажи ногу, – опустившись на корточки, потребовал мужчина.

– Да это обычная царапина, я дома бывало, сильнее ранилась. К тому же в темноте все – равно ничего не увидишь… – смущенно забормотала Амерлин, пятясь назад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.