Eva Legosta
Pro-Am: влюбленные в Танец

PRO-AM. ВЛЮБЛЕННЫЕ В ТАНЕЦ

Я хочу этой книгой показать путь в Танце. Поделиться глубокими переживаниями, связанными со мной и развитием отношений с партнером. Отразить восприятие себя в Танце человеком, который пришел на эту стезю в возрасте уже за сорок. Эта книга – личный дневник и путевые заметки, призванные отрефлексировать те странные и трудные мысли и чувства, которые неожиданно пришли вместе с Танцем. Ведь исполнение Мечты не гарантирует счастья, как выяснилось.

Возможно, кто-то узнает в моей истории себя, вдохновится и решится выйти на паркет. В книге есть нотки рассказов других Am о своем опыте. Все совпадения случайны, конечно же. Читать стоит лишь как художественно обработанное восприятие событий, в которых реальность переплетается с совершено субъективными фантазиями. Возможно, кто-то рассказал бы эту историю иначе. У меня получилось именно так.

Глава 1. ПРИКОСНОВЕНИЯ ТАНЦА

С чего начать рассказывать эту историю? Может быть, вот с этого момента. Мне пять лет. Родители записали на магнитофон «Песню года» и я, сквозь хрусталь и чайный сервиз глядя на свое отражение в стенке, танцую под «Делу время» Аллы Пугачевой. В какой-то момент, в один из наиболее грациозных па, я вижу, что мой крестный стоит в дверях и с удивлением смотрит на пируэты племянницы. В нашей большой семье танцы как род занятий, как что-то ценное, в принципе не рассматривались. Кажется, крестный в шоке. А я, чуть смутившись, продолжаю свою джигу-дрыгу.

Или вот еще момент. Какая-то вечеринка, родители молодые, притащили меня с собой, так как бабушки-дедушки были далеко и вечно заняты. Играет «Феличита», я выхожу в центр круга и очень серьезно делаю ручкой волну. Все взрослые смеются.

Танец всегда был со мной. Его задавала внутренняя мелодия. Все детство и юность я слышала музыку внутри. С нее начиналось утро, и ею наполнялся день. Я жила, танцуя. При этом мои попытки вынести танец вовне не получали никаких аплодисментов, только критику.

Помню, в восьмом классе ходила на кружок современного танца в местном ДК. Я уже имела статус круглой отличницы, и такое несерьезное занятие выпадало из образа очкарика с намертво прилипшей кличкой «Профессор». Руководитель кружка кривила лицо, потому что многие девочки уже не первый год занимались, а я, кроме энтузиазма и упорства, не могла похвастаться ничем. Приходила в любую погоду – и в дождь, и в слякоть осенью, и в минус 38 зимой. Разумеется, девочки вышли на отчетный концерт, а я была отстранена, чтобы не портить картинку.

Студенчество, стройотряд – вот место, где можно было самовыражаться в танце с удовольствием. Но рейтинговые конкурсы, более опытные девицы и суровые оценки моих данных и внешности не позволили и на этом отрезке жизни вдоволь насладиться Танцем.

Целый год нелегального посещения занятий по бальному танцу в одной из немногочисленных студий при чужом ВУЗе оборвался внезапно и грустно. Бедный мальчик, влюбленный в меня тогда (имени уже не помню), ходил ради наших встреч, которые закончились вместе с разоблачением моей принадлежности к другому ВУЗу и изгнанием из студии.

Был опыт целого года занятий в группе восточного танца. Вот там моя фигура и комплекция, наконец, нашли свое принятие и признание. И у меня состоялся-таки отчетный концерт.

Все эти годы я воспринимала себя в Танце как отдельную, самостоятельную единицу, которая просто самовыражается – для себя, для настроения. Были дискотеки, вечеринки – как отдушина и шанс не потерять энтузиазм и радость от пребывания в Танце. И никогда не было настоящего партнера.

Глава 2. ВСТРЕЧА С ПАРТНЕРОМ. ШАГИ И ЦИФРЫ НАШЕГО ТАНЦА

17.09.2023

С утра в рабочей рассылке пришло приглашение на психотерапевтический бал. Оно мелькает уже не раз, дразня красивыми фото и зазывными фразами. Звоню подруге.

– Лена, привет. Тебе прислали приглашение на бал?

– Привет, пришло, конечно.

– И что думаешь, стоит пойти?

– Давай хоть раз в жизни устроим себе праздник.

– Это же надо купить платье, найти туфли, вспомнить шаги вальса. И вообще, где мы с нашей работой и где бал?

– Так, мы идем. Будет инфоповод для клиентов. Пусть увидят, что мы не только терапевтируем.

– Ты ж моя практичная!

После лекций в институте подошла к своей студентке – бальнице, Марине, попросила ее помочь найти человека, который готов позаниматься со мной вальсом. Объяснила, что будет большое профессиональное мероприятие и к нему прилагается бал. Также сказала, что я не нулевая и нужно помочь вспомнить правый и левый поворот. Она пообещала дать контакт.

18.09.2023

Здравствуйте Екатерина, меня зовут Павел, мне ваш номер передала Марина, рассказала, что вы бы хотели научиться танцевать вальс! Давайте договоримся о времени?

Павел, добрый день! Спасибо, что откликнулись. Я могу завтра с 12 до 13, с 16 до 19. В среду с 16 до 19. Получается? Могу в выходные. По одежде для занятия мы с Мариной определились. Обувь я принесу две пары, потестируем.

Сколько раз в месяц Вам бы хотелось заниматься?

Рассматриваю вариант месяц. Бал 4 ноября. 8 раз в месяц.

Отлично! В таком случае мы легко сможем заниматься 3-4 раза в неделю.

Ок)

Давайте тогда завтра с 12 до 13 и в среду с 17 до 18?

Хорошо!

19.09.2023

Прихожу в клуб, Марина меня встречает. Показываю ей разные пары туфель, спрашиваю, в каких лучше танцевать. Помогает выбрать из моего арсенала одну пару. Переодеваюсь, иду мимо ресепшена на паркет.

Стою в маленьком зале, рассматриваю себя в зеркало. Очень нервничаю. Уговариваю себя не сбегать, хотя очевидно, насколько выбиваюсь из общей массы. В большом зале все в черном, стройные, подтянутые. А я – в небесно-голубом платье, туфли перламутрово-цветные, модельные, в них я кучу часов в кабинете отработала, вытирая слезы клиентам. И комплекция моя, мягко говоря, не танцевальная. Кажется, я прошла сквозь эти взгляды в зале, как сквозь выстрелы.

И вот дверь открылась, и зашел он. Наверное, надо писать о партнере и наставнике с большой буквы. Но он настолько юный и хрупкий, что – нет.

– Павел?

– Можно просто Паша.

– А я Катя.

– На ты? На Вы?

– На ты, конечно, – вздыхаю, понимая, как нелепо и искусственно будет общаться на Вы, прижавшись друг к другу столькими частями тела.

Объясняю, что у меня конгресс, к нему прилагается бал и что я не нулевая, нужно вспомнить вальс, чтобы выглядеть прилично, не уронить честь уральской психотерапии. Кажется, он ничего не понял про мою работу. Ну, пусть считает, что я просто преподаватель Марины, которая мне его порекомендовала.

Начали разминку перед зеркалом. Я напряжена, мне неловко и стыдно смотреть на себя, такую непропорционально большую, смотрю на его отражение, повторяю движения. В голове крутится мысль, как сильно он вздрогнул, увидев мои пропорции и зажатость. Ну, а кто обещал, что будет легко. К тому же мне нужно всего лишь несколько уроков, я не собираюсь тут брать вершины. Мои танцы закончились в прошлом веке.

Пробуем встать в пару. Предупреждает, что это очень близко. Да я-то в курсе, старая школа научила. Подаю бедра, отклоняюсь максимально назад, крепко держу руки.

Показывает мне у стены, как нужно приклеить к партнеру бедра, ребра и грудь. Вот грудь я как-то не готова к чужому человеку приклеивать. В нашей старой школе хватало контакта бедер. Делаю выразительный выдох, сжимаюсь еще больше, но лицо держу. Видимо, почувствовал, что я отстраняюсь, отпустил из пары. Начали делать базовые шаги. Ноги не слушаются. Ощущаю, насколько скованы бедра, как тяжело коленям, сводит стопы. Надеваю свою привычную маску с легкой полуулыбкой. С этой маской я много чего прошла, так что и сейчас выдюжим. Пусть все в зале скептично смотрят на эту затею, у меня психотерапевтический бал, мне их мнение фиолетово.

Снова пытаемся встать в пару. Павел старается произвести впечатление, рассказывает о своем опыте.

Тааак, сколько ему лет? Что, двадцать два?! Вот к этому потрясению я не готова. Я могла бы тебя родить, не нарушая закон Российской Федерации. Двадцать два!.. Через три месяца я буду старше тебя ровно в два раза!

Нет, объясняешь ты нормально. Я вон вся в мыле уже от того, как старательно повторяю. Но – двадцать два.. Всего на год старше моей дочери. Как я буду тебя слушаться после этой информации? Моя внутренняя Альфа скривила лицо, выразила фи по поводу глупых затей и дистанцировалась.

Не помню, чем закончилось первое занятие. Договорились, что завтра приду в 17.00.

В раздевалке щебечут девочки-бальницы. Переодеваются. Мне неловко за свою комплекцию, натягиваю джинсы под платье, мокрое после занятия. Поворачиваюсь ко всем спиной, чтобы надеть блузку. Наверное, они с отвращением рассматривают мои родинки на спине – там просто россыпи. Как говорит моя косметолог – звездное небо. Натягиваю привычную маску с полуулыбкой, вежливо прощаюсь.

На ресепшене девочка что-то объясняет мне про абонемент. Беру восемь занятий. Мне больше и не надо. Ни один абонемент я не выхаживала полностью. И этот тоже закрыть полностью не получится, конечно.

Выхожу из клуба, уже на лестнице подступают слезы. Я посмешище. Очевидно, все недоумевают, что я тут делаю. Этот мальчик, Павел, наверное, содрогается, вспоминая мои неловкие движения и ужасается от перспективы чему-то меня научить. Карябаю себя изнутри этими мыслями снова и снова, слезы текут. Жду такси.

Дома, разбирая пакет с танцевальным, тихо реву. Но у меня бал. Так что завтра опять пойду.

Пишу сообщение:

Павел, прошу согласовать время занятий:

3. 24 сентября в 18.00

4. 26 сентября в 14.00, могу в 15. 00

5. 28 сентября, в 18.00

6. 1 октября в 17.00, могу в 18.00

7. 3 октября в 14.00

8. 8 октября в 18.00.

Отвечает:

3. 24 сентября будет как раз Екатерининский бал, сможете пораньше – с 15?

4. 26 сентября с 15, окей

5. 28 сентября, окей

6. 1 октября в 17, окей

7. 3 октября в 14, окей

8. 8 октября в 18, окей.

СможеТе. Мы же договорились, что на ты. Впрочем, очевидно, что мой возраст невозможно не заметить. Подтверждаю встречу. Еще всхлипываю, выдыхаю, вытираю слезы. Иду работать, у меня вечерние пары.

20.09.2023.

Переодеваюсь в раздевалке все так же, отвернувшись ото всех. Тихо поражаюсь, насколько бальницы легко заголяются – и маленькие девочки, и действующие спортсменки. Меня все спрашивают, с кем я занимаюсь. Говорю, что с Павлом. Торопливо поясняю про подготовку к балу, чтобы никто не думал, что я всерьез собираюсь танцевать и претендую на какие-то результаты. Я здесь временно.

Захожу в зал. Нет, ну отличаюсь я ото всех – просто режет глаз, насколько. Ищу глазами, где мой двадцатидвухлетний учитель танцев.

Идет навстречу, улыбается. Уверенно берет меня за руку. Ладонь у него теплая, это как-то успокаивает.

Ведет меня в маленький зал. Слава Богу, только он будет свидетелем моего позора. Заявляет, что у него есть правило – начинать и заканчивать с поклона. Делаю, как могу и помню. Подбадривает, хвалит. Это тоже как-то позволяет выдохнуть и слушать, что мы сегодня делаем.

Ноги болят после вчерашнего, но я не жалуюсь.

Показывает шаги, рефлекторно повторяю, чувствую, как неуклюже выгляжу. На выдохе в голове повторяю мантру: у меня бал.

Болтает без умолку, видимо, пытается подбодрить. Рассказывает, что у него большой опыт работы с такими, как я. Приводит пример про 74-летнюю даму, которая после того, как с ним потанцевала, уехала в Испанию. Капец, мне не 74, вообще-то. Хотя в 22 года что 43, что 74 – это где-то очень далеко, ты прав.

Бесконечные шаги, снова и снова. Пробуем встать в пару. Включает музыку. Я напряженно слушаю его движения, боясь начать не в ногу. Правый поворот… еще правый.. Ого! Тело что-то помнит. Я, красная от напряжения, впервые улыбаюсь искренне.

Следит за моим балансом, подчеркивая, что партнерша танцует сама, на своих ногах, не повисая на партнере. Я собираюсь и полностью фокусируюсь на своей части Танца.

Выхожу из клуба. Двадцать два.. ему двадцать два, ужас какой-то. Впрочем, вспомни себя – ты в этом возрасте считала себя очень взрослой. Замужем, аспирантура, работа, беременность. Учит нормально, хвалит за каждую мелочь. Дыши. В воскресенье снова придешь.

В субботу вечером Паша пишет сообщение – подтвердить встречу. Опять на вы обращается. Конечно, подтверждаю.

24.09.2023

Прихожу в клуб. Народу немного. Паша оставляет меня в большом зале, пробуем делать большие шаги по квадрату. У меня нет баланса и растяжки, туфли спадывают, колени перегружаются. Пары на паркете смотрит на меня и Пашу с сочувствием – я вся красная, в поту. Выгляжу нелепо, двигаюсь неумело. Постоянный стыд, который я подавляю внутренним диалогом: «Думай про бал. Оттанцуешь в ноябре, и останется лишь память об этом эпизоде в твоей жизни».

Я хожу по большому квадрату, повторяя движения за Пашей. Он очень легко двигается, деликатно поправляет меня, подхватывая несколько раз, когда я теряю баланс. Хвалит за каждую мелочь. Это воодушевляет. Я отлично понимаю, что среди танцоров выгляжу нелепо и смешно. Но именно отношение Паши – включенное, подбадривающее – позволяет не расплакаться на паркете, донести эти слезы стыда и горечи до дома.

Встаем в пару. Я держу дистанцию, соприкасаюсь только бедрами, как учили нас раньше. Руки стараюсь держать крепко. Музыку не слышу совсем – только жду от партнера импульса, боясь пропустить движение и не начать вовремя. Мы делаем несколько правых поворотов, я сбиваюсь.

Паша разбирает детали каждого шага, говорит, что ему понравилось, спрашивает, как мне самой. Отвечаю, что, кажется, начинаю вспоминать.

Заканчиваем занятие, делаю поклон – уже уверенно.

В раздевалке щебечут девушки-спортсменки. Марина тоже переодевается.

– Марина, спасибо тебе за Пашу – у него настоящий педагогический талант.

Она как-то криво улыбается, кивает. Девушки странно замолкают. Кажется, меня неправильно поняли. Ну да, наверняка это так прозвучало от меня, что все решили, что старая страшная тетка влюбилась в юного учителя танцев. Я от этого еще больше сникаю, поспешно переодеваюсь, выхожу из клуба. Слезы душат. Эта затея – не просто выход из зоны комфорта, это как под лед провалиться и барахтаться в темной, засасывающей воде с акулами, не умея плавать. Еду домой, уговаривая себя просто отходить абонемент.

26.09.2023

Прихожу на паркет. Ребята-спортсмены отрабатывают свои танцы. Я стою и смотрю на них, как зачарованная. Такие гибкие, красивые, ловкие! Восхищенно улыбаюсь. Кто-то из них мне кивает. Я тоже киваю и приободряюсь.

Из маленького зала выходит Паша, с ним какая-то девица. Они прощаются. Паша видит меня – невозможно не заметить голубое облако в моем исполнении – улыбается, кивает. Показывает, что нужно в тренерскую. Я стою, жду его, пробуя привыкнуть к этому месту, стать хоть немного своей. Ведь я люблю Танец, уже давно.

Выходит, берет меня за руку – уверенно, но очень вежливо. Ведет к зеркалу, делаю поклон. Разминаемся. Я смотрю в зеркало, повторяя его движения. На себя не смотрю.

Спрашивает, что я помню с прошлых занятий. Я голосом отличницы начальной школы рассказываю, что должно быть в позиции, как делается правый поворот, какой шаг с каблука, какой с подушки, сколько счетов.

– Отлично! Теперь осталось все сделать точь-в-точь, как ты рассказала.

– Ну, с таким учителем, как ты, есть шанс даже у меня.

– Это бальные танцы, здесь все возможно.

Увлеченно рассказывает мне про осенний бал, который прошел в воскресенье. Что было много пар, даже таких, кто вообще не умеет танцевать. Что все проходит под живую музыку. Я слушаю, киваю, словно во сне. Говорит, что мы тоже можем сходить на бал в декабре – они проводятся четыре раза в год. Это какая-то запредельная для меня информация. Я и бал? Нет, ну на корпоративный я готова прийти, ради него и стараюсь – там конкурентов минимум. А настоящий? Где надо танцевать, кокетничать и вести светскую жизнь? Это звучит, как насмешка – я едва переставляю ноги в танце, а нужно будет показывать уровень, блистать и не подвести учителя.

В тревожных мыслях о настоящем бале, я встаю в позицию, стараясь не касаться Паши грудью. Он же, напротив, очень уверенно располагает свою правую сторону у меня как раз между двумя внушительными выростами четвертого размера и даже пытается как-то там гнездиться, приговаривая, что я должна как бы накручиваться своей стороной и одновременно тянуться левой рукой за лампочкой. Я в шоке. Мысленно повторяю мантру про бал и что все это ненадолго. Мы делаем несколько правых поворотов. Я попадаю в ритм, и мне уже начинает нравиться наш танец.

Вокруг копошатся какие-то дети, бальники готовятся к соревнованиям. Паша называет кого-то по именам, что-то рассказывает про их уровни и достижения. Я же смотрю на него и думаю, что боженька сейчас хохочет у себя на облачке, наблюдая, как моя мечта – танцевать в паре – исполняется вот прямо сейчас, а я стою, в растерянности и внутренних слезах, понимая всю насмешку вселенной. Ведь для нее плюс-минус двадцать лет – это сущие пустяки. А я чувствую себя Золушкой, сильно опоздавшей на праздник жизни, ставшей в пути старой, толстой, неуклюжей. Просто посмешищем. И наверняка все в зале озадачены, что я тут делаю.

В этих мыслях заканчиваю занятие, иду в раздевалку. Там суета и щебетанье – юные спортсменки делают уроки прямо на скамейке. Переодеваюсь, прощаюсь. Уговариваю себя принять то, что произошло, и хоть немного порадоваться, что Танец опять появился в моей жизни. Да, с опозданием в двадцать лет, но он есть, и у меня уже получается правый поворот. Дома делаю растяжку – надо вспомнить, что я умела садиться на шпагат. И для больших шагов в танце, для динамики, как говорит Паша, это полезно.

28.09.2023

Паша накануне подтвердил нашу встречу – как всегда, очень официально, с обращением «Екатерина», на вы. И на паркете он говорит со мной то на ты, то на вы. Ну, ладно, придется это принять. Думаю, у него у самого троится картинка – когда он видит меня непосредственно и когда я, как послушная ученица, внимаю его объяснениям. Раз пишет и напоминает про занятие, то, наверное, ему не все равно и наши уроки имеют для него какое-то значение.

Еду в такси, уже вечер. Вчера сделала биоревитализацию. Вся в пупырышках. Надеюсь, мой юный учитель танцев не упадет в обморок от того, что я еще больше стала похожа на жабоньку.

В клубе много людей – все в черных костюмах, даже дети, стройные, подтянутые. Суетятся в раздевалках и на ресепшене. Захожу в зал – у пульта стоит Паша и несколько других преподавателей. Он кивает мне. Подходить не торопится. Я стою, жду. Конечно, жду – двадцать с лишним лет ждала партнера, уж пару минут подожду. Смотрю, как двигаются пары. Кто-то танцует стандарт, кто-то латину.

Паша подходит, берет меня за руку, ведет к зеркалу. Делаем поклон, начинаем разминку. Я показываю на пупырышки, говорю:

– Укольчики красоты. Сильно страшно?

– Нет, совсем ничего не заметно.

Ути бозе мой, какой правильный ответ! Все-таки бальников воспитывают уважать партнершу. Приободряюсь, начинаю вспоминать, что нам там говорили двадцать пят лет назад – партнерша всегда прекрасна. И задача партнера – показывать ее красоту. Мне до состояния красавицы уже никогда не добраться. Но поддержать то, что выжило на виражах жизни – святое дело.

Мой неугомонный наставник говорит, что сегодня будем учить левый поворот. Начинает показывать, объясняя детали. Я неуклюже и неуверенно повторяю. Он настойчиво требует делать снова и снова. У меня не получается делать плавно и сглаженно, путаюсь, где нужно ставить ноги крестиком, когда доворачивать бедра. Пробуем сделать в паре – я сбиваюсь.

Ставит меня по линии танца, заставляет сделать несколько раз – что-то получается. Идет к пульту, включает нам музыку. Я в это время одиноко стою в позиции, жду его, ощущая свою неловкость, бездарность и никчемность. Подавляю слезы. Когда подходит, стараюсь лучезарно улыбаться. В конце концов, это же мне нужно на бал.

Рассказывает, что у них скоро соревнования. Поэтому так много пар на паркете – спортсмены готовятся к турниру.

Все занятие борюсь с собой, старюсь сосредоточиться на объяснениях Паши и хотя бы приблизительно повторять, что он показывает. Красная – от напряжения и стыда – заканчиваю занятие.

В раздевалке спрашиваю у Марины, где можно купить туфли – мои спадывают, когда я делаю большие шаги. Очевидно, что я не смогу в них быть на балу. Обзаведусь на пятом десятке бальными туфельками – о таких много говорилось в одной старой, давно забытой сказке. Марина объясняет, что рядом есть магазин – можно померять и продавцы помогают с выбором. Что ж, хоть что-то приятное намечается в этой истории. Пусть у меня на память об этих днях останутся настоящие бальные туфельки!

Смотрю на ее спину – там наклеены тейпы. Спрашиваю, что со спиной. Она говорит, что есть проблемы. И что Паша, домашний тейпист, клеит ей их регулярно. Домашний тейпист! Так они не только на паркете пара! Теперь понятно, что случилось, когда я при всех выразила ей свое восхищение его педагогическим талантом! Ужас, конечно. Что она должна была почувствовать под обстрелом стольких взглядов? Что я нацелилась на ее парня на глазах у кучи народа?! Охх, как все криво получилось… Так, с этим я поработаю чуточку позже. Сейчас нужно определиться, как дать понять, что я уважаю, что они – и танцевальная пара, и парень с девушкой.

Дома делаю растяжку. Надо бы еще гантельки подключить – укреплять руки. Разбирая свои танцевальные принадлежности, беру в руки платье. Оно пахнет моим потом и Пашиным парфюмом. Утыкаюсь в него лицом, вдыхаю эту смесь запахов и плачу навзрыд. Боже, ну почему все происходит с опозданием в двадцать с лишним лет!

30.09.2023

Колени болят. Стопы ноют. Я решительно иду в зал. Все уже по привычной схеме – жду Пашу, пока он наговорится с кем-то у пульта, заберет меня на поклон. Разминка и – шаги, шаги, шаги. Правый поворот, левый, хоть и кривенький пока. По квадрату, в линию. Вокруг двигаются пары, я шарахаюсь от них, боясь столкнуться. Паша говорит, что я должна научиться доверять партнеру. И только его ответственность, чтобы партнерша была в безопасности. Я киваю, но продолжаю пытаться все контролировать.

Мы пробуем вальсировать в паре. Я все еще в шоке от позиции и того, как решительно Паша прижимает мою грудь к себе и требует отдать бедра в пару. На мгновенье, пока мы стоим, я это делаю, потом все равно отклеиваюсь, потому что мне кажется, что ему должно быть неприятно.

Хвалит меня за каждую мелочь, чувствую много поддержки. Начинаю думать, что у меня что-то получается и, возможно, стоит взять еще абонемент, на следующие восемь занятий, чтобы красиво поставить вальс. В нем появились шассе, спин-поворот, перемены. Мне увлекательно и интересно отрабатывать давно забытые фигуры.

С этими мыслями иду в раздевалку после занятия. В ней почти пусто. Полноватая девочка лет восьми переодевается вместе с бабушкой. Смотрит на меня серьезно и говорит:

– Вы чья Pro-Am?

– Что?

– Чья Вы Pro-Am?

Я вопросительно смотрю на бабушку, не понимая, о чем меня спрашивает ребенок. Та лишь пожимает плечами. Говорю, что не знаю.

Вечером пишу Паше даты занятий на второй абонемент в октябре. Он ничего не отвечает. Внутри меня начинается мучительный монолог про то, что ему на самом деле стыдно со мной танцевать – вокруг сплошные красавицы и красавцы, а моя неуклюжесть и размеры его отталкивают. Терзаю себя этими мыслями, реву в ванной, чтобы дети не видели. Выхожу с красными глазами.

Доча замечает, спрашивает, что происходит. Говорю, что, наверное, я чудовище нашего паркета. Она, в своей манере, советует плевать на всех и думать о бале, на котором я всех уделаю.

Звонит сестра, болтаем с ней обо всем. Говорю, что начала заниматься танцами. Отвечает, что главное – не влюбляться в учителя. Я смеюсь и рассказываю, сколько ему лет. Она очень скептично говорит, что это пустяки, приводит пример с Пугачевой и Галкиным. Я только лишь вздыхаю – двадцать лет назад я, конечно, поборолась бы за его юное сердце, чисто из женского тщеславия, а сейчас мне бы вальс вспомнить и не опозориться на всероссийском корпоративе.

02.10.2023

Нужно перенести занятие с 3 на 7 октября, у меня внезапно поставили съемки лекции в студии. Пишу Паше. Отвечает, что без проблем. Спрашивает про занятие в воскресенье, подтверждаю, что все по плану.

А на предыдущее сообщение про график в октябре не ответил. Напрягаюсь, опять бегут мысли, что ему неприятны наши занятия. Пишу резко, с претензией:

Паша, ты это сообщение игнорируешь, потому что больше не хочешь меня учить?:

Павел, есть ли возможность на октябрь вот это время распланировать:

1. 10 октября в 14.00

2. 14 октября в 14.00

3. 20 октября в 17.00

4. 22 октября в 18.00

5. 24 октября в 14.00

6. 26 октября в 17.00

7. 28 октября в 16.00

8. 1 ноября в 14.00?

Конечно, нет! Так всё и планируем! Просто пока что не было времени пройтись по каждому дню, завтра постараюсь ответить!

Фухх. А то ведь я уже начала думать)

Все хорошо! Не волнуйтесь!

Выдыхаю. Надеваю суппорты, предварительно намазав колени бальзамом «Звездочка». Все время их сейчас разминаю – сажусь со скрипом, встаю, опираясь на подлокотники. Боль уже не проходит, только чуть притупляется. И лишь на паркете я ее волшебным образом не чувствую – вся поглощеня объяснениями моего юного наставника.

Сижу на кухне, пью чай, сопоставляя в голове жутки цифры нашей разницы в возрасте. Это что же получается, мой партнер родился в тот год, когда я, уже отчаявшись, отказалась от Танца?! Боженька, ты тогда что ли спохватился, понял, что «мы ее теряем»? Очччень смешно.

04.10.2023

С утра занимаюсь гантельками и растяжкой. Уже несколько дней есть приятные ощущения собранности в теле – словно я возвращаю себе прежнюю форму.

Иду в салон, где продают танцевальные принадлежности. Поднимаюсь на второй этаж и попадаю в мир соблазна и искушений – украшения, парики, топики, аксессуары. И туфли – всех сортов – кожа, атлас, для латины, для стандарта.

Пожилая дама помогает мне выбрать размер и начинает приносить варианты. Я меряю, пытаясь ощутить, как буду танцевать в той или иной модели. Наконец, она приносит сатиновые, с мягкой кожей по подошве. Белые. Сияют. Надеваю – это они! Радостно беру, прижимая к груди.

– Вам нужны накаблучники?

– А что это такое?

– Это такие накладки на каблуки – чтобы паркет не царапать, и быть поустойчивее.

– Конечно, нужны.

Какой-то мужчина был вызван из закромов салона, забрал мои драгоценные туфли, взял прозрачные штучки, ушел. Через несколько минут вернулся – и мне с гордостью продемонстрировали, что на каблуках имеются силиконовые накладки, призванные спасти паркет и меня на паркете.

Счастливая, возвращаюсь домой. Меряю свои Дансмастеры, отрезаю лишние сантименты ремешков для застежки. К балу готова! Осталось платье найти.

Паша, наконец, согласовал мне занятия на октябрь. Написал в сообщении, подтвердив почти все даты, кроме 22 октября – там у него еще какие-то соревнования. И учится, и соревнуется, и преподает – многостаночник.

Знакомое у него лицо – надо будет спросить, был ли он моим студентом когда-то.

Вечером делаем с дочей скрытое окрашивание – у нее осталась ярко-красная краска для волос, немного. Как раз, чтобы выкрасить мне часть линии от шеи до затылка. Теперь со спины я очень яркая. Что это со мной? Запоздалое подростничество полезло?

Диалог, которого не было

– Знаешь, Паша, умной я успела побыть. Важной – тоже. А красивой – не привелось. То денег не было, то дети, то вроде как не по статусу.

– Что ж, теперь – самое время!

07.10.2023

Прихожу в клуб. В раздевалке Марина и еще несколько девушек. Достаю туфли – начинаются охи и ахи по поводу красоты и блеска сатиновой обтяжки. Я чувствую радость от того, что в моей жизни появилось чуть больше эстетики, и она получает такой заметный отклик.

Захожу в зал, здороваюсь с Пашей. Показываю новенькие туфли – он улыбается, говорит, что в таких танец точно получится и что нужно идти не только на корпоративный бал, но и на Екатеринбуржские сезоны. Я впервые всерьез задумываюсь о том, что это за пафосное мероприятие в декабре и так удачно – сразу после моего дня рождения. Почему бы и не сделать себе такой подарок? Осмелев от собственных фантазий, беру у Паши контакт организатора.

У меня уже вполне прилично получается венский вальс – когда мы кружимся в большом зале под прекрасную музыку – я ощущаю, как Танец захватывает меня и несет на своих волнах – в волнующие дали. Паша после венского всегда выдыхает и восстанавливается, а я готова кружиться еще и еще. Смотрю на него – кажется, ему нравится, что мне хорошо в танце.

Какого цвета у него глаза? Я впервые задумалась об этом. Словно стала не только смотреть, но и попыталась увидеть своего юного наставника. Серые? Глубые? Нет – зеленые!

Вообще, присматриваясь к поведению преподавателей в клубе, понимаю, что у них есть своя иерархия и, конечно, определенный статус. Паша постоянно рассказывает мне, кто какие выиграл соревнования, у кого какой уровень в различных ассоциациях. Я мало что улавливаю, но стараюсь вникнуть, хотя бы для того, чтобы понять что-то про него.

Говорю ему про девочку, которая задала мне вопрос, чья я Pro-Am. Говорю, что не поняла ничего. Паша с воодушевлением рассказывает, что это – целое движение, где профессиональный партнер танцует с любителем. И что такие турниры отличаются от спортивных соревнований – и атмосферой, и организацией. Я слушаю это, как фантастическую историю, которая не имеет и не может иметь ко мне никакого отношения. В голове крутятся картинки дам в чудесных платьях, с открытыми спинами, с невесомыми крылышками или чудесными боа на руках. Но они слишком прекрасны, чтобы я могла себя увидеть среди них.

Вздыхаю, прогоняю волшебные видения. Начинаем отрабатывать полную вариацию нашего медленного вальса. Кажется, она уже есть у меня в шагах. Надо бы над позицией поработать, судя по Пашиным замечаниям. Я хватаюсь за него при поворотах и в принципе тяну руки на себя. Моя внутренняя Альфа – страшный контролер.

Час занятия пролетает незаметно. В раздевалке со стоном снимаю туфли – стоп, целый час сжатых кожей и сатином, почти не чувствую.

Дома делаю растяжку – уже почти вернула свой шпагат. Приятно ощущать, что мышцы приходят в тонус. Боль в коленях не покидает меня ни на миг – мажусь «Звездочкой», надеваю суппорты. В них и хожу до самого сна. Чувствую себя старой развалиной.

09.10.2023

Паша пишет, что нужно передвинуть занятие. У меня внутри разворачивается тихая истерика, что и этот абонемент я не смогу отходить полностью. Тренер мой то опаздывает, то переносит занятия. Наверняка, ему не нравится со мной работать, поэтому такое и происходит. Возможно, он хочет вообще от меня избавиться, потому что я бесперспективная? От этих мыслей стало очень горько. Но я смотрю на свои белые туфельки, которым отведено почетное место у большого зеркала в коридоре, выдыхаю, думаю про бал и пишу, что готова передвинуть свои консультации, чтобы прийти. А еще, чтобы как-то подогреть его интерес к нашим занятиям, отправляю сообщение, что хочу вспомнить медленный фокстрот. Он с воодушевлением отвечает, что мы обязательно это сделаем. Может быть, я себя накручиваю, и все не так плохо?

Диалог, которого не было

– Паша, дай-ка я расскажу тебе кусочек из моего богатого жизненного опыта.

– Конечно, слушаю внимательно.

– Представляешь, как коварно все задумано у боженьки – ты родился в тот год, когда я, совсем отчаявшись найти партнера, решила отказаться от танца.

– Т.е. он послал тебе намек: «Не торопись, все будет»?

– Да. А я такая: «Ой, ну мы же пока не можем танцевать. Можно, я пока замуж схожу, не простаивать же девице зазря?»

– И что же он ответил?

– Можно. А я такая, с каплей еврейской крови в анамнезе: «А можно я ребенка рожу?»

– Конечно, «можно» ответил?

– Ну да. Поглядел, что ты еще только начал танцами заниматься, и говорит мне: «А давай ты диссертацию защитишь? – не вырос еще твой партнер, сорян».

– И что, защитила?

– А куда мне деваться было. Я же целеустремленная. Смотрит, ты успехи делаешь, а я скучаю, говорит мне: «А давай второго ребенка и карьеру, чтобы ты наигралась вдоволь в статусы и смогла бы отдаться Танцу, когда время придет?»

– И какой итог?

– А итоги пока рано подводить. Я просто осознала, что были важные, последовательные шаги – второй развод, свобода, граничащая с одиночеством, ожидание. Думала – смерти, оказалось – тебя и Танца.

– Ты преувеличиваешь.

– Нет. Ты – мой идеальный партнер. Спасибо жизни, что я смогла тебя дождаться.

10.10.2023

Прихожу на паркет. Благодаря Пашиным рассказам, лица многих бальников стали знакомыми. С любопытством смотрю, как танцуют дети и действующие спортсмены. Слышу, как строго с ними разговаривают их педагоги.

Подходит Паша, здороваемся. Поклон.

– Паша, хорошо, что ты на меня не кричишь, как Андрей на этих малышей.

– Зачем мне на тебя кричать, ты же не спортсмен и здесь по своему желанию. А они – готовятся к выступлению.

– Вот я и говорю – спасибо, что ты меня хвалишь, иначе я бы сразу расплакалась и просто не пришла бы больше.

Отрабатываем медленный вальс и венский. Получается уже вполне слитно и музыкально. Начинаем медленный фокстрот – базовый шаг. И вот тут я сталкиваюсь с тем, что не понимаю, когда нужно делать подъем, когда – спуск по стопе и как он вообще получается. Мне становится так стыдно и горько – что все вокруг знают и умеют, а я – смотрю, как Паша легко это делает, но не могу повторить, не складывается у меня внутренняя схема движения.

Он видит, что я начала сжиматься и закипать – подходит, встает рядом, крепко берет за руку и мы, плечом к плечу, начинаем двигаться параллельно, шаг за шагом. Удивительное дело, но так у меня начинает получаться. Словно я синхронизировалась с ним и через невидимые ниточками получаю импульс к точному и правильному движению.

Выдыхаем. Я говорю, что связалась с организатором зимнего бала и нужно белое платье. Паша рассказывает, что будет два отделения, и мы сможем показать свое мастерство в вальсе и фокстроте на фоне других пар. Я смеюсь, что ему придется водить меня весь вечер, а я буду просто красивая и ножками перебирать по паркету. Он говорит, что так и должно быть на балу.

На эмоциональном подъеме беру второй абонемент. Даже не верится, что уже прошло восемь занятий!

Завтра еду в командировку, вернусь к выходным.

Глава 3. МУКИ МОИХ ТРАНСФОРМАЦИЙ

14.10.2023

После командировки в суровый Пермский край возвращаюсь на паркет. Рада видеть знакомые лица. Ко мне подходит Настя – еще одна моя студентка, обнимает, целует в щеку, спрашивает, как дела. Я внутри удивляюсь, что она так легко стирает границы, но отвечаю бодро, что все хорошо.

Жду Пашу, разминаясь в маленьком зале, чтобы никто не видел моих неуклюжих движений, и как я растягиваюсь. Мне нужен хороший шаг, чтобы была динамика в танце. Паша постоянно показывает, как нужно двигаться по-настоящему. Это, конечно, недостижимо для меня. И вес, и растяжка не позволяют. Но я буду стараться. Это я умею – так же, как и ждать.

Выхожу в большой зал – Паша торопливо пробегает мимо, кивает. Я стою, смотрю, как занимаются другие. Грустные мысли об упущенном времени набегают темной рябью. Я выдыхаю и гоню их прочь. Мне не суждено было тогда, двадцать пят лет назад, быть в Танце. У меня не было партнера, не было денег, чтобы оплачивать занятия и шить на заказ шикарные платья. Спасибо, боженька, что я хотя бы сейчас могу к этому прикоснуться.

Работаем над медленным вальсом, прогоняем венский. Я постоянно контролирую, что делает мой партнер – напряжённым затылком пытаюсь предусмотрительно не столкнуться с колонной или другой парой. Паша это замечает и терпеливо объясняет, что следить за паркетом – фокус внимания партнера, а задача партнерши – смотреть в потолок и слушать партнера всей своей правой частью, которой она с ним контактирует.

Диалог, которого не было

– Паша, я все понимаю, я должна тебе доверять, но моя Альфа, которая давно живет самостоятельно и полагается только на себя – ее не отключить.

– Нужно отключать, чтобы в танце была совместность.

– Я не понимаю – ты столько времени учил меня, что партнерша танцует сама. А сейчас требуешь контакта и доверия.

– Нужен баланс между знанием своей части вариации и взаимодействием с партнером.

– Я тебя слышу, но не понимаю, как такое воплотить в танце – и самостоятельно двигаться, и, в то же время, совместно..

Пробуем шаги фокстрота – я с большим напряжением повторяю за Пашей. Что-то получается, и это радует.

Говорю ему, что улетаю в Москву на форум. Отвечает, что они с Мариной тоже летят в эти дни на соревнования.

В раздевалке встречаю Марину. Осторожно сообщаю ей про зимний бал. На удивление, она откликается с воодушевлением, говорит, что Паша прекрасно ведет в танце и что вечер будет незабываемым. Спрашиваю контакт швеи – мне нужно белое платье. Дает мне номер Елены. Нзамедлительно договариваюсь о встрече в выходные.

16.10.2023

Пишу организатору зимнего бала – Анастасии, что готова приобрести билет на нашу пару. Она отправляет всю информацию и ссылку на оплату. С трепещущим сердцем я беру нам с Пашей билет. Не верю самой себе – еще месяц назад я была в больших сомнениях, идти ли мне на корпоративный бал, а сейчас собираюсь шить платье и одарить своим присутствием настоящий праздник, который регулярно проходит в нашем городе в чудесном зале с живым оркестром! Представляю, какие все будут чопорные и напыщенные!

Кем я буду там? Странной немолодой теткой, которая ангажировала себе в спутники юного учителя танцев? Какие комментарии будут под фотографиями с бала от моих клиентов и коллег? Настроение от этих мыслей портится. Собираю дорожную сумку, выдвигаюсь в аэропорт.

19.10.2023

Паша пишет, что нужно перенести по времени занятие в субботу. У меня не получается, передвигаем на другой день. Ничего не пишу ему про билеты на зимний бал – хочу лично увидеть, как отреагирует.

Поздно ночью вылетаю из Москвы. Огромный самолет Аэрофлота, с тремя рядами сидений. Нахожу свое место, сажусь в самом центре ряда. Дремлю всю дорогу. В Екатеринбург прилетаем уже ранним утром. Встаю, чтобы двигаться к выходу, слышу знакомый голос:

– Доброе утро, Екатерина Сергеевна!

На соседнем ряду, прямо за мной – Марина.

– Ого! Доброе утро. Или полночь. Вы с Пашей летите?

– Да, он где-то впереди, не получилось зарегистрировать места рядом.

У меня начинают бешено скакать мысли, что именно этим рейсом мы летели втроем. Какой в этом тайный смысл, господин случай?

Едем с Мариной в автобусе ко входй в аэропорт. Она постоянно пишет что-то Паше. Я поддерживаю светскую беседу, спрашиваю, как выступили. Говорит, что можно было и лучше. Уточняю, как они будут добираться – отвечает, что их встречают.

Расходимся на выходе. Вызываю такси. Сажусь в машину, случайно смотрю в сторону выхода из аэропорта – вижу, как Паша и Марина, прижавшись друг к другу, как воробышки, с портпледами на плечах, идут под накрапывающим дождем.

От этой картинки защемило сердце. Понеслись образы, как они вместе ездят, выступают, живут Танцем. Стало горько, что у меня никогда такого не было и не будет. Вот они, такие юные, уже столько пережили, связанного с Танцем – победы, поражения, соперничество. А мой удел – правый поворот, левый поворот.

Вытирая слезы, еду в такси. Этот образ – их танцевальной пары – висит перед глазами. Понимая, насколько безвозвратно пронеслось время, спрашиваю боженьку, почему так подстроил, что мы возвращались одним рейсом, и я увидела их вместе, расковыряв свою старую боль несбывшегося? Не отвечает.

20.10.2023

С утра пишу Паше, состоится ли занятие. Бодро подтверждает, что все по плану.

Прихожу на паркет. У спортсменов в пятницу вечером прогон. Оказывается, это такая история, когда включают подряд музыку из каждого танца, и они идут по своим вариациям в режиме соревнований.

Когда одновременно видишь, как танцуют несколько пар разного уровня – это вызывает и восхищение, и грусть. Потому что внутри своей вариации ты уже поверила, что чему-то научилась. А в сравнении – становится ясно, насколько важны годы подготовки, молодость и постоянное совершенствование.

Паша забирает меня в маленький зал, чтобы не толкаться среди стремительных пар. Говорю, что видела сегодня Марину в аэропорту. Спрашиваю, как выступили. Он начинает рассказывать, что обошли несколько пар, с которыми обычно соревнуются. Делится, что стандарт у них идет лучше, чем латина. Опять говорит про уровень классности – там какие-то буквы, я не знаю их совсем. Называет две ассоциации бальных танцев. И переходит к тому, что для Pro-Am тоже постоянно проходят соревнования, причем по возрастным группам A, B, C, и даже D – а это 61+. Говорю ему, что до этой категории мне еще рано.

Неужели он верит в то, что я могу где-то выступать? У меня же сплошные ошибки – то динамики нет, то локти опускаются на поворотах. Нет, вариацию в ногах я выучила отлично и не боюсь ее забыть. Но вместе мы смотримся странно. Краем глаза я вижу в зеркале – мое бесформенное голубое облако и на этом фоне точеная фигура Паши с безупречными осознанными движениями. Надеюсь, ему не очень стыдно со мной на паркете.

Мы занимаемся в маленьком зале и больше говорим сегодня, чем танцуем. Завтра они с Мариной опять летят в Москву. Вернулись сегодня ночью, потому что это выгоднее, чем там ночевать. Я слушаю его и понимаю, что они живут в каком-то удивительном для меня мире – соревнования, адреналин, поездки, костюмы. При этом он терпеливо делает со мной базовые шаги и вникает в каждую мелочь.

– Паша, а тебе как вообще возиться с такими начинающими, как я? Не портится от этого твой танец?

– Это очень полезно. Когда мы с Мариной тренируемся, то не всегда успеваем разобрать все мелочи, которые есть. А с учениками я это оттачиваю.

– А много у тебя учениц?

– Человек пятнадцать. Но ты – первая, кто так заранее планирует занятия.

– У меня плотный график. Поэтому приходится выстраивать его вокруг наших уроков.

Вернувшись домой, разбираю свои танцевальные принадлежности. Пятнадцать человек! И я – совсем начинающая. Вряд ли он вообще меня толком отображает среди всей этой толпы. Останавливаю начинающийся внутренний диалог, не хочу себя карябать и раскачивать.

Пришли белые перчатки, которые я заказывала на Озоне. Отправила сына их забрать. Принес. Достаю из упаковки – чудо, как хороши! На днях жду шляпку – с бабочками и перьями. Красную. Со стразиками.

23.10.2023

Торопливо ищу по магазинам платье. Перерыли весь бутик, в котором я обычно покупаю себе одежду – ничего подходящего. Мне нужен какой-то базовый вариант, чтобы с ним перчатки и шляпка смотрелись как украшения, не теряясь на фоне воланов и рюшечек. И длина необходима максимально в пол. Моего размера вариантов немного. Вздыхаю, иду в другой бутик этой же сети. На удивление, находим приличное платье – темно-синее, нужной длины, по фигуре. Итак, я буду в государственных цветах в день бала – синее платье, красная шляпка, белые перчатки и туфли. Отметим День согласия и примирения торжественно!

Кажется, у меня опять растут амбиции и эмоциональность, и одно обгоняет другое. При этом состояние внутренних качелей – от ощущения своей бездарности и никчемности на паркете – до грандиозности в мечтах и фантазиях – не прекращается ни на миг.

24.10.2023

Прихожу на паркет, как обычно, чуть раньше. Разминаюсь. Людей немного – спортсмены отдыхают после соревнований. Это мне Паша объясняет, оставляя заниматься в большом зале. Спрашиваю его, как он выдерживает такой темп. Говорит, что привык. Делится, что занимается с семи лет и преподает уже два года. Опять рассказывает про даму 74-летнюю. Очевидно, пытается понять, какой у меня возраст. Я молчу. Не хочу эту цифру называть. Она до сих пор меня ранит в сравнении с его возрастом. Я уже больше месяца думаю над этой божественной насмешкой. Вернуть мне Танец сейчас, когда я уже собиралась умирать – в прямом смысле слова – это, конечно, затея из затей. Еще и партнера выдать, почти идеального – деликатного, заботливого, который постоянно хвалит за каждую мелочь. Я принимаю этот опыт, но с горечью осознаю, что Мечта исполняется настолько поздно, что это, скорее, ранит, чем радует.

В жизни вне Танца я отлично свои цифры знаю, и каждый день был прожит по-настоящему. Но в сравнении с Пашиным возрастом это звучит, наверное, бесконечно далеко. Чувствую себя старой толстой теткой. Совершенно бесперспективной. Это усиливается тем, что Паша постоянно отходит к пульту, долго там копается в телефоне в поисках музыки, а я стою одна в углу зала, жду его, чтобы начать вариацию и ощущаю свою никчемность и брошенность.

Начинаю про себя читать мантру про бал – он уже совсем скоро. Представляю, как я покажу среди коллег свой уровень – ведь у меня будет уже шестнадцать часов занятий вальсом! Это как-то утешает. Я справляюсь с подступившими слезами, лучезарно улыбаюсь Паше, который подошел, чтобы провести меня по вариации в паре.

В процессе движения сегодня ищем сегодня мою шею – получается не очень. Когда я ставлю руки – голова проваливается в плечи. Если тяну шею – опускаются локти. Такой вот конструктор нескладный.

Паша говорит про партнерш – что они бывают лимитные и безлимитные в плане гибкости спины и свея, который могут создавать. Что ж, задача ясна – буду создавать, дайте только время – вспомнить свое тело и его возможности.

Паша сегодня особенно говорлив – рассказывает свою историю, в которой спортивный колледж, армия, институт. И все это параллельно с соревнованиями, тренировками. Какая насыщенная жизнь уже случилась у человека! Говорю ему что он – один из немногих в моем окружении, кого можно по-настоящему поздравлять 23 февраля. Параллельно задумываюсь – не в колледже ли мы с ним познакомились? Очень смутно припоминаю одного, очень похожего студента-бальника, который все время спал на задней парте на моих лекциях, измученный соревнованиями.

Под конец занятия спрашиваю, можно ли прийти в следующий раз с дочей – поснимать наш вальс для соцсетей? Живо откликается, говорит, что нужно обязательно тегнуть его и клуб.

Дома делаю растяжку.

У меня пришла с Озона красная шляпка с бабочками и перьями – для образа на бал. Радостно меряю ее. Настроение улучшается.

26.10.2023

Приезжаем с дочей в клуб. Она с удивлением смотрит на суету, шум, гам. Паша подходит, знакомлю его с Алёной. Идем в маленький зал – там тихо, только одна пара репетирует аргентинское танго. Позируем с Пашей для фото. Конечно, я выгляжу гротескно. Очень заметно, что я старше и больше, чем он. Не даю этим мыслям себя расстраивать.

Снимаем на видео наш вальс. Паша ставит свою любимую композицию «Флай ми ту зе мун». Может, и не любимую, но он так выразился. Смотрим, как получилось. Меняем точку съемки, пробуем еще. Доча просит меня покружиться и пригласить воображаемых зрителей на бал. Кружусь. Предвкушение праздника бодрит меня. При этом страшно думать, какие будут реакции моих студентов и коллег на видео, где я танцую с моим юным учителем. Гоню эти сомнения от себя.

В непрерывной внутренней борьбе незаметно пролетели полчаса. Хорошо, что у нас сегодня сдвоенное занятие, перенесли урок с прошлой недели из-за соревнований. Будем проверять мою выносливость. Иду переодеться в свое тренировочное платье.

Отрабатываем шаги, снова и снова я открываю нюансы движения – спуск сверху вниз, маятникообразное перемещение тела, работа коленей. Вот они мне спасибо сегодня не скажут, конечно!

Переходим в большой зал, нахаживаем там круги. Я вся в поту. Тяжело дышу. Паша воодушевлен и это заряжает.

Вечером сын делает видео, накладывает его на музыку. Загружаю себе на аккаунт Вконтакте. Понеслись лайки и комментарии. С тревогой жду хейта – нет, все спокойно. Выдыхаю. В понедельник мне предстоит узнать, что об этом думают мои студенты, с которыми Марина учится в одной группе. И добрые коллеги, конечно же, что-то скажут.

Принимаю внутри позицию этакой самоуверенной тетки, которой нечего терять, кроме своих оков. Которой все равно, что о ней думают – она живет свою Мечту. Хотя это ничуть не легко, как выясняется.

28.10.2023

С утра еду к швее – везу свое молочно-кремовое платье для переделки. Меряем с Еленой (конечно, других имен нет у девочек в моем окружении), обсуждаем, как лучше добавить длину. Говорю, что хочу шифоновые крылышки. Давняя мечта – танцевать, чтобы они порхали следом. Смотрим, как сделать вырез на спине, чтобы мои многочисленные родинки не сильно бросались в глаза. Она предлагает повесить ленточки с камнями, чтобы на фоне их сверкания недостатки моей спины были не так заметны. Я рада, что есть шанс подготовить красивый наряд на бал. Думаю о том, что в нем можно и на новогоднее мероприятие в клубе сходить. Получается эффектно, бюджетно и перспективно.

Вечером приезжаю в клуб. Репетируем медленный вальс, венский и фокстрот. Я непривычно много болтаю – про платье и наши со швеей задумки. Паша говорит, что Марина только у нее и шьет свои платья. И что сейчас она поправилась и надо новые наряды заказывать. Я внутри удивляюсь, что он обсуждает со мной этот чувствительный для каждой девушки момент. Впрочем, на днях на диванчике возле ресепшена Марина сама громко говорила об этом с другой бальницей. Наверное, это такая защитная реакция – когда открыто заявляешь о проблеме, легче, что за спиной ее уже не так обсуждают.

Паша спрашивает, как будет проходить наш корпоративный бал – будут ли профессиональные ассистенты или придется ждать, когда кто-то из танцующих коллег пригласит на танец. Я отвечаю, что не знаю.

Мне уже нравится, как у нас получается – еще месяц назад вообще ничего такого не просматривалось. Тихо радуюсь внутри, что тело помнит и возвращается к своей форме, пусть и постепенно.

Диалог, которого не было

– Паша, ты удивительным образом меняешь мою жизнь. Все завертелось, закружилось. Еще летом я собиралась умирать. Ввиду ненужности своего физического пребывания здесь.

– Ну-ну, рано пока. Тебя еще ждет Танец.

– Спасибо, что ты – такой партнер! Я рада, что смогла тебя дождаться..

29.10.2023

Прихожу на занятия второй день подряд. Колени и стопы ноют. Но едва выхожу на паркет – все отступает. Есть только партнер и Танец. Тренируемся, отрабатываем – я чувствую себя уверенно. Возможно, подзаряжаюсь от Паши. Его вера в наш танец поднимает меня на три сантиметра над землей.

Болтаем про мой корпоративный бал и про новогодний. Он говорит, что наша позиция стала гораздо каркасней, монолитней. Мне это важно слышать.

Вообще, ни одно занятие не похоже на предыдущее – все новые и новые нюансы Танца открывает мне мой юный наставник, неутомимо придумывая для меня упражнения, активно развивая наш физический контакт. Я, очевидно, отвечаю за эмоциональный. Уже сказала ему, что он – напаркетный затейник. Хихикаем оба по этому поводу.

Упрекает меня, что не доверяю партнеру до сих пор. Грозится на следующее занятие принести черную ткань и завязать мне глаза, чтобы танцевать полностью вслепую. Какие интересные фантазии!

Я объясняю, что хотя бы краешком правого глаза должна его видеть, для уверенности. Он настаивает, что я кроме потолка, ничего не должна наблюдать. Приводит смешной пример, что настоящая партнерша не понимает, кто ее партнер, потому что находится в хорошем свее и смотрит лишь в потолок. Я стараюсь, но приближение к колонне или другой паре – все портит. Мое тело сокращается и сжимается, не доверяя партнеру. С этим еще придется много поработать.

Приезжаю домой, погружаюсь в размышления, что мы занимаемся второй месяц и мне, кажется, не хочется это останавливать. Накидываю даты на ноябрь – для третьего абонемента. Отправляю их Паше. Он оперативно их подтверждает. Вот это контакт! Я погружаюсь в размышления о том, что же поменялось между нами за эти полтора месяца. Какая-то синхронизация процессов произошла.

Перед сном смотрю видео на Ютубе – звездные пары танцуют под замечательную музыку и через них в мире становится больше Красоты и Танца. И я обнаруживаю себя сопричастной, пусть на самой периферии, но – частью этого потока. Кажется, вера учителя в меня творит чудеса..

01.11.2023

Последнее занятие в этом абонементе. И крайнее пред моим корпоративным балом. Мы технично отрабатываем все детали медленного вальса, венского, фокстрота. Паша спрашивает, есть ли музыка к танцам для предстоящего мероприятии – увы, нет.

Я говорю, что обязательно сделаю фото и видео – отчитаться, как все прошло. Он отвечает, что видео особенно важно – учесть все недостатки и ошибки. Что ж, буду стараться, попрошу коллегу нас поснимать.

Выхожу, вся в поту и мыле. Паша гоняет меня, как строевую лошадь. Нет, это ок, просто думаю – как ему самому с такой мокрой женщиной. Рождается неприличная шутка про мужчину, с которым у меня всегда мокрое нижнее белье. Но это я, конечно, ему не озвучу. Был бы постарше – я бы пошутила. А с учетом Марины и его возраста – не стоит.

Собираю чемодан – укладываю туфли, перчатки, шляпку в коробочке, чтобы не помялась, платье. Странные ощущения и мысли – что бал пройдет, а Танец останется. Много благодарности вселенной, что у меня появился настоящий партнер – терпеливый, объясняющий, с подходящим мне чувством юмора.

Конечно, я очень зажата – эмоционально и физически. Но от его веры в наш танец я согреваюсь и начинаю верить, что моя мечта о Танце – может стать реальностью. Мне тревожно и весело одновременно.

Еду в аэропорт. Конгресс уже завтра, бал через три дня.

07.11.2023

Возвращаюсь на паркет после нескольких дней отсутствия. Занимаются всего две пары. Паша выходит из тренерской.

– Привет!

– Привет, с возвращением!

– Спасибо. Это тебе, – протягиваю ему галстук-бабочку, выигранную на балу в лотерею.

– Ого, спасибо! Знаю даже, куда ее надену. Как все прошло?

– Ужасно. Я танцевала всего два раза. Был отличный банкет, много еды, вино, шампанское. Обслуживание, как в лучшем ресторане. А вот танцев было мало.

– И с кем ты успела потанцевать?

– Один раз с профессиональным партнером. Но он был такой высокий, что я тянулась за рукой и почти не соприкасалась с полом. Второй раз с коллегой – но у нас вообще мало что получилось из-за его низкого роста и круглой формы. Все-таки размер партнера имеет значение.

– Это точно, тут с тобой не поспоришь.

– Паркет был маленький. Вместо выступлений – сплошные мастер-классы для новичков.

– А фото или видео есть?

– Коллега подловила пару раз для фото. Видео бесполезно даже было снимать. В общем, одно расстройство.

– На зимнем балу все будет по-другому. Мы будем танцевать каждую композицию под живой оркестр. Ты почувствуешь, какой там вайп.

– Надеюсь, хотя бы там я от души повеселюсь. На корпоративе все были очень чопорные. Интриги, скандалы, расследования, фаворитизм. Никому не известную девушку в простеньком платье выбрали королевой психотерапевтического бала.

– То есть у психологов все как у людей?

– Ну конечно!

Смеемся. Я искренне рада его видеть. Уже как-то спокойнее встаю в пару. Хотя все равно внутренне держу дистанцию. Вспоминаем наши вариации. Я отмечаю про себя, что за неделю конгресса, докладов, мастер-классов и постоянного сидения в аудиториях почти ничего не забыла. Двигаюсь осознанно, вспоминаю каждый шаг, параллельно рассказывая Паше профессиональные сплетни и забавные ситуации.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.