Аманда Вин
Купленная жена

Глава 1

Ратмир

Просматриваю каталог, наливаю себе виски. Все хорошенькие как на подбор, и не на одно лицо. У этой полные губы и грудь ничего, у этой необычные раскосые глаза, а вот груди вообще, видимо, нет.

Читаю анкеты. Не верится, что они хороши так, как здесь написано. Девственницы, но безупречны в оральном сексе, знакомы со всеми позами, послушны, эрудированны.

Когда мой американский партнёр и хороший знакомый Ричард поделился со мной, что купил себе жену в «специальной организации», я посмотрел на него, как на идиота. А теперь вот сижу и сам просматриваю каталог.

Подумал: а почему, собственно, нет?

Во всем я могу позволить себе лучшее: машину, дом, самолёт, – да все, что угодно. Почему бы не купить и жену, если ее специально готовили стать безупречной спутницей для успешного бизнесмена?

Я прагматичный человек, взвесил все за и против.

Для моего статуса мне давно необходимо жениться, прогнившие консервативные бизнесмены, с которыми мне приходится иметь дело, смотрят на меня с сожалением, когда узнают о моем холостом положении. Некоторым из-за этого становится трудно поставить подпись в нужном месте.

Ещё один плюс и огромный: родители больше не будут давить. А самое главное, если верить этой организации: все девушки были отобраны ещё в детстве из девочек, которые должны были попасть в детдом. У них нет ни родных, ни друзей, ни близких.

Никто не позарится на чужие деньги, не будет со мной судиться…

Пожалуй, это то, что помогает принять окончательное решение: я съезжу и посмотрю. Может, куплю.

Жена-сирота. Идеальный вариант. Но в то же время не какая-то воровка из детдома, а девушка, которая знает свое место.

У Влада жена в прошлом году отсудила половину компании. Не хочу повторять его ошибок.

У меня не будет родственников жены, которые захотят отломить лакомый кусок от моей компании, на которую я положил столько сил.

И да, иметь хорошую любовницу под рукой – это тоже важно для мужского здоровья.

Но вот одна загвоздка. Я попросил прислать каталог с русскими девушками. Не хочется привезти ее в Россию, и чтобы она ничего не понимала, но, кажется, они ошиблись. Я вижу здесь девушек разных национальностей, среди них ни одной русской.

Звоню по телефону горячей линии.

– Здравствуйте, Ратмир Денисович, – отвечает приятный женский голос. Запомнили мой номер?

– Здравствуйте, я упоминал в прошлый раз… Можно ли посмотреть русских девушек?

– Извините, я, наверное, неправильно вас поняла. Русских девушек вы можете посмотреть в России. Организовать для вас экскурсию в наш русский филиал?

Должен сказать, что я шокирован масштабом.

– У вас что… Филиалы по всему миру?

В трубке молчание. Затем слышу на ломаном русском:

– Почти, но мы не хотели бы, чтобы вы об этом распространялись. Понимаете, это благо для них. Мы спасаем их от социального дна, что бывает, когда растёшь без родителей? Они все стали бы девушками… как это сказать? Легкого поведения. А тут, у нас… Мы находим им вторую семью.

– Много русских девушек?

– Да, конечно, очень большой выбор.

– Хорошо, я позвоню, когда буду в России.

Ева

Мне совсем не хочется сегодня тренироваться, но Эмма наблюдает за нами через стеклянную дверь. Как всегда. Знаю наперёд, что ждёт тех, кто плохо старается: она пошлёт всех на дополнительную тренировку.

Собираю последнюю волю в кулак, сосредотачиваюсь на движениях, которые показывает тренер. Гантели вверх-вниз, махи ногой в стороны. Функциональные тренировки, как же я их не люблю. Все ради безупречной фигуры, хотя, на мой взгляд, все мы, итак, слишком идеальны…

Но как говорит Эмма:

– Отъесть жир вы всегда успеете, а из нашего пансиона вы должны выйти совершенством!

После тренировки душ и скудный перекус. Едем организованно в автобусе в наш пансионат «Красная Лилия».

Как всегда, останавливаюсь около входа. Безобидное название, а какое чудовищное место скрывается за этой вывеской. Кто бы знал из прохожих, к чему нас здесь готовят. Я искренне ненавижу это место и скоро попытаюсь отсюда сбежать, если получится.

Слышала сегодня, как шептались девчонки в душе:

– Эльвиру купил шейх, вот ей повезло.

– Я бы не сказала, что ей повезло, этот шейх ежемесячно покупает у нас девственниц, но быстро забивает на них. Что хорошего?

– И что? Лучше жить в его гареме, чем попасть в «Эльдо».

«Эльдо» – элитное заведение в США, там продаются лучшие девушки на одну ночь. Туда попадают все девушки, которых не купили в качестве жены. В России мало кто покупает жен, в основном, нас продают иностранцам. Ещё неизвестно, что хуже: быть работницей «Эльдо» или стать женой какого-нибудь китайца, который убьёт тебя через неделю после замужества. (К сожалению, реальная история одной девочки, правда, она была из английского филиала «Красной Лилии»).

И меня ждёт та же учесть. Если я не сбегу.

Перед сном я каждый день думаю об одном и том же: сбудется ли когда-нибудь моя мечта рассказать миру об этом ужасном месте? Я хочу закрыть его, освободить девушек от этой мерзости.

Ведь каждая из нас достойна нормальной жизни: когда можно самостоятельно выбирать, кем ты будешь и за кого выйдешь замуж и выйдешь ли вообще.

Я знаю, что мои мечты мало осуществимы. Эмма нам регулярно рассказывает «поучительные» истории: как одна «неблагодарная тварь» захотела сбежать и поплатилась за это жизнью. А другая хотела начать жизнь под другим именем, но ее вычислили и продали в место намного хуже «Эльдо».

Все мы попали сюда из детских домом. Выбирались специально самые красивые и здоровые девочки.

Я помню, как за мной приехала красивая ухоженная женщина, я думала, она станет моей мамой, хочет меня удочерить… Я была счастлива, а она привезла меня сюда и получила за это большое вознаграждение.

Так из меня начали делать распущенную девственницу. Я это так называю.

***

Иногда мне интересно, как живут обычные люди. У них тоже вся жизнь расписана по минутам?

Я живу по одному и тому же расписанию много лет.

Утром – зарядка, тренировка, потом лекция по сексологии. Сегодня у нас проверяют знания про эрогенные зоны.

Считается, что у мужчины только одна эрогенная зона, но это не так…

Начинаем мы рассказывать по десятому кругу.

А после занятия нам всем выдают телефоны с порно, и каждая уединяется в своей комнате.

Эмма произносит традиционную инструкцию:

– Все вы должны знать, что такое оргазм, так будет легче его достичь в постели с мужчиной. Ни один мужчина не любит девушку, которая не умеет получать удовольствие от секса. И не злоупотребляйте с видео, лучше развивайте свое воображение. Помните: ничего не вводим внутрь, девственные плевы не должны быть повреждены.

Смотрю на свой вибратор и откладываю его в сторону, мне совсем не хочется мастурбировать. Хорошо, хоть это у нас не проверяют.

После – небольшой перерыв. Ко мне в комнату врывается Дарина:

– Ты слышала, Ева? Сегодня будут смотрины!

– Очередной шейх, который любит русских?

– Нет, говорят, русский бизнесмен ищет жену.

Сердце начинает стучать быстрее. Я чувствую, что это хороший шанс. Остаться в России, не попасть в «Эльдо», узнать хоть что-то о своём происхождении… И сбежать, став женой русского, мне будет легче.

Дарина прыгает на месте:

– Хоть бы я ему понравилась. Не хочу замуж за иностранца. Русские так редко покупают себе жён. Не любовниц…

– Да, согласна. Это необычно, – говорю я, а про себя думаю: интересно, каким он будет?

Глава 2

Ратмир

Российский филиал находится в какой-то глуши, никому неизвестном маленьком городе. Мне приходится туда добираться по ухабистым дорогам. Когда в очередной раз капот лексуса задевает камни, я проклинаю все на свете.

Видимо, мне сейчас покажут каких-нибудь колхозниц. Иностранки хотя бы были красивыми, а тут что будет, в этом селе? Каталог не прислали, до места я добираюсь почти сутки.

Если у них ничего нормального не окажется, закрою их контору на хрен.

Наконец, добираюсь до нужного города, подъезжаю к дому, по адресу, который мне дали, и злость немного утихает. Здание выглядит солидным. А когда меня встречает женщина строгого вида, то и вовсе успокаиваюсь. Боялся деревенских обычаев и «хлеба-соли», вот этого всего, что ненавижу, а тут, по всей видимости, все-таки деловой подход к делу. Как я люблю.

Пока мы поднимаемся по лестнице, она мне рассказывает:

– Меня зовут Эмма, очень рада, что вы к нам приехали. Поверьте, вы не будете разочарованы. Мои девочки – все как на подбор красавицы, таких ни в одном филиале не найдёте. Вы же знаете, что русские девушки самые лучшие?

Женщина распахивает передо мной дверь, мы проходим в длинный зал, напоминающий студию для занятий танцами. В длинный ряд, как на уроке физкультуры, стоят девушки. В одинаковых белых платьях.

Платья одинаковые, но в глаза сразу бросается разнообразие лиц. Очень красивые у всех. Был бы я менее толстокож, наверное, был бы ослеплён обилием красоты в одной комнате.

И каким образом выбирать?

Эмма как будто слышит мой вопрос, подходит и объясняет:

– Можете отобрать сначала по внешности, допустим, десятерых. Потом поговорите с каждой, я вам дам анкеты параллельно.

Киваю, план хороший.

Кажется, даже есть такая передача на телевидении, где мужчина выбирает одну из сотни.

Усмехаюсь. Не думал, что и в жизни такое случается.

Подхожу ближе и иду в конец колонны, всматриваясь в лица. На фигуры смотреть смысла нет: все стройные, у кого-то грудь маловата, но некритично.

Велю выйти вперед рыжей кудрявой девушке, затем ещё ее соседке – что-то слишком яркое в чертах. Вхожу в раж и говорю почти через один:

– Ты, ты и ты…Шаг вперед.

Когда стоять на месте остается примерно десять девушек, поворачиваюсь к Эмме и говорю:

– Эти, что впереди, свободны.

Замечаю, как у рыжей поползли уголки губ вниз. Думала, что я отобрал ее для дальнейшего знакомства?

Нет, мне всегда легче идти от противного: исключил сразу тех, кто не нравится, вместо того чтобы думать, кто нравится.

Вздыхаю, смотрю на оставшихся. Пять брюнеток, две светленькие и три шатенки.

Ко мне подходит Эмма:

– Давайте теперь поговорите тет-а-тет, может?

Вижу у неё в руках папки и забираю. Отвечаю:

– Думаю, это лишнее. Я привык работать с информацией в другом виде.

Легче прочитать, чем вести пустые разговоры.

Но анкеты составлены по-дурацки. Одна ничем не отличается от другой. Все умные, покладистые, кроткие. Увлекаются танцами, рисованием… Останавливаюсь на одной, где написано в увлечениях одно предложение «чтение книг». Любимые – «Илиада» и «Одиссея».

Я даже улыбаюсь, когда это читаю. Наверняка какая-нибудь пустоголовая дура, которая решила выставить себя умной. Хочется на неё посмотреть.

– Кто из вас Ева… Кольцова?

– Это я, – говорит брюнетка, стоящая в самом конце.

Подхожу к ней поближе и внимательно смотрю на её лицо.

Не похожа на тупую. Карие глаза смотрят на меня пронзительно. Обычно мой взгляд не выдерживают больше десяти секунд…

Сначала я хотел задать какой-нибудь интеллектуальный вопрос, чтобы увидеть, как она прокололась, но сейчас почему-то смотрю на неё и спрашиваю:

– Чем вообще может понравиться девушке «Илиада»?

– Мне нравится, как Гомер передал дух эпохи, а ещё, – она делает короткую паузу и продолжает:

– Когда читаешь, кажется, что много веков назад люди были чище и гуманнее, чем наши современники.

Не ожидал услышать такой ответ. Я отчего-то злюсь на неё. Смотрит на меня, не отрывая взгляда. Не боится? Начинаю сыпать на нее вопросами по сюжету, как будто принимаю экзамен по античной литературе. Ева даёт чёткие и правильные ответы. Не могу поверить. Она действительно читала. И ей понравилось. Не встречал таких. Ведь это и мое одно из любимых произведений. Точнее, было раньше. Но, черт возьми, я вообще здесь для другого, не для пустой болтовни!

– Ева у нас всегда была необычной девочкой, – улыбается Эмма, – много читала, это не запрещается у нас.

Отхожу в сторону. И ещё раз просматриваю анкеты. После диалога с Евой другие мне кажутся скучными и однотипными.

Бл*дь, но не покупать же ее, потому что она читала Гомера? Что за идиот.

Беру тет-а-тет с девушками. Все рассказывают про себя одно и то же и как будто заученно, когда доходит очередь Евы, я даже приподнимаюсь в кресле. Не успеваю задать вопрос, она спрашивает первая:

– Почему вы обратили внимание на этот пункт? Разве кому-то важно: читает девушка или нет? – смотрит на меня каким-то странным взглядом, ее щеки окрашиваются в легкий румянец.

– Ты права, это совершенно неважно. Раздевайся, я должен посмотреть, за что такая высокая стоимость, – говорю я и наслаждаюсь реакцией Евы: она испуганно хлопает ресницами и бледнеет.

Глава 3

Ева

– Ну, же, раздевайся, – повторяет незнакомец.

Меня учили не перечить мужчинам, сглатываю и вспоминаю, что он мой единственный шанс сбежать из этого места и стать свободной.

Встаю и медленно снимаю платье. Остаюсь в одном нижнем белье.

– Мне нужно увидеть все, – приказывает мужчина.

Расстёгиваю бюстгальтер и быстро стягиваю вниз трусики. Чтобы сохранить самообладание, пытаюсь мысленно думать о чем-нибудь другом. Рассматриваю его лицо. Бесспорно, он красивый: чёрные, густые волосы, темные брови, щетина. Если бы не светло-голубые глаза, я подумала бы, что у него есть восточные корни. На вид ему немного за тридцать. Интересно, как его зовут?

Незнакомец также пристально рассматривает меня. Даже делает круг вокруг меня.

Удивительно: мне удаётся при этом не покраснеть.

Особенно долго он задерживает взгляд на моей груди и опускается ниже, я боюсь пошевелиться. Зажмуриваюсь и слышу его голос:

– И ты ни разу не была с мужчиной?

– Даже почти не разговаривала с ними, – отвечаю я с сарказмом, но он, кажется, не замечает этого.

– А как же все прекрасные навыки любовницы в твоей анкете?

– Теория из учебников, – отвечаю ровным тоном и сама себе удивляюсь, что ничуть не стесняюсь ни своей наготы, ни откровенных вопросов. Видимо, из меня здесь и, правда, сделали распущенную девственницу.

Незнакомец кивает. Молча выходит. За дверью слышится его голос:

– Беру.

– Покупаете на одну ночь?

– Нет, в качестве жены.

– Хорошо, я подготовлю все необходимые бумаги… Благодарим вас, что обратились именно к нам.

Ну, вот и все. Меня купили. Не могу поверить. Я делаю долгий выдох и только сейчас замечаю, что все мое тело все это время было сильно напряжено. Поторопилась я с выводами: мне только показалось, что у меня получилось остаться равнодушной.

Быстро поднимаю с пола одежду и одеваюсь. Какое унижение. Хотела бы я заставить его сделать то же самое…

Нет. Я не хочу увидеть его голым. Но хочу, чтобы он почувствовал себя товаром, как сегодня чувствовала себя я.

В комнату заходит Эмма и улыбается. Когда видит мой полураздетый вид, улыбка исчезает с ее лица:

– Ты же не позволяла ему трогать себя?

– Нет, – говорю едко.

Прекрасно знаю: все отношения только после оплаты.

– Вот и молодец, – подходит и хлопает меня по плечу, – тебе несказанно повезло: такой состоятельный мужчина и притом, красивый ведь!

– Как его зовут? – тихо спрашиваю.

Эмма заглядывает в свои бумаги.

– Запоминай, моя хорошая. Прохоров Ратмир Денисович. Твой, почти уже муж.

***

Я никогда не была популярна в пансионате. А теперь Эмма смотрит на меня с восхищением и выделяет меня среди остальных последние дни. Всячески пытается как будто угодить: понятия не имею, сколько я «стою», но, видимо, она довольна суммой.

Все девушки подходят ко мне с поздравлениями. Но я точно знаю, что их слова неискренние. Мне завидуют. Слышала за ужином, как девочки, на год старше меня, шептались:

– Он слепой или специально выбрал самую невзрачную среди нас?

Я на них не обижаюсь. Я согласна, что у нас есть девушки намного эффектнее, чем я, но Ратмир (теперь я знаю его имя) отправил их «вперед». Но и невзрачной я себя тоже не назову, нет, я красива, знаю, как привлечь мужчину и доставить ему удовольствие, вот только когда он спросил меня про книги… Я удивилась, подумала: может, этот мужчина отличается от остальных, и он ищет в женщине не только красивую внешность, а смотрит глубже?

Но когда он попросил меня раздеться, поняла, что ошиблась. Такой же, как и все. Глупое стадное животное, которым владеют до сих пор древние инстинкты.

После отбоя ко мне в комнату заходит Дарина. Моя единственная подруга. Я это остро осознаю только сейчас: скоро нам предстоит расстаться, и сильнее всех я буду скучать по ней.

– Я рада за тебя, правда, – говорит Дарина тихо, и я не сомневаюсь в ее искренности.

– Тут нечего радоваться, – бурчу я.

– Ты что? Шутишь? Он красивый! Да ещё и женится. Ни разу не помню за все то время, что мы здесь, чтобы к нам приезжали ТАКИЕ мужчины. И хотели жениться. Любовницу – да, суррогатную мать – да. Но Ева, этот хочет жениться!

– Значит, с ним что-то не так, раз пришлось искать жену в таком месте.

Дарина закатывает глаза.

Я улыбаюсь. Ладно, надо признать. Мне, правда, улыбнулась удача сегодня.

– Ты скоро уедешь, мне грустно, – продолжает Даринка, вытирая слёзы.

Обнимаю подругу:

– Я думала, что меня ничего не связывает с этим местом, но я буду по тебе скучать. Я буду писать, если Эмма согласится передавать тебе письма. Кто знает: может, мы встретимся «на воле»?

– Если бы, – отвечает Дарина.

Мы обнимаемся. Моя единственная родная душа. Мы всегда поддерживали друг друга во всех ситуациях.

– Тебе он понравился? – спрашивает подруга через время.

– Какая разница? Ведь он меня купил, я для него просто вещь, я не вижу в нем человека, – говорю я запальчиво, – ты только вспомни, как он размахивал рукой, «Ты, ты и ты вперёд», – пытаюсь изобразить этого Ратмира.

– Не говори так, он все-таки тебя выбрал, значит ты ему приглянулась…

Качаю головой. Не знаю, чем я ему приглянулась. Мне показалось, что я ему совсем не понравилась. Дарина такая хорошенькая, хрупкая девушка, она тоже осталась из последних десяти отобранных.

– О чем он тебя спрашивал наедине? – интересуюсь я.

– Просто попросил рассказать о себе. Но я так волновалась, что не могла и слова вымолвить. Знаешь, мне кажется то, чему нас тут учат, это все без толку. Потому что мы настоящих мужчин не видим. Не общаемся с ними. Вот и я не смогла…А ты? Что ты сделала, чтобы он тебя купил?

– Ничего. Я почти ничего не сказала, он попросил раздеться.

Дарина улыбается:

– Ты ему точно понравилась! Почему ты тогда такая грустная? Радоваться надо! Тебя купили.

– Но я не товар.

– Ева, снова ты за свое…

– Нет, Дарина, это ты ошибаешься. Живя здесь, можно забыть, что мы не вещи, которые можно покупать и продавать… Но ты всегда помни, что за стенами этого здания есть обычный мир. Там люди женятся, потому что любят друг друга, а не потому, что их купили.

– И откуда ты знаешь? – смеётся.

– Ты тоже это знаешь, – отвечаю серьезно.

Слава богу, в этом убогом пансионате, который я мечтаю сжечь дотла, нам преподавали не только Камасутру, но и обычные предметы, а ещё не запрещали читать книги и смотреть фильмы в свободное время.

Чтение – это то, что меня поддерживает. Оттуда я и узнала, что, возможно, мир не так плох, как можно о нем подумать. Надежда умирает последней.

Дарина уходит. А я не могу заснуть. Вспоминаю незнакомца. Ратмир. Необычное имя. Нам не разрешено пользоваться интернетом, поэтому днём я смотрела словарь имён в библиотеке. Не знаю зачем, как будто имя способно что-то рассказать о владельце. Мне понравился перевод имени: «воин мира». Несмотря на то, что имя звучит как иностранное, оно имеет славянское происхождение…

Правда, почему он все-таки выбрал именно меня?

Глава 4

Ратмир

Приезжаю домой ужасно уставший. Завтра ещё полно дел на работе. Иду на кухню, открываю холодильник. Моя домработница, как всегда, заботливо разложила все по контейнерам и даже подписала, как будто я слепой.

Беру тот, где написано «мясо по-французски». Сажусь за стол. Эмма сказала, что нужно подождать, оформление документов займёт некоторое время. А если бы не вся эта бумажная волокита, сидели бы мы сейчас здесь вдвоём…

Сам не знаю, почему велел раздеться этой девчонке. Перед собеседованием меня предупредили, что трогать девушек запрещено…

Ева лишь на долю секунды потеряла самообладание, затем встала и сняла платье, не отводя от меня взгляда.

Не верю, что она может быть девственницей. Невинные девушки так себя не ведут. Я даже уточнил про это у Эммы потом: заверила меня всеми богами и предлагала дать заключение врача о ее неприкосновенности.

– Не нужно, я куплю ее, – ответил я.

– Так сильно понравилась? – улыбнулась женщина.

Заканчиваю ужин и ставлю контейнер в раковину.

Почему я выбрал ее? Я сам не могу объяснить. Красивое тело, да. Но и у других девушек оно ничуть не хуже было бы… Дело не в этом.

Да что тут думать? Просто другие были какие-то пресные. Не вызывали эмоций, а вот Евой мне захотелось обладать. И когда она разделась, я в этом только ещё больше убедился.

Беру телефон в руки. Надо сообщить маме, что у меня появилась девушка. Иначе для них это будет слишком подозрительно: ни с кем серьезно не встречался, и сразу жена.

Эмма сказала, что Еве сделают липовую родословную, придумают историю ее семьи.

«Красная Лилия» – молодцы, все продумали до мелочей. Но я только рад: у моих родителей будет меньше вопросов.

– Привет, Ратмирчик! – верещит мама в трубку.

Вздыхаю:

– Я же просил так меня не называть.

– Хорошо, извини. Приедешь к нам в выходные? Вся семья собирается.

– А по какому поводу?

И прежде, чем мама отвечает, я вспоминаю.

– У меня день рождения.

– Точно!

Блин, снова я забыл, хотя мой секретарь на работе, скорее всего, мне напомнила бы.

– Да, хорошо, приеду и не один…

– А с кем?

– С девушкой.

– Ты же знаешь, если это несерьёзно, твой отец снова начнёт ругаться…

– Я на ней женюсь.

– Слава Богу, я думала, этот день никогда не настанет, не зря мы молились!

Как мне сейчас неистово хочется бросить трубку. Но дослушиваю нотации до конца, и мы прощаемся. Голова раскалывается, и так каждый раз после разговора с родителями.

Наливаю себе виски, иду в гостиную, сажусь в кресло.

Жаль, что мне нельзя переписать свою родословную.

Я родился в бедной многодетной семье священника. Об этом мало кто сейчас знает. Потому что мои родители живут в Подмосковье и сами почти никогда ко мне не приезжают.

Не горжусь, но и не стыжусь. Мне нечего стыдиться. Я прошел такой длинный путь от начинающего финансиста до владельца крупного собственного предприятия… Что мало кто смог бы и с первоначальным бюджетом. А я все создал с нуля. После провинциального вуза.

Мои родители, к сожалению, не понимают моего успеха. От финансовой помощи отказываются. «Деньги – это зло» – любимая фраза моего отца. Даже непонятно, как я с такими установками чего-то добился…

Но на меня вообще мало что влияет. Даже «христианское» воспитание не оставило следа. Хотя, в детстве я стоял с утра до вечера на службе каждый день. Читал Библию. Все бесполезно.

Зато два моих брата и три сестры выросли примерными. Женились на таких же повёрнутых на религии, как и наши родители. Не знаю, зачем мне эта информация, но я даже знаю наверняка: у всех у них был секс только после свадьбы и первый раз с мужем и женой…

Совсем не вписываюсь в эту семью: сегодня я себе купил жену. Улыбаюсь: представляю, что мне сказал бы отец, если бы он узнал. Зато они могут не переживать: моя жена точно девственница. Чего, конечно, не скажешь обо мне…

Ещё в одиннадцатом классе отец наказал меня за то, что я «испортил» соседскую девчонку. И плевать ему было, что на самом деле все было ровно наоборот. Соседка училась уже на третьем курсе университета, и ей захотелось просветить кого-нибудь насчет секса. Я подвернулся ей под руку, ну а мне просто захотелось проверить, сгниет ли ли моя душа, если я буду заниматься сексом до свадьбы, да ещё и с нелюбимой. Я ещё тогда верил в некоторые родительские сказки, хотя в глубине души всегда понимал: все это – чушь.

Надо, наверное, попросить Эмму, чтобы они вписали в биографию Евы православную семью, которая трагически погибла, например, в автокатастрофе. Мои родители сразу будут без ума от неё.

Хочу взять телефон в руки, чтобы написать сообщение, как вижу входящий от Эммы. Она точно читает мои мысли.

– Да, документы уже готовы? Куда перечислять деньги? – спрашиваю первый.

– Здравствуйте, Ратмир Денисович, – говорит Эмма грустным голосом, мне даже кажется, она плачет, – простите меня, пожалуйста, я все напутала!

– Не понимаю, о чем вы?

– Я не посмотрела… Прежде чем вести к вам девушек, я должна была проверить, есть ли на них бронь. Так вот, оказывается, Ева давно забронирована за другим.

Я хочу возмутиться. Что за глупости? Мы же не о вещи говорим. Бронь какая-то. Но потом вспоминаю, что и сам ее покупаю. Повышаю голос:

– Ну, уж нет. Так дело не пойдёт. Дайте мне телефон вашего руководства! Бронь можно отменить, а я уже готов заплатить деньги, так что отдайте мне това.. Еву, пожалуйста.

– Не волнуйтесь так, я сама пытаюсь связаться с руководством, чтобы узнать, как лучше поступить. Но может, вы рассмотрите покупку какой-то другой…

– Это исключено! Я куплю только ее. Если нужно, заплачу больше! – рычу в трубку.

Слышу гудки. То ли звонок прервался, то ли Эмма бросила трубку.

Сильно сжимаю бокал в руке, очень хочется грохнуть его об стену. Что, черт возьми, происходит? Я уже настроился именно на Еву! И я не хочу покупать другую…

Глава 5

Ева

Я сразу же поняла, что случилось что-то странное. Утром увидела Эмму с заплаканными глазами. Такого никогда не случалось за все пятнадцать лет, что я ее знаю.

Хотя, знаю ли я ее вообще? Говорят, что у неё есть две взрослые дочери, сама она живет в центре города, приходит к нам на работу каждый день. Ее родственники и знакомые думают, что она работает в частном пансионате. Такая теория у этого места для обычных людей. Якобы все мы здесь из богатых семей, учимся, живем… А почему пансионат находится в провинциальном городе Борисоглебске? На все придуман ответ: здесь экологически чистый воздух, зелень, большая территория. А на самом деле: просто очень мало любопытных глаз. Никто не заинтересуется странным местом. Просто некому.

Я всегда удивлялась: мы ведь иногда выезжаем в город на занятия, ну, почему никто из жителей не замечает, что у нас очень много девушек, которые давным-давно перешагнули школьный возраст.

После того как я увидела Эмму в слезах, она куда-то пропала на весь день, с нами была другая наставница на занятиях. А под вечер вообще случилось неожиданное: нас отправили каждую в свою комнату и сказали, что сегодня вечерних тренировок не будет.

Дарина пришла ко мне тайком, мы вместе смотрели в окно. Я живу на четвёртом этаже и мне все хорошо видно. К зданию подъезжают три (на вид дорогие) машины, из них выходят немолодые уже мужчины, в деловых костюмах, с лысиной на голове, пузиком.

– Я надеюсь, они не покупать жён приехали, – тихо говорит Дарина.

– Не похоже, – отзываюсь я.

Мужчины заходят внутрь. Через пять минут подъезжает ещё одна машина, на этот раз красная, из неё выходит женщина, на вид сложно оценить, сколько ей лет. По лицу кажется, что, скорее всего, больше сорока, а по фигуре, как будто моя ровесница. Она в красном модном костюме, белыми волосами. Странно, ее лицо знакомо…

– Мне кажется, это та самая женщина, которая привезла меня сюда, – говорю Дарине.

– Думаешь? Я вот совсем не помню, как я оказалась здесь. Как будто заснула в одном месте, а проснулась уже здесь. Иногда мне кажется, я вообще никогда не была в детдоме, как будто у меня были родители, а потом все. Ничего не помню.

– У тебя хоть какие-то воспоминания о родителях, вот я точно ничего не помню. Как будто родилась в детском доме. Хотела бы я хоть что-нибудь узнать о своих родителях.

– Вот выйдешь замуж за Ратмира и все узнаешь, – улыбается Дарина.

– Такая ты наивная, – глажу ее по голове, – ты думаешь Кольцова – это моя настоящая фамилия? Нет, они специально делают так, чтобы мы никогда не узнали о своём прошлом.

– Ева, а может, и не надо туда лезть? Ну, вот узнаешь ты, что у тебя родители пропащие люди, отдали тебя в детский дом и что: станет легче?

Дарина так искренне смотрит. Я решаю промолчать. В отличие от неё, я не верю в сказки, которые нам тут рассказывают. Что якобы нас спасли от очень плохой жизни, «выправляют» тут неблагополучные гены, поправляют здоровье.

Это смешно. Даже если мы, правда, все из неблагополучных семей, сироты, это не значит, что после детдома мы бы все докатились до того, что стали бы продавать своё тело.

А после этого места у нас выбора не остаётся. Нам не разрешено выбирать.

В дверь моей комнаты кто-то стучит, я вздрагиваю, Дарина быстро прячется в шкафу, потому что нам запрещено ходить друг к другу в гости без разрешения.

– Да, войдите, – говорю я, когда Дарина закрывает дверь шкафа.

Входит Эмма, лицо у неё не такое встревоженное, как прежде. Параллельно с этим я выглядываю в окно: и вижу, как машины уезжают одна за другой.

Сообщает мне:

– У меня для тебя новости. Не знаю, обрадуешься ты или нет. Но это уникальный случай.

Я уже не рада. Сглатываю. Неприятное предчувствие.

– Ева, – начинает она и вздыхает, – в твоих документах с самого поступления к нам значилось, что тебя купят, когда тебе исполнится восемнадцать.

– Но мне уже двадцать два.

– Верно! – в том-то и дело, покупатель не явился и все забыли об этом. Даже я не знала, пока не начала оформлять твои документы. Я позвонила ему, он все ещё готов тебя купить.

Сердце бьется так, как будто сейчас протаранит мою грудную клетку.

– Кому, ему? И что теперь? – еле слышно спрашиваю.

– Мы решили, что будет аукцион.

– Что? Какой аукцион?

– Тебя купит тот, кто больше заплатит. Готовься, это будет послезавтра, – улыбается Эмма и собирается выходить.

Я хватаю ее за руку, никогда так прежде не делала. И это запрещено, но я не могу поступить сейчас иначе:

– Кто этот второй покупатель?

Отдергивает мою руку так, как будто я ее испачкала.

– Тебе фамилия с именем ни о чем не скажут. Не задавай лишних вопросов.

– Он тоже хочет на мне жениться?

– Этого я не знаю. Ева, будь умницей, не задавай лишних вопросов. Все равно от тебя ничего не зависит. Будешь с тем, кто больше заплатит.

– Что это за глупости? Зачем устраивать аукцион для двух человек? – возмущаюсь я.

– А кто тебе сказал, что для двух? Приедут и другие. И не только тебя будут продавать. Руководство решило попробовать такой метод продаж, – улыбается Эмма и уходит.

Руководство? Значит, это они приезжали? Жаль, что у меня нет фотоаппарата, надо было сфотографировать этих людей. Мне может пригодиться потом эта информация.

Мне сейчас так паршиво. Хочется реветь навзрыд. Но слёзы не капают: я привыкла сдерживать свои эмоции. В конце концов, я начинаю трястись от разных чувств: больше всего от злости.

Дарина выходит из шкафа и обнимает меня, чтобы успокоить. Это бесполезно. Я ложусь на кровать и зажимаю рот подушкой, чтобы прокричать в неё свою ярость.

Аукцион! Меня будут продавать на аукционе.

– Тебе не кажется это странным? – спрашивает Дарина, поглаживая мою спину. – Он давно хотел тебя купить, значит, знает, может быть, что-нибудь о тебе?

Я перестаю трястись.

– Ты права. Это очень странно.

И вслух думаю:

– Значит, чтобы узнать что-нибудь о своём происхождении мне надо сделать так, чтобы Ратмир меня не купил?

Дарина пожимает плечами:

– Ты сначала посмотри на второго покупателя, вдруг он один из тех, кто сегодня приезжал на машине, – смеётся Дарина.

Удивляюсь силе ее духа. Ведь ее тоже, возможно, будут продавать на аукционе, а она сидит и улыбается.

Глава 6

Ратмир

– Ратмир Денисович, но у нас есть много других похожих девушек, давайте я скину вам фотографии? – слышится приятный голос в трубке.

– Мне не нужны похожие.

– Они тоже шатенки с карими глазами, и размер груди…, – продолжает говорить, как будто меня не слышит.

Взрываюсь:

– Я же сказал – нет!

– Извините, тогда вам придётся приехать на аукцион.

Снова тащиться в это богом забытое место? Они издеваются.

– Знаете что? Да пошли вы в п*з*д. Если вам не нужны мои деньги, до свидания, – я не кладу трубку, а буквально кидаю телефон на стол.

Встаю и развязываю галстук.

Какое-то вымогательство. Надо бы сообщить об этом месте в соответствующие органы… Хотя, судя по тому, что я успел узнать о «Красной Лилии», это не поможет, у них везде есть свои люди. И, скорее всего, за всем этим бизнесом стоят очень высокопоставленные люди не только в России, но и за границей.

Наливаю себе воды.

В кабинет заглядывает секретарша.

Кричу на неё:

– Я сколько раз тебе говорил стучаться?

– Извините, Ратмир Денисович, я подумала, что-то случилось, – хватает ртом воздух, как рыбка. Тупая до невозможности.

– Скажи, Катя, ты читала «Илиаду»? – вопрос вырывается из меня прежде, чем я успеваю переварить его в голове.

– Что? Нет. Ну, кажется, слышала.

Киваю и велю рукой выйти прочь. Катя чуть ли не кланяется до пола. Старательная, но слишком уж меня боится. Слова лишнего сказать не может. Но лучше, чем другие, которые проходили на работу в мини-юбках и все, о чем они могли думать: как бы затащить начальника в постель.

Я давал им желаемое, а после шлепал по попе и увольнял, мне нравилось смотреть, как в их глазах разбивались надежды на серьёзные отношения с богатым Буратино.

В эту минуту меня вдруг осеняет. Вот что есть в Еве. То, чего я не видел в других.

Есть две категории женщин.

Те, которые меня боятся и избегают.

Те, которые хотят затащить в постель, чтобы пользоваться моим влиянием и деньгами.

Ева не относится ни к одной категории.

Я видел, как другие при личной беседе пытались понравиться мне, заворачивали волосы за ухо, говорили тонким голосочком, смеялись.

А она нет. Ничего не сделала. Разделась по моему приказу, но осталась равнодушной.

Не могу понять: в чем причина ее странного поведения? Девушка из такого места особенно нуждается в покровителе… В муже, который ее оттуда вытащит. А ей все равно как будто.

Черт возьми. Возможно, я идиот и это просто ее тактика привлекать мужчин. Но она на меня подействовала.

Беру телефон и перезваниваю. Когда писклявый женский голос произносит «Алло», я кратко сообщаю:

– Я буду на аукционе Евы Кольцовой. Запишите меня.

***

И вот я снова тащусь по этим ухабистым дорогам, но на этот раз не за рулём. Взял водителя. А ещё очень много денег наличными. На всякий случай.

Это безумие, на самом деле. Одно дело – просто купить себе жену, которую выбрал. И совсем другое устраивать из этого представление. Соревноваться с другими, удваивать ставки.

Внутри бурлит злость. Я не могу проиграть этот аукцион. Я обязан выиграть.

Подъезжаю и просто не верю своим глазам. Огромная парковка перед зданием усеяна машинами. Почти все автомобили очень дорогие.

Про себя ругаюсь самыми нецензурными выражениями. Меня не перестаёт колотить. Хочется уже купить и поехать домой. Больше никогда здесь не появляться.

Вхожу и не могу протолкнуться. Толпа мужчин разделилась по группам и беседуют , сидя у разных столиков, перекусывают. Оглядываюсь по сторонам, не знаю, куда дальше идти.

Очень много мужчин за шестьдесят, но есть и ровесники.

Меня не радует их компания. Встречу знакомого – вопросов потом не оберёшься.

Раздаётся какой-то звук, все замолкают, на лестницу выходит Эмма, приглашает всех на третий этаж. Мы поднимаемся. Нас провожают в помещение, что-то типа кинотеатра или театральной сцены.

Все ещё хуже, чем я представлял. Выкупить ее у одного – труда не составит. А вот у тысячи других – уже задача сложнее.

У меня очень хорошие доходы, очень. И все-таки я могу ее упустить.

Я протираю рукой влажный лоб и пытаюсь успокоиться. Никогда не был азартным человеком: что происходит со мной сейчас?

Дрожь в груди не унимается.

Начинается аукцион. Одну за другой на сцену выводят девушек. Повсюду слышатся радостные вопли и визги. Всем, видимо, весело. Один я злюсь, и невидимая струна внутри продолжает все больше растягиваться.

Каких-то девушек покупают, каких-то нет. Некоторых очень дорого. Но ещё ни разу не была названа сумма, которую я не мог бы побить.

Наконец, ведущий называет ее имя. И я впервые сосредоточенно смотрю на сцену. Еву выводят не как всех остальных – в белом платье. А, черт возьми: в красном! Оно идеально подчеркивает ее красоту.

Встречаюсь с Евой взглядом. Струна в груди начинает уменьшаться. В зале полно народу, и все-таки она посмотрела на меня.

– А это наш особый экземпляр, – говорит ведущий.

Почему-то хочется двинуть ему по роже.

Называют первоначальную ставку. Перебиваю.

Мужчина, на вид ровесник моего отца, с длинной седой бородой (чем, кстати, тоже напоминает моего «батюшку») поднимает руку и называет свою сумму.

По залу проносится возглас удивления. Самая большая за сегодня (если я ничего не упустил).

Я перебиваю ставку.

Леонид М. (так именует ведущий моего «соперника») набавляет снова.

Я отвечаю.

Все остальные молча наблюдают за нашей схваткой.

Значит, это и есть тот второй, который ее «забронировал»? Захотелось на старости лет попробовать молодую девочку? Она же ему не то, что в дочери, она ему во внучки годится.

Старый извращенец.

Со мной ей будет в тысячу раз лучше.

Так. Мне все это пздц как надоело. Задерживаю взгляд на Еве. Непонятно, о чем она думает. Смотрит куда-то в сторону, как будто мы сейчас не ее купить пытаемся. Руки сзади в замке держит.

Бл*дь, Ратмир, может не стоит тратить настолько большую сумму из-за дурацкой прихоти?

Я могу купить другую жену, они все одинаковые. Другие больше будут радоваться, чем эта.

Хоть я себя уговариваю, но моя рука сама собой поднимается. И я говорю сумму, в два раза большую последней ставки.

Очень большая сумма.

Огромная.

Я ни разу не тратил разом так много денег.

Мужик с бородой встаёт и выходит из зала. Приезжал сюда только ради неё? Как и я?

Слышу заветное «Продано». Мне даже аплодируют, «поздравляют» с покупкой.

Снова встречаюсь взглядом с Евой. Смотрит на меня так, как будто хочет сказать: «Ты ещё пожалеешь об этой покупке».

Глава 7

Захожу в раздевалку, меня всю трясёт.

На сцене в глаза слепил свет, я плохо видела задние ряды. Но, конечно, смогла заметить самодовольное лицо этого… мерзавца.

Что если, Леонид какой-нибудь мой родственник? Хотел выкупить меня, чтобы спасти.

Маловероятно, но все же…

– Ну, что там? Тебя купили? – ко мне подлетают другие девчонки.

Киваю.

– Кто он? Смогла разглядеть?

– Я слышала, это тот же самый, что приезжал к нам, – отвечает ей другая, вместо меня.

– Капец, Ева, он помешался, что-то я уже и не завидую тебе.

Пропускаю эти реплики мимо ушей.

Ищу глазами Дарину. Ее нигде нет. Значит, она после меня… и сейчас продают ее.

Какая мерзость. Все эти мужчины, сидящие в зале не люди, а стадные животные. В них нет ничего человеческого! Только низменные инстинкты. Слышала, как некоторые из них кричали девушкам: «Эта красивая шлюшка. Будешь моей личной игрушкой».

«А она сможет родить мне сына?»

«Эта будет постоянной любовницей, втайне от жены».

Ха-ха-ха.

Я еле сдержалась, чтобы не прокричать ругательства. У меня даже на коже остались красные пятна: так сильно я сжимала кулаки.

Ратмир купил меня снова.

Пока они с этим Леонидом друг за другом называли ставки, я не могла определиться: какое из двух зол меньшее. Леонид, возможно, сможет пролить тайну на мое происхождение… А если нет? Что, если просто старый хрыч, который присмотрел меня давным-давно в какой-нибудь анкете? Тогда, получается, выйти за Ратмира было бы лучше… Лечь с ним в постель мне не хочется, но это хотя бы будет не сильно отвратительно, потому что он…хорош собой и молод.

Дверь открывается, заходит Дарина. Идёт и еле передвигается на ногах. Хватаю ее под руки и сажаю на стул.

– Тебя купили?

Кивает.

– Ну, давай, скажи что-нибудь, кто он?

– Не знаю…

– Он старый?

– Лет тридцати пяти.

– Почему ты такая расстроенная? – спрашиваю.

Вопрос странный, конечно. Понятно почему! Потому что нас за людей не считают… и все-таки я знаю Дарину: она бы не расстроилась, если бы ее купил Ратмир или кто-то похожий.

– Я видела у него кольцо на пальце, – отвечает подруга.

Теперь мне все ясно.

Дарина была бы рада стать чьей-то женой. И довольно искренне рада. Она не я. Могла бы полюбить любого.

Но вот быть чьей-то любовницей или игрушкой. Это не для неё.

***

Все девушки расходятся по своим комнатам. В том числе и Дарина. А я все сижу в раздевалке и думаю, что делать дальше.

Если бы я могла помочь подруге… Но как?

От несправедливости даже слёзы на глазах появляются. Мне все равно в качестве кого меня купили бы, я все равно собираюсь бежать. Рано или поздно.

И почему Ратмир не купил Дарину? Было бы намного лучше.

В комнату кто-то заходит. Я не поднимаю лица. Слышу восхищенный шёпот Эммы: «Ева! Вот ты где? Я тебя ищу. Как тебе повезло, ещё никого так дорого не покупали! Это рекорд. Не только в России, а вообще…Можешь себе представить?»

Быстро вытираю слезы, но все равно не могу успокоиться. Чувствую себя ужасно.

Эмма подходит и больно хватает меня за плечо, говорит грубым тоном:

– Ты, видимо, не понимаешь, как тебе повезло? Сидишь тут одна, страдаешь.

– Нет, не понимаю! – огрызаюсь я. – Что хорошего? Меня ему продали как вещь, и цена не имеет значения, я для него всего лишь вещь!

Эмма морщит лицо, говорит:

– Не знаешь ты настоящей жизни, девочка. Наверное, была бы твоя воля, вышла бы замуж за первого встречного?

Смахиваю новые слезы (что со мной такое? Обычно я никогда не плачу), отвечаю:

– Не за первого встречного! А за того, которого полюбила бы…

Наставница качает головой:

– И была бы дурой! Любовь ничего не стоит. Пустые слова, обещания. А потом не успеваешь оглянуться: и вот ты уже стоишь у плиты целый день, а вокруг тебя бегают орущие дети, а что делает твой муж? Правильно: лежит на диване и кричит, что ты мало стараешься. И до тебя вдруг доходит: твой муж тебя совершенно не ценит. А у вас с Ратмиром с самого начала все по-другому. Он отдал за тебя большую сумму денег, баснословную сумму! А мужчины всегда ценят то, что дорого купили. Посмотри хотя бы: как они без конца возятся со своими машинами.

Эмма говорит так запальчиво, что я теряюсь, хотела ещё раз прокричать «Я не вещь!» но слова застревают в горле. Неожиданно для себя думаю: а может, она в чем-то права?

Вот только Дарину купили в качестве любовницы… Ее изначально низко оценили.

– Пойдём, надо собираться. Тебя ждут, – прерывает мои мысли Эмма.

– Я что, уеду сегодня?

– Да, клиент так захотел.

Эмма резко подставляет указательный палец к моему лицу, как будто это пистолет.

– И не вздумай что-нибудь учудить, мы сразу узнаем! По договору, если ты не устроишь клиента, ему вернутся все деньги, а ты… Ты знаешь куда ты отправишься?

– Да, знаю, – отвечаю спокойно.

Я уже успела прийти в себя и собраться. Зря я потеряла самообладание и на минуту показала Эмме истинное лицо. Теперь она, возможно, будет подозревать меня… За мной могут следить. Вот дура!

Пока мы поднимаемся в мою комнату, как бы невзначай спрашиваю, кто купил Дарину.

– О, она тоже неплохо устроилась. Не помню имени… Ему нужен наследник. Родит и будет свободна.

– Свободна? – переспрашиваю я.

– Да. А чего ты удивляешься? Клиент сам выбирает, что ему нужно и на какой период, а потом… Будете делать все, что захотите.

– И вы не будете за ней следить?

Эмма бросает на меня грозный взгляд. Я понимаю, что перешла черту.

Она открывает дверь в мою комнату, велит собирать вещи и напоследок бросает:

– Наследника ещё надо постараться родить. Вдруг будут одни девочки. Как у меня.

Уходит.

На долю секунды мне показалось, что ситуация у Дарины не такая уж и плохая… Ее отпустят, я найду потом.

А сейчас понимаю: все просто ужасно. Дарина такая нежная и добрая, должна родить ребёнка и отказаться от него? Она не сможет.

Ведь это в тысячу раз хуже, чем быть чьей-то любовницей.

Глава 8

Ева

Быстро скидываю все свои вещи в чемодан. Выглядываю в коридор. Эммы нет.

Тихо выхожу и иду на цыпочках к комнате Дарины. Захожу, подруга стоит спиной и не замечает меня.

Подхожу ближе, вижу открытый чемодан, кладу руку ей на плечо:

– Тоже собираешься?

Дарина как будто отмирает, вздрагивает. Обнимает меня.

– Ева, – начинает реветь у меня на плече, – ты была права, это ужасное место, ужасное, а мы заложницы!

Глажу ее по волосам:

– Успокойся, не плачь, я что-нибудь придумаю. Я найду тебя! Ты только дождись, потерпи немного, хорошо?

Дарина отстраняется, перестаёт всхлипывать:

– Найдёшь? – спрашивает тихо.

– Да.

– Ева, ты просто тешишься ненужными надеждами.

– Просто знай, что я приду, и все будет хорошо.

Конечно, Дарина мне не верит, смотрит недоверчиво.

Мы ещё раз обнимаемся, и я возвращаюсь к себе. Повезло: успеваю до возвращения Эммы.

Я переодеваюсь в «городскую» одежду: джинсы и джемпер.

Эмма приходит через минуту:

– Готова? Отлично. Вот, возьми, это твоя родословная, – протягивает мне бумаги, – должна знать назубок. Пошли, тебя уже ждут, – улыбается, а меня пробивает мороз по коже, как будто внезапно подул холодный ветер.

С одной стороны, я должна радоваться: больше не воспитанница этого пансиона, я иду «на свободу» …

Но, с другой стороны, для меня наступает время, когда бездействовать больше нельзя. Я должна начать что-то делать. Я пообещала Дарине… И себе я тоже дала обещание давным-давно.

Спускаюсь по лестнице и вижу Ратмира у входа.

– Проверили все бумаги? – спрашивает Эмма, когда мы подходим, широко улыбаясь.

– Да, – отвечает ей и сверлит меня взглядом.

Эмма поворачивается ко мне и расставляет руки, обнимает меня.

– Желаю тебе счастья! – говорит наставница и даже целует меня в щеку.

Совсем на неё не похоже. Видимо, это все игра на публику ради Ратмира? Но ему и дела нет: смотрит отчуждённо, затем выхватывает чемодан у меня из рук. Мы выходим.

Он идёт впереди. Я сзади еле за ним поспеваю. Видимо, сразу решил поставить меня «на место». Резко останавливается и поворачивается ко мне, от неожиданности налетаю на его грудь (он выше меня ростом):

– Не хочешь сказать мне спасибо? – говорит раздраженно.

Поднимаю на него глаза:

– С чего вдруг? – спрашиваю. Боковым зрением вижу, что за нами кто-то наблюдает: скорее всего, Эмма.

Ева, возьми себя в руки! Мне нужно притвориться кроткой и послушной, иначе я сама себя выдам. Раньше времени.

– За то, что я выложил такую сумму, и ты не досталась этому старику… Или тебе постарше нравятся? – почти кричит Ратмир.

Делаю то, что его успокоит. Знаю наверняка. Ведь нас этому учили.

Обнимаю его, утыкаюсь в грудь. А сама смотрю в сторону: ну, точно Эмма стоит у крыльца и наблюдает. Ну, вот, пусть думает, что я с самого начала «правильная» жена, уже обнимаю своего супруга.

Произношу тонким голосом:

– Спасибо. Я очень благодарна! Ты не пожалеешь.

Слышу, как у Ратмира бешено бьется сердце: все ещё злится? Берет меня и отстраняет от себя, встречаюсь глазами с его удивлённым взглядом. Говорит уже тише:

– Мы сейчас сядем в машину, там мой водитель. При нем… никаких разговоров о «купле-продаже». Ты моя девушка, которую я забираю с… какого-то мероприятия, поняла?

– Поняла.

Мы идём дальше, подходим к высокой чёрной машине. Я не разбираюсь в марках. Ратмир открывает мне дверь на заднее сиденье и пропускает вперед.

Садится рядом со мной, говорит водителю: «Поехали».

Бросает на меня быстрый взгляд, а затем достаёт тонкий ноутбук, начинает что-то печатать.

Вот бы и мне потом попросить у него купить мне такой? Если есть интернет, можно многое раскопать… В пансионате мы пользовались им в редкие минуты на уроках.

Я утыкаюсь в бумаги, которые дала мне Эмма. Читаю свою липовую историю.

Ничего. Когда-нибудь я узнаю настоящую!

Мне быстро становится скучно, я начинаю смотреть в окно. Мы ещё не выехали из города. Машина останавливается на светофоре, и я натыкаюсь глазами на знакомый силуэт. Леонид! Тот самый, кто сегодня хотел купить меня, идёт по тротуару, сворачивает и заходит в здание. Читаю вывеску «гостиница».

В голове мгновенно созревает план. Поворачиваюсь к Ратмиру, громко восклицаю:

– Любимый!

От моих слов он знатно вздрагивает. Что, его никто так не называл? Я продолжаю:

– Я так устала, давай переночуем в гостинице? Пожалуйста! – хлопаю глазками.

Глава 9

– Что с тобой? Ещё светло, мы успеем доехать до Москвы, – отвечает Ратмир удивленно.

Загорается зелёный, машина трогается с места. Черт, я сейчас потеряю свой последний шанс поговорить с этим Леонидом! Хоть и рискую… но я должна попробовать что-то узнать.

Придвигаюсь, беру своего будущего мужа за руку. Холодная.

– Пожалуйста, милый!!! – говорю умоляюще. Хотела назвать Ратмира «котёнком», но что-то язык не поворачивается, он смотрит на меня сейчас грозно, насупив брови. Скорее, тигр получается.

Нет, а у меня хорошо получается играть. Не так уж это и сложно. Вот только Ратмиру почему-то не нравится, судя по всему. И тем не менее я добиваюсь своего: он говорит водителю:

– Борис, разворачивайтесь, мы переночуем в гостинице.

Внутренне я ликую. Хотя, не уверена, что смогу выйти из номера… Номера! Вот черт: я только сейчас и понимаю, что мне придётся остаться с Ратмиром наедине…уже так скоро. Об этом я не подумала.

На ресепшене он оформляет все документы: люкс на двоих для нас (я не удивлена) и один номер водителю. Я смотрю по сторонам, Леонида нигде не видно. Может, зря я это затеяла?

Поднимаемся на нужный этаж молча. Вот сейчас столкнуться бы с Леонидом было бы неловко… Но нет, пока идём до номера, никого не встречаем.

Ратмир открывает дверь, прикладывая карточку. Мы заходим. Все обставлено в каком-то старинном стиле. Коричневая мебель, ковер на полу. Но мне нравится! Наконец-то, какое-то разнообразие, по своей комнате в пансионате я точно скучать не буду.

Ратмир садится в кресло, я прохожу и осматриваюсь, слышу его голос:

– Хорошо, что ты прислушиваешься к моим просьбам, но не надо, пожалуйста, так переигрывать. Никаких «любимый» и «милый». И не веди себя, как дура.

– А как тогда мне себя вести?

– Просто будь собой.

Его ответ вводит меня в ступор. В смысле, быть собой? Да он же и не знает, какая я настоящая, даже не догадывается.

– Хорошо, а как мне тебя называть?

Ратмир задумывается на секунду, отвечает, хитро улыбаясь:

– Когда мы наедине, можешь называть меня господином или хозяином. А когда на людях, то просто по имени.

Хмыкаю. Да он ещё хуже, чем я думала!

Ратмир продолжает хитро улыбаться, глядя на меня, складывает ногу на ногу:

– Ну, что? Продемонстрируешь мне свои навыки любовницы? – спрашивает.

Нет. Только не это.

– Я не могу сейчас, прости. У меня месячные, – говорю я чистую правду.

Ратмир недовольно морщится и вздыхает.

– То есть, я зря снял этот чертов номер и ещё раз остановился в этой глуши? —

Затем говорит уже тише:

– Ладно, ведь у тебя есть ещё рот, – и расстёгивает ширинку.

Сглатываю. Нет. Нет. Нет.

– Давай, отсоси мне, – приказывает Ратмир.

Мурашки бегут по коже, но отвечаю я твёрдым голосом:

– Я не могу.

– Ты шутишь?

– В моей легенде написано, что я из очень религиозной семьи, я должна придерживаться теории. Секс будет только после свадьбы, даже оральный, – выдаю я неожиданно для самой себя. Как хорошо, что успела мельком пробежаться по своей «родословной».

– Я же знаю, что эти бумажки – полная херня! Хватит морочить мне голову, Ева!

– Потерпите, господин, – вдруг решаю назвать его так, как он просил, – меня этому учили в школе. Если тебя покупают в качестве жены, нельзя преждевременно становиться любовницей, иначе клиент может передумать жениться. Можете позвонить Эмме спросить, – придумываю я буквально на ходу… Если он, правда, позвонит ей, мне не жить. В прямом смысле.

Ратмир резко встаёт и подходит ко мне вплотную:

– А тебя не учили, что мужчину нельзя оставлять без секса? – рычит, берет мою руку и кладёт на расстёгнутую ширинку…

Чувствую его эрекцию. Да, природа его не обделила мужским достоинством.

– Учили. И вы все получите после свадьбы, хозяин, – отвечаю спокойно и убираю свою руку.

Ева, ну, что ты творишь? Сделать ему минет было бы легче, чем пререкаться. Всего-то представить, что это простое занятие на манекене…

Удовлетворила бы его немного, не был бы такой злой, а то теперь пышет жаром.

Я даже начинаю переживать, что он вернёт меня обратно.

И уже собираюсь извиниться и сказать что-то типа «Прости, но ты сам попросил быть настоящей…», как Ратмир выпаливает:

– Объясни мне тогда: какого черта ты попросила остановиться в гостинице? Думаешь, я совсем идиот? Что тебе нужно?

Он что… подумал, что я захотела остановиться, чтобы переспать с ним поскорее? Вот же напыщенный индюк… Как жаль, что я не могу сказать ему это в лицо.

– Хочу попрощаться с городом, в котором прожила столько лет… И у меня болит живот, не смогу так долго ехать. Завтра мне станет лучше.

Ратмир застёгивает ширинку. Уходит в ванную комнату, перед этим бросает:

– Надень что-нибудь красивое, мы пойдём обедать в ресторан на первом этаже.

Глава 10

Ратмир выходит из ванной, пронзает меня взглядом с ног до головы:

– А покрасивее ничего не нашлось?

Пожимаю плечами:

– Это мое единственное платье. Чёрное, разве не подходит?

– А где красное, в котором я тебя купил?

– Мне надеть его? – удивляюсь я. – Разве не слишком…

– Ладно, пойдём, – бросает раздраженно, – приедем в Москву, купишь себе новые платья, а это выброси!

Иду рядом и закатываю глаза. Все, как нам и рассказывали. Неудовлетворённые мужчины становятся похожи на маленьких детей. А ещё говорят, что женщины – истерички.

Берет меня за руку. Снова чувствую обжигающий холод. Наверное, и сердце у него такое же, если вообще есть…

Тащит, я за ним не поспеваю. Привыкай, Ева. Теперь ты его вещь. И если сегодня у меня получилось отделаться от секса, то совсем скоро… Ратмир будет делать со мной все, что захочет. А мне нужно лишь сжать зубы и потерпеть. Надеюсь, я смогу потом все забыть, как страшный сон.

Заходим в ресторан, садимся за столик.

Нам приносят меню, Ратмир, едва посмотрев, говорит:

– Здесь совсем нечего есть.

Я же восхищенно смотрю на все эти названия. Так привыкла есть одно и то же, каждый день полезное, чтобы не лишнего грамма.

Когда Ратмир спрашивает, что я буду, я называю пять блюд.

И снова его брови ползут вверх. Официант уходит с нашим заказом. Я осматриваю ресторан, Леонида тут тоже нет. Раздается голос:

– Необычная ты девушка, Ева.

Хочется ответить, «да вы тоже, вообще-то, странный». Но я спрашиваю с вызовом:

– Жалеешь, что купил?

– Нет, – буравит меня холодным взглядом, – мне нравится пункт в договоре, что я могу вернуть тебя в течение месяца, если меня что-то не устроит. А устроишь ты меня или нет, посмотрим после первой брачной ночи.

В груди как будто зажигается факел. Он специально это говорит! Ему нравится смотреть, когда я теряюсь…, спрашиваю:

– Зачем вообще тебе понадобилось покупать жену? Неужели нельзя было жениться на обычной девушке?

– Обычную могут позволить себе все. А такую, как ты… единицы. И мне не нужна обычная жена, – говорит Ратмир.

Это даже похоже на комплимент, вот только у меня все равно мороз по коже. Я понимаю, что он имел в виду. Обычная не будет прогибаться по первому его зову, а вот такая, как я, должна… Обязана.

Нам приносят еду, но есть мне уже не хочется.

Копаюсь вилкой в салате и отпрашиваюсь в туалет (у своего чертова хозяина!).

Умываюсь и смотрю на себя в зеркало. Надо переломить себя, не перечить ему. Месяц хотя бы. А дальше, я придумаю что-нибудь. Нужно, чтобы Ратмир доверял мне, чтобы после свадьбы у меня появился доступ к его деньгам и чтобы я смогла спокойно выходить на улицу…

Но у меня не получается! Не знаю, почему рядом с ним меня так и выворачивает; хочется сказать что-то колкое, едкое. Трудно сдержаться.

Когда выхожу, вижу, как из соседней двери мужского туалета выходит Леонид. Вот это везение! Специально для меня… До зала ресторана далеко, Ратмир здесь не увидит.

Кидаюсь к нему, хватаю за рукав:

– Постойте.

Останавливается, смотрит на меня удивленно, как будто не понимает, кто я такая.

– Я та девушка, вы сегодня… не помните?

– Аааа, да, – на его лице появляется подобие улыбки.

Не знаю, как начать разговор…

Мимо нас ходят другие люди, да и Ратмир может пойти искать меня, решаюсь и спрашиваю прямо:

– Почему вы хотели меня купить?

– Девочка, это конфиденциальная информация.

– В смысле, конфиденциальная? Вы меня покупали… не себе?

Он смеётся. И слишком громко. Я ещё больше боюсь, что сейчас появится Ратмир. Тогда он точно меня вернёт обратно: подумает, что я флиртую с этим мужиком, который чуть меня у него не увёл.

– Нет, конечно, я только выполнял поручение.

– На кого вы работаете?

– Как я уже ответил, не могу сказать. Но начальник будет крайне недоволен, что у меня не получилось тебя выкупить.

Хочет развернуться и уйти, хватаю его за рукав:

– А если я заплачу, расскажите? – спрашиваю я, хотя у меня нет ни рубля.

Леонид вытягивает губы в одну линию, размышляет. Затем говорит:

– Хорошо. Тебя купил тот богатый сосунок, думаю, теперь деньги точно есть, – достаёт из брюк какую-то бумажку, ручку, пишет свой номер телефона.

– Будешь в Москве, позвони мне. И приготовь пятьсот тысяч.

– Так много?

– Ха. Это я ещё скидку сделал. Ерунда, по сравнению с информацией, которой я владею, – подмигивает.

Уходит. Оставляет меня в недоумении.

Очень повезло столкнуться с ним здесь, именно в туалете, случайно.

Но я так ничего и не выяснила. Меня хотел купить тот, на кого он работает? Видимо, так и есть, у этого Леонида даже визитки нет, да ещё и на взятку согласился, похож на обычного служащего.

Прячу салфетку в платье, возвращаюсь.

Ратмир холодно произносит:

– Чего так долго? Еда остыла.

Молча сажусь и ем.

После ужина, когда мы возвращаемся в номер, говорю:

– Я передумала. Больше перечить тебе не буду. Если нужно сегодня вернуться в Москву, то поехали.

– А твой живот?

Машу рукой:

– Потерплю, главное – это ваши дела.

Ратмир берет меня за плечи и затаскивает в номер:

– Тогда, может, забудем и про правила?

Сглатываю, а он наклоняется и целует меня.

Глава 11

Ева

Неожиданно. Вот значит, какие ощущения, когда тебя целуют… Конечно, технику поцелуев нам тоже преподавали, хоть мы и не тренировались на манекене, это считалось не таким важным, как все остальное.

Но я сейчас совершенно обо всем забываю, не думаю, только стою, открыв рот, и чувствую, как губы Ратмира обволакивают мои губы и как его язык прикасается к моему. По коже бегут мурашки, но не такие, как до этого: не от холода. А приятные мурашки. Это меня пугает.

Закрываю глаза и пытаюсь ответить так, как нас учили. Плохо выходит.

А затем резко открываю глаза и отстраняюсь. Что же я делаю?

Ратмир смотрит так, как будто ничего и не было, а вот у меня щеки горят (я чувствую).

– Про правила мы забыть не можем, – начинаю я говорить и сама себя ругаю: как неуверенно сейчас звучит мой голос.

– Просто хотел проверить, как ты целуешься, – он проходит мимо меня, идет к бару и наливает себе что-то в бокал.

Поворачивается и говорит равнодушно:

– И целуешься ты на троечку.

Сжимаю кулаки. И повторяю про себя: Ева, не реагируй. Не надо. По всему видно же, что он просто специально меня провоцирует.

Как будто купил себе жену, чтобы насмехаться.

***

Мы все-таки ночуем в гостинице. Я ложусь с одной стороны кровати, Ратмир на другой. Совершенно не смотрит в мою сторону и не заговаривает со мной.

Я погружаюсь в свои мысли. Долго не могу заснуть и все думаю о том, что будет дальше. Затем вспоминаю Дарину. Если мне уже так непросто приходится (это я ещё отстрочила «супружеские обязанности» до свадьбы), то, что чувствует она?

В голове страшные картины, как ее заставляют раздеться и берут против воли… И все ради ребёнка.

Ратмир, наверное, тоже рассчитывает, что я буду рожать ему наследников. Надо побеспокоиться об этом заранее. Купить незаметно таблетки. Хорошо их спрятать.

В конце концов, я проваливаюсь в сон. Мне снится Дарина. Я сбежала от Ратмира, стала свободной, закрыла «Красную Лилию». Но вот… У Дарины большой живот, и она отказывается бежать вместе со мной.

Просыпаюсь оттого, что кто-то трясёт меня за плечи:

– Ева, проснись, нам пора ехать!

Открываю глаза, в комнате ещё темно, только-только брезжит рассвет.

– Так рано?

– Нужно работать.

Я одеваюсь (конечно, не при нем, а в ванной комнате), мы быстро выходим. Уже в машине Ратмир у меня спрашивает:

– Кто такая Дарина?

– Я что-то сказала во сне? – спрашиваю тихо.

– Только это имя, – прищуривается и смотрит на меня внимательно.

Да. Рядом с этим человеком надо себя контролировать даже во сне.

Ратмир

Вся моя жизнь – это четкий план действий, всегда проставляю все плюсы и минусы и только потом принимаю решение.

Ева ломает мои внутренние часы. Во-первых, она моя первая импульсивная покупка. Если расписать ее плюсы, то они не покроют и пятидесяти процентов суммы, которую я заплатил.

Во-вторых. Никогда. Ни одна девушка не действовала на меня так.

Захотела остановиться в отеле – остановились.

Захотела лишиться девственности после свадьбы – не стал настаивать. Хотя, очень хотелось. Даже кровь меня не остановила бы…

Но здесь сыграло роль мое воспитание. Если девушка хочет хранить невинность до свадьбы, то это неплохо. Так меня учили.

Но почему тогда сейчас лежу рядом с ней и чувствую себя полным идиотом?

Дотрагиваюсь до своих губ, на них ещё отпечатан ее вкус. Губы у неё как будто созданы для поцелуя. И я соврал, что она плохо целуется, сам не знаю зачем. Это редкий случай: мне понравилось.

Поворачиваюсь на бок и смотрю в ее сторону. Вряд ли она наврала насчёт критических дней. Но до чего нелепая ситуация. Я купил себе жену и не могу ее использовать по назначению.

Все равно что не открыть долгожданный подарок, перевязанный красивой ленточкой. Снова ложусь на спину. Закрываю глаза и представляю, что буду делать с ней в первую брачную ночь.

Утром просыпаюсь от странного шёпота, с удивлением обнаруживаю в трусах сперму. Блядь, приехали. Непроизвольное ночное семяизвержение со мной не случалось лет с четырнадцати.

Ева крутит головой, видно, что ей снится плохой сон. Когда она говорит:

– Да…, – я думаю, что ее сны тоже эротического содержания.

Но затем она выдыхает:

– Да…рина, – и я понимаю, что ошибся.

Явно сон плохой, пришлось растолкать, чтобы проснулась.

И снова Ева ломает мой привычный уклад жизни. В дороге вместо того чтобы спокойно работать, я то и дело посматриваю на свою купленную жену и думаю, какие секреты она от меня скрывает?

Глава 12

Ева

Где-то читала, что дом похож на своего хозяина. Я представляла, что у Ратмира квартира на самом высоком этаже какого-нибудь бизнес-центра, холодная и неприступная, оформленная в темных тонах. Была приятно удивлена, когда мы подъехали к дому из необычного темно-красного кирпича. Это все ещё Москва, но какой-то особый элитный район, я так поняла. Просто так сюда не заедешь: нужно проехать через пост охраны, частный сектор отгорожен высоким забором от остальных улиц.

Мы заходим, нас встречают очень много людей, Ратмир представляет меня:

– Это моя будущая жена и ваша новая хозяйка.

Затем поворачивается ко мне и идёт с конца колонны, перечисляя:

– Марина, домоправительница, Людмила – повар…

Всех я, конечно, не запоминаю.

– Ну, пока, скоро вернусь, нужно срочно в офис, – наклоняется и целует меня в щеку. Игра на публику.

Уходит, а я остаюсь стоять посередине.

Мне жутко неудобно перед этими людьми. Ладони потеют. Работники Ратмира смотрят на меня с подобострастием, даже Марина, женщина примерно ровесница Эммы, только полноватая и с приятной улыбкой, называет меня на «Вы».

– Не хотели бы Вы пройтись по дому? – говорит она.

Я киваю.

Следую за Мариной и понимаю причину своего смущения перед прислугой. Они не догадываются, что я здесь тоже на птичьих правах. Никакая не будущая хозяйка этого места. А такая же подчиненная Ратмира, как и они все.

Но, надо признать, дом у моего будущего «мужа» красивый. Много цветов в гостиной, в интерьере преобладают тёплые тона, красивая (современная, но в то же время невычурная мебель).

– Так много цветов, – удивляюсь я.

– Да, Ратмир Денисович очень любит притаскивать разные цветы, вы ещё не видели балкон наверху, он сплошь зелёный, как будто в джунглях, – рассказывает Марина, улыбаясь.

– И сам ухаживает? – спрашиваю.

Я была уверена, что сейчас Марина рассмеется, но она с серьёзным видом отвечает:

– Он знает про каждое растение и строго-настрого наказывает нам не путать, какое надо часто поливать, какое, когда обрезать… Но нет, сам он, конечно, не успевает этим заниматься. Пойдёмте, я вам покажу второй этаж.

Мы поднимаемся по лестнице, когда я ступаю на последнюю ступеньку, вижу, как навстречу нам несётся с огромной скоростью собака, я останавливаюсь, цепляюсь за перила, но все равно она чуть не сбивает меня с ног.

Марина ругается:

– Вот паршивец Сэм неугомонный! Я сама из-за него иногда чуть с лестницы не падаю!

Собака поднимается на задние лапы, нюхает меня. Весело шевелит хвостом.

Никогда не общалась с животными, но страх проходит. Я глажу пса. Это далматинец. Красивый, видно, еще не совсем взрослый, игривый. Подумать только: когда-то я мечтала завести такую породу.

Когда мы были маленькими, в пансионате нам показывали знаменитые фильмы про далматинцев, и всегда на новогодних праздниках, с этим связаны тёплые и приятные воспоминания.

Сэм быстро теряет ко мне интерес и убегает вниз.

Марина открывает мне одну из дверей.

– Вот это ваша комната, Ратмир Денисович попросил тут все переделать под нужды девушки, – Марина снова широко улыбается, – если вам что-то не нравится, скажите, поменяем.

Я с восхищением озираюсь вокруг. Мне все очень нравится. Большая часть комнаты – книжный шкаф во всю стену, белый. Диван, письменный стол. Через арку вход в другую комнату, где стоит шкаф для одежды и уже обычная кровать.

Неужели мы будем спать с ним в разных комнатах? Это меня радует. Но Марина как будто читает мои мысли и разочаровывает меня:

– Это для вашего личного пространства, как кабинет. Спальня, ваша общая, находится напротив, пойдёмте покажу?

Я иду следом.

Наша «общая спальня» нравится мне гораздо меньше. Как представлю, чем мне здесь предстоит с ним заниматься, так дурно становится. Ещё есть, конечно, время до свадьбы, но бесконечно откладывать секс с ним я не смогу.

– Ева, извините, как вас по батюшке? – спрашивает домоправительница.

Я судорожно вспоминаю, как там было в моей «родословной».

– Ева Дмитриевна, но вам можно просто Ева.

– Ева Дмитриевна, желаете сейчас поесть или вечером?

– Вечером, спасибо.

– Но тогда оставлю вас.

Марина уже собирается уходить, но потом дружелюбно поворачивается ко мне и добавляет:

– И где же он вас нашёл, такую скромную? Вы очень хорошая пара! Именно такая девушка и нужна нашему Ратмиру Денисовичу. А я боялась – придёт какая-нибудь фифа и начнёт наводить здесь порядки, вижу, что, слава богу, вы не такая… Вы, как золушка! Видно, что из наших: простого люда.

Я улыбаюсь и стараюсь сделать так, чтобы это не выглядело грустно.

Когда я остаюсь одна, иду в «свою комнату». Просматриваю книги, которые стоят на книжных полках.

Усмехаюсь. Золушка. Вполне возможно, что и Золушка, только наша сказка с Ратмиром закончится на том моменте, когда я сбегу из этого дома. И даже туфельку ему на память не оставлю.

Беру первую попавшуюся книгу и начинаю читать. Выныриваю из неё, когда на улице почти стемнело. Спускаюсь вниз, застаю Марину, выходящую на улицу.

– Я домой! Если вы проголодались, еда в холодильнике, нужно только разогреть.

– В доме больше никого нет? – озираюсь я по сторонам.

– Да, это пожелание Ратмира Денисовича, все мы под вечер уходим по домам, когда он возвращается с работы.

– Понятно, до свидания!

– До завтра, Ева Дмитриевна. Было приятно познакомиться.

– Мне тоже, – говорю я искренне.

Когда она уходит, я ещё некоторое время стою и улыбаюсь. Повезло встретить в этом доме хоть одного нормального человека. Конечно, я не смогу с ней по-настоящему «подружиться», ведь у нас и большая разница в возрасте, к тому же я жена «хозяина», она прислуга. И все-таки приятно, что есть в доме человек, который просто сможет с тобой нормально поговорить.

Иду на кухню, достаю первое попавшееся блюдо из холодильника. Ужинаю в одиночестве.

Ратмир приезжает, когда на улице уже совсем темно. И не один.

Глава 13

Сначала я слышу женское ненатуральное хихиканье, затем дверь открывается, и Ратмир заходит, держа за талию какую-то проститутку. Глядя на ее наряд (тонкая кофта, которую девица напялила, как платье) у меня другого слова и не находится.

Дешевая проститутка как есть. Не мог найти себе получше? Если я попаду когда-нибудь в «Эльдо», и то не опущусь так низко.

Девица пытается расстегнуть ему ширинку, Ратмир останавливает и строго говорит:

– Не здесь.

Я сижу в темноте на кухне (двери нет и входная дверь хорошо видна). Он не сразу меня замечает. А когда поворачивает голову и видит меня, холодно произносит:

– Вот ты где.

Подбегает собака, здоровается с Ратмиром, он треплет ее за ухо.

Я молчу, спокойно беру в руки свою кружку чая и отпиваю. Ратмир проходит на кухню, засовывает руки в карманы брюк.

– Ты же пока меня не удовлетворяешь, – начинает говорить, я чуть не выплёскиваю ему чай на рубашку. Как нелепо звучит. Начинаю даже думать: а не подстроенная ли эта сценка специально для меня? Но какой смысл? Думает, я оттаскаю эту девку за волосы и побегу к нему в койку?

Такой реакции от меня ждёт? Не получит!

Говорю спокойно:

– Вы, господин, можете и после свадьбы спать, с кем пожелаете, – делаю паузу и добавляю:

– Но я думаю, в этом не будет необходимости, после меня вам все другие девушки покажутся дилетантками.

Дура! Последнее предложение явно лишнее. К чему я это сказала?

Ратмир смеётся:

– И это я слышу от девственницы! Подумать только. Ева, секс невозможно изучать по книжкам. Это я тебя всему буду учить.

– Дело не в опыте, – я повышаю голос и бросаю взгляд на девицу за спиной Ратмира, она послушно стоит в прихожей и ждёт своего клиента.

– А в чем? – спрашивает он.

– Я просто знаю себе цену.

Ратмир хмыкает и разворачивается, говорю ему в спину:

– И, пожалуйста, не забудь надеть презерватив… Хотя, знаешь, если ты постоянно спишь с такими, лучше принеси мне справку, что ничем не болеешь.

Ратмир резко разворачивается, подходит ко мне. Хлопает двумя руками по столу, так, что даже чай у меня чуть не разливается, наклоняется и смотрит мне прямо в глаза:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.