Леди Найт
Отец подруги. Порочная страсть

Глава 1. Кристина

– Что здесь происходит? – мужской, зычный голос разрезал помещение надвое, рассёк, как лезвием острого меча. – Карина!?

Душа ушла в пятки от страха и предчувствия неприятностей. Я застыла, едва не выронив стакан с коньяком, и повернула голову к двери – именно оттуда шёл звук. На пороге стоял высокий, широкоплечий мужчина. Взрослый. Деловой костюм сидел на нём, как влитой. Часы на запястье блеснули в полумраке. Суровое лицо, обрамлённое аккуратной, ухоженной бородкой и пронзительный взгляд глубоко посаженных глаз. Мужчина был невероятно красив и притягателен, но не это заставило меня напрячься и перестать дышать.

С ног сбивала не его мужественная красота, а энергетика. Она была почти осязаема. Мужчина ещё толком не вошёл в помещение, а внутри комнаты уже стало тесно и нечем дышать. Его образ завораживал, подавляя вместе с тем. Страшно, но глаз отвести нет сил, будто он заколдовал меня одним взглядом.

– Папа? – радостно вскочила с дивана Карина. – Привет! Мы просто отдыхаем с подругой. Отмечаем сдачу экзамена.

Боже! Это её отец? С ума сойти можно!

Мужчина подошёл ближе, двигаясь с завидной грацией, и теперь я могла видеть морщинки вокруг его глаз, выдающие его возраст.

– Пьёте? – озвучил очевидное мужчина. – Мой коллекционный коньяк! Кажется, я просил тебя не прикасаться к моему алкоголю, Карина!

– Пап, прости! Я взяла первую попавшуюся бутылку. Мы с Кристиной выпили всего чуть-чуть, для настроения! Крис, познакомься. Это мой папа Давид Андреевич.

Карина была сейчас похожа на провинившегося ребёнка. Мне тоже стало неловко за эту ситуацию. Нестерпимо захотелось исчезнуть отсюда и оказаться за тысячу километров от этого грозного мужчины.

– Кристина, значит? – прищурился Давид Андреевич, с пристрастием рассматривая меня с головы до ног, будто сканируя. Мне стало неуютно от его оценивающего взгляда. Он смотрел на меня не как на подружку нашкодившей дочери, а как на женщину – оценивающе, с интересом. – Вам пора, барышня! – вынес вердикт он, видимо, я его не впечатлила.

– Но, папа! Кристина только пришла! Я пригласила её с ночёвкой! Мы три часа теперь будем ждать такси!

– Ничего страшного, Карин! Приятно было познакомиться, Давид Андреевич! – дрогнувшим голосом промямлила я и подхватила с дивана свой рюкзак.

– Я отвезу твою подругу! – прозвучало как приказ.

– В этом нет необходимости. Я сама доберусь, – замотала я головой.

Мне совершенно не улыбалось ехать в машине с этим мужиком. Мы ничего плохого с Кариной не сделали, но мне было отчего-то ужасно стыдно. Лучше я пешком пойду до общаги.

– Я сказал, отвезу! – не отрезал, отрубил Давид Андреевич, отбирая у меня рюкзак.

Я вопросительно посмотрела на подругу, но та лишь скорчила недовольную рожицу. С этим мужиком не стоит спорить – вот что я поняла.

Карина проводила меня до дверей их особняка и обняла на прощание. Давид Андреевич глаз с нас не спускал, раздражённо дожидаясь, пока мы попрощаемся.

– Извини, Крис, – шепнула мне подруга. – Папа не в настроении.

Я уже это заметила, поэтому предчувствие не самой приятной поездки меня не отпускало.

– Да ладно, забей, – успокоила, как могла, Карину.

Мужчина открыл для меня входную дверь, намекая, что мне пора выметаться. До его чёрного внедорожника, больше походящего на танк, мы шли молча. Он снял машину с сигнализации, открыл для меня дверь и подал рюкзак, когда я неуклюже вскарабкалась на сиденье и наконец-то уселась.

Ладони вспотели от волнения, пока я возилась с ремнём безопасности, а когда за руль уселся Давид Андреевич, я вообще дышать перестала. Выглядел он грозным и очень недовольным.

Я понимала, что этот мужчина мне никто, просто отец подруги, которому не понравилось то, что пью его дорогущий коньяк у него дома, но почему-то чувствовала себя не в своей тарелке.

– Куда тебе, Кристина? – уткнувшись в навигатор, спросил мужчина. Я назвала адрес, и он вбил его в меню. – Общага, что ли? – презрительно хмыкнул он. – Девочка с периферии?

– Да, я не местная, – почувствовав себя какой-то ущербной, гордо ответила я.

– Да по тебе видно, – добавил Давид Андреевич, и это уже прозвучало, как открытая издёвка.

Некоторое время мы ехали молча. Я искоса поглядывала на мужчину, уверенно держащего руль, и думала о том, что скорее бы мы доехали до общаги. Даже находиться с ним рядом было неприятно.

– На что ты живёшь, Кристина? – неожиданно спросил Давид Андреевич.

– Родители помогают, стипендия у меня повышенная, плюс я пишу рефераты и дипломы для однокурсников, – честно ответила я.

– Ясно, – рассмеялся он.

– А зачем вы спрашиваете? – смутилась я ещё сильнее.

– Да так… Хочешь денег заработать?

– Ну, вообще да. Они ведь лишними не бывают? – безо всякой задней мысли ответила я.

– Совершенно верно. Сколько за ночь возьмёшь?

– Что? – задохнувшись от смущения, переспросила я. – Я не понимаю…

– Да всё ты понимаешь, Кристиночка, – в этот момент Давид Андреевич положил мне руку на бедро и повёл ею вверх, собирая подол платья. В полнейшей растерянности я перевела взгляд с его руки на лицо. А там такой взгляд, будто сам дьявол на меня смотрит, облизываясь. – Ты мне понравилась, девочка. Ты же не дура? Давай без "я не такая"?

Глава 2. Кристина

Меня накрыло паникой и злостью. Он меня трахнуть хочет? Этот страшный мужчина?

И ведь трахнет, – пронеслось в голове.

Казалось, для Давида Андреевича не существовало запретов и невозможного. Я почувствовала себя маленькой мышкой, которую кот хочет сожрать, в которую он уже вцепился всеми четырьмя лапами и зубами. И мне уже никуда не деться.

Моё платье перестало быть скромным. Оно теперь было слишком тонким, чересчур коротким, а отсутствие на мне лифчика стало чем-то постыдным.

– Остановите машину! – истошно заорала я, отпихивая руку наглеца от своего бедра. – Выпустите меня!

– Да не ори ты! – рявкнул Давид Андреевич, но руку убрал, дав мне вздохнуть. – Сейчас остановлю!

Он свернул в какую-то тёмную подворотню и заглушил машину. Меня всю трясло, как в лихорадке, когда я заметила, что он отстегнул ремень безопасности, как будто задумал что-то нехорошее. Может, он хочет выйти и открыть для меня дверь?

Не тут-то было!

Мужчина наклонился ко мне, обдавая тяжёлым, резким запахом своего одеколона и схватил меня за шею.

– Ну, ты чего, маленькая? Испугалась, что ли? Я буду ласковым!

Я вжалась в сиденье, забыв, как дышать. Маньяк какой-то! А с виду солидный мужчина, бизнесмен. Впрочем, что я знаю о маньяках?

Давид Андреевич шумно обнюхал мою шею и волосы, царапая меня бородой. Его рука спустилась ниже и сжала грудь.

– Девочка моя, – перешёл на шёпот, который звучал порочно и томно. – Сколько ты хочешь, только скажи. Сладкая Кристина…

Я хотела заорать, но голос как будто пропал. Вместо этого из меня вышел какой-то жалкий писк, когда я начала трепыхаться, пытаясь вырваться. Ремень безопасности и стальная хватка мужчины не позволяли мне освободиться.

– Хватит выёбываться! – прорычал Давид Андреевич. – Сто тысяч дам. Наличкой!

Он смял мои губы жадным поцелуем, притянув мою голову за волосы. Второй рукой бесстыже шарил под платьем, пытаясь залезть ко мне в трусики. Я извивалась, как змея на сковородке, только поэтому у мужчины не получалось добраться до моих складочек.

Горячий язык таранил мой рот властно и низменно. В какой-то момент я извернулась и цапнула Давида Андреевича за губу. Сжала зубы с такой силой, что почувствовала вкус его крови. Он дёрнулся и отпрянул, зажимая ладонью рот.

– Вот сука! – злобно протянул он, будто не веря в произошедшее.

Мне удалось отстегнуть ремень. Бежать! Бежать, не оглядываясь!

Я задёргала ручку на двери, но на дверях стояла блокировка.

– Выпустите меня! Откройте дверь! – снова заверещала я, да так, что едва сама не оглохла от собственного крика.

– Сломаешь сейчас! Оставь в покое дверь! А ты горячая, Кристина! Люблю таких, – он слизнул кровь с губы, бешено сверкая глазами. Моя борьба только сильнее его раззадорила. – Теперь точно выдеру, стерва!

– Отпустите меня, пожалуйста! – уже умоляла, чувствуя, как обжигающие слёзы заливают лицо.

– Да что с тобой, Кристина? – удивился Давид Андреевич. – Сотки мало? Ладно…

Сквозь пелену слёз я смотрела, как он открывает бардачок и достаёт оттуда деньги. Две пачки новеньких купюр. Мужчина протянул их мне, снова придвинувшись вплотную.

– Тут двести, – сообщил он, снова слизнув кровь с губы. Медленно провёл деньгами по моему голому плечу. – Не хочешь циркуль раздвигать, просто отсоси мне. Меня давно от тёлок так не пёрло. Ты же понимаешь, что я тебя уже не выпущу? Давай по-хорошему?

– Я на вас заявление напишу, – всхлипнула я. – В полицию.

– Серьёзно? – от души рассмеялся Давид Андреевич.

Зря я это сказала. Теперь он меня не просто изнасилует, а потом убьёт ещё. И мой труп никогда не найдут.

– Пожалуйста, отпустите. Я ещё ни с кем… Я девственница! – в отчаяние сказала я, как будто это могло остановить разъярённого мужика.

– О-о-о… Ну, хорош заливать, Кристина! Знаю я таких девственниц. А ты умеешь цену набивать. Профессионалка? Полмульта устроит? За отсос? Полчаса и ты свободна. Где ты, сучка жадная, ещё столько заработаешь за полчаса?

Меня ещё никогда так не унижали и не запугивали, но я всё равно не могла поддаться на уговоры Давида Андреевича. Если сейчас соглашусь, как я потом Карине в глаза смотреть буду? Это же её отец! Я не шлюха. Пусть лучше убьёт!

– Ладно, актриска дешёвая! Достала ты меня уже. Думаешь, уговаривать буду? – снова разошёлся Давид Андреевич. – И не таких упёртых загибал! Дочка с кем только не водилась!

– Я всё Карине расскажу! Она знает, что вы к её подругам пристаёте?

Не знаю, на что я рассчитывала, бросая эту угрозу, но мужчина неожиданно бросил деньги на панель и завёл мотор.

– Куда вы меня везёте? Отпустите!

– В общагу твою вонючую! – выплюнул Давид Андреевич, снова выезжая на дорогу. – Чтобы я тебя больше не видел рядом со своей дочерью. Не подходи к ней, не разговаривай, даже не смотри на неё! Ты поняла меня, Кристиночка?

– Да, – судорожно вздохнула, видя, что мы движемся в направлении моего общежития.

Больше я не проронила ни слова, боясь вновь прогневить чокнутого мужчину. Только бы отпустил! Молилась оставшийся отрезок пути, вцепившись в свой рюкзачок.

Наконец, мы подъехали к воротам общежития и Давид Андреевич разблокировал двери. Не теряя ни секунды, я дёрнула ручку.

– Стой! – окликнул меня мужчина, схватив за рюкзак, и у меня душа в пятки ушла. – На, возьми за моральный ущерб! – снова протянул мне деньги. Я не брала, тогда он сунул их мне в рюкзак. – Я просто пошутил, Кристиночка. Так что держи язык за зубами!

Я выскочила в приоткрытую дверь, почувствовав, что спасена. Дрожащей рукой нащупала в рюкзаке взятку Самойлова, вытащила обратно и швырнула в него.

– Себе оставь, козёл! – осмелев крикнула я Давиду Андреевичу. – Голову подлечишь!

Захлопнув дверь, я бросилась к общаге. Бежала, не оглядываясь. Слышала только, как взревела машина Самойлова, резко сорвавшись с места.

Только забежав внутрь здания, где были другие люди, я перевела дух. Но и тут я не чувствовала себя в безопасности. Что, если Давид Андреевич захочет мне отомстить?

Глава 3. Давид

Вот же дрянь такая!

Откинув козырёк, я оглядел прокушенную сучкой губу. Она распухла и жутко саднила, стоило дотронуться языком. Как я, блять, в офисе завтра в таком виде появлюсь? А Ларисе что скажу?

Впрочем, похуй на Ларису, я ей в верности не клялся. Начнёт верещать, выставлю с чемоданами на хер из дома. Заебала!

Все заебали!

Гнал по дороге, как угорелый – до того меня трясло от девки этой бешеной. На пассажирском сиденье лежали деньги, которые были еще более худшим напоминанием того, как меня отбрили. Как пацанёнка сопливого.

Ничего, я ещё устрою этой стерве! Займусь ею плотнячком. Во все щели выебу! Теперь точно выебу! В лепёшку расшибусь, но отымею эту козу.

От предвкушения рвёт к херам ширинку. Зацепила меня эта девица. Ох, зацепила! Прям за яйца поймала, мисс невинность.

Девственница она. Аж смешно, сука.

Сбавив скорость, достал мобилу и набрал своего безопасника. Озадачил его пробить эту Кристину по всем фронтам. Получу досье на неё, тогда будет понятно, с какого бока к ней хуй пристроить.

Я всех подруг Карины проверял. Без исключения. Ни одна мандавошка пока проверку не прошла. Все велись на деньги, абсолютно все. Кого-то я выебал по отлаженной схеме, кому-то просто за щеку напихал, а были и настолько конченные, что я просто от них деньгами откупился.

Моя дочь выросла наивной и чересчур общительной девушкой. Она слишком очаровывается каждым новым знакомым, чтобы понять, что за человек перед ней. Вот всякие проходимки ею и пользуются. Видят, что девочка богатая, присасываются к ней, как пиявки и начинают деньги из неё тянуть. И я просто поражаюсь иной раз её доброте и щедрости. Ей всегда всех жалко.

А мне никого. Я этих алчных тварей насквозь вижу.

И Кристина из того же теста. Поняла, что я её раскусил, вот и начала выделываться. Если не дура, к Карине больше не сунется со своей "дружбой".

Приехав домой первым делом зашёл к дочке в комнату. Надо было с ней поговорить прежде, чем Кристина ей на меня настучит. Если уже не настучала. Не хотел выглядеть в глазах дочери похотливым кобелём. Некоторых вещей ей лучше не знать. Например, куда делись её прошлые подруги.

– Пап, ты отвёз Кристину? Всё хорошо? – Карина отложила свой айфон и вскочила с кровати. Переживает за подружайку, дурёха? Похоже, не успела Кристина наябедничать. Это хорошо. – Что у тебя с губой?

– Дверь в машине неудачно закрыл, – ляпнул первое, что в голову пришло. Хорошая легенда, кстати. И для Ларисы сгодится. – Да, доченька, отвёз. Всё хорошо. Хотел поговорить с тобой по поводу Кристины как раз. Мне кажется, она неподходящая кандидатура для твоей подруги.

– А-а! Опять ты за своё! – закатила глаза Карина. – Это потому что мы взяли твой коньяк? Я же извинилась?

– И поэтому тоже. Пьющая девушка – не лучшая компания для тебя.

– Пап, пьющая девушка – это я. Кристина не хотела пить спиртное. Я её уговорила. Мы были дома, нигде не шлялись. Ладно, я тогда по клубам буду ходить, раз дома выпить нельзя.

– Карина! – одёрнул я дочь. В чём-то она была права, но я из принципа был готов с ней спорить до последнего. – Клубы тоже не лучшее место для такой девушки, как ты.

– Для какой, пап? Хватит меня пасти! Мне уже двадцать, а не двенадцать! Со мной и так дружить никто не хочет, потому что ты меня никуда не пускаешь!

– Окончи университет сначала, потом будешь гулять!

– Я и так учусь на отлично. Я девственница до сих пор. Что тебе ещё от меня надо?

От слова "девственница" в паху резануло. Оно мне снова напомнило о Кристине.

– А подруга твоя, Кристина эта? Тоже девственница?

– Да, папа. Почему ты спрашиваешь?

Она и дочке моей лапши навешала. Ты смотри какая гадина!

– Да просто… Не хочу, чтобы вы дружили. Она не та, за кого себя выдаёт. Я запрещаю тебе с ней общаться.

– Пап, ты чего? – возмутилась Карина. – Кристина добрая, скромная… Это потому, что она из бедной семьи?

– Поэтому тоже.

– Мне не нравятся девочки из нашего круга. Они все мажорки тупорылые. А Кристина, она… Настоящая. Ты не можешь запретить мне дружить с ней.

– Конечно, могу!

– Ты обещал взять Кристину на практику в свою фирму вместе со мной. Ты что забыл?

– Разве? – удивился я. Вроде бы было что-то такое. – Скажи, что я передумал. Место только одно.

– Да что с тобой, папа? – расплакалась Карина. – Как я теперь скажу об этом Кристине? До практики две недели осталось. Где она найдёт себе другое место за такое короткое время? Она на меня рассчитывала. Получается, я её подвела?

Конечно, рассчитывала. Жопу в тёпленькое местечко пристроить надеялась. Ну, вот я и выяснил причину дружбы Кристины с моей дочерью.

– Переживёт твоя Кристина. Ничего с ней не сделается.

– Я всё равно буду с ней общаться! – заупрямилась Карина.

Первый раз поперёк моего слова попёрла. Вот к чему приводит дружба хуй пойми с кем. Настроила собственную дочь против меня, коварная стерва.

– Хорошо, Карина, – развёл руками. – Раз ты считаешь себя достаточно взрослой, чтобы самостоятельно выбирать друзей, я лишаю тебя карманных денег.

– Ты меня шантажируешь? Ясно! А знаешь, что, папочка! Лишай! Я тогда устроюсь на работу! Я тебе не Лариса твоя! Ты меня не купишь!

– Ах, тебе ещё и Лариса не угодила? – разошёлся я. Моя любовница и дочь ненавидели друг друга лютой ненавистью. Ревность – ничего более, я привык, что они тянут меня каждая в свою сторону, но сейчас прям выбесило. – Тогда и в отпуск мы тебя с собой не берём, чтобы тебя не нервировать своим счастьем! – добавил я.

– Счастьем? – усмехнулась сквозь слёзы дочка. – Каким счастьем? Разве ты счастлив с этой змеёй? Мне-то не ври! Я тогда на каникулы с Кристиной поеду к её родителям. Они меня пригласили. Договорились, папочка!

Мой характер! Упёртая! Даже не знаю, гордиться ею, что свою точку зрения отстояла, или в угол поставить? Слишком взрослая в углу стоять. Раньше надо было воспитывать.

Ладно, посмотрим, как Карина запоёт, когда на её карточке баблишко закончится. Я на всех управу найду!

Глава 4. Давид

Поругавшись с дочкой, я уединился в кабинете и налил себе виски. Сел в кресло и смотрел невидящим взглядом в окно. Уже стемнело, и я думал о том, чем сейчас занимается Кристина. Наверняка она переоделась, придя в свою комнату? В чём она спит? В пижаме с котиками или кружевной сорочке? Вряд ли голенькая. Перед соседками по комнате нагишом не побегаешь.

Пальцы фантомно ощущали упругость грудок Кристины и тепло её простых хлопковых трусиков. Умеет заинтриговать, зараза! В дешманских трусах и без лифчика. В этом что-то есть.

Я пытался не думать о девчонке, но она прочно засела в моей голове. И запах мне её зашёл. Аромат свежести и чистоты, как снег зимой. В натуре, как целка.

Впрочем, я уже и забыл, как пахнут целки. Мать Карины была девственницей. Боже, как же я любил Наташу. До исступления любил, до хруста в рёбрах. Карине было девять, когда она умерла. И я вместе с ней. Не весь, но какую-то часть меня закопали в тот день вместе с её гробом.

Если бы не дочь, которую я люблю больше жизни, я бы наверное, лёг на могилу жены и остался на том кладбище навсегда. Наташа умоляла меня перед смертью позаботиться о плоде нашей огромной любви. Вот я и забочусь, как могу.

Может, я не лучший отец, не идеальный, но зато наша девочка здорова, обеспечена, учится на отлично, девственница до сих пор. Пусть ею и остаётся. Зубы хрустят, стоит представить, как какой-то прыщавый недоносок свой хуй к моей Карине пристраивает.

– Дорогой, можно к тебе? – заглядывает в кабинет Лариса.

Кого мне хочется видеть меньше всего, так это её. Не то чтобы она мне надоела…

Впрочем, день был напряжённым. Пусть поможет сбросить напряжение.

– Да, конечно, малышка, заходи, – пытаюсь быть ласковым.

Лариса заходит в кабинет, и я любуюсь своей кошечкой. Высокая, подтянутая, сочная! Ларисе всего тридцать. Выглядит она всегда потрясающе. Её женственности хватит на троих. Лариса фанатка брендовых шмоток и фитнеса. Её идеальная жопа может свести с ума любого мужика. На неё я и повёлся. Глубокая глотка и влажная дырка между ног – приятный бонус к этой красоте.

Она подходит и усаживается ко мне на колени, отбрасывая длинные каштановые волосы назад. Обожаю наматывать этот шёлк на кулак, когда ебу её сзади.

– Что с твоей губой, Давид? – обеспокоенно спрашивает Лора.

– Дверь открыл в машине неудачно, – вру по заранее заготовленному сценарию.

– Оу! Бедненький! – надувает жалостливо губки. – Ты не забыл про нашу годовщину?

Блять, забыл, конечно. Судорожно пытаюсь вспомнить число, но нихера не выходит.

– Ну, как я мог забыть, любовь моя? Ты уже выбрала подарок?

– Кисунь, я машину хочу новую! – снова надувает губки, заискивающе заглядывает в глаза. – Купишь?

– Конечно, Лорик. В рот возьми!

Даже не спрашиваю, что за машина. Для меня это не проблема. Даже если Лариса охуела и замахнулась на что-то очень дорогое, потяну, не нищий. Но и ей постараться придётся как следует. Давненько я её в шикарную жопу не имел.

Лариса грациозно поднимается и послушно становится на колени возле меня. Бросает мне такой томный взгляд снизу вверх, что у меня яйца подскакивают от возбуждения. Быстро расстёгиваю ремень и ширинку, вываливая перед ней свой болт.

Лариса заглатывает ствол на всю длину по самые яйца, и я с облегчением вздыхаю – то, что нужно! Девушка знает, как мне нравится до мелочей, поэтому спокойно допиваю свой вискарь, пока она насаживается своей бестолковой головёнкой на мой член.

Потрясающее зрелище. На то, с каким упоением мне отсасывает Лариса, я могу смотреть вечно, но сейчас хочу её попку!

– Вставай раком! – отбираю "игрушку" у девушки и поднимаюсь из кресла, уступая место ей.

Она загибается рачком, оттопыривая попку, задирает платье и приспускает трусики. Мну её крепкие ягодицы клешнями, вожу между булочек членом. Охуенная жопа, – убеждаюсь в этом снова, завидуя самому себе.

– Раздвинь булки!

Лариса обхватывает ягодицы руками и открыватся максимально широко для меня. Розовая влажная щёлка так и манит, но выбеленный анус так и просится на мой болт.

Приставляю головку к тугому колечку и аккуратно заправляю её внутрь. В жопу я ебу Ларису регулярно, поэтому очко у неё разработано под мой размер. Плоть с лёгкостью поддаётся, когда я вхожу на всю длину и плотно обхватывает мой ствол.

Лора сладко стонет, выгибаясь кошечкой навстречу мне, и я больше не нежничаю. Вцепившись руками в девичьи булки, начинаю методично долбить узкое очко. Девушка стонет, пытаясь делать вид, что ей кайфово, но выходит хреново. Не верю, что ебля в задницу приносит ей удовольствие.

Машины приносит, драгоценности, положение в обществе и беззаботное существование, но не удовольствие. Удовольствие получаю сейчас я, потому что могу позволить себе пердолить красивую, молодую телку в задницу, и вообще вертеть её, как мне вздумается.

Кристина врывается в моё сознание совершенно не вовремя. Думаю о том, трахается ли она в попку? Представил, как ставлю её точно так же рачком и стаскиваю с неё хлопковые трусики, добираясь до вкуснятины. Каким цветом у неё анус? Коричневый или розовый, как это бывает у блондинок?

Стоило подумать о молоденькой стерве, как сразу кончаю. Выстреливаю с облегчением, наполняя прямую кишку Лоры спермой.

Выхожу из неё, с удовольствием наблюдая, как смыкается колечко ануса обратно, выталкивая из себя белёсую струйку.

– Кисунь, я ещё хочу, – снова капризничает Лора, натягивая трусы. – Трахни меня по-нормальному?

– Пойдём в спальню, – соглашаюсь я.

Девушка в самом соку. Если не ебать её качественно и регулярно, она себе другой хуй найдёт. Пусть на моём скачет, сколько влезет.

Глава 5. Кристина

– Борисова, ты чего? – уставились на меня девчонки, когда я заскочила в нашу комнату в общаге. – За тобой черти гонятся?

Наверное, у меня был тот ещё видок перепуганный, раз девочки обратили на это внимание. Всё правильно, черти! Дьявол бородатый с чёрными как угли глазами и шаловливыми руками.

– Да нет, нормально всё, – буркнула я.

Маша пилила ногти, Вера залипала в телефоне – всё, как обычно. Бросив рюкзак на свою кровать, я полезла в шкаф за полотенцем и чистым бельём, чтобы сходить в душ. После того, как меня облапал Давид Андреевич, хотелось помыться и зубы почистить с "Доместосом".

– Ты же сказала, что у Самойловой будешь ночевать? – напомнила мне Маша.

– Да там это… Планы поменялись, – ответила я.

– Вот бы меня Карина в гости позвала, – мечтательно протянула Вера, отложив телефон в сторону. – Вы видели её папашу? Чистый секс!

Видели, да так близко, что не терпится развидеть и отмыться от этого "чистого секса".

– Мужик как мужик, – пожала я плечами. – Ничего особенного.

– Много ты в мужиках понимаешь, Кристинка? Тебя твой Валерка хоть раз за ляжку нормально держал? Так девственницей универ и закончишь, – рассмеялась Вера. – А Самойлов взрослый, опытный, богатый и красивый. Самец!

Наглец! Бесстыжий козёл – вот он кто!

Девочки часто подкалывали нас с Кариной из-за того, что мы ещё ни с кем не трахались. Вообще, шутки были вполне себе безобидными, поэтому я не заостряла на них внимания. Ну, шутят и шутят. Но, скорее всего, они нам просто завидовали, поэтому я взяла то, что мне было нужно, и отправилась в душ.

Руки до сих пор подрагивали от пережитых эмоций. Когда я посмотрела на себя в зеркало, то обалдела – глаза какие-то пьяные, хотя я выпила всего пару глотков коньяка, губы припухшие от поцелуев Давида Андреевича, подбородок натёртый и красный от его колючей бороды.

Воспоминания о том, как меня трогал и целовал мужчина, были слишком свежи. Когда я снимала с себя трусики, они были чуть влажными, а грудь, которую сжимал своими сильными руками Самойлов, казалась неестественно тяжёлой. К ней было больно прикоснуться.

С Валерой мы только начали встречаться, и он никогда не позволял себе ничего подобного. Не хватал меня так, как Давид Андреевич и не целовал так жёстко, но и трусики от него не намокали.

Это я от страха намокла – успокоила себя я и всё же залезла в душ.

Долго не могла уснуть, всё думала Давиде Андреевиче. Чего он так на меня взъелся? Что плохого я ему сделала? И отчего он озабоченный такой?

Карина рассказывала, что живёт с молодой мачехой, которая орёт на весь дом, когда Давид Анндреевич её трахает. Так он ещё и налево ходит, получается? Его ничего не смущает?

Всё произошедшее не укладывалось у меня в голове, но больше самого Самойлова меня беспокоила его дочь. Как мне с ней теперь дружить? Как объяснить ей то, что произошло и не сгореть со стыда?

А как же моя практика в фирме Давида Андреевича? Господи, о чём я вообще? Придётся подыскивать себе другое место, потому что я видеть его больше не желаю. Но где я найду что-то другое? Осталось две недели всего. Нормальное место мне уже не светит.

Мне пришла смска, и я вздрогнула от неожиданности. Поставила телефон на беззвучку и открыла Воцап. Это была Карина.

"Крис, не спишь?"

"Нет"

"Я с отцом поругалась в пух и прах, прикинь?"

"Из-за меня?" – догадалась я, и едва не расплакалась от отчаяния.

"Да нет. Достал он меня контролировать!"

Далее шли злобные смайлики.

"Завтра расскажу. У тебя всё нормально? Папа тебя не обижал?"

Почему она спрашивает? Что, если Давид Андреевич наговорил Карине обо мне плохого? Что ей ответить? Что, господи?

"Нет. Нормально всё" – соврала я.

"Ну, ладно. Спокойной ночи тогда."

"Приятных снов"

Я проверила не забыла ли я поставить будильник и сунула телефон под подушку. Вздохнув, попыталась устроиться удобнее и заснуть. Не сразу, но у меня получилось.

На следующий день я немного проспала, поэтому поболтать с Кариной перед первой парой мы не успели. С нетерпением ждала перемены, так мне было любопытно, что случилось в семье Самойловых. Карина мне очень нравилась, поэтому терять с ней дружбу мне не хотелось. Она была очень искренней девушкой, серьёзной и ответственной. Мы с ней были как будто на одной волне. Будет обидно, если её отец запретит нам дружить на самом деле.

А он может, судя по всему. С таким властным и конкретным мужчиной лучше не шутить. Я боялась его, но также боялась, что Карина посчитает предательством, если я пойду на поводу у её отца.

Мы отошли в уголок коридора, чтобы пошептаться, и у меня сердце было не на месте.

– Что случилось, Карин? Ты меня вчера заставила волноваться.

– Не знаю, какая муха вчера укусила папу, но он не хочет, чтобы мы дружили.

А я знала, что за муха. Кристина Борисова его укусила. До крови.

– Я думаю, тебе не стоит ссориться с отцом из-за меня, – едва не плача сказала я. – Раз он против…

– Ага! Щас! – скривилась подруга. – Я ему такое устрою! Я не могу тебя бросить только потому, что так хочет правая нога папы!

– А моя практика? – набравшись смелости спросила я.

–Не волнуйся, всё в порядке. Я его допеку так, что он будет умолять тебя прийти к нему в фирму!

– Карин, спасибо, я очень ценю твою дружбу, правда. Но мне неловко оттого, что ты ссоришься с папой из-за меня. Может, не надо?

– Да он просто повод нашёл, понимаешь? Причина в другом. Он до сих пор считает меня маленькой. Не волнуйся, Крис, всё будет хорошо, обещаю!

Мы с Кариной обнялись, но моя тревога после этого разговора только усилилась. Я больше верила в угрозы Давида Андреевича, чем в заверения подруги, что всё будет хорошо. Что она может сделать против отца? Да ничего. А он может многое. Например, вышибить меня из универа. Самойлов был генеральным спонсором нашего университета с тех пор, как Карина в него поступила.

Чтобы не нагнетать обстановку, я начала подыскивать себе другое предприятие для прохождения практики. У меня ушла на это неделя, но зато всё получилось. Не такое крутое место, как у Самойлова, но тем не менее.

Найдя запасной аэродром, я успокоилась. Я больше никогда не увижу Давида Андреевича, и это прекрасно. Пусть подавится своей практикой!

Как выяснилось, я рано радовалась. Встреча с Самойловым всё же настигла меня, и это был армагедец похлеще прошлой встречи.

Глава 6. Кристина

Прошла неделя с тех ужасных событий с отцом Карины. Пора бы уже и забыть о Давиде Андреевиче, но я не могла выбросить его из головы, так сильно он меня напугал. Я шугалась от каждого чёрного внедорожника, от каждого высокого мужчины в костюме. Это было похоже на паранойю, мне везде мерещился Самойлов.

Мы только вышли с последней пары: я, Карина и Валера. Обсуждали, не сходить ли нам вечером в кино.

– Может, мы вдвоём сходим? – шепнул мне Валера на ухо, намекая, что Карина явно третья лишняя.

Я была не против романтического свидания, но в то же время хотела, чтобы Карина пошла с нами тоже. С Валерой мы могли погулять после фильма. Покататься на его машине или просто побродить по улице. Погода стояла шикарная, последние тёплые осенние деньки. Хотелось запомнить каждый день, но в напряжённом графике учёбы жизнь пролетала мимо меня.

Возможно, сегодня Валера будет наглее обычного и "потрогает меня за ляжку", как выразилась Вера, и я забуду уже в конце концов о Давиде Андреевиче? Меня немного грызла совесть перед моим парнем за то, что я целовалась с другим мужчиной. Против воли, но всё же. А ещё он залез туда, куда я своему парню не позволяла.

– Я хочу с Кариной, – упрямо заявила я.

Валера вздохнул, смирившись с тем, что я поставила его перед фактом, обнял меня за шею, привлекая к себе, и чмокнул в щёку. Мы пошли втроём по коридору в сторону выхода, продолжая обсуждать фильмы, которые сегодня идут, как вдруг я почувствовала на себе такой тяжёлый взгляд, от которого по спине холодок побежал.

Я посмотрела вперёд и обомлела – в холле стоял Давид Андреевич. Сложив руки на груди и высокомерно вскинув подбородок, он впился в меня своими чёрными глазами, будто надеялся испепелить меня взглядом. Я почувствовала, что в глазах темнеет и голова кружится. Обняла Валеру за талию, прижимаясь к нему теснее, будто искала в нём спасения от Самойлова.

Он мне мерещится. Его здесь нет и быть не может!

– Папочка! – завопила Карина и побежала навстречу отцу. – Что ты тут делаешь?

Я поняла, что мне не почудилось, и стало ещё хуже. Самойлов обнял дочь, которая бросилась ему на шею, но взгляд от меня не отвёл. Замедлив шаг, мы с Валерой подошли к Самойловым, и я теперь хотела исчезнуть, испариться, провалиться сквозь землю, только чтобы Давид Андреевич не смотрел на меня так зло, будто я снова чем-то ему не угодила.

– Я спонсор вашего университета, если ты забыла. И вообще, что я не могу заехать за собственной дочерью? – проговорил Самойлов, и я залипла на его полных губах.

Тех самых, которые нагло и жадно терзали мой рот. Укус уже зажил, осталась лишь едва заметная отметинка, если присмотреться. Надо было сильнее его цапнуть.

– Здравствуйте, Давид Андреевич, – протянул Валера руку мужчине, убрав её с меня.

– Привет, – проигнорировав руку парня, бросил ему Самойлов. – Здравствуй, Кристина.

– Здравствуйте, Давид Андреевич, – выдавила я из себя.

Попыталась прикрыться папкой с рефератом по экономике, прижав её к груди, но мужчина будто сквозь неё смотрел. Да что там, мне казалось, он мне прямо в душу смотрит!

Мой Валера был высоким и широкоплечим, увлекался боксом и плаванием, но выглядел заморышем по сравнению с Самойловым. И сейчас этот ужасный мужчина стоял, величественно возвышаясь в холле нашего университета, как будто за мной сама смерть пришла.

– Доченька, подожди меня в машине, – улыбнулся Карине одними губами. – Мне нужно поговорить с твоей подругой.

У меня душа в пятки ушла. Что ему нужно, мамочки?

– Так ты берёшь её на практику? – радостно спросила наивная Карина.

– Вот, как раз об этом я и хочу с ней поговорить, – как-то неопределённо ответил Давид Андреевич.

Карина зашла за его спину и показала мне большие пальцы кверху. На её лице было столько счастья, что у меня сердце кровью облилось. Я-то уже не хотела на практику к Давиду Андреевичу совершенно. Я уже и место другое нашла. Что ему от меня нужно? Опять хочет запугать, увидев меня рядом со своей дочерью?

– Увидимся вечером, малыш. Не буду вам мешать, – Валера чмокнул меня в щёку и пошёл к выходу.

У меня было ощущение, что меня бросили в лесу на растерзание волку.

– Это что за хуй? – тихо, чтобы другие студенты не слышали, спросил Самойлов, имея в виду Валеру.

– Это мой парень.

– Чтобы я его больше не видел рядом с тобой! Поняла меня, сучка!

Он совсем, что ли? Ладно собственной дочери он друзей выбирает, это я ещё могу понять. Но какого чёрта он мне теперь указывать начал?

– Послушайте…

– Послушаю, но не здесь! – грубо перебил меня Самойлов, поворачиваясь к лестнице. – Пойдём!

– Куда?

– В общагу твою. Хочу посмотреть, как живут студенты.

– Знаете что, я не хочу с вами никуда идти! Силой потащите? Я сейчас орать начну, чтобы полицию вызвали.

– Я не понял, ты на практику ко мне хочешь или нет? – раздражённо сморщился Давид Андреевич.

– Нет. Можете катиться к чёрту со своей практикой!

Я с такой гордостью выплюнула это Самойлову в лицо, что меня пробило на ржач. Он думает, после того, что он со мной сделал, я уписаюсь от счастья, пойдя к нему на фирму?

– М-м-м… Вот как ты заговорила, сладкая Кристина? А в университете хочешь учиться?

– В смысле?

Он смеет мне угрожать? Что он имеет в виду, господи?

– В смысле, чтобы тебя не вышибли отсюда раньше, чем ты его окончишь и получишь диплом?

Глава 7. Давид

– Вы мне угрожаете? – с вызовом бросила Кристина. – Что вы до меня докопались?

Вся её деловитость рассыпалась в прах. Боится меня. Видно, что боится. И правильно делает. Ругаться в холле университета на глазах у других студентов мне было неинтересно, поэтому я поторопил девчонку.

– Не угрожаю, а предупреждаю. Я пока что добрый, Кристиночка. В твоих интересах, чтобы я и дальше был спокоен. Пойдём в общежитие, – ровным голосом повторил я.

– Ладно, – покачала головой Кристина и пошла к лестнице.

Я пошёл следом, разглядывая её сзади. Сегодня девчонка была одета в строгое серое платье, чуть выше колен и какую-то безразмерную кофту. Оверсайз – так кажется называют эту мешковатую хрень. Совершенно несексуально, как по мне, но пока мы шли по галерее до общежития, я гадал, в каких сейчас трусиках эта сучка, и меня эти фантазии заводили похлеще голого женского тела.

Увидел Кристину с этим щенком, и взбесился. Сам не знаю, что нашло. Ревность? Чувство собственничества? Или то, что она девственницей прикидывается, трахаясь в это время с этим сосунком? Пусть её "парень" поищет другую тёлку себе. На Кристину я уже глаз положил.

До её комнаты идём молча. Я догадывался, что общежитие – не пятизвёздочный отель, но вид обшарпанных коридоров удручает. Ремонта здесь не было лет двести, и не предвиделось похоже. Пластиковые окна – вот и всё, что напоминало о том, что живём в двадцать первом веке.

Кристина останавливается возле двери с номером семнадцать и достаёт ключи. Озирается по сторонам, как воровка, потом смотрит с опаской на меня. Боится, что нас вместе увидят? Это волнует только её, не меня.

– Открывай быстрее! – тороплю Кристину, которая возится с замком слишком долго.

– Замок заедает, – виновато выдаёт она. – Я говорила завхозу, но без толку.

Наконец, дверь поддаётся и мы входим в комнату. Здесь всё тоже выглядит убогим: три допотопные кровати, такой же шкаф и письменный стол. Единственное, что меня радует – порядок. Чистенько, никакой грязной посуды, мусора или разбросанных лифчиков.

Соседок по комнате нет, так что выгонять никого не нужно, чтобы побыть с Кристиной наедине. Она бросает свой рюкзачок на кровать, а папку на письменный стол. Опирается попкой на столешницу и складывает руки на груди, принимая закрытую позу.

– Вас Карина ждёт, – напомнила мне Кристина.

– Подождёт, – бросаю я и подхожу к девчонке.

Она напрягается, кода я нависаю над ней, поставив руки по обе стороны от неё.

– Что вам нужно?

– Мне много чего нужно, Кристиночка. Если всё сделаешь правильно, ничего плохого с тобой не случится.

– В каком смысле?

Она вскидывает на меня свои голубые глазищи, пухлые губы дрожат. С трудом сдерживаюсь, чтобы не наброситься прямо сейчас на эту шлюшку. Я могу её выебать в любой момент, но сейчас мне нужно от неё кое-что другое.

– Слушай меня внимательно, сладкая Кристина. Про твоего парня я уже тебя предупредил, повторяться не буду. Трахаться можешь только со мной. Ещё раз увижу этого сопляка рядом с тобой, ноги ему переломаю.

– Но…

– Я недоговорил! Карина нашла себе работу. Твоя задача сделать так, чтобы она передумала. Как ты будешь решать этот вопрос, не мои проблемы. Вы же подруги? Прояви фантазию. На практику идёшь ко мне вместе с Кариной. Хочу, чтобы она была всё время под присмотром.

– Хотите, чтобы я шпионила за вашей дочерью?

– Да. Если у неё появится какой-то парень или просто какой-то хуй будет подкатывать к ней свои шары, я должен сразу же узнать об этом.

– Вы же не хотели, чтобы мы дружили? Почему именно я?

– Я и сейчас не хочу, чтобы вы дружили. Но так хочет моя дочь. Пусть думает, что отстояла вашу дружбу.

От запаха девчонки башка кружится и становится тесно в паху. На тонкой белоснежной шее бьётся синенькая венка. Тянусь к ней, чтобы попробовать губами нежную кожу. Блять, я хочу её до боли в яйцах!

Кристина дёргается и упирается ладошками мне в грудь. Подхватываю её и усаживаю на стол.

– Сидеть! – рычу, когда она пытается вырваться.

– Не трогайте меня! – начинает реветь. Да так натурально. – Я буду кричать.

– Не будешь, – усмехаюсь я. – Хочешь быть непослушной девочкой, собирай вещи прямо сейчас. Одно моё слово, и тебя вышибут из университета.

Задираю скучное платье девчонки, добираясь до трусиков. Она снова в хлопке. Сука, никогда не думал, что меня так понесёт от дешёвых трусов. Выебу её прямо сейчас, пока она в ахере. Кожа на бёдрах такая нежная, будто шёлк глажу.

Девчонка продолжает реветь, трясётся вся поскуливая. Не могу я трахать ревущую тёлку. Не могу, и всё тут. Бесит!

– Хватит реветь! – раздражённо говорю Кристине, хватая её за скулы. – Пару раз мне дашь, и я отстану. Денег тоже дам! Я не жадный, Кристиночка! Много дам.

В паху уже ноет невыносимо. Сейчас в трусы спущу, если эта бестолочь реветь не перестанет.

– Пожалуйста, не надо! – шепчет девчонка. – Я ещё ни с кем… Я девственница!

– Ну, хорош пиздеть! – злюсь ещё сильнее. – Я твоего ёбаря только что своими глазами видел. Прекращай этот цирк!

– Я вам справку принесу!

– В переходе купишь? – усмехаюсь я. – А знаешь, это идея! Я тебе почти поверил. Так что давай сделаем так… Завтра поедешь со мной в клинику, к моему врачу. Если он подтвердит, что ты целка, я оставлю тебя в покое. Дружите и дальше с Кариной, можешь даже в гости к нам с ночёвкой приезжать. А если нет, я тебя прямо там на кресле отымею во все щели! Не позорься и не трать моё время. Какая разница сейчас я тебе засажу или завтра?

Для меня была разница. Я прямо сейчас хотел.

Ну, что ты на это мне скажешь, идиотка? Думаешь, я долбоёб, которому можно лапшу на уши навешать? Кристина перестала реветь и вытерла слёзки.

Сейчас она снимет свои трусишки и раздвинет ножки.

Блять, гандоны в машине оставил. Надеюсь, Кристиночка меня ничем не наградит? А может, у неё презики найдутся?

Глава 8. Давид

Чёрт, как же славно пахнет от Кристины! Не то духи, не то гель для душа такой, не то шампунь. Кто его разберёт? Свежесть, как она есть. Я вспомнил, что это за аромат. Так воздух в горах пахнет. Когда утром из палатки выходишь, и никого. Ни одного пидораса. Уши закладывает от кристальной звенящей чистоты.

У меня уже всё звенело от девчонки, так меня раздраконила.

Ей очень подходит запах. Кристина робкая и пугливая, как оленёнок. Говорят, внешность бывает обманчива? Вот тут прямо в масть. В чистых, голубых, как небеса, глазах Кристины, больше блядства, чем во всех подружках моей дочери вместе взятых. Что не так с ней? Первый раз в принципе такую тёлку упертую уламываю. Что ей, сука, надо?

И ведь чем больше она сопротивляется, тем больше хочу её. Мне уже даже играть с ней не хочется. Просто взять то, что сгрёб сейчас на этом столе, поймал и держу, не желая выпускать ни при каких обстоятельствах.

– Девочка моя, – хриплю, сминая пухлый рот поцелуем.

Пусть ещё раз укусит, похуй, сил нет, как хочу её рот. Кристина на удивление податлива. Показывать зубки не спешит. Трахаю языком нежную глубину её рта и тянусь к пряжке ремня. Давно бы так, сучка. Все нервы мне вытрепала.

– Я согласна, Давид Андреевич, – судорожно выдыхает Кристина, когда я немного отстраняюсь от неё, чтобы расправиться с ширинкой на брюках и не порвать их к херам от нетерпения. – Что вы делаете?

Таращится с испугом на мою "палатку" внизу, и я уже дёргаю молнию, не жалея. Потекла уже, поди? Сейчас всё будет! Похуй, без гандона рискну. Хочу всеми сантиметрами члена её чувствовать.

– Вот и умница, Кристиночка. Снимай трусики, я буду ласковым, котёнок, обещаю.

– Я… Нет… Я не про это. Я согласна поехать с вами к гинекологу, – поясняет она, хлопая наивно глазками.

– Что? – до меня не сразу доходит смысл сказанного ею. – Ты чё, блять, издеваешься?

– Вы же сами предложили? И пообещали, что отстанете от меня. Вы же мужчина? Хозяин своему слову?

Ох, сука! У меня сейчас тестостерон носом пойдёт или сперма, а она меня опять динамит? Чувствую, что готов упасть на колени и умолять эту дуру впустить меня в свою щёлочку. Или разнести эту убогую комнатушку в хлам. В щепки всю мебель покрошить кулаками.

Надо взять себя в руки. Я взрослый мужик, прожжённый, серьёзный, опытный. Я этому оленёнку в отцы гожусь. Меня ещё никогда так бабы не унижали. Я бы хотел сказать, что и не таких уламывал, но нет, такая мне ещё не попадалась. Кристина не понимает, что завтра я буду ещё злее?

– Ладно, наивное отверстие, – скрипя зубами, застёгиваю брюки и отхожу от девчонки на безопасное расстояние. Впервые в жизни я готов к насилию, готов разорвать эту бестолочь своим хуем! – Завтра после пар я за тобой заеду. И нежным я уже не буду. Можешь не рассчитывать на мою доброту. Лимит закончился.

– До свидания, Давид Андреевич, – говорит Кристина и соскакивает со стола.

Она выглядит победительницей. Думает, я не исполню свои угрозы или решила опять меня продинамить и не ехать к врачу? Я её за ногу приволоку в клинику, лишь бы доказать свою правоту и натянуть её на свой дымящийся шишак! Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.

– До завтра, Кристиночка, – облизываюсь в предвкушении победы. – Не забудь о моей просьбе насчет Карины.

– Угу, – складывает руки на груди и поджимает губы.

Ухожу, как псина побитая, которую глупая девчонка ради забавы тапком по морде отхлестала. Злой, как чёрт, иду по коридору, пытаясь успокоиться. Украдкой поправляю звенящие яйца на ходу. Надо взять себя в руки. Мне за руль сейчас садиться, меня дочка в машине ждёт.

– Давид? – окликает меня тоненький голосок. Поворачиваюсь, стоит деваха какая-то в коротеньком халатике. – А ты что здесь делаешь?

– Привет, – выдавливаю я из себя, сканируя девичью фигуру.

Соска. Хорошенькая. Я бы вдул. Прямо сейчас бы и засандалил.

– Ты меня не узнаёшь? Я Ира, мы раньше с Кариной дружили.

Не-а, не помню…

А потом, блять, как вспомнил! Эта мне везде дала. Сама жопой на мой член натягивалась и орала:

– Давид, трахни меня! О, да! Ещё, боже!

– Конечно, помню. Чё хотела?

– Может, зайдёшь? – кивает на дверь своей комнаты.

Натянуть её очко, чтобы напряжение сбросить? Сама предлагается, не то, что Кристина эта долбанная. Оглядываю ещё раз сочную грудь, призывно выглядывающую из выреза халатика, тонкую талию и крутые бёдра. Рот тоже рабочий. Я помню, как по самые яйца заглатывала.

А она ждёт. Смотрит на меня с такой надеждой…

Понравилось, как я её выебал или денег надо?

В сознании всплыли наивные, испуганные глаза оленёнка, и я понял, что хочу именно её трахнуть, а не этот суррогат.

К чёрту эту шалаву!

– Прости, Ирочка, тороплюсь. Очень сильно.

Девчонка разочарованно поджимает губки и тушуется, а я иду дальше. Выхожу на улицу, жадно глотая воздух. В такие моменты жалею, что не курю. Сейчас бы не отказался от сигаретки.

– Пап, ну что? – с нетерпением набрасывается на меня дочь, стоит мне прыгнуть за руль. – Ты поговорил с Кристиной?

– Да, солнышко. Кристина выйдет вместе с тобой на практику. Мы с ней долго разговаривали, ты была права, она хорошая девушка.

– То есть ты больше не против нашей дружбы? Хм… Странно. Ты никогда своё мнение не меняешь.

– Старею. А ты взрослеешь, малышка. Я много думал о тебе и пришёл к выводу, что должен давать тебе больше свободы, чтобы ты училась на своих ошибках и собственном опыте. Я же не вечен.

– Пап, ты так говоришь, как будто помирать собрался.

– Да нет, конечно, – рассмеялся я. – Если ты считаешь, что тебе нужна работа, то так тому и быть. Но знаешь, вот мне Кристина рассказала, что рефераты делает. Может, она бы и тебя научила, тогда бы тебе не пришлось работать на дядю? Сколько, кстати, стоит реферат написать?

– Косарь. Не хочу с утра до ночи за компом сидеть за копейки. К тому же Кристине половина потока должны за разные работы, а отдавать не торопятся. Завтраками кормят, а она верит. Мы так универ закончим, а ей так и останутся должны. Она слишком добрая.

Лохушка это называется, – усмехнулся я про себя. Могла за пятнадцать минут двести рефератов написать. Ей просто надо было в рот у меня взять. И я бы её не обманул. Я ей деньги наперёд давал. Дура!

– Можешь Кристину в гости пригласить, раз она тебе важна.

– Спасибо, папочка! – Карина бросилась мне на шею и поцеловала. – Ты самый лучший папа в мире! Я так тебя люблю!

– И я тебя люблю, солнышко! – расплылся я в идиотской улыбке.

Все складывалось, как нельзя лучше. И волки будут сыты, и овцы целы. Папочка всё сделает, лишь бы ты говна не нахлебалась раньше времени.

Глава 9. Давид

Вроде бы уладил все вопросы с Кристиной, но спокойствие не наступило. Этим же вечером Карина намылилась в кино с подружкой и её парнем. Этот ёбаный Валера мне поперёк горла встал. Я же ясно сказал Кристине, чтобы она с ним не тёрлась? Какого хрена?

Представлял, как этот качок узколобый лапает мою сучку, а потом раком её загибает, и с ума сходил весь вечер. Дочка, вернувшаяся домой, добила меня окончательно, рассказав, что сладкая парочка довезла её до дома, а потом поехала развлекаться дальше. Теперь точно ебутся, даже гадать не надо.

Завтра головёнку Кристине отверну, раз по-хорошему не понимает. Ты смотри, дрянь какая! Думает, я не узнаю ничего?

Еле дождался следующего дня, так меня рвало и трясло. Проснулся в отличном настроении. Хер стоял уже спозаранку, предвкушая молоденькую, нежную писю. Растолкал спящую Ларису, которая дрыхнет обычно до обеда, и спустил в неё свой пар, чтобы спокойно дождаться своей награды.

И всё равно всё утро думал о Кристине. Мысленно трахал её то так, то сяк. То был неистово грубым, наказывая непослушную девчонку за все мои страдания, то нежно зализывал её, смакуя каждый миллиметр гладкой кожи и её свежий вкус. Как она стонет, интересно? Громко, не сдерживая себя? Или тихо всхлипывает, закусив пухлую губу?

Мы обсуждали с моим старинным приятелем и партнёром по бизнесу Артуром Громовым открытие нового торгового центра, а я Кристину на хую вертел всё это время.

– Давид? – позвал меня Артур, и я постарался вернуться в свой кабинет. – У тебя случилось что-то? Ты меня нихера не слушаешь!

– А, чёрт! Прости, друг. У меня сегодня свидание с новенькой девочкой, – честно признался я, в надежде, что он поймёт меня, как мужик мужика.

– Ты с Ларисой разошёлся? – удивился он. – Не знал. А что так?

– Да ни с кем я не расходился. Лорик дома дрыхнет. Разве это когда-то мешало мне трахать других цыпочек?

– Нет, не мешало. Я просто не понимаю, нахера ты тогда Ларису содержишь? Из жадности?

Я не знал ответа на этот вопрос, но потом вспомнил, как она утром самозабвенно заглатывала мой член и лизала яйца. Уцепился за это. Лорик стоила тех денег, что я в неё вваливаю. Определённо стоила. Она не клевала мне мозг за то, что я на ней жениться не хочу, и не спрашивала, где меня носили черти до половины пятого утра.

– Лариса, как хорошая, дорогая тачка. На ней приятно ездить, но иногда я пользуюсь услугами такси, понимаешь?

– Не совсем, но бог с ним, – покачал головой Артур.

Мне показалось, что в голосе друга прозвучало осуждение. Громов был намного младше меня и менее успешным в бизнесе. Ни жены, ни детей, поэтому он делал проще – ебал всех подряд без обязательств. А я в этом плане более серьёзный, хотя бы за Лорика взял ответственность.

– Ты просто эту сучку не видел, – попытался оправдаться я. – Двадцать лет, молоденькая, свежая. Грех такой не присунуть.

– Не знал, что тебя ровесницы дочери интересуют, – рассмеялся Артур. – Я предпочитаю опытных дамочек, которые всё умеют, всё понимают и не питают надежд заарканить меня. Что интересного в малолетках, кроме упругих сисек? О чём с ними разговаривать?

– Я с ними не разговариваю, – гоготнул я. – У них рот всё время занят.

– Ладно, дружище, – засобирался Громов. – Заеду в другой раз. Когда ты головой будешь думать, а не хуем.

Я проводил Артура и тоже начал собираться. Скоро занятия в университете закончатся, не хотел терять ни минуты.

Подъехав к зданию университета, я отправил Кристине смску, что жду её на парковке. У Карины после пар были ещё дополнительные занятия по английскому, так что я не боялся, что она нас увидит и начнёт задавать вопросы. В крайнем случае придумаю что-нибудь.

Тоненький силуэт Кристины мелькнул между машинами, а потом она остановилась возле моей. Встала и стоит. Ждёт, что я ей дверь открою? Королева, блять!

Вышел из тачки и открыл для неё дверь. Она молча прошмыгнула в салон и одёрнула юбочку, прикрыв голые коленки. Скромняжка.

– Ты поговорила с Кариной? – сразу же завёл мотор и выехал с парковки, чтобы тачкой дольше не светить.

– Кхм, да. Она почти согласилась с тем, что ей не нужно работать, пока не окончит университет, – тихо ответила Кристина.

– Почти?

– Я не могу на неё давить. Она моя подруга.

– Ладно, я жду. Что насчёт твоего парня? Я вчера неясно выразился?

– А что насчёт моего парня? Вы мне запретили с ним трахаться. Я не трахаюсь.

Она сегодня была какая-то смелая и чересчур уверенная в себе. Не сразу, но я почувствовал эту разницу. Задумала что-то, стерва?

– За дурака меня не держи!

– Я не держу. Это вы меня с кем-то путаете, Давид Андреевич. Мне вот интересно, вы извинитесь передо мной за то, что сделали, если выяснится, что вы неправы?

– Чего? – мне так смешно стало, пиздец просто. Кем возомнила себя сопля, чтобы я перед ней извинялся? Пусть сначала научится делать, что от неё требуют. – Я пока что ни в чём не раскаиваюсь. Ясно тебе?

– Ясно.

Мы приезжаем на место. Кристина прижимает свой рюкзачок к груди, и снова ждёт, не выходит, пока я ей двери не открою. В прошлый раз сама выскочила, аж пятки сверкали, так улепётывала. А сейчас, что случилось?

Открываю дверь, подаю ей руку. Она неуклюже вваливается из салона, игнорируя мою помощь, и меня это подстёгивает. Что-то чересчур спокойная она сегодня. Смирилась с тем, что сегодня придётся циркуль передо мной раздвигать?

Ловлю её за талию и прижимаю к себе. Она такая маленькая, будто игрушечная в моих руках. Скользит грудками по моей груди, платье задирается. У меня за эту секунду всё внутри переворачивается. Ох, сука, как эти последние полчаса вытерпеть?

Отпускаю девчонку с такой неохотой, будто насовсем. Лев ждёт нас уже на ресепшене. Отвожу его в сторонку, чтобы объяснить, что мне от него нужно. Мы знакомы не первый год. Время от времени он шарится между ног моих любовниц, чтобы позаботиться об их чистоте и контрацепции, но моя сегодняшняя просьба его удивляет.

– Давид, ты просто хочешь убедиться целка она или нет? – костится на Кристину, уткнувшуюся в свой телефон. – Она совершеннолетняя?

– Ты за кого меня принимаешь, Лёва? Конечно, совершеннолетняя. Девчонка утверждает, что невинна, набивает себе цену. Просто глянь, что у неё там под капотом. Это долго вообще?

– Пять минут. Анализы брать?

– Да нахер они нужны? – потом вспомнил про ебучего Валеру и передумал. Мало ли, что Кристина от него намотала? Это я про остальных не знаю ещё. – Хотя нет, возьми. Хочу без резины с ней.

– Как зовут невинную деву? – спросил Лев и в его глазах загорелся совершенно непрофессиональный интерес.

Лев молодой мужик со смазливой рожей. Девки от таких кипятком ссутся. Я уже не хотел, чтобы он моей Кристине заглядывал туда, куда она мне не позволяет, но другого женского врача у меня не было.

– Кристина, – ответил я, скрипнув зубами. – Аккуратнее там с ней. И побыстрее!

– Да я сама нежность, – хмыкнул Лев и пошёл к Кристине.

Взяв её под локоток, он повёл девушку по коридору. Я бросился следом, как тигр у которого уводят добычу.

– Я могу тоже в кабинет зайти? – напрашивался я, понимая, что веду себя уже как маньяк.

– Мы сами справимся, Давид! – вежливо отшил меня Лев и захлопнул дверь перед моим носом.

Мне ничего не оставалось, как гипнотизировать взглядом табличку на ней. Присесть бы на диван, как все нормальные люди делают, но я сидеть не мог и стоять не мог, я вообще ничего не мог больше.

Ожидание убивало. Прошло пять минут, шесть, семь…

Чо, сука так долго? Что он там делает с моей Кристиной?

Наконец, дверь приоткрылась и ко мне в коридор вышел Лев. Всё, пиздец тебе, Кристиночка!

– Ну? – поторопил я врача.

– Целочка! – ответил он и улыбнулся так хитро, как будто его эта новость обрадовала.

– Ты гонишь? – недоверчиво сморщился я, думая, что Лев просто решил приколоться надо мной.

– Нет, Давид, не гоню. Хотел уточнить, нужны ли анализы. Раз Кристина половой жизнью не живёт, то вероятно, тебе её анализы до фонаря теперь?

Нет, нет, нет!

Я отказывался верить в то, что говорил мне сейчас Лев. Кристина его подкупила? Отсосала ему может, чтобы он мне в лицо напиздел?

– Проверь ещё раз! – сквозь зубы процедил я. – Она не может быть целкой!

– Слушай, Давид, а ты чё так разошёлся? – быканул Лев. – Если чё-то не нравится, вези свою мисс невинность в другую клинику!

Он развернулся, чтобы зайти обратно в кабинет. Было видно, что мужик обиделся. Блять, он просто не понимает, что без ножа меня зарезал этой новостью. Чёрт!

– Погоди, Лев! – притормозил я его. – Прости, погорячился. Возьми у Кристины анализы и вколи ей противозачаточное какое-нибудь. Только чтобы она не знала.

– Да ты с ума сошёл? – снова повернулся ко мне Лев. – Это подсудное дело! Меня посадят нахуй из-за твоей целки!

– Не посадят. Она ни о чём не узнает. Как друга прошу! Заплачу, сколько скажешь!

– Хорошо, Давид, только ради нашей дружбы! Если я лишусь работы и лицензии, я тебе голову отрежу!

– Идёт! – выдохнул я, и Лев снова скрылся в кабинете.

Я тяжело опустился на диванчик и посмотрел на свои дрожащие от гнева руки. Вот почему Кристина с такой лёгкостью согласилась поехать в клинику? Она всё это время не врала?

У меня земля ушла из-под ног. Я всё ещё отказывался верить в девственность Кристины. Она меня уделала, щёлкнула по носу, обломала по полной программе!

Представил, как она выйдет сейчас радостная, что пустила меня по бороде. Что делать дальше со сладкой Кристиной, я вообще не представлял, но одно я знал точно – её целка достанется мне и никому другому!

Глава 10. Кристина

– Вы мне можете справку дать, что я половой жизнью не живу? – попросила я доктора.

– Да, без проблем. Хочешь на память оставить или кто-то ещё сомневается в твоей невинности?

– На память.

Доктор быстро нацарапал мне справку, и я не смогла сдержать улыбки. Представляю, как сейчас Давид Андреевич удивится. Расстроится, наверное? Главное, чтобы он от меня отстал теперь. Он же отстанет?

– Витаминчик вколем, Кристина? – неожиданно спросил доктор.

– Зачем? Что за витамин? – удивилась я.

– Бонус от нашей клиники. Быстрее восстановишься после забора крови. Таким молоденьким девочкам, которые учатся с утра до ночи, витамишки не повредят.

– Ну, давайте, раз бонус, – согласилась я.

Этот Лев мне понравился. Добрый такой, улыбчивый. Обращался со мной очень деликатно, с душой, будто у меня между ног драгоценность. Вот что значит платная больница.

Стоило мне выйти к Самойлову, как моя радость испарилась. У него было такое лицо, будто он меня ненавидит лютой ненавистью. Смотрел исподлобья, словно я накосячила.

– Вот, Давид Андреевич, – протянула я ему справку. – Я девственница.

– Да подавись ты своей девственностью! – сквозь зубы прорычал он и пошёл к выходу.

Сволочь!

Поняв, что об извинениях от Самойлова можно не мечтать, я сунула справку в рюкзак и тоже засеменила к выходу. Если бы я знала, что будет столько проблем от Давида Андреевича, в жизни бы не поехала в гости к Карине. Когда бы мы ещё с ним познакомились? Никогда. Два года ему было пофиг, с кем его дочка дружит, а как увидел меня, чокнулся совсем.

– До свидания, Давид Андреевич, – крикнула я ему на крыльце клиники.

– В смысле? – спросил он остановившись. – Куда намылилась? Я отвезу.

– Спасибо, я сама доберусь!

Такой ответ Самойлова не устроил, поэтому он подошёл ко мне вплотную, так что я почти что носом уткнулась в его грудь и взял меня за предплечье.

– Сказал же, отвезу! – грозно повторил он. – Садись в машину и не выделывайся!

– А то что? Из университета выгоните?

– Не ори на всю улицу!

На нас начали оборачиваться прохожие, и это было мне на руку. Со стороны мы выглядели как отец и дочь, которую он пытается вразумить.

– Буду орать! Не трогайте меня! Вы мне обещали!

– Ладно-ладно, – Давид Андреевич убрал от меня руки и поднял их кверху. – Всё, не трогаю! Только не верещи! Поехали, отвезу! Поговорить надо.

– Я не хочу с вами ехать! – упрямо заявила я.

– Пальцем не трону, клянусь! Кристиночка, ну ты чего, маленькая?

Несмотря на то, что я боялась Самойлова, было интересно, о чём он хочет поговорить. Может, он ещё какую-то гадость придумал? Пусть лучше сейчас скажет, чтобы я знала, чего от него ещё ждать.

– Ладно, везите, – сдалась я. – Но если вы меня обманете…

– Я похож на балабола? Серьёзно?

На уголовника, – хотела сказать я, но промолчала, чтобы не нагнетать. Я и так чересчур разошлась.

Давид Андреевич открыл мне дверь и подал руку, чтобы помочь мне забраться в его внедорожник, но я её снова проигнорировала, вскарабкавшись на сиденье самостоятельно. Некоторое время мы ехали молча, и это напрягало. Что Самойлов там думает в своей голове? Думает и молчит. От этого только страшнее становилось.

– Не злись на меня, Кристина, – нарушил молчание Давид Андреевич. – Прошлые подруги Карины оставляют желать лучшего. Я рад, что ты не шалава.

Это почти что извинения? Своеобразные, но сойдёт.

– За Кариной точно никто не волочится в университете?

– Есть мальчики, но они ей не нравятся, – честно ответила я.

Гиперконтроль Самойлова с ума сведёт кого угодно. Лучше правду ему говорить. На самом деле моя подруга с девятого класса была безответно влюблена в какого-то друга Давида Андреевича Артура Громова, но я его ни разу не видела вживую, только на фотографии в её телефоне. Жалко было Карину. Понятно же, что взрослый мужчина и двадцатилетняя девушка не пара?

В отличие от Самойлова, его друг на малолеток слюни не пускал. Сразу видно, серьёзный мужчина. Я всё надеялась, что Карина заинтересуется своим ровесником и переключит свои страдания на него, но она была упёртой. Впрочем, есть в кого. Папаша её такой же твердолобый.

– В смысле мальчики не нравятся? – уточнил Давид Андреевич. – Она лесбиянка, что ли?

Не сдержавшись, я прыснула от смеха, и Самойлов тоже улыбнулся. Впервые я увидела его искреннюю улыбку, а не злобную ухмылку. Его лицо приятно преобразилось, и я даже на секунду забыла, что он козёл.

– Нет, – сквозь смех выдавила я. – Ей просто никто не по душе.

– А что этот твой, как его… Валера? Давно встречаетесь?

– Не очень. После каникул начали. Месяц примерно.

– Денег даёт?

– Что? Нет!

– А чё так? Снял бы хату тебе, чтобы ты в общаге не маялась, приодел.

– Валера студент. Откуда у него деньги? И в общаге мне нравится. Так почти все студенты живут.

– Ну-ну, – недоверчиво протянул Самойлов. – Видел я вашу общагу. Где он работает?

– Да нигде. Он учится ещё. Вы же не хотите, чтобы ваша дочь работала? Его родители тоже не хотят, чтобы он жертвовал учёбой.

– Ну, ты сравнила тоже. Вы девочки, а он мужик. Раз завёл себе подружку, должен обеспечивать её.

– Вы всегда всё на деньги переводите? У вас у самого, что в двадцать лет было?

– У меня? Жена уже была. Понятно? Это правда, что тебе за рефераты половина потока должны?

Откуда он знает? Карина рассказала? Хотя в этом нет никакого секрета.

– Ну, не половина…

– А чего твой Валерон с ними не побазарит? Или ты благотворительность больше денег любишь? Фуфло твой Валера. Правильно делаешь, что не даёшь ему!

– Не ваше дело, кому я даю, а кому не даю! – возмутилась я. Вроде нормально разговаривали, а он опять свёл весь разговор к пошлятине. – Я не ваша дочь! Не лезьте в мою жизнь! Вы и так уже залезли, куда не надо!

– Чё орёшь опять? Борзая стала? – вернулся Самойлов в своё привычное состояние. Мы уже подъехали к зданию универа, и мне не терпелось избавиться от его общества. – Я же по-нормальному разговариваю? Проблемы есть у тебя, какие-то ещё? Может, купить чего надо? Ноутбук там, телека в комнате у вас нет, я заметил. Шуба есть у тебя? Зима скоро.

Какая, к чёрту, шуба? Он совсем, что ли, ку-ку? Ещё не хватало, чтобы мне Самойлов шубы покупал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.