Светлана Белоусова
Записки плохого мальчика

Глава первая

Так…Чувствую себя идиотом, если честно. Короче. Привет, дневник. Капец… Идиот, отвечаю. Все. Настроился. Взял себя в руки. О, Господи… Привет, дневник. Я – Антон. Антон – рифму все знают. Жаль, на бумаге не поставишь смайлик. Тут он в тему. Вот этот, который весело смеётся. Рифма бы многих порадовала. Короче, это, конечно, бред. Но мой психолог… Уже звучит как-то хреново … Типа я псих. Нет. Начну с самого начала. Это называется, не нужно бухать с друзьями, а потом не нужно спорить, когда лыка не вяжешь. Развели меня. Серьезно. Ден и Данила. Сказали, мне слабо записаться на курс психотерапии. Учитывая, что в нас уже было почти три литра вискаря в общей сложности, конечно же в тот момент ничего было не слабо. Я ответил, нет такого психолога, который сможет мне помочь. Я, как бы, не шизофреник. Слюни не пускаю. Но проблема есть. Ладно. Признаю. Чего-то со мной не так. Об этом по ходу пьесы.

Соответственно, прямо там, в кабаке, мы нашли самого известного в городе специалиста. Антоша не кусок дерьма, мелко не плавает. Если уж мозгоправ, то лучший. Дашко А.Н. Сто процентов какой-то умник в очках. Жилет с оленем, связанный мамочкой на Новый год. Брючки в линеечку. Ну, а кто ещё пойдет слушать нытье всяких придурков? Записали меня онлайн на следующее утро.

Естественно, в момент, когда за час до приема зазвонил телефон и милая девушка поинтересовалась, не забыл ли я о посещении, ни черта вообще не понял. Правда, потом сообразил. Сложно не сообразить, когда на кону половина единицы. Черт, психолог сказала учиться изъясняться правильно. Исправлять свою речь. Пять сотен, короче. Вот так мы поспорили. Разница в том, что, если выиграю я, все заберу себе. Если пацаны, то поделят поровну. Математика простая и, очевидно, для меня более выгодная. Пришлось поднять свою симпатичную задницу, а я точно знаю, что она симпатичная, и струячить в центр. Хотя, врать не буду, именно в этот момент процесс был совсем не из лёгких. В голове – шум, во рту – мерзко, в душе – очень большое сомнение.

Офис порадовал. Все по теме. Окна блестят бликами дороговизны, диваны скрипят кожей, в приемной – очкастая мымра. Вот такая засада. А голос был по телефону, будто его обладательница – порнозвезда. Везде обман. Нельзя женщинам верить. Нельзя.

– Здравствуйте, Антон Львович. Ожидайте.

Отвечаю, в интонации присутствовала издёвка. Будто на моем лице написано, что делать в этом офисе мне ничего, о чем мымра прекрасно в курсе.

– Чай? Кофе? Воды?

Спросила с таким выражением физиономии, что даже если бы умирал от жажды, точно отказался. Есть подозрение, ухитрилась бы плюнуть в стакан. Такая категория женщин, которые о сексе слышали, точно знают, он есть, но секс к ним никак не желает двигаться на встречу, а потому они тихо ненавидят всех мужиков. Ну, так, милая, ты в порядок себя приведи. Реснички, бровки, губы гусиной жопкой. Или что там сейчас служит примером для подражания? Бабуин? Чтоб тебя не убить хотелось, а просто хотелось. Шмотки, опять же, поинтереснее. Что это за блуза в рюшу и цветочек? Туфли на низком каблуке. Моя училка физики в таких ходила. И это не тот вариант, который фигурирует в фильмах для взрослых. Очень далеко от сексуальных мужских фантазий.

Сидеть пришлось почти час. На черта назначать время, а потом в него не укладываться? Мымра то и дело бросала на меня взгляд из-за очков. Ну, ок. Я хорош. Это факт. Нет. Я просто охренителен. Тоже не само собой пришло. Если че, не один год в зале на тренажерах. Со жратвой – по расписанию. Не хуже тёлочек уже несколько лет питаюсь росой с цветков. Глумлюсь, конечно. Нет. Просто сижу на правильном режиме. В какой-то момент сильно захотелось стать настолько кайфовым, чтоб ни одна женщина мимо пройти не могла. Прям переклинило. Скромничать не буду, это не моя фишка, скромность имею ввиду, все получилось.

Так вот, сидит очкастая бедолага и меня разглядывает. Осторожно, чтоб я не заметил. А у самой, только слюни не текут. Ну, да… Есть такое дело. Женщины чувствуют во мне возможное удовольствие. Но, милая, точно не для тебя.

Дверь кабинета открылась и оттуда вывалился тип в пиджаке. Я быстро оценил его стоимость. Типа, имею ввиду. Хорошие часы на руке, дорогая обувь. Нормально. Антоша пришел по адресу. Здесь и вправду приличные люди трутся.

– Проходите. – Сказала, будто одолжение сделала.

Я мило ей улыбнулся. Бедненькая… Покраснела, порозовела. Задышала чаще. Но… не судьба.

Вошёл в кабинет и немного обалдел. У окна стояла женщина. Ещё, что ли, одна пациентка мозгоправа? Но даже если она законченная маньячка или шизофреничка, ей это простительно. Красивая. Реально красивая. Фигура – мечта. К тому же, все достоинства подчеркивает прикид. Узкая юбка чуть ниже колена. Обтягивает бедра так, что раздетой девочка смотрелась бы менее сексуально. Блузка на пуговичках. Верхние, естественно, расстегнуты. При желании можно увидеть край кружевного белья. Ну, и грудь, конечно. Там точно не двоечка и даже, надеюсь, меня не обманывают глаза, не тройка. Весьма впечатляющие достоинства. Черные классические туфли на высоком каблуке. Светлые, почти платиновые волосы убраны в хвост. Если их распустить, лягут ниже лопаток. Обожаю, когда женскую гриву можно при возможности намотать на руку. Есть в этом что-то. Лицо – кукла. Просто кукла. Глаза огромные, тёмно-синего цвета. На кой черт этой девочке психолог? Если только понизить самооценку, чтоб корона сильно не жала.

– Здравствуйте. Антон Львович?

Лучше бы она молчала. Низкий, с лёгкой хрипотцой голос сразу заставляет думать о чем-то неприличном. Даже не сообразил, откуда ей известно мое имя?

– Я. Да. Антон. Можно без Львовича.

– Нет. – Она улыбнулась. – Без Львовича нельзя. Я со своими пациентами общаюсь только так. Этика.

С пациентами? Я тряхнул головой, возвращая расплавленный от эротических фантазий мозг в рабочее состояние. Это и есть Дашко А. Н.?

– А Вы…

– А я – Анастасия Николаевна. Будем знакомы.

Конечно, будем, малышка. Непременно будем. И знакомы, и близки. Ты даже не представляешь, как тебе повезло.

– Присаживайтесь. – Она указала рукой в сторону большого кресла с подголовником. Типа, релакс. Ну, ок.

Я послушно уселся, а потом внаглую откинулся назад, пристально изучая ее взглядом. Заметил такую фишку. Если смотреть на человека, особенно женщину, прямо, внимательно, не отрываясь, человек начинает нервничать. Эта же, как ни в чем ни бывало, улыбнулась, а потом прошла ко второму креслу, стоящему напротив моего. Оно было попроще. Типичный офисный вариант.

– Я Вас слушаю, Антон Львович.

Села полубоком, изящно сложив ноги, коленочка к коленочке. Непроизвольно отвлекся от созерцания лица. Какие же они у нее длинные… Могу представить, как будут смотреться на моих плечах…

– Антон Львович…

– Аааа… Да. Я тут. Слушаю.

– Нет, – Анастасия Николаевна поймала мой заинтересованный взгляд в районе своих конечностей, усмехнулась, – Это я Вас слушаю. Расскажите, что послужило причиной нашей встречи?

Думал я недолго. Ну, не говорить же ей, как всё было реально. Не то, чтоб стесняюсь или ещё что-то. Нет. Просто… Это срабатывает у меня, как рефлекс. Вижу красивую женщину, начинаю нести всякую чушь. Прикол в том, что они на мои рассказы реагируют, как на гипноз. Серьезно. Верят всему, что скажу. Не знаю, почему так. Возможно, из-за искренности. Просто в этот момент я и сам верю себе.

В общем, заливал я ей в уши минут десять. Про страшные сны по ночам, про одиночество в груди, тоску в мыслях. Блеснул даже строками то ли Есенина, то ли Блока, не помню. Нес всю эту ересь, которую так любят телочки. А эта, тем более, психолог. Ей вдвойне должно быть интересно. Ну, типа парень с секретиком. Внешне – типичный красавчик – ловелас, а внутри – сплошная неразгаданная тайна. Честно? Отдался бы на ее месте прямо в этот момент. Я был неподражаем.

Слушала меня Настенька, буду мысленно называть ее так, молча. Внимательно. Слегка склонив голову к плечу. Когда я устал трындеть и заткнулся, она опять улыбнулась своей соблазнительной улыбкой, отчего ее пухлые, очень привлекающие взгляд, губы приоткрылись, навевая грешные мысли, а потом выдала.

– Отлично. У Вас Анатолий Львович очевидных проблем нет. Имею ввиду, тех, которые привязаны к конкретному диагнозу или термину. Но, тем не менее, они есть.

Класс. Мне сейчас намекают, что я реально псих? Ну, хоть без диагноза, на том спасибо.

– Вы поломались. В какой момент, пока не знаю. Что-то произошло, сильно перетряхнувшее Вас внутри. Думаю, это было правильное решение, обратиться за помощью к специалисту.

Я хотел сказать, что барышня путает. Все у меня норм. Но… опять посмотрел на ее ноги и решил, да и хрен с ним. Зато наше общение продолжится. Тут, очевидно, случай не из простых. С наскока ее в койку не затащишь. Она же шарит во всех этих психологических моментах. А так, как раз, похожу, пообщаюсь. Своего точно добьюсь. Дело принципа. Заинтересовала она меня. Хочу. Поэтому, доказывать обратное не стал. Да и спор с пацанами, конечно, ещё играет немаловажную роль. Сделал постное лицо. Сижу, головой киваю.

И тут она после потока умных слов говорит.

– Вам, Антон Львович, нужно завести дневник.

Сначала думал, послышалось.

– Чего завести? – переспросил. Мало ли. Может и правда глюк.

– Дневник, – И такая спокойная, главное, – Как в школе. Ничего не записывали в тетрадочку?

Я хотел сказать, что в тетрадочку если и записывал, то долги одноклассников, когда они у меня бабки занимали. В отличие от них, лет с пятнадцати уже крутился. Там скинуть что-то. Тут – приобрести. Пока им мамы с папами давали деньги на карманные расходы, я мог позволить себе пойти в кабак. И, кстати, ходил. Не важно, сколько тебе лет, если ты можешь заплатить. Однако, сдержался и покачал отрицательно головой.

– Ну, так вот. Купите себе красивый блокнот. Ручку. И каждый день, вечером, перед сном описывайте все, что произошло. Сразу не читайте. Прочтем спустя месяц вместе. Но учтите, это нужно делать обязательно. И ещё. Пробуйте выражать свои мысли правильно. Не только откровенно, как есть, но и хорошим языком. Пересильте себя. Вы же не глупы. Я вижу.

Моя ты хорошая… Видит она. Нет, пока что только предполагаешь. Увидишь суть позже.

В общем, вот так все и началось. Настенька сказала ещё пару умных фраз, не особо вникал, если честно. Смотрел, как двигаются ее губы. А потом назначила следующую встречу.

Сначала я думал послать ее затею к черту. Дневник. Это же оборешься. Мне так-то в этом году тридцатник. Я взрослый, серьезный человек. В плане работы, естественно. По внутренней сути, как был раздолбаем, так им и остался. Но… Потом снова вспомнил реакцию этой миледи. Она оказалась совсем не той, к которой я привык. И это зацепило. Азарт. Вот что включилось. Пусть будет дневник, черт с ним. Только я все равно сделаю по-своему. Хочет искренних признаний, ок. Хочу посмотреть на ее лицо, когда она приступит к совместному прочтению.

Глава вторая

Итак, жизнь с чистого листа. Хотелось бы мне сказать, но… С чего бы? Пока никаких изменений от присутствия в моих буднях психотерапевта особо не наблюдается. Кроме одного. У Данилы и Дена новый повод для бесконечного количества подколов.

Они прямо наперегонки блещут остроумием и талантами юмористов. Это пацаны ещё Анастасию Николаевну не видели. Я не стал рассказывать им о том, как она выглядит. Пока что.

Утро, собственно говоря, началось как обычно. Принял душ, позавтракал, собрался поехал на работу. Работа… Отвратительное слово. Даже звучит как-то мерзко. Я бы с большим удовольствием повалялся в кровати, потом отправился бы в какое-нибудь приличное заведение. Кофе с сердечком на пенке, парочка круассан, потерянный взгляд в окно. Не знаю, почему, но образ загадочного парня цепляет девочек лучше всего. Достаточно сесть одному за столик, уставиться вдаль и все. Готово. Через десять минут весьма ощутимое количество женских глаз будет наблюдать, а их обладательницы сразу же сочинят историю, в которой герой непременно страдает. Или осмысляет глобальные вопросы человечества. А я вообще в данный момент могу думать о том, что нужно было надеть другие боксеры. Эти немного неудобные. Трут между ног. Женщины, конечно, странные существа. Если мужчина многозначительно молчит, в их понимании, он непременно размышляет о чём-то серьезном. Смешно. Мы думаем о серьезном в двух случаях. Если с похмелья так тошно, что ты готов поклясться, больше не касаться алкоголя. Либо, когда рядом нет ни единой особи женского пола. Все остальное время нас волнует только одно. Догадаться несложно, что именно, правда? Если мужик уверяет вас, будто его помыслы чисты и невинны, не верьте. Брешет, сволочь.

Однако, мечты мечтами, а на работу ехать надо было. Поэтому, вышел из дома, сел в машину, завел и направился в сторону офиса, попутно размышляя, как бы соскочить оттуда побыстрее под благовидным предлогом.

– Здравствуйте, Антон Львович.

Леночка. Милая девочка из бухгалтерии. Каждый раз встречает меня прямо у входа. Есть подозрение, что натурально караулит. Знает время моего прибытия и ждёт, мечтая попасться на глаза.

– Привет, солнышко.

Она тут же залилась краской и разулыбалась. Господи, что ж все так просто то? Интересно, если я сейчас позову ее уединиться, она сразу согласится или поломается для приличия.

– Антон Львович, Вы можете зайти ко мне? Там ведомости…

Аааа, ну, да. Ведомости. Конечно, в них дело.

– Леночка, – Я остановился, развернулся к девочке, подошёл совсем близко, а потом наклонился к ее ушку, скромно спрятанному за распущенными волосами, – Ты же умница. Сделай все сама. Что там не так? Сотрудников моего отдела знаешь всех наизусть. Исправь недочёты. Я тебе полностью доверяю.

Она перестала дышать. Реально. Застыла каменным изваянием. Хотя, сердце колотилось так, что ее грудь ходила ходуном.

– Договорились? – Осторожно поправил локон, упавший девочке на лицо.

– Ну… да. Наверное. – Она явно разрывалась между желанием всё-таки затащить меня в свой кабинет, чтоб провести в моем обществе некоторое время, и стремлением угодить.

– Вот и чудно.

Сделал шаг назад, а потом направился в сторону своего рабочего места. Дойти не успел, потому что зазвонил телефон. На экране высветился номер генерального. А вот это – плохой знак.

– Слушаю Николай Андреевич.

– Лукьянов, зайди ко мне. Бегом!

Вот черт. Я посмотрел на мобильник с такой злобой, будто это он во всем виноват. День не задался, судя по всему. Начальство в бешенстве.

Однако, сделать вид, будто указание не понял, вряд ли получится. Матернулся и пошел в другую сторону. К кабинету генерального.

Секретарь посмотрела на меня с сочувствием, стоило войти внутрь.

– Антоша, он злой, как собака. Осторожнее.

Наташа, женщина лет сорока, может, чуть больше, работает личным помощником этого деспота, как мне кажется, с сотворения мира. Она единственная не боится заходить в клетку с тигром, когда тот разъярен.

– А что случилось то? – Я наклонился ближе, чтоб наш разговор невозможно было услышать в соседнем помещении, где в данный момент находится генеральный.

– Не знаю. Приехал с самого утра. Рвет и мечет.

– Понял. Ладно. Поглядим.

Решительно взялся за ручку двери, а затем шагнул внутрь.

– Что так долго? – Николай Андреевич окинул меня недовольным взглядом.

Долго? Долго, блин?! Две минуты прошло между его звонком и моим появлением. Но говорить ничего не стал. Естественно. Спорить с ним бесполезно, а иногда даже опасно.

Прошел к столу, за которым восседал наш Господь Бог, хотя, сравнение с оппонентом из Ада было бы, наверное, более уместным, и со смиренным видом устроился на стуле, стоявшем напротив.

– Так, Лукьянов, в твой отдел направили стажёра. И не надо на меня так смотреть!

А я вообще никуда не смотрел, если что…

– Сам не рад этому факту. Никогда не беру сопляков на всякое обучение. Своих дебилов полно. Но за этого просили такие люди, что отказать не мог. Берешь его под свою опеку.

– Николай Андреевич, Вы же знаете, я и педагогика совсем не рядом. Отдайте кому-то другому.

– Да что ты? – Генеральный всплеснул руками, сильно напоминая мне злую бабулю, которая сейчас сначала ехидно обольет помоями с ног до головы, а потом, очень даже может быть, отвесит подзатыльник. До рукоприкладства дело ещё не доходило, конечно. Но кто мешает начать. На всякий случай незаметно сдвинул стул немного назад.

– Я без тебя, Лукьянов, сам не догадался бы. Естественно, ты – самая поганая кандидатура для стажёра. Но, в этом и суть. На тебя будет возложена важная миссия. Сделать так, чтоб этот тип сбежал. Чем быстрее, тем лучше. Сам. Понял?

Чего уж тут не понять? Генеральный только что открытым текстом сказал, на тебе, Антоша, дурака, который нам не нужен. Позаботься о том, чтоб этот дурак в ближайшее время мчался в сторону, далёкую от офиса, не оглядываясь. Ну, ок. Это я могу. Тут даже напрягаться не придется. При желании вполне способен быть редкостным муда… мммм… плохим человеком.

– Принял, Николай Андреевич. И где жертва?

– Сидит в твоём кабинете. Ждёт начала рабочего дня. Кстати, в отличие от тебя, человек явился вовремя.

Я уже не выношу этого зануду. Ещё не встретились, а мне его ставят в пример. Однозначно, озвученную руководителем задачу выполню с преогромным удовольствием.

– Все, давай. Иди.

Я послушно поднялся со стула и потопал к выходу.

– Лукьянов!

Оглянулся на генерального.

– Надеюсь, не нужно объяснять, что все должно быть красиво?

– Конечно, не нужно. Красиво – мое второе имя.

Шеф фыркнул, в этот звук вложив все возможное пренебрежение. Да, знаю, не очень любит меня Николай Андреевич. За раздолбайство. Но при этом, я – один из лучших. Скажем честно, рекламное агентство, это – понты. Чьи понты красочнее и привлекательнее, тот имеет больше денег. В этом я – бог. В понтах, имею ввиду. Если нужно устроить презентацию для нового клиента, генеральный всегда зовёт меня. Что-то, а пыль в глаза умею пускать так, обзавидоваться можно.

Вышел из кабинета, сделал ручкой Наташе, типа, все норм, живой-здоровый, и двинулся в сторону родных пенатов. Мое рабочее место ровно в противоположном конце коридора.

Итак, стажер. Очевидно, чей-то сынок. Или племянник. Не суть. Главное, что быть его здесь не должно. Причем, чем быстрее, тем лучше. Тут и мой интерес. Сопляков я всяких ещё за собой не таскал. Придется сидеть от начала до конца, опять же. Под приличным предлогом не смоешься. Стажер ведь рядом. Ну, ничего. Думаю, за сегодня управлюсь.

Открыл дверь и чуть не вышел обратно. Поверить, точно не ошибся?

В помещении находился лишь один человек. Причем, женского пола. Причем, страшная, как … Нет, не как моя жизнь. Зачем гневить вселенную? Просто страшная. Светлые, какого-то подозрительно серого цвета волосы собраны в пучок. Пучок! Я не знаю ни одну женщину, которая осквернит свою голову подобной страстью. Очки в коричневой роговой оправе. Как у черепахи из мультика про львёнка. Ужас! Кофточка на пуговицах застегнута до самого подбородка. Юбка, длина у которой ни туда, ни сюда. По щиколотку. Кеды странного вида. Такое чувство, будто их сняли со спортсмена-бегуна, скончавшегося на финише своего последнего марафона. Причем, все предыдущие он в этих кроссовках и осилил.

Сидит это нечто, прижимает к груди папочку, смотрит на меня огромными глазами, которые из-за толстых линз кажутся ещё больше.

– Антон Львович! – Существо вскочило с места и в два прыжка оказалось рядом. – Как я рада! Эта такая честь проходить стажировку у Вас. Вы же – известная личность. Ваши презентации можно смотреть, как пособие для правильной работы. Мечтать не могла, что попаду именно к Вам.

И при этом, ухватив меня за руку, трясет мою же родную конечность, будто запасная есть.

– Привет…мммм… как звать?

Осторожно вытащил пальцы из ее потной ладошки. Возникло огромное желание вытереть руку о штаны. Что я сделал в итоге? Правильно, вытер. Ибо противно и неприятно. Девица, конечно, заметила. Пыл ее немного поубавился.

– Я – Евангелина.

– О, Господи… Кто?

– Ну, можете называть Лина, если неудобно. Или Ева. Окончила университет. Факультет рекламы и менеджмента. Очень хотела пройти практику в развивающемся, большом агентстве. Так вышло, смогла попасть к вам. В смысле не к вам лично, а к вам в агентство. Ну, и к Вам тоже… лично…

Бедолага совсем растерялась. Пожевала губами, а потом и вовсе замолчала.

Я стоял, сунув руки в карманы, чтоб больше не хватали все, кто ни попадая, разглядывая ее свысока. Интересно, генеральный сам эту особу видел? Если, да, то представляю, как ему было смешно. То, что Антоше по душе красивые женщины, факт известный. А тут столь неординарный вариант.

Стоим, значит. Молчим. Я – с выражением раздражения и недовольства. Девица – в стрессе и растерянности. Так разволновалась, что выронила папку. Наклонилась, подняла, снова выронила. Это повторялось, раз пять. Со стороны если посмотреть, то такое ощущение, будто поклоны мне отвешивает. До самой земли.

– Антон Львович, что-то на так? – догадалась, наконец.

– Угу. Не так.

– Но… что? – В голосе стажерки отчётливо зазвенели слезы.

Ой, вот не надо. Меня такая ерунда бесит. Ненавижу постановочные спектакли. Большинство женщин считают, не знаешь, что делать, плачь. Это точно поможет. Справедливости ради, на большинство мужчин процесс рыданий реально влияет. Но я не большинство.

– Тихо!

– Что? – Евангелина моргнула несколько раз, сдерживая влагу, которая уже почти показалась на ресницах.

– Ничего.

Абсурдный, конечно, разговор. Хорошо, у этой особы хватает ума, не выяснять подробности. Тихо, значит тихо. Без глупых вопросов, что именно, зачем и почему.

Впрочем, все складывается весьма неплохо. Будь стажёр парнем, вывести его из себя могло оказаться не так просто. А тут… Забитая, некрасивая дурочка. Хм… Чего это я злюсь? Наоборот, все отлично! Теперь точно справлюсь за один день.

Так, на сегодня записей достаточно. Рука болит. Итак, как долбаный писатель строчу. Стараюсь, опять же, ради Анастасии Николаевны. Не просто сухо рассказываю события, а, можно сказать, использую обороты речи и всякие там приблуды русского языка Подробнее процесс уничтожения стажёра опишу завтра. Спасибо, дневник, что ты у меня есть. Безумно счастлив. И Вам, Анастасия Николаевна, тоже спасибо. Жизнь была значительно скучнее. С нетерпением жду, когда мы приступим к прочтению. Вместе. Скорее всего, в моей постели.

Глава третья

Ну, что ж. Продолжаем записывать все, что происходит в жизни столь прекрасного человека. Конечно, это я о себе.

Помнится, остановился на появлении стажёра. То есть стажёрки. Евангелина. Кто вообще придумал ей это имя? Когда его слышишь, представляешь нечто очень красивое и соблазнительное. А тут же…

В общем, обнадежившись, я приступил к реализации плана по выдворению девицы из нашей компании. Казалось бы, что проще. Пару раз довести ее до слез, продемонстрировать самые отвратительные черты своего характера, и все. Готово. Однако Евангелина оказалась особой крайне упрямой. Или глупой. Или все сразу. Она игнорировала нападки, глядя на меня полным восхищения взглядом.

Для начала, велел ей рассказать о себе. При этом, перебивал на каждом слове, выдавая едкие комментарии.

– В университет поступила с золотой медалью…

– Ниче себе. Прям золотая была? Слушай, меня всегда интересовало, она реально из золота?

– Нет, но…

– Видишь! Зачем тебе работать? У тебя есть целая золотая медаль!

– Да, но…

– Ты же ее бережешь? Ну, там в банк, может, положить, на сохранение. Продолжай. Очень интересно. – Во время рассказа я демонстративно позевывал, периодически смотрел на часы, показывая тем самым, что мне так-то глубоко плевать на все эти подробности.

– Антон Львович, кажется, Вам не очень интересно…

– Да что ты?! Как могла подумать такое?! Евангелина… Слушай, я же могу сокращать твое имя, как мне удобно? Правда?

– Можете, но…

– Ага. Отлично. Будешь Геликом.

– Почему? – Девица растерянно моргнула.

– Ну, гелик. Ты чего? Тачка такая. Гелендваген. Нравится мне. Хоть немного будет приятнее произносить. Так. И? Университет, значит. Зачем тебе реклама? Пошла бы вон на филфак, к примеру. У тебя типичная внешность училки. Тут вариант закончить вышку и удачно выйти замуж, сорян, не прокатит. А вот школа – вполне. Посвятить свою жизнь детям, завести десять кошек и скончаться в их обществе. Идеальная перспектива.

– Почему десять?

– Хм…. Сдается мне, ты не на том делаешь акценты. То есть, количество кошек тебя беспокоит гораздо больше, чем возможность помереть в одиночестве. Эх, Гелик, странная ты женщина. Ну, а чего только сейчас решила работать? Тебе лет то сколько уже?

– Двадцать один.

Я поперхнулся кофе, который в этот момент поднес к губам. Да ладно! На вид все тридцать дашь.

– Слушай, у меня для тебя плохая новость.

– Спасибо. Кажется, я уже поняла, в чем эта новость заключается.

Девица, сцепив зубы, терпела все. Это начало изрядно раздражать. Другая уже взорвалась бы и послала меня за хамство, куда подальше. Ладно. Усилим натиск.

– Гелик, жрать хочется, сил нет. Метнись в соседнее кафе, возьми чего-нибудь перекусить.

Стажерка сдержала вздох, послушно поднялась и застыла напротив стола, за которым я расположился, пролистывая на ноуте новые кейсы для клиентов. Она явно ожидала, когда я дам денег. Еда-то нужна мне.

– Что?! Шустрее давай. Иначе работать никогда не начнём! Что за бестолковое молчание? Как ты универ вообще закончила? Иди!

Девица открыла рот, явно собираясь высказать мне претензии, но тут же закрыла его обратно, развернулась и вышла. Черт. Железная выдержка. На кой черт она все это терпит? Ну, ладно. Ждём продолжения. Когда я употребил словосочетание «соседнее кафе», то не счёл нужным уточнить, топать до него, вообще-то, пару километров. А что? Может, для меня это и есть понятие соседства. Все же люди разные.

Евангелина вернулась через два часа. Судя по красному лицу, сбившемуся на бок пучку и сцепленным ещё сильнее зубам, ей пришлось обежать весь микрорайон. Похоже, изначально она двинулась не в ту сторону. Ах, да. Я же не сказал ей сразу, в каком направлении идти… Лево или право. Упс…

– Пожалуйста. Кушайте.

Девица в три шага оказалась рядом со столом, а потом начала вытаскивать из большого пакета еду в специальных контейнерах.

– Вот это – первое. Тут – борщ, а тут – японский мисо-суп. Не знаю, что Вам больше по душе. Взяла два варианта. Здесь – отбивная и картофельное пюре. Но, если по какой-то причине Вы не любите картошку, то, пожалуйста – лапша удон с курицей. Салат Цезарь, без курицы, вдруг у вас диета или склонность к вегетарианству. Стейк. Мало ли. Может без мяса ваша жизнь наоборот теряет смысл….

Я наблюдал, как стажерка достает все эти ёмкость, комментируя свои действия с абсолютно спокойным выражением лица. Честно сказать? Хотелось встать и поаплодировать. То есть, покинув офис, она сразу поняла, что бы сейчас не принесла, пойдет снова, но уже за другим. Поэтому девочка просто реально обежала все заведения, а их тут три, и купила различные варианты. Ммммм… Малышка думает, что уела меня. Ну-ну…

– Десерт.

– Что? – Она застыла с очередным блюдом в руках.

– Молодец. За выбор мною хвалю. Но видишь ли, я привык заканчивать обед десертом. Не могу без сладкого совсем. Если нет вкусненького, то и остальное поперек горла встанет. Эх… Быть мне, похоже, голодным. Ну, что ж ты так, Гелик… – Я сделал грустное лицо, покачал головой и прищелкнул языком, – Со всей душой к тебе. А ты… Ну, ладно, что ж. Обойдусь без обеда.

– Вы…Вы не будете это все есть?

Мне кажется, ее сейчас кондратий хватит. Отвечаю.

– Слушай, ну, я же объяснил. Сладкое полезно для мозга. Я употребляю его и на завтрак, и на обед, и на ужин.

Стажерка с сомнением окинула мою фигуру. По крайней мере, ту ее часть, которую было видно из-за стола. Красивый рельеф тела, а особенно плеч и груди, который вполне можно было разглядеть под рубашкой, явно говорил о том, что я бессовестно вру. Ни один человек, употребляющий сладкое в том количестве, которое было озвучено, никогда не сможет выглядеть подобным образом. Только идиот не поймет, что я очень много времени провожу в спортивном зале, а соответственно, питаюсь определенным образом. Я приготовился к взрыву. Сейчас… Ну…

– Хорошо. – Евангелина сгребла уже расставленные контейнеры со стола обратно в пакет, потом подошла к мусорному ведру, связала ручки, завернула крепко, и выбросила все, что было куплено за ее, кровные денежки.

– Радикально…

Она молча пожал плечами, а затем вернулась к столу.

– Можем приступать к работе, Антон Львович?

– Да уж не знаю… Тебя не было два часа. Половина рабочего дня прошла. Давай, знаешь, что? Сходи в творческий отдел. Это другой, соседний. Понимаешь? Наш – отдел по работе с клиентами, а тебе нужен творческий. Разыщи Костика и возьми материалы по мебельной фабрике. Он поймет. Ок?

– Отлично! Конечно! Уже бегу.

Девица сразу взбодрилась и расслабилась, решив, будто ей правда дали настоящее поручение, связанное с рабочим процессом. Угу. Конечно.

Она выскочила из кабинета, исчезнув за закрытой дверью. Я откинулся на спинку кресла, потянулся, довольно улыбаясь. Пока эта терпеливая сова ищет человека, которого не существует, метнусь-ка в зал. Сегодня тренировка по расписанию. Для остальных, типа, уеду на встречу с потенциальным клиентом.

Я выбрался из-за стола, максимально неприметно проскочил по коридору к лифту, спустился вниз и довольный жизнью покинул офисное здание.

Зал находился неподалеку, но я все равно поехал на машине. Не охота ноги бить. Постоял, потрындел с пацанами. Потом два часа хорошей нагрузки на спину. Опять потрындел. Куда торопиться то? Телефон молчал, значит, никто не ищет. К тому же, являясь начальником отдела по работе с клиентами, я могу на самом деле в любой момент сорваться, уехать на важную встречу. Это один из плюсов моей работы и моей должности. Поди докажи, где был. Сильно не наглею, конечно, терпение у генерального не бесконечное, но пользуюсь при каждом удобном случае.

В офис вернулся уже после обеда. В теле присутствовала приятная усталость. Так всегда бывает после хорошей тренировки. Осталось продержаться пару часов и можно валить совсем.

– Вернулись?

Открыл дверь в свой кабинет, думая о личном, а, соответственно, не глядя вокруг. Честно говоря, вспоминал Анастасию Николаевну. На следующий день назначена наша встреча и хотелось этого весьма сильно. Всё-таки очень она хороша. Поэтому вопрос застал меня врасплох. Тем более, прозвучал он из кабинета, а не вне его. Стажерка сидела на диванчике, расположенном в углу, чинно сложив руки на коленях.

– О, Господи… А я и забыл про тебя. Напугала. Осторожнее надо быть.

Прошел внутрь, а потом плюхнулся на свое законное место, вытянув ноги.

– Как дела?

– Спасибо, Антон Львович. Все хорошо. Искала Костика, как Вы и велели. Всего в этом здании их оказалось пять. Я, конечно, начала с творческого отдела, но меня заверили, будто это какая-то ошибка и человека с подобным именем у них нет. Но так как Вы точно ошибиться не могли, на всякий случай проверила всех Константинов, существующих на шестнадцати этажах. Ни один из них к рекламному агентству отношения не имеет. Затем снова вернулась в тот отдел, куда Вы изначально отправили. Пошла от обратного и стала выяснять, кто занимается мебельной фабрикой. Нашла троих. Художник, верстальщик, креативщик. На всякий случай отчёт спросила со всех, в том числе в документальном виде. Правда, ни одного из них не зовут Константином. Игорь, Иван и Сергей. Но, думаю, это мелочи. Скорее всего, будучи человеком занятым, Вы просто неправильно сказали имя. Хотя… Нет. Наверное, я неправильно его услышала. Бумаги на столе. Можете изучить.

Я посмотрел перед собой. Рядом с ноутом и правда лежала стопочка с отчетами по работе проекта.

Был ли я изумлен? Да я охренел! И главное, не мог сообразить, она издевается или все это серьезно? Однако, как бы то ни было, девица реально выполнила мое задание. Притащила, конечно, много лишнего, но среди этого хлама была и та самая, нужная информация. Я с подозрением уставился на Евангелину. Даже глаза прищурил, старательно разглядывая издевку.

Однако стажерка сидела с ровной, прямой спиной. Выражение ее лица было совершенно невинным и полным желания трудиться на благо своего временного начальства.

– Мммм… Гелик, напомни, пожалуйста, я сказал взять отчёт по мебельной фабрике?

– Да! – Она ответила уверенно, но под моим взглядом немного растерялась, понимая, сейчас что-то будет.

– Слушай, как нам работать, не представляю. Ты не только неправильно услышала имя, но и совершенно ошибочно восприняла остальную информацию. Я говорил о кондитерской фабрике. Понимаешь? Кондитерской! Ну, как? Как можно было спутать мебель и конфеты? Отвратительно.

Стажерка медленно прикрыла глаза. Такое чувство, что один только мой вид приносил ей физическую боль. Ну… Давай. Давай!

– Простите, Антон Львович. Впредь я буду внимательнее. Могу списать свое крайне непрофессиональное поведение лишь на волнение первого дня. Я исправлюсь.

Тьфу ты! Твою ж мать! Она из камня, что ли?!

– Хорошо. На этот раз прощаю. Но ты давай, бери себя в руки. На сегодня все. Иди домой. Как раз подумаешь о степени своего профессионализма.

Евангелина послушно поднялась и направилась к двери. Прикрыла ее максимально осторожно. Хотя, чувствовалось, что есть в стажерке огромное желание хлопнуть со всей силы. Желательно, по моей голове.

Оставшееся время я провел, рассматривая фоточки симпатичных барышень. Приближался вечер и мне нужно было его чем-то занять. Поэтому выбирал ту, которой сегодня повезет.

Дальнейшее расписывать подробно не буду. Пока что. Не настолько мы хорошо знакомы с Анастасией Николаевной, чтоб читать эти подробности вместе. Но… гарантирую, что в следующих записях обязательно углублюсь в данную тему.

Глава четвертая

Сегодняшний день я ждал. Честно. Не терпелось встретиться с Анастасией Николаевной. Она назначила сеанс на вечер, и до этого вечера ещё нужно было дожить. Ненавижу ждать. Хочется все сразу прямо сейчас. Процесс охоты, конечно, дело увлекательное, но не так, как это видят женщины. В их представлении любая сексуально-желанная цель для мужчины – трепетная лань, которую он, настоящий хищник и самец, будет гнать до последнего, пока, соответственно, не догонит. Затем, как в кино, объятия, поцелуи и занятие любовью под романтическую музыку в красивом антураже. Кстати, «занятие любовью». Что за идиотская фраза? Любовь – это эфемерное чувство. Эмоция. Как ей можно заниматься?

Ну, так вот, открою секрет. Гоняться за ланью, иногда, кстати, даже совсем не трепетной, и часто даже более похожей на лося, интересно. Но до определенного предела. Мы, мужчины, немного ленивы. Бегать, если что, в какой-то момент надоедает. И сколь бы желанной не была цель, не стоит забывать, недалеко бродят совершенно спокойные, уравновешенные косули, и они исключительно не прочь заменить слишком амбициозных стерв, которым постоянно нужно доказывать свое желание. Вот тут не нужно говорить, будто настоящий бриллиант никогда не сравнится с камнями подешевле. Сравнится. Потому что, по сути, все у всех одинаковое. Ни одна не удивила чем-то необыкновенным. Так что в процессе своих завлекательных игр трепетная лань должна понимать, можно вообще остаться ни с чем.

Однако, пока что, Анастасия Николаевна была мне интересна. Процесс только начался и, да, азарт заставлял желать ее с удвоенной силой.

Правда, до нашей вечерней встречи оставался ещё целый день.

Проснулся я как обычно. Не торопясь, выбрался из постели. Гостью, которая была у меня вечером, выпроводил сразу же, как только закончили, ещё в полночь. Не позволяю им оставаться до утра. Спать вместе с кем-то… Не знаю. Это нечто личное. Все остальное – чисто секс и удовольствие. Некоторые, правда, пытаются хитрить, разыскивая причины, чтоб остаться. Но это бесполезно. Такси, поцелуй в щеку и все. Прощай. Редко бывает, до свидания. Не люблю повторятся. Рацион должен быть разнообразным.

Пока шатался по квартире, варил кофе, исключительно зерновой и без сахара, совершенно забыл о том, что в офисе на мне теперь ещё одно пионерское задание. Точнее, даже не столько забыл, сколько был уверен, стажерка не придет. Да, вчера она все вытерпела, но, возможно, лишь по причине нежелания устроить истерику прямо там, на моих глазах, в кабинете. Сто процентов сегодня утром встала, прикинула мужское достоинство к носу…хотя, о чем я. Откуда ей такое счастье? Подумала, в общем. Оценила ситуацию и решила, что работа под началом Антона Львовича ей не по зубам. Поэтому, никуда и не торопился.

Постоял под душем, кайфуя от теплой воды. Позавтракал. Достаточно долго выбирал, что лучше всего подойдёт к темной рубашке. Темные же штаны или серые джинсы. Остановился на первом варианте.

Короче, в офис я попал около одиннадцати. Естественно, сыграл закон подлости. Только вошёл в здание, тут же нарвался на генерального. Он двигался от лифта в мою, как раз, сторону. Засада, однако. И не спрячешься. Холл огромный, просторный, ни одного завалящего фикуса нет, чтоб за него притулиться. Или хоть бы какая колона. Ни черта. Маячу на пути шефа, прямо, как бельмо на глазу.

– Лукьянов! – У него аж лицо озарилось счастьем при виде меня. Ну, конечно, такая чудесная возможность нагнуть Антошу за опоздание. Хоть бы премию не урезал. Козел, блин.

– Я! Слушаю, Николай Андреевич!

– Чё за хрень?

– Николай Андреевич, я… – Договорить не успел. Шеф вдруг порывисто обнял меня, прижимая к своей начальственной груди.

– Лукьянов, молодец! Не ожидал, если честно. Да что там, не ожидал. В шоке! Как ты смог то? А? Как смог уболтать их за какой-то час? Мне когда Наташка сказала, что этот владелец заводов и пароходов напрямую пошел в твой отдел, поседел, ей-богу. На работу как раз ехал. Мчался, думал, всех гайцов соберу. Забегаю, а тут Минаев навстречу со своим замом. И довольный, главное, как черт его знает, кто. Слушай, ну, красавец, конечно. Молодец. Ты че, воздухом ходил подышать? Понимаю. Перенервничал? Сам, наверное, охренел, когда они к тебе заявились? Ну, Антон… Удивил. Ладно, давай, не расслабляйся. Скоро вернусь, посмотрим, что там с ними делать. И презентацию когда успел то подготовить, а? – Генеральный погрозил мне пальцем, хохотнул и пошел к выходу.

Я стоял, как идиот, отвечаю. Что это было? Крыша поехала, что ли у него? Какой Минаев?! Точнее, Минаева знаю. У него сеть торговых центров. Но там под вопросом все было. Конкуренты наши вроде почти захапали заказ себе. И вот уж точно, я ни с кем сегодня не встречался. И уж тем более, никакую презентацию не готовил. Точно у шефа крыша потекла.

Пока дошел до лифта, несколько раз оглянулся. Странное поведение генерального пугало. Сегодня он чушь несёт, а завтра, что? Может, вообще на людей начнет кидаться.

Поднялся на нужный этаж, попутно встретив ещё несколько коллег, которые радостно жали мне руку и сыпали восторженными комментариями. Но главное, все упорно поздравляли, некоторые хлопали по спине со словами: «Ну, Антоха, ты – герой». Нет, с самой формулировкой согласен, а вот ее неожиданность из уст других настораживает.

Все прояснилось, когда я оказался в родном кабинете.

– Антон Львович, а я Вас заждалась!

Навстречу бросилось вчерашнее нечто. Сегодня она выглядела ещё хуже. Стажерка нацепила платье. Начало неплохо звучит, да? А вот хренушки! Во-первых, оно было тошнотворного зеленовато – жёлтого цвета, словно кто-то не сдержал рвотные позывы, во-вторых, имело форму мешка, в котором проделали дыры для рук и головы. Длина (конечно же!) по щиколотку, будто другие варианты девице вообще не известны. На ногах – все те же кроссовки, да ещё и носочки надеты. Наверное, чтоб сто процентов смотрелось отвратительно. Вместо пучка – хвост. Ооооо… А тут прямо прогресс.

– Гелик, ты какого черта тут делаешь?

– Как? – девица остановилась в нескольких сантиметрах от меня. Похоже, планировались рабочие объятия. – Так ведь с 9.00 мы должны быть на месте. Вы задержались. Наверное, встреча была? Я просто вчера не уточнила, во сколько приедете. Но когда явился этот Минаев, я так и сказала, Антон Львович вынужден был уехать к очень важному клиенту. Мы же не ждали Минаева. Но, к счастью, то, что рекламной компанией его центров хотят заниматься все агентства, я, конечно, знала. Вот. Поэтому, только увидела, думаю, ну Ева, он не должен уйти.

– Стоп! – Сердце сначала упало вниз, а потом резко прыгнуло к горлу. – Тут был Минаев?

– Ну, да. У него тактика такая. Знает, сволочь, что многие тянут руки к этому проекту. Поэтому появляется в агентствах внезапно. Эффект неожиданности, так сказать. А потом смотрит, что и кто может ему предложить. Считает себя очень важным. По его домыслам, раз хотят, то должны подготовить презентацию и ждать явления великого Минаева. Но я не растерялась. Понимаете? Тем более, у меня были готовы наработки именно по его проекту. Как раз хотела Вам сегодня показать.

– Гелик, твою мать! Хватит тараторить! Просто отвечай на вопросы. Ок?

– Ага. – Стажерка осеклась, глядя на меня восторженными глазами. Из-за толщины линз казалось, что они у нее, как у краба, сейчас вылезут наружу.

– Здесь был Минаев?

– Да, – За каким-то дьяволом ещё кивнула. Типа, я просто слово не пойму.

– Ты с ним общалась? Про меня сказала, что я на встрече?

– Да. – Снова кивок.

– У тебя были заготовки по проекту его рекламной кампании, ты их показала, как полноценную презентацию?

– Ага.

– Тааааак… И, что? Ему… Ему понравилось?

– Сама в шоке, Антон Львович! Он главное все посмотрел молча, вообще ничего не спрашивал. А потом встал и говорит, молодец Вы, Евангелина. Кто готовил? Я не стала рассказывать, что сама. Стажер ведь. Его это может отпугнуть. И ответила, будто презентация Ваша. Вот.

Я несколько минут молча разглядывал это странное существо. Она реально не понимает, что упустила свой золотой, даже, наверное, бриллиантовый шанс? Если бы девица озвучила, что все сделала сама, ее бы уже взяли на работу. Причем, подозреваю, агентства соревновались бы за право получить столь отличного специалиста. Репутация Минаева хорошо известна. Это один из самых тяжёлых клиентов. Ему все не так и все не нравится. Поэтому, гоняет агентства, которые кружат рядом, в надежде заполучить лакомый кусок. А он на самом деле лакомый. Мужик затеял мощную кампанию для своих торгово-развлекательных центров, каждый из которых – отдельное государство в миниатюре. Значит, в процессе буду участвовать все магазины, все кинотеатры, салоны и так далее. Единая линия рекламы – его главное требование в том числе к арендаторам, которые вынуждены соглашаться.

И вот этот самый капризный клиент с наскока выбрал наше агентство, отталкиваясь лишь от презентации, показанной ему девочкой-стажеркой. Естественно, такую девочку захотел бы каждый. Я имею ввиду, исключительно в рабочем плане.

Однако, с Евангелиной делиться своими размышлениями не стал. Сделал недовольное лицо, все, как положено.

– Ты соображаешь, вообще, что творишь?!

– Что? – Стажерка испуганно замерла.

– Ты же могла все испортить! Нужно было потянуть время, набрать меня срочно. Конечно, я тоже готовил эту презентацию. Чудо, что Минаев повелся на твой цирк. Просто чудо! За какие грехи мне такое наказание в виде безголовой, излишне самостоятельной девицы?!

– Антон Львович… – Губы Евангелины дрогнули, но она тут же вспомнила предыдущий день и мою реакцию, потому сразу же взяла себя в руки. – Простите. Впредь ничего подобного не повториться. Обещаю. Клянусь. Да, Вы правы. Нужно было немедленно связаться с Вами.

– Вот именно. Ладно, давай посмотрим, что ты там навертела. Тоже мне, нашлась богиня маркетинга.

Здесь прервусь. Генеральный вызывает. Кстати, да. Я теперь ношу дневник с собой. Это, кстати, достаточно увлекательное занятие, оказывается. Спасибо, Анастасия Николаевна.

Глава пятая

От генерального еле вырвался. Он реально чуть не плакал от счастья. Я удостоился ещё несколько раз его крепких начальственных объятий. Пришлось даже сесть чуть подальше, на всякий случай. Это странно, когда тебя прижимает к груди здоровенный мужик, а в Николае Андреевиче роста под два метра, физиономия, не объедешь. Хотя, даже если бы он был маленьким и щуплым, тоже было бы странно. Моя жизнь, конечно, по задумке Анастасии Николаевны, причем, только ей понятной, должна измениться, но не настолько же.

Фонтанирующего счастьем генерального понять можно. Он уже видел наше агентство в списке лучших, а себя среди известных имён Forbes. Контракт с Минаевым – тот самый золотой билет в светлое будущее, шанс на большие деньги, которых со временем станет ещё больше. Ну, а для меня проект – охренительный плюс к репутации и весьма ощутимая премия.

Как насчет совести? Наверное, подобный вопрос возникнет у Анастасии Николаевны при совместном прочтении записей. Мучает ли она меня? Конечно, нет. Да, моей заслуги в сложившейся, крайне удачной, ситуации нет совсем. Все сделала, по сути, стажерка. Но если девочка решила организовать столь щедрый подарок, отказавшись от авторства проекта, кто я такой, чтоб ей мешать? (Скромно улыбающийся смайлик).

От кабинета шефа сразу пошел на свое рабочее место.

Евангелина расположилась за столом совершенно по-хозяйски. Хотел было возмутиться, но вспомнил, что сам дал ей задание, довести проект Минаева до конца. Клиент желает полностью готовый, четко проработанный маркетинговый план. Так что, пусть трудится, мое солнышко.

– Антон Львович!

Вот когда это создание сидит и я не вижу ее чудные, замечательные кеды, можно даже терпимо пережить их наличие. Кофточку, конечно, ещё бы поменять. Да и юбку. Да и вообще все. Причесать, накрасить, снять отвратительные очки. Она, интересно, знает о существовании линз?

– Сиди, сиди. Не нужно вставать. – Я замахал руками. Ну ее к черту. Пусть остаётся на месте. – Так, Гелик, сейчас отскочу. Наверное, уже с концами. Ты, давай, работай. Утром завтра отчитаешься. Все должно получиться на высшем уровне. Чтоб папочка был доволен.

– Я не обсуждаю с отцом работу! – Девица возмущённо задрала подбородок.

– Мммм… Так буквально понимаем, да? Я не о твоём родителе.

– Ааааа… О Вашем?

Господи. Как вот объяснить этому созданию, что имелось в виду. На автомате вдруг представил, как Евангелина поднимается из-за стола, снимает очки, выгибает спину, а потом, встряхнув волосами, шепчет: «Накажи меня, папочка…» Ужас! Аж передёрнуло. Пришлось потрясти головой, прогоняя кошмарное наваждение.

– Гелик, не забивай себе мозг, ему нужно работать. Просто займись делом. Если меня будут искать, скажешь, отъехал по очень важному вопросу. Поняла?

Стажерка послушно кивнула.

– Вот и замечательно.

Из офиса вышел в прекрасном расположении духа. Все складывается на удивление отлично. Неожиданно, но появление стажёра, которое изначально я расценил, как кару божью, похоже, начинает приобретать совершенно другой вид. Даже теперь не уверен, а стоит ли выполнять распоряжение генерального и выпроваживать весьма полезное существо? Чем она, интересно, не угодила Андреевичу? Сама девица очевидно вполне безобидна. Может, дело в тех, кто просил взять на обучение? Тут я, конечно, тупанул. Надо было спросить про отца, когда Евангелина сама обмолвилась. Сделал себе мысленную пометку, обязательно уточнить нюанс родственных связей.

Но это потом, не сейчас… В данный момент меня ждёт встреча с Анастасией Николаевной. И уж тем более, жду её я. Нашу встречу.

Время в запасе ещё было. Набрал Дена с Данилой и позвал их перекусить. Естественно, самой обширной темой для обсуждения стала мой психолог. Пацаны кружили меня по-всякому. Я же делал умное лицо, улыбался загадочно и говорил, что всё идёт по плану, а им уже пора готовить бабло. Как и договаривались, отбуду весь курс, а потом уйду при полной уверенности у Анастасии Николаевны, что она меня спасла, на самом деле, не изменившись ни на грамм.

Наконец, подошло долгожданное время и я, попрощавшись с этими двумя раздолбаями, резво рванул в сторону офисного здания, где меня ждала светловолосая, синеглазая фея.

Мымра в очках, конечно же, была на месте. Более того, она накрасила губы. Серьезно. Причем ей было ужасно из – за этого неудобно, в силу отсутствия привычки к макияжу, поэтому она то и дело их облизывала, покусывала и причмокивала. Но оставить незамеченными ее старания я не мог.

– Боже… Что это?! – Подошёл ближе, не сводя глаз с губ мымры.

– Что? Где? – Она заволновалась, поправляя очередную отвратительную кофточку.

– Я ослеплён! Просто ослеплён.

– Да в чем дело?! – Мымра приподнялась со стула, совершенно не понимая моей реакции.

– Вы необыкновенно привлекательны сегодня… кстати, в прошлое посещение так нервничал, что забыл спросить Ваше имя.

– Оооо… – Секретарь покраснела и смущённо опустила взгляд. – Ира.

– Ирочка… Выглядите сногсшибательно. Вы что-то с собой сделали? Брови? Волосы? Что?

Мымра машинально поднесла пальцы к губам, но тут же, одумавшись, опустила руку.

– Да нет, все вроде, как обычно.

– Я бы обязательно обратил внимание, сколь Вы привлекательны, ещё в первый раз. Наверное, просто был задумчив. Анастасия Николаевна у себя? Одна?

– Да. Проходите.

Бедолага проводила меня таким жадным взглядом, что я его буквально чувствовал на своей спине. Да и ниже спины. Уж не знаю, почему, но женщины, как ни странно, обращают внимание на мужские задницы. Видимо, они представляют, как будут смотреться их шаловливые пальчики с красивым маникюром, впивающиеся в порыве страсти в ягодицы того, кто доставляет им удовольствие. Ради интереса оглянулся и посмотрел на руки мымры. Коротко остриженные ногти без какого-либо покрытия. Ну… Ясно. В ее случае только и остаётся представлять.

– Здравствуйте, Антон Львович.

Настенька… мммм… соскучился даже. Девочка сидела на своем месте, которое снова находилось напротив удобного клиентского кресла. Опять все по высшему разряду: юбка, блузка, туфли. Вот только пуговички застегнуты. И тут меня осенило. Черт! В прошлый раз из ее кабинета вышел хорошо упакованный тип. Сеанс с которым задержался почти на час. Блузка была с распахнутым декольте. Чем это, интересно, они занимались? Признаюсь честно, меня поднакрыло чувство, сильно похожее на ревность. Вернее, даже это, скорее, злость самца, подозревающего, что на его добычу покушается кто-то другой.

– И Вам всего хорошего, Анастасия Николаевна.

– Присаживайтесь. – Она красиво повела рукой, указывая, где устроится.

Спасибо, не дебил. Ещё в первый раз запомнил. Естественно, это я только подумал.

– Давайте обсудим, как прошел у Вас вчерашний день. Да и сегодняшний можно.

– Шикарно прошел! И вчерашний, и сегодняшний! Если конкретно за вчера, то сначала была работа, потом весьма недурственный секс. Особа попалась горячая. Вы знаете, даже я устал немного, а она все не могла успокоиться. Хотя, не сочтите за позерство, но оргазмов было… – Закатил глаза и вытянул руку вперёд, собираясь посчитать.

– Спасибо! Я поняла, что все, как обычно. – Настенька особо не рвалась говорить о личной жизни в подобном контексте.

– Да вот нет, как раз. Обычно им хватает. А эта, прямо ненасытная. И главное, так ей нравится мине… Черт. Не знаю, как заменить это слово. Вы же требуете, чтоб я изъяснялся культурно.

– Можете не заменять. Уже понятно, девушка, с которой Вы провели вчерашний вечер, благосклонно относится к оральным ласкам.

– Благосклонно? – Я усмехнулся, – Это Вы, Анастасия Николаевна, сильно преуменьшили.

Честно говоря, сам не знаю, чего хотел добиться, провоцируя Настеньку. Она явно чувствовала себя немного неудобно из-за моих откровений. Но меня пёрло. Присутствовало огромное желание вывести ее из себя. Зацепили меня эти пуговицы. Есть в характере черта. В моем, естественно. Если женщина, к которой я хотя бы на одну сотую, неравнодушен, а более, как правило, не бывает, вызывает какие-то негативные эмоции, в данном случае, имею в виду – ревность, злость, чувство собственности – превращаюсь в тирана. Причем такого, который не кричит, не топает ногами, не устраивает истерик. Нет. Наоборот. Выгляжу совершенно спокойным, говорю тихо, но стараюсь довести до ответного бешенства. Любыми способами.

– Хорошо, Антон Львович, давайте поговорим о другом. Скажите, как ее звали?

– Кого?

– Эту девушку. Которая произвела на Вас неизгладимое впечатление, судя по всему.

Черт… Я реально завис. Как же ее звали? Ну, мы общались сначала в соцсетях. Она первая написала. Что-то типа, привет, как дела. Все с этого начинают. Потом сообщения стали приходить чаще. Договорились встретиться. Вот, как бы и встретились. Честно? Я не соблазняю никого. Отвечаю. Не смотрю раздевающим взглядом, не трогаю за разные части тела. Они сами. Серьезно. Сами начинают проявлять активно свое желание. Не знаю, почему так. Но даже малолетним пацаном ни за кем никогда не бегал.

– Видите, Антон Львович… – Настенька многозначительно улыбнулась.

– Вижу. Вижу, что не очень сильно мне интересно было ее имя. Ну, так я и не скрываю этого. Разве Вы услышали от меня рассказ о любви с первого взгляда? Нет. Секс? Да.

– Понимаете ли, Антон Львович, у Вас очевидно есть проблема, которую Вы сейчас признать не готовы. И даже, если я ее озвучу, она не станет в Вашем понимании реальной. Давайте пока что просто повспоминаем. О Вас, о Вашей юности.

– Ну, спасибо, хоть не о детстве. Я уж ждал каких-нибудь высказываний в стиле Фрейда. Мол, Вы смотрели на свою мать/сестру/тетю/соседку…

– Нет. Ваша проблема возникла значительно позже. Хочу понять, откуда.

В общем, через час Анастасия Николаевна знала обо мне все, что происходило с юности до армии. Она интересовалась каждой мельчайшей деталью. Причем, надо отдать ей должное, разговор был построен так умело, а вопросы звучали так ненавязчиво, что я сам того не заметив, в какой момент начал рассказывать увлеченно.

– Спасибо, Антон Львович, за то, что Вы так интересно преподносите информацию. Давайте договоримся, к ежедневным записям добавится ещё одно задание.

Я немного даже опешил, если честно. И все? Просто послушала несколько лет моей бурной юности?

– Какое задание? – Виду показывать не стал.

– Вам нужно совершать поступки, для себя несвойственные. Те, которые однозначно приносят ощущение дискомфорта. Заставляют Вас выйти из зоны привычных обстоятельств. И в своих записях подробно рассказывать, что Вы чувствовали в момент происходящего.

– Так. Ладно. Какого рода должны быть конкретно поступки?

– А это Вы определите сами. Сами выберите то, что, по Вашему мнению, Вы бы при другом раскладе никогда не выбрали бы.

Замечательно. Очень интересно, но ни черта не понятно. В общем, на том мы и расстались, определив дату и время следующей встречи. Я не стал больше пытать Анастасию Николаевну уточняющими вопросами. Сам, так сам. Не очень врубаюсь, чего она хочет добиться. Да и плевать. Мне главное, что наши встречи продолжаются. Выдержу паузу в несколько сеансов, а потом начну действовать.

Глава шестая

– Антон Львович! Вы меня слышите?

Я приоткрыл один глаз и посмотрел на человека, голос которого сейчас казался до зубовного скрежета отвратительным.

– Гелик… Что тебе надо? – Моя голова откинулась назад, а сам я больше всего походил на мешок невразумительного нечто.

Учитывая образ жизни, а именно здоровое питание и стабильные походы в зал, алкоголь принимаю редко. Но в последнее время это «редко» начинает выглядеть, как «часто». Несколько дней назад, когда поспорил с пацанами, мы отмечал день рождения Дена. За каким чёртом налакался вчера, не знаю. Приехал домой, по дороге взял бутылку коньяка, и вся она была мной оприходована в одно лицо. Честно говоря, сам не знаю, зачем. Захотелось. Вот так в основном и происходит. «Захотелось» – это, наверное, главный девиз моей жизни. Хочу – делаю. Почему я должен отказываться от своих желаний? Правда, потом часто приходится расхлёбывать последствия. Но это – потом…

Соответственно, утром состояние было … Во рту – словно сто кошек нагадили, в голове, впрочем, тоже самое. Только там, в голове имею ввиду, они не просто нагадили и ушли, а уселись рядом, завывая на все голоса. Вот такое ощущение складывалось. Особо мерзкие ещё пытались скрести когтями по мозгу. Все-таки, бухать нужно под соответствующее настроение. Тогда и не возникает подобных последствий.

С трудом добрался до офиса, хотя, как ни странно, приехал вовремя. Очень постарался не привлекать ничьё внимание, пробираясь к родному кабинету. Евангелина уже была на месте. Спит она что ли под дверью, не пойму.

– Здравствуйте, Антон Львович.

От неожиданности меня подкинуло на месте. Учитывая состояние, кошки в голове сразу же разорались сильнее.

– Гелик…Твою ж мать. Чего ты подкрадываешься?

– Я? – Стажерка бестолково хлопала глазами, явно не считая мое обвинение справедливым.

– Нет, блин, я! Чё тебе не спится? Во сколько ты пришла вообще? Сегодня же я не опоздал. Вовремя.

– Так я поспала на диванчике.

Девица перевела взгляд на упомянутую часть мебельного интерьера.

– В смысле, на диванчике? – Я посмотрел туда же.

– Ну, Вы сказали, проект должен быть доведён до конца к утру. Вот я занималась. Закончила уже поздно. Домой ехать, не было возможности. Транспорт уже не ходит.

Я с недоверием разглядывал стажерку. Действительно, одежда на ней та же. Волосы немного растрепаны. Хотя, в случае Евангелины, это не является таким уж удивительным фактором. Кеды… Да. Кеды на месте. Куда ж без них. Лицо уставшее, глаза красные. Она реально ночевала в кабинете.

– Гелик…Скажи, ты слышала о таком явлении, как такси? Ну, просто, если не в курсе, то можно через специальное приложение заказать себе машину. Это чудо современного прогресса умчит тебя в любую сторону, куда потребуется. Можно же было метнуться домой и хотя бы привести себя в порядок.

– А что не так? – Девица уставилась на меня своими глазищами.

– Мммм… Ну, да. Чего это я. Нет, все отлично. Выглядишь на пять баллов. Ой, да ладно! Что там на пять. На все сто!

Обошел Евангелину, стоявшую у меня на пути, уселся за стол. Потом откинулся назад в кресле, прикрыв глаза, и собрался отключиться от реальности. Наивный я, глупый человек.

– Антон Львович!

– Гелик, такими темпами скоро начну ненавидит свое имя. Чего тебе надо?

– Так проект же… – Стажерка осторожно подкралась ближе, видимо, хотя бы на интуитивном уровне, ощущая мой настрой. Но ей явно не терпелось показать работу. А мне явно не терпелось поскорее сдохнуть. Или поспать в тишине пару часов.

– Что? Что с проектом? Ты все сделала? Закончила?

– Да! – Она даже головой затрясла, отчего разлохмаченные волосы запрыгали по ее плечам, а у меня началось состояние «карусели».

– Вот и чудно. Тогда отцепись от меня. Иди вон…не знаю…проект учи. Чтоб от зубов отлетало. Только отстань, бога ради.

Хватило ее ровно на полчаса. Эти тридцать минут она тяжело вздыхала, сопела и немного постанывала, изнывая от нетерпения.

– Антон Львович!

– Гелик… Ну, что опять? – Я приоткрыл один глаз.

– Извините за настойчивость, однако, хотелось бы, чтоб Вы все же проверили мою работу. Вдруг, что-то там не так.

В этот момент я понял, покоя не видать. Эта настырная, упрямая особа не даст мне тихо, мирно умереть.

– Хорошо. Проверю, ты отстанешь?

Стажерка кивнула, расплываясь довольной улыбкой.

Но наше согласие, к которому удалось прийти столь сложным путем, было прервано мелодией телефонного звонка. Я похлопал себя по карманам. Мой – молчит. Тогда, чей? Мобильник, отвратительно бодро поющий известный мотив, лежал, мигая экраном, на моем столе.

– Ой! Это мое! – Евангелина шустро подскочила к телефону, кстати, далеко не дешевому.

Прежде, чем она успела его убрать с моих глаз, звонок оборвался, и я увидел фото, заменяющее стандартные «обои». Блондинка с распущенными волосами, в купальнике на фоне пальм. Деталей особо рассмотреть не получилось, но то, что девочка, стоявшая на заставке мобильного Евангелины, была чудо, как хороша, вполне заметил.

– Гелик, ты чего? Из этих?

Стажерка уставилась на меня своими выпуклыми линзоидными глазами, видимо, не понимая намеков.

– Ну, у тебя на телефоне фотка девочки. Ты не жалуешь мужчин?

Вот тут до нее дошло. Она моментально покраснела, рот ее, наверное, от удивления, приоткрылся, напоминая букву «о», а глаза полыхнули по моему ухмыляющемуся лицу возмущением.

– Антон Львович, даже если бы это было и так, Вы не имели бы никакого права обсуждать подобные вещи. Но, чтоб исключить недопонимание, на заставке – фотография моей сестры.

– Сестра? Гелик, у тебя есть сестра? Мелькнувшая на экране фотография упорно стояла перед глазами. Пусть это были доли секунды, но того, что успел увидеть, вполне хватило. Там такая задница… Девочка позировала в пол оборота, и фигурка богини, а она точно близка к этому определению, сильно привлекла мое внимание. Хотелось рассмотреть более детально всё в целом. У женщины с идеальным телом не может быть некрасивого лица. Нет, ну, может, конечно. Лукавлю. Случалось. Смотришь со спины – бог мой, что за фея. Поворачивается фасадом – мдаааа…

Но в данном конкретном случае я чувствовал, сестричка у стажёрки – огонь.

– Да, у меня есть сестра. – Евангелина поджала губы. Разговор явно ей не нравится. Интересно… Красавица и чудовище в одной семье?

– Покажи.

– Зачем? – Она даже руки спрятала за спину, будто боялась, что отберу у нее телефон.

– Гелик, не тупи. Судя по всему, твоя сестричка настоящая королева. Хочу убедиться, так ли это.

– Ясно … Как всегда.

С этой многозначительной фразой Евангелина провела пальцем по экрану, снимая блокировку, а потом развернула его ко мне.

Оооо… Дааа… Девушка действительно стояла в пол оборота на фоне белоснежного песка, чистейшей бирюзовой воды и пальм. Похоже, Мальдивы. Ну, такую красотку не грех свозить хоть куда. Купальник скромненько прикрывал лишь необходимое, позволяя рассмотреть шикарную, просто шикарнейшую грудь, офигительную задницу (аллилуйя! Не ошибся!), тонкую талию, длинные, стройные ноги, но главное – боже… это просто кайф для моих глаз. Настоящая услада. Сестрица стажёрки на самом деле оказалась потрясающе красивой. Если это, конечно, не Фотошоп. Светлые волосы она подняла вверх одной рукой, вторую поставив себе на бедро, а соответственно, лицо можно было разглядеть детально. И оно… идеальное. Аккуратный носик, высокие скулы, пухлые губы, удивительно выразительные зелёные глаза. Это свой цвет, интересно? Или линзы? С женщинами сейчас вообще сложно понять, что у них свое. Зачастую – только дурь природная. Девочка на фото чем-то напоминала мне известную голливудскую актрису Скарлетт Йоханссон. Только она была еще красивее. Если вообще подобное возможно.

– Как ее зовут?

Я буквально не мог отвести взгляд от изображения. Где-то на далёких задворках сознания появилась Анастасия Николаевна, с укоризной погрозившая мне пальчиком. Мол, что же ты, Антоша, я должна быть твоей мечтой, а никак не левая незнакомая телка. Но… Одно другому совсем не мешает. Правда?

– Лиза. Мы двойняшки. Все? Рассмотрели? – Стажерка убрала телефон в карман своего отвратительного платья.

– Двойняшки? Серьезно?

Я лихорадочно принялся соображать, вспоминая разницу между близнецами и двойней. Ну, в принципе, все верно. Похожи внешне – близнецы. Тут другой случай. Слава богу. А то бы я охренел, если честно. Одна – богиня, а вторая – невразумительное нечто. Двойняшки – просто родились вместе.

– Да. Серьезно. Все? Мы можем вернуться к проекту?

Евангелина заметно нервничала. Ей разговор о сестре доставлял дискомфорт. Хотя, понять можно. Всю жизнь находиться рядом с такой красавицей, осознавая, что ты ей в подметки не годишься. Представляю, как бедолага, я про Евангелину, конечно, намучалась в школе, к примеру.

– Погоди ты со своим проектом. Уверен, там все идеально. За два дня пребывания рядом с тобой точно пришел к выводу, в этом плане ты – молодец. Так, и что? Где она?

– Кто?

– Гелик! Хватит строить из себя дурочку. Сестра твоя где?

– Дома. Где же ей быть? Она тоже закончила университет. Защищались вместе. Та же самая специальность. Но Лиза не рвется работать.

– Ты знаешь, я ее оооочень понимаю. Зачем девочке работать? У твоей сестры есть парень? Жених? Муж? Прости Господи, не дай боже!

Для себя я решил точно. С прекрасной русалкой мы непременно должны познакомиться. Непременно! Хочу ее. Для начала, увидеть в жизни. И если там все ровно так же, как и на фото… Прости, Настенька, но тебе придется подождать. С тобой у нас ещё есть время.

– Нет. Она сейчас вообще одна.

– Господи! Спасибо!

Стажерка испуганно попятились назад, приняв мои радостные выкрики за приступ безумия.

– Гелик, познакомь нас. Даже так… Не нужно знакомить. Просто состыкуй. Организуй встречу. Дальше – я сам. Ок?

– Нет.

Резкий категоричный отказ Евангелины вызвал у меня ступор. Во-первых, как она вообще решилась на подобный ответ? Человек, который совсем недавно бегал по району в поисках еды для меня? Ни сказав при этом ни одного слова против? А тут вдруг бунт.

– Гелик!

– Нет, Антон Львович, даже не говорите ничего. Исключено.

– Мммм… – Я с умным видом сделал пару шагов назад, облокотился о столешницу задом, а потом, сложив руки на груди, нанес удар исподтишка. – Тогда мне придется выполнить задание начальства… Эх… Жаль. Могли бы сработаться.

– Какое задание? – Евангелина подняла растерянный взгляд. Она вообще была в состоянии полного раздрая. Интересно, неужто сестрица так сильно испортила ей жизнь?

– Да видишь ли, Николай Андреевич стажёров не жалует. Вообще. А за тебя, так понимаю, просил некто, кому впрямую он отказать не смог. Поэтому, в первый же день, я получил четкое указание, выжить тебя. Сделать так, чтоб ты сбежала.

– Зачем… Зачем Вы мне об этом сейчас говорите?

Девочку можно было бы пожалеть. Слишком уж несчастной она выглядела. Но… Я хочу русалку. Хочу! А значит, в ход могут идти любые способы, чтоб добиться желаемого.

– Смотри… Да, ты теперь, зная всю суть, можешь набраться терпения и стоически выносить любые мои издевательства. Но в итоге, нормальной стажировки не выйдет. Так, одно мучение. Однако, если мы сейчас сговоримся, обещаю, изменить мнение генерального, оставить тебя при себе, максимально дать доступ к работе, основательно, с полной отдачей. Сама понимаешь, это будет действительно стажировка, которая подарит тебе очень, очень, очень много. Я познакомлю тебя с нужными людьми. Именно теми, которые пригодятся в дальнейшей карьере. Так понимаю, связи есть, но нужна хорошая практика. Ты отдаешься работе полностью. Хочешь стать настоящим профессионалом. Я гарантирую тебе эту возможность.

– Взамен Вы хотите знакомство с Лизой?

Евангелина смотрела куда-то в сторону. Причем взгляд ее был пустой, безэмоциональный, хотя я прекрасно ощущал, девчонка переживает. Ей безумно не нравится мысль о возможной встрече меня и русалки. Откуда это упрямство, интересно? Жалко что ли?

– Да. Взамен я хочу лишь возможность знакомства. Не урод, сводить меня ни с кем не надо. Вполне могу сам. Но вот случай… Ситуация. Стечение обстоятельств. Это, да. Мелочь, правда?

– Хорошо. – Евангелина решительно вздернула подбородок. – Подумаю, как это устроить. Извините, займусь проектом. Нужно выучить, чтоб от зубов отлетало.

Стажерка взяла рабочий планшет, лежащий на краю стола, видимо, туда она тоже скинула всю информацию для удобства, а потом уселась на диван, погрузившись в будущую рекламную компанию господина Минаева.

Глава седьмая

Весь день Евангелина упорно меня игнорировала. Просто снежная королева. Не меньше. Я успел поспать, потупить, бестолково глядя в комп, сходить в соседние отделы, поболтать с парочкой симпатичных барышень. Они обе по мне весьма сильно «сохли», что секретом ни для кого не являлось. На последнем корпоративе одна даже ухитрилась воспользоваться моим состоянием и затащить в туалет. Я – джентльмен, подробности рассказывать не буду. Но в общем, все прошло неплохо. Трезвый вряд ли бы, конечно, повелся, простовата на мой вкус. Однако, в тот момент было по фигу.

Да, по-хорошему нужно заняться самому важным проектом, а не страдать ерундой. Но… Во-первых, отвратительное физическое состояние никуда не исчезло. Голова гудела, как набатный колокол. Мне все так же хотелось сдохнуть. Во-вторых, внутри присутствовало лёгкое волнение и предвкушение. Ожидание чего-то интересного. Честно говоря, давно не испытывал ничего подобного. Девочка зацепила меня очень сильно. Это я о сестре стажёрки, естественно. Что поделать, обожаю красивые вещи. Возможно, кто-то назовет меня циничным. Как же так! Говорю про женщину и использую слово «вещь». Давайте будем объективными. А разве нет? Женщина не просто вещь. Это – очень дорогая вещь. Причем, если ты на самом деле хочешь нечто эксклюзивное, будь готов, что эксклюзив выйдет тебе совсем в немаленькую копеечку. Заметьте, не существует ни одной сказки, в которой принцесса полюбила бы нищего крестьянина и ушла к нему в хижину строить счастливое будущее. Нет. Им всем подавай принца. Вот обратная история, да. Сама – бедная мышь без гроша за душой, но влюбляется обязательно в принца. И конечно же, всех этих героинь сказочных историй выручает, что? Правильно! Смазливая мордаха. Соответственно, девочки с детства понимают одну очень простую для них истину. Хочешь принца, будь готова хорошо продать свою внешность. Нет внешности? Ну, прости, тогда и сказки не будет. Тогда, вот тебе – простой парень, создавай с ним ячейку общества. Но даже эти непривлекательные особы все равно надеются, что кусочек пирога со сливками и вишенкой перепадет им в том числе. Чувства, любовь, скажите вы. Женщины они же столь эмоциональны! Ну, есть такое. Ок. Однако, повторюсь, предметом страданий всегда становится мужик с потенциалом и возможностями. Знаете случаи, чтоб какая-то девочка сходила с ума симпатичному бомжу? Вот и я не знаю.

– Гелик, – Спустя некоторое время, уже не выдержал этой гнетущей повисшей паузы. – Как успехи?

Девица оторвала взгляд от планшета, а потом уставилась на меня поверх очков. Молча. Господи, такое чувство, будто я не с сестрой прошу познакомить, а душу продать. Ощущаю себя почти Люцифером.

– Антон Львович, Вы дали задание изучить проект от первой буквы до последней запятой. Я этим и занимаюсь. Кто-то же должен заняться делом.

Оооо… Мелко как. Меленько. Такое себе укольчик. Она думала, после этого я проникнуть профессиональным долгом, вырву планшет из ее рук и брошусь вникать в маркетинговый план развития? Какая же смешная девочка.

– Слушай, Гелик, по моему ты уже знаешь бизнес Минаева уже лучше, чем сам Минаев.

– Завтра у нас встреча. Точнее, у Вас. – Евангелина сделала акцент на последнем слове, – С тем самым Минаевым. Я подумала, может, так и преподнести, что проект Ваш, но мне позволено принять в нем участие. Как экзамен для нового сотрудника. Чтоб не вдаваться в подробности со стажировкой. Если, конечно, Вы не против.

– Да все отлично, Гелик. Превосходный вариант. – Я отмахнулся от деятельного настроя Евангелины. – Так и поступим. Кстати, о встрече слышу первый раз. Когда успели договориться?

– Пока Вы спали лицом на столе, – Осуждающий взгляд учителя, заставшего ученика за списыванием, – На Ваш телефон пришло сообщение от секретаря Минаева. Оно на экране высветилось. Я видела текст.

Вот черт. Схватил мобильник, разблокировал. И то верно. Сообщение от секретаря. Все, как сказала стажерка. Глазастая, однако, девица. Собрался с умным видом отчитать ее за любопытство. Удумала, тоже мне. Подглядывать за перепиской шефа. Однако, телефон в руке завибрировал. На экране высветилось довольная физиономия Дена, установленная на его контакт.

– Антоха, здорова! Чё ты там? Не поймал ещё дзен с помощью своего психиатра? – друг совершенно по-идиотски, на мой взгляд, хохотнул.

– Не психиатр, Денчик. Психолог. Это, знаешь, принципиальная вещь. Я, может, и дурак, но пока без диагноза.

– Да хрен с ним. Чё, подтянешься сегодня на стрит рейсинг? Договаривались же.

Я поморщился, вспоминая, когда это состоялся подобный договор. Потом, с трудом, сообразил, как раз в тот день, когда отмечали днюху. Когда поспорили за мой курс психотерапии. Не очень люблю всю эту тему. Вернее, даже равнодушен к ней. Может, потому что не пробовал. Но вот Ден прибивается по ней со страшной силой.

– Антоша, из твоего молчания делаю два вывода: либо ты ни черта не помнишь, либо думаешь в данную минуту, как соскочить. Так вот. Даже не пытайся. Усёк? В конце концов, ты мне кореш или кто? Я планирую сегодня принять участие. Мне даже тачку подготовили. Тем более, будет не просто check-point, от точки до точки, а city-style.

– Круто. Особенно, если бы я понимал, о чем речь и в чем разница. По мне ты просто блещешь английскими словечками.

– Ок. Смотри. Не просто гонка на пару километров, а, можно сказать, ориентирование по ночному городу по специальному маршруту. Ну, типа «казаки-разбойники», только на тачках. И я впервые стану участником, а не зрителем. Так что, Антоша, бери тёлочку посимпатичнее, чтоб не скучать, и подтягивайся ко времени. Понял?

Тёлочку…Ну, ладно… Девочки любят все эти экстремальные возбуждающие мероприятия. Кого взять только, надо подумать.

В этот момент мой взгляд упал на склоненную голову стажёрки, которая, пользуясь тем, что шеф отвлекся, вновь погрузилась в изучение проекта Минаева. Делайте неожиданные поступки… Так, кажется, сказала Анастасия Николаевна. Совершайте то, что в других обстоятельствах Вы бы не совершили …

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.