Мелисса Макклон
Упрямая красотка
Роман

Melissa McClone

Expecting Royal Twins!

* * *

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения «Арлекин Энтерпрайзиз II Б. В./С.а.р.л.».

Иллюстрация на обложке используется с разрешения «Арлекин Энтерпрайзиз II Б. В./С.а.р.л.».

Товарные знаки Harlequin и «Арлекин» принадлежат «Арлекин Энтерпрайзиз лимитед» или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Expecting Royal Twins!

© 2011 by Melissa Martinez McClone

«Упрямая красотка»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

Глава 1

Никола Томислав Кресимир, наследный принц Вернонии, прошел мимо помощника отца и двух дворцовых охранников. Едва он вошел в кабинет короля, за ним закрылась дверь.

Нико скривился.

У него не было времени на внезапную встречу. Его электронная почта была переполнена входящими сообщениями. Подготовка к приближающейся торговой конференции превращалась в кошмар. Принцесса Джулианна из Алиесте терпеливо ждала возможности с ним пообедать.

Нико привык к сложностям и конкуренции и благодаря им процветал. Сейчас же ему казалось, что ворот рубашки его душит. Он потянул узел галстука.

Аудиенции у короля были важнее всего и часто нарушали деловой график Нико на весь день, иногда на неделю. Не говоря уже о выматывающем дворцовом этикете, установленном с целью превратить его страну в современное государство. И Нико соблюдал требования отца – из уважения к нему и из желания принести пользу стране.

Король Дмитар сидел за большим письменным столом из красного дерева, уставившись на папку с до кументами. Его когда-то темные волосы были теперь белы, как снежные вершины Балканских и Карпатских гор. Лицо короля, так похожее на лицо Нико, было суровым, словно горные цепи вышеуказанных гор. Очки в тонкой оправе сидели низко на носу короля, делая его похожим скорее на профессора, чем на воина и государственного деятеля, который почти всю свою жизнь старался объединить страну.

Нико остановился в нескольких метрах от отца и стал ждать.

В открытое окно ворвался бриз, принося сладкий аромат цветов из королевского сада. Когда-то в этой стране ощущался только резкий запах пороха и тошнотворный запах человеческой крови.

Пять лет прошло с момента ратификации мирного договора. Напряжение между двумя враждующими сторонами осталось, но мир все-таки восторжествовал. Нико намеревался сохранять Вернонию единой и сделать ее мирной страной.

Не желая тратить зря время, он откашлялся.

Его отец поднял глаза, под которыми виднелись темные круги.

– Вы посылали за мной, сир, – сказал Нико.

Морщины на лице отца стали отчетливее. Военный конфликт и горе состарили короля. Но все же его губ коснулась улыбка.

– Хорошие новости, сын мой.

Лучшей новостью стало бы вступление Вернонии в Евросоюз, но Нико понимал, что следует провести в стране еще очень много реформ. Он подошел ближе к письменному столу отца:

– Все утро я разбирался с требованиями торговых делегаций. Хорошие новости принесли бы мне облегчение, отец.

– Нашелся ларец для твоей невесты.

Обдумав неожиданное известие, Нико рассердился тому, что обязан соблюдать семейные традиции, выбирая себе жену.

– Вы уверены, что он мой?

– Полная уверенность появится тогда, когда он окажется у нас в руках.

О ларце для невесты ничего не было известно в течение двадцати лет, то есть после того, как распад Советского Союза спровоцировал межэтнические столкновения на Балканах.

– Где он?

– В США. – Отец поправил на носу очки и внимательно посмотрел на папку. – Если точнее, то в Северной Каролине, в городе Шарлотта.

– Далековато.

– Да.

Местоположение не играло решающей роли для Нико, если он решил вернуть ларец. Традиция будет соблюдена, отец останется доволен. Ничто не помешает Нико жениться на Джулианне. Он просто исполнит свой долг во благо страны. Брак позволит ему сделать все необходимое для Вернонии.

– Как его обнаружили?

– Через Интернет. – Отец просмотрел документы в папке. – На форуме, посвященном антиквариату, было написано специальное сообщение. После некоторых переговоров нам выслали фотографию, которая подтвердила наши подозрения. Ларец принадлежит тебе.

– Невероятно… – Нико подумал о количестве частных детективов и охотников за сокровищами, нанятых для того, чтобы найти семейную реликвию. Он рассмеялся. – Технологии на службе традиций Старого Света.

– Иногда технологии полезны, но наши люди жаждут соблюдения традиций. Ты должен помнить об этом, когда станешь королем.

– Все, что я делаю в своей жизни, я делаю во благо Вернонии. – Предки Нико находились у власти в течение восьми веков. Преданность стране он впитал с молоком матери. Обязанности были для него превыше всего. – Но мы живем в двадцать первом веке и должны развивать технологии, если хотим преуспеть.

– И все же ты согласился на брак по расчету.

Нико пожал плечами, хотя меньше всего ощущал равнодушие. Его брак станет своеобразным мостом, соединяющим прошлое и будущее. Нико не настолько популярен, как английский наследный принц Уильям, но им интересуются. Ажиотаж вокруг предстоящей свадьбы пойдет на пользу туристическому бизнесу, который недавно стал развиваться в стране.

– Возможно, я не стану ярым сторонником традиций, отец, но я всегда будут делать то, что лучше для моей страны.

– Как и я. – Отец положил папку на стол. – У тебя есть ключ.

– Конечно, сир! – Нико всегда носил ключ на серебряной цепочке на груди. Ключ скорее походил на соединенные крест и сердце. – Теперь я могу перестать носить кулон?

– Нет. – Слово короля отчетливо раздалось в просторном кабинете и поглотилось гобеленами на стене. – Ключ понадобится тебе завтра, когда ты полетишь в Северную Каролину.

– Пошлите Джована. Прямо сейчас я не могу лететь в США. Я нужен здесь, – возражал Нико. – У меня насыщенный график. Здесь принцесса Джулианна.

– Ларец принадлежит тебе, – сказал отец. – Ты единственный, кто может привезти его домой. К полету уже готовятся. Твой помощник получит информацию о маршруте и обо всем остальном.

Нико прикусил язык. Сопротивляться бесполезно.

– Отлично, но вы же понимаете, что я никогда не видел ларца.

– Ты его видел, будучи ребенком.

Из детских и юношеских воспоминаний у Нико осталась только память о войне, повторения которой он не желал.

– Вы хотите, чтобы я сделал предложение Джулианне до того, как улечу в США, или после возвращения оттуда, отец?

Король покраснел:

– Официального предложения быть не должно.

– Что? – Нико вспомнил о том, что окно открыто, а в приемной находятся люди. Он понизил голос: – Мы несколько месяцев вели переговоры с советом старейшин из Алиесте. Даже сепаратисты одобряют наш брак с тех пор, как король Аларик поддержал их во время военного конфликта. Единственное препятствие браку – отсутствующий ларец для невесты. Любая задержка с предложением создаст неверные…

– Никакого предложения.

Нико был ужасно разочарован. Он почти год подыскивал себе подходящую невесту.

– Вы согласились с тем, что Джулианна станет отличной женой и королевой Вернонии. Вот почему мы стали разыскивать ларец для невесты.

– Джулианна более чем отличная будущая королева, но… – Отец Нико снял очки и потер уставшие глаза. – Ты ее любишь?

Нико изумился тому, что следующий традициям отец заговорил о любви. Его родители поженились не по любви. Нико решил жениться только по расчету после того, как его старший брат Стефан был убит во время военного конфликта.

– Мы хорошо ладим. Она красивая и умная. Я буду доволен ей как женой, – честно признался Нико. Он всегда знал, что женится ради блага Вернонии, забыв о собственных интересах. – Свадьба привлечет всеобщее внимание, начнет развиваться туристический бизнес. Альянс Алиесте и Вернонии принесет нашей стране финансовый капитал, благодаря которому мы до конца восстановим Вернонию. Это поможет нашей стране войти в Евросоюз.

– Ты все предусмотрел.

Нико склонил голову:

– Как вы меня учили, отец.

– И ты учел чувства Джулианны?

– Она… неравнодушна ко мне, – осторожно ответил Нико. – Как и я к ней. Она понимает, что ее ждет.

– Но она любит тебя?

Нико переступил с ноги на ногу:

– Никогда прежде вы не говорили о любви. Только об обязанностях.

– Ты достаточно взрослый человек, чтобы понять, испытывает к тебе женщина какие-нибудь чувства или нет. Отвечай на мой вопрос.

Нико подумал о вчерашнем пикнике с Джулианной. Они поплавали по озеру на паруснике, а потом он ее поцеловал. Поцеловал в первый раз. Поцелуй показался ему… приятным, но Джулианна явно предпочитала плавать, а не целоваться.

– Не думаю, что она меня любит. Короче, я считаю, что она меня не любит.

– Хорошо.

– Я не понимаю, что происходит, сир. Если мне неизвестно о каких-то изменениях в отношениях между Вернонией и Алиесте…

– В отношениях между странами ничего не изменилось. Но возникли… небольшие сложности, мешающие твоему браку с Джулианной.

Нико напрягся:

– Какие сложности?

В придорожной автомастерской в городе Шарлотта, штат Северная Каролина, из радиопроигрывателя неслось оглушительное пение. Запахи машинного масла, бензина и смазочных материалов витали в воздухе. Изабель Пуссар склонилась над двигателем маленького спортивного автомобиля. Болт, который ей следовало открутить, не двигался с места, но на помощь она никого не звала. Она хотела, чтобы парни-работники воспринимали ее как ровню, а не как женщину, не способную ничего сделать самостоятельно.

Покойный дядюшка Франк, который воспитывал Изабель скорее как мальчика, нежели как девочку, всегда мечтал, чтобы она стала профессиональным автомехаником. Он заботился о ней и делился профессиональным мастерством и любовью к автомобилям. Ему часто предлагали пойти работать в заправочно-ремонтную мастерскую, но он отказывался, не желая оставлять Иззи без присмотра.

Иззи мечтала накопить достаточно денег и отправиться в школу автомехаников, чтобы не торчать в убогих автомастерских, а стать профессионалом своего дела. Ради дядюшки Франка и ради себя самой.

Приложив усилия, она снова взялась за болт. Болт поддался.

– Да!

– Эй, Иззи! – крикнул ей сын владельца автомастерской и ее ближайший друг по имени Бойд. – Тут к тебе какие-то парни.

Об Иззи по округе ходила молва. Она не только умела чинить старые двигатели, но и разбиралась в современных автомобилях, а также научилась проводить компьютерную диагностику. Ее босс, Роуди, был настолько счастлив иметь подобного работника, что прибавил Иззи зарплату.

Если так пойдет дальше, через несколько месяцев Иззи удастся поступить в школу автомехаников.

Улыбаясь, она положила гаечный ключ и болт на ящик для инструментов.

Иззи вышла на улицу, и свежий воздух наполнил ее легкие. Солнце согревало ее лицо. Весна нравилась ей больше влажного лета.

Напротив мастерской стоял сияющий черный лимузин с отлично работающим двигателем и сильно тонированными стеклами. Поблизости находились полицейские в униформе.

Ее ждали не просто «какие-то парни». В лимузине, должно быть, сидит какая-нибудь важная шишка, если его сопровождают полицейские.

Иззи представить не могла, зачем понадобилась этим людям, если двигатель лимузина работал идеально.

Она вытерла грязные руки о брюки хлопчатобумажного комбинезона. Руки особо чище не стали, учитывая то, что под ногтями виднелись остатки смазочного материала, но все-таки…

Один из полицейских оглядел Иззи, словно проверяя уровень ее потенциальной опасности. Хорошо, что она оставила гаечный ключ в мастерской.

Шофер обошел лимузин и открыл дверцу. Из лимузина вышел блондин в дизайнерском костюме и до блеска начищенных черных туфлях. Классически красивые черты лица, коротко остриженные волосы. Но привлекательная внешность мужчины казалась пресноватой, как ванильное мороженое без взбитых сливок и карамели. Иззи предпочитала мужчин не столь красивых и более… мужественных.

– Изабель Пуссар? – спросил мужчина.

Она напряглась. В последний раз ее полное имя произносили на вручении аттестата зрелости после окончания средней школы. Все называли ее Иззи, начиная с самого детства. Дядюшка Франк научил ее не доверять незнакомцам. Он беспокоился за нее и очень опекал.

Иззи вздернула подбородок и посмотрела на мужчину свысока:

– Кто спрашивает?

Мягкие карие глаза посмотрели на него в упор. Парень ничуть не испугался. Он казался почти изумленным ее ответом.

– Меня зовут Джован Новак, я помощник его королевского высочества, наследного принца Николы Томислава Кресимира. – Джован говорил с европейским акцентом.

– Никогда о таком не слышала.

– Он из Вернонии.

– Вернония? – Иззи подумала, потом внезапно вспомнила. – Одна из Балканских стран. Сказочные замки и заснеженные горные вершины. Там была гражданская война.

– Да.

– Эй, Иззи! – заорал откуда-то сзади Бойд. – Нужна помощь?

Она оглянулась на здоровяка, держащего в руках молоток, и усмехнулась. Ей нравилось, что Бойд относится к ней как к младшей сестре, особенно с тех пор, как она осталась сиротой.

– Пока нет, Бойд, но я дам тебе знать.

Джован был по-спортивному подтянутым, но Иззи легко бы с ним справилась без помощи Бойда благодаря приемам рукопашного боя, которым ее обучил дядюшка Франк.

– Изабель… Иззи… – Джован улыбнулся и поклонился. – Для меня удовольствие с вами познакомиться. Его…

– Сломалась машина? Или вам еще чего-то нужно? У меня работы полно.

– Минуточку, пожалуйста… – Джован снова уселся в лимузин.

Прошло то ли несколько секунд, то ли несколько минут. Иззи не знала наверняка, потому что не носила часов. Часы висели на стене в автомастерской, а еще время можно было узнать по мобильному телефону.

Иззи нетерпеливо притопывала. Ей нужно было починить спортивный автомобиль и приступать к починке внедорожника. Потом нужно заняться мини-вэном одной мамаши с четырьмя детьми.

Джован вышел из лимузина. За ним появился высокий мужчина с густыми каштановыми волосами длиной до плеч и проницательными зелено-голубыми глазами, обрамленными темными ресницами.

Она выпрямилась, желая стать чуть выше ростом.

А какой у него подбородок!

Иззи с удовольствием рассматривала мужчину.

Прямой нос, словно высеченные из камня скулы, темные брови, рваный шрам на правой щеке.

Чрезвычайно мужественное лицо.

Лимузин, дорогая одежда, личный помощник, полицейский эскорт. Мужчина прибыл совершенно из другого мира. Иззи продолжала на него глазеть. Он двигался с легкостью и грацией атлета.

– Вы Изабель Пуссар. – Он говорил с британским и еще каким-то акцентом, его голос мог растопить лед.

Она кивнула, решив не открывать рта.

Мужчина пристально и оценивающе оглядел Иззи с головы до ног, ему явно не понравилось то, что он увидел.

Иззи вряд ли было до этого дело.

Такой крутой красавчик вроде него никогда не заинтересуется замусоленной обезьянкой вроде Иззи. И все же на него приятно смотреть. Уже за одно это можно сказать спасибо.

Иззи снова вздернула подбородок, но не стала смотреть свысока, как на Джована.

– Вы знаете мое имя, но я не знаю вашего.

– Я принц Никола из Вернонии.

– Принц?

– Да.

Иззи огляделась в поисках скрытой камеры:

– Меня разыгрывают?

Джован усмехнулся.

Никола поджал губы:

– Нет.

– Мне называть вас «ваше высочество» или как-то еще?

– Зовите меня Нико, – сказал он.

– Итак, Нико, зачем вы здесь?

Джован начал говорить, но Нико поднял руку, заставляя помощника замолчать.

Милый трюк. Может, он действительно принц. Или ему нравится, когда его считают принцем.

– Вы оставили в Интернете запрос на поиски ларца для невесты, – сказал Нико. – Ларец принадлежит мне.

Она взглянула на него свысока:

– Я так не думаю, пижон.

Он вздрогнул.

– Ларец принадлежал моей матери, – прибавила Иззи. – Я ищу ключ.

– Я знаю, что вам нужен ключ, но ларец, изображенный на фотографии, никогда не принадлежал вашей матери.

Черт побери. Роуди и Бойд говорили Иззи, что, если она поместит заявку в Интернете, ответов от подозрительных типов ей не избежать. Но она получила только один ответ на заявку и отправила фотографию ларца.

– Вы ЕКВДК?

– Это мой отец, – объяснил Нико. – Его королевское величество Дмитар Кресимир.

Ага, будет король писать электронные письма незнакомцу по поводу деревянного ларца!

– Я не переписывалась с вашим… хм… папой, но я уже сказала, что ларец мой.

– Практически он ваш, но только потому, что я вам его отдал.

Что за идиотское заявление! Ларец был единственным воспоминанием о матери Иззи, которая осталась сиротой в раннем детстве. Вот почему она так отчаянно разыскивала ключ от него. После смерти дядюшки Франка у нее не осталось ни одного родственника, связь с прошлым потеряна.

Борясь с разочарованием от того, что не найдет ключа, Иззи расправила плечи:

– Я слышала о Вернонии, но никогда там не была. Уверена, что мы никогда не встречались. Ларец находится со мной с тех пор, как я себя помню.

– Ларец находится у вас двадцать три года, – сказал Нико. – Я отдал его вам, когда вы были младенцем.

– Младенцем, – повторила Иззи, словно повторение могло придать смысл словам Нико. Принц примерно одного возраста с ней. Двадцать три года назад он был маленьким ребенком и не мог отдать ей ларец.

– Да, – с сожалением признался Нико. – Я кажусь безумцем.

Если безумец не Нико, тогда с ума сошла Иззи.

– Я могу вас заверить, что я не сумасшедший, – деловито заявил Нико и мельком взглянул на стоящего рядом с ним помощника. – Я прав, Джован?

– Не сумасшедший, – подтвердил Джован, хотя выглядел изумленным от происходящего.

– Я полагаю, он вам платит, чтобы вы с ним соглашались, Джован, – рассердилась Иззи.

– Платит. Но я, кроме того, юрист, если это прибавит мне весомости.

– Не прибавит. Я считаю вас обоих невменяемыми.

Оба мужчины озадаченно посмотрели на Иззи.

– Вы психи. – Иззи мельком взглянула на полицейских. Неужели они тратят время и деньги налогоплательщиков на то, чтобы охранять какого-то психа, объявившего себя принцем? – Давайте притворимся, что сказанное вами правда…

– Правда, – произнес Нико.

Она глубоко вздохнула, чтобы успокоиться:

– Зачем вы отдали ларец ребенку? Это какой-то особенный жест?

– Так принято.

На этот раз озадаченной оказалась Иззи:

– Да?

– Традиция, – пояснил Нико. – Когда принц Вернонии женится, он вручает свадебный ларец своей невесте.

– Это нисколько не объясняет, почему вы вручили его мне.

– Потому что я ваш муж.

Глава 2

– К-кто? Муж? – Голос Изабель надломился. Выражение ее лица можно было бы назвать комическим, если бы не серьезность ситуации.

– Да. – Нико понимал, что она шокирована. Он ей даже сочувствовал. Когда он узнал, что у него имеется жена, его мир перевернулся. Но ее и его чувства лишь отсрочат аннулирование брака. Эти сложности мешают ему жениться на Джулианне и начать помогать своей стране. – Трудно с этим смириться.

– Смириться? – Его буравил пронзительный взгляд ее карих глаз. – Ладно, Нико, или как там тебя, кончай нести чушь и говори, зачем сюда приехал.

Он уставился на Изабель, одетую в грязный мешковатый комбинезон, на ее криво завязанный на затылке хвост, испачканные смазкой руки и щеки. Она была бы очень привлекательной со своим овальным лицом, высокими скулами и выразительными глазами, если бы не одевалась как мужчина и не поливала себя моторным маслом вместо духов.

– Ладно, Нико! – Она уперлась руками в бока. – Выкладывай!

Он ожидал, что она не обучена хорошим манерам и не знает королевского протокола, но ее напористость его изумила. Немногие осмеливались бросать Нико вызов. Он был… заинтригован.

– Я говорю правду. Я – твой муж.

Она надула полные ненакрашенные губы и пристально на него посмотрела. Он привык, что его рассматривают оценивающе. Но, в отличие от большинства женщин, Изабель явно не была под впечатлением от того, что видит перед собой.

– Я уже сказала, что никогда с тобой не встречалась, – произнесла она. – Мы не можем быть женаты.

– Можем. Ты просто не помнишь.

Изабель и глазом не моргнула:

– Я думаю, что запомнила бы свою свадьбу.

– Вряд ли, ведь тебе было всего несколько месяцев от роду.

Она округлила губы:

– Что?

– Мне было всего полгода, когда мы поженились, и у меня о свадьбе остались смутные воспоминания.

– Брак между детьми? – Изабель раздула ноздри. – Это противозаконно.

– Да, в настоящее время это противозаконно и в Вернонии, но двадцать три года назад было иначе.

– Безумие какое-то… – Ее голос стал выше на октаву. – Я американка.

– Твоя мать была американкой, а отец родом из Вернонии.

– Мой отец… – Изабель бросила взгляд на Джована, словно ища у него подтверждения. Он кивнул, и она сжала кулаки. – Теперь мне известно, что вы лжете. В моем свидетельстве о рождении в графе «Отец» стоит прочерк. Я понятия не имею, кто он такой.

– У меня имеется доказательство.

– Ты имеешь в виду ларец, – сказала она.

– Свадебный ларец, да, но также документы и фотография.

Во взгляде Изабель промелькнуло любопытство:

– Что за документы?

От ее заинтересованности напряжение Нико немного спало. Может, документ сумеет ее убедить. Он посмотрел на Джована, который достал кожаный мешочек из внутреннего кармана пиджака и вручил Нико.

Открыв мешочек, Нико заметил двух высоких мужчин в рабочих комбинезонах, которые наблюдали за ними из гаража.

Вне сомнения, лимузин и полицейские привлекли внимание. Любой ценой Нико хотел избежать огласки. Перед отъездом в США он искренне обрисовал Джулианне сложившуюся ситуацию, но другие представители Алиесте могли воспринять в штыки информацию на первых полосах таблоидов о его внезапно появившейся жене.

Он огляделся:

– Я предпочел бы обсуждать дела в более уединенной обстановке. Сядем в лимузин?

Изабель свирепо уставилась на него:

– Я похожа на женщину, которая прыгает в машину с незнакомцами?

– Возможно, мы незнакомы, но я твой муж.

– Это еще нужно доказать.

– Отлично. Останемся здесь. – Он достал из мешочка две свернутые бумажки. – Я взял на себя смелость и перевел свидетельство о браке на английский язык.

Она настороженно посмотрела на Нико:

– Хм, свидетельство о браке?

Он протянул ей бумаги:

– Убедись сама.

Изабель вытерла руки о мешковатый комбинезон.

«У нее совсем нет грации и элегантности Джулианны», – подумал Нико.

– Это копии, поэтому не бойся их испачкать.

Изабель взяла документы и стала читать оригинал свидетельства и его перевод. Нико оценил ее щепетильность.

– Похоже, свидетельство подлинное, – сказала она.

– Подлинное.

– Но это неправильно! – Она указала испачканным в машинном масле пальцем на строчку с именем своей матери. – Моя мать никогда не была замужем.

Нико медлил.

Сложности выходили за рамки того, что Изабель Пуссар являлась его женой. Она думает, что стопроцентная американка, но это не так. Она была последней представительницей рода Сейчестиан из Вернонии. Ее семья была родом из Сейчестии – области на севере страны. Изабель заслуживала знать правду, но Нико было неловко об этом говорить. Он хотел, чтобы разговор скорее закончился.

– Твоя мать, Евангелина Пуссар, была студенткой американского университета. Она занималась альпинизмом в Европе, когда познакомилась с принцем Александром Звонимиром… – Вчера родители Нико объяснили ему, что произошло с семьей Изабель. – Они полюбили друг друга и тайно сбежали.

Иззи посмотрела на Нико так, словно у него выросли рога:

– Моя мать была замужем за принцем?

– Да.

Изабель скривила рот:

– Итак, дальше ты скажешь, что кто-то, похожий на Джулию Эндрюс, не только моя бабушка, но и королева?

Нико понятия не имел, о чем говорит Изабель. Джован тихо объяснил ему, что она ссылается на фильм и серию американских книг под названием «Дневники принцессы».

Нико ничего не знал ни о каких «Дневниках принцессы», но, по меньшей мере, понимал, куда клонит Изабель.

– Моя мать – королева, – сказал он. – Хотя она с радостью станет бабушкой. Могу тебя уверить, она совсем не чопорная и не разговаривает как Мэри Поппинс.

Изабель покачала головой:

– Я не могу представить, что все это правда… – Она перечитала переведенный на английский язык документ. – Предположим, моя мать была замужем за принцем и он мой отец. Почему она рожала меня в США?

– Ты родилась в Вернонии.

– В моем свидетельстве о рождении сказано, что я родилась в США. У меня есть копия. – Изабель поджала губы. – Один из документов – фальшивка. Я подозреваю, именно твое свидетельство фальшивое.

– Думай что хочешь, но фальшивое именно твое свидетельство о рождении, – сказал Нико. – После начавшихся в Вернонии политических беспорядков твои родители наверняка сделали для тебя другое свидетельство о рождении, исключив из него информацию о Вернонии и отцовстве принца Александра.

– Ты говоришь так, словно в это веришь.

– Да, я убежден, что ты принцесса Изабель Пуссар Звонимир Кресимир.

Она теребила нос:

– Я похожа на принцессу?

– Ты похожа на автомеханика, но это ничего не меняет. Ты принцесса Вернонии и моя жена.

Изабель уставилась на свидетельство о браке:

– Тогда как я здесь оказалась?

– Это хотелось бы узнать нам всем, – признался Нико. – Подданные моего отца пытаются это выяснить. Жители Вернонии полагают, что ты погибла вместе с родителями, взорвавшись в автомобиле, через месяц после нашей свадьбы.

Изабель слегка наморщила переносицу.

«Хорошо, – подумал Нико, – она начинает задумываться над тем, что услышала».

– Слушай, я понимаю, что ты не простой человек, иначе не было бы у тебя лимузина, юриста-помощника, документов и полицейского эскорта. Допустим, тебе известно имя моей матери, но ты все равно ошибся. Евангелина Пуссар никогда не была в Европе. Она не была замужем. И она умерла от осложнений при родах, а не от рук террористов.

– Как насчет ларца? – спросил Нико.

– Не знаю. Может, ларцы похожие. Твой ларец и ее ларец… – Изабель сунула бумаги ему в руки. – У меня нет времени этим заниматься. Я должна работать.

Высоко подняв голову, словно английская королева, а не непритязательный автомеханик, Изабель отвернулась от Нико и пошагала к мастерской.

Нико сжал пальцами документы. Он старался вспомнить, кто, кроме его отца, так бесцеремонно от него отмахивался.

– Изабель!

Она не оглянулась.

«До чего невыносимая женщина! Прыгнуть бы в лимузин и уехать, словно никогда не встречался с Изабель Пуссар. Но нельзя».

– Подожди!

Она ускорила шаг. Большинство знакомых женщин бегали за Нико, а не уходили прочь. Но у него сложилось впечатление, что Изабель не похожа на известных ему женщин.

– Пожалуйста, – прибавил он.

Она остановилась, но не повернулась.

Он стиснул зубы:

– Прежде чем уйдешь, пожалуйста, посмотри фотографию.

Изабель оглянулась через плечо:

– Какую фотографию?

Он достал снимок из мешочка:

– Свадебную фотографию.

Изабель не сдвинулась с места:

– Слушай, мне пора работать. Мой босс за мной следит. Не могу я позволить, чтобы мне урезали зарплату из-за твоих шуток.

– Это не шутка. – Нико оглядел старый гараж, которому требовалась новая крыша и покраска. – Я дам тебе сто долларов за пять минут разговора со мной.

Она выпрямилась:

– Правда?

Он вынул из бумажника стодолларовый банкнот и протянул ей:

– Правда.

Она поспешно подошла к нему, не сводя взгляда с банкнота:

– Ты псих, но за такие деньги я поговорю с тобой семь минут. – Изабель схватила у него из руки деньги и засунула их в карман комбинезона. – Показывай фото.

Нико вручил ей фотографию, наизусть зная запечатленных на ней людей:

– Ты та девочка в белом платье и тиаре на голове. Тебя держит твоя мать. Твой отец стоит справа от тебя. Рядом с ним – твои бабушка и дедушка по отцу.

Изабель держала фото обеими руками, на ее лице было равнодушное выражение.

– Это похоже скорее на крестины, чем на свадьбу.

– Это традиционная фотография королевской свадьбы детей. Жених и невеста находятся в центре, их родственники – по обеим сторонам от них.

Изабель прищурилась:

– Ты – тот малыш в костюме со светло-голубой лентой поперек груди?

– Да.

Она подняла на него глаза:

– Не похож.

– Прошло двадцать три года.

Изабель посмотрела на фото малыша Нико:

– Ты не выглядишь счастливым.

Нико и сейчас не чувствовал себя слишком счастливым. Ему хотелось избавиться от сложностей… и от Изабель.

– Полагаю, шестимесячный мальчик не может слишком радоваться свадьбе.

– А кто этот другой мальчик? – спросила Изабель.

– Мой старший брат.

– Почему девочку не выдали за него?

Нико заметил, что она сказала «девочку», а не «меня». Он вздохнул, чтобы сохранять спокойствие:

– Стефан был наследным принцем и уже был обручен.

Она подняла глаза:

– Был?

– Стефана убили во время военного конфликта семь лет назад.

Она посерьезнела:

– Сожалею о твоей потере.

Нико требовалось не ее сожаление, а сотрудничество.

– От военного конфликта пострадали все жители Вернонии. Я хочу сохранить мир в стране и сделать ее современной.

– Стоящие цели. – Изабель снова посмотрела на фотографию. – Мне жаль, что ты проделал такой путь напрасно. У моего дяди Франка была фотография моей матери, которая не пострадала после пожара в родительском доме. На ней она совсем не похожа на женщину на этом снимке.

Нико вспомнил, что согласно досье у Изабель не осталось ни одного родственника. Ее мать была единственным ребенком и осиротела в девятнадцать лет, ее родители погибли в железнодорожной катастрофе. Родственники Изабель со стороны Звонимиров погибли во время военного конфликта. Теперь откуда-то появился дядюшка по имени Франк.

– Кто такой дядя Франк? – спросил Нико.

– Франк Мирослав, старший единокровный брат моей матери. Он воспитывал меня после ее смерти.

Мирослав. Нико узнал фамилию, но понятия не имел, каким образом этот человек приходится родственником Изабель и ее матери-американке. Он взглянул на Джована, желая понять.

– Род Мирославов веками состоял на службе у рода Звонимиров, – объяснил Джован. – Семьи имеют крепкие связи, но между ними сохранялись отношения «хозяин-слуга». Франко Мирослав был шофером принца Александра, и, насколько мне известно, его лучшим другом. Ходили слухи, что Франко познакомил принца с Евангелиной Пуссар.

Изабель открыла рот от удивления, потом сомкнула губы.

– Вот тебе и объяснение того, как тебя вывезли из Вернонии и доставили сюда, – сказал Нико. – Они могли нанять другого водителя, а вместо ребенка на место теракта подложить куклу после того, как тебя вывезли их страны…

– Нет. – Она крепче поджала губы. – Женщина на фото не моя мать.

– Ты уверена, что женщина на фото, которое тебе показывал дядя Франк, была твоей матерью? Я приношу свои извинения, Изабель. Я понимаю, что тебе трудно.

– Вы говорите немыслимые вещи. Дядя Франк не был шофером. Он был автомехаником их маленького городка неподалеку от Чикаго. Он был мне как отец. Зачем ему лгать мне?

Нико уважал отношение Изабель к человеку, который ее воспитал.

– Вероятно, Франко – твой дядя Франк – скрывал правду ради твоего блага. Ты принцесса. Тебя могли бы убить, если бы знали, что ты выжила.

– Невозможно поверить.

– Есть способ проверить, говорю ли я правду.

Она резко подняла на него глаза:

– Какой?

Он вытащил цепочку из-под рубашки:

– Проверим, подходит ли к ларцу мой ключ.

* * *

«Только бы ключ не подошел!» – твердила себе Иззи, пока ехала домой за ларцом вместе с Бойдом и Джованом. Теперь она сидела в кабинете Роуди, держа на коленях ларец и ожидая, когда к ней присоединятся остальные.

«Нико – мой муж! А я – наследная принцесса!»

У Иззи затуманился взор, у нее закружилась голова.

Возможно, другие женщины оказались бы счастливы узнать о том, что замужем за иностранным красавцем принцем. Но только не Иззи. О, конечно, она хотела вступить в счастливый брак, но ей не нужна была сказка с причудливыми замками, сверкающими драгоценностями и принцем-очаровашкой.

Открылась дверь в кабинет Роуди. Вошли Нико, Джован и босс Изабель.

– Всего несколько минут, Иззи, – сказал Роуди. – Дункан Мур уже в пути.

– Спасибо. – Иззи попросила Роуди позвонить одному из его клиентов, который был знаменитым адвокатом в Шарлотте. Ей нужно было поговорить с ним до того, как Нико и Джован попытаются забрать у нее ларец. К удивлению Изабель, Нико предложил оплатить услуги адвоката.

От волнения у нее засосало под ложечкой. Наконец Роуди объявил, что Дункан приехал.

Лысый Дункан Мур – мужчина под шестьдесят, состоящий в третьем браке, – с важным видом вошел в кабинет. На любом другом человеке галстук-бабочка в горошек выглядел бы нелепо, но на успешном адвокате смотрелся выигрышно.

– Извините за опоздание. Иззи? – Дункан посмотрел на Нико и поклонился: – Ваше королевское высочество?

Нико кивнул Дункану:

– Это мой помощник и адвокат Джован Новак.

Джован пожал руку Дункану.

От серьезности ситуации у Иззи по спине пробежала дрожь.

– Теперь можем начинать, – сказал Нико.

Обстановка в кабинете стала напряженнее в несколько раз. Ноги Иззи так сильно дрожали, что ларец подпрыгивал на ее коленях. Она поставила его на стол Роуди и открыла крышку, затем отодвинула обтянутую бархатом планку, открывая замочную скважину.

– До смерти дяди Франка я не знала, что планку можно вынимать. Он разрешал мне смотреть на ларец, но запрещал к нему прикасаться.

– Ваш дядя говорил, что ларец принадлежал вашей матери? – спросил Дункан.

– Нет, но я так предполагала. Дядя Франк просто говорил, что это важная вещица.

Нико взял ключ, который носил на шее:

– Посмотрим, насколько она важная.

Уверенным движением руки, словно нейрохирург, Нико вставил ключ в замочную скважину.

Иззи дрожала, ей хотелось закрыть глаза. Но вместо этого она затаила дыхание.

Нико повернул ключ и объявил:

– Ключ подошел.

Иззи шумно выдохнула.

«Нет, этого не может быть!»

В ларце оказалось двойное дно, где находился потайной ящичек.

– Ты только посмотри на это! – с благоговением произнес Роуди густым басом.

Хотя Иззи несколько лет ждала этого момента, она боялась посмотреть внутрь ларца.

– Та же самая тиара, – произнес Нико на весь кабинет.

Иззи зажмурилась и почувствовала, как кто-то коснулся ее плеча. Открыв глаза, она увидела, что это Нико.

Выпрямившись, Иззи посмотрела в ларец на маленькую бриллиантовую тиару, что была на голове новобрачной девочки на фотографии. Рядом с ней лежали другие фотографии и драгоценности. Она начала себя убеждать в том, что, вероятно, дядюшка Франк нашел этот ларец или купил его, а может, даже украл от отчаяния. Может, поэтому у Иззи не было ключа.

Нико протянул руку, чтобы запустить ее в ларец.

– Подождите, сир! – крикнул Дункан.

Принц убрал руку от ларца.

– Могу я сфотографировать его содержимое, прежде чем вы начнете его рассматривать? – Дункан держал в руках фотоаппарат. – Я предпочел бы все официально зафиксировать. Ради блага Иззи и ради вашего блага.

– Конечно, – сказал Нико.

Вспышки фотоаппарата усилили страдания Иззи. Она ненавидела световые вспышки. Дядя Франк погиб от молнии. Она сглотнула подступивший к горлу ком.

Дункан отошел в сторону:

– Благодарю, сир. Прошу вас, продолжайте.

Нико посмотрел на Иззи:

– Когда-то ключ от этого ларца был у твоих родителей. Они положили в него то, что имеется в нем сейчас. Забрать содержимое ларца можешь только ты, Изабель.

– Я так и сделаю. – Она не знала, что станет делать с содержимым ларца до тех пор, пока не выяснит подробности. – Но только потому, что хочу иметь факты на руках.

Иззи почувствовала, как на нее уставились четыре пары глаз. Дядюшка Франк научил ее всегда высоко держать голову, вне зависимости от того, что творится у нее в душе. Если бы сейчас он был здесь…

Она пододвинула свой стул ближе к столу и дрожащей рукой вынула тиару из ларца:

– Какая крошечная.

Нико кивнул:

– Мои родители отдали тиару тебе, чтобы ты надела ее на свадьбу. Маленькие бриллианты символизируют города и деревни страны. Три больших бриллианта символизируют тебя, меня и Вернонию.

– Трудно сказать наверняка, такая ли тиара на фотографии, – произнесла Иззи, зная, что старается ухватиться за соломинку.

– Та же самая тиара, – ответил Нико.

Иззи положила тиару на стол, затем достала из ларца иностранные монеты, долларовые банкноты, бриллиантовый кулон, изумрудный браслет и три кольца потрясающей красоты.

Все эти драгоценности стоили целое состояние. Наверное, именно поэтому Нико так стремился завладеть ларцом. Деньги могут заставить человека пойти почти на все.

Она взяла фотографию мужчины и женщины.

– Это твои родители, – тихо сказал Нико.

Иззи уставилась на красивую пару:

– Красивая женщина.

– Ты на нее похожа, – произнес Роуди.

– Хотелось бы… – У Иззи сжалось сердце при мысли о двух людях, которых принц объявил ее родителями.

– Ты похожа на свою мать, – заметил Нико, – но глаза ты унаследовала от отца.

Иззи заволновалась. Никто и никогда не находил ее сходства с дядюшкой Франком. Она достала из ларца еще множество фотографий, потом какой-то документ на иностранном языке.

– Позволь мне. – Нико взял у нее документ. – Это твое свидетельство о рождении. Евангелина Пуссар Звонимир приходится тебе матерью. Александр Николас Звонимир – твой отец. Ты родилась в Сейчестии, Вернония. Это в северной части страны.

Джован положил на стол документы, которые показывали Иззи прежде:

– На случай, если захотите сравнить с переводом, ваше высочество.

– Меня зовут Иззи, – поправила она его. – Я хотела бы, чтобы перевод документа сделал незаинтересованный человек.

– Ты по-прежнему не веришь? – спросил Нико.

– Я просто осторожный человек, – призналась она.

– Ты моя жена. Я не могу притворяться, что тебя не существует.

Иззи скривилась:

– Жаль, что у меня на теле нет никакой отметины, доказывающей, что я королевских кровей.

Нико лукаво рассмеялся:

– Я с радостью поискал бы ее.

От его слов оба покраснели.

Иззи не ожидала подобной реакции от Нико. Но его смущение придавало ему больше человечности. Теперь ей было комфортнее рядом с ним, хотя ее сердце по-прежнему учащенно билось всякий раз, когда Нико на нее смотрел.

Она достала из ларца несколько листов бумаги, скрепленных вместе. Опять документ был написан на иностранном языке. Она передала его Нико.

– Это завещание твоего отца, согласно которому ты получаешь его поместье. Все поверили в то, что ты погибла вместе с родителями, поэтому поместье перешло…

– К тебе, – не задумываясь, сказала Иззи.

– Будучи твоим мужем, я являюсь прямым наследником.

– Что это за поместье, о котором вы говорите, ваше высочество? – спросил Дункан.

Нико взглянул на Джована:

– Какова его примерная стоимость?

– Около двадцати пяти миллионов евро, – ответил Джован.

Иззи плохо разбиралась в иностранных валютах, но понимала, что на кону огромные деньги.

– Ты хочешь отдать мне поместье в обмен на ларец?

– На ларец и расторжение брака, – уточнил Нико.

Роуди присвистнул:

– Ты выиграла в лотерею, Иззи.

– Не торопитесь радоваться, – предупредил Дункан. – Вы понятия не имеете, как работает юридическая система в Вернонии. Каждое государство имеет собственные законы, касающиеся поместий и наследства. Иногда наследственные дела рассматриваются в судах годами.

– Я никогда не стану присваивать себе то, что по праву принадлежит Изабель, – решительно заявил Нико. – Вернония маленькая страна, но у нас парламентская республика и современная законодательная система. Верховному суду не придется решать это дело несколько лет.

– Нельзя решить этот вопрос в США? – спросила Иззи.

– Собственность твоего отца находится в Вернонии, – объяснил Нико. – Кроме того, Верховный суд рассматривает частные дела в закрытом режиме. В США нам не избежать огласки.

Она посмотрела на адвоката:

– Дункан?

– Я не знаю законодательной системы Вернонии, но в США предпочитают лояльность. Пресса сойдет с ума, если узнает, что в стране появилась американская принцесса.

Иззи нахмурилась:

– Я не…

– Поедем со мной в Вернонию, – предложил Нико. – Мы предстанем перед Верховным судом, и наше дело быстро решится.

– У меня нет заграничного паспорта.

– Я это улажу.

Она прикусила губу:

– Не знаю. Мне следует подумать.

В комнате воцарилась тишина. Снаружи послышался звук подъехавшего автомобиля, кто-то посигналил и захлопнул дверцу.

– Иззи, на карту поставлено очень много, – сказал Роуди. – Не позволяй своему упрямству испортить тебе жизнь.

– Послушайте, Иззи, – посоветовал Дункан. – Принц Нико уверен, что вы принцесса Изабель. Он желает отдать вам многомиллионное поместье. О чем вам думать?

Изабель неуверенно смотрела то на Роуди, то на Дункана.

– В ларце есть что-то еще, ваше высочество, – произнес Джован.

Она посмотрела внутрь и увидела письмо, на конверте которого было написано ее имя. Почерк был женский.

Дрожащими руками она взяла незапечатанный конверт, достала оттуда листы бумаги, осторожно их расправила и стала читать текст на английском языке.

«Наша дорогая доченька!»

Слезы жгли глаза Иззи, пока она читала эти строки. Никто и никогда не называл ее «доченькой», даже дядюшка Франк, который был ей вместо отца. Она продолжала читать.

«Ты всего лишь ребенок, но уже невеста. Прости нас за то, что отправили тебя в США, но твой отец не нашел иного способа спасти твою жизнь. Брак с принцем Николой должен был защитить тебя и сохранить мир в Вернонии. Но, похоже, план провалился, и теперь ты в большой опасности. Мое величайшее желание состоит в том, чтобы ты никогда не читала этого письма. Я планирую его уничтожить, когда мы приедем в США. Если ты сейчас его читаешь, события развивались не так, как мы с твоим отцом планировали. И об этом, маленькая принцесса, я сожалею так, как ты и представить себе не можешь.

Твой отец разрывается между двумя враждующими кланами, желающими получить власть в Вернонии. Изначально сепаратисты хотели создать отдельно государство Сейчестия и посадить на королевский трон твоего дедушку. Теперь они хотят отобрать власть у короля Дмитара и управлять всей страной, но твой отец останется верным королю Дмитару, лоялистам и Вернонии. Твой брак, однако, неожиданно разозлил обе противоборствующие стороны. Мы должны уехать из Вернонии как можно скорее. Самое главное – твоя безопасность. Когда безумие в стране закончится, мы вернемся.

Мы не решаемся покидать страну все вместе, поэтому ты уезжаешь первой. Мы поручаем тебя Франко Мирославу. Он шофер твоего отца и наш ближайший друг. Он сделает все необходимое, чтобы ты была в безопасности. Мы последуем за тобой через сутки.

О нашем плане неизвестно никому, даже королю. Он хороший человек, но чем меньше людей знают о твоем местонахождении, тем лучше.

Твой отец говорит мне, что тебе пора уезжать. Я должна заканчивать письмо, Изабель.

Мы любим тебя, наша дорогая Иззи, и надеемся скоро быть вместе с тобой.

С любовью, мамочка и папочка».

Иззи несколько раз глубоко вздохнула, пока до нее доходил смысл прочитанного письма. Она никогда ничего не испытывала к той женщине, которую дядя Франк называл ее матерью. Но написанное ею письмо соединило Иззи с матерью через многие годы.

– Правда. – Она откинулась на спинку стула. – Все оказалось правдой. – Она обхватила руками живот, ком подступил к горлу.

Итак, родители планировали вернуться вместе с ней в Вернонию. Еще не поздно выполнить их желание.

Иззи поднялась и обратилась к Нико:

– Когда ты хочешь ехать в Вернонию?

Глава 3

Нико хотелось вернуться в Вернонию как можно скорее. Он сидел за столом в фургоне, который служил Изабель домом. Ей нужно было помыться, одеться и собрать вещи.

Она стояла напротив маленького холодильника, одетая в мешковатый испачканный комбинезон, и нервно потирала руки:

– Хочешь чего-нибудь выпить или поесть?

Он был признателен ей за гостеприимство. Двадцать три года вдали от Вернонии не лишили Изабель хороших манер, которые веками прививались ее предкам.

– Нет, спасибо.

Она неуверенно посмотрела в дальний конец фургона:

– Я буду готова через несколько минут.

Почувствовав ком в выцветшей коричнево-оранжевой подушке у себя за спиной, Нико передвинулся:

– Самолет без нас не взлетит.

Когда Изабель ушла, Нико с тревогой оглядел убогий интерьер фургона. О чем думал Франко? Да, шоферу следовало уберечь ее от опасности, но почему он никогда не просил короля о помощи?

Нико выдохнул.

Изабель не казалась несчастной. Она впечатлила Нико тем, что не потеряла голову от того, что обладает титулом и деньгами. Но принцесса Вернонии заслуживала лучшей жизни и не должна была работать в автомастерской. Нико не хотел, чтобы Изабель оставалась его женой, но решил обеспечить ей такую же жизнь, какая была у ее родителей.

Нико услышал, как Изабель вышла из душа.

– Я почти готова, – сказала она из-за тонкой перегородки.

Нико посмотрел на часы. Прошло всего пять минут. Мировой рекорд! Кажется, Изабель мало заботится о своей внешности.

Когда она вышла к нему, ему пришлось изменить свое мнение. На ней были облегающие светло-синие джинсы, подчеркивающие ее женственные формы и длинные ноги. Ткань футболки облегала высокую полную грудь. Блестящие каштановые волосы ниспадали на спину и плечи.

Он встретил ее взгляд, будучи зачарованным ее мягкими карими глазами, увидев в их глубинах потрясающее сочетание ума и доброты.

И это… его жена?

– Я готова ехать, – объявила Изабель.

Нико тоже был готов… следовать за Изабель куда угодно.

– Одежды у меня немного. – Изабель тащила за собой потертую сумку пурпурного цвета. Ларец невесты с его содержимым был в лимузине у Джована. – То, что у меня имеется, вряд ли подойдет для посещения Верховного суда.

– Как только мы приедем, я распоряжусь, чтобы тебя отвезли за покупками. О ценах не беспокойся.

– Ты уже много за меня платил.

– Я не против. Ты моя жена.

– Мы собираемся аннулировать брак, – напомнила она.

– Да, но до тех пор я обязан о тебе заботиться.

Изабель почти воинственно выпятила челюсть:

– Я могу сама о себе позаботиться.

– Я знаю. – Он склонил голову. – Я неверно подобрал слова. Я обещаю тебя оберегать.

– Не нужно.

Когда Изабель прошла мимо него, его нос наполнил исходящий от нее аромат ванили и жасмина.

– Я этого хочу.

– Ладно.

От ее улыбки он едва не упал со стула.

– Я уже тебя простила.

Нико не хотел, чтобы она его прощала. Он хотел… близости с ней. Проклятье! Влечение к Изабель оказалось неожиданным и неуместным. Для Нико самым главным всегда были обязанности и ответственность. Он практически помолвлен с Джулианной. Не следует увлекаться другой женщиной.

«Даже собственной женой?»

– Ты собрала все вещи?

– Да. Я не пробуду в Вернонии долго.

– Тебе может там понравиться.

Она пожала плечами:

– Я живу в этом городе с шестилетнего возраста.

Он не мог поверить, что она прожила почти в нищете семнадцать лет.

– Это долгий срок.

– Когда дядя Франк купил этот фургон, он сказал, что больше никогда не покинет дом. Фургон всегда с тобой. – Она вынула из холодильника картонную упаковку из-под молока и вылила остатки в раковину. – Интересно, думал ли он о Вернонии, когда об этом говорил. Трудно оставлять этот дом, полный воспоминаний.

– У тебя будет много новых впечатлений.

– Сначала мне нужно привыкнуть к своей новой жизни… – Она уставилась куда-то вдаль. – Теперь о дядюшке Франке многое становится понятным. Отсутствие фотографий. Его желание обучить меня приемам рукопашного боя. Скромная жизнь. Чрезмерная опека. Хотя он не был мне кровным родственником, я по-прежнему считаю его членом моей семьи. Он единственный член моей семьи, которого я знаю.

– Мы почтим память Франко за те жертвы, которые он приносил, охраняя тебя.

– Спасибо. – В ее глазах светилась благодарность. – Должно быть, он очень дорожил Вернонией, если столько сделал для меня. Теперь я понимаю, что он не планировал жить в Шарлотте вечно. Он хотел вернуться… домой.

Слова Изабель немного уменьшили беспокойство Нико по поводу ее будущего.

– Благодаря поместью своего отца ты сможешь жить где угодно и как угодно.

Она вздохнула:

– Меня пугает множество возможностей.

– Думай о возможностях только по одной. Так они не будут казаться… чрезмерными.

– Хороший совет. Спасибо.

– Тебе еще что-нибудь нужно?

Изабель огляделась:

– Бойд присмотрит за фургоном, пока я в отъезде, так что все будет в порядке.

– Бойд – твой парень?

– Бойд? – Она наморщила нос. – Он мне как брат. Некоторые думают, что мы парочка влюбленных, но мы просто друзья.

Услышав об этом, Нико испытал непривычное облегчение.

– У тебя есть парень?

– Парня нет.

– Но ты ходишь на свидания?

– Не так часто, как, вероятно, положено было бы. Я часто работаю сверхурочно, чтобы набраться опыта. А сослуживцы иногда слишком меня опекают, когда рядом появляются какие-нибудь парни.

Новость обрадовала Нико сильнее, чем следовало.

– А у тебя? – спросила она.

– Парня нет.

Она усмехнулась:

– А девушки?

Да, у Нико были девушки. Он встречался с моделями и принцессами. Джулианна не была его подругой по существу, но он планировал на ней жениться.

– Да. У меня есть девушка.

– Как ее зовут?

– Джулианна. Мы собираемся пожениться.

– Поздравляю, Нико. – Изабель закрыла замок на окне. – Я надеюсь, вы оба очень счастливы вместе.

Ее энтузиазм его изумил.

– Надеешься?

– Конечно, – призналась она. – Почему бы нет? Я могла бы быть твоей женой, но за нас сделали выбор другие или могли бы сделать.

Нико вздрогнул. Ее слова поразили его. Он мог не выбрать ее себе в жены, но не понимал, почему она могла бы не выбрать его. Он был принцем, и весьма привлекательным для женщин, согласно таблоидам.

– Кого бы ты выбрала себе в мужья?

– Никого.

– Ты не хочешь выходить замуж?

– Сначала мне нужно кое-что сделать.

– Расскажи мне об этом.

– Я планирую окончить школу автомехаников, работать в хорошей автомастерской и в конце концов стать в ней начальником.

Необычные цели для женщины. Для женщины в Вернонии подобное немыслимо, не говоря уже о принцессе.

– Ты любишь гонять на машине?

– Люблю, – страстно ответила она, и в ее глазах вспыхнул огонек. Изабель напомнила ему Джулианну, которая обожала ходить под парусом. Нико подумал, что, возможно, у этих женщин больше общего, чем он полагал.

– Твое наследство позволит тебе участвовать почти во всех гонках.

– Да, теперь, думая об обучении на автомеханика, я похожа на человека, который выиграл в лотерею, но желает продолжать работать. – Изабель поправила ремень синего рюкзака на плече. – Я готова сваливать, высочество!

«Ну вот, опять она за свое, – подумал Нико. – Вероятно, не так уж у нее много общего с принцессой Джулианной».

Иззи стояла у трапа роскошного самолета вместе с принцем, который волею судьбы оказался ее мужем, и не верила, что все происходит наяву. У нее учащенно колотилось сердце. Никогда прежде она не путешествовала на дальние расстояния. Но теперь ей предстоит лететь на королевском самолете на другой континент.

– Пора подниматься на борт, – прошептал стоящий позади нее Нико. Его теплое дыхание коснулось ее шеи.

Она разволновалась сильнее, но выпрямилась, не желая показывать свою слабость:

– Я знаю.

Скрепя сердце Изабель стала впервые в жизни подниматься на борт самолета…

Нико нежно прикоснулся рукой к ее спине, побуждая идти вперед. Иззи замерла, понимая, что теряет контроль над ситуацией.

– Все происходит слишком быстро. Мне нужно перевести дух.

– Переведешь, когда окажемся в воздухе. Нам предстоит долгий перелет.

Долгий перелет, который унесет Изабель из привычной жизни. От волнения у нее скрутило живот.

– Изабель?

Ее кожа покрылась мурашками. Изабель с трудом сглотнула:

– Хотела бы я, чтобы все оказалось сном. Но все происходит наяву. И теперь я понимаю, что попала.

– Попала?

– Лечу в Вернонию, чтобы аннулировать свой брак и получить наследство. К сожалению, мне неизвестно, что произойдет, когда мы приедем. Возможно, я там родилась, но Вернония воспринимается мною как планета Марс. – Под пристальным взглядом Нико она чувствовала себя одной из уродливых сестер Золушки.

– Жизнь в Вернонии отличается от той, к которой ты привыкла. Некоторые люди называют эту страну старомодной. Другие говорят, что она – древняя. Особенно когда речь заходит о гендерных ролях.

Иззи рассмеялась от отчаяния и страха:

– Если ты пытаешься меня успокоить, то ничего не получится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.