Алекс Ключевской (Лёха)
Наследнички

Глава 1

Я выскочил из комнаты и понёсся по коридору к гаражу. Похоже, что я не только внешне вырос похожим на отца, но и унаследовал его привычку плохо вставать по утрам. При этом мой брат-близнец прекрасно вскакивал в любое нужное ему время. Для меня же ранние побудки были смерти подобны.

Снова зазвонил телефон. Вытащив его на ходу, увидел высветившийся на экране номер брата.

– Да, Рома, – раздражённо буркнул в трубку, не сбавляя шага.

– Где тебя демоны носят? – брат говорил шёпотом, из чего можно было сделать вывод, что он не один. – Все уже собрались, даже сиротки. А ты, поди, всё ещё дрыхнешь? Сколько вообще можно спать? Ты так всю жизнь проспишь!

– Мог бы не мчаться в школу, не разбирая дороги, а разбудить меня, – огрызнулся я, заворачивая за угол. – Хотя бы заглянуть ко мне в комнату, чтобы убедиться, что я уже встал. И вообще, жив-здоров и не помер. Да и что за спешка? Могли бы и попозже собраться. Всё равно сегодня занятий уже нет.

– Потому что Матвей не поехал вместе со всеми нашими предками на юга. Он решил остаться. А это значит, что вместе с Яном, они найдут, чем нас занять после обеда, – ядовито сообщил брат. – Чтобы мы не скучали и проводили время с максимальной пользой.

– Откуда ты знаешь про Матвея? – то, что начальник имперской безопасности Российской империи Матвей Подоров решил не ехать в отпуск вместе с нашими родителями и их друзьями слегка напрягало. – Они же всё заранее запланировали, и Матвей тоже собирался.

– Ванька мне сообщение прислал, – ответил Ромка. – Написал, что отец внезапно передумал. Решил использовать выходной, чтобы с бумагами поработать. Сначала Ванька написал, ну, а потом озвучил. Когда за мной заехал.

– Чёрт, – в сердцах выдал я, прибавляя скорость.

– Андрей, – раздался откуда-то сбоку знакомый голос.

– О чёрт, – протянул я, останавливаясь и отключая телефон. – Клара, я так рад тебя видеть, – расплываясь в улыбке, демонстрируя все свои зубы, кроме зубов мудрости, которые ещё не вылезли, я повернулся в весьма пожилой, но от этого не ставшей менее энергичной даме.

Эта дама была членом клана Орловых, приходилась отцу вроде бы тёткой. А, может быть, и нет, я так за всю свою жизнь до конца не разобрался, кто кому кем приходится в нашем сумасшедшем клане.

– Не ври. Ты так же рад меня видеть, как дизентерию, сидя в сортире, – она подошла ко мне и осмотрела с ног до головы. – Куда бежишь?

– В школу опаздываю, – ответил я совершенно искренне.

– И на хрена тебе школа, когда занятия уже закончились и возобновятся только после того, как вы всей своей дружной компанией к месту силы съездите? – Клара Львовна, бывшая нашей с Ромкой воспитательницей, могла крепкое словечко завернуть. И не только словечко, если честно. Даже отец её слегка побаивался, а ведь всем казался тот факт, что Константин Орлов кого-то побаивается, чуть ли не фантастичным.

– Решили отметить, – я продолжал улыбаться. – Имеем право. Мы все совершеннолетние. Даже Ваньке Подорову, Ксюхе Ушаковой и Машеньке Вольф восемнадцать стукнуло.

Клара поджала губы и ещё раз оглядела меня с ног до головы.

– Ну, хорошо. Только не увлекайтесь. Или я вынуждена буду главе клана сообщить, – и она погрозила мне пальцем и пошла по коридору в противоположную сторону.

Я смотрел ей вслед, пока она не свернула за угол, а потом снова помчался в гараж, чтобы забрать свою машину и ехать уже к заждавшемуся меня брату и друзьям.

***

Меня зовут Андрей Константинович Орлов, и я являюсь старшим сыном императора Российской империи Константина Орлова. Который по совместительству ещё и глава очень непростого клана Орловых. У меня есть брат-близнец. Ромке повезло родиться вторым, и он постоянно этим меня подкалывает. Ну, конечно, он-то не наследник отца, с него и спрос меньше.

Также у нас есть сестра – Юлия. Вредная красотка, которая вот уже год издевается над Степаном Ушаковым. И ни «да» говорит, и ни «нет».

Я её предупредил недавно, что Стёпке скоро надоест её обхаживать, и он на кого-нибудь ещё свой взгляд обратит. Даром он пошёл в отца, практически точная копия Егора Ушакова – лучшего друга и министра обороны моего отца. Что Егор, что его отпрыск – таких мужиков ещё поискать. Степан – наследник второго клана Российсской империи, умный, сильный, а от его фото в журналах девушки в обморок падают. И что Юльке надо? Ведь нравится он ей, всегда нравился. А когда Степан на неё внимание, наконец, обратил, начала хвостом мести. Девушки такие странные создания, наверное, я их никогда не пойму.

Сами мы с Ромкой пока не вляпались, как Стёпка, со всего размаха в чьи-то томные глазки. И слава богу, если честно.

Вообще, в нашей школе, похоже, только Ушаков оправдал надежды родителей и выбрал себе пару. Все остальные воспринимают друг друга если не как братьев-сестёр, то как не самых дальних родственников, с которыми можно только дружить. А вот всё остальное, это не сюда, это где-нибудь в другом месте отыщется.

Но, предки сами виноваты. Устроили детский сад, в который всех детей из ближайшего круга императора поместили и хотят, чтобы мы в итоге друг на друга внимание обратили именно как на представителей противоположного пола. Ага, сейчас. Они совсем не понимают, что ли, что очень сложно мне, например, воспринимать Машеньку Вольф, как девушку, когда мы на соседних горшках в детстве восседали, и она меня пыталась куклой лупить? Похоже, что не понимают, и искренне удивляются, а почему это ещё ни одной помолвки не случилось, среди дочерей и сыновей приближённых к трону кланов.

С нашей школой вообще довольно странно всё получилось. Она просто плавно вытекла из яслей, устроенных нашими замученными родителями. То есть, нас всех по прошествии времени не засунули в высшую императорскую школу, как всех сыновей и дочерей кланов, а организовали нечто вроде частного пансионата.

Устроили они этот пансионат в одном из наших городских домов, в котором мы жили, пока во дворец не переехали. Не знаю, что они в итоге хотели получить, своими планами с нами не делились.

При этом, чтобы мы не были оторваны от социума, некоторые предметы нам преподавали в той самой императорской школе. Видимо, чтобы мы с детьми других кланов познакомились.

Познакомиться-то мы познакомились, но вот близких отношений с кем-то завести, кроме нашего не слишком большого круга, так и не получилось. И вот тогда родители поняли, что делают что-то не так, и придумали подсунуть нам «сироток». Для разнообразия.

В общем, несколько лет назад произошёл локальный конфликт с Восточной империей, в ходе которого Стёпкиному отцу удалось захватить прилично так территорий. Вот только наших там тоже полегло… Не один часовой, ковырявший во время нападения в носу, там погиб. Тем более что у Ушакова в носу часовые не ковыряют, чревато, так сказать.

Среди погибших были и офицеры – дети, а то и главы не слишком влиятельных кланов. Не из тридцатки Совета – это точно. Вот среди детей этих погибших героев и провели своеобразный экзамен. Отобрали два десятка самых сообразительных и разбавили нашу слишком уж мажористую компанию.

Так как собирали их со всей Российской империи, то и жить им полагалось в интернате, под который также приспособили наш бывший дом. Вот только слишком близко мы с ними так и не сошлись. Сиротки нас сторонились и вскоре образовали собственную кучку. Нет, мы общались, и даже пару раз вместе в клуб выбирались, но близкими друзьями никто из нас среди этих парней и девушек так и не обзавёлся.

Так что, получалось, что мы составляли одну компанию среди тех же кланов, что и наши родители. Преемственность поколений, чтоб её.

Во всей этой ситуации больше всего обидно было, наверное, Стёпке Ушакову и Фёдору с Володей Вольфам. Они старше нас почти на два года, и вынуждены были ждать, когда мы подрастём, чтобы всем вместе начинать учиться. Хотя слишком раздосадованными не выглядели. Воспитывали-то всех нас достаточно строго, поэтому они уже лет в пять знали, что им придётся нас немного подождать.

Идея этого сада-школы родилась не спонтанно. Это было взвешенное решение, вызванное необходимостью. Дело в том, что я обладаю уникальной возможностью, которой обладают только бывшие властелины нашего мира: я могу влиять на источники дара.

У отца не слишком хорошие отношения с остатками этих полубогов – Безликими. Скорее, они придерживаются вооружённого нейтралитета. Каждому есть чем угрожать друг другу, поэтому и отец, и лидер Безликих Верн стараются соблюдать все необходимые политесы, чтобы не столкнуться лбами.

Так вот, эти самые Безликие способны влиять на источники магии детей кланов. И если заблокировать родственный источник может любой глава клана, то вот разблокировать его могут исключительно Безликие… и я.

А ещё у отца есть кот. Огромный чёрный чеширский котяра по имени Паразит. Если мой отец, император огромной империи людей, то Паразит, похоже, правит втихушку чеширскими котами. Во всяком случае, кошечки, в основном блондиночки, с хорошей периодичностью рожают от него потомство. И Паразит раздаёт котят в руки детям ближнего круга своего двуного друга. Чтобы присмотр и за теми, и за другими был.

Чеширы были выведены древними магами, и они умеют блокировать магию Безликих. А ещё они крайне антагонистичны с этими полубогами, что даёт людям неоспоримое преимущество в переговорах. Во всяком случае, отец редко встречается с Верном без Паразита.

Одной из уникальных особенностей чеширских котов, кроме того, что они могут воздействовать на магию Безликих, является умение телепортироваться.

Вот и представьте себе, что может произойти, если котята, являющиеся братьями-сёстрами, решат навестить папашу и друг друга? Да ещё и захватить с собой своих малолетних приятелей? А теперь добавьте сюда маленького и безмозглого ввиду крайней молодости мага, который способен раскупоривать тщательно закрытые главами кланов источники молодняка…

А вот нашим бедным родителям даже представлять ничего не пришлось. Всё это безобразие происходило на их глазах.

Так что создание яслей для ребят и котят было вполне осознанным решением, вызванным необходимостью. Потому что я мог и могу воздействовать не только на источники окружающих меня магов, но и частично на свой собственный. А закрыть его не может полноценно даже император, который вдобавок ко всему ещё и глава моего клана, и мой отец.

А самое неприятное заключалось в то время в том, что Ромка у нас некромант, и его шуточки с применением дара не всегда безобидные. Кстати, опытным путём было выяснено, что дети практически нечувствительны к магии смерти. Наверное, потому, что у них нет того жуткого опыта, что у взрослых. Они просто не понимают, что такое смерть. Поэтому им не мерещится всякое, и они спокойно относятся к Ромкиным выкрутасам. С ним-то вообще может только мама справиться. Ну, и я. И конечно же, отец. Тому иногда даже к собственной магии прибегать не надо. Так посмотрит, что Ромкин дар, скуля, прячется и чуть ли не просит прикрыть его от гнева императора хоть ненадолго.

Справедливости ради надо сказать, что императрица Ирина – биологическая мать Юльки. Но другой мы с Ромкой не знали, и слава всем богам. Судя по добравшимся до нас слухам, наша мамочка той ещё штучкой была. Так что, Ирина наша мать и точка. Это она нас воспитала. Она с нами ночей не спала и Ромку перед отцом выгораживала. А кто там нас родил, это дело десятое.

О том, что Ира – наша мачеха, никогда от нас не скрывали. Более того, отец честно пытался привить нам уважение к нашей настоящей покойной матери красавице Анне. Вот только дураками мы с Ромкой никогда не были и быстро разобрались, что к чему. Ира ни разу не слышала от нас истерик в стиле: «Ты нам не мать, и не смей указывать». Даже в самый расцвет подросткового максимализма. Да что уж там говорить, лучше уж под мягкие распекания императрицы попасть, чем под тяжёлую отцовскую длань.

Учили нас качественно. Наверное, такого образования на территории Российской империи мало кто мог получить. Для тех же сироток окончить нашу школу для элиты было очень большим шагом, чтобы устроиться в будущем.

К тому же отец решил продолжить эту практику и после нашего выпуска. Расширить поместье до полноценного студенческого городка, построить несколько дополнительных корпусов. И пару общежитий: для сыновей и дочерей кланов. Чтобы студенты там жили, даже если их семьи проживают в столице.

Для учащихся выделялась специальная императорская стипендия, и отбор в эту школу будет, по-моему, с запредельными требованиями. Но, именно выпускники этой школы и составят будущий костяк вертикали власти. Наверное, это правильное решение. Руководство страной необходимо выковывать с малых лет. Ну, не по объявлению же набирать министров, в самом деле.

Постройку будущего элитного заведения доверят Валерию Смирнову, тестю сына нашего клана Ильи Орлова. Он архитектор и строительный магнат. А со временем стал основным императорским подрядчиком. Ну, куда деваться, совсем уж без кумовства ничего не обходится.

Илья же является заместителем Матвея Подорова на посту начальника Службы безопасности. А сын и дочь Татьяны и Ильи, близнецы, между прочим, Игорь и Алина учатся вместе с нами. Вот им пришлось нас нагонять. Как и сыну Яна и Майи Орловых – Борису. Этим троим пришлось приступить к учёбе на год раньше, чтобы вписаться в нашу дружную компанию.

В общем и целом, в империи всё было спокойно. Развитие шло своим чередом, а мы готовились через месяц сесть в поезд, чтобы приехать к месту силы и воочию увидеть Безликих. Не знаю, насколько актуально будет открытие источников, но вот окончательно разобраться с дарами всем полезно.

Но это будет в начале сентября. А сейчас нам предстоял целый месяц наших коротких, по сравнению с другими учениками, каникул.

***

Машину мне не готовили. Так что выгонял я её из гаража самостоятельно. Когда я подбегал к гаражу, послышался хлопок, и дорогу мне перегородил огромный лоснящийся чёрный кот.

– Мяу, – кот потянулся, выпуская огромные когти, а потом сел и уставился на меня немигающими жёлтыми глазами.

– Что, тоже воспитывать будешь? – я присел на корточки перед Паразитом.

Тот долго смотрел мне в глаза, затем тряхнул лобастой головой, лизнул щеку и исчез с негромким хлопком. Вот зачем он приходил? Коты ещё более загадочные существа, чем девушки. И если девушек у меня есть шанс понять, то с котами вряд ли получится.

Больше мне дорогу никто не перегораживал, и я, наконец, добрался до своей машины, чтобы поехать уже на встречу с друзьями.

Утро было всё-таки раннее, пробок на дороге не было. Так что доехал с ветерком до нашей маленькой, но такой престижной школы.

Я заехал в открывшиеся перед моей машиной ворота. Правда, перед тем как меня пропустить, машину осмотрел прибор поверхностной охраны, а потом вышел охранник-человек и завершил начатое.

– Проезжайте, ваше высочество, – охранник отошёл от машины, и я проехал на территорию школы.

– Ну, наконец-то, – у входа меня ждал брат, который сразу подскочил ко мне, стоило только заглушить мотор. – Я думал, ты никогда не приедешь. Мы с Ванькой и то быстрее добрались.

Рома с Ванькой были не разлей вода. Вот уж где противоположности непредсказуемо сошлись. Шебутной и постоянно влипающий в неприятности Рома, и спокойный, рассудительный Иван Подоров. Они словно дополняли друг друга, хотя никто не мог сначала поверить в то, что эти двое стали друзьями, похоже, ближе, чем отец с Егором.

– Ты, когда на права сдашь и перестанешь тиранить Ваньку? – спросил я, вылезая из машины.

– О, я как представлю, что надо тащиться в муниципалитет… Зачем ты вечно заставляешь меня делать то, чего я не хочу, – Ромка поморщился. – И постоянно всё усложняешь? Андрюха, к жизни надо относиться легче.

– Ну, ты выбирай. Или я тебя буду заставлять, или отец. Мы живём в свободном мире, в котором у каждого индивида обязательно должен быть выбор, – и я похлопал брата по плечу.

– Я не пойму, почему ты мне постоянно угрожаешь, – Ромка закатил глаза.

– Я не угрожаю, а описываю перспективу. А вот ты, как раз и любишь всё усложнять, – ответил я довольно миролюбиво.

В этот момент к крыльцу подошла одна из сироток.

– Здравствуйте, Андрей, Роман, – она улыбнулась и повернулась сначала ко мне, а потом к Ромке.

– Здравствуй, Оля, – я внимательно осмотрел её с ног до головы. – Ты нас не путала ещё ни разу на моей памяти, как тебе это удаётся?

– Вы совершенно разные, как вас можно перепутать? – она даже удивилась моему вопросу.

– М-да, – глубокомысленно произнёс Рома. – Ну, хоть «ваше высочество» научилась не говорить, и то хлеб. А ты что здесь… – Он огляделся вокруг и посмотрел на Олю.

– Я гуляла в саду. Всё равно ничего никто не обсуждает, пока все не собрались.

– А посплетничать с одноклассниками, видимо, не судьба, – пробормотал я. – Пошли, все, получается, только тебя и меня ждут. А ты знаешь, когда парень с девушкой исчезают одновременно, то это даёт повод для сплетен.

– Но, мы же в разных местах находились, – Оля невольно нахмурилась.

– А это, поверь мне, никого не волнует. – И я, широко улыбнувшись, открыл перед ней дверь. – Прошу, моя прекрасная садовая нимфа.

Она опустила глаза, густо покраснела и прошмыгнула внутрь.

– Совсем засмущал девчонку, – хмыкнул Роман, заходя вслед за мной. – Смотри, вообразит невесть что.

– Да ну, – я махнул рукой. – Не говори ерунды. Она меня никогда не привлекала. Да и я не особо ей нравлюсь.

Я посмотрел вслед ушедшей далеко вперёд девушке. Невысокая, фигуристая, можно даже сказать, что в ней есть пара лишних килограмм. Серые глаза на маленьком треугольном личике, вздёрнутый носик, и толстая русая коса. Вот коса шикарная, наверное, толщиной с мою руку.

В ней совершенно не чувствовалась порода, которая, так или иначе, всегда проскальзывала в детях клана, даже если клан давно пресёкся. Олег Рыжов – личный помощник отца – просто классический пример данному утверждению. А в Ольге Ивановой этого не было. Я даже удивился, когда, увидев её впервые, почувствовал очень сильный источник.

Мотнув головой, чтобы выбросить из неё сиротку, поспешил вслед за братом в общую гостиную, чтобы уже определиться с планами на вечер.

Глава 2

Мы с Романом зашли в гостиную, где на креслах, на диванах, а то и просто на пушистом ковре, расстеленном на полу, расположились наши друзья и подруги. Взгляды всех присутствующих обратились на меня.

– Ну, наконец-то, сколько можно ждать? – Юлька соскочила с подоконника и подошла ко мне. – Только не говори, что что-то случилось.

– Не буду говорить, – я кивнул. – Кстати, сестрёнка, ты могла меня разбудить.

– Я не подумала. Глядя на Ромку, всегда забываю, что ты филин. Но, Андрей, даже ты так сильно никогда не опаздывал.

– Меня Клара поймала, поэтому я задержался. Она может воспитывать меня вечно, и ты об этом прекрасно знаешь. – А что, для оправдания вполне сойдёт. Клара Львовна – это мощь, с которой каждый из нас вынужден был считаться.

– Ох, бедняжка. Тебе не повезло, ты страдал сегодня за троих, – сестра провела рукой по моей щеке и тихонько рассмеялась.

– Очень смешно, ха-ха-ха, – я подошёл к окну и остался там стоять, опершись на подоконник.

Мне никто не ответил. Я осмотрел комнату. Всё-таки ребята, не входящие в наш довольно небольшой круг, не смогли полностью влиться в компанию. Они скучковались отдельно и о чём-то негромко переговаривались, не обращая на нас с Юлькой внимания.

Ольга Иванова же, похоже, не стала своей ни в одной компании. Она присела на стоящий в отдалении стул и внимательно осматривала всех нас, даже не пытаясь подключиться к разговорам.

– Надо решить уже, что будем делать вечером, и будем ли что-то делать вообще, – Фёдор Вольф повернулся ко мне.

– А почему ты на меня смотришь? Не я же в одно лицо решаю, чем бы нам заняться, – протянул я и скрестил руки на груди и нахмурился. Это было не в первый раз, когда мне предлагали принять решение за всех. И меня это дико напрягало.

– Да, что тут думать, – в наш разговор встрял Володя – брат Феди. – Недалеко от музея магии новый клуб открылся. Предлагаю проверить, что это за место.

– Нашли, где клуб открывать, – Ромка передёрнулся. Все присутствующие невольно скривились, поддерживая его реакцию.

Музей магии был защищён старым заклинанием, которое вызывало у магов безотчётную панику. Это заклинание вызывало нервозность, и острое желание как можно скорее покинуть площадь, на которой стоял музей.

Отец говорил, что для того, чтобы чары перестали на тебя действовать, нужно было пройти определённую черту. Вот только он не объяснил, где эту черту нарисовали. Во всяком я её пока не обнаружил. Хоть и много раз посещал музей с Майей, которая являлась его хранительницей.

– Скорее всего, клуб там открыли именно для того, чтобы дети кланов в нём не появлялись, – протянул Иван Подоров. – Лично мне рядом с этим музеем не по себе. Хоть я и к клану Орловых имею непосредственное отношение.

– Мне тоже там не по себе, – поёжилась Ксения Ушакова.

– Так, на то и расчёт, Ксюша, – на спинку кресла, в котором сидела девушка, навалился Борис. – Но зато представь, что под таким давлением музея могут появиться очень интересные ощущения. Лично я за то, чтобы попробовать. Новый опыт, как-никак.

– Тебя вечно на приключения тянет, – я только головой покачал, глядя на своего родича.

– Жизнь одна. Скоро нас будут привлекать к делам кланов. Я вот, в отличие от тебя, хочу что-нибудь вспомнить интересного и пикантного. – Парировал Борька.

– Сомневаюсь, что для тебя там будет что-то необычное, и тем более пикантное. Только не говори мне, что не приучил себя к музею и не воспринимаешь его, как обычное здание. Учитывая, что чисто формально этот дом принадлежит вам, а твоя мать проводит там очень много времени, являясь его хранительницей. – Ответил я, стараясь соблюдать спокойствие.

– Зато я могу наблюдать, как вы пытаетесь справиться с паникой, всего лишь выходя на танцпол. Будет что вспомнить, в то время как буду корпеть над бумагами. – Пафосно произнёс Борька.

– Тебя никто не заставлял идти по стопам отца и становиться юристом клана, – фыркнул Ромка.

– Да, надо было брать пример с тебя и планировать жизнь бездельника, – парировал Борис.

– Журналистика, мой недалёкий друг – это далеко не безделье, – наставительно произнёс брат. – К тому же отец с мамой не против.

– Ну, ещё бы они были против, – хмыкнул Федя. – У Орловых только газет три. А ещё журналы и государственная типография. Конечно, это очень важно, чтобы всем этим руководил член семьи, который разбирается в нюансах. Так что не слушай никого, Рома, это они просто завидуют.

– Чему? – Борис закатил глаза.

– Тому, что Рома среди красивых женщин будет начинать работу, а ты среди этих индюков, юристов кланов, которые думают, что без них и кланов бы не существовало.

– И в чём они не правы? – Боря не отводил взгляда от Вольфа.

Их парадоксальное соперничество уже всех нас достало, если честно. Тем более что делить им вроде нечего было. Вольфы были старше Борьки. Мы все были старше Борьки. Он умудрился появиться на свет последним из нашей компании. Иногда мне казалось, что именно это его раздражает больше всего. И он старается доказать всем нам… Я не знаю, что он пытается доказать. Что-то. Отец говорит, что Борька слишком похож на Яна – своего отца. Что мы все слишком похожи на своих отцов. Может быть, всё дело в этом?

– Боря, если бы не ваша братия, то мы бы просто, как в старые добрые времена решали все вопросы при помощи насилия. А там, кто сильнее, тот и прав. – Заявила Машенька Вольф, которая сидела прямо на полу, изящно поджав под себя ноги.

– Маша, в случае совсем уж не разрешимых ситуаций, кланы до сих пор решают вопросы силой. – Юлька-зараза такая, присела на подлокотник кресла Стёпки, отчего он слегка напрягся. – Возьмём, к примеру, этот дом. Насколько мне известно, его отняли у какого-то клана мой отец вместе с отцом Ксюши.

– Это не только тебе известно, – Ксения глянула на брата, а потом метнула раздражённый взгляд на Юльку.

– Может быть, мы уже решим, каковы наши дальнейшие действия? – прервал её один из «сироток». – Или мы идём в клуб, и тогда я откладываю поездку домой на завтра. Или же вы соревнуетесь в остроумии, а мы пойдём собирать вещи, чтобы ехать на каникулы.

– Ну, хоть кто-то говорит по делу, – Маша встала и принялась надевать туфли, которые скинула за пределами ковра. – Думаю, что тут не о чем думать. Идём в клуб. Надо только решить в какой. Или куда-нибудь в известное и привычное место. Или же в этот новый кошмар, чтобы пощекотать нервы и обеспечить Бореньку положительными эмоциями?

– Я бы сходил в это новое заведение, – задумчиво произнёс Ромка. – В крайнем случае нас же там насильно держать никто не будет. Всегда можно уйти.

– Я, наверное, тоже рискнул бы, – подал голос сдержанный и всегда мрачновато-серьёзный Степан.

Снова все глаза обратились на меня. Да почему я должен решать-то?

– Я – за. Мне тоже охота испытать себя. Если хозяева хотели отвадить от своего заведения детей кланов, то они совершили ужасную ошибку, открыв его рядом с музеем. Это же как вызов.

– А мы ещё не вышли из того возраста, чтобы на спор не идти ночевать в заброшенный дом, где, возможно, водится какая-нибудь потусторонняя хреновина, – шёпотом добавил Боря, а потом крикнул. – У-у-у!

– Ай, идиот, – Ксения вскочила на ноги и злобно посмотрела на Бориса.

– Скажи, Боря, а в случае с домом ты Ромку предлагаешь где-нибудь здесь запереть, чтобы не мешал получать удовольствие от смертельной опасности? – спросил Стёпа. При этом вся его серьёзность слетела с лица, по которому поползла ехидная улыбка. – Потому что иначе я не понимаю смысла тащиться туда в компании некроманта. Пусть даже ещё не слишком хорошо обученного. Это будет просто прогулка с ночёвкой в не очень удобных условиях, не больше.

– Ой, ты вечно придираешься к словам, – махнул рукой Борис. – Это был просто пример, не более того.

– Мы это поняли, Боря, – Стёпка улыбнулся. Всё-таки он очень красивый. Вон, даже Иванова покосилась на него. И что Юльке ещё надо?

– Тогда следующий вопрос: как поедем? Толпа нас приличная собирается, – деловито сказала Машенька. Вот кому деловая хватка отца передалась в полной мере.

– Учитывая, что машины есть у четверых, а остальные ленивые задницы, – взял слово Ванька. – Значит, эти четверо и возьмут на борт по несколько человек.

– Я с тобой еду, – тут же ответил Ромка, чтобы ему не напомнили, что ехать с братом будет удобнее.

– Стёп, ты же за мной заедешь? – протянула Юлька, мило улыбаясь.

– Конечно, – кивнул Степан. – Я тогда Устиновых ещё прихвачу и двоих ребят из общаги. Вы тут сами решите, кто с кем поедет, – обратился он к сироткам.

– Ну, на мне тогда оставшиеся Орловы, – я посмотрел на отпрысков Яна и Ильи. – И одно место ещё есть. Оля, как ты смотришь на то, чтобы поехать вместе с самой отмороженной семейкой Российской империи? – я посмотрел на Иванову, которая сейчас не вспыхнула, а наоборот слегка побледнела.

Она закусила нижнюю губу, и мне внезапно этот жест показался довольно соблазнительным. Что за чёрт? Похоже, пора тебе Андрюша о постоянной подруге подумать, а то уже на Ольгу Иванову посматривать начинаешь.

– Я не… – её взгляд пробежал по всем находящимся в гостиной ученикам.

– Только не говори, что ты снова не идёшь, – Маша подошла к девушке. – Ты никуда никогда не ходишь. Ни разу с нами ни на одной вылазке не была. Только не говори мне, что домой вот прямо сейчас уезжаешь.

– Маш, Оля никогда не уезжает из школы. На всех каникулах здесь остаётся, – ответила вместо Ольги ещё одна сиротка – Лариса. Очень эффектная девушка, надо сказать. И уже помолвленная с одним из однокашников.

Но вот про то, что Ольга остаётся здесь на все каникулы, лично я слышал впервые. Судя по удивлению на лицах остальных, это было новостью для всех нас. А с другой стороны, когда нас вообще интересовала жизнь сироток? Так что логично, что мы не знали.

– Я поняла, – Маша внимательно осмотрела Ольгу. Даже обошла вокруг её стула, чтобы не упустить ни одной детали. – Тебе надеть нечего. Поэтому ты не ходишь с нами развлекаться.

– Нет, не в этом дело… – начала было Ольга, но у Вольфов не было привычки дослушивать чьи-то аргументы до конца. Тем более что Маша уже всё для себя решила. И переубедить её, было делом практически нереальным. Очень целеустремлённая девица, надо сказать.

– Я пришлю тебе что-нибудь, – оборвала Маша Ольгу. – Не переживай. А Андрей с этими обормотами заедут за тобой, хм… в восемь? – она повернулась ко мне.

– Да наверное, это будет оптимально. Клубы как раз к восьми открываются, и будет время, чтобы уехать куда-нибудь ещё, если нам не понравится, – кивнул я. Остальные немного подумали и согласились с этим решением.

– Ну, тогда можно пока расхо… – начал Степан, но тут его прервал довольно громкий хлопок.

На ковре, где не так давно сидела Маша, появилась белоснежная пушистая кошечка в ошейнике. Упавший на ошейник свет отразился от множества бриллиантов, пара из которых были довольно крупными.

– Это чья? – спросила Ксения Ушакова, разглядывая белоснежное чудо с лёгкой полуулыбкой.

– Моя, – Юлька подошла к ковру, скинула босоножки и опустилась на пол перед кошечкой. – Кирочка, ты соскучилась, или по какому-то делу сюда к нам заглянула?

На этот ковёр по молчаливому соглашению никто не заходил в обуви. Он был настолько мягким и пушистым, почти как шерсть наших котов и кошек, что на нём мы периодически валялись. Поэтому разувались уже на автомате.

Кошка встала, потянулась и прошлась вокруг хозяйки, обвивая её пушистым хвостом. Похоже, она действительно просто соскучилась. Свет снова упал на её ошейник. Я задумчиво посмотрел на камень в центре украшения и перевёл взгляд на сестру.

– Тебе не кажется, что твоя Кира принялась за старое? Этот камень – откуда он? – я указал на крупный бриллиант, подмигнувший мне в это время синими искрами. Белые кошечки, дочки Паразита в определённый период своей жизни становились клептоманками. И привлекали их исключительно драгоценные камни. Я думал, что Кира – кошка Юли этот период уже переросла. Но она время от времени срывалась, и оставалось только гадать, в чьей сокровищнице недосчитаются пары камней.

– Из сокровищницы, откуда ещё, – пожала плечами Юля. – Кирочка – порядочная девочка. Она таскает камни исключительно из семейной сокровищницы. Ещё никто не жаловался, что она утащила чьи-то драгоценности.

– Может быть, кто-то просто не знает, что она побывала в его сейфе, – предположил Роман. – Кира, ты же не обнесла сейф Вольфов? Кстати, если ты это сделаешь, они даже не заметят, – при этих его словах Маша фыркнула, а парни Вольф нахмурились. – Да, кто-нибудь знает, где наш дядюшка?

Дядюшка – Савелий Керн. Родился немного позже, чем мы с Ромкой. Но из песен слов не выкинешь, у Савы и отца была одна мать – наша бабушка. И по всем законам он приходился нам дядей. Мы не упускали случая это продемонстрировать. И называли его исключительно дядей.

Вместо ответа у Ромки зазвонил телефон. Посмотрев на дисплей, он покачал телефоном в воздухе.

– А вот и он. Да, дядюшка, что ты хочешь сказать своему младшему племяннику? – проворковал он в трубку.

– Идиот, – резюмировала сестра, беря свою кошечку на руки. – Андрюша, почему вы с Ромкой такие разные?

– Понятия не имею, – я развёл руками, не сводя при этом пристального взгляда с брата. Ромка как раз перестал ерничать и слушал Савелия нахмурившись. Наконец, брат закончил разговор и нажал на кнопку отбоя. – Что-то случилось? – спросил я у него.

– Не знаю, – Ромка пожал плечами. – Тихон просит нас приехать в лабораторию.

– А почему он сам не позвонил, а через Керна связался? – спросил я, так же как и брат, почувствовав укол беспокойства.

– Вот зачем ты задаёшь мне такой сложный вопрос? Я-то откуда знаю, почему этот старый пень никогда не ищет лёгких путей? – Ромка раздражённо дёрнул плечом. – Приедем в лабораторию и спросим.

– Тогда поехали? – я тут же направился к двери. Уже подходя к ней, повернулся и сказал, обращаясь сразу ко всем. – В восемь встречаемся.

К лабораториям прикатили быстро. Это был огромный комплекс, занимающий пару квадратных километров. Много специализированных лабораторий, полигонов испытаний и прочая-прочая.

Когда-то комплекс, состоящий из четырёх или пяти зданий, расположенных весьма компактно, принадлежали Кернам. Но глава клана Керн Виталий Павлович, наш с Ромкой прадед, терпеть его не мог и подарил своему внуку – нашему отцу. С тех пор лаборатории разрослись до чудовищных размеров. Пришлось их выселить за город, где для них был чуть ли не городок построен.

А бывшие здания отдали газетам и журналам, расположив их в одном месте. Что было довольно удобно, особенно для сотрудников, которые зачастую работали почти в каждом издании. Фотографы, например.

Если до самих лабораторий добрались быстро, то вот по комплексу пришлось поблуждать довольно долго, пока не добрались до отдельной лаборатории начальника по научной и экспериментальной части.

Тихону Керну было уже, наверное, лет сто. Сколько точно он никогда не признавался, но судя по виду, где-то столько. Однако рука была ещё твёрдой, а ум острый, так что возраст не мешал ему проводить исследовательскую работу. Правда, порой эта работа была чуть ли не за гранью. И только один человек во всей империи мог слегка остудить Тихона, и заставить его прервать опасные эксперименты – наш отец. Делал он это весьма оригинально – перекрывал финансирование. После чего Тихон, называя его тираном и деспотом, с трудом отказывался от наиболее безумных идей.

– Что стряслось? – спросил я с порога, заходя в лабораторию.

– Ничего не стряслось, с чего вы взяли? – ответил Тихон, сидя за лабораторным столом и потягивая ароматный чай. – Если бы что-то стряслось, Андрюша, я бы твоему отцу звонил, а не тебе.

– Вот только ты звонил не мне, а Керну, – я поджал губы.

– Да? – Тихон задумчиво посмотрел на телефон. – Наверное, номером ошибся. Ничего, бывает. Вы же здесь и это самое главное.

– И зачем мы здесь? – спросил Рома, отталкивая меня с прохода, чтобы не мешал ему пройти.

– Мне нужна магия смерти, – заявил Тихон. – И я прекрасно знаю, что один из вас ею владеет, а второй может снять уже истрепавшуюся печать на даре.

– Отец этого не одобрит… – протянул Ромка не слишком уверенно.

– А мы ему не скажем, – уверенно сообщил Тихон. – Ну что, поможем одному очень интересному и важному эксперименту?

– Я не уверен, что это правильно… – начал я.

– Андрюша, вы всё равно это постоянно проделываете. Так удовлетворите свои низменные желания на благо клана, – раздражённо ответил Тихон. – Пошли. Я покажу, что надо делать. Там не нужно никаких особых заклинаний. Просто наполнить одну матрицу чистой силой смерти. Три матрицы, – подумав, поправил он самого себя.

Мы с Ромкой переглянулись. В принципе, ничего особенного от нас не требовали… Махнув рукой, я первым пошёл за Тихоном. Брат последовал за мной, потирая руки.

Глава 3

– Андрей, эти два борова меня сдавили, – раздался сердитый голос Алины с заднего сиденья. Я посмотрел на дочь Ильи Орлова, а потом перевёл взгляд на её брата Игоря.

– Вы всегда там помещались, что теперь не так? – спросил я, выворачивая на улицу, где была расположена школа.

– Линка бока нажрала, – буркнул Борька, сидевший с другой стороны от девушки. – И мы резко влезать на сиденье перестали. А я всегда говорил, что шоколадки и тортики до добра не доводят.

– Я тебя сейчас из машины выкину, – спокойно произнесла Алина. – И нам с Игорем сразу станет свободно и комфортно.

– Андрей, почему ты не реагируешь? Лина мне, между прочим, угрожает физической расправой, а будущий глава клана сидит и молчит. – Возмутился Борька.

– Да хватит вам лаяться, – раздражённо заметил Игорь. – И так настроения никакого нет. Так вы ещё отношения выяснять вздумали.

– Вас что, отец пытался жизни учить? – я с самого начала знал, что эти Орловы нарвались на родителей, вернувшихся из ресторана так не вовремя.

– Хуже, – ответила Алина и скорчила гримаску. – Мы на маму нарвались.

– Да, а отец малодушно сбежал под маловразумительным предлогом, что у него прихватило живот, и поэтому они так рано вернулись, – вздохнул Игорь.

– Сочувствую, – я закусил губу, чтобы не заржать. У близнецов было такое выражение лица…

– Ой, да ладно вам. У каждого случаются недопонимания с родителями. – Проворчал Боря. – Это, между прочим, не повод портить настроение остальным.

– Кто бы говорил, – Игорь отвернулся от родичей и уставился в окно. Летом темнеет поздно, поэтому на улице было ещё светло и из окна машины прекрасно всё видно.

– Вы как пауки в банке, – я покачал головой, останавливаясь перед воротами школы. – И что-то мне говорит, что клан ещё не раз вспомнит отца добрым словом, когда мне придётся стать главой Орловых. – Я даже скривился от своих же слов, словно у меня скулы свело. – Я, в отличие от него, с вами живу всю жизнь, и порой там, где он только наказывает, иногда просто словесно, мне охота кого-нибудь из нашей семейки прибить.

– Я тебя, наверное, огорчу, но ты не единственный в своих желаниях, – язвительно ответила Алина, и её острый локоток очень точно заехал Борису между рёбер. – Подвинься, в последний раз прошу по-хорошему.

Я перестал обращать на них внимания. Надоели, честное слово. Хотя Лину я прекрасно понимаю. Борюсик может достать до печёнок кого угодно. Ох, не зря он идёт в юристы. Когда будет в качестве адвоката выступать, у прокурора и судий очень скоро возникнет одно непреодолимое желание – прибить паршивца на месте. И они забудут про подозреваемого и зачем вообще собрались. Но, чего ни у одного из них не отнять, за клан и друзей порвут любого на мелкие части. Не знаю, может быть, нам это потихоньку внушали, в качестве элемента обучения, но факт оставался фактом: клан, семья и друзья стояли на первом месте. Всё остальное было потом.

Пока я размышлял, охрана нас ненавязчиво проверила, и ворота начали открываться. Заехав на территорию школы, я остановился перед крыльцом. Ольга уже ждала нас, поглядывая на часы. Если честно, то я её сначала даже не узнал. Она впервые на моей памяти распустила косу, и теперь русые волосы свободно лежали на спине, а пара прядей струилось по груди.

– Однако, – проговорил сзади Борис, озвучивая мои мысли.

Я помотал головой, чтобы мысли встали на место. Но не успел, потому что Ольга улыбнулась, сверкнув ямочками, и сбежала к машине, открыв заднюю дверь.

– Ой, – только и смогла проговорить она, глядя на сидевших в салоне Орловых.

– Я, конечно, могу взять тебя к себе на колени, и сделаю это с превеликим удовольствием, – насмешливо протянул Игорь, глядя на смутившуюся девушку внизу-вверх. – Вот только тебе не кажется, что Андрюхе будет слишком комфортно ехать, одному и даже без пассажира? В то время как мы набились здесь, как те селёдки в не очень крупную бочку.

– Оля, садись вперёд, – прервал я его ерничество.

Иванова быстро захлопнула заднюю дверь. По-моему, она стукнула ею Игорька по носу, но он сам виноват, чего уж там.

– Извини, Андрей, я не думала…

– Оль, почему ты постоянно оправдываешься? – внезапно довольно резко спросил я. – Ты же не виновата в том, что сейчас произошло.

– А почему ты на меня кричишь? – тихо, но довольно твёрдо спросила Ольга.

– Не знаю, – ответил я немного удивлённо. – Просто меня взбесила твоя привычка постоянно оправдываться. Извини, у меня очень тяжёлый день был, да ещё эти… – я кивнул на зеркало заднего вида, намекая, каких этих имею в виду.

Она не ответила, только отвернулась к окну. Просто блеск. Если у всей нашей компании такое «весёлое» настроение, то впору приехать, поздороваться и разбежаться. Чтобы окончательно вечер друг другу не испортить. Вот так в тишине мы и доехали до места.

Похоже, не только у нас появилась блестящая идея наведаться в этот новый клуб, сразу после открытия. Теперь я понимаю, что ушлые владельцы специально напустили тумана вокруг клуба, чтобы привлечь как можно больше именно детей кланов. Иначе, чем ещё можно объяснить тот факт, что клуб открылся в доме, стоящем как раз на границе защитных чар так называемого дома Морозовых? Вроде бы и полноценного эффекта этих чар нет, и в то же время приятное щекотание нервов присутствует.

Стоянка возле клуба была забита машинами разной ценовой категории. Я с трудом нашёл место для парковки. Некоторые вон, вообще на клановых лимузинах прибыли. Или покрасоваться лишний раз решили, или же настолько не доверяют себе. Водителю-то выпивать не рекомендуется, причём категорически.

Мы же с Ромкой умудрились, кроме всего прочего, унаследовать от отца непереносимость спиртного. Так что лично мне было всё равно, или я сам поведу машину, или меня повезут. Пить я не собирался. Вот ещё. Выставлять себя полным идиотом – такое себе удовольствие. Одного раза хватило по уши. К тому же отсутствие горячительного нисколько не мешало нам с братом веселиться. Как Ромка любил говорить, дурости нам и своей хватало, и без стимуляторов.

Учитывая настроение каждого из нас, в клуб мы заходили с такими лицами, что охранник только посторонился, пропуская столь решительно настроенных молодых людей.

Я заплатил на входе за всех. Просто, чтобы время не тратить на ожидание. Иванова что-то пискнула, пытаясь возразить, но я вздохнул, взял её за руку и провёл в зал.

– Что у вас с лицами? У нас что, кто-то помер? – ко мне подскочил Ромка.

– Нет, с чего ты взял, – я огляделся. В целом, ничего так. Всё на уровне. Вип-зона, столики попроще, три длинные барные стойки. Высокие тумбы, на которых танцуют полуобнажённые красотки для разогрева. – Нормально. Мне нравится. Вы где обосновались?

– Конкретно я – нигде, – Ромка приблизился вплотную. Приходилось орать, чтобы перекричать музыку. – Похоже, что всем успели настроение испортить, за те несколько часов, пока мы не виделись. Вот и разбрелась наша дружная компания по залу, искать приключения на задницы. Только Стёпка с Юлькой, похоже, наконец-то, нашли общий язык с нашими сиротками. – Я покосился на Ольгу. Девушка нахмурилась. Она знала, что мы их сиротками называем, но слышать это вот так было как минимум неприятно.

– И Ванька тоже разбрёлся по залу? – я приподнял бровь.

– И Ванька тоже. Он прямо с порога подцепил какую-то цыпочку. По-моему, из Содружества, и умотал, бросив меня на произвол судьбы, – брат говорил горестным тоном, но в то же время улыбался так, что видно было все его двадцать восемь зубов. До зубов мудрости мы все ещё не доросли. – О, а вон, кстати, и он. Зовёт нас к себе.

Он махнул рукой куда-то в сторону, и я, проследив за его жестом, увидел Подорова в вип-зоне. Он стоял, облокотясь на заграждение, держал в руке бокал с коктейлем и махал нам свободной рукой.

– Ну, почему бы и нет, – я кивнул в ответ на вопросительный взгляд брата. – Тем более что наше искреннее желание провести этот вечер всем вместе разбилось о плохое настроение каждого члена нашей банды.

Он расплылся в ещё более широкой улыбке и начал проталкиваться сквозь довольно большую толпу к лестнице, ведущей в зону для вип-персон. Сами мы никогда не берём там столики. Вообще, стараемся быть как можно незаметнее, чтобы не дай бог не привлечь к себе внимание журналистов. Благо светская хроника почти полностью монополизирована кланом Орловых, отец в своё время постарался.

У людей нужно формировать хорошее мнение о правящем клане, поэтому наши с Ромкой морды очень редко появлялись на страницах журналов. И только на торжественных и официальных мероприятиях, где мы с постными лицами, прилизанные и отутюженные стоим, чаще всего, в тени отца. Так что узнать нас было проблематично. Вот только никто не застрахован от папарацци. И доказательством этого для нас служит старая, уже выцветшая заметка из газеты, на которой молодой Костя Керн полуголый в каком-то клубе отжигал. Там ещё на заднем фоне пьяный в дым Юрий Вольф махал рукой в камеру. Заметку нам подарила бабушка Мария, в качестве назидания и напоминания о том, что не надо попадать в кадр, если ты не в форме.

Так что в вип-зонах мы не отдыхали, чтобы не привлекать ненужного внимания, но вот как приглашённые гости – почему бы и нет? Всегда же можно уйти. Кто нас остановит?

Мы уже поднялись, когда я почувствовал, что кто-то весьма настойчиво дёргает меня за руку. Повернувшись, я с удивлением увидел, что продолжаю крепко держать Иванову, которая, похоже, уже давно и безрезультатно пыталась освободиться.

Здесь было гораздо тише. Эффект от музыки заметно снизился, что позволяло не кричать, чтобы друг друга слышать.

– Андрей, куда ты меня тащишь? – Ольга снова попыталась вырваться, но я усмехнулся и лишь крепче сжал её ладонь. – Да, отпусти меня.

– Зачем? – я улыбнулся ей и подмигнул. – Пошли, познакомишься с туристами из Содружества. А потом потанцуем. Оль, да не вырывайся, а то у многих в головах возникнет мысль, что я удерживаю тебя силой.

– Ты и так удерживаешь меня силой, – пропыхтела девушка и злобно уставилась на меня. Но, хотя бы вырываться прекратила.

– Андрей, Оля, познакомьтесь, – к нам подошёл Ванька. – Лорен и Гарри Гамильтон. Они дети клана Гамильтон, третьего клана Содружества Западных стран.

– Очень приятно, – я пожал руку привставшему с диванчика Гарри. Года два назад его отец приезжал вместе с Виктором Неймановым, моим дядей по матери… Тьфу, ты. С братом мачехи, который является консортом правящего клана Содружества. На меня тогда Гамильтон произвёл приятное впечатление. Да и отец не через губу с ним разговаривал, а это очень большой показатель того, что человек не полное дерьмо.

– Вы похожи на императора Константина и друг на друга, – Лорен оглядела нас с Романом с ног до головы. При этом её взгляд упал на Ольгу и она слегка поджала губы. Я же совершенно собственническим жестом подтянул слегка напрягшуюся Иванову поближе и обнял за талию. Да, я трус и прикрываюсь девушкой от ненужного мне внимания, и что?

– Мы Орловы. И так или иначе, будем похожи на императора, – ответил Ромка. – А близнецы в клане – не редкость. Не только наш глава сумел зачать двойню.

– Как интересно, – проворковала Лорен и повернулась к темноволосому Ваньке. – А ты тоже из Орловых?

– Увы, так получилось, – и этот паразит развёл руками. – Но, я стараюсь делать вид, что мы не знакомы. Благо наши фамилии отличаются.

– А что вы здесь делаете? Приехали по делам, или в гости, или просто развлечься? – спросил я, усаживаясь на один из диванчиков. При этом ловко сделал подсечку Ольге и усадил себе на колени. Она пару раз дёрнулась, стараясь не сильно привлекать внимание, но я держал крепко. Ничего, когда выйдем отсюда, я извинюсь. Сейчас же, так будет лучше.

– Просто развлечься. Сейчас каникулы, и нам захотелось посмотреть на мир, – ответил Гарри, поднося стакан ко рту и прикрывая глаза. – Здесь довольно странная атмосфера. Какая-то напряжённость не отпускает с того самого момента, как мы вошли сюда. И это, надо сказать, сильно будоражит кровь. Как владельцам это удалось?

Мы с Ромой переглянулись. Я вообще настроен на любое магическое проявление. И иногда не могу дифференцировать, то ли меня штормит от того, что мы, скажем, проезжаем мимо дома Морозовых, на который эти психи столько всего накрутили, то ли рядом кто-то применил высокоуровневое заклинание. Я учусь их разделять, но иногда меня переклинивает. А брат, как маг смерти, очень тонко различает подобные нюансы.

Вот сейчас, глядя на молодого парня, нашего возраста, может быть, на год-два постарше, мы думали, что ответить. Нам на помощь пришла Ольга.

– Владельцы ничего не делали. Они просто сориентировались раньше, чем все остальные. Неужели вы не ощущали, какой фон создаёт защита музея магии? – проворковала она и вдруг обняла меня за шею, придвигаясь чуть ближе. Вот же чертовка. Похоже, что девчонке надоело подчиняться обстоятельствам. Тем более что она приехала сюда развлекаться. Так почему бы не развлечься. – Этот фон, по-моему, давно пора сделать одним из экспонатов. Раз никто с ним ничего сделать не может. Что скажешь, дорогой? – и она запустила пальчики в мои довольно короткие волосы на затылке, перебирая их так, отчего по шее и дальше по спине побежали полчища мурашек. Какого чёрта Иванова творит?

– Это невозможно, Олечка, – Ромка смотрел на нас, и так ехидно улыбался, что мне хотелось встать и врезать ему по морде. Сам он продолжал стоять перед заграждением полубоком, слегка навалившись на преграду. – Глава клана часто говорил, что защита поставлена в большей степени не против людей. А против кое-кого другого. Так что лучше не трогать ничего в хорошо отлаженной системе. Тем более что простые, неодарённые люди, не чувствуют эту защиту.

– Но если простые люди могут игнорировать защиту музея, то вполне возможно нападение наёмников…

– Гарри, это всего лишь музей, ну, кому придёт в голову мысль нападать на него? – Ромка закатил глаза. – Что они там смогут забрать? Куклу орла из папье-маше?

– Вы говорите о таких скучных вещах, – сморщила носик Лорен. – Мы сюда пришли веселиться, а не… вот это всё. Ваня, идём танцевать, – она схватила его за руку и потащила на танцпол.

– Вы с сестрой прекрасно говорите по-русски, – отметил я, глядя, как Гамильтон хватает очередной коктейль.

– Когда консорт правящего клана русский, главы кланов заставляют детей учить этот язык, чтобы хотя бы понять, как именно и за что вас обругали, – Гамильтон поставил пустой стакан на стол. Я невольно нахмурился. Что-то здесь не так. Не очень похоже, чтобы он расслаблялся и получал удовольствие от вечера.

– Это да, – задумчиво проговорил я. – Гарри, а где ваша охрана? Прости, но я ни за что не поверю, что вы приехали без охраны.

– Но, так оно и есть, – он пожал плечами. – Мы здесь инкогнито. Так инкогнито, что даже дом снимаем под чужими именами. А охрана привлекала бы много внимания. Иван же узнал Лори. Его отец тесно работал с нашим, и они успели познакомиться. Только поэтому…

– Девушка, ну куда же ты? – раздался развязный голос с лестницы, по которой быстро поднимались Лорен и Ванька. За ними тащился какой-то долговязый тип, решивший, похоже, попытать счастья с очаровательной иностранкой. – Бросай этого щенка. Идём с нами, мы с друзьями покажем тебе, что такое настоящие мужчины.

– Оставьте меня уже в покое! – Лорен нервничала, и от этого её едва заметный акцент усилился в разы, подействовав на мужика как тот афродизиак. Потому что он ускорился, практически взбегая вслед за ней. Вот только что-то в нём мне не нравилось. Что-то выбивалось из общей картины.

– Да куда ты бежишь… – парочка уже вышла с лестницы на площадку, когда мужик протянул руку, чтобы схватить Лорен. К нам выдвинулись охранники, увидевшие, что в вип-зоне что-то происходит.

– Он трезвый, – внезапно до меня дошло, что же именно мне в мужике не понравилось. Чтобы вот так приставать к девушке, нужно быть порядочно навеселе. А острый взгляд мужика и его чёткие движения говорили о том, что он трезв, как стёклышко.

Нас всех обыскали на входе. Оружия ни у кого в клубе не должно было быть. Кроме охранников. Вот только магия – это такое же оружие, как и любое другое, а порой и хуже, гораздо хуже.

Всплеск дара я почувствовал сразу. Рывком передвинул Ольгу, скинув её со своих колен на диван, вскочил. Я умею не только разблокировать источник, но и закрывать его. Пришлось научиться, чтобы быстро прятать наши детские шалости. Мгновенно призвав дар, я со всей дури впечатал его в мужика, а также в тех троих, которые взбегали следом за ним.

Похоже, слегка перестарался, потому что резко погас свет над тумбами с девушками. А сами тумбы, которые до этого слегка парили над полом, рухнули вниз. Скорее всего, я заблокировал работу какого-то артефакта, но мне было слегка не до того, чтобы разбираться. Лишь краем глаза отметил, что девчонки вроде бы удержались на тумбах. И тут же крикнул ещё пока не врубившемуся брату.

– Рома – это нападение!

Глава 4

– Где они? – император Константин стремительно вошёл в кабинет. За ним следовал начальник службы имперской безопасности Матвей Подоров, как всегда подтянутый, и на этот раз для разнообразия раздражённый.

– В обезьяннике, – ответил Матвей, поджав губы. – Их забрали из клуба, не проводя идентификацию на месте.

– Хочешь сказать, что в отделении полиции не знают, кого забрали? – Константин сел за стол и задумался.

– Конечно, знают, – Матвей покачал головой. – Идентификация провелась на входе в участок. Дежурный чуть инфаркт не заработал. Но. До утра заключённым, помещённым в камеры предварительного заключения не предоставляют право на телефонный звонок. И ты сам настоял на этих правилах, – добавил Подоров, глядя на главу своего клана и императора.

– Я знаю, – Костя потёр переносицу. – Это было сделано для воспитательного эффекта. Чтобы нарушители хоть немного посидели в камере и подумали над своим поведением, а не были сразу вытащены папочками и ордой адвокатов. И даже ради своих сыновей я не собираюсь это правило менять. Так что, пускай посидят. Ничего с ними не случится. Только, Матвей…

– Я уже выделил людей, чтобы присмотрели. В этой камере не только мой будущий император и глава клана Орловых сидит. Но, и мой Ванька, это, если не считать Гарри Гамельтона. – В каждом слове Матвея звучала ирония. – Клубу был причинён определённый урон. Ян уже всё уладил и ущерб возместил.

– Я так полагаю, была драка? – император откинулся на спинку кресла и усмехнулся. – С частичным нанесением ущерба клубу. Мальчишки же не пьют. Или, ради первых дней каникул решили сделать исключение?

– Похоже, это было покушение на детей клана Гамильтонов. Я как раз сейчас занимаюсь расследованием. Покушение было непродуманное, спонтанное. Гамильтоны прибыли едва ли не инкогнито, без помпы. В клуб выбрались впервые. Скорее всего, их там заметили и донесли заинтересованным лицам. Иван знаком с Лорен и его пригласили за их столик. А незадолго до нападения к их компании присоединились Андрей и Роман. При этом Андрей был с девушкой. Одной из учащихся школы. Хотя это несколько странно. Ольга Иванова явно на звезду не тянет. Не красотка, чтобы у парня возраста Андрея слюна во рту скапливалась… – Матвей замолчал, недоговорив, потом посмотрел на Костю и продолжил. – Это к делу не относится. Возможно, просто небольшое увлечение.

– Андрей в некоторых моментах очень похож на меня, – задумчиво проговорил Костя. Он поднялся из-за стола, прошёлся по кабинету и остановился у окна, сцепив руки за спиной. – Так что здесь возможны варианты. Подготовь мне информацию на эту девушку. Нужно понять, стоит ли поощрять это увлечение.

– Хорошо, уже к вечеру ты всё получишь, – Матвей сделал себе отметку и продолжил. – Андрей заблокировал возможность применения магии на всех уровнях. К счастью, владелец клуба оказался очень ориентированным на обычных людей, поэтому практически никто не пострадал. Но клубу тем не менее был нанесён определённый ущерб. Это, если не считать разбитого стула.

– Вот как? – Костя повернулся к Матвею лицом. – А вот это что-то новенькое. По-моему, он не умел воздействовать на вещи, и матрицы различных артефактов. Или тщательно скрывал? – он прищурился.

– Андрей действительно слишком похож на тебя. Так что здесь возможны варианты. – Хмыкнул Матвей. – В любом случае нападавшие, как и защищающиеся не могли воспользоваться ни даром, ни артефактами. А холодное и огнестрельное оружие в клуб не пронесёшь, за этим следят очень пристально.

– Поэтому началась драка. – Костя задумчиво потёр подбородок. – Они не сильно отхватили?

– Нет. А вот нападающие сейчас в клинике, и я не могу их как следует доспросить, – раздражённо заявил Матвей. – Хорошо хоть не убили. Девчонки тоже отличились. Вот зачем, скажи мне, Иванова била одного из нападающих стулом? Да ещё по голове? Лорен, кстати, тоже недалеко от неё ушла, но хоть стулья об головы нападавших не разбивала. А вот парни разошлись не на шутку. Тебе не кажется, что нужно серьёзно поговорить с Егором и Денисом? По-моему, они слегка перестарались, занимаясь с мальчишками.

– Ну, не всё так страшно, мужчина должен уметь защитить себя и своих близких, – быстро проговорил Костя, отметив про себя, что никогда не скажет Матвею о том, что сам просил Ушакова и Устинова как следует заниматься с мальчиками. Да и сам нередко принимал участие в этом безобразии. Главное, чтобы Ванька не раскололся, и не рассказал отцу, как спарринговался с главой клана. – Можно подумать, ты сам абсолютно беспомощный и безобидный.

– У меня есть мозг, – Матвей демонстративно постучал пальцем по виску. – И мне хватит ума не отправлять подозреваемых на больничную койку в таком состоянии, что их невозможно даже допросить!

– Девчонок-то куда дели? – Костя иронично приподнял бровь.

– В соседнюю камеру, – хмуро ответил Матвей. – Закон един для всех.

– Уже известно, кто стоял за нападением? – император снова сел за стол.

– По предварительным данным, нападение организовал клан Адамс. Очень хорошие друзья эти Адамсы с кланом Адреасов были. Когда последний ещё существовал, разумеется. – При этих словах Матвея, Костя почувствовал, что у него скулы свело, как будто он лимон откусил.

– Они преследовали какие-то цели, устраивая покушение на территории другого государства? – сквозь зубы процедил Костя.

– Вот это я и выясняю. Хотя здесь возможен вариант, что никто никаких целей не преследовал, и устроили нападение на детей конкурирующего клана там, где смогли до них дотянуться. Вспомни Камиллу Уэльс, и как её спас твой шурин. – Спокойно сказал Матвей. И тут же добавил. – Но я не стал бы исключать никакие варианты.

– Хорошо, работай, – кивнул Костя. – Мне нужно самому забирать детей? Как того требует закон?

– Не стоит всё-таки доводить до сердечного приступа полицейских, ваше величество, – укоризненно произнёс Матвей. – Лучше я сам схожу в участок за этими обормотами.

– А, ну раз ты так уверен, что твоё присутствие не доведёт полицейских до сердечного приступа, то, конечно, сходи, Матвей. Правильно, не хрен расслабляться. – Костя хмыкнул и потянулся за бумагой. – Садись уже. Раз наш отпуск полетел ко всем чертям, то давай поработаем, что ли. Просто так сидеть и ждать результатов неинтересно.

***

Я лежал на жёстких нарах, заложив руки за голову, и рассматривал потолок. Возможно, эта скамья как-то по-другому называется, но мне почему-то хочется назвать её именно «нары».

– Отец любит так лежать, – довольно равнодушно проговорил Ромка. Он стоял, прислонившись спиной к решётке клетки, в которую нас бросили. Руки скрестил на груди и был на редкость серьёзен.

– Я знаю, – ответив ему, я ещё немного полежал, а потом рывком поднялся и сел, наваливаясь спиной на стену, у которой мои нары стояли. – Мне тоже именно так нравится лежать. Так думается лучше, – добавил я. – Уснуть хотел, чтобы время побыстрее прошло, но не получилось.

– Двигайся, – брат подошёл ко мне и сел рядом. – Ты зачем вообще всю магию в клубе рубанул? Девчонок не пожалел. Одна, по-моему, растяжение получила.

– Чтобы блокировать работу артефактов, которые могли быть у этих козлов, – я потёр лоб. – Теперь все узнают.

– И нам влетит, – философски заметил Ромка. – Тебе, за то, что скрыл. Мне, за то, что не настучал.

– Ситуация, – протянул я и задумался.

О том, что я могу воздействовать не только на источник дара другого мага, но ещё и на магические матрицы различных маго – технических приборов, да и артефактов в чистом виде, я узнал относительно недавно. Месяца четыре назад, если быть точным.

Сидел как-то в комнате, пялился на артефактный дневник, который вместо часов таскал на руке. Делал я это, скорее, по привычке, чем с какой-то определённой целью. Тем более что сейчас, когда преподаватели могли отправлять сообщения на усовершенствованный телефон, нужда в нём пропала.

Так вот, сидел я, смотрел на эту давно устаревшую штуковину, потом посмеялся над собой и решительно снял с руки. При этом продолжая рассматривать. Зачем я призвал в этот момент свой специфический дар, можно было только гадать. Но факт оставался фактом, я призвал дар, который, не найдя лучшего применения, так как в комнате я сидел один, начал проникать в дневник.

Зрение слегка расфокусировалось, и тогда я впервые увидел слегка светящуюся матрицу в приборе. Все внешние слои как будто исчезли, остались тенью самих себя. Этакой трёхмерной прозрачной основой, в центре которой свободно висела матрица. Любопытство взяло верх над осторожностью, и я направил дар прямо в центр матрицы.

Появилась мощная вспышка, и дневник сдох, окончательно и бесповоротно. Вот так я и узнал, что могу влиять на матрицы. Но даже Ромке не сказал бы, если бы он не застукал меня за процессом раскурочивания дневника. Я хотел посмотреть, что же произошло с начинкой, вот и разобрал безнадёжно испорченную вещь. А брат меня за этим делом застал. Врать ему – гиблое дело. Ромка всегда знает, когда я говорю неправду. Пришлось признаваться.

– Да, ладно, – я махнул рукой. – Всё равно такие вещи рано или поздно становятся известны. Я ещё долго продержался.

– Вопрос будет, почему не сказал? – Ромка покачал головой.

– Не знаю, – я потёр шею. – Вроде и тайны в этом никакой нет… Не знаю. Дурак, наверное. Ванька с Гарри спят? – я кивнул на другие нары, расположенные по периметру клетки. На двух из них лежали Подоров и Гамильтон, ещё одни были пустые. Эти нары предназначались Ромке, но брат предпочёл сидеть рядом со мной. А последние занимал невзрачный мужик, которого притащили примерно через полчаса, после того как нас заперли.

– От вашей постоянной бубнёжки уснёшь, как же, – раздался раздражённый голос Ваньки. – Вот ответь мне, Андрюша, ты зачем вырубил того придурка, который на тебя попёр?

– У него в руках была гаррота. Мне что, нужно было стоять и ждать, когда меня удавят? – я возмущённо посмотрел на Ваньку, который в этот момент садился на нарах. – Как он её вообще протащил, вот в чём вопрос.

– Ой, да собственную шею обмотал и сказал, что это шейное украшение – последний умирающий писк моды, – ответил Ромка. – Чудиков всегда хватает. Охранник пальцем у виска покрутил и пропустил идиота.

– Вот только вы не ответили на мой довольно простой вопрос, мне нужно было ждать, когда меня удавят? – Повторил я, пристально оглядывая каждого из них.

– Нет, конечно, но, Андрей! Ты, судя по всему, сломал ему подъязычную кость его же гарротой! Ты хоть понимаешь, что этот тип говорить ещё долго не сможет, если вообще жив останется. А это значит, что его допрос будет отложен. И вот теперь представь себе тот объём нотаций, который ждёт нас при выходе отсюда. – Ванька, говоря это, глаза закатил и провёл ребром ладони по шее.

– Ой, лучше не напоминай, – я покачал головой. – Тебе только от твоего отца достанется, а мне ещё и от моего.

– М-да, похоже, что память тебе всё же отшибли. Твой отец – глава моего клана. И я не думаю, что он останется в стороне от воспитательных мер.

Его прервал всхрап, раздавшийся с соседних нар. Гарри перевернулся на другой бок и закрыл локтем ухо, чтобы наши разговоры не мешали ему спать. Мужик же даже не пошевелился. И было непонятно, спит он или внимательно слушает, о чём мы говорим.

– Смотрю я на него и думаю, что это: стальные нервы и яйца, которые позволяют ему спать при любых обстоятельствах; хмель от выпитых коктейлей, которая его только что догнала; или же, наоборот, нервишки не выдержали, и парень уснул от нервного перенапряжения? – задал вопрос в пустоту Ромка, глядя на Гарри.

– Вот проснётся и спросишь, – я прислонил голову к стене и закрыл глаза. – Я у него ещё кое-что хочу спросить. Например, что эти козлы вообще там делали. Они же явно по душу наших гостей из Содружества пришли.

– А почему не по наши души? – Я приоткрыл один глаз. Ромка не собирался уходить с моих нар. Он так же, как и я, откинулся на стену и прикрыл глаза.

– Я не думаю, что на этом свете где-то живут настолько тупорылые придурки, которые не смогут просчитать, что именно с ними сделает отец в этом случае, – ответил я.

– Не-а, не согласен. Никто точно не сможет просчитать, что именно с ними сделает отец. Но, придурков хватает, особенно если их мотивируют и благословят на жертвенную смерть во имя избавления от тирана. Так что эту версию сбрасывать со счетов нельзя. Хотя я, как и ты, больше склоняюсь к тому, что шли убивать Гамильтонов. Но ты им все карты спутал своей антимагией. Пришлось парням в рукопашку идти.

– Это точно, – ответил я и снова закрыл глаза.

***

Когда рухнули тумбы с девушками, и начались проблемы со светом, поднимающиеся по лестнице типы резко ускорились. Один из них, видимо, главный, выхватил из кармана странного вида диск, сжал его в пальцах и… ничего не произошло. Громко выругавшись, он швырнул этот неработающий артефакт прямо в Гарри, который сумел уклониться и весьма оперативно залез под стол.

Это словно послужило сигналом к самому настоящему рукопашному бою. На нас напали если не профессионалы, то где-то очень близко к этому. Вот тут-то я и сказал спасибо своим учителям во главе с отцом, которые нас так гоняли, что мы порой встать утром не могли.

Почему-то главарь бросился на меня. Хотя его первоначальная жертва продолжала сидеть под столом. В руках у него появилось гаррота. И вот это было очень опасно. Если этот гад зайдёт мне за спину и сумеет набросить удавку…

Поэтому ждать и оценивать действия противника, было просто некогда. Слегка отклонившись с траектории его движения, я, как бы облегчил ему доступ к своей шее. Но, как только он приблизился, я резко наклонился, хватая его за грудки и притягивая к себе максимально близко. Одновременно ударил лбом в переносицу, и практически сразу переместился ему за спину, выворачивая руки с зажатой в них удавкой. Мгновение, и гаррота уже находилась у меня в руках. Я накинул ему его же оружие на шею и резко дёрнул вверх.

Он захрипел, а шея стала на глазах отекать. Тогда я отпустил его, сворачивая гарроту и оглядываясь по сторонам. Бой был серьёзный и потому скоротечный. Из-за того, что лестница была узкой, нападающие могли выскакивать только по одному. Что существенно сказывалось на манёвренности.

Ромка и Ванька уже расправились со своими соперниками. А всё ещё сидевший под столом Гарри умудрился уронить двоих. Он, похоже, хватал их за ноги и тянул на себя. Хотя, может быть, всё было и по-другому. Я этого не видел и не могу судить.

Упавшие уроды попали в лапы наших девушек. И если Лорен просто пинала одного из них, куда могла дотянуться, то вот Ольга зачем-то била своего противника стулом. А потом, когда стул развалился, добивала обломками. При этом она раскраснелась, и ещё несколько прядей вырвались из причёски и теперь падали ей на грудь. Она была в этот момент такая хорошенькая. Я невольно залюбовался.

И вот тут-то нагрянула охрана. Прибыла она быстро, надо сказать. С того момента, когда эти твари ворвались сюда, прошло чуть больше трёх минут.

Так как инцидент произошёл в вип-зоне, но именно нападавших пришлось госпитализировать, в то время как на нас не было особых повреждений, то начальник охраны не придумал ничего лучшего, чем вызвать полицию.

На шум прибежали наши, и кто-то из Вольфов и, кажется, Степан Ушаков попытались нас отмазать. Лучше бы они этого не делали. Потому что стало только хуже. Как вроде бы потерпевшая сторона мы могли бы рассчитывать на определённое снисхождение, но тут прозвучала фамилия Ваньки. Наши имена, к счастью, не произносились. Ну и что, что похожи на Орловых? Орловых много, кто их считает?

Прибывшие полицейские заявили, что они-то как раз и получат от Матвея по самое не могу, если нарушат инструкции. И вот мы здесь. Девушек также не пожалели. Их поместили в соседнюю камеру, которую из нашей клетки не было видно.

Вот так и закончился наш вечер, так неудачно начавшийся. Но, это тоже опыт. В обезьяннике я ещё не сидел.

***

– Я представляю, что будет, если ваш отец сюда за нами явится, как предписывает закон, – я открыл глаза и посмотрел на хохотнувшего Ваньку.

– А я вот не вижу в этом ничего весёлого, – встав, потянулся и сделал несколько резких движений, чтобы разогнать застоявшуюся кровь.

– Когда нам позволят позвонить, чтобы нас уже могли вызволить отсюда? – хриплым ото сна голосом спросил Гамильтон, приподнимаясь на локте и осматриваясь по сторонам.

– Через несколько часов, – я хищно улыбнулся. – Так что времени у нас вагон, как раз хватит, чтобы выяснить, какого лешего в клубе произошло.

Глава 5

Лорен прошлась по камере и повернулась к Ольге, которая сидела на нарах, обхватив себя за колени.

– Во всём этом есть один положительный момент, – заявила она. – Сейчас я с уверенностью могу говорить, что сидела в самой настоящей тюрьме. В этом есть определённый шарм, надо сказать.

– И где же ты собралась рассказывать столь потрясающую новость? – спросила Ольга, только для того, чтобы поддержать разговор. Она очень устала и перенервничала. Никогда даже в мыслях не думала, что может попасть в подобную ситуацию. Вышла, называется, погулять и развлечься с наследником клана Орловых. А ведь внутренний голос твердил, что это очень плохая идея. Что стоило его послушать?

– Как это, где? – Лорен хищно усмехнулась. – На светских вечеринках, естественно. Этакая маленькая пикантность…

– Угу, ещё татуировку тюремную набей, и можно будет говорить всем и каждому, что ты отъявленная рецидивистка, только тсс-с-с, – и Ольга приложила палец к губам.

– Это мысль, надо её не упустить, – Лорен снова прошлась по небольшой камере. – Почему нас отсюда не вытаскивают?

– Чтобы закрепить воспитательный эффект. – Пожала плечами Ольга. – Личное распоряжение императора. Именно поэтому дежурные не поинтересовались сразу есть ли нам кому позвонить. А, узнав ребят, сделали вид, что они им не знакомы.

– Ха! – Лорен хлопнула в ладоши. – Я так и знала, что близнецы – дети императора. Андрей – наследник престола?

– Да, а Роман – его младший брат-раздолбай, – Ольга снова обхватила колени и прижалась к ним щекой.

– И какого это, быть девушкой наследника? – Лорен посмотрела на неё с жадным любопытством.

– Понятия не имею, – ответила Ольга и прикрыла глаза. – Андрей сегодня в первый раз меня пригласил.

– О, – Лорен села рядом с ней. – Вот это первое свидание запомнится надолго.

– Что-то мне подсказывает, что это свидание, скорее всего, последнее. – Ольга невесело усмехнулась.

– Ну, не скажи, – Лорен покачала головой. – Такое совместное приключение сближает. К тому же не просто же так наследник тебя пригласил. Значит, хотел провести с тобой время наедине. Ну, или где-то близко к этому.

Ольга промолчала. Она никогда никому не признается, что Андрей Орлов пригласил её в качестве ширмы, чтобы исключить повышенное внимание к его особе со стороны других девушек. Хотя логику Андрея она не могла понять. Ну, какая из неё ширма? Если бы какая-нибудь красотка, вроде той же Лорен, захотела увести от неё наследника, то даже не спросила бы, как её зовут. И что ей нужно было делать в этой ситуации? По голове соперницу стулом бить?

Её передёрнуло, когда она вспомнила, как била стулом того негодяя, который хотел ударить Андрея. Она тогда так испугалась за этого охламона.

Ничего этого Ольга, естественно, Лорен не сказала. Вместо этого она встала со своего жёсткого сиденья и принялась прохаживаться по камере.

Они с Лорен сидели в этой клетке одни. Других женщин-правонарушительниц в этом участке этой ночью не было. Даже полиция нравов никого не притащила за нелегальную торговлю собственным телом вне специальных лицензированных и сертифицированных заведений.

Хотя девушка не исключала и тот вариант, что им сюда специально не притащили соседок. Чтобы хоть так пощадить остатки гордости знатных арестанток. С парнями так не церемонились. Ольга видела, как к ним в камеру протащили какого-то забулдыгу.

Спать не хотелось. Несмотря на позднюю ночь, было как-то не до сна. Лорен сидела на скамье и с любопытством рассматривала её. Видимо, пыталась понять, что же привлекло наследника в Ивановой. Ольга ей не мешала в этом нелёгком деле. Проскальзывала в её голове подлая мыслишка, что если Лорен поймёт, то непременно с нею поделится, потому что сама она никак этого понять не могла.

А ещё ей было необходимо узнать, что вообще произошло. Кто были эти нападавшие, и каким боком здесь брат с сестрой Гамильтон? Потому что было очевидно, что нападение это незапланированное, и Орловы для нападавших были не целью, а досадной помехой, которая, тем не менее спутала все их карты.

Наверняка никто из бандитов и не предполагал, что сыновей клана могут обучить настолько хорошо. Интересно, а что бы с ними было, столкнись они не с сыновьями, а с их отцами? Ольга только глаза закатила. У неё была хорошая фантазия, но не настолько, чтобы представить, что стало бы с бедолагами.

Но, вопрос оставался открытым. И Ольга решительно направилась к Лорен. Села рядом с ней, и, улыбнувшись, спросила.

– А зачем вообще эти уроды на вас напали?

***

Гарри после моего вопроса сидел и глупо хлопал глазами, явно не понимая, что именно я от него хочу услышать.

– Андрюха, ну, зачем же вот так в лоб? Нет в тебе гибкости, – Ромка сел рядом с Гарри и мягко улыбнулся. И, он не виноват, что даже мягкая улыбка на лице некроманта выглядит несколько зловеще. Да и Гарри сложно упрекать в том, что тот отшатнулся и постарался сесть от Ромки подальше. Вот только от брата ещё никто пока не смог уйти. – Да, брось, я не кусаюсь. К тому же Андрей качественно запечатал у всех нас источники, и вряд ли я смогу уговорить его выпустить мой дар на свободу.

– В каком смысле Андрей запечатал наши источники? – пробормотал Гамильтон.

– В прямом. Ты что не заметил, что в клубе никто не мог использовать магию? Даже те, кто уже давно перешагнули порог допустимого возраста. Те нападавшие на нас, например. – Проворковал Ромка. – Да и артефакты перестали работать. Такое, увы, не скроешь. И, лично я, морально готовлю себя к последствиям.

– А почему он не вернёт всё как было? – говоря это, Гамильтон не смотрел на меня. Ромка полностью завладел его вниманием.

– Потому что магия смерти может быть весьма приличным аргументом, который развязывает язык самым упорным. Но, тебе ведь нечего от нас скрывать, не правда ли? А значит, Андрюхе и незачем здесь это делать. Мы тебе и твоей сестре жизнь спасли. Ты же не будешь этого отрицать? – И Ромка снова улыбнулся. Только подозреваю, что сейчас он сделал это зловеще намеренно.

– Что вы от меня хотите? – Гарри решительно выпрямился, глядя на нас с неприязнью.

– Мы хотим узнать, что же произошло в клубе, – я сел с другой стороны, и наклонился к Гарри, покосившись на спящего мужика, который в это время всхрапнул.

Вроде бы спит, но лучше всё-таки громкость уменьшить. Собственно, гораздо лучше было бы задавать такие вопросы где-нибудь в другом месте, вот только именно здесь Гамильтон настолько уязвим, что не сможет долго отмалчиваться. К тому же я не думаю, что информация, которую может выдать Гарри, является сверхсекретной. Да об этой драке уже все знают, кто не спит. А те, кто спит, узнают утром. И, да, я, как и Ромка, морально готовлю себя к последствиям. Но, всё же понизил голос до шёпота. Сейчас меня слышали только Гарри и Ромка, и брату пришлось сильно нагнуться, чтобы всё расслышать.

– Драка, – немного помолчав, ответил Гамильтон тоже шёпотом. – Вы там были, и сами всё видели. Какие-то придурки решили подраться с випами, такое случается…

– Случается, – кивнул я. – Вот только, когда хотят просто подраться, не хватаются за «дикобраза».

– Кроме того, что эту игрушку не носят с собой просто на всякий случай. – Хмуро добавил Ванька. – Она, как ты знаешь, для драк не предусмотрена.

– Дико… – Гарри внезапно побледнел. – Вы уверены?

– Конечно, уверены, кретин, – Ромка перестал скалиться. – Как ты думаешь, почему Андрюха все артефакты заглушил в клубе? Вместе с источниками всех находящихся там магов?

– Гарри, нам с открытыми источниками было бы гораздо проще. – Я придвинулся ближе и почти зашептал. – Ромка всего лишь обозначил бы свой дар, чтобы все стали шелковыми. Вот только убийцы успели бы выбросить иглы «дикобраза», и никакой стол не спас бы тебя. Надеюсь, ты это прекрасно понимаешь.

– Значит, эти твари протащили «дикобраза», – как заведённый повторил Гамильтон. – А вы точно уверены?

– Конечно, – Ромка закатил глаза. – Потому что, вот он, – и мой братец вытащил из кармана небольшой артефакт в виде диска, который разбирался в браслет. Именно так в виде браслета на руке нападавший и сумел протащить его в клуб.

Этот артефакт мог метать ядовитые дротики, активировался с помощью подачи в него капли силы. Мы же с Ромкой, да и Ванька, знали, что это такое, поэтому иллюзий по поводу намерений, нападавших у нас, не было.

Просто нас учил Денис Устинов разбираться в подобных штуках. Учил он нас качественно. Иногда мне казалось, что слишком качественно. И все мои вопли на тему, что мне как бы всё это знать необязательно, пропускались им мимо ушей. А, чем больше я вопил, тем больше нас гоняли. Вскоре эту связь прочувствовали все мальчишки нашей школы, и пообещали устроить мне тёмную, если я не заткнусь.

Так, я на собственном опыте узнал одну простую истину: никакой титул тебя не защитит, если ты настроишь против себя большинство. Думаю, что когда-нибудь очень нескоро мне эти знания ой как пригодятся.

Гамильтон тем временем молча разглядывал смертельную игрушку, которую Ромка умудрился каким-то образом забрать из-под стола, куда его забросил главарь, когда тот не сработал. Наконец, он оторвал от браслета взгляд и посмотрел на меня.

– Это внутренние дела моего клана, – твёрдо произнёс Гарри вслух, перестав шептать. – Вас они не касаются.

– Нас чуть не убили с тобой за компанию! – Ромка вскочил. Вот что он за маг смерти? Вроде бы некроманты должны быть холодными и размеренными. Этот же взрывается, как петарда за полсекунды. – Мы как минимум должны знать, за что.

– Для вас это было всего лишь стечение обстоятельств, – Гамильтон сжал губы.

– Да что ты упёрся, – я положил руку ему на плечо, отчего парень вздрогнул. – Мы же можем помочь. Но, нам нужно знать, в чём помогать. И не возникнут ли подобные обстоятельства ещё раз в скором времени?

– Просто держитесь от нас подальше, вот и всё, – хмуро произнёс Гарри. – И потом… Этого на самом деле не должно было случиться. Ни при каких обстоятельствах. Всего лишь стечение обстоятельств, говорю же вам. – В его последних словах я почувствовал слабину и решил надавить посильнее. Ещё немного, и Гамильтон хоть что-то нам расскажет, я чувствую, что он растерян и слегка «поплыл».

– Слушай, Гарри…

Закончить мне не дали. С той стороны, где сидел дежурный, послышался шум, заставивший всех нас, напрячься. Сам дежурный вскочил и метнулся в сторону двери, которую не было видно отсюда.

– Матвей Игоревич, – голос дежурного звучал испуганно. – А что вы… тут…

– Я пришёл за сыном и, хм, другими сыновьями клана. Также, прошу выпустить детей клана Гамильтон из Содружества, и Ольгу Иванову. – Ванька, услышав голос отца, попытался спрятаться за вскочившего Ромку.

Мы же с братом замерли на месте.

– Ничего себе, уже утро, – пробормотал я, глядя на часы. – Неужели они не могли кого-нибудь за нами послать? Зачем Матвей сюда пришёл?

– Кто это? – шёпотом спросил меня Гамильтон.

– Матвей Подоров, глава Службы Безопасности при императоре, – также шёпотом ответил ему Ромка.

– Я знаю, кто такой Подоров, – Гарри вздохнул, встал с нар, схватил пиджак, который подстелил себе под спину, и принялся одеваться. – Неужели он только что узнал, что мы сидим здесь? – и Гамильтон нахмурился. Похоже, такая «неосведомлённость» Матвея его немного огорчила.

– Я бы на это не рассчитывал, – философски ответил Ванька, который уже немного успокоился и принял неизбежное.

К клетке девушек пробежал дежурный и загремел ключами. Нас от них отгораживала стена, и мы не видели, как они переносят тягость заключения. Вид у него при этом был напуганный. Похоже, он ещё не отошёл от очень неожиданной встречи с Матвеем. Открыв дверь женской клетки, дежурный побежал к нам. Его лицо по цвету напоминало переспелый помидор.

– Я думал, за вами юриста клана пришлют, – пробормотал он, открывая перед нами дверь. – А оно вон, как оказалось. – Он окинул нас внимательным взглядом, видимо, пытался понять, кто из нас, кто. Так ничего и не поняв, дежурный посмотрел на пошевелившегося мужика и рявкнул. – А за тобой никто не приходил, так что лежи, где лежишь.

После этого он вытолкал замешкавшегося Ромку из камеры и быстро закрыл дверь. Мы же весьма неохотно потянулись к выходу. Вот же, ждали, когда нас отсюда вытащат, а когда это произошло, ноги сами идти отказались.

Матвей ждал нас, всё ещё стоя возле двери. Рядом с ним уже стояли девушки. Он смерил нас по очереди задумчивым взглядом.

– Ну, что же, думаю, что это неплохой опыт. Константин вернулся, так что мне нет нужды воспитывать вас. – Сказал он спокойным тоном. – Андрей, Иван, ключи от ваших машин. Надеюсь, вы не разучились ими пользоваться. Да, отвезите Иванову в школу. А я провожу наших гостей до их особняка.

– А откуда вы знаете… – начал Гарри и тут же прикусил язык, покраснев под насмешливым взглядом Матвея. – Да, конечно, я не подумал.

Я забрал ключи, с тоской думая о том, что нас ждёт дома. Желание отодвинуть этот процесс становилось навязчивым. Когда мимо меня проходила Лорен, то так сладко улыбнулась и так откровенно пробежалась по мне взглядом, что я сразу понял, она знает, кто я. На Ромку глянула больше с любопытством, и мельком, так что последние сомнения в том, что девушка нас умудрилась различить, пропали.

– Ты с Ванькой поедешь? – спросил я у брата.

– Да, – кивнул он. – Мы поедем очень длинным и кружным путём. – Ромка вздохнул. – Давай, дома встретимся на порке.

– Не напоминай мне об этом, – я поморщился и подошёл к Ольге. – Ты как?

Взяв её за руку, я вышел из участка. Всю дорогу, пока мы шли к моей машине, она молчала. И, лишь когда мы устроились в прохладном салоне, ответила.

– Знаешь, я думала, что у меня что-то вроде свидания. Но, Лорен права, такого свидания я никогда не забуду. Однажды я буду рассказывать внучке, что провела ночь с наследником престола. Правда, мы сидели в разных камерах в тюрьме, но ночь была незабываема.

– Внучке? – я завёл мотор и удивлённо посмотрел на неё.

– А ты исключаешь вариант, при котором я однажды выйду замуж? – она усмехнулась. – Или же, что у меня появится именно внучка, а не внук, к примеру?

– Нет, не исключаю. Думаю, что это в любом случае когда-то произойдёт. – Я покосился на девушку, которая сосредоточенно смотрела на дорогу. – Тебе Лорен, случайно, не рассказала, что на самом деле произошло в клубе?

– Лишь намёки, – Ольга вздохнула. – Похоже, какие-то межклановые разборки. Но ничего конкретного она мне не сказала.

– Межклановые выяснения отношений на территории другого государства? – Я нахмурился. – Только мне кажется, что это не совсем нормально?

В это время мы подъехали к воротам школы. Город ещё спал, на улице было светло, но солнце ещё пряталось в рассветной дымке. Дороги были пустыми, и я сам не заметил, как мы долетели до места. Эх, а я хотел, как Ромка, ехать долго печально и кругами. К нам вышел охранник. У него на лице не было даже намёка на сонливость. Вот это выдержка. У меня такой нет.

– Сиди, – сказал я, когда Ольга взялась за ручку, чтобы открыть дверь и выйти из машины.

– Ты решил заехать на территорию? – она удивлённо посмотрела на меня.

– Да, – ответил я коротко. Охранник тем временем кивнул и дал добро на въезд.

– Но, зачем? – она смотрела пристально, пытаясь понять, что взбрело мне в голову.

– Я хочу, чтобы ты мне рассказала всё, о чём тебе говорила Лорен. Мне не нравится это дело. И не нравится, что мы вроде бы случайно оказались на этом чёртовом балконе, – ответил я нахмурившись. У меня такое чувство, что империю пытаются втянуть во что-то непотребное.

И я решительно вышел из машины и направился вслед за Ольгой. Мы опомнились только тогда, когда за моей спиной закрылась дверь. Всё-таки бессонная ночь, и выброс адреналина вечером давали о себе знать. По-хорошему надо было прийти сюда завтра и спокойно поговорить. Но, реакция была замедлена, а домой жутко не хотелось. Вот только, какого хрена я не остался в гостиной?

– Это моя комната, – негромко проговорила Ольга.

– Да, я заметил, – чтобы не выставлять себя ещё большим идиотом, я сел на небольшой диванчик, стоящий напротив кровати. Вот туда я старался не смотреть.

– Ты не хочешь подождать меня в гостиной? – Ольга нахмурилась. – Мне нужно привести себя в порядок.

– Подожду, пожалуй, здесь. – Спокойно ответил я и посмотрел на неё снизу-вверх улыбнувшись.

– Я всегда думала, что Орловы отличаются поразительной наглостью. Но сейчас я в этом убедилась, – Иванова схватила какую-то одежду с кровати и бросилась в ванну.

Я же пожал плечами. Ну, да, она права, и что? Тут на меня накатила просто дикая усталость. Я закрыл глаза, как сам себе говорил всего лишь на минутку, и провалился в сон.

Глава 6

Телефон зазвонил, как только Матвей уехал вытаскивать из полицейского участка своего сына и сыновей своего императора. Номер был незнакомый, и Костя долго колебался, прежде чем ответить. Наконец, он нажал на кнопку приёма.

– Орлов, – проговорил он в трубку, ожидая, когда собеседник представится.

– Я потерял свой телефон, – раздался в трубке знакомый голос. Костя чуть не сплюнул, услышав его. – Так что, это номер теперь мой.

– Ты теряешь телефон почти каждый месяц, Ершов, – ответил Костя, присаживаясь прямо на стол. – Объясни мне, каким образом ты умудряешься при этом оставаться приличным стражем? То есть, тебя ещё не прибили ни Безликие, ни я.

– Признайся, я тебе нравлюсь, поэтому у тебя рука на меня никогда не поднимется, – Кирилл усмехнулся в трубку. – А Верн очень хочет меня прибить, но у него нет другого стража. А Родион ещё слишком мал, чтобы занять папкино место. К тому же кто сказал, что, Родя топорик в этом случае не возьмёт и мстить не пойдёт?

– Так, давай начнём сначала, Ершов. – Костя пропустил его шуточки мимо ушей. Он уже давно привык к Кириллу. Настолько, что практически не реагировал на его выпады. – Ты, когда звонил, на часы смотрел?

– Вот, сейчас посмотрел. Утро уже, пора вставать. И судя по бодрому голосу, ты уже встал, – Ершов замолчал, а потом продолжил уже более серьёзно. – Верн сказал, что ждёт завтра наплыва посетителей. Проблема в том, что у пары десятков одарённых внезапно запечатался источник. А так не бывает, Костя. Даже ты не можешь закрыть уже открытые по всем правилам источники силы. Они как-то могут отслеживать такие вещи. Не влиять на них, а всего лишь отслеживать, на этом Верн просил сделать акцент.

– Твою мать, – Костя потёр лоб. Когда Матвей сказал, что Андрей заблокировал все источники, то это оказалось, что он заблокировал именно все, без исключений.

– Ага, значит, ты в курсе, или не в курсе, но догадываешься, почему так произошло, – вкрадчиво проговорил Ершов.

– И в чём проблема? Верн не может снова открыть источники этих, хм, бедолаг? – спросил Костя, подходя к окну. На улице уже было довольно светло. Он всю ночь провёл в кабинете и сейчас чувствовал лёгкое отупение, которое всегда наступает после бессонной ночи.

– Проблема в оплате. Верн спрашивает, кто будет оплачивать повторную активацию? И просил передать, что им тоже надо что-то кушать.

– А почему Верн решает этот вопрос через тебя, а не связался со мной напрямую? Уж мне не нужно эти представления демонстрировать с прислужниками Безликих и тому подобное. – Костя продолжал смотреть на улицу.

– Потому что он не может с тобой разговаривать. Ему хочется тебя убить гораздо больше, чем меня, но Верн не знает, как это сделать, чтобы самому остаться в живых, – любезно пояснил Ершов. – Так, что ему передать насчёт оплаты?

– Передай счёт мне. Не в имперскую канцелярию, и не Юрию Вольфу, а лично мне, – неохотно ответил Костя.

– Ха, я так и знал, что ты каким-то боком замешан в этом происшествии. – Хохотнул Ершов. – У меня, собственно всё, так что, спокойной…

– Подожди, – решение пришло спонтанно, но Костя был уверен, что сделать это необходимо.

– Ну, что ещё, – протянул Кирилл.

– Мой сын Роман – некромант, – начал говорить Костя.

– Сочувствую, – равнодушно произнёс Ершов. – Мой младший, Родион – тоже, и что?

– В начале сентября, когда ему официально откроют источник, я хочу отправить его на пару месяцев к тебе, – говоря это, Константин потёр шею, словно она у него заболела.

– Зачем? – осторожно спросил Ершов.

– Чтобы ты научил его специфической магии стража. С единорогом опять же познакомишь. А то бедняга, наверное, уже устал от твоей морды.

– А сам не хочешь Зелона навестить? – когда Ершов назвал тёмного единорога по имени, Константин вздрогнул. Он никак не мог привыкнуть за столько лет не реагировать на имя, которое когда-то было его именем.

– Я его в прошлом месяце навещал, – ответил он.

– Ну, коняшка успела соскучиться, – Ершов хохотнул. – Ладно, присылай своего пацана. Посмотрим, что можно будет сделать. Теперь всё?

– Теперь всё, – ответил Костя и первым отключил телефон.

– Ваше величество, – дверь приоткрылась, и в кабинет проскользнул один из слуг, дежуривший сегодняшней ночью возле дверей. Ну а вдруг императору чего-нибудь захочется? – Роман и Иван Подоров приехали. Вы приказывали сразу же вести их к вам.

– Андрей с ними? – Константин немного повернул голову, чтобы видеть его боковым зрением.

– Нет, его высочество ещё не вернулся, – слуга, чьё имя Костя, к своему стыду, забыл, покачал головой.

– Тогда отложим экзекуцию. Я сейчас пойду немного посплю. Проследи, чтобы они никуда не разбежались. Андрея это тоже касается. Когда он вернётся, разумеется. – И Костя направился к выходу из кабинета. Перед разговором с сыновьями действительно не мешало бы выспаться.

***

Я проснулся, как будто меня в бок толкнули. Шея затекла, и пришлось немного её размять, чтобы голова не болела.

В первую минуту я даже не понял, где нахожусь. Когда же до меня дошло, то сразу же попытался встать из кресла, в котором уснул. На пол упал плед, и я уставился на безобидный кусок тряпки, как будто это была ядовитая змея.

Иванова меня укрыла пледом? А ещё она сняла ботинки и поставила их рядом с креслом. Надо же, насколько же крепко я уснул, что даже не заметил, как она всё это делала. Есть, конечно, ещё один вариант, но в лунатизме меня вроде бы ни разу не заподозрили.

Вот только хозяйки комнаты что-то не наблюдалось. Я встал, свернул плед и положил его на кресло. После чего ещё раз осмотрел комнату. Пусто. Дверь слегка приоткрыта. Из-за неё раздаются голоса. Похоже, что именно они меня и разбудили.

Не обуваясь, я подошёл к двери прислушиваясь.

– Значит, Лорен не сказала тебе ничего, что могло бы пролить свет на нападение? – голос Матвея звучал глухо, словно они разговаривали… Ну, конечно, они разговаривают в малой гостиной. Туда выходят все комнаты сироток, чтобы у них было общее помещение для отдыха. Вообще, чтобы создать это миниатюрное общежитие, пришлось полкрыла переделать. Зато получилось очень даже уютно.

– Нет, она ничего конкретного не сказала. Матвей Игоревич, я уже двадцать минут вам одно и то же пытаюсь донести, – а вот голос Ивановой звучал устало.

– Оля, наше с тобой соглашение было однозначным, я прихожу и задаю вопросы, ты на них отвечаешь. Твои результаты не были блестящими, когда мы набирали вашу группу. – Я замер. Вот оно что. И кто ещё из сироток, кроме Ольги Ивановой, докладывал Матвею о наших разговорах или гулянках?

– Я ни разу не нарушила наше соглашение, и я не виновата, что меня никуда не приглашали, – твёрдо ответила Ольга. – Так получилось, что вчера был первый и единственный раз, когда на меня обратили внимание, и вот чем всё закончилось.

– Оля, – вкрадчиво произнёс Подоров. – Я тебя сейчас ни в чём не обвиняю, если ты не заметила. Да и наведывался я не так уж и часто. – Он замолчал, а потом резко сменил тон. – Кто придушил главаря, лишая меня его общества на допросе?

– Андрей единственный кого-то душил, – в голосе Ольги слышалась неуверенность. – Но если бы он этого не сделал, то та удавка оказалась бы на его шее.

– Андрей, значит. – Сейчас голос Подорова звучал задумчиво. – Кстати, об Андрее. Он сейчас в твоей спальне?

– Да, – Ольга не стала скрывать очевидного. – Он уснул в кресле, пока я переодевалась. Я не стала его будить.

– Ладно, пусть выспится. Если что-то вспомнишь, то позвони мне, телефон у тебя есть, – я отпрянул от двери, потому что разговор был окончен, а значит, скоро Ольга вернётся сюда.

Метнувшись к креслу, начал лихорадочно надевать ботинки, чертыхаясь при этом. Как пацан, которого застали за подглядыванием. Один ботинок успел надеть, а вот второй так и остался у меня в руках, когда в комнату зашла Ольга.

Мы замерли, настороженно глядя друг на друга. Наконец, когда пауза начала затягиваться, я бросил ботинок на пол и принялся обуваться.

– Ты давно проснулся? – спросила Ольга довольно равнодушно.

– Нет, не так уж и давно, – также ровно ответил я.

– И много ты слышал? – она прошла мимо меня, чтобы забрать из кресла плед.

– Достаточно, чтобы понять кое-что, – наконец, проклятый ботинок наделся, и я смог выпрямиться. – И кто ещё из вашей компании докладывает про нас Матвею?

– Насколько я знаю, никто, – она прижала к груди плед и посмотрела на меня с вызовом. – Это был мой единственный шанс выбраться. Меня обучали как попало, поэтому да, мои результаты оставляли желать лучшего. Скорее всего, Подоров меня просто-напросто пожалел. Но, мне действительно всё равно. Главное, что я получаю блестящее образование, и мне есть где жить. И это не дом моей мачехи.

– Я всё равно считаю, что это было подло с твоей стороны, – процедил я, глядя ей прямо в глаза.

– Андрей, мне плевать, что ты обо мне думаешь, – она швырнула плед обратно в кресло и подошла, ткнув пальцем в грудь. – Ты понятия не имеешь, что значит лишиться отца, единственного родного для тебя человека, и остаться с мачехой, которая даже не скрывала своего намерения побыстрее от меня избавиться. У тебя всегда была безбедная жизнь в окружении родных и близких. Клан Орловых хоть и ненормальный, но вы убить друг за друга готовы. А друзья – это действительно друзья, без всяких «но». У тебя всегда было всё, и ты никогда не поймёшь человека, лишившегося последнего.

– Ты ошибаешься, – я перехватил её руку за запястье. – Это ты понятия не имеешь, как именно нас воспитывали, насколько жёстко.

– Бедненький, – фальшиво пропела Ольга. – Ты, должно быть, так страдал.

– Ты совершенно меня не знаешь, чтобы говорить в таком тоне, – я уже не понимал, что меня взбесило больше всего.

– Андрей, пойми одну простую истину, я не хочу тебя знать. Мне всё равно, как именно вас воспитывали. Однажды ты станешь моим императором, и я не хочу знать о тебе больше, чем расскажут в светской хронике в журнале, который вашему же клану принадлежит. – Ольга не отводила взгляд. Её глаза чуть ли не искрились. А ещё, она говорила правду. И эта правда заключалась в том, что Ольга Иванова в гробу видела меня и весь мой богатый внутренний мир.

– Ну уж, нет, – прошипел я. – Я не позволю тебе выставить себя жертвой. Какие бы обстоятельства тобой ни руководили, ты пошла на сделку с Матвеем и совестью. Расчётливая стерва…

Наверное, я был готов к тому, что она меня ударит. Точнее, я совсем не удивился, когда она свободной рукой залепила мне пощёчину. Может быть, я её даже заслужил.

– Убирайся отсюда, и не смей меня оскорблять, – она попыталась вырваться, но я держал её за руку крепко. А когда Ольга сделала ещё одну попытку освободиться, то завёл её руку ей же за спину и рывком прижал к себе. – Отпусти.

– Нет, пока ты не скажешь, что конкретно говорила Матвею.

– Ничего! Я с вами даже никуда специально не ходила, чтобы нечего было говорить, – она дёрнулась, но я только крепче прижал её к себе. – Орлов, отпусти, – внезапно спокойно произнесла девушка. Не дождавшись от меня никаких действий, она изловчилась и пнула меня в колено. Ну, хорошо, что ни в пах.

Но это было больно. И, главное, неожиданно. Наверное, я не ждал, что Иванова меня ещё раз ударит. Не после того, как накрывала пледом и ботинки сняла. А самое главное, я так и не понял, что во мне преобладало: злость или разочарование.

– Убирайся, – повторила Ольга.

На этот раз я не стал ничего больше говорить, а молча направился к двери. Колено болело, всё-таки она мне здорово врезала, и я непроизвольно прихрамывал. Надо бы в клановую клинику заглянуть. Скажу, что упал. Пускай подлечат. Прекрасно понимаю, что это всего лишь ушиб, но я мазохизмом не страдаю, и мужественно терпеть боль не намереваюсь. Чуть не рассмеявшись своим мыслям, протянул руку к дверной ручке.

Хлоп. Я резко обернулся. Ольга стояла на том же месте, бледная, сжимая кулаки. Появившийся между нами Паразит посмотрел на меня, как на таракана, который случайно заполз в комнату. Собственно, в этом нет ничего удивительного, этот кошак так на всех смотрит, даже на отца. Вот только, что он здесь забыл?

Паразит тем временем повернулся ко мне пушистым хвостом и, подойдя к Ольге, потёрся о её ноги. Вот это что-то новенькое. Я даже забыл про боль в колене. Иванова удивлённо посмотрела на меня, а затем опустилась на ковёр перед котом.

– Ты чего? – спросила она у Паразита и осторожно протянула руку, чтобы погладить.

Кот милостиво разрешил ей провести рукой по своей шелковистой спине.

– Паразит, зачем ты здесь? – спросил я довольно резко. – Только не говори, что тебя здесь отборной бужениной прикормили.

– Ну, от отборной буженины я бы тоже не отказалась, – Ольга улыбнулась. – Ты мне покажешь, где можно прикормиться такой вкуснятиной?

– Мяу, – ответил ей кот, а потом ещё раз смерив меня презрительным взглядом, исчез.

– Я к этому никогда не привыкну. – Рука Ольги замерла в воздухе, как раз над тем местом, где только что был кот. – Чего он хотел? – она подняла на меня спокойный и какой-то даже умиротворённый взгляд.

– Понятия не имею, – я пожал плечами. – Действия чеширов не поддаются логике. Но одно я могу сказать точно, это очень умные коты. Порой мне кажется, что они умнее многих людей.

– А вот мне не кажется, я в этом убеждена, – Ольга поднялась с пола.

– Вот что, я не буду извиняться, – я смотрел на неё так пристально, что девушка начала нервничать под моим взглядом. – Считаю, что ты могла хотя бы намекнуть на свою пикантную обязанность.

– Нет, мне точно не кажется, что чеширы умнее некоторых людей. Вот сейчас, глядя на тебя я, в этом полностью уверена, – Ольга сложила руки на груди.

– Давай постараемся не оскорблять друг друга и не пытаться покалечить, хорошо? – она медленно кивнула. – Отлично. Я так понимаю, все разъехались, и ты здесь сейчас одна?

– Да, похоже, на то, – она пожала плечами. – Девчонки точно уехали.

– И как ты здесь справляешься?

– Я привыкла. – Она хотела что-то ещё сказать, но её прервал телефонный звонок.

Ольга вытащила телефон и недоумённо посмотрела на высветившийся номер. Он был явно ей незнаком. Нерешительно нажав на приём, она посмотрела при этом на меня.

– Иванова, – послушав немного, она быстро произнесла. – Лорен, успокойся. Я сейчас с Андреем Орловым. Давай я на громкую связь поставлю, и ты всё расскажешь нам обоим, хорошо? – Зажав трубку рукой, Ольга тихо пояснила. – Я ещё в камере дала ей свой номер, но не думала, что она позвонит.

Я кивнул, и она положила телефон на стол, активировав громкую связь.

– Лорен, это Андрей, говори, что у вас случилось? – я старался говорить внятно и как можно спокойнее.

– В Гарри стреляли, когда он вышел на крыльцо, – в голосе Лорен слышались истеричные нотки. – Сделайте что-нибудь, я вас умоляю.

– Он сильно ранен? – быстро спросил я, одновременно набирая номер Матвея на своём телефоне.

– В руку. Я остановила кровь, но нам нужна помощь и защита, – послышалась какая-то возня, а потом приглушённый голос Лорен. – Я знаю, что делаю. А ты сиди и молчи.

– Лорен, оставайтесь в доме. Не отключайте защиту, и ни в коем случае не выходите. Ты меня слышишь?

– Да, Андрей, я слышу.

– Я сейчас свяжусь с Матвеем Подоровым. Вам помогут. Вывезут в безопасное место, а Гарри окажут помощь.

Кивнув Ольге, я поднёс трубку к уху. Она быстро сориентировалась и отключила громкую связь.

Переговорив с Матвеем, я отключил телефон и посмотрел на Иванову теперь уже расчётливо.

– Что? – она заметила мой взгляд.

– Мне нужна помощь. – Наконец, произнёс я.

– У тебя полно друзей и родственников, – ответила она.

– Которые, скорее всего, сейчас находятся под домашним арестом. Так уж получилось, что я один пока на свободе, и то, потому что до дома так и не доехал. И мне чертовски хочется разобраться в этом деле. Но, повторюсь, мне нужна помощь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.