Кейт Уокер
Два жениха и одна невеста

A Throne for the Taking

© 2013 by Kate Walker

«Два жениха и одна невеста»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке,

ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

Глава 1

Идет. Он идет. Она поняла это по звуку приближающихся шагов – быстрых и тяжелых. В коридоре.

Массивный мужчина торопливо шел к комнате, в которой находилась она. Такую комнату она не ожидала увидеть, но менее всего она предполагала, что когда-либо увидит этого мужчину, с которым очень давно не встречалась. Вот уже десять лет прошло с тех пор, как они разговаривали в последний раз, и буквально через несколько секунд они столкнутся лицом к лицу.

Как пережить это?

Рия уселась удобнее в прекрасном кожаном кресле, положив ногу на ногу, потом, передумав, поставила обе ноги на пол. Зеленовато-голубое платье аккуратно прикрывало ее колени. Она пригладила золотисто-каштановые волосы, зная, что выглядит безупречно. Волосы были убраны назад, придавая ей строгий вид. Это был тот облик, которого она добивалась.

Мысль о том, что платье, возможно, выглядит чересчур повседневно, не давала ей покоя перед приходом сюда, однако Рия успокоилась, когда надела его: длина была вполне скромная, а легкий черный льняной жакет добавлял элемент строгости, что не могло не порадовать ее.

Комната, в которой она ждала встречи, была словно картинка из глянцевого журнала – изысканная и современная. Гораздо роскошнее, чем Рия могла себе представить. На одной из стен светло-серого цвета висели потрясающие фотографии в рамках. Все они были черно-белыми – стиль, принесший Алексею Сарове известность и состояние. Но, несмотря на это великолепие, взглянув на них, Рия нахмурилась. Они отражали холод и одиночество. Пейзажи, городки – и никаких людей. Алексей иногда фотографировал людей. Ей это было известно. Но на фотографиях в этой комнате не было ни одного человека.

Мужчина, подходя к двери, замедлил шаги, а затем остановился. Рия услышала шепот.

Он! Тот, с кем она должна встретиться, чтобы передать ему послание, которое может спасти ее страну от гражданской войны. Рия поклялась, что не уйдет, пока не сделает этого, хотя нервы ее были натянуты до предела.

Она стукнула кулачками по деревянным подлокотникам кресла. «Нет! – отругала себя Рия. – Перестань! Сейчас же!»

Молодая женщина сложила трясущиеся от волнения руки вместе, опустила их на колени и заставила себя собрать все свое самообладание, хотя это было далеко не просто. Слишком многое поставлено на карту, и Рия не была уверена, что сможет со всем этим справиться.

О, как нелепо! Глубоко вздохнув, она подняла голову и уставилась на белый потолок, пытаясь собраться с духом. Она должна справиться. Практически с самого рождения ее обучали умению общаться с незнакомыми людьми, разговаривать с ними, вести светские беседы при королевском дворе. Она могла делать это так же естественно, как дышать, и выглядела при этом очень достойно – с гордо поднятой головой и прямой спиной. Еще бы! Сначала няни, а потом отец постоянно нашептывали ей на ухо, что репутация семьи Эскалона – потомков королевского рода – должна быть для нее наиглавнейшей вещью.

Рия умела обсуждать с женами президентов поездки на стекольные заводы и на виноградники. Если ей позволяли, она даже могла рассуждать по поводу жизненно важной роли экспорта или добычи эруминума – нового минерала. Правда, ее редко об этом просили. Такие важные темы, как правило, оставались прерогативой сначала ее деда, короля, а потом – ее кузена Феликса, наследного принца Мекджории.

Но ей никогда не приходилось выполнять миссию, которая имела отношение к ее собственной свободе и к свободе ее страны. Эта тревожная мысль не давала ей покоя и снова и снова била барабанной дробью по нервам.

«Сделай это!» – приказала она себе.

Голос, донесшийся из коридора, на этот раз был отчетливо слышен, что заставило Рию выпрямиться.

Плечи назад, голову вверх… Она словно услышала строгую команду отца и, чтобы успокоиться, сделала глубокий вдох.

Но сегодняшний случай особый. Этот мужчина не был незнакомцем, и она не собиралась вести с ним светскую беседу.

Ручка двери повернулась. Рия напряглась и слегка повернула голову, но затем, передумав, отвернулась. Она не хотела, чтобы он решил, что она нервничает. Она должна предстать перед ним спокойной, собранной и владеющей ситуацией.

Владеющей… Это слово глухо прозвучало в ее голове. Когда-то достаточно было ее желания – и все, что она хотела, принадлежало ей. Однако несколько месяцев назад ее жизнь перевернулась с ног на голову, и теперь все было по-другому. Будущее рисовалось темным и опасным.

Но, возможно, если эта встреча пройдет более-менее успешно, она сможет спасти свою страну – и семью – от внезапно обрушившегося на них бедствия. Правильно истолковав ошибки прошлого, Рия надеялась спасти счастье своей матери. А для отца… Нет, это будет слишком. Не сейчас. Мысли об отце ослабляли решимость молодой женщины, забирая силы, которые были так нужны ей.

– Доклад должен лежать на моем столе к вечеру.

Дверь распахнулась. Мужчина, которого она с тревогой дожидалась, вошел в комнату. Времени на размышления больше не осталось.

Когда он появился, сердце Рии забилось быстрее. Дыхание перехватило. Впервые она ощущала себя потерянной, уязвимой – без привычной охраны, стоящей за спиной. Всю жизнь рядом с ней находились телохранители, и было на кого положиться в любой ситуации.

Теперь защиты не было. Рию лишили этого права. Это было первое, что отобрали у нее и ее семьи во время бунта, начавшегося после неожиданной смерти Феликса и обнародования шокирующей правды о прошлом ее отца. Все изменилось быстро – так быстро, что у нее не было времени подумать о возможных последствиях этих изменений. И сейчас от мыслей о будущем у нее болезненно скрутило живот.

– И без задержек… Добрый день.

Неожиданное обращение к ней застало Рию врасплох. Она не сразу осознала, что собеседник Алексея уже ушел, а сам он находится в комнате. Шаги звучали все ближе.

– Добрый день, – повторил он громче, более отчетливо и как будто прямо в спину.

Ей следовало бы повернуться, она это знала. Повернуться к нему лицом. Но было трудно на это решиться из-за причины ее прихода сюда и его предполагаемой реакции на это.

– Мисс…

Его предупреждающий тон быстро привел Рию в чувство. Она повернула голову и поднялась. Когда она увидела вблизи его мощное тело, то обрадовалась, что не осталась сидеть. Фотографии Алексея часто появлялись в прессе, и ей было известно, что он высок и обладает сногсшибательной внешностью. Но в действительности, с этими глубокими глазами и темными волосами, он выглядел гораздо внушительнее, чем представляла Рия. Костюм стального цвета прекрасно облегал его массивную фигуру. В ослепительно-белой рубашке и серебристом галстуке он выглядел искушенным бизнесменом, совсем не похожим на того Алексея, которого она помнила – жилистого мальчишку с неопрятной копной волос, друга ее юности. Потрясенная, Рия вдохнула цитрусовый аромат шампуня, запах чистой кожи.

– Добрый день, – наконец сказала она и ощутила облегчение, потому что могла контролировать свой голос. Может, она и говорила слегка натянуто, но это было куда лучше, чем позволить внутренней дрожи оказать влияние на ее способность говорить уверенно. – Полагаю, вы Алексей Сарова.

Он приблизился к ней. Ее слова почему-то произвели на него шокирующее впечатление.

– Ты! – Вот и все, что он произнес, но с каким презрением!

Алексей резко остановился, затем отвернулся, прошел по направлению к двери и схватился за дверную ручку.

Это было самое худшее из всего, что ожидала Рия. Она понимала, что будет нелегко заставить его выслушать ее, но не предполагала получить бесповоротный отказ.

– О, пожалуйста! – выпалила она. – Пожалуйста, не уходи.

Алексей повернул голову, черные блестящие глаза пронзили ее насквозь. В глубине этих глаз не было ни капли эмоции.

– Не уходи? – Он помотал головой, и слабая улыбка мелькнула на его красивых чувственных губах. Но Рия видела, что глаза его вовсе не улыбаются, и по ее спине пробежала дрожь. Глаза Алексея оставались холодными и бесчувственными, как черное стекло. – Я не ухожу – уйдешь ты.

Такого поворота событий Рия не ожидала. Она не думала, что он так быстро и легко узнает ее. Десять лет – немалый срок, и тогда они были почти детьми. Теперь она уже не та круглолицая неуклюжая девчонка, которую Алексей когда-то знал. Она стала выше, стройнее, а ее невзрачные коричневые волосы приобрели золотисто-каштановый цвет. Она была готова к тому, что ей придется долго объяснять ему, кто она такая. Рия надеялась, что он выслушает эти объяснения и по крайней мере захочет узнать о причине ее появления.

– Нет… – покачала она головой. – Я не уйду.

В темных глазах Алексея внезапно вспыхнул гнев, и она едва могла сдержаться, чтобы не съежиться от его холодного взгляда. Но члены королевской семьи не трусят, даже бывшие.

– Нет? – Как ему удалось вложить столько цинизма и враждебности в одно слово? – Я должен напомнить тебе, что являюсь владельцем этого здания. Я решаю, кому здесь оставаться, а кому уходить. И ты уходишь.

– Разве ты не хочешь узнать, почему я пришла к тебе?

Если бы она что-то бросила в мраморную статую, это произвело бы больший эффект. Возможно, выражение его прекрасного лица стало более непреклонным, а глаза – еще холоднее, но это трудно сказать наверняка.

– Честно говоря, нет. Я не желаю ничего знать. Единственное, чего я хочу, – это чтобы ты убралась отсюда и больше не приходила.

Остановившись в центре комнаты, беспокойный, как тигр в клетке, Алексей твердил себе, что он действительно хочет, чтобы она больше никогда сюда не возвращалась. Но правда заключалась в том, что неожиданно он оказался пленником. Воспоминания вырвались наружу, заманивая его в ловушку, заковывая в кандалы, чтобы воспрепятствовать побегу.

Алексей не предполагал, что когда-нибудь снова увидит Рию или кого-то еще из Мекджории. Он был уверен, что оставил их в прошлом; он начал все заново, создал новую жизнь для себя и своей матери. Ушли годы на то, чтобы обеспечить маме существование, которого она заслуживала. Теперь он стал гораздо состоятельнее, чем в бытность свою… принцем. У него не было ни малейшего желания вспоминать что-либо, связанное с королевской семьей Мекджории – или с самой страной. Он оборвал все связи с родиной своего отца и был намерен оставить все как есть. Он бы никогда не оглянулся назад, в прошлое, если бы не неожиданное и шокирующее появление Рии в его офисе.

Алексей подождал немного, затем распахнул дверь:

– Или мне вызвать охранников?

Брови Рии поднялись и скрылись под челкой. Она бросила на него холодный взгляд зеленых глаз. Вдруг перед Алексеем вновь предстала великая герцогиня Эскалона, и он противился тому чувству, которое вызвало в нем это внезапное превращение.

– У тебя есть вооруженная гвардия? – поинтересовалась она. – Будет любопытно почитать колонку сплетен: «Известный плейбой прибег к помощи охраны, чтобы справиться с маленькой особой, вторгшейся в его владения».

– Маленькой? Тебя трудно назвать маленькой, – произнес он подчеркнуто медленно. – Должно быть, ты выросла… на сколько?.. на шесть дюймов с тех пор, как я тебя видел в последний раз?

Она выросла, и дело было не только в росте, заключил Алексей, оправдывая инстинктивную мужскую реакцию, которая застала его врасплох в первые секунды встречи. Еще до того, как он осознал, кто это такая.

Он в жизни не видел такую великолепную женщину. Рия выросла, стала выше, стройнее. На ее лице появились четко очерченные скулы, а розовые пухлые щечки исчезли. Когда-то ему очень нравились ее щечки. Они были такие мягкие, и он любил слегка их ущипнуть, как будто дразня, а на самом деле – чтобы дотронуться до нее пальцами, почувствовать нежность кожи. Изгиб скул смягчали очертания пухлых розовых губ и зеленые глаза, но было очевидно, что мягкая внешность обманчива. Рия Эскалона лжива до мозга костей.

Его, словно электрическим током, пронзило необузданное желание, тело запылало, охваченное огнем страсти. Но воспоминания о тех временах, когда они вместе росли и как Рия все это разрушила, нахлынули на Алексея и остудили его пыл.

Тогда она посмотрела на него сверху вниз, как на грязь под своими изящно обутыми ножками. Рия, которая была его другом, с кем он делился своими секретами, превратившаяся из прелестной девочки в не менее прелестную чувственную женщину, стала вдруг той, которая вместе со своим отцом и семьей вонзила нож ему в спину и разрушила жизнь его матери.

– Что касается колонки сплетен, я уверен, что еще большую сенсацию вызовет новость о том, что великая герцогиня Хонория Мария Эскалона была насильно выдворена из офиса «Сарова интернэшнл». Я могу даже представить придуманные журналистами версии твоего изгнания.

– Нет великой герцогини, – не задумываясь, выпалила Рия. – Таковой больше не существует.

– Что?

Алексей замер. На одну-две секунды смущение затуманило его удивительные глаза. Озадаченный, со сдвинутыми от удивления бровями, он слегка наклонил голову набок. Это зрелище заставило сердце Рии сжаться от боли.

Раньше Алексей часто так делал. Когда они были детьми – точнее, она была ребенком, а он был на шесть лет старше, – если он смущался или не знал, как поступить, у него между бровями появлялась маленькая морщинка, а голова наклонялась так же, как сейчас.

– Лексей, пожалуйста. – Это имя слетело с языка автоматически. Такое знакомое и любимое имя. Так она раньше его называла.

Но это была роковая ошибка. Рия знала, что малейшая попытка приблизить Алексея к себе произведет противоположный эффект.

Его тело напряглось, голова выпрямилась и откинулась назад, подбородок вздернулся. Вся поза выражала злость и отторжение. Глаза Алексея вспыхнули, рот сжался.

– Нет, – сказал он твердо и грубо. – Нет. Я не желаю ничего слышать. Почему я должен это делать, если ты и вся ваша семья отвернулись от моей матери – и от меня – и выбросили нас из страны с позором. Мою мать позор преследовал до самой смерти.

– О, но…

Рия умолкла. Слова растворились, сгорели в пламени ярости, которую он обрушил на нее. Ей показалось, что ее кожа обожжена.

Было очевидно, что Алексей не собирается разговаривать ней. В спешке она схватила свою сумку и открыла ее.

– Это для тебя… – Рия протянула ему бумаги, которые она бережно сложила, готовясь к поездке. Документ, наличие которого она проверяла каждые несколько минут по дороге в офис Алексея, был на месте.

Его взгляд переместился на то, что она держала в руках, и выражение лица стало каменным, когда он взял верхний лист. Печать говорила о том, что это важный документ.

– Ты знаешь, что твоей матери были нужны доказательства законности ее брака, – продолжила она и в ответ получила короткий кивок. Взгляд Алексея все еще был устремлен на документ.

Он стоял неподвижно, как статуя, а у Рии немел язык, когда она пыталась выговорить слова. Если бы кто-то другой мог выполнить эту жизненно важную миссию… Но она сама вызвалась, несмотря на то что министры смотрели на нее с подозрением. Это подозрение было естественным после того, как ее отца арестовали. Но они не знали даже половины всего. Рии была известна вся правда, но она не посмела раскрыть ее кому-либо, боясь осуждения. К счастью, министры решили, что у нее больше шансов на успех, чем у других. Они заявили, что Алексей ее послушает. И кроме того, поскольку это много значит для самой Рии и для ее семьи, у нее хватит сил.

Ирония судьбы заключалась в том, что ее обучение, которым занимался отец, руководствуясь своими целями, теперь было использовано для того, чтобы пресечь эти самые цели.

– И для этого ей требовался документ, – добавила Рия, – подтверждающий, что старый король дал разрешение твоему отцу – его сыну – жениться на твоей матери.

Зачем она это повторяет? Алексей знал все в деталях не хуже ее. В конце концов, именно его жизнь была разрушена после скандала, результатом которого стало объявление брака родителей недействительным. Родителей Алексея разлучили, и он до шестнадцати лет жил с матерью в Англии, пока известие о том, что его отец смертельно болен, не заставило власти вернуть мать и сына в Мекджорию в надежде на примирение. Они прожили там недолго, но в течение всего этого времени Алексею было сложно иметь дело с консервативной снобистской аристократией, особенно когда к нему и к его матери относились не лучше, чем к людям из толпы, не принадлежавшим ко двору. Его поведение бунтаря создало вокруг него ауру недоверия и презрения. И вскоре, когда отец скончался, некому было защитить мать и сына. В результате заговора, в котором – как, к своему ужасу, обнаружила Рия – активно участвовал ее отец, вдова и ее сын были с позором высланы из страны.

Рия осознавала, что во всем этом была и ее вина. И это было одной из причин, почему она вызвалась приехать в Лондон и принести ему документ, подтверждающий законность брака.

– Это доказательство.

Наконец Алексей протянул руку и взял у нее документ. Но, к ее огромному удивлению, он поверхностно просмотрел текст и бросил бумаги на свой письменный стол.

– И что?

От этих двух слов у нее пересохло во рту, и хриплым голосом она попыталась ответить:

– Разве ты не видишь?

Глупый вопрос. Конечно, он видел, но реагировал не так, как она ожидала.

– То, что вам было нужно, к вам вернулось, и это все меняет. Это означает, что твои родители действительно были женаты. Это делает тебя законнорожденным принцем.

– И это делает меня равным тебе. Поэтому я удостоился чести видеть тебя и говорить с тобой после всех этих лет?

Горечь его тона заставила Рию вздрогнуть. Впрочем, она это заслужила. Она назвала Алексея незаконнорожденным – предполагаемым незаконнорожденным, – когда он попросил у нее помощи. Тогда она еще не знала правды. Но она не забыла, что сделала это отчасти от боли и от злости. Боль и злость были вызваны его романтическим увлечением другой девушкой.

Она помнила, что он тогда сказал: «Женщиной, Рия. Она женщина».

Алексей подчеркнул, что сама Рия была еще ребенком. Раненная и отверженная, она стала отличной помощницей отца в его интригах и, как потом выяснилось, в его лжи.

– Это не то, что… – Борясь с воспоминаниями, Рия с трудом выдавливала слова. – Это то, что правильно.

Она знала, как Алексей противился навешенному на него ярлыку «внебрачный ребенок». Но больше всего его возмущало то, как относились к его матери, потому что ее брак не считался законным. И поэтому Рия верила – надеялась, – что новость, которую она принесет, все изменит. Она не могла ошибиться.

– Правильно? – цинично протянул Алексей. – Немного поздновато. Теперь правда не поможет моей матери. И лично меня больше не волнует, что обо мне думают в Мекджории. Но спасибо, что принесла мне эту новость.

Тон его был очень далек от искренней благодарности.

В этом крылось что-то большее. Конечно, подтверждение его законного происхождения вызвало много воспоминаний, однако она не ожидала такой реакции.

– Мне очень жаль, что я так себя вела… – начала Рия, пытаясь применить другой подход.

Но на нее по-прежнему был устремлен холодный взгляд.

– Это было десять лет назад. – Алексей пожал мощными плечами, отклоняя ее неуверенное извинение. – Много воды утекло с тех пор. И это уже не имеет значения. Я сам сделал себя и не хочу иметь ничего общего со страной, которая считала, что мы с моей матерью недостойны жить там.

– Но…

В голове Рии крутилось так много деталей, так много фактов, но она не посмеет рассказать о них. Не сейчас. Этот человек не готов слушать. Если она сделает хоть один неверный шаг, он отвергнет ее – и ее миссию – полностью. И второго шанса не представится.

– А теперь буду благодарен тебе, если ты удалишься. Или я вызову охрану, и они вышвырнут тебя отсюда к чертовой матери. Меня не волнует, что потом напечатают папарацци в колонках сплетен. Впрочем, они напишут то, что я продиктую.

Это реальная угроза или выдуманная? Стоит ли выяснять? Нет, если вспомнить, что творится дома, на родине, где сейчас беспорядки и надежды на безопасность и мир возлагаются только на нее. Что касалось лично Рии, она боялась, что мама не переживет, если еще что-нибудь случится, а она в случае провала миссии снова окажется под контролем своего отца. Еще один скандал в газетах мог иметь такие разрушительные последствия, что она вздрогнула при этой мысли. Единственный путь, который помог бы ей достичь успеха, – это попытка перетянуть Алексея на свою сторону. Но это выглядело абсолютно невозможным.

– Хонория, – произнес Алексей, держа дверь открытой. Одного того, что он назвал ее полным именем, было уже достаточно. – Герцогиня, – добавил он с издевательским поклоном.

Но Рия не могла сдвинуться с места. Она не могла уйти. Еще очень многое осталось недосказанным.

Глава 2

Презрение в голосе Алексея звучало отчетливо. Но то, с чем она пришла к нему, было делом жизни или смерти. Может так случиться, что ситуация в Мекджории скоро не разрешится. И тогда заявит о себе Иван. Наследный принц Феликс был не самым лучшим правителем, но он не сравнится с тем тираном, который может занять трон после него. Усилием воли Рия заглушила внутреннюю дрожь, угрожающую ее самообладанию.

Она не видела Алексея уже десять лет, но за это время успела познакомиться с его дальним родственником, Иваном, и не получила никакого удовольствия от общения с ним. Рии пришлось наблюдать, как он отрывал крылышки бабочкам, бросал камни в нищих. Агрессивный, жадный, Иван был опасен для страны и, как ей стало известно, для нее самой – из-за интриг ее отца. Единственный человек, который способен помочь в этой ситуации, – Алексей.

Но Рия понимала, что слишком много просит у него. Особенно сейчас, когда увидела, какие чувства он испытывает к Мекджории и ее жителям.

– Пожалуйста, выслушай меня, – попросила она.

Но Алексей как будто надел броню. Рии казалось, что каждый брошенный ею взгляд, каждое слово просто отскакивают от него, как камешки от стены.

– Пожалуйста? – иронично откликнулся он, и его рот скривился. – Я не предполагал, что тебе известно это слово. Пожалуйста… что, милая?

– Ты не хочешь ничего знать…

Это читалось на его лице. Черные, как ночь, глаза были непроницаемыми. Не было ни малейшего намека на смягчение. Как он сумел нежное слово «милая» произнести так, что оно стало жестоким и мерзким?

– О нет, хочу, – ответил Алексей, растягивая слова. Он скрестил руки на груди, прислонился к стене и поставил одну ногу так, чтобы держать дверь открытой. Это ясно давало понять, что он все еще ждет ухода Рии. – Мне бы хотелось знать, что ты здесь ищешь.

– Действительно?

Неожиданная надежда мелькнула в ее душе. А может, она поняла его неправильно и дела обстоят не так уж плохо?

– Действительно, – повторил Алексей, снова с иронией. – Увлекательно видеть, как меняются роли. Помнишь, однажды я просил тебя только об одной вещи?

Он просил помочь ему и его матери. Просил Рию поговорить с отцом и вымолить хотя бы немного денег на жизнь – часть наследства его отца, которое было конфисковано государством. Мать и сын остались без пенни и без крыши над головой. Не зная правды, понятия не имея ни о заговоре, ни о тяжелой болезни матери Алексея, Рия приняла сторону отца.

– Я совершила ошибку, – призналась она.

Она знала, что ее отец жестокий и амбициозный человек, но долго не желала верить, что он может лгать и манипулировать людьми.

«Для блага страны, Хонория», – говорил он. И, видя, насколько своенравен Алексей, Рия поверила отцу. В то время она не сомневалась в его честности. И только сейчас, годы спустя, она обнаружила, как далеко зашел его обман и как сильно она в этот обман вовлечена.

– В чем дело, дорогая? – насмешливо поинтересовался Алексей. – Не получаешь удовольствие?

Его взгляд излучал жестокость, уголки рта скривились в недоброй ухмылке. Все это говорило о холодном презрении и одновременно триумфе. Он ликовал, потому что Рия оказалась в униженном положении. Да, Алексей Сарова отвергнет все что угодно, лишь бы отомстить семье, которая когда-то сломала ему жизнь. Кого же еще ему винить в этом?

– Не доставляет радости ситуация, когда приходится умолять, не так ли? – продолжал он. – Склоняться перед человеком, с которым когда-то ты не желала разговаривать?

И снова Алексей жгучим, пристальным взглядом окинул Рию с головы до ног. Этот взгляд напомнил ей, как десять лет назад он холодно с ней обошелся, прежде чем уехать и исчезнуть из ее жизни.

– А я уже побывал в таком положении, не забыла? Я просил, умолял – и ушел ни с чем.

Внешне Алексей был расслаблен, но внутри у него все онемело от напряжения; он напоминал опытного охотника, который смотрит и выжидает. Ему нужно было, чтобы его единственная добыча – Рия – сделала одно движение. Тогда можно будет атаковать…

Но все же она должна попытаться.

– В Мекджории хотят, чтобы ты вернулся, – нервно проговорила она.

Рия догадалась, каков будет ответ, еще до того, как он открыл рот. Она заметила, что его спина напряглась, красивые губы сжались, мышцы лица дернулись.

– Возможно, ты не скажешь ничего, что заставило бы меня хотеть знать больше, – произнес Алексей, растягивал слова. – Но ты могла бы попытаться убедить меня.

Она могла, но, судя по его тону, по каменному выражению лица, это не произвело бы должного эффекта, а вызвало бы лишь очередную порцию насмешек. Рия не была готова доставить ему такое удовольствие.

Собрав все свои силы, расправив плечи и подняв голову, посмотрев в его ледяные глаза, она холодно произнесла:

– Нет, спасибо.

Отец гордился бы ею, по крайней мере за это. Она снова была великой герцогиней Хонорией Марией во всем своем великолепии. Единственной дочерью канцлера, который создал массу проблем для страны. После того как Рия узнала о махинациях своего отца, узнала, что для него она была всего лишь средством достижения большей власти, она не желала оставаться герцогиней Эскалона. Она очень надеялась, что принимает ее облик в последний раз, а потом навсегда освободится от проклятого титула.

– Ты можешь наслаждаться своим триумфом, – сказала она, – а мне, судя по всему, действительно пора уходить.

Если Рия надеялась, что это хоть капельку тронет или смягчит Алексея, ее ждало разочарование. Правда, в его глазах промелькнула, казалось, искра восхищения, а может, намек на реакцию того юноши, которого она помнила.

Она сама вырыла себе яму и не нуждалась в его толчке, чтобы туда упасть. Впрочем, это еще не конец. Она позволит Алексею думать, что он выиграл этот раунд. Но это только одна битва, не вся война. Слишком многое поставлено на карту.

– Спасибо, что потратил на меня время.

Рия не смотрела в его сторону, хотя и ощутила новую волну цитрусового аромата, когда он подошел ближе и почти что разрушил ее с трудом восстановленную храбрость. Но после того как она справилась с собой, Алексей обрушил на нее новый огонь – свой комментарий. И это еще раз напомнило ей, как сильно изменился юноша, которого она когда-то знала.

– Жалко, что я не могу сказать, что это доставило мне удовольствие, – цинично заявил он. – Но мы оба понимаем, что это была бы ложь.

– Определенно, – ответила Рия, почувствовав, как одеревенели ее губы.

– Теперь ты уходишь. Передавай привет своему отцу, – бросил Алексей.

Он не сказал ничего, что заставило бы ее остаться. «Одна битва – не война», – напомнила она себе. Она не допустит, чтобы сегодняшняя битва была последней. Не имеет права допустить.

Алексей решил позволить Рии уйти, несмотря на то что его внезапно проснувшееся тело требовало противоположного. Он хотел, чтобы она ушла, забрав с собой воспоминания о другой жизни, о той девочке, которую он когда-то опекал.

«Лексей… Пожалуйста…»

Отзвук ее голоса, мягкого и дрожащего, кружился в его голове, хотя он старался подавить воспоминания, не позволить им пустить корни. Алексей неистово помотал головой, пытаясь избавиться от этого, но слова Рии, казалось, проникли в его мысли.

В первую очередь его вывела из равновесия новость, которую принесла Рия. Так долго он ждал этого – наверное, полжизни. Документ, переданный ею, лежал на его рабочем столе, возвращая Алексею все права в королевской семье Мекджории. Однако он даже не взглянул на него во второй раз. Было слишком поздно. Слишком. Его мать, для которой это было очень важно, умерла. А ему, по большому счету, было все равно.

Тем не менее что-то не давало ему покоя. Что-то подсказывало, что это еще не вся правда. За визитом Рии крылось нечто большее, чем передача документа.

Ее слова: «Нет больше великой герцогини» – обрушились на него с неожиданностью летнего ливня. Именно тогда он почувствовал это. Почувствовал, что ему чего-то не хватает. Точнее, кого-то. Он настолько был выбит из колеи появлением Рии в его офисе, что не заметил того, кого должен был бы заметить.

Где же охранник в темном пиджаке? Человек, который находился в тени, на заднем плане, но который всегда был на страже, чтобы в любой момент защитить подопечного, если тот окажется в трудной ситуации?

Сегодня с Рией никого не было. Ни в коридоре, ни в комнате, где она его ждала. Хотя должен был быть.

Что же, в конце концов, происходит?

Конечно, Алексей был осведомлен о нынешней политической ситуации в Мекджории. Было очень много репортажей о демонстрациях на улицах, о митингах протеста на главной площади столицы. Отец Рии, великий герцог Эскалона, канцлер Мекджории, произносил пылкие речи, призывая к спокойствию, рекомендуя людям оставаться в своих домах и не выходить на улицу. Но это было еще до того, как сначала король, а потом его преемник скоропостижно скончались. До того, как встал вопрос о преемственности власти – с бесконечными собраниями, конференциями и дебатами по поводу того, что будет дальше. Алексей уделял минимум внимания событиям в Мекджории, но невозможно было игнорировать некоторые статьи – например, о том, что страна оказалась на грани гражданской войны.

В конце концов, это родина его отца. Место, которое должно было стать его домом, если бы его насильно оттуда не выслали.

«Лексей… Пожалуйста…»

Все было бы в порядке, если бы Рия не произнесла это имя. Если бы она – намеренно, он был уверен, – не назвала его так, как в те наивные дни, когда он думал, что они друзья. И не воскресила бы в его памяти воспоминания о прошлом, которое Алексей жаждал забыть.

– Хорошо, я заинтригован, – остановил ее он. – Ты можешь сказать больше. Итак, у тебя десять минут. Десять минут, чтобы объяснить мне, почему ты здесь. Почему появилась в моем офисе, не назвав заранее свое имя и объявив, что больше нет великой герцогини. Это правда?

Рия отреагировала так, будто ее ужалили: она повернула голову, зеленые глаза округлились, а рот слегка приоткрылся от шока.

Шок рикошетом ударил по Алексею, разбудив в нижней части тела сексуальный голод. Огромные изумрудные глаза были изумительны, а полуоткрытый рот был таким соблазнительным…

Его подруга детства Рия превратилась в красивую женщину. Инстинктивная мужская реакция на этот факт лишила Алексея всякой надежды увидеть в ней ту девочку, которую он знал когда-то. Внезапно он перестал смотреть на нее как на давнюю подружку. Теперь мужчина видел перед собой только желанную женщину. Его губы горели от стремления прижаться к ее губам, почувствовать ее влечение к нему… Сердце неистово забилось в груди, заставив его глубоко вздохнуть, пока тело напрягалось от страсти.

– Ты мне не веришь? – спросила Рия.

Несвойственная Алексею растерянность перевернула что-то внутри его – то, что, как он думал, уже не существует. То, что, казалось, только эта женщина способна вытащить из глубины его души на поверхность. Девушка, которую он десять лет назад считал своим единственным другом, превратилась в женщину, вскипятившую его кровь, перевернувшую его чувства, душу, чего не смог сделать никто за всю его жизнь.

Это было подобно пробуждению после долгого сна.

– Не то что я не верю тебе…

Борьба за контроль над сексуальными импульсами тела не могла не проявиться в голосе, и Алексей увидел, как Рия бросила в его сторону обеспокоенный, тревожный взгляд, полускрытый длинными густыми ресницами. Она терялась в догадках, с чего начать, а он хотел заставить ее нервничать. Так она могла бы выдать ему больше информации, чем позволяло воспитание при королевском дворе.

– Просто я не понимаю, почему ты или кто-то другой из твоей семьи отказывается от титула, который так много для вас значил.

– Мы не отказывались. У нас его отобрали.

Алексей нахмурил брови, когда пристально посмотрел Рии в лицо, пытаясь разобраться, что скрывается за ее краткими ответами.

– Что все это значит? Я ничего не слышал.

Как он мог пропустить такое важное событие? Люди, которых он нанял, чтобы наблюдать за тем, что происходит в Мекджории, должны быть осведомлены об этом. И доложить ему.

– Это держится в тайне. На данный момент мой отец, согласно официальному заявлению, «поправляет свое здоровье».

– А на самом деле?

– Он под арестом. – Ее голос звучал настолько беспокойно, что Алексей ощутил жжение в паху. – И сейчас он в тюрьме, – добавила Рия.

Это было последнее, чего он ожидал. От шокирующей новости его голова, к которой моментально прилила кровь, закружилась.

– В чем его обвиняют? – спросил Алексей.

– Ни в чем, – ответила она, мотнув головой. – Пока ни в чем. Все зависит от того, как будут развиваться события.

– Так что же он натворил?

Грегор всегда считался очень предусмотрительным игроком. Всегда был на шаг впереди. Неужели его погубила жадность?

– Он встал не на ту сторону в борьбе за корону.

Алексей, возможно, не захотел бы снова ступить на землю Мекджории, но он не мог не знать – это было известно всем – о борьбе, которая началась после смерти короля Леопольда. После него на престол вступил его старший сын, Маркус, но ненадолго. Несколько месяцев спустя он умер от сердечного приступа. Так как у него не было детей, корону должен был унаследовать его племянник, Феликс, но его образ жизни не дал этому свершиться. Он ехал с бешеной скоростью на машине и погиб в автокатастрофе, не успев занять престол. И теперь ведется борьба между теми, кто считает себя законными наследниками Феликса.

– Теперь, когда Феликс умер… В моем отце видят врага. Угрозу трону.

Алексей чувствовал, что это не вся правда. Он был уверен: Рия что-то недоговаривает. То, что омрачает ее прекрасные глаза, напрягает мышцы лица и вызывает дрожь сексуальных губ.

Губ, к которым он жаждал прильнуть, ощутить эту мягкую дрожь своим ртом, осушить влажность ее языка.

– В конце концов, все разрешится, – заметил он.

И снова чувства, сжигающие все внутри, заставили Алексея произнести эти слова пренебрежительно. Он заметил, как Рия слегка отшатнулась. Ее высоко поднятая голова, вздернутый подбородок и взгляд, направленный прямо на него, выражали вызов.

– Ты можешь это пообещать? – поинтересовалась она. Ее тон был достаточно саркастичен.

Если слабость не подействовала на Алексея, то храбрость победила. В глазах Рии зажглась новая искра, а щеки покрылись румянцем. Она снова была гордой великой герцогиней, а не побежденной девочкой, которая разбудила в его душе то, что давно умерло. Эта новая Рия бросала ему вызов. Вызов, который Алексей приветствовал. Кровь резко прилила к его голове, сжигая каждую клеточку. Он никогда не хотел женщину так сильно, и это желание вызывало невыносимую боль.

– Откуда тебе знать? Ты отвернулся от Мекджории. Не был там десять лет.

– Не я отвернулся! – прорычал Алексей. – Нам не позволили остаться, ясно дав понять, что мы там лишние.

И кто стоял за всем этим? Отец Рии – тот самый, который сейчас, по ее словам, заточен в тюремной камере. Неужели она ожидает от него сочувствия? Плевать на то, что случилось с монстром, который не дал времени ему и матери оплакать горе и присутствовать на похоронах отца. Грегор сразу же приказал отвезти их в аэропорт и выслать из страны первым же рейсом.

Правда, сначала он удостоверился, что ни одно пенни, ни один драгоценный камень, все, что должно было перейти по наследству, им не достались. Их отправили в ссылку, в новую жизнь только в том, в чем они были. И хуже всего было то, что Грегор отобрал у них имя. Имя, принадлежащее матери Алексея по праву. А с ним – и ее честь. Он сделал это намеренно, спрятав документ, подтверждающий разрешение старого короля на брак. Тот самый документ, который сегодня принесла Рия, – потому что теперь это на руку ее отцу.

– Мне не нужно ехать в Мекджорию, чтобы знать, что там происходит, – заявил Алексей.

– В газетах пишут не все. И конечно, не всегда безошибочно.

Ее ясные глаза опять были чем-то затуманены, а на лице появилось растерянное выражение. В глазах блеснули бесконтрольные слезы и мгновенно исчезли, когда она моргнула.

Не способный устоять, он протянул руку к лицу Рии, пальцы его прикоснулись к прекрасной коже и смахнули остатки слез. Тепло и нежность этого контакта напрягли нервы мужчины до предела, послав ядовитые стрелы в его тело. Он страстно желал ее и в то же время хотел оставить все как есть. Но для этого необходимо остановиться, не обхватить ее лицо своими ладонями, не приблизить его к себе и не почувствовать сладость этих губ.

Это все испортило бы. Алексей не сомневался, что Рия отреагирует, как дикая кошка. Ее реакцию предугадать нетрудно. Она отпрыгнет от него или резко отвернется. Но, как любой кошке, ей достаточно будет одного-двух поглаживаний, и она успокоится.

Лицо молодой женщины отражало нахлынувшую на нее бурю эмоций. Туман заволок ее глаза, темные и глубокие зрачки стали расширяться, пока полностью не закрыли радужную оболочку. Она снова приоткрыла рот, и это было так соблазнительно, что Алексей задрожал. Изголодавшееся тело заставляло его действовать, требовало сделать шаг навстречу, воспользоваться ее слабостью. Но мгновение спустя он даже получил наслаждение от своей сдержанности, не позволив желанию взять над ним верх. Алексей предвкушал, что будет дальше, и наблюдал, какой эффект на нее произвело его поведение.

– Расскажи мне остальное, – приказал он.

Рия сомневалась, стоит ли это делать. Мечта об определенности, убежденность в том, что она поступила правильно, отправившись сюда, держала ее здесь, в этой комнате, несмотря на бешено бьющееся сердце. Очень многое зависело от того, что она сейчас скажет, а возможные последствия поражения трудно было представить. Перед ее глазами стоял образ матери, слишком бледной, худой, бродящей, словно привидение, без интереса к чему-либо. Дни были наполнены страхами, а ночи – кошмарами.

И причиной тех кошмаров был ее отец. С той ночи, когда полиция арестовала его и увела в наручниках, родные больше не видели Грегора Эскалону. Но они знали, где его держат. Он будет находиться в тюрьме, пока Рия не найдет способ вызволить его оттуда. В противном случае он там и останется. Она хотела спасти отца – ради матери, – а потому искала способы его освобождения. Неожиданно Рия, копаясь в отцовских бумагах, обнаружила документы, которые подтвердили законность рождения Алексея и раскрыли правду о том, что тогда происходило.

Ужасную правду.

Глава 3

Для этого она и пришла сюда, напомнила себе Рия. Нужно рассказать Алексею то, что еще не попало на полосы газет. Объяснить нюансы древних законов наследования трона. Но это означает, что придется признаться, что те законы касаются и его тоже. Однако его недавняя вспышка говорила о том, что он больше не питает теплых чувств к стране, которая когда-то была его домом.

Прикосновением к ее щеке Алексей разрушил барьер, тщательно ею выстроенный. Слишком давно Рия не ощущала, что кто-то ей сочувствует, что кто-то на ее стороне. И этот кто-то, сильный и могущественный, человек, который десять лет назад был для нее особенным, одним движением разрушил всю ее защиту и сделал уязвимой.

Алексей стоял так близко, что она не могла видеть выражение его лица. Для этого ей пришлось откинуть голову назад. Их глаза встретились, и от его взгляда дыхание Рии прервалось, а сердце забилось неровно.

И в этот момент все, что произошло в последние месяцы, словно стерлось из ее памяти, лишив женщину возможности мыслить здраво. В голове осталась лишь одна мысль – сейчас она нуждается в Алексее. Нуждается в том друге, который когда-то у нее был. Внешне он очень изменился: возмужал и превратился в зрелого мужчину в расцвете сил, его глаза находились не на одном с ней уровне, как раньше, а гораздо выше. Но они все еще оставались глазами того Алексея, которого она помнила. Того человека, которому она могла довериться.

Это были глаза, в которых Рия в детских мечтах видела нежность, означающую больше чем дружбу. И память об этих мечтах заставляла ее сердце сжиматься от горечи потери.

– Расскажи мне все, – бросил Алексей.

– Ты не хочешь этого, – выпалила она, судорожно глотая воздух.

– Нет? А ты попробуй.

В его голосе звучал не только вызов, там было что-то еще, отчего сердце Рии дрогнуло.

Неужели он действительно хочет выслушать ее? Помочь? В памяти воскресли картины их прошлой дружбы, возрождая былые чувства. Рия ощутила себя одинокой, уставшей от необходимости держать все под контролем и справляться со всем самой. И несчастной от страха перед будущим. Человек, стоявший сейчас перед ней, когда-то обожал ее, перекладывал все ее проблемы на свои плечи. Теперь эти плечи стали настолько широкими и сильными, что могли удержать целый мир.

– Расскажи мне все, – повторил он. Его ладонь нежно прикоснулась к ее щеке. – Правду, Рия.

Оттого что Алексей назвал ее по имени, у нее подкосились ноги.

Не способная остановиться, вдыхая аромат его кожи, она слегка повернула голову и прижалась губами к его теплой ладони, запечатлев на ней поцелуй.

Мгновенно все изменилось. Сердце остановилось, а дыхание стихло. Запах его тела окружал Рию, а вкус кожи остался на языке – словно глоток опьяняющего прекрасного бренди, словно электрический разряд, рассылающий импульсы к каждому ее нерву.

Как никогда, она хотела большего.

Юный Алексей никогда не вызывал у нее таких чувств, и у Рии закружилась голова. Будучи подростком, она не знала о существовании сексуального голода. Пульсирующего, сжигающего, острого голода. Его рука двинулась дальше – он обхватил пальцами ее подбородок, приподнимая его так, что ее глаза теперь смотрели прямо на него. В черной глубине глаз Алексея пылал огонь – сильнее, чем самый большой пожар. Но он контролировал себя. Почти.

– Рия, – проговорил он, и тон его был на этот раз слегка раздраженным.

Не дав ей опомниться, он приблизился, и от теплоты его дыхания вдоль ее позвоночника пробежала жгучая дрожь, заставляя пальцы ног сжаться.

– Алекс…

Когда ее губы зашевелились, произнося его имя, она снова ощутила на языке сильный чувствительный вкус его кожи и судорожно сглотнула от еще большей близости с ним. Казалось, спичку поднесли к заранее подготовленному сухому хворосту. И огонь внутри Рии вспыхнул, толкая ее в объятия Алексея.

Она слышала его прерывистое дыхание, шокированная и одновременно трепещущая. От мысли, что он испытывает то же, что и она, и не в состоянии это скрыть, у нее закружилась голова. Невозможно было поверить, что это происходит на самом деле. Сильные руки Алексея ласкали ее лицо.

– Алекс…

Рия попыталась вернуть контроль над собой и убедить его остановиться, но, услышав собственный голос, она поняла, что делает все наоборот. Это имя в ее устах звучало скорее как одобрение его действий.

А мгновение спустя уже не имело значения, что она говорит и как говорит. Когда темноволосая голова Алексея наклонилась, и его губы слились с ее губами, Рия потеряла дар речи. Ее губы покорились ему, открывая прямой путь к языку, ноги молодой женщины снова подкосились, и она покачнулась.

Алексей что-то шепнул и в следующий миг, взяв Рию на руки и не прерывая поцелуя, понес ее через комнату, а затем прислонил к стене. Она задрожала от близости его мощного тела, ощущая обжигающую страсть.

Как хищник, завладевший своей добычей, он вторгся в самую ее сущность, вкушая вкус ее губ, языка. Жаркие прикосновения его рук, ласкающих ее тело, обжигали сквозь цветастое хлопковое платье, с неистовой силой разгоняя кровь. Грудь Рии судорожно приподнималась и опускалась, возбужденные соски, жаждущие прикосновений его пальцев, терлись о мягкое кружево бюстгальтера.

Не способная устоять, она сжимала зубами его нижнюю губу, ощущая его раскаленное дыхание, а потом языком скользила по поврежденной коже. По рычанию, которое издал Алексей, Рия поняла, что не причиняет ему боль. Наоборот, он поощрял ее, прижимаясь к ней все крепче и лаская истосковавшееся тело.

– Ты чертовски красива… – прошептал Алексей.

Рия едва могла поверить услышанному. Он сказал «красива»? Возможно ли, что человек, которому пресса присвоила прозвище Принц-плейбой, завоевавший признание самых сексуальных женщин мира – моделей, актрис, – считает ее привлекательной? Она снова вспомнила подростковые мечты, которым когда-то предавалась. Десять лет назад Рия многое отдала бы за то, чтобы услышать эти слова. Тогда Алексей был добрым, всегда спешащим на помощь другом – и не более того, – не ведающим чувственного голода, который охватил сейчас их обоих.

– Кто мог подумать, что ты так вырастешь?

– Столько времени прошло, – приглушенно откликнулась Рия. От напряжения и желания в горле у нее пересохло. – Я скучала…

Рефлекс самосохранения заставил ее резко замолчать. Опрометчивый порыв чувственности лишил ее здравого смысла, и теперь ей надо было вернуть его – и быстро. Алексей ей больше не друг. Он – человек, в руках которого находится ее будущее, как и будущее ее страны, хотя он об этом даже не подозревает.

В тех самых сильных чувственных руках, которые только что доставили ей столько удовольствия, заставляя ее тело изнывать, желая большего. Но она должна запретить себе эти ласки, несмотря на протест тела, и вспомнить, почему она оказалась здесь.

– А ты… ты скучал? – выдавила Рия, хотя на последнем слове голос дрогнул, выдав ее. И вдруг, осознав, что он воспримет это так, будто скучала она, молодая женщина поспешила добавить: – В Мекджории по тебе скучают.

Незамедлительно последовала та самая реакция, которой она боялась. Рия почувствовала, как напряглось его тело. Алексей затих и отшатнулся, его руки стали ледяными.

– Очень сомневаюсь, – небрежно бросил он грубым и хриплым голосом, как будто царапая ее обнаженные нервы. – Не думаю, что это правда.

– О, но это так! – запротестовала Рия, принуждая себя продолжать, ведь она за этим и приехала, в конце концов. – Ты нужен Мекджории.

– Нужен?

Ее сердце упало, когда Алексей отошел и посмотрел на нее холодными глазами – в них не было ни огня, ни тепла. Она добилась, чего хотела, – повернула разговор вспять, к причине ее прихода. Но теперь Рия чувствовала себя потерянной и одинокой, ей вдруг стало холодно без жара и силы, только что окружавших ее. Кожа, грудь, губы – все стало ледяным.

Она снова потеряла Алексея. Это было понятно по одному только взгляду на него: выражение лица стало замкнутым, а взгляд – бесчувственным. Он поднес руку к горлу и оттянул узел галстука, как будто тот его душил, затем расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, потом еще одну. Эти движения притягивали ее взгляд, и она зачарованно наблюдала за его действиями.

Но это было ошибкой – большой ошибкой. Вглядываясь в глубокие глаза Алексея, Рия вдруг увидела в них новую искру – тревожную, сжигающую; она предупреждала, что в его душе крылось что-то неизведанное, о чем Рия даже не догадывалась. Она вспомнила то, что произошло несколько мгновений назад. Тогда, прижатая к стене горячими руками Алексея, Рия точно знала, чего он хочет. И она была опасно близка к тому, чтобы дать ему это, не страшась ничего. Ее тело еще не забыло их недавнюю близость, а во рту по-прежнему ощущался вкус его губ. Стоило ей облизнуть губы, как это ощущение становилось сильнее, и Рии казалось, что он снова целует ее. О боже, как она хотела, чтобы Алексей снова ее поцеловал!

– Нет никого, кто скучал бы или нуждался во мне…

– Ты не прав. Совершенно не прав.

Но как убедить его в этом? Рии было известно, как сильно изменилась жизнь Алексея в Лондоне, который стал его домом. И судя по тому, что он говорил о Мекджории, было очевидно: ее родина ничего для него не значит. Имеет ли она право просить его бросить все это?

Рия не знала. Но единственное, в чем она была уверена, – она не смеет скрывать от него правду. А решение, каким бы оно ни было, должен принять сам Алексей.

– Я скажу проще, – проговорил он, растягивая слова. – Ты уже дважды повторила, что я нужен в Мекджории. Скорее всего, это ложь.

– Нет, не ложь, это правда.

– Ты хочешь, чтобы я поверил, что я нужен стране, которая меня отвергла, лишила всего и не нуждалась во мне целых десять лет?

Единственным ответом, который смогла дать Рия, был быстрый кивок. Она внезапно потеряла дар речи.

– Тогда объясни. Для чего я нужен?

– В качестве…

Рия дважды попыталась начать, но безуспешно. И только когда Алексей сузил глаза, глядя на нее, и обратился к ней по имени, она принудила себя говорить:

– В качестве короля. Ты нужен Мекджории, чтобы занять трон, поскольку Феликс умер.

Глава 4

Занять трон… В качестве короля…

Новость ударила прямо в сердце, вызвав водоворот мыслей. Он правильно расслышал?

«Ты нужен Мекджории, чтобы занять трон, поскольку Феликс умер».

Алексей ожидал всего, чего угодно, только не этого.

Рия однозначно дала понять, что на состояние ее семьи наложили арест во время переворота, который стал следствием борьбы за корону Мекджории. И сюда она пришла просить помощи – это очевидно. Сначала она пыталась смягчить его тем, что отдала ему документ, подтверждающий законность его происхождения. Затем, сыграв на том, что когда-то они были друзьями, Рия начала уговаривать его стать королем и тем самым спасти ее семью. Конечно, зачем же еще ей сюда приходить?

Зачем же еще ей отвечать на его поцелуй так, как ответила она?

Даже подпустив к себе, тая в его объятиях, она добивалась своей цели.

Еще ни одна женщина не возбуждала его так сильно одним только поцелуем. А женщин было много. Его слава плейбоя была вполне заслуженной, и Алексея это забавляло. По крайней мере, вначале. Только после Мариэтт – и Беллы – все изменилось. Воспоминаний не осталось, но последствия того ужасного дня были тяжелыми. Вкус к жизни исчез, чувства онемели. Ничто его не трогало. Исчезли острые ощущения. Азарт охотника угас.

Нет, он никогда никого не преследовал. Женщины сами бросались в его объятия. Одним-единственным словом или улыбкой он мог заполучить любую. Алексей не питал иллюзий; он понимал, что женщин привлекали его положение и богатство, да и репутация плохого парня была всем известна. Многие красавицы хотели его соблазнить. Они дарили ему наслаждение, делили с ним постель, и порой он находил утешение в их объятиях. Но ни одна не воспламеняла в нем кровь, не заставляла сердце колотиться и не вызывала ощущение сексуального голода так, как единственный поцелуй его бывшей подруги, которая из девочки превратилась в сногсшибательную женщину.

Женщину, которая, как и многие другие, была готова использовать свою сексуальность в своих целях.

Но это…

– Это плохая шутка! – бросил Алексей.

Рия вздрогнула, покоробленная резкостью его тона, но его это мало волновало.

Однако то, как она на него посмотрела, как от удивления расширились ее изумительные глаза и приоткрылся прекрасный рот, заставило Алексея взглянуть на нее снова, внимательнее. Казалось, выражение ее лица говорило о большем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.