Виолетта Роман
Измена как повод любить

Глава 1

– Машунь, сделаешь чтение, и можете погулять с Ниной. Няня хочет отвести вас в тот парк, где на прошлых выходных мы кормили уточек.

Дочка подняла на меня удивленный взгляд и недовольно нахмурилась.

– Мам, я не маленькая уже, чтобы с няней гулять! Можно я к Ане в гости пойду с ночевкой?

– Насколько я помню, Анина мама на очередном ретрите на Бали. Мне не хотелось бы, чтобы ты оставалось у нее с ночевкой, пока Ирмы нет.

Недовольно фыркнув, дочка резко мотнула головой, отчего короткие пряди русых волос выбились из прически и упали на ее личико.

– Недоверие – это самый большой удар, который способен нанести родитель ребенку, – произнесла со вздохом, и направилась к выходу.

Я как раз закончила с упрямой застежкой вечернего платья, что никак не поддавалась, и когда уже хотела сказать ей вслед родительское «но», в проеме двери показалась темноволосая женщина. Ее добродушная улыбка немного сгладила послевкусие от выпада дочки.

– Ну вот, дожила. Моя двенадцатилетняя дочь пытается внушить мне чувство вины…

Пройдя в комнату, она положила стопку одежды в шкаф.

– Не переживайте, мы прекрасно проведем время. Маша просто скучала, и сейчас расстроена, что этот вечер проведет без вас…

На самом деле, и я дико скучала по своим малышам всю прошлую неделю пока была в столице, но вопросы бизнеса не терпят отлагательств и для того чтобы моя кондитерская процветала, я должна была посетить выставку и представить нашу продукцию.

– Я и сама рада бы остаться дома, но Ароновы наши друзья, да и Паша обидится, если я откажусь посетить с ним их праздник…

Женщина понимающе кивнула.

– Павел Александрович в этом месяце постоянно на работе пропадает… А тут такой повод вам насладиться обществом друг друга.

Я улыбнулась. Нина была права, в последние годы мы так редко видимся с мужем. У каждого своя работа и куча обязанностей, да и выходные дни далеко не всегда получается провести вместе. Но если отбросить в сторону все трудности, глядя на нашу жизнь со стороны, я понимаю, что именно сейчас у меня идеальная семья, идеальные отношения, и я чувствую себя по-настоящему счастливой женщиной.

Вернувшись в комнату, заканчиваю макияж и, взяв с полки гардеробной клатч, спускаюсь вниз, попутно набирая номер Паши.

– Уже подъехал, выходи, – раздается в трубке родной бархатный тембр. Подумать только, пятнадцать лет вместе, а каждый раз его голос заставляет чувствовать слабость в коленях…

Стоит мне спуститься на первый этаж, мои ноги тут же стягивает крепкая хватка детских ручек. Сын утыкается лицом в подол платья, а после поднимает на меня глаза.

– Мам, ты такая красивая! – восхищенно восклицает Даня, и его восторженный взгляд лучший комплимент из всех возможных.

Я приседаю и обнимаю свою кроху, а когда я смотрю в его папины глаза, голова кружится от любви.

– Мам, а когда мы пойдем в кино? Ты же обещала…

Сын дует губки, выглядя таким опечаленным.

– А разве вы не ходили с папой, когда я была в командировке? Я ведь покупала билеты, и поручала ему сводить вас на мультфильм.

– Нет, папы все время не было дома, когда ты уезжала. Мы постоянно гуляли с няней в парке, а мне там так надоело… – вздохнул расстроено Даня.

Странно, я ведь была в полной уверенности, что Паша провел прошлую субботу с детьми.

– Ну хорошо, тогда завтра вечером мы идем в кино, – подмигнула Дане, потрепав темную копну пушистых волос.

– Обещаешь? – улыбнулся мечтательно.

Притянула его к себе и поцеловала пухлые щечки.

– Будь умницей и слушайся няню.

Сын с готовностью кивает.

– Только вы приезжайте скорей! Папа обещал показать мне на своем ноутбуке игру!

***

Все, что я вижу, когда выхожу за ворота – черный «Мерседес» и облокотившийся о его капот Паша.

На муже строгий костюм и обтягивающие брюки, в которых его длинные ноги кажутся просто бесконечными. Приталенный пиджак на его широких плечах сидит как влитой. За время моей командировки он подстригся, и сменил прическу, теперь его волосы разделены ровным пробором сбоку, и уложены на одну сторону.

Паша курит, и это единственная дурная привычка, от которой мой муж не может избавиться с юности. Но когда я смотрю на то, как его смуглые пальцы подносят к губам сигарету, как его брови хмурятся, когда он задумчиво затягивается никотином, в голову приходит мысль, что и вредить своему здоровью у него получается сексуально и маняще.

Хотя, если задуматься глубже, то становится ясно, что мой муж погряз в плохих привычках… Ведь когда нам было по девятнадцать, наши отношения были запретными и тайными. Нежелательная пассия, по мнению его родителей, испортила ему жизнь… С самой юности и по сей день, я его самая главная вредная привычка.

– Так и будешь стоять и смотреть? – он затушил сигарету и выбросил окурок в урну, а когда муж вернул ко мне взгляд, на его губах искрилась улыбка. – Иди уже сюда?

Как только он протянул руки, я тут же рванула навстречу. И ничего, что каблуки высокие, и ничего что подол платья был невероятно узким. Когда его руки сжали мою талию, когда он притянул меня к себе, а губы мужа накрыли мои… все до единой мысли вылетели из головы.

Глава 2

– Марго, ты такая красивая! – Арина обнимает меня и целует в щеку в знак приветствия. Бокалы в наших руках наполовину пусты, но если жена именинника в прекрасном настроении, я скорее скрашиваю свою грусть.

Как только мы вошли в помещение ресторана, Пашу тут же обступили со всех сторон. Мой муж новый прокурор города, и дружба с ним нужна каждому из присутствующих здесь. А я просто скучаю по своему мужу… Мне его безумно не хватает в последнее время.

– Спасибо, и от твоего платья я весь вечер не могу оторвать глаз.

Я рада, что Арина заговорила со мной. На этом вечере из всех гостей я знакома лишь с двумя семьями, одна из которых, к сожалению, на стадии развода и на праздник пришел лишь Артем, друг моего Паши.

Когда я нашла мужа взглядом, он как раз был занят разговором с последним. Выглядел сегодня Артем далеко от идеала. Хозяин крупного бизнеса, всегда являющийся иконой стиля, сейчас был похож на жалкую пародию себя. Мятая рубашка, далекая от идеала прическа. Он словно некогда дивный яблоневый сад, поросший бурьяном.

Арина проследила взглядом и без слов все поняла.

– Жалкое зрелище, – расстроено вздохнула Арина. – Ты слышала, что Ирма решила отсудить у него половину бизнеса? Уму непостижимо! Пришла простым юристом в фирму, совратила мужика, увела из семьи с двумя детьми, а теперь еще и бизнес решила отобрать…

Звучало ужасно, но к собственному удивлению, я не питала к Ирме негатива. Мы познакомились с Артемом, когда он был женат на другой… В прошлом браке он был несчастным, и это было видно за версту. Его жена была эгоистичной и высокомерной, и я видела как ему некомфортно дома, а с появлением Ирмы, Артем расцвел. Сколько бы гостей не собиралось на наших праздниках, эта пара всегда сияла ярче всех. Импозантный сорокалетний миллионер и яркая девушка с испанской внешностью… Всегда улыбчивая, с сияющими глазами. Она родила ему сына, но и детей от прошлого брака Артема собирала рядом с собой. Их дом был полон детей, она неустанно занималась каждым из них. Эта пара казалась мне такой же незыблемой, как и законы мироздания. Но, увы, всему приходит конец.

Почувствовала, как на мою талию легла горячая ладонь. По телу пробежали мурашки, а на губах расцвела улыбка, когда муж прижал меня к груди и его губы коснулись мочки моего уха.

– Прости, пока с каждым обсудишь волнующие их вопросы, уже ночь настанет…– проговорил недовольно, забирая их моих рук бокал и делая глоток шампанского.

– Уже и настала ночь, – я пожала плечами, Паша проследил взглядом за выходящим из зала Артемом. Он выглядел несчастным даже со спины – сгорбленный, удрученный.

– Кажется, у твоего друга проблемы?

Паша посмотрел на меня удивленно, словно только сейчас понял, о чем я.

– Дурак, – нахмурился. – Всегда ему говорил, что подпускать женщину к рулю опасно, тем более такую как Ирму…

– Какую?

Паша нахмурился.

– Ту, что способна увести из семьи. Ясно ведь было, с какими мыслями она жила рядом с ним. И сейчас Ирма обставила его со всех сторон… Дурак, всех клиентов к ней подпустил, всю документацию. А теперь выбор невелик, либо пол фирмы ей, либо за колючку.

Мне не нравилось то, как муж говорил об Ирме. Как бы то ни было, Артем с ней прожил в браке восемь лет, она родила ему сына и подняла его компанию на несколько уровней выше. Да и причина развода мне известна… Если бы Артем не изменил ей, все можно было бы избежать.

– Может, просто нужно было быть верным своему выбору и не уходить от первой жены? – проговорила с обидой, в душе удивляясь тому, как резко отреагировала на не касающуюся меня тему.

Паша опустил на меня взгляд, в удивленных глазах искрились смешинки.

– Вот это самое главное, – притянув меня к себе, он поцеловал меня в губы.

– Ох, уж наша чета Левиных! Красивее пары не видел, – раздался за спиной смеющийся голос. Паша с улыбкой пожал руку бывшему начальнику, а ныне крупному бизнесмену в сфере строительства, я же с досадой подумала о том, что вместо этого с удовольствием бы осталась с мужем наедине.

– Здравия желаю, Александр Астахович..

– Рад видеть вас здесь… а вот и супруга, – он протянул руку, и в следующий момент к нам приблизилась женщина в ярко красном платье.

– Марго, рада вас видеть! – расцеловав по очереди нас с Пашей, женщина отстранилась и с удивлением посмотрела на меня.

– Когда ты успела сменить цвет волос? Всего пару недель назад ведь была блондинкой…

– Вы что-то путаете, Марья Сергеевна, – засмеялась, поднимая взгляд на Пашу. Муж как-то странно нахмурился.

Эмма Сергеевна оставалась серьезной.

– Нет, ну как же? Видела вас с Пашей в «Восточном базаре» в позапрошлые выходные. Вы так друг на друга смотрели, вот как сейчас прям… Влюбленные голубки! Хотела подойти, но не получилось, внучка спешила на занятия по фехтованию. Ты сидела спиной, а Пашу я узнала сразу… такого красавчика трудно не узнать, – улыбнулась женщина, коснувшись Пашиного плеча.

– К сожалению, все же произошла ошибка, – неуклюже рассмеялся муж. – Мы с Марго, в этом ресторане, по-моему, не были еще… Он ведь новый?

Эмма Сергеевна удивленно замерла, переводя ошарашенный взгляд с меня на Пашу и обратно.

Не люблю столь странные паузы в разговорах, а тем более, когда кто-то намекает на подобное… Пашка уж точно не станет ходить ни с кем в ресторан. Возможны встречи по работе, но о них я всегда в курсе. Да и с женщинами он редко имеет дело…

После странного заявления жены Александра разговор особо не склеился. Понимая неловкость ситуации, мужчина поспешил договориться с Пашей о встрече. Спустя полчаса мы наконец-то покинули ресторан.

По пути домой Паша пытался отвлечь меня. Видел, что я ушла в себя, да и муж всегда хорошо чувствовал любую смену моего настроения. Я же, все не могла выбросить из головы слова сына, сказанные сегодня перед выходом.

– Даня сказал, что ты не ходил с ним в кино в тот день. Билеты пропали?

Муж нахмурился, некоторое время он молчал, упрямо глядя в лобовое.

– Да, в районе случилось происшествие… Вызвали в отдел, готовили рапорт в генеральную… Замотался в тот день сильно, – он нахмурился, и устало потер лоб. – По-моему, мы даже не созванивались.

– Не созванивались… – кивнула, отворачиваясь. В груди противно засвербело, но я старалась скрыть эмоции.

– Эй, малыш, – он сгреб мою ладонь, слегка сжимая ее.

– Ты же знаешь, я не специально, и с радостью бы сходил с малышней в кино, чем торчать на работе…

Когда я подняла на него глаза, в его взгляде отчетливо читалась вина. Проглотив обиду, кивнула.

– Я все понимаю… но не кажется тебе, что в последнее время вместе появлением с финансового благополучия, и успеха в карьере обоих… мы стали терять что-то более важное…

Паша нахмурился. В этот момент мы как раз остановились на перекрестке перед поворотом на нашу улицу. Он наклонился ко мне так, что между нашими лицами оставались считанные сантиметры.

– Мась, ты расстроилась из-за слов жены Эммы?

Когда я не ответила, он усмехнулся.

– Да брось, старая маразматичка уже видит того, чего нет, – он погладил мои волосы, с нежностью заглядывая в глаза. – Ну ей богу…

Я улыбнулась.

– Нет, я даже не думала об этом… Я о другом… Нас становится так мало в жизни друг у друга, и это отдаляет нас, Паш.

Глава 3

Когда мы с Ритой выбирали белье, перемерили больше десятка комплектов. Они были симпатичными, но не украшали. Я отчаялась, понимая, что подобрать что-то себе не выйдет, но на выходе из торгового центра, мы увидели в витрине тот самый комплект, с первого взгляда забравшийся мне в душу.

У меня всегда так, и во всем. Либо любовь с первого взгляда, прикосновения или звука, либо никакой химии, как ни выжимай. И когда я надела этот комплект, Рита закатила глаза и заявила, что взяла бы меня прямо в гардеробной, будь она мужчиной.

После душа тело кажется по-особенному легким. Распущенные волосы, и очертания полуобнаженной фигуры в тусклом свете уличных фонарей манит мой взор, заставляя сердце стучать чаще. И когда я провожу пальцами по верхней кромке бюстгальтера, словно ненароком касаясь горячей кожи груди, дрожь так и пробегает по телу.

Две недели командировки плюс три дня полной занятости. Мы с Пашкой не были вместе так давно… Возбуждение прокатывается волнами по телу, заставляя низ живота плавиться от приятной истомы предвкушения…

Легкими движениями наношу духи на изгибы шеи и запястья, и в сопровождении сладковато мускусного шлейфа, я спускаюсь вниз, на первый этаж.

Дом погружен в сон. На часах чуть больше полуночи, и я знаю точно, что он снова у себя в кабинете. Когда я открываю дверь и прохожу в помещение, нахожу мужа за рабочим столом, с сумрачным видом склонившимся над кипой бумаг. Он замечает мое присутствие, лишь когда я устраиваюсь рядом с ним на столешнице. Удивление сменяется довольной улыбкой на его уставшем лице.

– Дети уже спят? – задумчиво смотрит на циферблат наручных часов, а я двигаюсь ближе, опускаясь на его колени.

– Все спят, а я не могу без тебя уснуть, – касаюсь губами его, спускаясь поцелуями по горячей коже шеи, запуская пальчики под ткань футболки.

Его горячие ладони касаются моей спины, и когда он притягивает меня ближе, врываясь в мой рот поцелуем, голова идет кругом. Каждое его движение, каждое царапание колкой щетины о губы, трение его грубых джинсов о тонкую ткань нижнего белья, все это так быстро подводит меня к воспламенению… Когда просто необходимо получить как можно больше ЕГО, чтобы не сгореть, не исчезнуть…

– Паш.. – шепчу, раздвигая ноги, направляя его руку туда. И когда мое лоно чувствует жар его пальцев, я двигаю бедрами, в попытках получить его уже сейчас.

– Эй, детка… погоди – хрипло, обхватив мое лицо, отодвигая меня немного в сторону. Для того чтобы увидеть его лицо, мне приходится взять несколько секунд, но взгляд все еще расфокусирован, и я не сразу могу понять, что произошло.

Приближаюсь к его губам снова, злясь на попытки мужа оттянуть столь долгожданный момент, но он и в этот раз останавливает меня.

– Детка, давай в другой раз. У меня много работы, не в силах сейчас…

Разочарование тяжелым одеялом ложится на плечи. Я поднимаюсь с его колен, поправляя спавшую с плеча бретельку бюстгальтера… того, в котором моя грудь выглядит как самый аппетитный кусок пирога.

– Ты не хочешь меня?

Паша хмурится, тянется ко мне рукой, но я отстраняюсь. На этот раз в его взгляде вспыхивает раздражение.

– Марго, давай не будем. Ты же прекрасно все понимаешь. Завтра совещание в генеральной, я уже неделю как проклятый корплю над этими бумагами… Просто подожди немного, и все наладится. Я правда сильно устаю…

Я посмотрела на его лицо. Паша на самом деле выглядел изможденным. Красные от бессонных ночей глаза, сероватый цвет лица… Мне стало стыдно.

– Хорошо, прости, – приблизившись, я позволила ему обнять себя. Он уткнулся лбом в мой живот, обхватив руками мою талию.

– Всего неделя, детка… и я весь твой.

***

В спальне царила полнейшая тишина. Сняв сережки и цепочку, бросила украшения в шкатулку, и небрежно захлопнув крышку последней, отправилась в кровать.

Холодные простыни ощущались такими же чужими, как и эта комната. Я соскучилась по нему… мы так редко проводим время вместе… Казалось, что я привыкла к подобному ритму жизни, но временами накатывает так сильно, что хочется плакать.

Загоревшаяся подсветка на экране телефона привлекла внимание.

«Подруга, не забудь, что завтра у нас два заказа на корпоративы. Ты нужна мне с семи утра. Опоздаешь, можешь больше не приходить»

С улыбкой набрала ответ.

«Ничего, что кондитерская принадлежит мне?»

«Если проспишь, она больше не твоя, лодыриха!»

Бросив в сторону телефон, устроилась поудобнее. Рита права, завтра ответственный день, и я должна быть в хорошем самочувствии и полна сил. До обеда нужно будет провести огромную работу, а вечером концерт у Маши. Стоит напомнить Павлику о нем, снова ведь забудет, а дочь его очень ждет.

***

Сон был тревожным, неприятным. Когда я распахнула глаза, вокруг было темно. Рядом, спиной ко мне спал Паша… А меня бил озноб. Было так холодно, что натянув одеяло по самый подбородок, я пыталась согреться, но продолжала дрожать.

Прижавшись к горячей спине мужа, постаралась выровнять дыхание. Он заворочался, посмотрев на экран телефона и, проверив время, снова уснул.

Я прикрыла глаза, стараясь уснуть. До шести часов оставалось полтора часа… В голове подобно хаотичному рою мух метались мысли… Сон, который приснился мне, ощущался так реалистично… Высокая темноволосая девушка с зелеными глазами, она стояла рядом с Пашей, я почему-то кричала на нее, а он загораживал ее от меня… Он выглядел так, словно она значит для него больше, чем я.

Озноб стал еще сильней. Я дрожала так сильно, и эти мысли делали мне больно. Я посмотрела на мужа, он спал глубоким сном. Поддавшись своему состоянию, я потянулась к его телефону. Сняла с блокировки, со второй попытки подобрав пароль, тут же зашла в мессенджер. Нигде ничего подозрительного… много контактов, но все по работе…

Грызя себя за бестактность, чувствуя, как внутри нарастает тревожное волнение, я открыла галерею… Несколько взмахов пальцем позволили мне найти скрин переписки…

Абонент «Общественница Валерия»

«Мама не отпускает с ужина. Я очень хочу тебя, но я постоянно на работе и на учебе… Она меня совсем не видит»

« Я могу приехать позже. В 22-00? Я снял номер в гостинице… и до утра свободен»

Глава 4

Это утро прошло точно также как и многие предыдущие. Я разбудила малышей, помогла собраться Дане в садик, няня кормила их завтраком, а я приводила себя в порядок. Паши не было дома, как и всегда он уехал раньше всех.

Все было как раньше, но я смотрела в зеркало и больше не видела в отражении красивую и успешную женщину. Мои глаза не сияли, они наполнялись слезами каждый раз, когда я вспоминала о том сообщении.

У Паши другая.

Вот моя новая действительность, вот та селенная, в которую меня окунули. Сколько времени спустя я узнала о них? Сколько длится их связь? Как давно Паша живет двойной жизнью? Он любит ее?

Я стояла посреди гостиной, мой телефон разрывался от звонков – Рита давно потеряла терпение, ведь я опоздала на работу на целый час, и в цехе полный цейтнот. И даже когда я обняла Даню, и поцеловала Машу перед тем как они залезли в машину и водитель увез их в город, я все еще находилась в полном оцепенении.

Мы строили этот дом пять лет, мы вложили в него столько души и бессонных ночей, столько слез было пролито в сложные моменты, когда казалось что мечта вот-вот и ускользнет от нас. И вот сейчас, когда все фантазии стали явью, когда семья казалась мне надежной крепостью, все рухнуло словно карточный домик.

Я подняла заплаканные глаза к зеркалу, смахнула слезу, размазывая тушь в уголке глаза.

Новая реальность была мне противна.

Я больше не была красивой, больше не было во мне ничего особенного.

Этот дом был руинами моей жизни, и я стояла посреди разломанного на куски фундамента, с гулко колотящимся сердцем в груди…

Нет-нет… Я отказывалась верить в такую реальность. Я должна была занять себя работой, всем чем угодно, только не думать, не представлять…

Сорвавшись в ванную комнату, я достала из косметики спонж и консилер, и с усердием принялась убирать следы своих слез. Спустя пять минут я сидела за рулем своего авто, а в окне мелькали фасады домов и витрины магазинов. Я не собиралась поддаваться панике… Мне нужно было хотя бы полдня на обдумывание дальнейшего хода.

***

– Ай, черт! – пальцы опалило такой болью, что, не выдержав веса противня, я разжала их. Бисквит свалился на грязный пол, а следом, с грохотом разбившегося сердца упал противень.

В кухне воцарилась тишина. Шесть пар разъяренно-уставших глаз уставились на меня. До срока выдачи заказа осталось два часа, а у нас еще и половины работы не сделано, не говоря уже о том, что витрина полупустая.

– Простите, я сейчас все исправлю… я сделаю новый, – опустившись на колени, трясущимися руками я принялась собирать испорченный десерт. Все полетело в урну, и в этот момент я подумала о том, что также и с моей жизнью. Сейчас я ощущаю себя на самом дне.

Слезы полились с глаз, и я просто не могла контролировать это. Девушки испуганно замерли, в воздухе так и витало ощущение напряженности и жуткого конфуза.

– Так, все! Перерыв полчаса, девочки! Аня, займись мастикой!

Оля вывела меня из кухни и усадила на диван в кабинете. Спустя несколько минут в моей руке оказался стакан воды, подруга смахнула платком слезы и потекшую тушь с моего лица, и серьезно уставилась на меня.

– Что случилось?

Ее тон был настолько строгим, даже слезы прекратили литься.

– Паша изменяет мне… – на последнем слове голос сорвался, превратившись в жалкое вытье. Я всхлипнула, забирая из рук Риты платок.

– Твою ж! – процедила сквозь зубы, двигаясь ближе. – Ну-ка, давай подробней… Может, показалось? Ну, камон, это ж твой Пашка!

– Уже не мой, Рит, – взвыла с еще большей силой.

Подруга обняла меня.

– Ну-ка, все по порядку. Давай разберемся с этим вместе…

– Да и разбираться-то особо не в чем. Мне сон приснился, понимаешь? Сон! И она приснилась, – я достала телефон и открыла ее фото, скаченное с аватарки в мессенджере. – Вот, прям, лицо ее, фигура…

Подруга уставилась на экран, скривилась.

– Что за мышь церковная? Сколько ей лет?

– Двадцать один, Рит. Она общественная помощница у него в отделе, студентка третьего курса.

Рита несколько минут хранила молчание.

– Он совсем с катушек слетел?! – фыркнула, отбросив в сторону телефон.

– Вот, что я нашла.

Я открыла в галерее сделанные скрины с его гаджета.

– Их переписка. Он звал ее на свидание. Судя по дате, это было во время нашей поездки в Москву. В истории браузера я увидела, что он номер в гостинице снял, ее ждал… – голос сорвался. Последние слова приходилось проталкивать с силой, словно острый булыжник.

– А потом с влюбленными глазами истосковавшегося мужа с поезда меня встречал, – проговорила сквозь зубы. Меня снова знобило. Стараясь скрыть дрожь, спрятала руки в карманы брюк.

Рита молча пялилась в экран, а когда отложила телефон в сторону, в ее взгляде полыхали языки пламени.

– Ты ему сказала, что знаешь?

Я покачала головой.

– Что я ему скажу? Что нашла скрин? Он ведь тысячу оправданий придумает… Да и не знаю, что мне делать… Кажется, словно это дурной сон.

– Ты любящая жена. Ты та, кто отдал ему всю себя еще пятнадцать лет назад. Но сейчас ты должна собраться.

Подруга выглядела такой собранной и уверенной в себе, ее настрой помог унять накатившую волну паники.

– Сегодня мы отдадим все свои заказы и сделаем работу идеально, как и делали всегда, поняла меня? А потом я займусь этой шлюхой. Я даю тебе слово, что к вечеру у тебя будет вся информация…

Рита потянулась к моему телефону.

– Дай мне ее номер и фото. И я все сделаю.

– Как ты это сделаешь? Собрать столь личные данные не так то просто…

Ритка хмыкнула.

– Вот об этом точно не переживай, подруга! Думаешь, зря столько времени вожусь с Котовым? Фсбшники в нашем веку очень полезные люди…

Я протянула Рите телефон, на экране высветилось имя и номер любовницы Паши.

– Ты уверена? Сама говорила, что встречаться с ним больше не хочешь, что он грубый и извращенец.

Рита отмахнулась.

– Ты об этом не думай, моя дорогая. Все что требуется от тебя – выкинуть из головы всю эту грязь на пару часов. Мне нужны твои руки и умения. Я предоставлю тебе всю информацию, но ты должна решить, нужна ли тебе эта правда?

– О чем ты говоришь?

Рита поднялась с дивана и поставила стакан на стол. Только сейчас в свете солнечных лучей, льющих из окна, я увидела, как сильно она устала. Ссутуленная, с бледной кожей лица… Несколько последних дней выдались сложными, у подруги умер кот, ее любимец… на работе завал, и сейчас я совсем не помогала ей своей истерикой.

– Ты для себя должна решить, нужна ли тебе правда? Что ты с ней будешь делать? Если окажется, что Паша на самом деле тебе изменяет, сможешь собрать вещи и уйти от него? Но только, чтобы раз и навсегда… Тогда дерзай! Пока истину не нароешь, не успокаивайся и карты свои ему не раскрывай раньше времени. А если все простишь, так зачем копать? Чтобы чувствовать себя тряпкой безвольной? Он ведь и потом будет изменять, зная, что ты все равно никуда не денешься. Если не готова рушить свою семью, тогда живи и дальше с розовыми очками на носу.

***

– Вот так, идеально, – завершив с украшением пирожных, я отстранилась.

Поясница болела нещадно, в глаза словно насыпали песка, но работа была сделана в срок, и на душе стало немного теплее.

В кухне царила полная тишина, и вдруг раздавшийся Риткин вздох облегчения, словно учебный звонок, означающий окончание сложнейшего урока.

– Великолепно! Мы справились, девочки! – проговорила Даша.

Измученные лица озарились уставшими, но такими довольными улыбками.

Не успела я и слова вымолвить, дверь в кухню отворилась, и на пороге показалась запыхавшаяся администратор главного зала.

– Там курьер от заказчиков приехал. Что делать?

– Принимать заказ, что делать?! – деловито проговорила Аня, и девочки ринулись к холодильникам, доставать все коробки с приготовленными пирожными и тортами.

– Что по витрине?

Ира как раз доставала из духовки партию круассанов.

– Через полчаса будет заполнена. Не переживай, Марго, теперь мы справимся.

На секунду прикрыла глаза, выдыхая.

– Марго! – махнула Рита, привлекая внимание. Я увидела телефон в ее руках. Мой телефон.

Только сейчас вспомнила, что подруга отобрала у меня гаджет после разговора в кабинете, дабы я не смела отвлекаться на что-либо другое, кроме работы.

– Это тебя, – протягивает мне мобильный, окидывая хмурым взглядом. На автопилоте принимаю его, и по ее взволнованному выражению лица, понимаю, что звонит Паша. Внутри все вибрирует от внезапного прилива злости и волнения. Руки дрожат, не слушаются. Едва ли не роняю гаджет, пока подношу к уху. Что мне ему сказать? Как держать себя?

– Говори спокойно, словно ничего не произошло. Помни, это важно! – шепчет подруга, и когда я слышу его взволнованный голос, в груди так сильно щемит, и ладони немеют. Прикрываю глаза, чтобы найти в себе хоть каплю сил. Говорить с ним невероятно больно, но я справлюсь, ведь теперь мяч на моей стороне поля, и в моих силах повлиять на ход игры. Он изменяет мне? Я узнаю все в мельчайших деталях, я соберу все факты, а потом буду решать. Я не дам ему фору, не дам выкрутиться и уйти безнаказанным. Я разбита и растоптана, но как бы сильно сейчас я не горела внутри, эту партию я обязана сыграть в свою пользу.

Глава 5

– Что у тебя с телефоном? – волнение в его голосе петлей на шее. Я дышать не могу от боли.

– Не слышала звонка. Телефон лежал в кабинете, у меня работы много…

Ритка показывает «класс», а я прикрываю глаза, стараясь не разрыдаться.

– Что с голосом? – с двух слов улавливает мое настроение.

– Плохо себя чувствую, – морщусь, потирая ладонью саднящее горло.

– Заболела? Возьми отгул, полежи дома. Не стоит перерабатывать…

Его забота раздражала. Мне хотелось накричать на него. Хотелось всю правду сказать. Что я знаю о его секрете и порекомендовать засунуть свою фальшивую обеспокоенность в задний карман своих брюк. Но когда я поднимаю глаза и встречаюсь со строгим Риткиным взглядом, злость немного успокаивается.

– Все не настолько критично. Ты же не забыл про вечерний концерт? Маша тебя ждет…

Его уставший вздох служит лучшим ответом. Я наперед знаю, что он не придет. Так было уже не раз. Я всегда оправдывала его, веря, что причина постоянного отсутствия мужа – работа, а получается, что ему просто не хотелось проводить с нами время. Двадцатидвухлетняя студентка оказалась более желанной компаньонкой.

– Да, я как раз об этом. У нас в семь назначено совещание с генеральной. К сожалению, я никак не успею на выступление Маши.

Не смогла удержаться – рассмеялась. Да так, что в уголках глаз слезы выступили. Ритка крутила пальцем у виска, а я думала о том, что так было бы лучше. Свихнуться к чертям и забыть напрочь обо всем случившемся.

– Понимаю.

– Ты в порядке?

Паша хотел спросить о чем-то еще, но мое терпение трещало по швам, и я не нашла ничего лучше, кроме как сбросить вызов.

– Он не придет к ней на концерт. Совещание… – скривилась, горько усмехнувшись. – Кажется мне, что все совсем…

Рита не дала мне договорить.

– Ты идешь на концерт к дочке. Говоришь, что папка просто задержался на работе, но очень рвался к ней. Улыбаешься и радуешь ребенка, а потом ведешь в кафе, чтобы Маша не расстраивалась. А я узнаю, что там за совещание…

Я подняла глаза на Ритку. Подруга была преисполнена решимости, и, зная ее, я была спокойна – вся правда будет у меня уже сегодня к ночи.

***

Были ли у меня сомнения? Задавалась ли я вопросом, а надо ли мне знать правду? Ни секунды не тушевалась. Я сделала, как и велела подруга. Отправилась к дочке на концерт, взяла с собой маму и Нину. Во время выступления Маши я не думала ни о чем другом кроме как о том, насколько сильно горят глаза моей дочери, когда она танцует. Ее танец был идеальным, каждый прыжок, каждое па вызывали восхищение. Казалось, танец был для нее чем-то столь же естественным, как способность дышать или ходить для любого человека. Но я также знаю, каких трудов стоит этот успех моему ребенку. Я знаю, сколько времени и сил она отдает танцу, и мне больно от того, что ее отец не пожелал разделить с нами минуты ее славы.

Даня подарил Маше букет роз, дочь улыбалась, но я видела затаившуюся грусть в ее глазах. Она ждала папу…

– Марусь, твой десерт, – когда дочка вернулась из дамской комнаты, я подвинула к ней шоколадный фондан. Даня успел измазаться мороженым, и с наслаждением облизывал вилку, а мама, смеясь, снимала его на телефон.

– Дань, ты похож на моего Барсика! Он когда поест сметану, выглядит таким же довольным и также сильно пачкается, – смеется мама, стирая с лица Дани остатки мороженого.

Маруся хмурится, глядя на братца, и что-то печатает в телефоне. После совместного ужина в ресторане, я отпустила Нину в отгул. Мама попросила оставить внуков на выходные у нее, а я подумала, что это хороший вариант. Мне нужно несколько дней свободы, дабы разобраться во всем.

– Ба, а дедушка точно поведет нас на рыбалку?

Спрашивает Даня, допивая свой коктейль.

Мама улыбается в ответ.

– Да он все уши мне прожужжал вашей рыбалкой, Дань. Конечно, ждет! Снасти купил, говорит, Дане удочку собрал новую…

– Ух, скорее бы!! Я хочу вот такого леща поймать! – сын развел руки, выглядя при этом таким вдохновленным, что в сердце защемило.

– Марусь, – позвала дочку. – Ты не против?

Маша пожала плечами.

– Бабушка разрешила Аню позвать. Она будет со мной, так что я не против.

Телефон завибрировал, и когда я увидела на экране имя Риты, дрожь пробежала по телу.

– Простите меня, я на пять минут, – поднялась из-за стола и с гулко колотящимся сердцем вышла из зала на прохладный вечерний воздух.

– Да, – сорвалось нервное с губ. Захотелось закурить сигарету. Я так сильно нервничала, что едва могла унять частую дрожь, пробирающую тело.

– Ты как? Как выступление прошло? – голос Риты звучал немного сдавленно.

– Выступление – хорошо, привела своих в кафе. Мама заберет их на выходные…

Я понимала, что мы горим не о том, это злило, но и задать интересующий вопрос у меня словно не хватало храбрости. Будто, своим вопросом я запущу механизм, который разрушит все, что у меня есть.

Боже, какая глупость!

– Ты узнала? – выпалила и прикрыла глаза в ожидании ответа.

– Узнала, и знаю, где он и что делает. Но я все еще не уверена, что ты хочешь это знать…

– Рита, не тяни, пожалуйста, – процедила сквозь зубы, сердцебиение было таким частым и гулким, что в горле пульсировало.

– Я же не пытаюсь тебя разозлить, и не тяну кота… Ты помнишь мой вопрос? Что ты будешь делать, если все раскроется?

– Ты знаешь мой ответ, Рита.

Я теряла терпение. Меня так сильно знобило, что зуб на зуб не попадал.

– Рита, если ты думаешь, будто я буду ставить тебе в укор потом то, что ты показала мне правду, ты ошибаешься. Мы дружим с первого курса, неужели ты думаешь, будто я настолько труслива, чтобы сваливать свои проблемы на мнимую обиду?

– В том то и дело, Марго. Я знаю тебя слишком хорошо, – вздохнула подруга. – Но правда еще и в том, что практически все мужчины изменяют, и сохранить свою семью и отстоять своего мужика – вот, по-моему мнению, в чем правда и сила. Ты же гордая, жрать нечего будет, но не вернешься к нему…

– Рита, позволь мне самой решать, что мне стоит делать, а что нет. Если ты со мной, говори куда ехать. Если нет, я сама все узнаю и найду.

Несколько секунд в телефоне царила раздражающая тишина.

– Ладно, тебя ж не переспоришь блин! – проворчала Рита. – Сейчас скину локацию, увидишь своими глазами то самое совещание, и как сильно наш Павлик пытается быть хорошим работником…

Глава 6

– Какая же он сволочь! Это тот самый ресторан, в который я так давно хотела сводить его! Знала бы ты, сколько я его уговаривала! То времени у него нет, то настроения.

Подруга смотрела на меня с такой жалостью, что перехватило в горле. Яркая неоновая вывеска словно издеваясь, подмигнула.

– Я проследила за ним от самого управления. Они спустились по ступенькам, он усадил ее в машину.

Рита повернулась ко мне. В свете вечерних фонарей ее лицо выглядело сумрачным.

– На твое место, между прочим, посадил…

Я усмехнулась.

– Ну, идем, некрасиво заставлять их ждать, – я прошла вперед, но стоило мне коснуться дверной ручки, подруга перехватила мою ладонь.

– Я надеюсь, ты не станешь унижаться до скандалов на публике? Поверь, это их только позабавит…

– Рит, я сделаю так, как будет лучше мне. Ведь хотя бы на это я имею право?

Она промолчала, отступив, а я незамедлительно прошла в зал.

Я увидела их сразу, стоило нам переступить порог. Я не обращала внимания ни на появившегося на пути официанта, предлагающего нам свободные столики, не обращала внимания на попытки подруги обуздать мой внутренний гнев. Я прошла к столику, расположенному в метре от той самой пары и устроилась прямо напротив них.

Я видела ее лицо, видела ее довольную улыбку, видела то, как мой муж бережно взял ее руку в свою, и поднес к губам. Он сидел спиной ко мне, в голубой рубашке в синюю полоску, именно в той, что еще прошлым утром я так старательно наглаживала ему. С губ сорвался смех… Я ведь никогда не подпускала к его вещам помощниц по дому. Где-то в глубине души мне казалось, что это убережет наш брак… Наша спальня и его одежда – вот две святыни, к которым был доступ лишь у меня.

Не сработало.

Почувствовала теплое касание руки на своем плече. Рита бесшумно опустилась рядом.

– Ты как?

Я кивнула в ответ, не отводя ни на мгновение глаз от лица блондинки. Она так звонко смеялась, а потом поднесла к губам бокал вина. Удивительно, но в душе был полнейший штиль… Пока я ехала сюда, меня так сильно трясло, казалось сердце готово остановиться в любой момент. Я боялась подумать, что будет со мной, когда я увижу все своими глазами. Но сейчас, я наблюдала за ними, словно третья, незаинтересованная сторона. Я видела то, как нежно мой муж гладит ее по тоненькой ручке, смотрела на ее острые плечики, выглядывающие из широкого разреза блузки. И когда он достал из кармана что-то и протянул ей, мое сердце на мгновение замерло.

– Вот сука! – процедила сквозь зубы Рита, а я глаз не могла отвести от ее восхищенного взгляда, и от того, как она прижала свою тоненькую ладонь к накрашенным губам, демонстрируя всем своим видом счастье и благодарность.

Я смотрела на то, как его смуглые пальцы надевают ей кольцо, а в голове словно вспышки яркого света воспоминания нашего недавнего разговора.

– На следующей неделе у тебя день рождения, детка. Вот деньги, купи себе что-нибудь, – произнес он тогда и виновато потупил взгляд. – Прости, здесь немного, с покупкой дома и с открытием твоей кондитерской мы немного поистратились. Но обещаю, в следующем году исправиться…

В тот момент я не чувствовала обиды или разочарования. Я была счастлива от того, что муж помог мне исполнить давнюю мечту.. У меня ведь было свое дело, мы наконец-то заехали в дом, о котором мечтали всю свою жизнь… Оказывается, мое понимание расценивалось как глупость… Деньги ведь были, просто тратить их на меня у Паши не было желания.

По горлу отчетливо поднималась отвратительно на вкус горечь. Если таков вкус предательства, я больше никогда не хочу его пробовать.

– Павел Александрович, я сейчас разрыдаюсь, – ее тонкий голосок сдавил мне грудь стальными тисками.

– Детка, – усмехнулся Паша, а у меня кулаки сжались. Тот же тон, тот же тембр, те же слова, которыми он называл меня. Ну какой же он подонок!

– Ничего не сравниться с твоими счастливыми глазами и твоей улыбкой… Иди сюда, – в его голосе нежность и желание. Даже в шуме ресторанного зала я способна уловить то, насколько он погружен в нее. Зная своего мужа, могу с уверенностью сказать – он влюблен по уши.

Она радостно подскакивает с места и устраивается на сидении рядом с ним. Он обнимает ее и прижимает к себе, а когда она тянется к нему и касается его губ… внутри меня что-то ломается.

– Марго, хватит, идем! – тянет за рукав Рита, но я не слышу ее и не вижу. Я смотрю вперед, я стараюсь запечатлеть в памяти каждую из деталей, чтобы больше никогда не сомневаться, чтобы раз и навсегда покончить с этим.

– Я так скучала по тебе, Паш, – произносит капризно, проводя носом по его скуле. – Это кольцо безумно дорогое, но ты же знаешь, что ничто не способно заменить тебя… Я так хочу, чтобы в следующую субботу ты был со мной, свой день рождения я хочу встретить с тобой наедине… Помнишь ту гостиницу, что я говорила? Там спа и бассейн, мы смогли бы здорово провести время…

– Детка, будет все: и гостиница и спа, мы отметим твой день рождения, но в другой день. Пятнадцатого числа семейный праздник, я не смогу отсутствовать…

У нас с ней в один день дни рождения… Более того, эта малолетняя шлюха пытается сделать так, чтобы Паша был с ней…

Меня затапливает гневом с такой мощью, что, кажется, еще немного и не выдержу. Я так резко поднимаюсь со стула, что он едва не падает.

– Марго, стой! – рычит Рита, но я не слышу ее.

– Может, ты скажешь жене, что у тебя командировка? Может она не будет против перенести праздник на другой день?

Внутри меня набирающее обороты цунами. Невероятная по мощи, разрушительная сила пульсировала в венах, заставляя сердце биться на уровне горла. Где то мнимое спокойствие, что было внутри меня?

Не знаю, что больше понравилось мне в этот момент. Когда я опустилась на сидение за их столиком, когда посмотрела обоим в глаза… Так и не пойму, что именно пустило ту нервно-будоражащую дрожь по моим позвонкам? Ее удивленный взгляд, или то, как резко он убрал от нее руки, не имея возможности спрятать страх, вспыхнувший в карих глазах?

– А зачем ждать, можно и сейчас спросить, да, Паш? Раз так совпало, и волею судьбы мы оказались в одном месте…

Каждое слово, будто пропитанная ядом стрела вонзалось в него. Удивление. Страх. Неверие. Он был в замешательстве, а я готова была разорвать его на куски.

– Паша, кто это? – тонким капризным голосом, она смотрит на него как на своего спасителя.

Она была омерзительна в своем лицемерии и в своей дешевой актерской игре. Мне хотелось схватить ее за шкирку и впечатать несколько раз в поверхность стола, так, чтобы на нем остался след от ее искаженного в испуге фейса. Это был бы лучший способ, позволивший стереть с ее лица ту надменность, с которой она сейчас смотрела на меня.

– Кошечка моя, а ты не знаешь кто я? – голос низкий, сорванный. Я и сама его не узнаю. – Не запомнила лицо девушки, рядом с его детьми? Той, что на фото в рамочке у монитора компьютера? Или хочешь сделать вид, словно не запомнила?

Бесстыжие, наглые глаза выдают ее. Ни грамма сожаления или страха, она получает истинное удовольствие от происходящего.

Когда-то слышала такое выражение, что измена, пойманная «по горячему следу», дает полную индульгенцию на действия любого характера, если, конечно, они не противоречат положениям уголовного кодекса нашей страны. И в какой-то момент, я решила: Да какого черта? Стоит ли строить из себя великодушие и гордость, общаясь с этой тварью?

Когда я резко хватаю ее запястье, она вздрагивает, теряя былое самообладание. Кольцо на ее пальце красивое, слишком дорогое для того, чтобы их отношения были легкой интрижкой.

– Что вы делаете?! Не трогайте меня…

– Кортье, – когда я поднимаю глаза на мужа, понимаю, что он успел прийти в себя. Злится, а я еще больше. Кольцо не меньше трех сотен стоит.

– Марго… успокойся… – предостережение в его голосе словно пущенный по венам ток.

– Паша, скажи ей! – хнычет, глядя на моего мужа со слезами в уголках глаз. Она такая нежная и беззащитная, и это злит так сильно, что взор застилает пеленой. Резко потянув на себя, хватаю ее за волосы, наклоняя к столу.

– Может мне сломать ей руку? А? Может тогда запомнит, как я выгляжу? – поднимаю глаза на Пашу. Он резко подается вперед и хватает меня за локоть, давит на него.

– Марго, успокойся и отпусти ее!

– А то что? Ударишь меня?

– Марго!

В этот момент мне становится так противно. Я отталкиваю ее с такой силой, что она опрокидывается назад, но Паша успевает ее поймать. Девица прижимается к моему мужу, рыдает. А мне так мерзко. Они грязные и только что я запятнала себя ими.

– Твоя дочь заняла первое место на конкурсе. Жаль, что совещание было настолько важным… Но могу тебя обрадовать, ты сможешь провести день рождения своей шлюхи с ней. Больше вам никто не помешает.

– Ты думаешь, тебе за это ничего не будет?! За оскорбления и рукоприкладство! – даже угрозы она произносит так, что хочется ее пожалеть.

С губ рвется усмешка.

– Ничего не будет, и даже за это.

Мне становится немного легче, когда содержимое ее бокала оказывается на их лицах. Я так резко ставлю посуду на стол, что ножка бокала рассыпается в мелкое стекло, царапая мою кожу. И лишь когда я толкаю входную дверь, оказываясь на улице, когда вдыхаю прохладный воздух, понимаю, что все это время я находилась в диком напряжении.

– Поехали, – бросаю ключи Рите, понимая, что сейчас я не способна здраво мыслить. Ни слова не говоря, подруга подходит к авто и снимает его с сигналки.

– Марго! Стой! – он хватает меня, когда я тянусь к дверце.

По волосам стекает вино, падая на его рубашку. Мне противно от его прикосновений, от того, насколько взволнованным он выглядит. Было бы куда честнее сказать мне правду и уйти.

– Убери от меня свои руки! – я отталкиваю его, а он еще больше наступает.

– Давай поговорим! Не веди себя как маленькая девочка! Все не так, слышишь? Все не так как ты думаешь!

Он выкрикивает эти слова, его пальцы до боли сжимают мои плечи. Разве можно пасть еще ниже, чем он пал? Но последняя его фраза доказывает мне, что для Паши все произошедшее далеко не предел.

– Я сейчас ненавижу тебя настолько, что готова на куски разорвать! Больше не смей говорить со мной и даже смотреть на меня! И если ты сейчас не уберешь свои руки, я заору, так что сюда половина улицы сбежится. И тогда устрою тебе райскую жизнь!

В его глазах страх с примесью злости, но он послушно размыкает пальцы и выпускает меня. Я сажусь в машину и слышу, как он просит Риту отвести меня домой. Рита демонстрирует ему средний палец и садится за руль машины. И когда мы отъезжаем, и я больше не вижу его, внутри меня словно прорывает плотину.

***

– Вот, выпей.

Перед лицом возникает бутылка «Просекко». Дрожащие пальцы обхватывают горлышко, и я делаю глоток. Колючий напиток раздражает слизистую, но спустя несколько глотков, меня начинает попускать.

– Держи, – Рита протягивает мне платок и небольшое зеркальце. В глазах подруги жалость и печаль, но сейчас я стараюсь не смотреть на нее.

Я в полном оцепенении. Только сейчас понимаю, что все лицо измазано потекшей тушью и слезами. После нескольких глотков алкоголя, возвращаю бутылку ей.

– Где мы? – голос низкий, мне приходится прочистить горло и повторить вопрос.

Подруга пожимает плечами.

– Я колесила по городу, хотела дать тебе немного времени. Тебе нужно было выплакаться.

Справившись с потекшим макияжем насколько это было возможно, я осмотрелась по сторонам.

– Надеюсь, ты не привезла меня домой?

И в этот момент, словно желая разозлить меня ее больше, зазвонил телефон. На экране высветилось имя мужа. Незамедлительно сбросила.

– Названивает каждую минуту, гребаный м*д*к, – прорычала подруга, сбрасывая вызов на своем мобильном. Продемонстрировала мне список звонков. Это был пятнадцатый неотвеченный от него.

Я прислушалась к себе. Ничего кроме усталости не чувствую. Я опустошена.

– Хочу в бар.

Рита удивленно вскидывает бровью.

– Давай просто напьемся в эту ночь… А завтра я подумаю, как жить дальше, – я взяла свой мобильный, он ожил в моих руках. И снова это раздражающее имя на экране. Сбросив вызов, я вырубила гаджет.

Подруга едва сдерживала слезы.

– Только попробуй, Рита… – прорычала сквозь стиснутые зубы. – Ты же не хочешь так поступить со мной.

Мы были как сестры. Как встретились на первом курсе универа, так ни на день не расставались. Я знала, что ей сейчас также больно как и мне, у нас с ней словно одна душа на двоих… Но ее слезы сейчас сломали бы меня… А сломаться сейчас, значит позволить Паше и его любовнице одержать верх. Ни за что не позволю.

Рита с уверенность кивнула. Украдкой смахнув влагу с глаз, с готовностью выключила и свой телефон.

– В бар, значит в бар. Отвезу тебя в самый дорогой! – произнесла восторженно и завела мотор. – И кстати, я угощаю, так что заказывай самое лучшее, – подмигнув, подруга выехала на дорожное полотно.

Глава 7

Окружающий шум многочисленных голосов и безвкусной музыки, раздающийся из колонок бара, помогал заглушить поток сумбурных мыслей, не дающих мне покоя. Это был третий коктейль, и голова уже изрядно кружилась, но я определенно не собиралась останавливаться на достигнутом.

– Черт, – поморщилась Рита, ставя бокалы с новенькими порциями алкоголя на наш столик. Наклонившись, подруга осмотрела поврежденный колготок, которым зацепилась только что за спинку стула. – Порвала, – выдохнула расстроено, устраиваясь рядом.

Я усмехнулась, лениво ковыряя трубочкой в полупустом бокале.

– Вот скажи, почему именно она? Что могла ему дать студентка, чего не могла дать тридцатипятилетняя женщина? Красивая, успешная… – сморщилась, пытаясь протолкнуть поглубже ком, ставший поперек горла.

Обида накатывала волнами. То хотелось рыдать во все горло, то вдруг накрывало такой злостью, что приходилось сдерживать себя, дабы не сорваться к изменнику и выплеснуть все гадости, что крутились на языке.

Рита лишь устало вздохнула.

– Да с ней-то все понятно… Пытается задержаться в структуре, нашла хороший вариант в качестве спонсора… Не думаю, что там любовь…

Мне было плевать на чистоту и объем ее чувств, меня душила обида и разочарование в собственной жизни

– Я бы поняла, если бы это была сексуальная красотка, знающая толк в обольщении… А эта ведь мышь… Чем она могла взять его, Рита? Чем? Какие чувства должны быть у него к ней, если он решился на такой шаг?

– Да не в ней дело, и не в тебе, Марго! Дело в м*даке Паше и в синдроме помады на яйцах, понимаешь?

– Это что за хворь такая? – я посмотрела на нее внимательно, неловко засмеявшись. Фокусироваться на чем-то одном было сложно, слишком много алкоголя было в истерзанном переживании и голодом организме.

Подруга усмехнулась.

– Проблема в том, Марго, что в душе ты все еще та девятнадцатилетняя девчушка, влюбившегося в красавчика Пашу. В спокойного и скромного паренька, который никого кроме тебя не замечал. А вот сам Паша уже давно не тот мальчишка. Ему тридцать семь, он статный и красивый мужчина, у него власть, у него завидная должность, понимаешь? Он уже давно не тот, кем был раньше, просто ты этого не замечала…

На глаза снова выступили слезы.

– Видимо, я много чего не замечала… Самое ужасное, я и подумать не могла, что он может так сделать… В смысле, все же было хорошо. Даже сейчас, когда я приехала с командировки, он с такими влюбленными глазами встречал меня с поезда, он был нежен со мной… Да, в последние недели не было близости, но у нас и раньше так бывало периодами, когда на работе было слишком много проблем, и он уставал.

Рита пожала плечами.

– Тихий омут оказался слишком глубоким.

Я вспомнила недавнее семейное торжество. Мы отдыхали в загородном доме у Олега, и помню, когда мы с ним заболтались на балконе, Паша сильно приревновал меня, даже обиделся. Муж всегда немного ревновал меня к лучшему другу, потому что в юности они оба испытывали ко мне симпатию, но я выбрала именно Пашу. С Олегом у нас давно дружеские, и даже родственные отношения… но в тот день меня обидела внезапная ревность мужа на пустом месте… Теперь-то я понимаю, что думая об измене, Паша мерил по себе.

От этих воспоминаний в груди сдавило. Я потянулась к сумочке и принялась включать телефон. Ритка нахмурилась, следя за моими действиями. Поймав сеть, мобильный тут же разразился короткими вибрациями – посыпались уведомления о неотвеченных вызовах. Не обращая на них внимания, нашла нужное имя в справочнике, и когда услышала знакомый мужской голос, почувствовала, как внутри с новой силой вскипала злость.

– Ты ведь знал?

– О чем? – раздалось в динамике удивленное.

– Ты знал о том, что у Паши любовница?

Олег молчал, и это было верным доказательством моей правоты. Прикрыла глаза, сдерживая накатившие слезы.

– Как давно ты узнал?

Смех, рвущийся с губ звучал так надсадно и ужасно грубо.

– Где вы? – Олег нервничал, злился. Твою мать! Как они похожи с Пашей! Даже реакция у них одинаковая.

Предатели.

– Ты глухой чтоли?! Я вопрос задала, – прорычала сквозь слезы.

Сбросил трубку. Отшвырнула телефон в сторону и махом допила содержимое бокала. Рита в этот момент что-то усиленно рассматривала в своем телефоне.

– Он здесь, – произнесла напугано подруга, и подняла на меня глаза.

– Кто?

– Паша, в машине у бара.

– Позвонил тебе?

Она покачала головой.

– Написал, – подруга продемонстрировала мобильный. Напечатанные буквы его сообщения плясали перед глазами.

– Что делать будем? – прошептала Рита, уже предвкушая скорую катастрофу.

Не успела я ответить, заметила вошедшую в зал высокую мужскую фигуру. Сердце сделало остановку, через мгновение забившись с бешеной скоростью. Я прикрыла глаза, пытаясь успокоиться, но все было тщетно. Недавняя расслабленность от алкоголя испарились, мной снова овладевала истерика.

Когда его ладонь коснулась моего плеча, я замерла, не в силах пошевелиться. Мне было так плохо, что хотелось кричать. Но словно боясь рассыпаться, я не смела двигаться.

– Марго, пойдем домой…

– Уходи.

Я спрятала лицо в ладонях, хотелось сжаться в комок, чтобы удержаться и нее переступить ту тонкую грань, что разделяла меня от состояния истерики. Я чувствовала, как он присел рядом, чувствовала его взгляд, но понимала, что больше никогда не смогу посмотреть на него в ответ. Даже заставить себя не смогу.

– Марго, пожалуйста… Просто пойдем домой. Можешь не смотреть на меня, можешь не говорить…

Чем подавленней и тише звучал его голос, тем сильнее я злилась.

– А где же твоя девушка, Паша? Надеюсь, проводил домой и успокоил после встречи с агрессивной женой?

– Нет никого кроме тебя… – раздалось совсем близко от уха. Я вздрогнула.

– Детка, прости, я урод и мне нет оправдания, но я прошу тебя просто вернутся домой… Я не хочу, чтобы ты наделала глупостей из-за меня… у нас дети, Марго, у нас семья.. пожалуйста, ради них просто вернись домой, а дальше мы во всем разберемся…

В этот момент я даже обернулась, и удостоила его взглядом. Синяки под его глазами, напуганный вид, растрепанные волосы – все это не вызвало желания пожалеть, наоборот, он злил меня одним своим существованием.

– Семьи? Паша, ты, когда ставил на разные чаши весов семью и свою шлюху, и выбрал ее, ты ведь не думал о детях, обо мне? Так и сейчас не начинай, Паш! Поздно, поднимаешь?

Я отвернулась, принимаясь за новый окал. Рита испуганно замерла, Паша не сдвигался с места, его взгляд потяжелел. А мне было просто невыносимо находиться рядом с ним.

– Рит, поехали домой. Что-то душно тут стало, – схватив сумочку, я поднялась из-за стола. Игнорируя головокружение, уверенно прошла к выходу.

Остановившись у дороги, Рита открывает приложение такси.

– Ко мне? – спрашивает неуверенно.

Я киваю в ответ.

– Марго, – за спиной раздается его напряженный голос. – Не делай глупостей, прошу… Давай поедем домой, там успокоимся и все осудим как взрослые люди… Я прошу тебя!

Паша останавливается позади меня. Я чувствую его спиной, тело пробивает мелкая дрожь.

– Мы разводимся.

Даже не глядя на него, я знаю, что сейчас он устало прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу.

– Ты сейчас на эмоциях. Пожалуйста, я прошу тебя…

Я обернулась и посмотрела на него в упор. Я хотела, чтобы он видел мои глаза, ведь в них не было и капли сомнений.

– Нет, я абсолютно спокойна, Паша. Скажи, а чего ты ожидал? Ты же знаешь меня пятнадцать лет, и я всегда говорила, что измена – это то, чего я никогда не прощу.

– Это глупо… разрушать все из-за одной ошибки, Марго. Люди ошибаются, и я не оправдываю себя. Я урод, и ублюдок, но я прошу тебя подождать с решением… Не надо прощать меня, не надо разговаривать… я заслуживаю всего того, что ты чувствуешь сейчас… Но пожалуйста, повремени с решением… – на последней фразе его уверенный голос сорвался до тихой мольбы. Он был в отчаянии. А я не ощущала ничего кроме усталости.

– Будь по твоему, на развод подам не завтра, а в понедельник, – улыбнулась ему. – Можете спокойно праздновать ее день рождения, не омрачу праздник.

В этот момент рядом остановилось такси. Рита прошла вперед и распахнула заднюю дверь машины, но когда я сделал шаг, он схватил меня за руку.

– Не будет никого кроме тебя, – произнес с нажимом. – И сейчас мы поедем домой, я не отпущу тебя никуда, – звенящие в голосе нотки злили меня так сильно, что накатывающие несколько минут назад слезы высохли в момент.

Я резко одернула руку, и посмотрела на него с вызовом.

– Ты свободен, Паша, и я свободна. Иди теперь хоть к ней, хоть к самому черту, ясно тебе?! – я пыталась его оттолкнуть, но он перехватил меня, прижимая к себе. Его запах, ощущение его тела посылали нервную дрожь по телу. От его близости мне было плохо физически.

– Выпусти! – прорычала сквозь зубы.

– Никогда и ни за что я не отпущу тебя, Марго, – прорычал на ухо, еще крепче прижав к груди. – Я придурок, я кругом виноват перед тобой, но я больше не увижусь с ней, слышишь? Никогда больше она не появится в моей жизни вновь. Дай мне исправить все, дай мне шанс…

– Пошёл к черту! Уходи к ней, вали! – рыдала, ударяя его кулаками. А он только губы сжал и сильнее к себе притянул, и ничего кроме упертого «нет» не слетало с его губ.

И когда я осталась совсем без сил, когда слезы лились градом, я перестала сопротивляться, и безвольно повисла в его руках.

– Просто оставь меня, я тебя ненавижу… – мой голос превратился в хриплый шепот. Я знала, что никогда его не прощу, но он был сильнее меня, и я просто не имела шанса одержать над ним победу.

– Паша, выпусти ее! – взмолилась Рита, понимая что ситуация выходит из-под контроля.

– Не лезь не в свое дело! – рыкнул Левин, утягивая меня к своему авто. Его грубость по отношению к подруге заставила встрепенуться.

– Я не пойду! Никуда не пойду! Выпусти меня! – уперлась ногами в асфальт, но он продолжил тянуть за собой.

– Паша! – раздался напряженный мужской голос. Спустя мгновение руки мужа выпустили меня, а другие руки задвинули меня за широкую мужскую спину. Я понятия не имела, как Олег смог так быстро оказаться у бара, но в этот момент я почувствовала невероятное облегчение.

– Паш, не надо ее заставлять. Дай ей время успокоиться.

Голос Барского звучал тихо и размеренно.

– А ты откуда тут взялся?! – яростно зарычал Левин.

– Мне Рита сказала, Марго тут не причем, – Олег отвечал спокойно, но я чувствовала, насколько он напряжен. Ситуация грозила выйти из-под контроля в любую минуту.

–Олег, не лезь не в свое дело. Без тебя разберусь со своей женой!

Он сделал акцент на последних двух словах, Олег поморщился, словно от удара. Барский выступил вперед, так, что между ним и Пашей осталось сантиметров тридцать пространства.

– Я знаю, что она твоя жена, Паш. Ты – мой друг, Марго мне как сестра. Я хочу, чтобы вы успокоились и не натворили бед. Просто езжай домой, я прослежу за ней. Можешь не переживать, Марго будет в полной безопасности.

– Ты? Проследишь? – усмехнулся муж, нервно потирая лицо.

Олег молчал. По его напряженному виду было понятно, что он не сдвинется с места, даже если Паша бросится на него с кулаками. Левин нервно передернул плечами и прикрыл на мгновение глаза. Казалось, это решение далось ему слишком сложно.

– Проследи, чтобы больше не пила. Я заберу ее утром.

Глава 8

– Я вызову тебе такси, прости, срочные дела, сегодня не получится, – он сбросил вызов и убрал в сторону телефон. Я сидела рядом, на пассажирском, и чувствовала себя так, словно по мне проехал каток. Олег смог успокоить Левина и вразумить его, но я не планировала ночевать у Барского.

– Олег, спасибо за помощь, ты можешь отвести меня к Рите…

Стоило мне произнести это, он резко затормозил и перевел на меня строгий взгляд. В голубых глазах сверкали всполохи злости.

– Я обещал Паше, что присмотрю за тобой.

Растерянная такой несгибаемой позицией, я обернулась и посмотрела на Риту. Подруга сидела на заднем сидении, словно нахохлившийся воробушек. Она была явно не в своей тарелке.

– Но у тебя дела, Олеж. Не удобно отвлекать тебя…

– Да какие у него там дела? – прыснула зло Рита. – Очередная девица… Какая на этой неделе? Пятая или седьмая?

Олег только ухмыльнулся и посмотрела на подругу в зеркало заднего вида.

– А ты здесь, тезка…,– произнес с улыбкой. – А я то думаю, молчит, не пытается укусить… заболела что ли? Теперь вижу, что все в порядке с тобой…

Рита проворчала что-то нечленораздельное, и, надувшись, отвернулась к окну.

– Олег, ну правда.. неудобно мне, у тебя девушка, а ты из-за нас ее выгоняешь…

Барский даже бровью не повел в ответ. Молча топил педаль в пол, внимательно следя за дорогой.

– Ты думаешь, его волнуют мысли этой девушки? Ему захотелось – позвал, перехотелось – выгнал. Ничем от Пашки твоего не отличается!

Атмосфера в салоне накалялась с каждой минутой. От алкогольного дурмана не осталось и следа, зато взамен пришла головная боль.

– Давай, я отвезу тебя домой, если твои убеждения не позволяю находится со мной под одной крышей, – Олег даже сейчас оставался спокойным. Ни на децибел не повысился его голос, но почуяв опасность, Рита тут же осеклась.

– Ну уж нет, если Марго останется у тебя, то я тоже. Не брошу подругу! – сложив перед собой руки, Караулова зло уставилась на отражение Олега в зеркале. Тот в ответ только ухмыльнулся.

Спустя пятнадцать минут машина заехала в частный двор его владений. Олег открыл для меня дверь и помог выйти. Рита, не дождавшись Барского, выбралась из авто самостоятельно и схватив меня под руку, потеснила его в сторону, направляясь к дому.

– Олеж, мы точно не помешаем? – я все еще переживала. Не хотелось мне быть никому обузой, тем более одинокому мужчине. А если та девушка, что его ждет, обидится? Я не хочу мешать его личной жизни. Ему уже тридцать семь, а он еще ни разу не был женат…

Вместо ответа, он распахнул дверь и внимательно посмотрел на мня. В уголке глаз залегли морщинки.

– Левина, думаешь, я бы поехал к вам, если бы у меня было что-то важное? Ты же знаешь все сама…

Знаю. Как никто другой знаю этого мужчину. Он ведь на самом деле умеет отделять важное от ненужной ему шелухи. Олег тот, кто даже пальцем не пошевелит для чужого ему человека. Более того, Барский тот еще прагматик, сосредоточенный исключительно на карьере и деньгах, в чем и преуспел. А вот в личной жизни у него не ладится…

Вконец разозлившись и устав нас ждать, Рита, стоящая у меня за спиной, вздохнула и слегка подтолкнула меня в спину, заставляя пройти в дом.

– Оу, здрасьте! – по язвительному тону Карауловой я поняла, что девушка Олега не успела уйти до нашего прихода. Скинув с ног туфли, я осмотрелась.

Она стояла на пороге комнаты, в мужской футболке, с оголенными ногами и распущенными волосами. В ее руке был бокал с жидкостью янтарного цвета… и думалось мне, что это явно не чай.

– Ари, я же вызвал тебе такси… – устало проговорил Олег, проходя вперед. Он буквально загородил меня от девушки, так внимательно уставившейся на непрошенных гостей.

– А я решила, что подожду твоего возвращения и посмотрю, что у тебя за дела, – она пожала плечами и усмехнулась.

Я покраснела и обернулась к подруге. Та, словно наслаждаясь каждым мгновением происходящего, с гордо поднятым подбородком, прошла в дом.

– Хорошо, если нужно, я сам отвезу тебя… – голос Олега звучал немного устало. Чувствовалось напряжение между этими двумя.

– Нет, все в порядке. Я сейчас вызову такси…

Мне стало дико неудобно. И если бы не Рита, уже вошедшая в дом, я бы уехала. Просто вышла бы на улицу и вызвал бы такси.

– Марго! – раздался над головой тихий голос. Я подняла глаза. Олег смотрел на меня с тревогой.

– Все в порядке, проходи. Я сейчас освобожусь.

Отказываться было глупо, да и хотелось, чтобы ситуация поскорее разрешилась. Кивнув в ответ, я послушно прошла в дом.

Подруга уже вовсю хозяйничала в баре. Я устало опустилась на диван, и как только голова коснулась подушки, почувствовала, насколько сильно устала.

– Ты как? – Рита наполнила бокал одним из коллекционных коньяков Барского и предложила мне первой.

Со дня их ссоры, подруга впервые в доме у Олега, и всячески пыталась насолить ему.

– Мне хватит… Все равно это не помогает… – скривилась, зарываясь лицом в подушку.

Завибрировал телефон. На экране высветилось новое сообщение. Неизвестный номер, но судя по аватарке, по мне успела соскучиться любовница Паши…

Странно, но увидев ее фото, я не почувствовала ничего. В голове роились странные мысли. Интересно, откуда у нее мой номер телефона? Это Паша ей дал? Я почему-то представила то, как воровато озираясь, она тайно выискивает у Левина мои контакты.

Палец завис над голосовым сообщением.

– Кто это? – раздалось над ухом удивленное. Рита устроилась рядом.

Я включила воспроизведение и прибавила громкости.

– Марго, здравствуйте еще раз, – раздался в динамике тоненький голосок. Она звучала так, словно наивней и невинней девушки не сыскать на всем белом свете. После первой же ее фразы внутри поднялся настоящий ураган, но я старалась запихнуть все это как можно глубже.

– Сегодня произошла очень некрасивая ситуация, но на самом деле, это даже к лучшему… Так случилось, что мы с вашим мужем полюбили друг друга… Не знаю, в курсе ли вы, но мы вместе уже достаточно долго… около полугода… Вы не думайте, что он сволочь и гад, он очень переживал и долго сопротивлялся чувствам, но мы же все люди… так бывает. Я понимаю, что выгляжу в ваших газах врагом, но вы должны отпустить его, понимаете? Он не счастлив с вами, потому что любит меня… Я уверена, что как цивилизованные люди мы сможем решить…

Я не успела дослушать сообщение. Только и увидела как мужская рука забрала у меня телефон. Когда я подняла глаза, Олег успел выключить его и отбросить в сторону.

Он размывался перед глазами, из-за треклятых слез, заполонивших мой взор. Но даже так я смогла увидеть, как много злости сейчас было в его взгляде.

– Дай телефон…

Его грубый тон резанул, помогая сбросить то оцепенение, что не давало возможности двигаться и дышать.

– Я хочу услышать ее. К сожалению, эта девица – единственная, кто со мной честен.

Едкий тон моих слов разозлил его.

– Не нужна тебе эта правда, – в его голосе звучали стальные нотки

Выворачивающий мою душу наизнанку взгляд мужчины, заставил задрожать. Не в силах отвести от него глаза, я пыталась смахнуть упрямые слезы, норовившие сползти по лицу. И когда по правой щеке потекла тонкая дорожка, он скривился, резко подавшись вперед.

– Иди сюда.

Когда его руки прижали меня к крепкой мужской груди, я сломалась. Схватившись за ткань его футболки, я так громко зарыдала, как не позволяла себе никогда. В тот момент казалось, что земля разверзлась у меня под ногами. Я сгорала изнутри, и никто не был способен потушить это пожар.

– За что, Олег? За что он так со мной? Почему все так? Пятнадцать лет отношений… Ему не жалко ничего, неужели он так любит ее?

Барский отстранился немного, и забрав из рук напуганной Риты платок, вручил его мне. Я сжала его так сильно, словно в нем была та самая сука, решившая отобрать у меня мужа.

– Да не любит он ее… – проговорил устало, притягивая меня к себе. – Тебя он любит всегда любил, Марго…

– Тогда объясни, почему? Если любит, как вообще мог посмотреть на другую? А она говорит, что они вместе долго-о-о-о… – остатки предложения утонули в новой волне истерики.

– Да не слушай ты ее, – проговорил строго. – Она же видит, что все кончено у них. Ты узнала, теперь Паша на нее даже не посмотрит никогда, вот и пытается рассорить вас, чтобы не потерять…

– Чтобы не потерять? – с губ сорвался смешок. – Разве он меня не потерял? А?

Олег смотрел мне в глаза с такой тоской и печалью, что сердце сжалось.

– Не потерял, Марго, и ты не потеряла… И даже не вздумай разбивать свою семью, слышишь? Так устроены мужчины, для них секс на стороне не значит ничего, понимаешь? Запретный, бл8ть, плод… захотелось ему, вот и взял. Он ошибся, так бывает.

Меня так разозлили его слова, я поспешила отстраниться.

– Ошибся? Ошибся, когда секс был однократно, в состоянии, когда человек не в силах контролировать себя. Если бы она подсела к нему на корпоративе и воспользовалась его опьянением, а на утро он пришел в ужас от содеянного – вот, когда ошибка, Олеженька. Но не когда в течение полугода человек ведет двойную жизнь!

– Да кому ты что доказываешь, Марго? – не выдержала Рита. – Этот еще хуже! Баб как перчатки меняет…

Олег лишь усмехнулся и, поднявшись с дивана, приблизился к барной стойке, где устроилась подруга. С каждым шагом Барского лицо Карауловой все более мрачнело. Одно дело ерничать ему в ответ на расстоянии, и другое – разговаривать с Олегом вблизи и наедине. Нет, он никогда не поднимет руку на женщину, не станет сквернословить, но Барский может давить даже своим молчанием. У этого мужчины энергетика бывает настолько тяжелой, что одержать над ним победу в конфликте или споре не каждому дано. Возможно, поэтому ему нет равных в вопросах бизнеса.

Олег протянул руку мимо Риты к бару. Взял новенький бокал и бутылку «Хенесси». Сделав глоток алкоголя, поднял взгляд на Караулову, и к этому моменту уже не было злости в его глазах.

– Поэтому и меняю, Рит, – проговорил с печальной улыбкой. – Потому что той самой нет рядом. Я же ничего им не обещаю, и они мне. Так честней, ведь… Видеть как твоей женщине плохо, и знать что ты виной всему… – он перевел на меня взгляд. – Понимать, что разрушил семью и можешь ее потерять.... Поверь мне, Марго, у него сейчас сущий ад… Я ему не завидую…

Голубые глаза Барского были сейчас такими проникновенными, что мне стало не по себе. Я отвернулась.

– Но ты должна думать о детях. Ты должна помнить о том, как много он для тебя значит, о том, сколько всего ты прошла, чтобы быть с ним. Неужели, из-за какой-то продажной шкуры, ты готова оставить все?

– Оставлю я? – я рассмеялась – Предал он, а оставлю я? Олег, тебе легко говорить, ты не знаешь, что я чувствую… ты его друг, и всегда за него горой.

Барский посмотрел на меня так, словно я в его глазах самая настоящая дура. Выпив залпом содержимое бокала, с громким стуком поставил его на стол.

– Не знаешь, Марго. Никогда не знала, и почему-то ничего не видишь в упор, всю жизнь… – устало потер виски и размял шею.

– Ложитесь, девочки, спать. Завтра будем думать обо всем, а в пьяную голову только злость лезет.

***

– Марго… – протянула шепотом Рита. Я распахнула глаза и уставилась в темноту.

– Чего?

– Ты как?

Среди черных красок ночной комнаты, смогла различить еле видимый силуэт подруги. Она приподнялась на локтях и пыталась рассмотреть в моем лице хоть какие-то эмоции.

Я была в полном оцепенении. Посттравматический шок или состояние сродни контузии… когда голову стягивает глухотой, и ты не можешь ориентироваться в пространстве…

Также и я… Кроме усталости и понимания, что моя жизнь уже никогда не будет прежней, я не чувствовала ничего.

– Все хорошо, – соврала, не раздумывая.

– Ага, ври больше… – обиженно проворчала подруга. – Нужно выговаривать эмоции, понимаешь? Только так будет легче пережить…

– Угу, – я закуталась посильнее в одеяло, пододеяльник пах цветочным кондиционером, и был таким мягким и уютным… У Олега во всем так, начиная от продуктов питания, заканчивая сотрудниками – все наивысшего качества. Я даже подумала о том, чтобы дождаться завтра его домработницу и спросить название кондиционера.

– Ты не угукай, а поверь мне… И вообще, могла хоть для вида послушать меня. Я ради тебя на такие жертвы иду! Представить только, ночую в доме у этого прощелыги и бабника!

Я засмеялась. То, с какой обидой ворчала на Барского Рита, была так мило! Учитывая тот факт, что подруга не имеет привычки злиться на кого бы то ни было дольше пары часов, а в случае с Олегом, Караулову словно заклинило.

– Ритуль, вы даже не встречались никогда. Ну, пара свиданий было, да и то, лет шесть назад. С чего столько эмоций? Любишь?

Я засмеялась, когда в меня прилетело подушкой.

– Еще раз сболтнешь такую ерунду, покусаю, ясно тебе?!

– Ей богу, тебе словно семнадцать лет.

Рита шумно выдохнула, устроившись на подушках и сложив на груди руки.

– В том то и дело, что уже не семнадцать, а тридцать пять! И я насквозь вижу этого нахала… И ведь сколько лет у него получается водить женщин за нос!

– Не знаю, Рит… Не стану его защищать… Сейчас я зла на весь мужской род!

Рита повернулась ко мне. Теперь, когда глаза привыкли к темноте, я могла детально рассмотреть ее строгое выражение лица.

– Ты заслуживаешь самого лучшего мужчины, Марго. Ты невероятно красива, ты лучшая жена, мать и подруга! И знай, что я в любом случае с тобой. Помиришься ты с Пашей или разойдешься… я и в огонь, и в воду за тобой, ясно?

Я улыбнулась. На глазах выступили слезы.

– Я тоже тебя люблю, тезка…

***

Я так и не уснула. Ни спустя час, ни спустя два. Телефон мне Олег так и не отдал, и все что я могла делать – пялиться в потолок, и утопать все глубже в безрадостных мыслях.

Я собиралась подать на развод… Понимала, что будет сложно мне одной с двумя детьми. Зная его родителей, уверена, что помощи особо не будет, да и не тешила себя иллюзиями, думая о том, что Паша долго будет бегать за мной, уговаривая вернуться…

Мне было больно за детей, за то, что их мир расколется на две части… Но я просто не знала, как остаться с ним… Как ложится с Левиным в одну постель, после его предательства.

Стоило мне закрыть глаза, воспоминания возвращали меня в тот ресторан, и я снова и снова видела то, что навсегда предпочла бы забыть. Его смуглые руки, исчерченные дорожками вен, его длинные идеальные пальцы, что так трепетно держат ее тоненькую белоснежную руку.

Я вспоминала наше первое с ним свидание, вспомнила момент, когда я поняла, что люблю этого мужчину… Это был момент, когда он точно так же взял меня за руку… Было тепло, мы сидели на набережной, и я смотрела на свою тоненькую ладонь, лежащую в его широкой, смотрела на красивые фаланги его пальцев и чувствовала, как трепещет мое сердце в груди…

– Сдохли бабочки… – прошептала сдавленно, пережидая новый поток слез.

Отбросив одеяло, поднялась с кровати. Было невыносимо жарко, сердце клокотало на уровне горла. Распухнув окно, вдохнула прохладный воздух, только должного облегчения я так и не получила.

Рита крепко спала. Настенные часы гостевой комнаты показывали шесть утра. Больше не осталось сил на попытки заставить себя уснуть.

Одевшись, и прикрыв за собой дверь, я спустилась на первый этаж. Он был темным и пустым, таким же безжизненным, как и мое внутреннее состояние. Кофе машина стояла в самом углу комнаты. Несколько минут потребовалось на поиски кофейной чашки. Десятки ящиков, и все заставлено не тем, что мне было необходимо. Кухня была невозможно огромной для холостяка.

– И зачем ему столько посуды, если живет один?! – проговорила со вздохом, ставя чашку. Мои пальцы никак не могли справиться с кнопкой включения, она просто не хотела нажиматься. И когда я уже хотела сдаться и отказаться от утреннего кофеина, мою ладонь накрыла горячая мужская…

– Я просто все еще надеюсь, что и в моем доме появится та самая… – прозвучал хриплый спросонья голос у самого уха. Я вздрогнула и поспешила выпутаться из его рук. Олег нажал кнопку включения и машинка загудела.

Мужчина ни на секунду не отводил от меня глаз.

– И мой дом обязательно будет полон детей.

Глава 9

– Я не голодная, и кусок в горло не лезет, – я посмотрела на него умоляюще, когда Олег поставил передо мной блюдо с горячими сырниками.

– Не хочешь, не ешь. Я же не заставляю, – мужчина опустился в кресло и кивнул на горячую чашку с ароматным напитком, ожидающую меня уже минут пять.

– Кофе остыло? Новый сделать?

Я покачала головой, обхватывая ладонями чашку. Приятное тепло разливалось по телу, приводя в чувства.

– Просто посиди со мной немного, если несложно. Ни на мгновение глаз не сомкнула…

Взгляд Олега потяжелел.

– Громкие мысли?

Я кивнула.

– Мой телефон. Когда ты собираешься его отдать?

Барский засмеялся, делая глоток кофе.

– Я-то думал, когда скандалить начнешь по этому поводу…

Едва коснувшись этой темы, словно разрешение дала на всю ту боль, что накатила с новой силой. Прикрыла глаза, выдыхая.

– Ты же видел ее, она красивая… Не хочу унижаться и разбираться в этом. Человек полюбил другую, более молодую, чем-то завлекшую его…

Я не смотрела на него, когда говорила. Мой взгляд был устремлен куда угодно, только не на Барского.

– Ты себя в зеркало видела, женщина? Губы свои видела? А глаза? Забыла, как выглядишь, так пойди, посмотрись, – его голос звучал с нажимом, с некой долей обиды. От удивления я подняла на него глаза.

Олег смотрел на меня в упор, и даже тени улыбки не промелькнуло на его лице.

– Да будь она хоть королевой красоты, никогда не сравнится с тобой, Марго. И это полнейшая чушь… все, что ты сейчас сказала…

На глаза набежали слезы. Я отвернулась, стараясь смахнуть их незаметно и не выглядеть еще более жалко в его глазах. Я была благодарна Олегу за поддержку.

Весь наш завтрак я чувствовала себя словно на иголках. А он был абсолютно спокоен. Продолжал неспешно пить кофе, время от времени отвечая на чьи-то сообщения.

Я же была растеряна.

Олег никогда не делал мне комплименты. На протяжении всего времени нашего общения он был в первую очередь другом Паши. Смотрел на меня как на жену Левина, и не более. Да и сейчас я знала, что его слова были сказаны от всего дружеского сердца. Но в данный момент, я чувствовала, что в его фразе спрятано намного больше, чем дружба.

Ужаснувшись собственным мыслям, поспешила отогнать их прочь.

– Что мне делать? Как поступить?

Олег не сводил с меня задумчивого взгляда.

– Если нужен мой совет, вот он, – подавшись вперед, он накрыл мою ладонь своей. – Переболеть, наказать его, чтобы знал, как ему будет плохо, если вдруг решит снова так сделать…

О том, чтобы простить мужа, я даже подумать не могла. При одной лишь мысли в груди такая злость поднималась!

Со второго этажа послышался стук. Звук захлопываемой двери и шум воды в душе. Мы оба посмотрели наверх.

– Ритка злится на тебе еще, – проговорила задумчиво.

Олег усмехнулся, отводя взгляд к окну.

– Твоя тезка просто не может принять тот факт, что мы с ней слишком разные…

Я поспешила исправить его.

– Не так. Ты не захотел с ней отношений, а она хотела… очень… Ты обидел ее отказом.

Барский пожал печами.

– Если обижаться так часто, не хватит здоровья… Знаешь, сколько раз меня посылали на хрен?

Я рассмеялась.

– Тебя? Да ладно… Бизнесмен, миллионер, красавчик, и посылали?

Его довольная улыбка, и морщинки в уголках глаз смущали меня.

– Что не так?

– Красавчик… – протянул довольно. – Я рад, что ты это заметила…

Я рассмеялась.

– Дурак ты, Барский.

Прикрыла глаза на мгновение. В груди все сжалось так, что плакать захотелось.

– Олеж… что мне делать? А?

Почувствовала на своем плече его ладонь.

– Ждать, котей… Время все на свои места расставит… Только не спеши с решением…

– Но ведь я не смогу забыть этого… Как можно простить предательство?

– Все забывается и все прощается. Любовь не знает принципов и правил. Безусловная любовь способна исцелять.

Его слова раздражали.

– Как странно от такого бабника слышать подобные речи, – шикнула, отстраняясь.

Но Олега ничуть не смутила моя реакция.

– Да я тут не причем, – усмехнулся. – Я же знаю, как сильно он любит тебя, и как сильно любил всю жизнь. Вспомни, как морду мне чистить хотел, когда я тебя на свидание позвал?

– Это было лет тринадцать назад! И тогда мы с Пашкой расстались на время. Кстати, именно я ушла от него.

– Ты, может, и ушла, а он не собирался тебя отпускать.

Олег наклонился, и сейчас я ощущала кожей его дыхание.

– Марго, он всю жизнь только тебя и видит. Всю жизнь только ты для него была важна…

– Теперь, выходит все не так, – горькая усмешка сорвалась с губ.

– И теперь также… – не раздумывая, парировал Олег. – Пойми, должность, власть – это все меняет человека. Уж я-то знаю… Пашка поддался искушению, но он ведь опомнился и пожалел о содеянном.

– Он сегодня вечером дарил ей кольцо за триста тысяч, Олег! И думал, как свалить с моего дня рождения. Опомнился? – я обернулась и зло посмотрела на него.

– Я не защищаю его, он должен понести наказание… Месяц, два, год, или больше – пусть добивается тебя заново, пусть доказывает, что он достоин тебя. Я прошу тебя не отказываться от него, не рушить семью. Подумай о детях…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.