Натали Измор
Реставрация чувств

Глава 1

Мягкий свет софитов и довольно громкая музыка. Предполагалось, что посещение данного мероприятия позволит мне немного расслабиться, почувствовать атмосферу праздника и приобщиться к студенческой жизни.

Как-то так вышло, что первые годы обучения у меня совершенно не возникало желания общаться с одногруппниками. Посещала дополнительные занятия и уходила, мне вполне хватало компании самой себя и вороха учебников.

Сперва особо не хотелось заводить близких друзей, а потом люди начали сторониться меня самой. Музыка стала на мгновение тише, и я прикрыла глаза. Заказанный мартини с мятой почему-то очень долго не хотел заканчиваться.

Как я вообще оказалась на вечеринке посвящённой Хэллоуину? Я решила попробовать. Просто попробовать жить и быть как обычные люди. К тому же постоянные разговоры за спиной, что я совершенно невыносимая, поэтому мне никогда не влиться в социальную жизнь. Меня это покоробило, взыграла гордость, да и близость окончания университета также сыграла свою роль.

Всё являлось для меня чистой воды экспериментом. В итоге я решила не слишком сильно мучиться с выбором костюма. Среди редко используемых вещей отыскала одно белое платье, к которому я наспех пришила боа голубого цвета, купила недорогую корону с белыми и голубыми блестящими камушками из пластика, какую-то детскую палочку со звёздочкой. Её от души полила клеем и обсыпала блёстками. Надеюсь, что хозяйка моей комнаты не будет слишком сильно злиться за испорченный ковёр.

Одногруппники разделились во мнениях всё-таки кто я: Эльза из мультика или Снежная королева. Правда, довольно быстро – в течение полутора часов – эти люди смогли прийти к общему знаменателю. Всё-таки Снежная Королева победила. Ведь стерва же. Холодная, недоступная, и характер у меня как ледяное дерьмо.

Повела плечами.

Мимо меня ходили туда-сюда вампиры, ведьмы зомби, где-то мелькали преподаватели как нашего факультета искусств, так и другие члены трудового состава международного университета деловых отношений в костюмах или без. Люди веселились, а я сидела в самом тёмном углу и пила слабенький коктейль.

Нет, не могу назвать себя ханжой, но с определённого момента в моей жизни слово «праздник» поблекло. Наверное, ложись судьба иначе, сейчас я могла бы танцевать среди остальных, наслаждаться чудесным вечером и радоваться последним студенческим денькам. Ну как последним?

Мне оставалось доучиться четвёртом курсе всего полгода. В принципе, будущая профессия меня вполне устраивала, так как не требовала контактировать с большим количеством людей. Пожалуй, своей и так не слишком большой группе реставраторов я запомнюсь именно такой: холодный снежной королевой без души. Усмехнулась. Если бы кто-нибудь знал… С другой стороны: меньше знают – крепче спят. Мне всегда нравилась это поговорка.

Несколько раз замечала, как из помещения клуба выходят интересные пары – студенты и их преподаватели. И не всегда можно было с точностью сказать, что этих людей связывают исключительно учебно-деловые отношения.

Последний глоток холодного напитка. Снова зажигательная музыка, визг, веселье, танцы. Всё по кругу, как в калейдоскопе. Словно карусель с яркими красками раскрутили, и никто не собирался её останавливать. Заметила и обычные парочки студентов, которые зажимались по углам, целовались и ощущали себя явно совершенно счастливыми. Хотела бы я сказать, что не завидую, но дело в том, что зависть давным-давно поселилась в моём сердце.

Настроение стремительно портилось, поэтому я приняла решение покинуть сей праздник жизни, благо деньги уже уплачены даже сверх того, что мне удалось продегустировать. В гардеробе я забрала своё пальто светло-песочного цвета, накинула на плечи, поискала по карманам тонкий шарф, но обнаружить его так и не смогла. Видимо потерялся либо кто-то случайно перепутал со своим.

Не такая на самом деле большая потеря. Наспех застегнула пальто, поправила воротник и вышла из клуба. Взглянула на наручные часы. Одиннадцать часов вечера: самое время развлекаться и праздновать. Прикинула мысленно, что идти до дома, где я снимала комнату, не более получаса. Заодно по пути можно зайти в магазин и купить какие-то продукты. В холодильнике перманентно вешалась мышь. Порой даже соседка по квартире из жалости делилась со мной едой.

Не то, чтобы я так уж бедствовала, но вот с необдуманными тратами у меня имелись явные проблемы. Я подрабатывала по специальности то там, то сям, реставрируя какие-то не самые габаритные предметы мебели, посуду, восстанавливая рисунки на керамике. Конечно же, первым делом откладывала на квартиру и оплату коммунальных услуг. Остальные заработанные деньги могла запросто спустить на кисти, краски растворители, гипс, поталь или ещё какую-нибудь «художественную бурду», как иногда шутила девушка, что снимала соседнюю комнату. Наверное, единственное, с чем в этой жизни мне повезло – это моя соседка. Александра девчонкой оказалась бойкой. Совершенная противоположность мне. Одевалась она как мальчишка. По крайней мере, мне так казалось, ибо я всё-таки привыкла относить кожаные куртки и высокие сапоги на шнуровке с более мужским стилем. А может быть просто я всё-таки ханжа. При всём своём неоднозначном внешнем облике, более рационального человека, пожалуй, встречать мне не доводилось. Единственное, что меня совсем не устраивало в соседке: её периодические фразы «давай найдём тебе мужика?».

– Ой, – я настолько ушла в пространственные размышления, что не заметила прохожего, в которого врезалась со всей дури.

– Нечаева? Что ты здесь делаешь? – услышала я знакомый хриплый голос, на который тут же дрожью среагировало тело.

Поднимая взгляд, я уже знала, кого увижу. Сердце болезненно замерло, пропуская удар.

Глава 2

Ну и вот как мне понимать произошедшее? Сейчас, сидя в большом кресле и наблюдая за тем, как ветер качает деревья за окном, чувствуя себя в относительной безопасности, странно представить, что подобная ситуация вообще могла произойти.

Встреча с одним из преподавателей оказалась для меня неожиданностью. Да, сперва мне не хотелось видеть этого человека и слышать, но позже я кардинально поменяла собственное мнение. Точнее постаралась перестать врать самой себе.

– Я совершенно о тебе ничего не знаю. У тебя есть кому позвонить и забрать тебя? – Шельмов всунул мне в руки кружку с горячим чаем.

– Нет, я живу на съёмной квартире, – качнула головой и приняла кружку из его рук, буквально на мгновение коснувшись пальцами горячей кожи. – Спасибо.

– Ты живёшь одна? – Казимир Алексеевич опустился в кресло напротив.

– Ну я не всю квартиру конечно же снимаю, – как-то нервно улыбнулась, замолчала ненадолго, сделала глоток пахнущего жасмином и шиповником напитка. – Комнатку снимаю, соседка есть. Но она сегодня ночует у своего парня, поэтому мне действительно некому позвонить.

– А как же родители? – Шельмов нахмурился, о чём-то напряжённо размышляя.

Я искоса взглянула на преподавателя живописи и постаралась отвести взгляд, чтобы он не заметил мой интерес. Красивый, как по мне. Достаточно высокий, но не шпала, как бывает. Подвижные чёрные брови. Волосы цвета мокрого асфальта, как любят сравнивать классики, всегда аккуратно зачёсанные и уложенные с какой-то особенной элегантной небрежностью, сейчас чуть больше растрепались. Аккуратно подстриженная борода и запах парфюмерии, словно Казимир вышел из салона перед тем, как столкнуться со мной. Постаралась отогнать неуместные мысли.

– У меня тётка живёт в области в деревне, – решила говорить, чтобы не думать обо всяком…постороннем. – Родителей давно нет, – старалась не смотреть на преподавателя, но взгляд то и дело соскальзывал в его сторону. – Вы не переживайте, я дождусь открытия метро или начала движения автобусов и сразу же уеду.

– Нечаева, голос Казимира Алексеевича показался мне слишком взволнованным и даже грубым. – Вот скажи, ты считаешь, что я похож на того, кто способен обидеть девушку? Бросить в беде?

– Нет, конечно, что вы! – едва не облилась чаем, дёрнувшись.

Встретилась взглядом на миг с серо-зелёными глазами и нервно сглотнула. Почему рядом с этим мужчиной я враз тупела и превращалась в полнейшую размазню? Где та самая Снежная Королева?

«Там, где осталась твоя корона с дешманскими стразиками, – услужливо напомнил внутренний голос». Да уж. И главное, ведь ничего не предвещало, как мне казалось в момент столкновения.

Как я вообще оказалась в гостях у своего преподавателя? Да по-идиотски!

В тот момент, совершенно не думая о том, что делаю, разгорячённая выпитым коктейлем и испуганная неожиданностью, я попыталась найти спасение в уходящем общественном транспорте. Точнее, я рванула к остановке, позабыв, что на каблуках и в платье. Автобус уехал в итоге. Ведь мне не удалось добежать немного, буквально немного. Может быть, мне и удалось бы проскользнуть в закрывающиеся двери, вот только то ли что-то оказалось разлито на пути, то ли сыграла роль моя неуклюжесть, но я растянулась прямо посреди остановки. Казимир Алексеевич, надо отдать ему должное, довольно быстро помог мне подняться. И в этот момент, осматриваясь по сторонам, я осознала, то нахожусь в совершенно другой стороне от своего дома, понятия не имею, как сюда забрела, а последний автобус, на котором я могла бы добраться хоть куда-то, печально растворился в ночи.

На вопрос преподавателя о том, что со мной случилось, совершенно позорнейшим образом разрыдалась. И совсем не помню, как оказалось дома у нашего нелюдимого затворника, о котором практически никто ничего не знал.

Казимир Алексеевич Шельмов приходил на занятия, проводил уроки, делал какие-то пометки в журнале о нашей успеваемости. На лекциях рассказывал о живописи, об архитектуре. А потом уходил из университета тихо и незаметно. Про Казимира Алексеевича ходило очень много слухов. Начиная от того, что он женат на стерве-деспотичке, которая отслеживает его передвижения по gps, заканчивая тем, что он маньяк и прячет трупы по подвалам, а свои картины рисует кровью.

Студенты очень интересные люди. А говорят, что только бабки охочи до слухов. В любом случае я никому не собиралась рассказывать о том, что побывала в квартире нашего загадочного Живописца. Всё равно мне никто не – это во-первых. Во-вторых мне некому рассказывать подобные секреты.

– Нечаева о чём ты так сильно задумалась? – вопрос, заданный хрипловатым голосом преподавателя, заставил меня вздрогнуть и испуганно посмотреть на мужчину.

– А в университете говорят, что вы трупы его подвалам прячете, и что у вас жена истеричка, – вырвалось быстрее, чем я успела прикусить язык. И зажатый спешно ладонью рот вряд ли был способен спасти ситуацию.

– Нечаева!

– Простите, вырвалось! – пропищала и опустила голову, чтобы избежать внимательного взгляда. – Я сегодня крайне разговорчива.

– Может быть со стороны я и похож на известного персонажа фольклора, – Казимир усмехнулся и поднялся из кресла. – Но могу тебя заверить, что никаких трупов в моём скромном жилище уж точно нет. Надеюсь, что тебе достанет ума не трезвонить на каждом шагу о том, что ты здесь находилась.

– Казимир Алексеевич, – посмотрела осторожно на Шельмова, отмечая, что он не злится и вполне спокоен. – Уж поверьте, мне совершенно некому о чём бы то ни было рассказывать. У меня даже друзей нет

– Как так вышло, что у молодой студентки и нет ни подруг, ни приятелей? – я проследила за тем, как преподаватель живописи подошёл к шкафу в углу, достал плед и простыню с нижней полки и обернулся.

– Знаете, это очень личный вопрос. Разрешите меня на него не отвечать, – пробормотала сконфуженно, думая о чём угодно, только не о том, о чём надо

– Я постелю тебе в гостиной на диване, – отмер наконец-то Казимир Алексеевич. – Надеюсь, ты не будешь против.

– Спасибо большое. Я не стану стеснять вас слишком долго, – несколько раз моргнула, почему-то любуясь, как Шельмов раскидывает простыню на широком тёмно-сером диване.

– Тебе всё равно не нужно торопиться. Завтра суббота. Выспись, приди в себя, позавтракаешь и поедешь домой, – Казимир развернул плед и положил его поверх простыни.

– Спасибо вам, – я продолжала сидеть, вцепившись в кружку, уже пустую, но расставаться с ней не хотелось.

– Ванная и туалет там, кухня там, я сплю там, – Шельмов указал, где и что находится, сложил руки на груди. – Доброй ночи, – почему-то резко разозлившись непонятно на что, мужчина поспешил к себе в комнату и хлопнул дверью.

Я смотрела на закрытую дверь спальни и моргала, как маленький совёнок. Вот тебе и Хэллоуин. Беспощадный.

Глава 3

Просыпаться от того, что тебе болит голова, это не самый лучший способ встретить утром. Причём причина головных страданий оказалась совершенно не такой, как можно подумать. Алкоголь не при чём. Виной всему злосчастный диван. Точнее – отсутствие на нём подушки.

С тихим-тихим кряхтением села, потёрла ладонями лицо, не сразу вспомнив, что макияж вчера так и не смыла. Собиралась, но не хотела трогать без спроса полотенца или что-либо ещё, поэтому улеглась в чём было и как было.

Не сразу поняла, что вызывает такое странное ощущение между лопаток. Потянулась осторожно к плечу рукой, со вздохом поняла, что несчастная боа не выдержало нагрузки и оторвалось в процессе сна. С одной стороны, конечно же, жалко окончательно испорченной вещи, с другой стороны – моё пальто достаточно плотно запахивается, чтобы не появилось возможности рассмотреть нанесённый платью ущерб.

Взглянула на улицу, отмечая, что рассвет едва наступил. Замерла, прислушиваясь к тому, что происходило в квартире. Тишина. Я тихонько встала и направилась к спальне преподавателя. То ли не до конца проснулась, то ли у меня просто что-то перемкнуло в голове, но вместо того, чтобы постучаться и позвать по имени, фамилии и отчеству преподавателя, я осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

Казимир Алексеевич спал на кровати. Одеяло сползло, открываем крепкое приятно сложенное тело мужчины. Несмотря на ранний час света с улицы вполне хватало, чтобы я смогла увидеть, каким красивым может быть тот, о ком запрещено даже думать. Тихо закрыла дверь и сделала несколько шагов назад, пятясь к дивану.

Видение собственного преподавателя, такого беззащитного и такого чертовски привлекательного, никак не хотела пропадать. Закрытые глаза тоже не помогали. Похлопала себя по щекам и помотала головой. О чём я только думаю? Это же мой препод по живописи!

«Как будто что-то изменилось, – пробормотала себе под нос. – Нет, Раиса, тебе даже на сантиметр не позволено думать о чём-то подобном»

Сглотнула вставшую вязкой слюну, и потёрла переносицу. Почему-то одновременно хотелось бежать и спрятаться, но при этом также сильно остаться и попробовать… Что?

«Нет, ну я же, в конце концов, не свинья какая-нибудь, – продолжила содержательный разговор сама с собой. – Я же не могу уйти просто так».

В любом случае, мне понадобится хотя бы умыться перед тем, как укатиться восвояси, ведь то, в каком виде сейчас я находилась, вряд ли поспособствовало бы моему нормальному возвращению домой. Как минимум могли меня не пустить в метро, как максимум – попробовать увести в опорный пункт и проверить на наличие алкоголя. Такой сильный залёт ещё и перед выпуском совершенно не входил в мои планы.

– Да, Раиса, продолжай искать себе тысячу и одну оправдание. Сказочница, – вздохнула и пошла в сторону кухни, которая совмещалась с гостиной. Я понятия не имела, есть ли постоянная или приходящая женщина у Шельмова, поэтому решила всё-таки рискнуть и хоть как-то отблагодарить за то, что он помог мне вчера.

В холодильнике обнаружились продукты, но не так чтобы было ясно на сто процентов, что в этом доме есть хозяйка. Со стороны может показаться смешным, но на самом деле каждая женщина знает на подсознательном уровне как выглядит холодильник холостяцкий, а как выглядит тот, которым пользуется женщина. Понадеялась, что Живописец, как звали его за спиной студенты, простит мне такое наглое вторжение. Взяла небольшой кусочек мяса, овощи, помидоры и два яйца.

Приготовление довольно простого завтрака не заняло много времени. Жареное мясо, салат, яйца – вполне гармонично и полезно. Всё же, если судить по внешнему виду Казимира, то он точно занимался периодически спортом, а соответственно следил за собственным питанием.

– Нечаева? – раздалось внезапно удивлённое за спиной.

– Казимир Алексеевич, – я испуганно обернулась, едва не уронив вилки, которые выкладывала на столе.

– Ты довольно рано поднялась, – меня смерили задумчивым и немного растерянным со сна взглядом.

– Да. Простите, пожалуйста, я воспользовалась вашей кухней. Хотела вас как-то отблагодарить.

И в этот момент как назло в животе заурчало. Я стыдливо отвела взгляд, возвращаясь к выкладке столовых приборов. Казимир на некоторое время исчез из моего поля зрения, хлопнула дверца шкафа. После чего он подошёл ко мне и протянул два больших полотенца.

– Извини, это моё упущение. Я понимаю, что тебе нужно привести себя в порядок. Поэтому я не стану тебя стеснять, позавтракаю и ненадолго уйду, – в голосе мужчины снова проскользнуло непонятное мне напряжение.

– Нет, что вы. Мне достаточно будет просто умыться, и я поеду домой, – обхватила себя руками и покачала головой.

Я старательно отводила глаза, не только потому, что мне было неудобно подумать о том, чтобы принять полностью душ в квартире Живописца. Но и потому, что мой взгляд то и дело пытался соскользнуть в сторону обнажённой мускулистой груди и тонкой полоски волос, от пупка уходившей под резинку мягких домашних штанов.

– Нечаева с тобой что-то не так? – пожалуй, более неудобный вопрос нужно было умудриться задать.

– Нет, всё в порядке, – прочистила горло и постаралась взять себя в руки. Спасибо вам. И простите, что доставила столько неудобств, – приняла из рук Казимира полотенца и посмотрела на него, чуть задрав голову. – Приятного аппетита.

Мысленно ругая себя разными словами, поторопилась в ванную комнату, где и заперлась. Некоторое время стояла перед зеркалом, рассматривая весь тот самый настоящий кошмар, который случился на моём лице, понимала, что это всё видел хозяин квартиры. Пришла в дополнительный ужас, но поздно. В любом случае хуже ситуации уже и быть не могло. Включила воду, скинула платье, попутно оторвала от него остатки боа и выбросила в мусорку, что стояла под раковиной.

Умылась, прополоскала рот и всё-таки решила заскочить в душевую кабину. Благо ванная комната не являлась совмещённой, поэтому я никого не стесняла. Вроде бы. Я честно старалась не думать о своём преподавателе, но мыслями всё равно раз за разом возвращалась сперва к тому, что видела в спальне: такого домашнего и такого уютного, а потом к нашему разговору на кухне.

Между нами совершенно не могло быть! Ничего общего! Я это прекрасно понимала. Не должна строить иллюзий. Вот только почему мне хотелось взять и разрушить так тщательно выстроенные барьеры?

Из душа вышла с полной уверенностью, что в квартире никого нет. Кто же знал, что я ошибаюсь? Думала, что спокойно вытрусь, осмотрю платье на предмет дополнительных повреждений и после этого оденусь. Но я едва успела положить на диван свою одежду, как послышался шорох. Благо додумалась всё-таки напялить бельё обратно.

Я обернулась и впечаталась в Казимира. Растерянно подняла взгляд. Я никогда не видела прежде, чтобы на меня так смотрели. Какое-то дикое неестественное смешение чувств, которые совершенно не могла понять и как-то охарактеризовать. И меньше всего ожидала, что Казимир наклонится и, обхватив моё лицо широкими ладонями, внезапно поцелует. И совершенно не думала, что осмелюсь ответить.

Глава 4

Поцелуй длился несколько томительных минут, за которые, как оказалось, я успела обхватить шею Казимира и прижаться к нему всем телом, а он – стащить с меня полотенце. Поцелуй прервался так же быстро, как и начался.

Мы стояли и смотрели друг на друга совершенно растерянные.

– Я не должен был.

– Я не должна была.

Синхронно сделали шаг друг от друга. Я схватила полотенце, прикрылась. Казимир молча рассматривал меня. Слишком длинную минуту, так похожую на вечность. А после, ничего не говоря, развернулся на сто восемьдесят градусов и вышел в коридор. Хлопнула входная дверь. Я осталась в тишине чужой квартиры – растерянная и обескураженная произошедшим.

Ещё некоторое время я продолжала стоять в ступоре, сжимая в руках полотенце. Губы горели, сердце бешено колотилось. Я лихорадочно пыталась сообразить, что мне делать. Мгновенное замешательство, при котором постаралась осознать всё и сразу, сменилось паникой. Да, её буквально сразу же удалось пресечь каким-то немыслимым чудом и взять себя в руки. Посыпать голову пеплом буду потом. Быстро влезла в платье, с трудом застегнул молнию на боку, схватила сумочку, накинула пальто и выбежала из квартиры преподавателя.

Хотя опасалась, что мы можем столкнуться в подъезде, либо во дворе дома, но ни там, ни там мужчины не оказалось. Благо всё-таки денег на общественный транспорт мне хватило. Весь путь до своего дома, я провела в размышлениях и попытках отыскать тот самый мотивационный щелчок, который мог сработать. Смешно было поверить, что Казимир Алексеевич настолько сильно впечатлился моей фигурой или наличием хоть какой-то женщины в непосредственной близости от себя.

– Все мужики бабники, – проворчала, а после испуганно прикрыла рот ладошкой, обратив внимание, как в мою сторону покосилось несколько людей. Оставшийся путь постаралась не думать так громко и следить за собственной речью, что не ляпнуть ещё что-нибудь.

Двойная пересадка, осенний туман. На остановке ближайшей к своему дому я некоторое время стояла, бездумно глядя на табло с расписанием. И только когда мне посигналили из проезжавшей мимо машины, встрепенулась и, испугавшись непонятно чего, поспешила в арку дома. Снова вернулась в воспоминаниях к произошедшей ситуации. В какой-то момент навязчивые мысли настолько меня задушили, что пришлось остановиться и опереться руками на дерево. Прохладный воздух врывался в лёгкие. Да, конечно я могла заболеть, но сейчас это меня волновало меньше всего на свете.

– Раиса? Ты что здесь делаешь? – послышался за спиной знакомый женский голос.

– Гуляю, – выдавила я, оборачиваясь и рассматривая уставшим взглядом свою соседку по квартире. – Встречный вопрос. Ты собиралась провести свои выходные с друзьями.

– Мы поссорились с Колей и поэтому, – Александра потрясла пакетами, которые держала в руках. – Поэтому вместо того, чтобы бессмысленно проводить это чудесное время выходных дней, я решила вернуться домой. По пути прикупить еды, а-то тупить в сериалы без вкусняшек очень грустно.

Я активно покивала, показывая, что понимаю, о чём она говорит. Поморщилась из-за собственной заторможенной реакции и отлепилась от дерева.

– А ты что? Получается, не ночевала дома? – соседка смерила меня подозрительным взглядом, брови её приподнялись, когда она приметила грязные туфли, отсутствие реквизита и мой общий помятый вид.

– Это долгая история, – вздохнуть хотелось коротко, но вышло как-то трагично и надрывно.

– Ладно. Пойдём лучше поговорим на кухне. Если, конечно, ты захочешь рассказать, – соседка выглядела уставшей и немного замученной.

Я протянула руку, предлагая свою помощь. Алекса с готовностью вручила мне один из пакетов.

Спустя полчаса мы сидели на нашей небольшой уютной кухне, пили чай с печеньем и преимущественно молчали. Знаете это состояние, когда не обязательно даже о чём-то говорить? У каждой из нас свои собственные проблемы и нам было уютно молчать друг с другом. Личные демоны каждой сосуществовали в комфорте. Пожалуй, это даже можно было назвать дружбой. Тем более за столько-то лет.

– Слушай ну ладно у меня Николай козёл совершеннейший, – не выдержала наконец соседка. – Но что произошло у тебя? Ты же собиралась там назло всем отдохнуть.

Я потёрла переносицу, сделала крупный глоток чаю с бергамотом. Вдохнула, выдохнула и посмотрела на Александру.

– Я ночевала у своего преподавателя.

Саша подавилась чаем, закашлялась, несколько раз похлопала себя по груди, пытаясь вернуть дыхание и возможность говорить

– Раиса, ты что сделала? – сипло выдавила девушка, дрожащими руками ставя свою чашку на стол и едва не промахиваясь.

– Да-да ты всё правильно расслышала, – кивнула, потом спохватилась, что могу быть не верно истолкована. – Но я не в том смысле ночевала! Я просто ночевала, – закрыла лицо рукой и покачала головой.

– Так подожди, Раиса, ты же, – Александра взъерошила волосы и выдохнула. – Слушай, я совсем ничего не понимаю.

– Нет, я не спала с ним. Я спала у него в квартире, – предпринятая мной вторая попытка выглядела, кажется, ещё хуже первой.

– Дорогая соседка, ты меня сейчас очень сильно пугаешь. Где и у кого ты была этой ночью? Ты ведь собиралась идти на студенческую вечеринку. В клуб, – Алекса сделала странный жест рукой, словно взбивает воздух. – Я прекрасно помню, как ты уходила: вся такая в короне, белом платье, в блёстках. Кстати, а где этот непередаваемый пух, который ты пришивала почти два дня?

– Знаешь, я убедилась в карме и уверовала в приметы, – кроме кошмарного боа я вспомнила и другой момент, который меня насторожил вчера. – Что мне всё-таки не стоило туда ходить.

– Почему? – Александра встала и сделала себе ещё чаю, прихватила со столешницы салфетку и убрала ей пролитое перед тем, как сесть обратно.

– Да я когда в клуб заходила, то столкнулась с одним из посетителей. Не знаю он мне показался незнакомым, но будто где-то мелькал. Но ты же прекрасно в курсе, что у меня весь МУДО незнакомые лица. Так вот, мы столкнулись, я едва не упала, он меня придержал, – как могла объяснила, понимая, что с коммуникацией у меня всё-таки явные проблемы.

– Преподаватель?

– Да нет, – вздохнула. – Просто какой-то чувак. Ой, я не знаю, как объяснить, – всплеснула руками. Короче, я сейчас думаю, что это был очень плохой знак. Мне не нужно было туда идти. Вообще!

– Раиса…, – мне не понравилась интонация соседки.

– Да? – я настороженно посмотрела на Александру, сверлившую меня нечитаемым взглядом.

– Если тебя изнасиловали, то нужно обратиться в полицию, – медленно и вкрадчиво произнесла девушка.

– Да не насиловал меня никто! – стукнула чашкой по столу и закрыла лицо руками, всхлипнула.

– Тогда что произошло? Ты можешь объяснить по-человечески?

Вместо ответа я сорвалась со стула, метнулась к себе в комнату, вытащила огромный альбом из нижнего ящика комода и принесла его на кухню. Кинула на стол поближе к соседке.

– Что это? – настороженно посмотрела она на листы бумаги, выехавшие из-под обложки альбома.

– Это тот, у кого я ночевала, – может и не стоило, но из-за последних событий мне удалось понять, что всю жизнь я не смогу сидеть в застенках.

Мне нужно было поделиться тревогами, иначе всё. Каюк. Тот самый, который в новостях в программе «ЧП города» по воскресеньям показывают.

Александра открыл альбом и некоторое время рассматривала мои рисунки: портреты, пейзажи, лёгкие наброски и работы маслом, акварель, пастель, графит.

– Подожди, – соседка потёрла переносицу. – Ты хочешь сказать, что ты сегодня провела ночь, – Александра дёрнула головой, – Ночевала у того человека, которого умудрилась полюбить ещё два с половиной года назад?

– А когда я тебе говорила что я… это… э-э-э..? – обескураженно уставилась на соседку.

– Вообще-то на новый год ты была в стельку пьяная, – девушка насмешливо фыркнула. – Сидела одна в комнате, рыдала и рисовала. Я, правда, не хотела тебя беспокоить, но ты уснула на полу среди вороха рисунков. И бормотала, что любишь какого-то Казимира Алексеевича.

Я смотрела на соседку, которая знала обо мне даже больше чем я сама. Медленно опустилась на стул, взяла в руки чашку чаю и прикрыла глаза. Может всё-таки не стоило ходить на эту вечеринку?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.