# Отель желаний. Все оплачено

Мара Шэри

Путаница в чувствах и сложные отношения с соперником, а также собственные внутренние конфликты приводят к неожиданным поворотам событий. в эротическо-детективной истории Тони Крамб вынужден столкнуться не только с внешними противниками, но и с собственными демонами прошлого.

"Все оплачено" – это захватывающая и напряженная история, где исследуются не только темные уголки человеческой души, но и неожиданные силы, которые могут возникнуть в результате столкновения страсти, амбиций и мести.

Отель желаний. Всё оплачено.


Он сразу заметил её, сияющую посреди хрустального освещения ночного вестибюля. Она сделала вид, что совсем не обратила внимания на появление из лифта одинокого мужчины.

Отражая в блестящем полуоткрытом платье огни десятка светильников, с высокой причёской из изящных светлых локонов, она стояла неподалеку от ресторана. На первый взгляд, все, что молодая женщина сейчас являла собой – очаровательная лёгкость и доступность… но нет: изысканный профиль, прямой нос, спокойный чувственный рот – все это не оставляло места для вульгарности. Шея, декольте, руки, колени – во всём сквозили лоск и безупречный уход.

М-да, вот так штучка. Такие дамочки не в правилах Тони, но эта совершенно точно в его вкусе.

Портье легким поклоном поприветствовал постояльца и направился к девушке. Спросив ее о чем-то, после недолгого раздумья дал утвердительный ответ и вернулся обратно за стойку администратора.

Как же Тони завидовал счастливчику! Ему тоже захотелось вблизи ощутить теплый аромат девушки и рассмотреть ее внимательно, как диковинный экспонат. Увы, все, что он смог себе позволить – это почтенный кивок головой, проходя мимо. Та окинула мужчину средних лет в хорошем, но устаревшем костюме мимолетным взглядом и отстраненно принялась постукивать носком правой туфельки за каблуком левой. Она даже отметила его рубашку провинциального цвета топленого молока.

Тони успел заметить, как ее высокая грудь начала подрагивала в такт легким ударам. Хороша! Чертовски хороша!

Ну конечно, кошка прекрасно почувствовала его пристальное к себе внимание. Но все, что выдало в ней кошку – едва заметное волнение тонких ноздрей.

Пройдя в ресторан и устроившись за крайним столиком поближе к входу, он продолжил наблюдение через стекло двери. Ему показалось или она действительно заметила его и грациозная смена постукивания правой ножкой на левую была посвящена именно Тони? Тук, тук, тук. Так, так, так. А ему стало казаться, что теперь звук отсчитывает его собственное время: тик – так, тик – так…


Тяжелая уличная дверь открылась, и в вестибюль зашел мужчина. Кошка остановила изящный та-там, но тут же продолжила дальше.

Отчего-то не было сомнений, что у того другого хватит смелости сделать шаг и взять этот приз. Тони пришлось немного сместиться, чтобы ничего не упустить из виду. Ну точно! Не прошло и трех минут, как неопознанный господин уже шептал что-то на ушко его кошке, а та пожимала плечиком и нежно улыбалась от причиненной его бородой щекотки.

Вот они вошли сюда же, в ресторан, но предпочли барную стойку. Значит, надолго задерживаться не планируют. Как же хотелось увидеть лицо того, кто смог так вот запросто с его нечаянной фантазией, несбыточной мечтой сидеть на высоких барных стульях, смотреть на ее запястья, наблюдать, как алкоголь из тонкого фужера перетекает в ее восхитительный рот.

Еще немного подвинуться…

О нет! Сердце оборвалось. Не может этого быть! Соперник со времен студенчества! Марк Флойд! Хорош! Все так же хорош и даже еще лучше! Улыбается, очаровывает. Выскочка!

Марк, смеясь чему-то тихо сказанному кошкой, еще раз поднял руку, подзывая бармена. Тот подошел, принял деньги по счету, и Флойд быстро исчез в сторону уборной.

В этот момент решалось все. Другого случая для реванша не будет. Он вскочил из-за столика и бросился к тихо сидящей кошке.

– Мадам! Прошу вас! Двойная цена! Умоляю, пойдемте со мной сейчас же!

Она повернула к нему красивую голову, и он утонул в серых глазах.

Цена уже не имела значения, как и перестал что-либо значить все еще не забытый реванш. В ее взгляде разочарование, удивление и нескрываемое презрение. Ну конечно, почему медлил, зачем тянул? И теперь, умоляя, ставит ее в неловкое положение.

– Простите, но вечер уже оплачен.

– Я верну, компенсирую! Вам же будет еще лучше!

– Я не работаю по таким принципам. Если вы приличный мужчина, оставьте эту идею. Или отложите ее на другое время.

Дверь уборной открылась, и Марк Флойд, сияющий и холеный, с недоумением уставился на развернувшуюся сцену у бара. А еще через секунду, вглядевшись во второе действующее лицо, он взмахивает руками.