Dabistan-I-mazahib. Дабистан, или школа верований
Том II
Muòhsin Fåanåi
David Shea
Anthony Troyer

Переводчик Светлана Алексеевна Малимонова

© Muòhsin Fåanåi, 2024

© David Shea, 2024

© Anthony Troyer, 2024

© Светлана Алексеевна Малимонова, перевод, 2024

ISBN 978-5-0062-8720-4 (т. 2)

ISBN 978-5-0060-5854-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие переводчика на русский язык

Перед вами второй том «Дабистана», книги о различных религиозных системах Востока, которая была написана в XVII веке и переведена с персидского на английский язык в XIX веке английскими учеными-переводчиками Дэвидом Ши и Энтони Тройером, и во втором томе вы можете продолжить знакомство с религиями Персии и других восточных стран. Напомню, что автор книги неизвестен, но предположительно автором книги является Мохсен Фани.

Во втором томе вас ждет встреча с различными верованиями Индуизма и Ислама.

Особое внимание следует обратить на комментарии ученых-переводчиков данной книги на английский язык. Некоторые комментарии в квадратных скобках с надстрочным знаком t также добавлены переводчиком книги на русский язык.

Из-за особенностей данной публикации книги, к сожалению, пришлось полностью отказаться от слов, написанных на санскрите и арабской вязью, которые чаще всего заменены в тексте упрощенно транслитерированными на латиницу словами.

Обратите внимание, все ссылки на страницы в разных томах «Дабистана» даны на английское издание «The Dabistan, or School of manners, translated from the original Persian, with notes and illus». Paris: printed for the Oriental Translation Fund of Great Britain and Ireland, 1843.

Также следует отметить, что в оригинальном тексте некоторые слова и имена собственные были напечатаны с несколькими вариациями, поэтому пришлось их стандартизировать. Пунктуация также была стандартизирована.

Данная книга, содержащая описания разнообразных религиозных верований, предназначена как для читателя, знакомого с основами Индуизма, Ислама и т.д., так и для любого читателя, интересующегося восточными религиями.

Малимонова С. А.

ГЛАВА II. Описание религиозной системы индусов

I. Об ортодоксальной индуистской системе

Поскольку непостоянная судьба оторвала автора от берегов Персии и сделала его соратником верующих в переселение душ и тех, кто обращает свои молитвы к идолам и изображениям и поклоняется демонам, поэтому принципы, которых придерживается этот наиболее утонченный класс мыслителей, я рассматриваю сразу после учений парсов. Однако следует оговориться, что у индусов существует множество религиозных систем, бесчисленное множество вероучений и ритуалов, но есть одна основная религиозная линия у этого народа (как будет показано в десятой главе), и ее ранг и достоинство будут приведены в доказательство.

Подобно Зардушту и мудрецам древности, они прибегают к метафорическим и таинственным фигурам речи, что станет очевидным в ходе этого повествования. Задолго до настоящей работы автор из книг узнал о различных их системах, согласно плану, от которого он теперь добровольно отказывается. В год хиджры 1063 (1633 г. н. э.), во время пребывания в Шрикакуле, столице Калинги¹, некоторые выдающиеся личности, которые были близкими друзьями автора, путешествовали в тех же краях с целью посетить свои святые места, и однажды состоялась встреча, на которой автор заново пересмотрел то, что он слышал раньше, и точным пером зачеркнул все то, что было сомнительным; таким образом, было обнаружено большое различие между первой и второй работой по этим пунктам.

Сумма доктрин, содержащихся в Будда-Мимансе²

Весь мир не управляется приказами реального Господа, и в его настоящем существовании нет никакой реальности. Все, что касается добра или зла, награды или наказания, относится к сотворенным существам и является полностью результатом их действий, поступков и слов; смертные люди полностью находятся в плену своих собственных поступков и закованы в цепи своих собственных действий; если нет предшествовавших деяний они не несут никакой ответственности за их последствия. Владыка Брахма, создатель всего сущего, небесный Вишну, его хранитель, и Махеш, или Шива, разрушитель сущего, достигли своего возвышенного положения благодаря праведным деяниям и святым поступкам; Брахма же, благодаря действенности поклонения, силе смирения, могуществу своих религиозных аскез и своим благим деяниям, создал мир. Согласно прямому утверждению Вед³, которые, в соответствии с верой индусов, являются небесным откровением, любая степень небесного величия неразрывно связана с заслугами и святыми делами; и поскольку разумная душа имеет ту же природу, что и небесная сущность, ее обладатель может, проявляя небесные качества, встать на одну ступень с одним из этих возвышенных существ, и в течение длительного, но определенного периода, стать облеченным властью и славой. Например, человеческий дух, который в знаниях и добрых делах достиг степени, достойной ранга Брахмы, по окончании периода владычества, отведенного нынешнему Брахме, назначается на это предопределенное достоинство; тот же принцип применяется и к другим небесным степеням.

Следовательно, этот принцип приводит к тому же выводу, что и мнения выдающихся мудрецов-парсов, а именно, что духи людей, достигая полного совершенства, соединяются с небесными телами, и после многих оборотов небесные души сливаются с божественным разумом. Согласно мобеду:

«Виночерпий налил в кубок вино небесного духа
И наполнил девять небесных куполов напитком человеческого духа».

Мир не имеет ни начала, ни конца; более того, все духи закованы в цепи собственных деяний и поступков; так что духи высокого достоинства, перенимающие обычаи у низкого достоинства духов, не могут достичь высокого ранга, свойственного возвышенному поведению. А низшие духи, усердно предаваясь делам высокого достоинства, получают возможность обрести это славное преимущество; так как их достойные поступки даруют им знание, а чистота их разума, пропорционально их возвышению, ведет их к высоким степеням и достойным похвалы деяниям. Владычество, полученное животным телом над человеческой душой, проистекает из поступков, поскольку в своих членах, физическом строении и чувствах все люди созданы по одному образцу, но, в результате совершения достойных или неподобающих поступков, один из них становится суверенным правителем, а другой – нищим иждивенцем. Таким образом, благодаря достойным похвалы поступкам один становится почтенным и богатым, а другой, повинуясь порочным поступкам, живет униженным и нищим; возвышенный и достойный представитель высокого статуса и чести не опускается в глубины нищеты, а жалкий раб алчности и скупости никогда не достигает достоинства чести и высокого статуса. Мир – корень и плодородная почва для поступков, а время проявляет их результаты, потому что, когда приходит их время, они приносит плоды, подобно тому, как каждое время года приносит цветы, благоухающие растения и плоды, соответствующие периоду; точно так же результат каждого действия, заслуживающего похвалы или порицания, привязывается к совершившему его, в каком бы изменении он ни находился. Действия делятся на два вида: одни – те, которые следует совершать, другие – те, которых следует избегать. Под первыми подразумеваются те действия, совершение которых предписывается Ведами, или небесным откровением, такие как установленное поклонение и необходимые акты послушания, преобладающие среди индусов; под вторыми подразумеваются те действия, совершение которых запрещено текстом небесного кодекса, такие как пролитие крови, воровство, аморальные практики и другие подобные действия, перечисленные там. Всевышний Господь не нуждается в нашем поклонении и послушании, как не нуждается он и в нас для выполнения нами вышеупомянутых обязанностей; но результаты наших действий и поступков, в отношении наград и наказаний, накапливаются и прилипают к нам. Например, если больной придерживается привычной умеренности, он обретает то здоровье, которое является предметом его желаний, и его существование, тем самым, становится счастливым; если же он из-за склонности к предосудительным удовольствиям, сопутствующим болезни, отходит от ограничений воздержания, его жизнь становится испорченной; врач, в любом случае, полностью независим от благополучия или страданий пациента. Более того, мир – это обитель болезней, а люди – это пациенты. Если они самым совершенным образом исполняют предписанные им обязанности и усиленно избегают того, чего делать не следует, они достигают состояния здоровья, самой высокой степенью которого является освобождение от этого деградирующего тела и соединение с амброзийными сладостями Небес; это состояние они называют мукти; и способ достижения высшей степени мукти заключается не в том, чтобы погружаться в удовольствия этого мира, а в том, чтобы отрывать сердце от чувственных удовольствий, довольствоваться лишь самым необходимым, воздерживаться от пищи, прерывать пост едой, которая не приносит удовольствия мерзкому аппетиту, и тому подобное. Точно так же, как при болезни, ради растворения болезненной материи, становится необходимым один день поститься и глотать горькие микстуры.

Такова суть принципов, исповедуемых сектой под названием Будда-Миманса, которые в точности совпадают с догматами йезданиан, за исключением того, что последние признают существование самосущего Бога, единственного и истинного объекта поклонения, рассматривают действия и поступки, совершенные в этом мире, как средство достижения возвышения или унижения в следующем мире, считая, что небесные достоинства непреходящи, а совершенство человека приводит к достижению общества и служения в возвышенном собрании в Небесном Царстве; в то время как последователи Будда-Мимансы не признают существования вечного и бесконечного Господа, но, согласно им, термин «Всемогущий» означает человеческую душу, действия и поступки. Они также утверждают, что небесные блага преходящи, а небесные достоинства могут погибнуть. Однако ортодоксальное мнение, наиболее распространенное в настоящее время, таково: они признают существование истинно сущего Бога, благодаря которому существует мир, но считают его святую сущность полностью возвышенной и свободной от того, что когда-либо влияло на сотворенных живых существ. Они также верят, что люди ограничены из-за ярма своих собственных деяний и скованы своими поступками, как уже говорилось выше.

II. Некоторые их мнения относительно творения

Во второй части «Бхагаваты», одной из самых почитаемых Пуран, говорится, что Всемогущий Творец в начале всего возложил мантию существования на лоно Пракрити⁴, или «природы», и создал четырнадцать Бхуванас⁵, или «миров» (сфер). Первой сферой является земля, которую некоторые древние оценивали в пять коте (50 миллионов) йоджанов⁶, каждый коте равен ста лахам (10 миллионам), а каждый йоджан – одному парасангу и одной трети; над землей находится водная сфера, над которой – сфера огня, далее – воздушная, над небесной, за которой – аханкар⁷, или «сознание», и выше него – Махат-тат (Махат-татвам)⁸, или «сущность», которая равна десяти тем, что ниже ее, и Пракрити охватывает ее. Разум, соединяющий все те сферы, о которых сказано ранее, находится выше, через землю он становится знанием, через воду – вкусом, через огонь – формой, через воздух – ощущением холода и сухости, через небеса – восприятием звука; органами восприятия являются внешние чувства, а внутреннее чувство – это вместилище сознания. В той же части «Бхагаваты» говорится, что по своей природе Небеса являются проводниками звуков, следовательно, природа воздуха дает восприятие звука и тактильного ощущения; во всех других телах воздух – это дух, и из него возникает энергия чувств. Природе огня принадлежит восприятие звука, тактильного ощущения и формы; природе воды – звука, тактильного ощущения, формы и вкуса; природе земли – звука, тактильного ощущения, формы, вкуса и запаха.

Из четырнадцати сотворенных сфер семь находятся выше пояса Всевышнего, а остальные семь соответствуют нижней части его тела; согласно этому перечислению Бху-лока⁹, или земля и земные существа, образуют «его талию»; Бхуван-лока¹⁰, или пространство между Землей и Солнцем, – это «его пупок»; Сур-лока¹¹ – «его сердце», Мер-лока¹² – «его грудь»; Джан-лока¹³ – «его шея», Тапа-лока¹⁴ – его лоб, Сатио-лока¹⁵ – «его голова», Ател-лока¹⁶ – «его пупок и подбородок», Бател-лока¹⁷ – «его бедро», Сотол-лока¹⁸ – «его колено», Талател-лока¹⁹ – «икра ноги»; Махатол-лока²⁰ – «пятка», Расатол-лока²¹ – «верхняя часть стопы», Патал-лока²² – «подошва стопы».

Существует и другое деление, ограниченное тремя сферами: Бху-лока, «подошва стопы Всемогущего»; Бхувар-лока, «его пупок»; Шар-лока, «его голова»; таким образом, все четырнадцать градаций в деталях сводятся к трем, обозначающим могущественную личность, такую, как Божество.

В том же разделе этой книги также утверждается, что от Всемогущего происходит Свабхадвах²³, «самосущий», то есть Природа и Время; от Природы и Времени происходит Пракрити, что означает Симаи²⁴, «вселенная»; от Пракрити произошла Махат-татва²⁵, и от нее, которая является тем же, что и Мадах, «умственное возвышение», произошло три Аханкары, или состояния сознания, «самосознания, эго», – Саттва, Раджас, Тамас²⁶. Саттва, благость, означает «энергия разума»; Раджас, или страсть, «влечение к низменным склонностям» или «чувственные стремления»; и Тамас (тьма), «отталкивание того, что вызывает отвращение», по-арабски Газаб, или «гнев». От Раджаса произошли чувства; от Саттвы – владыки природы и слуги существующих существ; и от Тамаса произошли Шаид, «слух», Шуреш, «вкус», Руп, «осязание», Дарсан, «зрение» и Гандах, «обоняние»²⁷, то есть, слух, осязание, зрение, вкус и обоняние, из которых были созданы Небеса, воздух, огонь, вода и земля. Также от трех вышеупомянутых свойств (гун) три могущественных существа, Вишну, Брахма и Махеш, прибыли в область творения²⁸. Более того, с целью творения восемь других Брахм также были наделены первым Брахмой признаками существования, и они стали различными градациями духовного, телесного, высшего, низшего, минерального, растительного и животного царств.

В некоторых из их трактатов Бог – это то же самое, что время, дела и природа; согласно другим трактатам, все это рассматривается как средства его величия.

В некоторых трактатах Всевышний представляется как свет, непревзойденно великий и великолепный, обладающий блеском и сиянием, имеющий тело, наделенное членами.

Другие описания представляют его как чистый свет, абстрактное существо, чистое бытие, не ограниченное местом, свободное от реинкарнации, свободное от материи, не имеющее частей, несоставное, лишенное повреждений, и как создателя мира и всего, что в нем находится. Согласно другим трактатам, Бог является творцом начала и конца, являя себя в зеркале чистого пространства, содержащего высшие и низшие, небесные и земные тела.

В первой части «Бхагаваты» утверждается, что истинно сущий – это абстрактное существо, не имеющее себе равных или противоположностей, которое на различных языках человеческой расы имеет наименования, соответствующие верованиям поклоняющихся ему, и что способ достижения единения с ним зависит от искоренения гнева, ограничения телесных удовольствий и изгнания влияния чувств. Эта святая сущность имеет имя Нараян²⁹, «чьи головы, руки и чувства превосходят всякое число».

В период, когда этот мир со всем, что в нем есть, был погребен под водами, Тот, или «разум», возлежал во сне единства на голове Адсеша³⁰, опоры земли, и из пупка этого возвышенного существа появился цветок лотос, называемый индусами Кавал³¹, из которого возник Брахма, и из членов его могущественного существа все сотворенные существа поспешили в область проявленности.

В других трактатах этого вероучения говорится, что они дают имя Нараян³², или «величие без цвета», то есть, «без случайных качеств», абсолютной сущности и абстрактному бытию Бога, который находится в чистом пространстве. Кроме того, считается, что его сущность, лишенная всех форм, создала личность по имени Брахма, которая стала средой творения, чтобы вывести все другие существа из-за завесы небытия в светлую область бытия. Подобным образом эта возвышенная сущность проявилась в душе Вишну, так что он принял аватары, и ему доверено сохранение всего, что создал Брахма. Затем эта славная сущность призвала Махадева, чтобы разрушить творение Брахмы. Всякий раз, когда бесконечная мудрость требует преобразования видимого мира в невидимый, благодаря этим трем агентам происходит устроение всех вещей во вселенной³³. Считается, что Брахма – это пожилой человек с четырьмя головами, Нараян, или Вишну, держит в руке Чакрам, или диск, своего рода оружие, и принимает разные аватары, или «воплощения», из которых десять хорошо известны. Аватара³⁴ означает появление или проявление; Карана³⁵ означает причина; Брахма, Вишну и Махадев называются Трикаран, или три причины.

В Сатья-Югу жил ракшас³⁶ по имени Самак Асур, который совершал столь великие религиозные аскезы, что обрел способность творить чудеса; он взял Ананта-Веду³⁷, которая была у Брахмы и из которой произошли четыре Веды, данные человечеству, и бросил в воду. В связи с этим Вишну, на пятый день пятого месяца Чет³⁸, «март-апрель»³⁹, в Кишн Биче, приняв Матсьяватар, или «форму рыбы», погрузился в воду, убил ракшаса и вернул Веду. Это была первая его аватара.

Второй аватарой был Курмаватар, или «черепаха». Ананта-Веда означает «бесчисленная Веда», Матсья – «рыба», Аватара – «нисхождение» или «проявление», Чет – «пятый солнечный месяц», Кишн Биче – «та часть месяца, которая без лунного света, когда ночи темные».

В двенадцатый день месяца Чет в Кишн Биче он принял Курмаватар, или «аватару черепахи». Рассказывают, что Ангелы и Дэвы (Асуры), взяв змея Васукира⁴⁰, образовали из него веревку и, привязав ее к высокой горе, называемой Мандара⁴¹, из которой сделали жезл для маслобойки, пахтали могучий океан, а Нараян остался под горой, чтобы она не упала; и этим взбиванием они добыли эликсир жизни. В царстве Калинга есть изображение черепахи, и среди интересных особенностей тех мест следует отметить следующее чудесное событие: если в местный водоем бросить кости брахмана или коровы, в течение года одна половина их станет каменной, а другая половина останется неизменной. Достойно внимания, что некоторые персидские астрономы изображают созвездие Рака в виде черепахи, более того, называют его этим именем вместо имени Харчанга, или «краба». Мудрец Фирдоуси так говорит:

«Лунный владыка узрел владычество Черепахи».

А поскольку Рак является восходящим знаком мира, то вполне вероятно, что древние индусские философы представляли это созвездие в форме Курмы, или «черепахи»; под формой Матсьи, или «рыбы», подразумевается созвездие Хут, или «Рыбы»⁴².

Третьей аватарой был Барах, или «кабан». Когда ракшас по имени Хираньякша схватил землю и унес ее под воду, Вишну, шестнадцатого числа месяца Чет в Шукл Пачех⁴³, или «светлую половину Луны», принял облик кабана, сразил демона своими клыками и достал землю.

Четвертой аватарой был Нарсингх, или «человек-лев». Жил ракшас по имени Хираньякашипа, чей сын, Прахлада, поклонялся Вишну, и, поскольку его отец преследовал его за это, поэтому Вишну четырнадцатого числа месяца Ваисаха⁴⁴, в Шукл Пачех, или в «светлую половину Луны», принял форму Нарсингха, чья голова и когти были такими же, как у льва, соединенного с человеческим телом, и убил демона Хираньякашипу.

Пятой аватарой был Ва-мана, или «карлик». Когда ракшас Бали дайтья, благодаря своим религиозным упражнениям и аскезам, стал владыкой трех миров, то есть, всего, что находится над землей и под ней, а также Небес, так что небесные существа оказались в затруднительном положении и лишились своей силы, тогда Вишну двенадцатого числа месяца Бхадун⁴⁵ в Шакл Пачех низшел в аватаре Ваманы и, войдя в присутствие Бали, попросил столько земли, сколько он мог бы пройти за три шага. На это Бали согласился, хотя Шукра, или «планета Венера», владыка и хранитель демонов, увещевал его не исполнять эту просьбу, говоря: «Это Вишну, который обманет тебя». Бали ответил: «Если он пришел ко мне как преданный, что может лучше помочь достижению моей цели?» Вишну, в ответ, включил всю землю в один шаг, Небеса – во второй, а на третий, подняв ногу из своего пупка, сказал Бали: «Куда я могу шагнуть?» Бали, услышав это, подставил свою голову, на которую Вишну, который увидел это, поставил свою ногу, так он отправил Бали⁴⁶ под землю, где тот с тех пор продолжал править суверенной властью в течение многих сотен тысяч лет. Следует отметить, что Вамана означает карлик, так как он был уменьшенным брахманом.

Шестой аватарой был Парашурама⁴⁷. Кшатрии, или «военная каста», превратились в злодеев, вследствие этого Вишну седьмого числа месяца Бхадун, в Шакл Пачех, или в «светлую половину Луны», принял аватару Парашурамы, который был из касты брахманов. В этом воплощении он настолько сильно истреблял касту кшатриев, что даже разрывал их женщин и убивал зародыш. Согласно индуистам, Парашурама всегда жив; они называют его Чиранджива, или «долгоживущий».

Седьмой является аватара Рамы⁴⁸. Когда тирания ракшаса Раваны, повелителя демонов, превысила все пределы, Вишну девятого числа месяца Чет, в Шукл Пачех, воплотился в Раму, который был из касты кшатриев, и сверг Равану, вождя демонов Ланки (Цейлона). Сейчас Ланка – это крепость, построенная из золотых слитков, расположенная посреди соленого океана. Он также вернул Ситу⁴⁹, жену Рамы, которую унес ракшас – так индусы называют страшного демона.

Восьмой была аватара Кришны. Когда Вишну, в Двапара-Югу, восьмого числа месяца Бхадун, в Шукл Пачех, приняв облик Кришны, убил Кансу. Кришна также принадлежал ко кшатриям, или к «военной касте».

Девятой была аватара Будды. Когда оставалось только десять лет Двапара-Юги⁵⁰, Вишну, чтобы уничтожить демонов и злых духов, виновников тьмы, принял аватару Будды, на третий день месяца Бхадун, в Шукл Пачех.

Десятая аватара должна появиться по истечении Кали-Юги, с целью уничтожения Млечас, или «врагов индусов». Калки должен прийти третьего числа месяца Бхадун, в Шакл Пачех, в городе Сумбул, в доме брахмана по имени Джаса. Калки также будет принадлежать к касте брахманов. Он уничтожит развращение мира, и всех Млечас, то есть мусульман, христиан, иудеев и им подобных; враги должны быть полностью истреблены, после чего наступит Сатья-Юга, т.е. «золотой век» вернется.

Кроме того, они утверждают, что условно существующие жители и существа земли не способны проникнуть в присутствие безусловно существующего Господа, и что сущность Творца слишком возвышенна, чтобы какие-либо сотворенные существа могли достичь знакомства с ней, несмотря на высокие знания и благочестие, которыми они могут быть украшены. Поэтому Всемогущий Господь счел необходимым снизойти с величия абстрактности и абсолютного существования и явить Себя в различных видах ангелов, животных, людей и тому подобных существ, чтобы дать возможность достичь некоторого знания о Себе. Поэтому они утверждают, что для удовлетворения желаний своих верных слуг и успокоения их умов, он решил проявить себя в этой обители, и это проявление они называют аватарой и считают, что это не унижает его сущности. Этот постулат был истолкован Шидошем, сыном Аноша. Согласно суфиям, первая мудрость – это знание о Боге и вселенской душе – его жизни; и в этом месте они излагают атрибуты Всемогущего; так, под Брахмой они подразумевают его творческую силу, а под старостью Брахмы – его совершенство. Философы также называют первый разум разумным Адамом, а вселенскую душу – разумной Евой. Мудрец Сунай сказал:

«Отцом и матерью этого благодатного мира⁵¹,
Знайте, являются душа слова и высшая мудрость».

Под Вишну подразумевается его атрибут божественной любви, а также вселенская душа; и они дают название аватары духу, происходящему от души первого неба; в этом смысле они сказали: «Аватары – это лучи, исходящие из сущности Вишну».

Но эти верующие не имеют в виду, что идентичный дух Рамы, после того как его связь с телом исчезнет, привяжется к телу Кришны; ведь они сами утверждают, что Парашурама (шестая аватара) бессмертен, а его тело вечно.

Когда Рамачандра воплотился, он столкнулся с Парашурамой, который расположился на дороге с враждебными намерениями, и Рамачандра сказал: «Ты брахман, а я кшатрий, на мне лежит обязанность оказывать тебе уважение». Затем, приложив рог своего лука к ноге Парашурамы, он лишил его всякой силы. Когда Парашурама обнаружил, что у него нет сил, он спросил имя, и, узнав, что это Рамачандра, он был очень удивлен и сказал: «Произошло ли Воплощение Рамачандры?» И Рамачандра ответил: «Конечно». Парашурама сказал: «Мой удар не смертельный, я отнял у тебя разумение». По этой причине случилось так, что Рамачандра не обладал разумом по своей сути и не был знаком со своим истинным состоянием, поэтому этот Аватар называют мудгха, или глупый Аватар⁵².

Васиштха, один из риши⁵³, или «святых мудрецов», который сейчас вместе со своей женой находится на Небесах, среди звезд, был наставником Рамы и привел его к познанию самого себя; его советы Раме были собраны риши Валмики в истории Рамы, называемой «Рамаяна», и там он назван йог Васиштха, а они называют Индразахарайог Васиштха⁵⁴. Некоторые части этих сказаний были отобраны брахманом из Кашмира, а затем переведены на персидский язык муллой Мухаммедом, суфием. Продолжение: Рама, услышав эти слова от Парашурамы, сказал: «Моя стрела, однако, не ошибается»; затем он выпустил несколько стрел, которые стали привратниками Небес и не позволили Парашураме войти туда. Эта притча доказывает, что их ни в коем случае не принимают за аватары Нараяна, так как, хотя Парашурама и Рама были двумя аватарами Вишну, они не знали друг друга. Кроме того, среди философов существует устоявшееся правило, что одна душа не может быть соединена в одном месте с двумя различными телами. Несомненно, что они называют «аватарами Нараяна» души, которые исходят из вселенской души; и что они называют Нараяна душой эмпирея, или четвертого неба. Что касается их утверждений, что Нараян – Бог, и признания ими его аватар как Бога, и их слов, что Всемогущий соизволил явиться в определенных формах, все это означает, что Нараян – то же самое, что и вселенская душа, которую суфии называют «жизнью Бога». Поскольку жизнь является атрибутом Всевышнего, а совершенство атрибутов составляет его святую сущность, следовательно, души, исходящие из вселенской души, или души эмпирического неба, которое является жизнью Бога, познают себя, и приобретают украшения чистой веры и добрых дел; а также, освобождаясь от тела, они отождествляются со вселенской душой, которая является Вишну, или жизнью Бога, в соответствии с таким изречением: «Тот, кто знает свою собственную душу, знает Бога, то есть, он становится Богом».

Что касается того, что они признают рыбу, черепаху и вепря воплощениями божества, то под этим они подразумевается, что все существа суть лучи, исходящие от сущности Всемогущего, и что это не приводит к Его деградации, согласно следующему повествованию Мира Саида Шарифа из Горгана.

Когда однажды суфий и ритор спорили, последний сказал: «Мне больно от мысли о Боге, который проявляет себя в собаке или свинье», на что суфий ответил: «Я взываю к Богу, который не проявляет себя в собаке». На это все присутствующие воскликнули: «Один из этих двоих, должно быть, неверный». Человек просвещенной набожности приблизился и, разъяснив им точное значение этих выражений, сказал: «По мнению ритора, достоинство Бога ущемляется тем, что Он являет себя в собаке, поэтому он огорчен идеей такого несовершенного Бога. Но, по мнению суфия, неявление Бога в этом животном было бы умалением его достоинства, поэтому он апеллирует против Бога, неполноценного в этом отношении; следовательно, ни один из них не является неверным». Таким образом, фактически, суфии и эти верующие придерживаются одинаковых мнений.

Автор этой работы однажды сказал Шидошу: «Мы можем утверждать, что под рыбой подразумевается владыка воды или хранитель, ангел воды, поскольку, согласно их мифологии, демон, принявший Веду под этой стихией, был преследуем и убит Вишну, а Веда была возвращена обратно. Таким образом, их упоминание о рыбе возникло из-за ее неразрывной связи с водой. Под черепахой подразумевается владыка земли, или хранитель, ангел земли; как гласит их мифология, аватара черепахи появилась для того, чтобы земля поддерживалась на своих основаниях, как это и есть на самом деле; они также особо упомянули черепаху, поскольку это одновременно сухопутное и водное существо, и что после воды идет земля. Под вепрем подразумеваются страсти и размножение живых существ; а что касается предания о демоне, укравшем землю и унесшем ее под воду, и о том, что Вишну преследовал его в образе вепря и убил его клыками, то смысл этого рассказа заключается в следующем: демон означает распутные нравы, которые уничтожили землю потопом чувственности; но с помощью пришествия духа демон распущенности был повержен клыками воздержания; кабан особо упоминается, потому что его атрибутом является чувственность, и он считается аватарой, потому что воздержание – это добродетель. Нарсингх, или «человек-лев», – это владыка или ангел героизма, и поскольку он является наиболее похвальным качеством, они говорят, что Нарсингх был существом с головой льва и человеческим телом, ибо, когда они говорили о безудержной храбрости в человеке, они использовали слово «лев». Под Ваманой, или «карликом», они подразумевали владыку разума, силу размышления и разумное существо; подразумевается, что, несмотря на миниатюрность, человек может добиться важных результатов; это почти прямой намек на то, как люди говорят: «Умный человек маленького роста намного превосходит высокого тупоголового». В Бали они видели олицетворение великодушия и щедрости.

Шидош был в восторге от такого толкования и сказал: «Они также написали, что у Кришны было шестнадцать тысяч жен; и когда один из его друзей, который считал невозможным для Кришны посетить их всех, сказал ему: „Подари мне одну из своих жен“, Кришна ответил: „В апартаментах какой жены ты меня не найдешь, та жена твоя“. Его друг заходил в разные апартаменты, но везде он видел бога, занятого беседой со своей женой». Из этой истории следует, что любовь к Кришне настолько укоренилась в их сердцах, что они не заботились ни о чем другом, кроме как о том, чтобы его образ был у них перед глазами, и каждый миг думали о нем, это была их любимая мысль.

Традиция, согласно которой Вишну всегда носит в руке Чакрам (своего рода военное оружие), намекает на знание и решительное проявление, которые недостижимы без помощи души.

Изображая змею, обвивающую шею Махадева, они намекают этим на нашу элементарную природу; змея означает гнев и другие дурные качества, проистекающие из телесности; то, что Махадев сидит на быке, означает животные склонности; предание о том, что место его отдыха было местом сожжения мертвых, означает полное рассеяние частиц тел и тленную природу вещей. В этом же смысле говорят о том, что Махадев выпил яд. И в этом смысле они также говорят, что Махадев – разрушитель всех мирских вещей; то есть, материальная природа настоятельно требует растворения комбинаций (связей), и что в конечном итоге смерть приходит естественным путем.

Они также считают, что у каждого небесного существа есть жена (женская энергия) схожей родовой конституции и первоначально происшедшая от Брахмы; и, как мы уже говорили, философы называют первый разум Истинным Господом, а вселенскую душу – Евой; таким образом, он – голова, а жена – плечо; вселенская душа – тело эмпирических небес; и подобным образом другие небесные души и тела имеют жен элементарной природы, так как они дают название жены, или энергии, всему, что является проявленным источником действия.

Более того, устоявшаяся доктрина, которой придерживаются эти верующие, заключается в том, что каждая группа преданных должна поклоняться определенному небесному существу и его жене или женской энергии; поклоняющийся считает объект своего поклонения Богом, а всех остальных – сотворенными существами; например, некоторые считают Нараяна верховным Богом, другие – Махадева, а многие – другие божества мужского и женского пола; и таким образом, в соответствии с четырьмя Ведами, которые, согласно общему убеждению, являются небесным откровением, они не считают ни одно небесное существо, являющееся объектом их восхваления, отличным от Бога; под этим они подразумевают, что Бог, которому нет равных, показав себя в бесчисленных формах проявления, созерцает великолепное совершенство своей сущности в зеркалах своих атрибутов, так что, от мельчайшего атома до солнечного шара, его святая и божественная сущность является источником всего сущего.

«Куда бы я ни направлял свой взор, Ты появлялся там;
Как широко Ты умножаешься, даже когда черты твои не видны».

Факир Арзу говорит, что вышеприведенное толкование подтверждается преданием индусов, согласно которому звезда Агасти⁵⁵ была в прошлом святым человеком, который однажды собрал все воды в ладони и проглотил их целиком; это означает, что Агасти – то же самое, что и Сохаил, звезда, расположенная рядом с южным полюсом, при ее восходе вся вода, упавшая с небес, высыхает, согласно арабской поговорке:

«Когда восходит Сохаил, потоки утихают».

В их писаниях встречается много загадочных образных выражений подобного рода; например, Махеш или Махадев – небесное существо со спутанными локонами и тремя глазами, которые являются Солнцем, Луной и Огнем; у него также пять голов; его ожерелье состоит из змеи, а мантия – из шкуры слона. Существует девять Брахм, одиннадцать Рудр или Махадевов, двенадцать Солнц и десять областей, а именно: Восток, Запад, Юг, Север, Зенит, Надир, Акни, «между востоком и югом», Нирети, «между югом и западом», Дайя, «между западом и севером», и Исан, «между севером и востоком». Число небесных существ составляет тридцать три кота, или триста тридцать миллионов, каждый кот состоит из ста лаков, или десяти миллионов. У этих небесных существ есть духовные жены, которые производят духовное потомство. Они также считают, что человеческий дух – это излучение, исходящее из божественной сущности; если к знанию люди добавляют добрые дела, с ясным восприятием себя и Бога, они возвращаются к своему первоистоку; если же они не знают себя и Бога, но совершают достойные похвалы поступки, они поселяются на Небесах, где остаются в течение периода времени, в соответствии со своими заслугами; по истечении этого периода они снова спускаются в этот нижний мир, и снова получают воздаяние, соответствующее их делам.

Поступки даже обитателей Небес подвергаются исследованию, и за них полагается награда или наказание. Они также считают, что все те люди, которые не достойны взойти на Небеса, но соблюдали религиозные обряды, чтобы получить власть и мирские удовольствия, обретут их в будущем рождении. Они также говорят, что для любого великого человека, в присутствии которого люди стоят, опоясанные узами послушания, наградой и показателем является то, что этот человек продолжает оставаться в покорном состоянии, в преданном служению Богу, и поэтому те люди, которые смиряют себя перед ним, на самом деле смиряют себя в поклонении Всемогущему. Короче говоря, они считают все великолепие и величие наградой за милостыню и добрые дела; так, они рассказывают, что когда воплощенный Рамачандра пребывал в пустыне, он послал своего брата Лакшману принести несколько корней трав, чтобы прервать свой пост; но, несмотря на усердные поиски, тот не смог найти ни одного, он вернулся и рассказал об этом Рамачандре, который ответил: «Земля изобилует едой и питьем, но в прошлом рождении, в этот самый день, я упустил возможность совершить поступок, который был бы приятен в глазах Бога, а именно, внести вклад в пропитание неимущих брахманов».

Они также верят, что злодеи после смерти соединяются с телами львов, тигров, волков, собак, свиней, медведей, рептилий, растений и минералов в этом мире и получают так свое заслуженное наказание; но те, кто виновен в тяжких преступлениях, спешат в адские области, где они остаются, подвергаясь пыткам в течение периода времени, пропорционального их злодеяниям; и когда они претерпят назначенное им наказание, они снова возвращаются в этот мир. Они также верят, что на Небесах есть государь по имени Индра, и что тот, кто сделает сто Ашвамедх⁵⁶, становится Индрой. По истечении назначенного ему срока пребывания на Небесах, в полной мере насладившись властью, он спускается в нижний мир и там получает воздаяние, соразмерное его деяниям. Более того, супругу Индры зовут Сати Деви, и она разделяет долю того, кто достигает ранга Индры. Примечание: под Ашвамедхой подразумевается жертвоприношение коня определенного цвета и в соответствии с определенными установленными обрядами. Однако под Ашвамедхой их ученые понимают «отречение от ума», ибо воображение – это яростный боевой конь, жертвоприношение которого является непременным долгом религиозного аскета; или же это может означать уничтожение животных страстей.

Они также верят, что небесные существа подвержены вожделению и гневу, а также голоду и жажде; их пища состоит из благовоний и фимиама, жертвоприношений, мясных приношений и питья, а также милостыни и жертвоприношений, сделанных людьми, а их напиток – вода жизни.

Они также утверждают, что звезды были святыми личностями, которые, покинув этот мир мрака, благодаря действенности религиозных обрядов стали светящимися телами, поднявшись из нижних глубин этой обители элементов к зениту кристаллической сферы; более того, их место рождения, имя, семья, имена их отцов и дедов тщательно перечислены в священных книгах этой секты. Так, они говорят, что Саничер (медлительный странник) или Сатурн – сын мрачного Светила, а Миррих или Марс – сын Земли; Солнце, освещающее мир, – порождение Кашьяпы, сына Марчи, сына Брахмы; Зохра (или правитель Венеры) – сын Бхригу; а Утаред (Меркурий) – сын Камера (правителя Луны). Некоторые считают, что Луна – сын Аттри Святого, но, по мнению других, он появился из молочного моря.

*Эти мнения содержат явный намек на принцип, которого придерживаются выдающиеся мудрецы парсов, а именно, что разумная душа имеет отношение к той сфере, с которой связаны ее благие действия; следовательно, они именуют Солнцем дух того, кто соединен с Солнцем, и его отец называется отцом Солнца*⁵⁷

Автор этой работы однажды заметил Шидошу, сыну Аноша: «Возможно, они подразумевают под отцами звезд их руководящие разумы, поскольку на обычном языке философов название „отцы“ также дается разумным существам, по этой причине Иисус назвал Всемогущего „Отцом“».

Согласно им, элементов пять, пятым из них является Акас (или эфир), что в общепринятом смысле означает «небеса», но, согласно ученым, здесь подразумевается пустое пространство или пространство, лишенное материи. Один из их выдающихся ученых, Сумитра, сын Рэя из Калинги, считает, что Акаш, который греческие платоники называют космосом, является простым и несоставным. Дамудар Дас Каул, ученый брахман из Кашмира, также считает, что Акаш означает космос; а космос понимается платониками среди ионийцев как объем, лишенный какой-либо субстанции (вакуум), который может быть разделен на части, совокупность которых может быть эквивалентна тому объему общего вакуума, который является огромным и равным ему; таким образом, чтобы составить каждую частицу того объема, который является пространством в каждом конкретном делении общего пространства. Между двумя вещами существует промежуток, и этот промежуток пуст и свободен от материи. Согласно их мнению, нельзя предложить лучшего толкования Акаса, чем то, которое передается словом космос⁵⁸.

Кроме того, они утверждают, что небеса не существуют, а созвездия и звезды закреплены в воздухе. По их словам, на земле существует семь самудр, то есть океанов: соленое море, море сока сахарного тростника, море спиртных напитков, море топленого масла, творожное море, молочное море и, наконец, море сладких вод. Они также говорят, что над землей возвышается гора Су-Меру⁵⁹, полностью состоящая из чистейшего золота, на которой обитают небесные существа и вокруг которой вращаются звезды. Существует девять сфер, а именно, сферы семи планет, а также сферы Рас и Занаб (голова и хвост дракона), которые также передвигаются на своих небесных колесницах. Рас и Занаб – два демона, выпившие воду жизни, которых Вишну, по предложению Солнца и Луны, поразил оружием, называемым Чакрам, или диском, и разорвал им горло; в отместку за это Луна была пожрана Расом, а Солнце – Занабом; но поскольку их горло было разорвано, все, что попало в рот, вышло через отверстие в горле; этой аллегорией они намекают на лунные и солнечные затмения⁶⁰.

Брахма обитает в городе под названием Раcт Лок⁶¹, Вишну – в области под названием Вайкунтха, а Махадев – на серебристой горе под названием Кайлас. Они также утверждают, что неподвижные звезды на самом деле не существуют, но что предметы, которые сияют ночью, – это троны из золота, украшенные бриллиантами и рубинами, на которых отдыхают обитатели Небес*⁶². По этому поводу Шидош замечает: «Все согласны с тем, что Рай означает «Небеса», а также с тем, что неподвижные звезды находятся в «восьмом небе»; следовательно, Небеса являются местом обитания душ»*⁶³.

Они почитают достоинство великого света как верховного из небесных существ, и при тщательном исследовании своих книг, признают, что ни одно существо не превосходит его по достоинству, так как состав элементарных соединений и существование всех существ зависит и связано с его благотворной сущностью. Кроме того, они считают Брахму, Вишну и Махешу сиянием и отражением этого света, утверждая, что только его величество, благодаря своим действиям, называется этими тремя именами. Они представляют его как государя в человеческом облике, восседающего на колеснице, обозначающей четвертое небо, к которой привязаны семь коней; и небесные духовные существа сопровождают царскую процессию с пышной помпой, и постоянно едут перед его величеством. Они также почитают его как источник существования и как вселенское бытие. *Они также считают землю кожей Ракша или злого духа, который был предан смерти, и его кожа растянулась; горы – его кости, воды – его кровь, растения и деревья – его волосы. Под Ракшем они подразумевают демона, который представляет материальные элементы на этой земле, который, по их словам, держится на четырех ногах, что намекает на природу и количество элементов, каждый из которых находится на своем собственном месте.

Согласно им, Сатурн хромает, что символизирует его длительный период обращения; а Бхум, или Марих, Марс, является демоном, по этой причине они приписывают ему пагубное влияние*. Зохра, или правитель Венеры, является главой демонов, и этому планетарному духу они приписывают науки и религии варваров, а также вероучения иноязычных народов.

Мусульманские ученые говорят, что Ислам связан с этой планетой, из этого источника проистекает почитание, воздаваемое ими пятнице, или дню Венеры. Муштери, Юпитер, считается главой небесных существ и учителем системы Брахмы, которая передается на небесном языке, не используемом в настоящее время ни одним существом материальной формации. Таким образом, хотя Коран является божественным откровением, язык, на котором он написан, широко используется арабами; но четыре Веды, которые индусы считают небесной книгой, написаны на санскрите, языке, на котором не говорят ни в одном городе, и который не встречается ни в одной книге, кроме книг определенной группы людей, они называют его «речью ангельских существ». Веды были даны им Брахмой для надлежащего решения человеческих проблем. Под небесными или божественными существами они подразумевают красноречивых ораторов и ученых авторов, которые, озаренные сиянием первоначальной мудрости, толковали то, что им было открыто. Следует отметить, что каждый, кто пожелает, может почерпнуть из Вед аргументы в пользу своего конкретного вероучения в такой степени, что сможет подкрепить ясными доказательствами философские, мистические, унитарианские и атеистические системы, свои верования и религии, Индуизм, Иудаизм, Христианство, Огнепоклонничество, догматы суннитов или шиитов и т.д.; короче говоря, эти книги состоят из таких хитроумных притч и возвышенных смыслов, что все ищущие могут исполнить свои желания.

Они говорят, что Всевышний – это великое тело, и что все другие существа находятся в его животе; это напоминает мнения, которых придерживался досточтимый шейх Шахаб ад-Дин Мактул, чью могилу да освятит Аллах, а именно, что вселенная – это одно тело, которое содержит все другие существующие, и называется универсальным телом. Это есть один дух, который охватывает все другие и называется универсальной душой; это один единственный объект разума, из которого они выводят все разумы, называя его универсальным разумом. В «Муджмаль аль-Хикмет», или «Компендиуме философии», говорится, что Всевышний – это дух духа; а согласно Азару Хушангианину, «разум разума». Шейх Бо Али⁶⁴ (место упокоения которого да озарится!) говорит следующим образом:

«Всевышний – душа вселенной, а вселенная – воссоединение всех тел;
Различные ангельские сонмы – органы чувств этого тела;
Тела, элементы и три царства – его члены;
Все это постигается в божественном единстве; все остальное – иллюзия».

Эта вера называет ракшасами, т.е. злыми духами или демонами, всех тех, кто не исповедует их веры и не совершает добрых дел.

Согласно философам Греции и Персии, время в Хиндави Кал является мерой движения великой сферы. Автор также слышал от брахманов, и в соответствии с мнениями, приписываемыми наиболее выдающимся людям их касты, в работе, озаглавленной «Муадан Ишшаффай Искандари» (подборка, взятая из нескольких медицинских трактатов на хинди), утверждается, что время, согласно индуистским философам, является обязательно-существующей нематериальной субстанцией, прочной, бестелесной, которая будет существовать вечно и не допустит уничтожения. Время было разделено на три вида, а именно: прошлое, настоящее и будущее; но, поскольку, по их мнению, оно не допускает ни изменения, ни исчезновения, эти разделения не являются его атрибутами, хотя и правильно используются применительно к действиям, совершенным во времени. В соответствии с последовательностью действий они образно называют время прошлым, настоящим и будущим; что касается солнечных изменений и фаз, то они называют его днями, ночами, месяцами, годами и сезонами. Короче говоря, у них так много замысловатых различий такого же рода, что одна только попытка их перечислить заняла бы несколько томов. Все они согласны с тем, что этот мир будет существовать четыре эпохи: первая, Расл-Юга, «праведная»⁶⁵, которая длилась один миллион семьсот двадцать восемь тысяч лет, в течение которых все человеческие существа, высокие и низкие, возвысившиеся и простые, князья и слуги, придерживались практики праведности и истины, проводя свое славное существование в соответствии с божественной волей и посвящая себя поклонению Всевышнему; продолжительность человеческой жизни в этот век достигала ста тысяч лет. Вторая, Трета-Юга⁶⁶, которая длилась один миллион двести девяносто шесть тысяч лет; в этот период три четверти человеческой расы подчинились божественной воле, а естественная продолжительность жизни достигала десяти тысяч лет. Третья – Двапара-Юга⁶⁷, длившаяся восемьсот шестьдесят четыре тысячи лет, в течение которой одна половина человеческой расы совершала добрые дела, и их жизнь была ограничена тысячей лет. Четвертая – Кали-Юга⁶⁸, или железный век; она продлится четыреста тридцать две тысячи лет, в течение которых три четверти человеческой расы будут погружены в грех, страсти и злые дела, а срок человеческой жизни сократится до ста двадцати лет. Эти четыре эпохи (4 320 000 лет) они называют Чакрой, а семьдесят одну Чакру – Манвантарой; по истечении семидесяти одной Чакры проходит один день жизни Индры, владыки верхнего мира; а по истечении четырнадцати Манвантар, исчисляемых по предыдущему расчету, заканчивается один день жизни Брахмы.

Они говорят, что Всевышний, соединив себя с телом Брахмы, сотворил мир через своего посредника. Таким образом, Брахма стал Творцом и создал человечество, разделив его на четыре класса, а именно, брахманов, кшатриев, вайшью и шудр. На первый класс была возложена охрана законов и установление религиозных таинств; второй класс был сформирован для целей управления и внешней власти, будучи назначен посредником для наведения порядка в человеческих делах; третий класс состоял из землепашцев, земледельцев, ремесленников и торговцев; и четвертый – из любого вида прислужников и обслуги. Все расы, не состоящие ни в одном из этих четырех подразделений, считаются не человеческими, а демоническими. Однако демоны, или ракшасы, благодаря практике религиозных аскез достигали такого достоинства, что Брахма, Вишну и Махеш (Шива) стали им служить. Так, Равана⁶⁹, благодаря эффективности религиозного умерщвления плоти, стал владыкой мира и его обитателей; Брахма был чтецом Вед при его дворе, Солнце занимало место повара, облака были его виночерпиями, а ветер – его камергером⁷⁰.

Наконец, согласно этим верованиям, жизнь Брахмы длится сто необычайных лет из трехсот шестидесяти дней, с ночами, соответствующими дням⁷¹, так что вплоть до настоящего времени, то есть, до периода составления этого произведения в год хиджры 1055 (1645 г. н.э.), прошло четыре тысячи семьсот сорок шесть лет Кали-Юги. Появилось уже так много Брахм, что сумма их лет превышает пределы человеческого понимания; у них есть предание, что тысяча Брахм последовательно появлялись и уходили, так что нынешний – это тысяча первый, и его жизнь длится пятьдесят лет и полдня, и продолжается с середины пятьдесят первого года. Как только эпоха Брахмы заканчивается, согласно предыдущему расчету, или достигает предначертанного числа, он образует двенадцать пылающих Солнц, чей жар и великолепие поглощают и землю, и воду, так что не остается ни следа от этого мира или его творений, и человечество погружается под воду; эта катастрофа называется на хиндави Пралайя. После этого события появляется другой Брахма и создает мир заново, и этот процесс растворения и воспроизводства продолжается до бесконечности. Хаким Умр Хакани сказал:

«Те, кто украшает Небеса, которые являются частицей Времени
Приходят и снова уходят, и вновь появляются на той же сцене —
Ибо в юбках небес и одеянии земли есть
Творение, которое последовательно рождается до тех пор, пока существует Бог».

Длительными периодами жизни, приписываемыми этим небесным персонажам, они намекают на древность мира, который так безмерно велик, что не может быть исчислен. Человек с духовными качествами, Шидош, сын Аноша, говорит: «По окончании великого цикла вновь появляются человеческие существа, а вода, окутывающая Земной Шар, становится такой же основной структуры, как и воды наверху. Далее, снова, благодаря сильному жару светила, вода исчезает, и образуются двенадцать Солнц; от восхождения паров и смешения выделений окутываются небесные диски, когда хвостатые кометы, которые персы называют «малыми Солнцами», а арабы шамсиат, или меньшие солнечные тела*⁷², потребляют одинаково влажное и сухое. Таково необходимое завершение этого цикла; мир и его обитатели будут созданы заново»*. Мулла Исмаил, суфий из Исфахана говорит:

«Мир един, Творец и творение,
Оба эти мира подобны пене в Его чаше,
Это изменение времен похоже на нарисованный светильник,
Который, несмотря на свое движение, остается все тем же».

Утверждение о том, что только четыре вышеперечисленных класса «принадлежат к человеческой расе», подразумевает, что это обозначение связано с проповедью человечности, добродетели и разборчивости, выше которых милосердие к животному творению, а также знание себя и Творца; более того, человек, лишенный хоть одной из этих характеристик, не имеет ничего общего с природой человека. Так говорит мудрец Фирдоуси:

«Тот, кто отклоняется от пути человечности,

Должен считаться демоном, а не представителем человеческой расы».

*Согласно этим верованиям, поклонение фигурам Махадева и Нараяна, а также статуям других духовных существ заслуживает всяческого одобрения. Незнакомые с их верой люди считают, что они смотрят на идола, как на Бога, что ни в коем случае не так, их вера заключается в следующем: «Идол – это всего лишь Кибла, и они поклоняются под этой особой формой Существу, у которого нет ни неоднородности, ни формы».

Более того, поскольку человечество – это собрание, состоящее из высоких и низких, оно сделало изображения человеческих правителей и сделало их своими Киблами. Кроме того, поскольку все вещи демонстрируют силу Всемогущего, они создают изображения по их подобию. Они также говорят, что поскольку аватары являются сияющими эманациями божественной сущности, они делают изображения по их подобию и поклоняются им. Так что все, что является прекрасным в своем роде, в минеральном, растительном или животном мире, рассматривается с почтением, так же как и несоставные вещества, и звездное небо. Раи Манухар Кучваххах сказал:

«О, мусульманин! Если Кааба – объект твоего поклонения,
В чем ты упрекаешь поклонников идолов?»

III. Религиозные обряды и церемонии смартиан (смарти), т.е. ортодоксальных индуистов

Согласно этой группе верующих, существует два вида рождения: первый – при выходе из материнской утробы; второй – в день принятия Мунджи⁷³, Зунара, и повторения установленных форм молитвы, поскольку, пока человек скрупулезно не выполнит оба эти обряда, он не считается ортодоксальным и не является блюстителем их установлений. В этом разделе содержатся Шодасан-Кармани⁷⁴, «шестнадцать основ» об очищении женщины от периодических болезней, об ее привязанности к мужу, о формах молитвы, которые необходимо использовать по этому случаю и соблюдать до момента смерти, и об актах благотворительности, которые предписывается совершать после смерти человека.

Среди их достойных похвалы обычаев есть следующие: 1. Гарбх-адхна-карма⁷⁵, или передача подобия сына, то есть, выдача дочери замуж. 2. Пунгсавана⁷⁶, или чтение в надлежащее время молитв, которые предписано произносить, чтобы родилось добродетельное потомство. 3. Симантоннаяна⁷⁷, то есть, на шестом месяце беременности женщины чтение молитв и угощение брахманов. 4. Джатакарма⁷⁸, или обряды, которые должен совершать отец при рождении сына, в отношении омовения, это Хома, или обряд возжигания огня, и Джап, или обряд благочестивой медитации, а также ему предписаны акты благотворительности. 5. Нама-карана⁷⁹, когда на одиннадцатый день после рождения ребенка дают ему имя и повторяют необходимые молитвы. 6. На четвертый месяц выносят ребенка из дома, это называют Ниш-крамана⁸⁰. 7. Дают ребенку подходящую пищу в благоприятный момент, который они называют Анна-прасана⁸¹. 8. В возрасте трех лет бреют ребенку голову и затыкают уши, этот обряд они называют Чуд-а-карана⁸², или церемония формирования макушки при первом пострижении индуса. Им строго предписывается соблюдать вышеупомянутые восемь церемоний; и, если ребенок женского пола, они практикуют те же обряды, но без установленных форм молитвы, за исключением бракосочетания, когда они обязаны произносить формы молитвы, соответствующие этой церемонии. 9. На пятом году жизни ребенка они обвязывают вокруг его талии веревку, которую они называют Сутрам⁸³; этот обряд они называют Мунджи⁸⁴; веревка должна быть сделана из коры Дарбху⁸⁵. 10. Через три дня после того, как мальчик получил Сутрам, ему на шею надевают Зунар, или «жертвенную нить»⁸⁶, которую они называют йагьяпавита⁸⁷. 11. Приняв брахманическую нить, они должны в порядке благотворительности подарить брахманам корову, этот акт они называют Годан⁸⁸. 12. Омовение тела молоком, простоквашей, жидким тестом, медом и сахаром, которое они называю Ашнан-панджах и Параиш-чат⁸⁹. 13. Когда мальчик достигает пятнадцати лет, его делают хозяином в доме; это они называют Вивахах⁹⁰, или «семейный союз». 14. Сын, после смерти отца, совершает необходимые благотворительные пожертвования, которые они называют Пинд-прадан⁹¹. 15. 7-го числа месяца Магха⁹², когда великое светило находится в Водолее, они должны подносить брахманам бобовые, ячмень, пшеницу, черный рис, кунжут, золото и тому подобное; это называется Дан-фал⁹³. 16. В Шива-ратри⁹⁴, или «ночь Шивы», 21-го Бхдгуна (Пхагана, или Пхалгуна) они подносят брахманам серебряную змею с красным рисом, это они называют Пхани⁹⁵.

Выше приведены шестнадцать церемоний. Более чем необходимо, чтобы сын брахмана был наделен Мунджи в возрасте восьми лет, сын кшатрия – в одиннадцать, а сын вайшью – в двенадцать, после этого мальчик должен быть отправлен в школу.

Брахман должен во время исполнения своих обязанностей надежно закрепить Мунджи на правом ухе, днем повернувшись лицом на север, а ночью на юг. После выполнения этих действий ему нужно взять свой инструмент и, пройдя три шага, смочить руки водой, которая должна быть в сосуде, и с которой смешана земля, и это должно продолжаться до тех пор, пока не останется неприятного запаха. После этого он должен совершить омовение в чистом месте⁹⁶ и сесть так, чтобы руки его были под коленями, а лицо было обращено на север или восток; затем, повторяя предписанные молитвы, он должен три раза подряд набрать в ладонь правой руки⁹⁷ немного воды, которую ему необходимо проглотить, не читая никаких молитв. Затем он должен очистить рот тыльной стороной левой руки и, набрав в ладонь другой воды и окунув в нее пальцы, приложить их к носу, глазам и ушам; вода должна быть чистой, без пены и пузырьков. В этом случае брахман должен проглотить столько воды, чтобы она попала в грудь; кшатрий – столько, чтобы хватило для горла; вайшью – столько, чтобы увлажнить внутреннюю часть рта; земледелец, женщины и дети, не принявшие Мунджи, должны нанести немного воды на губы, затем опустить голову, и, повторив соответствующие молитвы, окропить голову несколько раз.

Затем брахман должен зажать ноздри, так, чтобы закрыть проход для вдоха и выдоха, и прочитать молитвы, предписанные по этому случаю; затем он должен постоять некоторое время, повернувшись лицом к великому светилу, и повторить необходимые формулы. Каждое утро, поднявшись и выполнив должным образом все надлежащие ему обязанности, он должен пройти через необходимые обряды, которые они называют Сандхья⁹⁸, соблюдение которых, три раза в день одинаково обязательно как для брахмана, так и для кшатрия: 1. каждое утро, или с рассвета до восхода освещающего мир Солнца; 2. в полдень, от высоты меридиана Солнца до его склонения; 3. вечером, или за час до захода освещающего мир Солнца до восхода звезд. Обряды должны сопровождаться гасалем, омовением, за исключением Сандхьи в последней части дня, когда, если это невозможно, читаются только установленные молитвы. Совершив это омовение, голову несколько раз окропляют водой так, чтобы вода падала на нее каплями; после этого, пройдя через обязательные формы молитвы, совершают Хома, то есть зажигают священный огонь на чистом месте, кладут на него тонкие и мелкие кусочки дерева, и, выбрав еще более тонкие его щепки и смочив их водой, бросают на них чистый рис. Зажегши огонь, брахман обращается с молитвами к своему духовному проводнику, или своему наставнику, к отцу и старейшинам и, положив голову на землю, испрашивает их благословения, произнося свое собственное имя, чтобы оно могло быть услышано ими, следующим образом: «Я, такой-то, с глубоким почтением обращаю свои молитвы к вам и преклоняю колена перед вами»; то же самое почитание должно быть оказано и его матери. Затем он идет к своему учителю, перед которым стоит в смиренной позе и получает наставления, но после этого наставник должен сказать о себе: «Теперь я свободен»; он не должен приказывать ему, что будет считаться большой грубостью. Когда ученик служит своему учителю, он должен предстать перед ним в дорогой одежде; если же и учитель, и ученик находятся в бедности, то последний должен просить милостыню и таким образом обеспечивать пропитание своему учителю и себе; за столом он должен молчать.

Мальчика, когда на него надета брахманическая нить, называют Брахмачари, пока он не вступит в брачное состояние; после этого, если по необходимости своей собственной семьи он получает ежедневную поддержку с другой стороны, он не должен есть только в одном месте, но стучать в несколько дверей, и, получая что-то в каждом доме, приносить все к месту назначения. Но человеку, чьи отец и мать берут на себя его ежегодное содержание, и который не может найти другого брахмана, кроме себя, в этом районе, разрешается удовлетворять свой аппетит в одном месте. До женитьбы Брахмачари не ест мед, не мажет глаза коллириумом, не мажет тело маслом и благовониями, не ест оставленных за столом яств, кроме яств своего наставника. Он никогда не возражает резко или сурово, избегает общения с женщинами, не смотрит на восходящее и заходящее светило, чужд лжи и никогда не высказывает ни одного дурного намерения, не держит никого в неприязни и не считает его объектом упрека; прежде всего, он проявляет чрезвычайное почтение к своему хранителю.

Древние предписывали, чтобы мальчики занимались изучением Вед, или «религиозных» наук, с пяти лет до двенадцати. Они также говорили: «Брахман должен изучать четыре Веды; но поскольку овладеть всеми ими невозможно, их ученые люди, следовательно, довольствуются знанием небольших частей каждой из них. Первая – Ригведа, в которой рассматриваются знания о Божественной сущности и атрибутах, о способе творения, о пути строгости, о жизни и смерти. Вторая, или Яджур-Веда, рассказывает о правилах, установленных для религиозных церемоний, веры, возжиганий огня и молитв. Третья – Сама-Веда, в которой говорится о науке музыки, правильном способе чтения Вед и выбранных из них фрагментов; из этого источника также взяты вокальная и инструментальная гармония. Четвертая – Атхарва-Веда, которая включает в себя правила стрельбы из лука, молитвы, которые следует читать при встрече с врагом и выпуске стрел против него. Если человек, знакомый с этой системой и формой молитвы, выпускает одну стрелу, она превращается в сто тысяч стрел, одни из которых содержат огонь, другие – ветер, бурю, пыль и дождь; третьи извергают золотые камни и огромные кирпичи; а четвертые принимают формы диких зверей и свирепых животных, которые вселяют ужас в самые смелые сердца. Множество необычных способов и чудесных приспособлений для полного уничтожения врагов раскрывается в этой Веде. Такова Атхарва-Веда, и таковы содержащиеся в ней хитрости, магические практики, чары, заклинания и установки⁹⁹.

Брахмачари бывают двух видов: один, как уже было описано, которого брахманы называют Брахмачари, до того момента, когда он становится домохозяином и берет жену; второй – тот, кто в течение этой жизни никогда не вступает в брак, не обращает внимания на мирские заботы и остается преданным слугой своего наставника, после смерти которого он уделяет такое же внимание оставшимся в живых. Если ученику случится умереть в доме своего учителя или его преемника, это считается гораздо более заслуженным, чем в любом другом месте; если же его смерть не наступает, он должен тщательно поклоняться огню, который разводится для совершения Хома, или «сожжения», и с каждым днем уменьшать количество своей пищи.

Приведя, таким образом, некоторые положения о Брахмачари, теперь уместно упомянуть о различных способах заключения брака у индусов. Так, в первой части «Махабхараты» говорится, что женщина, потерявшая мужа, может законно взять другого, ибо, когда Парашурама истребил кшатриев, их жены вступали в связь с брахманами и рожали им детей. Также разрешается женщине, лишенной мужа, привязаться к другому; так, Йоджана Гандхи¹⁰⁰ сначала была женой Парашары, от которого у нее был сын, знаменитый мудрец Вьяса¹⁰¹, а затем она стала женой царя по имени Шантану¹⁰². В том же труде указано, что женщина может, с согласия мужа, вступать в связь с другим; так, брахман по имени Тамма, соперник раджи Бали, отправил ему свою жену и получил сына. Подобным образом, раджа Панду, воздерживавшийся от всякого общения с женщинами, разрешил своей жене Кунти¹⁰³ составить компанию другим, и она, силой его молитв, общаясь с небесными существами, родила сыновей. Таким же образом разрешается, чтобы сын был отделен от отца, но оставался с матерью, и чтобы, после смерти брата, другой брат от другого отца, но той же матери, мог жениться на вдове умершего. Так, Вьяса, сын Йоджаны Гандхи от Парашары¹⁰⁴, посещал жен Вичитравирьи, который был рожден от той же матери, Йоджаны Гандхи и царя Шантану, и у него родились Дхритараштра, раджа Панду и Видура. Также допускается, чтобы несколько лиц одной расы и религии могли бы взять в жены одну жену. Так, Драупади, дочь Друпады, раджи Панчалы¹⁰⁵, была замужем за пятью принцами Пандавами. Ахалья¹⁰⁶, дочь Гаутамы, за семью мужьми; а дочь другого святого человека была замужем за десятью мужьями. Йезданиане приписывают одиночество женщин и то, что они не выбирают себе мужей, тяжбам, порочности и семейным неурядицам. В «Махабхарате» также говорится, что в древние времена не было такой практики, как присвоение мужа и жены; каждой женщине разрешалось сожительствовать с тем, с кем она считала нужным, пока однажды жена одного святого человека не оказалась в обществе другого, Шветакету; сын святого человека, возмущенный таким поведением, произнес такую клятву: «Пусть женщина, которая приблизится к чужому, будет считаться духом ада! И в настоящее время животные, обладающие, как и мы, нематериальными душами, действуют в соответствии с древним законом; многие северные народы также следуют этой практике». В той же работе говорится, что мудрец Вьяса был рожден от дочери рыбака, от ее связи с мудрецом Парашарой, из чего следует, что происхождение от столь низкой связи не должно рассматриваться как низкое или униженное. Такова краткая выдержка из «Махабхараты».

Согласно Смартасу, существует два вида жен: первый вид – законные жены, которые развращается, вступая в связь с любым мужчиной, кроме своего мужа; второй вид – те, на которых не налагается никаких ограничений; их множество в распоряжении их главных мужчин. Князья древних времен, по всей видимости, установили такую градацию женщин для приема путешественников и паломников, что, по их мнению, приносило большие блага.

Кроме того, из-за увеличения мужского населения они не считали преступным деянием половую связь с этими женщинами; но считали, что вина состоит в интимной близости с женщиной, у которой есть муж. Более того, они считали подлым поступком обман этого класса женщин, которых они нанимали. Предание гласит, что в прежние времена лули, или «танцующие женщины», которые населяли храм Черепахи в городе Калинга, сначала отдавали своих дочерей брахманам, чтобы снискать благосклонность Всевышнего и обеспечить будущее счастье; впоследствии они отдавали их ради эгоистичных целей и из корыстных побуждений; но даже в настоящее время, хотя они полностью отказались от всех благочестивых целей, все же они не вступают в связь ни с кем, кроме тех, кто принадлежит к их собственной религии. Шир Мухаммед хан, который был назначен военным губернатором этой провинции при первом правителе Абдалле Кутеб-шахе, приказал им войти в дома мусульман, несмотря на это, лули храма Джаганнатха и по сей день не поддерживают никаких отношений с мусульманами. В Гайе и Сораме, когда берут жену, она должна быть благородного происхождения и иметь изящную осанку; и она не должна ранее быть помолвлена с каким-либо другим лицом; она не должна быть ни в малейшей степени связана с родом или семьей своего мужа, она должна иметь братьев, а ее родословная и семья на протяжении десяти поколений должны быть известны среди ее современников. Ее родственники также строго расспрашивают о достоинствах и недостатках жениха, особенно о состоянии его здоровья и выносливости. Некоторые авторы утверждают, что брахман может иногда брать в жены дочь кшатрия, торговца или земледельца, но при условии, что она не присоединяется к своему мужу при принятии пищи или питья.

У индусов существует пять способов заключения брака¹⁰⁷. Первый, или Виваха, по такой форме: отец девушки присматривает зятя, который ему дарит деньги и вещи в соответствии со своими средствами, и он отдает ему свою дочь, что является наиболее законным способом¹⁰⁸. Второй – это Асур-виваха, когда без согласия отца или матери, применяя силу и насилие или благодаря деньгам, жених насильно забирает девушку из дома ее родителей в свой собственный дом, и там она выходит за него замуж. Третий – Гандхар-виваха, когда жених увозит девушку с ее согласия, но без одобрения ее родителей, и женится на ней в своем собственном доме. Четвертый – это Ракшаса-виваха, когда обе стороны стоят во главе армий, а девушка, которую уводят силой, становится невестой победителя. Пятый – Пишача-виваха, когда влюбленный, не получив разрешения родителей девушки, забирает ее домой с помощью талисманов, заклинаний и тому подобных магических практик, а затем женится на ней. Пишача на санскрите – это имя демона, который берет любого человека, на которого он нацеливается, и поскольку вышеупомянутый вид брака происходит таким же образом, он был назван этим именем.

При женитьбе разумный брахман, взяв руку невесты в свою, должен пройти через установленные формы, предписанные его верой, и продвинуться на семь шагов вперед¹⁰⁹. Когда заключается брак с дочерью кшатрия, во время церемонии бракосочетания жених должен держать стрелу за один конец, а невеста – за другой; при заключении союза с дочерью купца жених и невеста должны держать бич или другой подобный предмет; при бракосочетании с девственной дочерью земледельца, стороны отмечают свой союз знаком тайной близости. Когда невесту отдают мужу, если нет в живых ее отца или деда по отцовской линии, или брата, то необходимые церемонии совершает самый уважаемый человек из племени или семьи, а если отношения между ними не сложились, то мать девушки.

Следует отметить, что, когда девушка достигает необходимого возраста для вступления в брак, если ее родители, несмотря на свои способности, не обеспечили ее мужем, они совершают большой грех. Если уважаемый жених не явится сам, тогда они должны найти ей мужа из хорошей семьи; это они должны сделать только один раз в своей жизни, так как после смерти мужа вдове запрещено становиться женой другого человека; после смерти мужа она обязана провести остаток своей жизни в его доме. Если до того, как пройдено семь шагов, предписанных во время заключения брака, появился более выдающийся жених, чем первый, разрешается забрать девицу у первого и отдать ее второму, поскольку до прохождения семи шагов брак не является заключенным. Если жена окажется безнравственной, все сношения с ней должны быть прекращены; но также запрещено предавать ее смерти или выставлять за дверь, она должна быть заключена в маленькую темную комнату, одета в грубое платье и получать пищу только один раз в день.

Период болезни женщины, согласно брахманам, длится до шестнадцати дней; в течение четырех дней, следующих за первым днем появления симптомов, все половые сношения с ней запрещены. Женщинам строго предписывается проявлять величайшее уважение к своим мужьям, родителям, братьям и родственникам и прилагать все возможные усилия для сохранения имущества своих мужей. Если муж находится в путешествии, жена не должна украшать себя, не должна казаться веселой и улыбающейся; она не должна ходить в гости, в дома своих друзей или родственников и не должна приглашать их к себе.

Пока девушка не замужем, необходимо охранять ее самым тщательным образом; но, когда она выйдет замуж, это уже крайне неуместно, с тем ограничением, однако, что ни в коем случае нельзя допускать, чтобы женщине, начиная с ее самых нежных лет и до периода ее зрелости, разрешалось неограниченная свобода; напротив, она должна быть всегда покорной и послушной своему отцу, мужу и родственникам; но, если их нет, фактические опекуны должны позаботиться о ней.

Когда муж находится в путешествии, жена не должна оставаться одна в доме, но должна вернуться в жилище своих родителей, братьев или родственников; и, если после смерти мужа она не станет Сати, то есть не сожжет себя вместе с умершим, тогда она должна жить со своими родственниками, посвятив себя строгому воздержанию и поклонению Всемогущему. Они говорят, что, когда женщина становится Сати, Всемогущий прощает все грехи, совершенные женой и мужем, и что они остаются надолго на Небесах¹¹⁰. И если муж был в адских областях, жена таким образом вытаскивает его оттуда и забирает на Небеса, подобно тому, как змеелов выманивает змею из ее норы. Более того, Сати в будущем рождении не возвращается к женскому полу, но, если она вновь обретает человеческую природу, она рождается как мужчина; но та, которая не становится Сати и проводит свою жизнь в одеянии вдовы, никогда не освобождается от женского состояния. Поэтому долг каждой женщины, за исключением беременной, войти в пылающий огонь вместе со своим умершим мужем. Жена брахмана, в частности, должна войти в один огонь со своим мужем, но другим разрешается совершать обряд в другом месте. Однако насильно бросать женщину в огонь преступно, равно как и мешать той, которая добровольно входит в огонь¹¹¹.

Просвещенные богословы говорят, что под превращением женщины в Сати подразумевается, что после смерти мужа она должна уничтожить в огне вместе с ним все свои желания и, таким образом, умереть до срока, назначенного природой; так как на метафизическом языке женщина означает «страсть», это означает, что она должна бросить все свои страсти в огонь, но не броситься в него вместе с умершим, что далеко не похвально. Уважаемая женщина не должна из тщеславия выставлять себя напоказ постороннему мужчине, но она должна носить платье, которое полностью закроет ее до подошв стоп.

Следует отметить, что сын брахмана от женщины кшатриев не принадлежит к касте отца, а является высшим кшатрием. Кроме того, установлено правило, что брахман, став Брахмачари, должен регулярно поклоняться огню, что он не должен прекратить и во время заключения брачного союза; но по этому случаю он обязан зажечь другой огонь и прочитать предписанные молитвы, чтобы огонь мог быть свидетелем договора, заключенного между мужем и женой. Также, после празднования брака, они должны повторять молитвы, предписанные при возжигании огня, которому они должны поклоняться ежедневно.

Кроме того, брахман должен совершать Хома, или зажигать огонь и приносить ему визуальные или реальные жертвы, при восходе и заходе великого светила, и принимать пищу дважды: один раз днем по истечении двух часов (полдень), второй раз ночью, по истечении одного часа. Он также должен помогать пищей и одеждой, в меру своих сил, неимущим и друзьям, которые приходят в его дом.

Кшатрий должен изучать Веды и Шастры, или божественные откровения и науки, но он не должен учить этому других; он также должен совершать Хома, или «возжигание огня». Его занятие состоит в управлении людьми и их защите, по этой причине все монархи в древности принадлежали к варне кшатриев, чтобы более эффективно утверждать праведные постановления Брахмы и установления брахманов.

К варне баккал, или «касте торговцев», относятся профессии, связанные с куплей, продажей и коммерческими операциями, охраной животных и сельским хозяйством, которые приносит прибыль.

Земледельцу, которого называют далмах, или кумби, предписывается заниматься службой, обработкой земли, или любой работой в пределах его возможностей, с помощью которой он может получить содержание; фактически нет никаких ограничений в отношении характера его занятий.

Всем четырем варнам строго предписано не причинять вреда ни одному живому существу, особенно по своему желанию не лишать никого жизни, говорить правду, поступать честно и, пока они живы, не выманивать у ближнего его имущества.

Каждый брахман обязан раз в год проводить установленный обряд Ягья, или жертвоприношение. Если он находится в стесненных обстоятельствах, ему нужно обойти своих братьев и потратить все, что он соберет у них, на Ягью, которая проводится таким образом: необходимо сформировать три кундама¹¹², или три «ямы для костра», перед которыми установить столб из дерева; затем веревка, сделанная из травы дурва (на санскрите куса), накидывается на шею черного козла и он привязывается к этому столбу; затем в течение пяти дней совершается жертвоприношение Хома. В первый день жертвователь и его жена совершают омовение, девять брахманов одновременно проходят обряд омовения головы и лица; из этих девяти один рассматривается как сам Брахма, и все присутствующие подчиняются его приказам, а остальные восемь брахманов покорно ожидают его. В дополнение к ним требуется еще шестнадцать брахманов, которые должны сами произносить мантры, или «молитвенные формы», в момент совершения Хома, или «зажжения огня». Для того, чтобы зажечь огонь, они нанизывают небольшие кусочки дерева, которое на санскрите они называют арана¹¹³, на хинди – ак (asclepias gigantea), а также для той же цели кусочки другого дерева, на санскрите – кхандира¹¹⁴, на телинге – чандару; для Хома используют дерево, которое на санскрите называется памарак, на телинге – утарини, на дакхани – ахарах, из которого они делают зубочистки; также дерево, на санскрите – удамвара¹¹⁵ (ficus racemosa), на телинге – мири, на дакхани – кулар, на персидском – анжир дасти или «дикая смоква» и другое дерево, на санскрите – сами¹¹⁶, на телинге – хамми; также траву, называемую на санскрите дурва¹¹⁷, на телинге – карги, на дакхани – хариали, также другой сорт, называемый дарбас, всего требуется девять. Восемь упомянутых брахманов, повторив соответствующую молитву, держат козла так, что заставляют его лечь на ложе из листьев и ветвей дерева хартархари, или харшартари, на санскрите – калис аха¹¹⁸, на телинге – балсукума, на дакхани – каранкабанта. Далее шестнадцать брахманов, произнеся формулу, или соответствующую мантру, перекрывают все отверстия животного, так что оно не может ни выдохнуть, ни вдохнуть, и держат его в таком положении до тех пор, пока оно не умрет. Затем один из шестнадцати брахманов, отрубив ему голову одним ударом, распластывает тушу и разрезает ее на мелкие куски, отбрасывая все кости на некоторое расстояние, а затем смешивает с мясом топленое масло. Затем восемь брахманов кладут все это по частям на огонь, в то время как остальные шестнадцать занимаются тем, что подбрасывают вышеупомянутые виды дерева и поливают их топленым маслом. Восемь брахманов едят зажаренное таким образом мясо; тот, кто приносит жертву, также принимает в этом участие; после этого он раздает всем брахманам сто одну корову с телятами, а также дакшину, или «денежные подарки». На второй день также совершается Хома, и брахманам преподносятся подарки; в последующие три дня они читают соответствующие мантры, зажигают огонь описанным выше способом, но не кладут на него мясо; короче говоря, в течение всех пяти дней они развлекают всех брахманов, которые приходят, поднося ароматы и даря подарки каждому из них. По истечении пяти дней они полностью наполняют и закрывают два сосуда для огня, оставляя третий, который не закрывают до тех пор, пока не перенесут содержащийся в нем огонь в свое жилище. Поскольку огонь по этому случаю был разведен за городом, они возводят там дом, который сжигают по завершении церемонии. Отнеся огонь в свое жилище, они помещают его в специальный сосуд, вырытый для этой цели; они ежедневно возжигают Хома, никогда не допуская, чтобы этот огонь погас. Они также делают для него покрывало, которое снимают во время подношения Хома.

Хома совершается следующим образом: жертвователь выполняет омовение и делает на лбу тилек, или «начальный знак», пеплом из сосуда для огня, затем совершает Хом; обряд должен проводить брахман, так как он бесполезен, если его совершает кто-либо другой. Если совершающий обряд брахман-вайшнав, поклоняющийся Вишну, он совершает Яджну, или «жертвоприношение», таким же образом, за исключением того, что вместо козла он использует фигурку козла, сделанную из муки, над которой он проводит установленные церемонии. Когда в жертву приносят одного козла, это называется Агништома, или жертвоприношение Агни¹¹⁹, когда приносят двух – Йуниикам¹²⁰; жертвоприношение трех – Ваджпейя¹²¹; жертвоприношение четырех – Джиотиштома¹²²; а жертвоприношение пяти – Пандждхом¹²³. Когда таким образом приносят в жертву корову, это называется Гомедха; жертвоприношение лошади – Ашвамедха; жертвоприношение человека – Нармедха.

Ягья, или «жертвоприношение», должно совершаться в месяцы Магха, «январь», Вайшака, «апрель», или Марга-сирша¹²⁴, «август». Каждый человек совершает Ягью один раз; но он приносит в жертву козла каждый год или, если он в стесненных обстоятельствах, фигурку козла, сделанную из муки; и если он последователь Вишну, козел должен быть фигуркой, сделанной из тех же материалов, ведь в этом веровании, жестокость по отношению к живым творениям считается нечестием. В их «Смрити», или священном писании, сказано так: «Пусть тот человек умерщвляет животных, который обладает силой оживлять их, поскольку жертва, принесенная таким образом, должна быть возвращена к жизни». Более того, их благочестивые ученые Доктора утверждают, что, под принесением в жертву овцы подразумевается устранение невежества, коровы – отказ от низких целей, лошади – обуздание ума, так как, согласно индусам, Манах, или «сердце», из которого исходят все фантазии и внутреннее чувство, является огненным и необъезженным конем; наконец, пролитие человеческой крови в жертву подразумевает искоренение всех предосудительных человеческих качеств. Также следует высоко ценить в брахмане то, что он не посвящает себя прибыльным занятиям, а возвращается в обитель своих единоверцев и, будучи удовлетворенным и благодарным за порцию зерна, которую он получает от них, посвящает остальное свое время преданности; он также не собирает столько еды, чтобы ее хватило на следующий день. Сосуды из золота считаются более чистыми, чем сосуды из любого другого металла. Всякий раз, когда брахман видит храм идола, корову или священное жилище, он должен благоговейно обойти вокруг каждого их них. Он не должен совершать служения ни в проточной воде, ни в сарае для скота, ни в золе, ни перед брахманом или коровой, ни перед великим светилом; когда он удаляется в какое-либо место для этой цели, он не должен в таком состоянии наготы смотреть на звезды. Он не должен выходить нагим под дождь или спать головой на запад; он не должен пускать слюну, кровь или семя в воду или протягивать свои ноги к огню, чтобы согреть их; он не должен прыгать на огонь, не должен пить воду обеими руками. Также неправильно будить, за исключением случаев крайней необходимости, того, кто находится в состоянии глубокого сна; также не разрешается сидеть на одной скамейке с больным человеком. Нехорошо вступать в какое-либо предприятие, если есть подозрение о дурных последствиях. Также следует быть очень осторожным и удаляться на расстояние от дыма при сжигании мертвого тела на погребальном костре. Никто не должен возвращаться в свой дом, будь то в городе или деревне, иначе как через общественные ворота. Брахман не должен принимать дар от подлого и гнусного царя или от скупого человека, занимающегося унизительными занятиями, поскольку в будущем расследовании такое поведение непременно ждет наказание; короче говоря, он никогда не принимает ничего от нечистого или низкого человека. Он не должен смотреть на свою жену, когда она чихает, зевает или разевает рот, когда она находится в уединении, в покое, или когда она наносит коллириум на глаза или смазывает волосы¹²⁵. Он не должен спать обнаженным в своей спальне или в пустом доме без компаньона; он не должен брызгать воду в игре, ладонью или ногой, или раздувать огонь своим дыханием, без использования какого-либо инструмента.

Следует знать, что астрономы среди брахманов в своих вычислениях делят месяц на две части; от начала до пятнадцатого дня они отсчитывают одну часть, а шестнадцатый день называют Пурва, то есть одна целая часть; остальные дни до конца месяца являются другой частью; аналогичным образом, у них в каждом месяце дважды по двенадцать и шесть дней; которые они различают по наименованию двадаси, «из двенадцати», и чачти, «из шести дней» лунных двухнедельников.

Никто не должен ставить ноги на тень Дэва, то есть на изображение небесного существа, а также царя, наставника, святого и чужой жены. Не следует смотреть с презрением на брахмана. Можно бить провинившегося или ученика в наказание, но удары не должны задевать верхние части тела. Никто не должен спорить или ссориться ни с тем, кто выше его по положению, ни с вдовой, ни с человеком без связей, ни со старухой, ни с нищим, ни с детьми. Пусть он притворится невежественным в отношении предписания, данного женщине, и по отношению к человеку, который должен знать о плохом поведении своей жены. Он никогда не должен есть на одной скатерти с человеком без религии, мясником и тем, кто продает свою жену. Хозяин дома никогда не должен громким голосом приглашать другого к себе за стол, потому что это выглядит как хвастовство.

Для увеличения богатства, исполнения желаний и соединения с божеством следует поклоняться девяти звездам: Сатурну, Юпитеру, Марсу, Солнцу, Венере, Меркурию, Солнцестоянию и нисходящему лунному узлу. Пусть благочестивые раздают брахманам и мудрецам то, что предписано: зерно, одежду и драгоценности, которые могут им подойти. Царь должен обладать достоинством, мудростью и приветливостью по отношению к молодым и старым; он должен быть справедлив по отношению к жалобщикам, при дворе снисходительным ко всем, мягким и либеральным, знающим истину, понимающим желания людей, почтительным к благочестивым и святым, проявляющим почтение к владыкам веры и уединенным от мира; он должен быть смиренным и повелевать своими амбициями; и во всем, что может случиться, в удовольствии и боли, удаче и несчастье, пусть его поведение никогда не будет изменчивым и непоследовательным.

Тот, кто бежит в бою, становится в высшей степени виновным, и все заслуги, которые он мог приобрести ранее, переходят на долю другого, который твердо стоял на поле боя¹²⁶. Царь, который, обладая похвальными качествами, описанными выше, прилагает усилия для воплощения своих законов, достижения справедливости и для благосостояния земледельцев, распределяет воздаяние за все добрые дела, совершенные жителями страны¹²⁷. Осуществление правосудия вменяется царю в обязанность, чтобы, если сын, брат, дядя, шурин, наставник или любой другой друг совершит преступление, он мог немедленно, в соответствии с установленным сводом законов, приказать их наказать, устрашить, отчитать или подвергнуть возмездию.

В индуистских установлениях, которые называются «Смрити», говорится, что после поклонения Верховному Богу следует почитать подчиненных божеств и выполнять предписанные обряды. Есть плоть и предавать смерти некоторых животных там не запрещено, за исключением коровы; тот, кто убьет или даже ранит это животное, никогда не будет наслаждаться созерцанием Небес; и они говорят, что только тот, кто сможет вернуть к жизни животное, может предать его смерти; это необходимо: кто уничтожает живое существо, должен оживить его снова; если он не в состоянии сделать это, то должен воздержаться от этого действия, потому что он не избежит наказания за него. Согласно их ученым толкователям, убийство некоторых животных, которое разрешено в их священных книгах, означает искоренение и уничтожение определенных порицаемых качеств, присущих этим животным.

В древние времена среди брахманов и мудрых был обычай, когда они становились домохозяевами и рождали сына, уходить из общества, а когда они выращивали своих сыновей, отделяться от них и, удалившись в пустыню, посвящать себя поклонению Богу; и когда у сыновей рождались дети в их доме, отец и мать не посещали друг друга в пустыне, а жили отдельно друг от друга, на расстоянии нескольких фарсангов.

Религиозный аскетизм этого народа очень велик; так, они практикуют постоянное стояние на ногах, подвешивание себя, воздержание от разговоров, молчание, порезы, прыжки со скалы и тому подобное. Женщины обычно практикуют сжигание себя вместе со своими умершими мужьями; все это сказано в книге «Смрити»¹²⁸, которая приписывается Брахме и считается вечной истиной.

Из этого народа автор этой книги видел в Лахоре, столице султана, брахмана по имени шри Ману-Рама, который не принимал никакой пищи от мусульман и не вступал в общение с чужаками. Рассказывали, что один из мусульман Умры предложил ему три лака рупий, которые он отказался принять. В соответствии со своей религией он воздерживался от животной пищи. Кесаи Тивари – один из брахманов Бенареса, хорошо знакомый с науками своего сословия. Покинув свой дом, он поселился на берегу реки Рави, которая протекает рядом с садом Камран, в Лахоре; посвятивший себя набожности, он не ищет защиты от дождя и Солнца, он питается небольшим количеством молока; и все, что он скопил за несколько месяцев, он тратит на угощение благочестивых брахманов, которых он приглашает.

IV. О последователях Веданты

Эти верующие принадлежит к самым ученым и мудрым из этого народа. Мы приведем суть их вероучения. Они говорят, что объяснение относительно единственного реально живущего Сущего (Бога) напоминает науку, из которой можно извлечь некоторое подобие понимания Его величия; Сущий и его атрибуты чисты от всех несовершенств и противоречий; Он наблюдает за всеми существами; Он обнаруживает все, что скрыто; Его существование охватывает все вещи; искажение и недостаток не имеют доступа в безграничную область Его существования; Он – Господь жизни, величайший из духов, наделенный чистыми качествами, и это святое Существо, этот возвышенный объект, они называют Брахма уттама¹²⁹, «самый превосходный Брахма», то есть высшая душа и самый возвышенный дух; и доказательством этого значения, то есть Его существования, является сотворенный мир, потому что творение без Творца не выйдет из-за завесы небытия в область существования, и создатель этого произведения – Он, Господь. Это объяснение должно быть подкреплено в области достоверности мудрыми аргументами проницательных людей и свидетельствами текстов Вед, т.е. книги с Небес. Вечно Сущий (Бог) показал свой мир и Небеса в поле существования, но у этого нет ничего похожего на запах бытия, и это не имеет цвета реальности, и это проявление мы называем Майя¹³⁰, то есть «магия Бога», потому что вселенная – это «его игривый обман», а Он – хранитель имитационного существования, Сам являющийся единством реальности. Своей чистой субстанцией, подобно подражательному актеру, Он каждое мгновение переходит в другую форму и, снова покинув ее, появляется в другой одежде. Только Он, явившись в формах Брахмы, Вишну и Махадева, являет истинное единство в трех личностях, и Он, проявив свое бытие и единство в трех личностях, отдельных друг от друга, сформировал эту вселенную. Связь духов со святым Существом (Богом) подобна связи волн с океаном или искр с огнем; по этой причине они называют душу и духов Дживатма¹³¹. Душа является несоставной и отличается от тела и материальных чувств; но силой эгоизма душа попала в плен, из которого она стремится освободиться¹³². Душа имеет три состояния: первое – это состояние бодрствования, которое они называют джагараваст ха¹³³, и в этом состоянии душа спокойно наслаждается удовольствиями природы и телесными удовольствиями, такими как еда, питье и тому подобное; и она страдает из-за лишения ее этих подобающих человеческих наслаждений; то есть, она страдает от голода, жажды и т.п.; второе состояние – это состояние сна, называемое свапна авастха¹³⁴, и в этом состоянии душа счастлива, обладая тем, чего она желает, например, собирая во сне золото и серебро и тому подобные вещи; ее огорчает их недостаток; третье состояние известно под названием су свапна авасиха¹³⁵, то есть состояние хорошего сна, и в этом состоянии нет ни радости, ни печали от обладания желаемым или лишения его, но есть свобода от удовольствия и страдания. Следует знать, что они считают, что сон дает пророческое видение событий, и это видение по-арабски называется руйя. Однако в этом третьем состоянии, которое они называют сном совершенства, никаких событий не видно, но есть погружение в глубокий сон, и они не считают его просто сном, но они выделяют его как своего рода летаргию, которую они называют су свапна. Они верят, что души находятся в этих трех состояниях и блуждают по кругу. Душа в этих условиях, хотя и соединена с телом, все же, благодаря ряду достойных деяний и добродетельному поведению, достигает положения познания себя и Бога; тогда она разрывает сеть иллюзии¹³⁶, и это характерная черта святых, которых они называют джняни¹³⁷; что бы они ни видели в состоянии бодрствования, они считают это бесполезной иллюзией, как если бы она являлась людям во сне. Святой думает, что даже бодрствующий человек может быть обманут сном, как тот, кто по неосторожности принимает веревку за змею, но это веревка, а не змея; он знает, что мир – это иллюзия, которая из-за недостатка знаний принимается за вселенную, хотя на самом деле она не имеет реальности. Это состояние они называют тарба авастха¹³⁸.

Когда святой становится свободным от уз и препятствий мира и от цепей его случайностей, тогда он вступает в область свободы, которую они называют мукт¹³⁹. Этот мукт, согласно им, делится на пять частей. Первая часть – это когда освященный человек, достигнув достоинства свободы, в городе подчиненных божеств (небесных существ), становится одним из них; поскольку в этом городе находятся резиденции божеств, это такие города, как город Брахмы, Вишну, Махадева, эта часть называется «мукт благочестивых». Вторая часть – это когда преданный, сосед и спутник богов, окружен изобилием благосклонности в обществе небесных существ; и эту часть мукта они называют Свами према¹⁴⁰. Третья часть – это когда благочестивый принимает форму низших божеств без соединения с их личностями, то есть, какого бы из богов он ни выбрал, он присваивает себе его облик, и эту часть они называют Сара према¹⁴¹. Четвертая часть мукта – это когда благочестивый становится единым с одним из богов, как вода с водой, то есть когда он сливается с каким-либо из богов по своему выбору, и это называется Сваюкти¹⁴². Пятая часть – это когда душа благочестивого, называемая Дживатма, становится единой с великим духом, которого они называют Параматмой¹⁴³ и признают единственным реальным существом, таким образом, что между ними не остается места для второго, который мог бы встать между ними, и это они называют Джнанам уттамам¹⁴⁴.

Таково содержание вероучения ведантистов. Того, кто владеет этой наукой, индусы называют инани, и все известные люди среди них знакомы с учением этой религиозной группы. Возвышенные речи и мудрые истории, рассказанные Васиштхой для наставления Рамачандры, называются «Васишхта-йога», а речи, слетевшие с языка Кришны, когда он давал советы Арджуне, который был одним из Пандавов, носят название Катха. Шанкарачарья, занимающий первое место среди позднейших ученых Индии, много писал об этой доктрине. Догмы этого рода следующие: мир и его обитатели – это видимость, не имеющая реальности, а Бог – единственное необходимое и самосущее существо, которое они называют Параматма; они говорят, что эта видимость и разнообразие форм, этот порядок и аспекты Небес подобны пару, напоминающему волны на поверхности песчаных равнин, и видениям сна. Добро и зло, удовольствие и боль, поклонение и почитание Бога – все это лишь объекты воображения, и эти различные образы являются иллюзиями; глубочайшие бездны Ада, своды Небес, возвращение на землю после смерти, переселение душ и воздаяние за поступки – все это лишь воображение и разнообразие воображения.

Вопрос. Нужно ли говорить, что в нас действует жизненный принцип, ведь в этом нет сомнения, следовательно, один человек ученый, другой невежественный, один счастливый, другой несчастный. Как это может быть простым воображением и видимостью?

Ответ. На это они отвечают так: если бы не этот сон, ты бы не увидел себя царем, раздающим приказы, слугой, покорным, заключенным в тюрьму, свободным, рабом, хозяином, больным, здоровым, страдающим, веселым, меланхоличным и так далее. Как часто во сне ты чувствовал удовольствие и счастье, или же тебя одолевали страх, ужас и муки? Нет сомнения, что все это – лишь иллюзия и пустое видение, хотя сновидец считает все это настоящей правдой.

Райи-Руп, причисляемый к ученым раджам, спросил у автора этой книги: «После того, как мне приснилось, что я получил какую-либо рану на теле, если, восстав ото сна, я не нахожу ни малейшего следа ее, я знаю, что это была иллюзия; но если во сне я разговариваю с женщиной, то при пробуждении я, возможно, не смогу отрицать видимого эффекта этого; почему так происходит во втором случае?».

На этот вопрос был дан следующий ответ: «То, что ты считаешь состоянием бодрствования, это, по мнению просветленного, тоже сновидение; и так как часто случается, что, думая во сне, что ты бодрствуешь, ты воспринимаешь все, что кажется, как если бы ты действительно бодрствовал, в то время как ты увидел это во сне. Подобным образом, обычное состояние бодрствования считается мудрыми не чем иным, как сном. Разве ты не слышал, что сказал Камьяб Самради в «Самрад наме»? У одного человека было семь благородных сыновей, каждый из которых стремился править не только в своей, но и в остальных шести областях. С таким желанием они обратились к Богу со всей своей преданностью. Однажды они положили голову на подушку покоя, и каждому приснился яркий сон. Каждому казалось, что он покинул свое тело и родился заново в доме царя; после смерти отца каждый возложил корону на свою голову и получил власть от востока до запада, и в семи областях не было царя, равного ему; и царствование каждого из них длилось сто тысяч лет; во время своего ухода в мир иной каждый передал империю своему сыну и, покинув тело, отправился на Небеса. Когда они проснулись, ужин, который готовился, еще не был готов. Впоследствии каждый из них рассказал, что с ним произошло; каждый из них мнимо владел семью областями в течение ста тысяч лет, и каждый назвал определенный город столицей своей империи. Бодрствуя, они решили отправиться в каждое царство и увидеть его столицу, истинную или нет. Сначала они отправились в город, который был резиденцией старшего брата; там они увидели его сына царем, и отец узнал его дворец; таким образом, они посетили царства других братьев и увидели их сыновей. После этого все семеро вернулись в свои родные места и сказали друг другу: «Каждый из нас был в своем сне царем семи областей, и не было никого выше него; пробудившись, мы услышали то же самое от жителей тех городов, которые мы посетили, чтобы убедиться, что у нас было обладание таким рангом и властью в мире. Таким образом, несомненно, что мы даже сейчас находимся во сне, и что мир – это не что иное, как иллюзорное видение».

Это сообщество интерпретирует всю религию индусов в соответствии со своей собственной верой, и они утверждают, что, согласно Ведам, смешение во время поклонения всех подчиненных божеств с Тем, чье существование необходимо, означает не что иное, как то, что на самом деле все они происходят от Него одного; далее, что только Он проявляется в форме какого-либо божества, и что ни один Серош не имеет собственного существования, но что в Брахме, Вишну и Махадеве, которые появились свыше, проявляются три атрибута Бога, а именно: в Брахме – создатель, в Вишну – хранитель, а в Махадеве— разрушитель. Более того, они говорят, что эти три атрибута – это ум или интеллект, который они называют манас, и это действие внутреннего чувства, которое они особенно выделяют под названием манас¹⁴⁵. Кроме того, они придерживаются такого мнения о внутреннем чувстве, что, если ум желает, он формирует образ некоего города; тогда он становится Брахмой, который как бы создал его; пока ум желает, он сохраняет свой труд, на основании чего он становится Вишну, который является его хранителем; далее, если он желает, он оставляет его, в этом смысле ум становится Махадевом. Они также считают, что религиозная аскеза заключается в убеждении благочестивых людей, что мир – это видимость, не имеющая реальности, а на самом деле существует только Бог, и что, кроме него, все вещи – лишь иллюзия, которая исходит от него, но на самом деле не имеет реальности. По их мнению, тот, кто желает принять эту веру, но не обладает необходимыми знаниями, может стать ее знатоком, благодаря самостоятельным занятиям, урокам у мастера или наставлениям из книги. Убеждение, что мир не существует, также может быть приобретено путем благочестивых упражнений; и совершенные в этом знают, что с помощью религиозного аскетизма человек может приобрести то, что он хочет узнать, и пока он стремится к этому, он еще не познал себя, поскольку он сам является избранной частью божественного существа. Благочестивого человека, который через аскетизм делает себя совершенным, называют йогом¹⁴⁶, то есть тем, кто путем самоистязания достигает своей цели. Благочестивого, который умственным усилием, наставлениями мастера, изучением книг или любым усилием, не относящимся к религиозным упражнениям, поднимает себя до какого-либо совершенства, называют Раджа-йогом, то есть тем, кто достигает владычества.

Среди индусов в качестве благочестивых упражнений рекомендуются мантра¹⁴⁷, Хома¹⁴⁸ и дандават¹⁴⁹. Мантра означает молитву. Хома – это бросание в огонь очищенного масла и тому подобных вещей и чтение молитв, чтобы сделать благосклонным определенное божество. Дандават – это когда человек простерся ниц перед объектом поклонения и коснулся лбом земли. Один человек спросил бхартари¹⁵⁰, который был одним из тех, которых называют джняни: «Читаешь ли ты мантры?». Он ответил: «Да». Тот человек снова спросил: «Какие мантры?» Он ответил: «Мое дыхание, выходящее и входящее, и есть моя мантра». Тот человек продолжал спрашивать: «Проводишь ли ты Хома?». Ответ был таким: «Да». На вопрос: «А как?» последовал ответ: «Тем, что я ем». Далее этот человек спросил: «Практикуешь ли ты дандават?». После утвердительного ответа, когда его спросили: «В какое время?», он ответил: «Когда я сплю, растянувшись для отдыха». И эта речь напомнила мне следующее утверждение:

«Сон мудрых предпочтительнее поклонения невежд».

Индусы называют дэва арчака¹⁵¹ поклоняющихся идолу, то есть тех, кто предан божеству, что этот народ интерпретирует как выполнение какого-либо обряда, который выбирает сам человек; потому что божество – это разумная душа; чтобы сделать его послушным, нужно выполнять действия, которые оно повелевает выполнить, то есть, всякий раз, когда оно пожелает, видеть глазами, слышать ушами, обонять носом и так далее, чтобы доставить ему удовольствие. Согласно их представлению о явленном единстве Бога, все есть ОН. Сказать так, значит, подвергнуться порицанию; но разрешается утверждать: «Все есть я». Если кто-то не достигнет этой высоты философии, он может выбрать первый вариант. Автор книги «Гюльшен-раз», «Тайна Розовой беседки», говорит:

«Себялюбие принадлежит только Богу,
Ибо он – тайна; считай его также скрытым источником иллюзии».

Эти люди являются хозяевами самих себя в своих речах и поступках; они знают свое начало и свой конец; и, занятые собой, они заключены в темнице мира. Шанкара ачарья, который выделяется среди брахманов и саньяси, исповедовал это учение, и в какую бы сторону он ни поворачивал свое лицо, удовлетворение сопровождало его. Однажды противники и отрицатели этого учения решили погнать на него слона; если он не побежит, но останется непоколебимым, он святой; если нет, то он дурной человек. Когда они погнали на него животное, Шанкара побежал; тогда они сказали ему: «Почему ты бежал от иллюзии?» Он ответил: «Нет ни слона, ни меня; и не было никакого бега: ты видел это во сне». Все великие люди среди индусов придерживаются этого вероучения, и они согласны с тем, что, по правде говоря, нет другой веры, кроме этой, независимо от аватар и ракшасов; все просветленные пандиты встали на эту сторону.

Джняниндрой называют одного из брахманов Кашмира¹⁵²; эта группа на языке Кашмира называется Гурувагуринах, и говорят, что они являются отцами джнянианиан. Тот, кого звали Шиварина, хорошо знал, как управлять дыханием; однажды он сообщил жителям Нау-чахера, который находится по дороге в Кашмир, что завтра он намерен покинуть свое человеческое тело. На следующий день люди собрались; Шиварина беседовал с ними, пока не добрался до места, где были сложены дрова, на которые он сел, скрестив под собой ноги (что на персидском языке называется бахин нешистен, описание этого я дал в главе об управлении дыханием, практикуемой йезданианами); затем он покинул человеческое тело, и когда люди увидели, что птица жизни вылетела из клетки тела, они подожгли дрова.

Другой джняни в юности практиковал усмирение дыхания и, овладев своей душой с помощью религиозной аскезы, дошел до того, что, хотя и не обладая большими природными способностями, взялся прочитать все книги индусов и понял все их науки лучше, чем другие пандиты, так как они все с этим согласились. Теперь он занимает первое место среди ученых своего города и приобрел такой независимый образ мышления, что не чувствует ни боли от потери, ни удовольствия от увеличения богатства, одинаково относится к друзьям, врагам, чужакам и родственникам; его не гнетет ни оскорбление, ни похвала кого бы то ни было; где бы он ни услышал о дервише, он обращается к нему, и если у него сложилось хорошее мнение о нем, он посещает его и укрепляет с ним дружбу, и никогда не позволяет ему страдать и печалиться; он беседует о единстве Бога, ни о чем другом не заботится и ничем другим не занят, и не посещает никого, кроме дервишей. Содаршан – это имя сына его сестры, который также связан с ним как его ученик; он оставил жену, сына и дом этого друга и живет на то немногое, что приносят ему его ученики. Когда джняни хочет выйти, ученик надевает на него одежду, потому что, невнимательный ко всему внешнему и к тому, что может быть приятно ему, он никогда не занят ничем другим, кроме книг.

Известно, что индусы, а именно, законники, придерживающиеся «Смрити» (священного писания), разжигают огонь и приносят в жертву овцу, не без произнесения заклинаний и молитв; это они называют проведением Хома. Джняниндра говорит: «Наш огонь – это благочестие, и в нем я сжигаю дрова двойственности; вместо овцы я приношу в жертву эгоизм: это мой Хома». Таким же образом он интерпретирует всю религию индусов, и огромное количество людей стали его учениками. У него есть племянник по имени Гангу, ему десять лет, и он младше Садаршана. Однажды Гангу плакал от гнева; автор этой книги сказал ему: «Вчера ты сказал: „Мир и то, что в нем содержится, – всего лишь иллюзия“; а теперь почему ты плачешь?» Он ответил: «Если мир – ничто, тогда мой плач не имеет реальности; я не нахожусь в противоречии с самим собой». Сказав это, он продолжал плакать.

«Общество добрых людей делает добро».

Джаганатх, восьми лет, сын Джняниндры; он принес щенка в дом, где поклонялись идолу, посадил его на место идола и нарисовал на его голове знак. Мальчика спросили: «Что ты делаешь?» Он ответил: «Камень не имеет жизни; почему бы тебе не поклониться щенку, а не этому идолу? Кроме того, каждый человек поклоняется тому, что ему приятно. Поскольку это поклонение – игра, я играю с этой собакой». И никто из людей в доме не пошевелил и пальцем ради сохранения свободы мальчика, но они произнесли благословения в его адрес.

В 1049 году хиджры (1639 год н.э.) автор этих страниц посетил в Кашмире Джняниндру и был восхищен его обществом. Он назвал его своей атмой, то есть «разумной душой». Джняниндру спросили: «Кто твой ученик?» Он ответил: «Это тот, кто, придя к самосущему Богу, знает и видит себя не кем иным, как Богом».

В то время, когда автор этой книги шел с набожным индусом по границе озера Кашмира, к нам присоединился саньяси, претендовавший на то, с то он свободен от всех уз. Там нам принесли еду, и саньяси ел вместе с этим благочестивым человеком. После этого он начал хвастаться: «До сих пор я не ел никакой плоти, только теперь я попробовал немного». Джняни предложил ему чашу вина, и тот выпил ее, чтобы отбросить осторожность. Затем он вновь вернулся к теме самовосхваления. Благочестивый философ попросил принести на скатерти хлеб с базара, который, согласно индуистской вере, еще более запретен, чем вино. Саньяси отломил кусочек хлеба, съел его и снова без меры похвалил себя: «Теперь, – сказал он, – я свободен от всех уз». Мудрый улыбнулся и сказал: «Ничего не остается, кроме как есть коровью плоть». Саньяси, как только услышал это, покинул компанию.

Выдающимися учениками Джняниндры, которых видел автор этой работы, являются Шанкара бхат, Канеш бхат, Сударшан Кал, Адаб бхат, Махатапиндра и Ават, известный под именем Копал Кул. Один ювелир спросил Шанкару бхата, одного из только что упомянутых учеников: «Почему ученики Джняниндры, при всей их претензии на свободу от всего, все еще поклоняются идолам?». Шанкара сказал: «Почему ты работаешь с золотом?» Ювелир ответил: «Это моя профессия, чтобы добывать средства к существованию». Шанкара ответил на это: «И поклонение – тоже ремесло и средство добывания пропитания».

Мулла Шидайи, индус, известный среди поэтов и обладавший впечатляющим красноречием, отправился однажды с автором этой книги в дом Джняниндры и беседовал с ним; он увидел своих учеников и, увидев нравы людей в доме, удивился и сказал: «Вся моя жизнь прошла в преданности благочестивым людям; но мои глаза никогда не видели такой свободы, и мои уши никогда не слышали ничего, что можно было бы сравнить с речами этих освобожденных людей».

Хара Рама пури был саньяси и одним из джняни, обладавшим совершенством независимости. Когда он прибыл в Кашмир, то, рассерженный длиной своих волос, которые были похожи на веревки, он отрезал их на берегу реки возле дома, называемого Бхат-джатайи. Шри Кант Бхат, пандит и индусский судья, увидел это и сказал: «Всякий раз, когда ты остригаешь свои волосы, ты должен делать это в тирте, то есть в «доме поклонения». Хара ответил: «Есть место во святейшей из обителей, где сердце радуется, и на том месте, где сжигают мертвых, кончаются все темные пятна». В 1051 году хиджры (1641 г.) он отправился в Киштовар¹⁵³, и поселился на равнине, называемой чауган, где он и его ученики играли в мяч, занимались верховой ездой и сжигали мертвых. Маха Сингх, сын Бахадера Сингха, раджи Киштовара, стал его учеником и преданностью ему освободил себя от оков внешних вещей; ему стало нравится общество благочестивых; он был молод и хорошо разбирается в поэзии. В 1052 году хиджры (1642 г. н.э.) в Киштоваре вспыхнула война между раджей и повстанцами этой страны. Когда зазвучал боевой барабан, сражавшиеся с обеих сторон начали общую бойню; а Хара Рама пури, взобравшись на вершину возвышенности, был увлечен видом с нее, и под шум битвы и звуки труб, горнов и литавров он начал танцевать, и посреди этого танца он споткнулся; он упал головой вниз с горы и, скатываясь вниз, получил от большого камня рану в голову, от которой умер. Мирза Рафия говорит:

«Когда тьма сердца моего просветилась познанием мудрости,
Какие бы речи ни предлагались в качестве ее доказательств,
Они указывали на некоторые ошибки моих желаний;
Таким образом, вся дорога извивалась от моих преткновений».

Сатра и Джаду были двумя факирами. Сатра нарисовал в Нагарикоте¹⁵⁴ на своем лбу начертание чистоты, а на шею накинул Зунар; однако он ел жареную коровью плоть с базарным хлебом и предавался увеселительным прогулкам. Несколько индусов задержали его силой и привели к судье. Судья сказал ему: «Если ты индус, тебе не подобает есть коровье мясо и хлеб с базара; а если ты мусульманин, то зачем тебе знак чистоты и Зунар?» Ответ был такой: «Знак чистоты из шафрана и сандалового дерева, Зунар – тканый пояс, коровье мясо получают из травы и ячменя, хлеб – из зерна, а печь строят из земли и воды, и если ты будешь рассматривать вещи в согласии с истиной, ты обнаружишь, что все состоит из четырех элементов, которые не являются ни мусульманскими, ни индусскими; а в остальном пусть твои повеления будут соответствовать закону». Судья отпустил его на свободу. Джаду был одним из его учеников и отправился в Балх, в дом Ислама. Он появился в мечети со знаком чистоты и с Зунаром и, задержанный, предстал перед судьей, который приветствовал его как мусульманина. Джаду ответил: «Если ты дашь мне жену и поселишь меня в доме, я буду мусульманином». Судья дал ему в жены красивую вдову, и Джаду, став мусульманином, вошел в ее дом. По прошествии нескольких дней он сказал женщине: «Отдай мне дочь, которая была у тебя от твоего покойного мужа, чтобы я мог продать ее и потратить деньги, которую я получу за нее, на свое пропитание. Когда у нас будет еще один ребенок, я распоряжаюсь им таким же образом, продам; ибо такова моя профессия, и кроме этого я не знаю никакого ремесла. Женщина выгнала его. Джаду, оказавшись на свободе, отправился в Кабул¹⁵⁵; он надел себе на голову перо, как это делали посыльные, привязал к талии бубенчик и с широким поясом на плече, в полосатом кафтане появился на базаре. Гонцы задержали его и спросили: «Зачем ты надел нашу одежду?» Джаду ответил: «Венец с пером на головах соловья и других птиц, а колокольчик висит на шее овцы и коровы; считай меня тоже одним из них. Посыльные стали обращаться с ним грубо; Джаду спросил: «Что вы хотите?» Они сказали: «Теперь ты должен упражняться с нами в проворной походке гонца». Джаду не отказался: он побежал с ними и добился такого успеха, что на утренней заре ни один из посыльных не остался рядом с ним. В течение семи дней и ночей он ничего не ел и не пил, занимаясь бегом. Джаду так приобрел привычку к религиозному аскетизму¹⁵⁶; между Пешаваром¹⁵⁷ и Кабулом, он попрощался с ними и ушел.

Пертабмал Чада (чада – племя кшатриев) – джняни, то есть благочестивый человек; его родиной является Сиал кут; он достиг совершенства в проявлении добродетели; он не ограничивался какой-либо верой или религией, но знал, что всякая религия есть путь, ведущий к Богу; он видел в каждом лице явленного друга. Однажды он присоединился по делу к Даваре, человеку, который был одним из вождей, назначенных правительством Хар-говинда, преемника Нанака¹⁵⁸; он стал его учеником и объявил себя его приверженцем. Давара омыл свои ноги, и эту воду выпили все присутствующие последователи веры, так они поступали со всеми, кого они привлекли в свою веру. Далее между Пертабмалом и Даварой возник спор; тот сказал ему: «Но вчера я вымыл тебе ноги (то есть сделал тебя своим учеником), а сегодня ты воюешь со мной?» Пертабмал ответил: «О неразумный человек! Джаты всегда моют мне ноги, как ты; моя собственная рука никогда не касается моих ног» [джаты – низший класс индусов].

Среди последователей Нанака есть установившийся обычай дарить, если они преследуют какое-то желание, несколько диремов наставнику своего наставника или своему наставнику и просить его о благосклонности. Пертабмал предложил несколько диремов Кабели, который был религиозным главой, назначенным Хар-говиндом, а затем в Кабуле; он сказал, сложив руки: «Я хочу созвать на молитву, согласно обычаю, всех последователей Нанака; пусть это будет исполнено». Кабели, прежде чем дать свое согласие, спросил: «Может быть, ты хочешь увидеть Хар-говинда?» Пертабмал ответил: «Я хочу большего». Кабели спросил: «Чего?» Ответ был: «Желаю, чтобы все шуты, танцоры и музыканты прибыли из Пешавара в Кабул, чтобы мы могли увидеть их выступления, искусства и трюки».

В доме Пертабмала был идол, которому поклоняются индусы. Мышь проделала дыру в его мебели, и он вместо комка земли положил в нору целого идола, чтобы закрыть проход. Индусы сказали: «Что ты делаешь?» Он ответил: «Божество, которое не сможет преградить дорогу мыши и сделать что-то с мышью, как может защитить меня и сохранить меня от тирании мусульман?» Точно так же Пертабмал имел в своем доме Шива-лингам, каменный столб, который почитают индусы; вынеся этот лингам из своего дома, как столб, он привязал к нему собаку.

Мусульманин сказал ему: «Только два человека из всех неверных, а именно Нуширван и Хатам, попадут в Рай». Пертабмал ответил: «Согласно твоей вере, только два человека из неверных попадут на Небеса; но мы верим, что ни один из мусульман не попадет в Рай».

Азада (под этим именем он известен) был брахманом. Однажды он ел за столом с мусульманами и пил вино. Они сказали ему: «Ты индус и ешь вместе с мусульманами? Ваш народ никогда не ест н с кем, кроме как с людьми своей религии». Азада ответил: «Я не думал, что вы мусульмане; впредь я буду есть и пить отдельно от вас». На другой день он снова удостоился пить вино в компании с ними и не отказался от трапезы; во время трапезы они сказали Азада: «Вчера мы объявили себя мусульманами». Он ответил: «Я знал, что вы шутите надо мной. Не дай бог вам стать мусульманами».

Бинавали – сын Хирамана, каястхи¹⁵⁹. Каястхи – племя четвертой касты, созданной Брахмой; среди прославленных поэтов его звали Вали¹⁶⁰; с детства он очень любил общество дервишей; и в нежном возрасте он получил религиозного наставника по имени Уларва, великого дервиша, который постоянно восклицал: «Боже, ты здесь, ты един, Боже, я свидетельствую это». В год хиджры 1045 (1634 г. по Р.Х.) он примкнул к дервишам Индии и наслаждался плодами этого; он приехал в Кашмир для службы у муллы шаха Будахши и приобрел желаемое знание. Суфий никоим образом не был привязан к вере; ни вера, ни религия не сковывали его выбора; он дружил с идолом и храмом идола и не чуждался мечети; силой экстаза, а не внешним знанием, он произносил громкие возвышенные речи. В 1050 г. хиджры (1640 г.) двери дружбы открылись между ним и автором этой работы; от блеска его ума возникли следующие строки:

«Мы не такие, какие мы есть; мы то, что Ты есть;
У Тебя нет знака, мы – Твой знак.
Эти знаки – знаки Твоего существа;
Они – проявление и сияние Твоих качеств,
Ты чист от наших забот и в наших представлениях;
О, Ты, кто проявляется в этом нашем одеянии;
Проявлениями Тебя являются все вещи.
Ты независим от отношения «ты и мы», и Ты сам есть «ты и мы».
Твое существо проявляется в Твоих качествах,
Твоя природа есть источник Твоего существа, о Господь!
Мы все ничто; все, что бы ни было, это Ты!
О Ты! кто свободен от представлений, воображения и двойственности,
Мы все волны в океане Твоего бытия;
Мы – малый компас проявлений Твоей природы».

Азада и Бинавали появляются в одежде индусов и исповедуют веру джняни, к которым они, как считается, принадлежат.

Мехир Чанд родом из Пенджаба и принадлежит к классу ювелиров Гуджарата; он из школы учеников Акамнатха, взгляды которых он принял. Акамнатх – йог, «святой», обладающий вдохновением; по убеждению его последователей, прошло уже две тысячи лет его жизни.

«Как лазурное небо; мудрец никогда не умирает;
Разумное начало свободно от бурь и от всего тленного».

Однажды Акамнатх предстал перед великим императором Джахангиром, который находится на Небесах; знаменитый монарх спросил его: «Как твое имя?» Мудрец ответил Сарват анга, то есть: «Все существа – мои члены». В собрании перед государем читали книгу; царь, взяв книгу у чтеца, отдал ее в руку Акамнатху, сказав: «Это твое изречение, прочитай его»; Акамнатх вернул книгу чтецу, повелев ему читать дальше; но когда этот человек начал читать, царь обратился к Акамнатху: «Тебе я приказал, читай». Его ответ был: «В начале я сказал, что все в мире – мои члены; Поэтому я читаю языком этого человека». Васул Хазнуйи говорит:

«Настолько свободен мой дух, что творение есть мое тело,
И этот огонь, и воздух, и земля – мое жилище.
Эта небесная сфера со всеми ее планетами,
Вращается только потому, что таково мое желание».

Вскоре пролетел воробей, вылетевший из воды. Акамнатх заявил перед царем: «Если с этим телом, которое находится рядом с вашим величеством, я попытался бы пойти по воде, я мог бы только утонуть, но в образе птицы я прошел». Великий Мулана Джами говорит:

«Мир со всеми духами и телами,
Это некий человек, которого зовут «Мир»».

Говорят, что Акамнатх пошел в Каабу (в Мекке) и осмотрел это здание; он спросил кого-то: «Где хозяин дома?» Этот человек остался в изумлении. Они открыли ему дверь дома Божия; Акамнатх повторил вопрос и не получил от них ответа. Затем он крикнул: «В этом здании нет хозяина дома: это место небезопасно». Наконец, он осведомился у людей, почему идолы, бывшие в этом доме, выброшены, один ответил: «Потому что идол – дело рук человеческих, и потому что формам людей, которые сотворены, не должно поклоняться». Акамнатх заметил: «Этот дом тоже является делом рук человеческих, и любая форма в нем является формой человека, и трудом людей, которые сотворены; нужно ли ему поклоняться?» Услышав эту речь, они заключили его в тюрьму; но на следующее утро пленника не нашли: Акамнатха не было. Наконец, вернувшиеся из паломничества увидели его в Индостане.

«Может быть, мы найдем его там, в храме идола,
Того друга, которого мы потеряли в монастыре».

V. О тех, кто исповедует учение Санкхья¹⁶¹

Говорят, что есть два способа существования, или что существование разделено на две части: одна есть истина, которую они интерпретируют как Пуруша¹⁶²; другая – иллюзия, называемая ими Пракрити¹⁶³. Пракрити есть причина мира, и Пуруша, есть как истина из-за недостатка знания и путаницы разума смешанная с Пракрити в мире, окруженная и пронизанная этим несоответствием. Считается, что пять несовершенств привязываются к Пуруше, которые они называют панча калушани¹⁶⁴, «пять недостатков или грехов»: 1. Авидья¹⁶⁵; 2. Ишмата¹⁶⁶; 3. Рага¹⁶⁷; 4. Двеша¹⁶⁸; 5. Авивечана¹⁶⁹.

Авидья означает у них, что они верят, что тело и чувства являются душой; авидья не знает ни начала, ни происхождения; ишмата означает личность, индивидуальность и эгоизм; рага – это склонность к тому, что приятно; двеша, «ненависть», состоит в том, чтобы придерживаться своего собственного мнения и осуждать мнение других как порочное; авивечана относится к действию или бездействию со страстью. Пять только что перечисленных недостатков удерживают Пурушу, «воплощенную душу», в беде; но, когда ум становится чистым, эти пять страданий изгоняются. После очищения сердца все качества дурные и порочные приобретают чистоту, а качества, называемые ими вриттая¹⁷⁰, бывают четырех различных видов: первый, митрата¹⁷¹; второй, каруна¹⁷²; третий, мада¹⁷³; четвертый упекша¹⁷⁴. Митрата – это дружба с праведниками и благосклонность к честным людям; каруна означает заботу о благе дружественных и помощь угнетенным; мада состоит в том, чтобы наслаждаться тихим счастьем всех творений Бога; упекша означает не использовать грубые слова против тех, кто делает зло. Они называются чатур вриттайа, или «четыре качества», которые держат сердце в подчинении и не позволяют ему видеть что-либо еще; и именно благодаря существованию этих четырех способов действий пять ранее упомянутых страданий уничтожаются, а также все, что их привлекает, и удачливый человек, освобожденный от этих пяти недугов, достигает сатья-локи. И так интерпретируется появление форм Пракрити и Пуруши в сердце; знаток этого состояния умеет отделять их друг от друга и становится мудрым; с этим знанием Пракрити исчезает, после чего, обретя Пурушу, или истинное знание самого себя, которое понимает душа, человек становится удовлетворенным и счастливым. Согласно этому учению, пять элементов выводятся из Пракрити.

Это суть веры Sankhya¹⁷⁵. В Малом Гуджарате, в районе Пенджаба, автор этой работы видел Атмачанда и Махадео, которые, по его словам, принадлежали к Sankhya. По их мнению, Пракрити есть природа, а Бог есть проявление природы, и все земные и небесные тела существуют благодаря Ему, и они говорили: «Что дает зелень терновым головкам, разве не природа?»

VI. О йогах и их доктринах

Эта религиозная группа полагает, что Ишвара, или необходимое существо, есть, это принцип разума, не имеющий себе равных, не уменьшающийся и не увеличивающийся. На языке индусов означает¹⁷⁶ Господь, и без Иши все есть не что иное, как джива¹⁷⁷, то есть «падшее»; на их языке джива означает «жизнь»; они считают Иша творцом всего мира и творцом всех элементов; Его святое существо свободно от забот, болезней и нужды и находится вне круга трудов и деятельности; то есть, что это святое существо не хочет и не настаивает на каких-либо религиозных обрядах, таких как омовение и тому подобных; Его знание парит выше и объемлет все сущее; Он Господь, и никто, кроме Него, не наделен верховной властью; смерть и боль никогда не приближаются к Его существу, которое не имеет ограничений. Дживой, «жизнью», называют они то, что находится в оковах забот, в узах немощи, под гнетом боли, в темнице трудов и деяний и подчинено контролю других, без власти над собою. Эта жизнь на самом деле не материальна и не телесна; только по неведению она считается единой с телом; и тело предполагается ими вращающимся в круге материальных форм; по необходимости времен и периодов жизнь покидает труды тела и переходит в другую структуру, и таким образом она мигрирует. Без абхасайоги¹⁷⁸, душа не может быть освобождена от оков материального мира, и из тюрьмы того, что телесно, и йога¹⁷⁹, на языке ученых индусов означает «союз» или «приобретение»; абхьяса¹⁸⁰, «владычество вечной сферы», означает обладание наслаждением от желаемого объекта; и цель йоги состоит в том, чтобы сердце постоянно хранило память о Боге и чтобы никакому постороннему предмету не позволялось войти в этот Иерусалим, то есть в дом Божий. Знаток этого союза с искомым объектом насчитывает восемь его частей, которыми являются: 1. Яма¹⁸¹, 2. Нияма¹⁸², 3. Асана¹⁸³, 4. Пранаяма¹⁸⁴, 5. Пратьяхара¹⁸⁵, 6. Дхарана¹⁸⁶, 7. Дхьяна¹⁸⁷, 8. Самадхарана¹⁸⁸. Яма состоит из пяти частей:

1. Ахимса¹⁸⁹, то есть, никому не причинять вреда и не убивать никого, кроме больших диких зверей.

2. Сатьям¹⁹⁰, или «истина».

3. Астеям¹⁹¹, то есть не красть и не грабить.

4. Брахмачари¹⁹², или держаться подальше от женщин и любых сношений с ними, и спать на голой земле.

5. Апраграха¹⁹³ то есть ничего ни у кого не просить и никогда не брать ничего, кроме того, что приносят без просьбы. Нияма, вторая из восьми частей, делится также на пять видов: 1. Тапаса¹⁹⁴, то есть «благочестивый аскетизм»; 2. Джапа¹⁹⁵, или «поклонение посредством четок, полос ткани, восклицаний, мысленного или громкого повторения имен и атрибутов Бога»; 3. Сама¹⁹⁶, что означает «спокойствие и удовлетворение»; 4. Сучи¹⁹⁷, или «чистота, святость, совершенство»; 5. Иша-путча¹⁹⁸, «поклонение и хвала Богу». Асана, третья из восьми частей йоги, означает «сидение в определенной позе», различные виды которой используются среди них. Пранаяма, четвертая часть, состоит из «вдохов и выдохов в соответствии с установленным методом и фиксированным правилом». Пратья хара, пятая часть, означает «изъятие сердца из всех желаний и влечений пяти чувств; и воздержанность от всех видов похоти, от вида красоты, запаха розы и сандала, а также от всех материальных и внешних удовольствий». Дхарана¹⁹⁹, шестая часть, подразумевает, что «в сердцевине конусовидного дерева, которая является центром лона и которую люди в Индии сравнивают с цветком пруда (лотосом), сердце имеет постоянное жилище; то есть охраняют его в том месте».

Дхьяна, седьмая часть, – это памятование о Боге Всемогущем. Самадхарана, восьмая часть, означает, что сердце, привязанное к трудам для Бога, забывает о трудах мира таким образом, что в его присутствии, обращенное к нему, оно остается поглощенным им и чувствует себя освобожденным от всех внешних чувств и удовлетворенным. Мудрый, который доводит эти восемь частей до высокой степени совершенства, слышит и видит как будто издалека; его чистое знание возвышает его; и он становится сильным в науке йоги, которая есть наука союза с желаемым объектом; всещедрый Бог смотрит на него с состраданием и отбрасывает все боли, все болезни, все нужды и все недостатки из его существования. Согласно верованиям этой группы, именно путем достижения этих восьми условий достигается мукт, что означает «освобождение».

В этом суть учения йогов; теперь я расскажу кое-что об мнениях и действиях тех, кто был замечен как исповедующий доктрину йоги. Класс йогов хорошо известен в Индии, а йога на санскрите означает «союз». Они верят, что соединяются с Богом, которого называют Алока²⁰⁰, и согласно их верованиям, он божество в совершенстве; кроме того, его существо должно почитаться под именем Горакхнатха²⁰¹; таким же образом, Маххенаэрнат²⁰² и Чоренгинат²⁰³ есть великие личности или святые.

Они считают Брахму, Вишну и Махадева второстепенными божествами, но как последователи и ученики привязаны к Горакхнатху; таким образом, некоторые посвящают себя тому или иному божеству.

Эта религиозная секта делится на двенадцать классов, а именно²⁰⁴: Сатьянатх, Айипанти, Кашьяпа, Вайраг, Натири, Ардханари, Наяри, Амаранатх, Кам-хибдас, Джоли ханди, Тарнакнатх, Джагар прараг; они называются панти нек, «хорошие верования», а панти означает «племя, группа»²⁰⁵. По их мнению, вожди всех религий, религиозных групп и верований являются учениками пророка и святого Горакхнатха, и все, что они имеют, они имеют, благодаря ему. Они верят, что Мухаммед (мир ему) также был учеником и последователем Горакхнатха, но из страха перед мусульманами они не осмеливаются заявить об этом; они говорят, что Баба Рин хаджи, то есть, Горакхнатх, был приемным отцом пророка, который, получив августейшую миссию, принял образ йога с возвышенного пути истинной веры; и очень многие из них соглашаются с мусульманами в постах и молитвах и совершают некоторые действия в соответствии с религией этого народа. Йоги не знают запрещенной пищи; они едят свинину, как индусы и назаряне, и коровье мясо, как мусульмане, и так далее; они также убивают и едят людей, по обычаю акмиан, о чем будет сказано ниже; и они пьют вино, как гебры. Есть некоторые из них, которые, смешав свои выделения и профильтровав их через кусок ткани, пьют их и говорят, что такой поступок делает человека способным на великие дела, и притворяются, что знают странные вещи. Они называют исполнителя этого действия атилия, а также агхори. Несмотря на то, что все они являются учениками Горакхнатха и придерживаются его учения в общих чертах своей веры, однако некоторые следуют путем тех, кто присоединился к двенадцати подразделениям Йоги.

У них очень почитается управление дыханием, как это практиковалось у парсов Азаром Хушангом и царями этого народа. В «Bastan namah» говорится, что Афрасиаб, сын Пашанга, был силен в управлении своим дыханием, и именно благодаря этому умению, когда он вырвался из рук Аабада, он спрятался в воде. Эта история хорошо известна²⁰⁶. Среди индусов и парсов йезданиан ничто не почитается выше этого. Я говорил кое-что об этом обычае, когда рассказывал о парсианских сипасианах; в этом месте я сообщу об этом подробнее.

Эта наука о дыхании – придумана. Йоги, саньяси, индусы и тапаси говорят, что когда кто-то имеет намерение овладеть своим дыханием, он самым строгим образом воздерживается от общения с женщинами, от употребления в пищу соли и всего горького и кислого, а также от тяжелого труда. Затем, стремясь к этой цели, он узнает, что от места сидения до макушки головы есть семь отделов тела, которые азарийцы называют хафт хан амехи, «семь мест соединения», а йоги, сапта чакра²⁰⁷, «семь кругов». Первая чакра – в области около лобка, похожая на цветок с четырьмя лепестками; индусы называют ее муладхара²⁰⁸. Выше находится место, которое индусы называют мантар²⁰⁹, а арабы dẖakara, и это вторая область. Третья – около пупка, из центра которого исходит канал огненного цвета, называемый у индусов набхи-чакрой²¹⁰. Четвертая область – около сердца, она называется индусами манипурам²¹¹, и она подобна цветку с двенадцатью лепестками. Пятая – около дыхательного горла, на языке индусов канта²¹². Шестая – в промежутке между двумя бровями, на санскрите – бхрува²¹³. Седьмая чакра – в области макушки, ее индусы называют брахмандой²¹⁴. Следует знать, что в этих областях есть много каналов, среди которых три, как основные, должны быть выделены: один находится на правой стороне, «солнечная жила», другой – посередине, «земная», третий – слева, «лунная»; эти жилы называются на языке индусов адитья, панкила и сомана²¹⁵, а на персидском языке махна, мина и мана²¹⁶. Одна из трех жил самая большая, а именно та, которая проходит от середины спины направо от позвоночника, разделяется за ним на две ветви, одна из которых достигает ноздри справа, другая – слева; дыхание и ветер исходят от них, и воздух, исходящий из этих жил, простирается во время бодрствования человека до двенадцати пальцев в длину, во время сна – до тридцати двух, а во время соития – до шестидесяти четырех пальцев; этот воздух и дыхание они считают основой жизни, и этому предмету ученые сипасиане и индусы придают большое значение. Они верят, что ветер бывает десяти видов; но что, по их мнению, необходимо знать, так это высший и низший ветры, которые индусы называют Прана и Апана²¹⁷, а персы Алайи и Пасайи. Эти два ветра взаимно притягиваются друг к другу, при произнесении «хан» дыхание выходит наружу, а при произнесении «са» оно уходит внутрь; и это происходит во время молитвы, без помощи движения языка; когда они фиксируют название, оно становится ханса, и они говорят также хамса: индусы называют его аджапа²¹⁸, то есть, произносимое без помощи языка, а по-персидски оно называется даманибад, или «шум ветра». Над чакрой в области лобка выходит тончайшая жила; от вершины стебля цветок, яркий и подобный золоту в красноте, раскрывается из восьми корней, и после того, как из этого источника поднимает свою головку и берет направление ввысь, к макушке, он там закрывается: это индусы называют Кундали²¹⁹, «змея», а персы – рухен мар и раушибар, а путь жилы к голове – посередине. Когда кундели просыпается, чтобы вдохнуть от возвышенного чувства, она поднимается к макушкуе головы; точно так же, как нить проходит через игольное ушко, она проходит через указанное отверстие к макушке головы. Если ты хорошо знаешь этот метод, ты понимаешь и способы сидения, один из них мы упомянули в разделе о сипасианах; в этом месте мы дадим дальнейший рассказ об этом предмете. Наиболее одобренный способ сидения [асана] – это тот, который индусы называют Маха-асана²²⁰ и Сада-асана²²¹, то есть «сидеть как возвышенный, зрелый и совершенный», у персов – Санишин. Способ этот такой: пятка левой ноги ставится у отверстия заднего прохода, а пятка другой ноги поднимается прямо к лобку и к груди; глаза, не мигая, направляются в точку между бровями, затем в движение приводится чакра около лобка; нижний ветер тянется вместе с верхним по направлению к верхним частям тела и поднимается постепенно, пока не достигнет головы. Мы объясняли способ выполнения вдоха в разделе, посвященном сипасианам. Втягивание воздуха начинается с левой стороны, через левую ноздрю, для выпуска через правую ноздрю; когда воздух выходит справа, он также проходит через правую ноздрю, и испускается нижний ветер; это действие называется у индусов Пранаяма²²² и Аферасдам, то есть, «поднятие дыхания», у персов. Практикующий, делая вдох с левой стороны, формирует образ Луны, то есть, он помещает диск Луны слева, а диск Солнца справа. Некоторые сипасиане представляют образ одной из семи планет на каждом этапе своего поклонения. Этот метод пользуется большим уважением у индусов при всех молитвах и религиозных упражнениях; говорят, практикующий его получает способность летать; он никогда не болеет, свободен от смерти, от голода и жажды; в «Рамзитане» персов говорится, что благодаря этой силе Кай Хосров все еще жив. Сипасиане и историки рассказывают, что тот, кто доводит этот процесс до совершенства, поднимается над смертью; пока он остается в теле, он может покинуть его и снова воссоединиться с ним; он никогда не болеет и годится для любых дел. Говорят, что Кай Хосров, когда он достиг совершенства в своей преданности, почувствовал, что его сердце отчуждено от существования в этом мире; он избрал уединение от людей и, отделившись от этого тела, соединился с бестелесными существами и обрел вечную жизнь. Индусы считают, что всякий раз, когда человек совершенствует себя в этом действии, Брахма, Вишну и Махадев не имеют власти над ним, но он управляет ими. По мнению большого числа индусов, именно это совершенство олицетворено в трех божествах, а именно, Брахме, Вишну и Махадеву; и многие верят, что тот, кто становится мастером этого процесса преданности, сливается с самим Богом. Индусами и персами на эту тему было сказано и написано много. У сипасиан есть книга под названием «Sanyal», в которой много говорится об этом предмете, и лучшей книги на эту тему не существует. Есть и другие труды – это труды Зардушта, а также «Саруд-и-мастана» и им подобные, в большом количестве, которые я видел. Среди индусов подобные трудов предостаточно, например, сочинение Атмы Рамы, йога, известного под именем Бахет Барванг, книга Горакха Сингха, составленная Горакхнатхом, и книга Амбарета Канта. Автор «Дабистана» говорит: «Я видел Амбарета Канта, который также перевел свою работу на персидский язык под названием „Хуз уль Хайат“. Там приведены изречения Горакхнатха, которые, как предполагается, принадлежат пророку Хизару и Мачиндеру Йонасу; но эти речи, согласно Амбарату Канту, не оригинальны; на самом деле они принадлежат Горакхнатху, поскольку, по мнению йогов, Брахма приходил и уходил несколько сотен тысяч раз, а Горакхнатх оставался». Что касается Йоги, то в этой книге нет о ней никаких дополнительных объяснений.

Говорят, Балик-натх, кающийся грешник, был царского происхождения и достиг великого совершенства в Йоге; он мог управлять своим дыханием в течение одной недели и, прожив сто двадцать лет своей жизни, не потерял своей силы. Я слышал от мобеда Хушияра, автора нескольких книг, что в 1028 году хиджры (1618 г. н.э.) он привел меня к нему и попросил благословить меня. Тогда Балик-натх произнес надо мной: «Этот мальчик обретет знание о Боге».

Серуд-натх, потомок Хумаюна, был благородного происхождения. Достигнув в молодости мастерства в этом искусстве, он мог управлять дыханием в течение двух дней. В 1048 году хиджры (1638 г. н.э.) автор этой работы видел его в Лахоре.

Санджа-натх из секты Айи был человеком, достигшим совершенства в управлении дыханием; люди причислили его к лику святых и сказали, что прошло семьсот лет его жизни, а его волосы все еще не поседели; в последний упомянутый год его видели в Лахоре.

Сурадж-натх достиг большого мастерства в управлении дыханием; уже несколько лет он избрал уединение в Пешаваре и занимается своими делами. Люди думают, что его возраст немногим меньше, чем только что было указано. Автор этой работы посетил его в 1055 году хиджры (1645 г. н.э.) и увидел нескольких йогов, описание которых не может найти места в этой книге.

У йогов есть установившийся обычай, когда болезнь одолевает их, они хоронят себя заживо. Они также имеют обыкновение с открытыми глазами устремлять свой взгляд к точке между бровями, пока, глядя так, не увидят фигуру человека; если эта фигура появилась без рук, ног или какого-либо члена, то для каждого случая они определяют, что границы их существования будут в пределах стольких-то лет, месяцев или дней. Когда они видят фигуру без головы, они знают, что осталось очень мало времени их жизни; поэтому, увидев прогноз, они хоронят себя. Однако джняни из Индии считают эту фигуру иллюзией и видимостью, не имеющей и следа реальности.

Поскольку саньяси тоже благочестивые люди, я присоединю рассказ о них к рассказу о йогах. Саньяси выбирают отречение и одиночество; они отказываются от всех телесных наслаждений; некоторые для того, чтобы не облечься в другое тело и не переходить из тела в тело, большинство – чтобы попасть на Небеса, и множество – чтобы приобрести владычество, то есть, стать царями или очень богатыми людьми. Когда человек становится саньяси, он должен отказаться от всякого желания снова вернуться в мир. Они различаются названиями и делятся на десять классов, а именно: Бан, Аран, Тиртах, Ашрам, Кар, Парбатах, Сакар, Бхарти, Пери и Сарсати. Они часто бывают святыми людьми, воздерживаются от употребления в пищу мяса и отказываются от всех сношений с женщинами. Этот класс следует велениям Дататери, которого они также почитают как божество и говорят, что он является воплощением Нараяна, и в управлении дыханием достиг такой степени, что освободился от смерти. Когда он предстал перед Горакхнатхом, главой йогов, и, по мнению саньяси, воплощением Махадева, Дататери, ради пробы, ударил Горакхнатха по голове, которая приняла вид железной. Дататери сказал ему: «Ты поступил нехорошо; здесь нет кованого железа». Когда сам Горакхнатх призвал его к бою, Дататери соскользнул с тела, как соскальзывает вода, и снова благополучно воссоединился с ним. В этом смысле Сабур Машеди говорит:

«Все мое тело стало водой, удержи свою руку от того, чтобы убить меня,
Каждый раз после того, как ты наносишь удар, части моего тела воссоединяются».

После этого Горакхнатх исчез в воде; Дататери повеселившись и узнав его в облике лягушки, вытащил его наружу. Когда Дататери скрылся в воде, Горакхнатх, несмотря на все свои поиски, не смог найти его, потому что тот был смешан с водой, а воду нельзя отличить от воды. Мирза Баки Али говорит:

«Когда капля соединяется с морем, она становится морем,
В сущности, пузырь и волна – это вода; разгадайте эту загадку».

Другой говорит:

«От боязни я стал водой; бесполезно бить по воде;
Я удивлен, что он напал на мою удачу».

Есть два класса саньяси: первый, дандахари²²³, они не носит длинных волос и придерживается предписаний «Смрити» или закона; второй – авадхуты²²⁴, они подобны первому классу; они носят Зунар и пьют воду, смешанную с пеплом; но, в отличие от дандахари, они отращивают свои волосы так, что они становятся похожими на веревки, и это они называют джута²²⁵; они не моются каждый день, а натирают голову и тело пеплом, который они называют бхабут²²⁶; после смерти человека оба класса, завязав тело в мешок, полный соли, бросают его в воду, где под своим весом и весом того, что к нему прикреплено, оно остается на несколько дней погруженным на дно, пока они не закопают его в землю.

Главой второго класса является Шанкара-ачарья; Саха-дев, раджа Кашмира, который в 750 году хиджры (1349 г. н.э.) снял с себя мирские одежды, выбрал его своим учителем. Шанкара-ачарья был ученым брахманом с очень независимым умом. Индусы говорят, что, когда ученые не поняли Веданта-Шастру, Махадев, воплотившись, явился в образе Шанкара-ачарьи с целью толкования учения Веданты, о чем написано много книг. Шастра²²⁷ означат, на санскрите «наука», а веда – «небесная книга», как уже было сказано; анта²²⁸ – «конец, достижение», то есть «достижение намеченной цели», а целью Веды является познание Бога и самого себя. По этой причине эта наука, которая заключается в познании единства Бога, как это следует из текста Вед, была названа Веда-анта, «достижение Веды». Шанкара-ачарья был джняни, «святым, божественным», исповедующим единство Бога; его речи и поступки стали кодексом джняни.

Один из них, называемый Чатур Вапах, принадлежал к классу дандахари; он был из брахманов Гуджарата, которых они называют нага-брахманами; его отец, принадлежавший к ювелирам, пользовался большим уважением и был богат. Чатур Вапах, достигший великого совершенства в поклонении Богу, оставил жену, отца, мать и детей и выбрал жизнь саньяси; он посвятил себя практике контроля над дыханием и, наконец, добился большой известности, но никогда не ослаблял своего религиозного аскетизма; он ел не более трех горстей пищи; говорят, иногда он не пробовал ничего, кроме соли, и довольствовался тремя щепотками ее; характер его верований так хорошо известен среди саньяси, что нет необходимости рассказывать об этом подробнее в этой книге. Кроме того, говорят, что из-за его настойчивости в вышеупомянутой практике, он услышал голос Божий, и звук, подобный пению арфы, вырвался из его жил. Дервиш, уроженец Персии, сообщил следующее: «В 1045 году хиджры (1635 г. н.э.) однажды ночью ко мне пришел Чатур Вапах и сказал: «Встань, чтобы мы могли прогуляться вместе». Я пошел с ним и мы пришли к глубокому водоему. Чатур Вапах, поставив ноги на поверхность воды, шел по ней, не подняв капель; затем он позвал меня; пройдя вдоль края пруда, я присоединился к нему, до моего прихода он ждал меня на высокой каменной глыбе, находившейся возле пруда. Когда я сел рядом с ним, он указал на каменную глыбу и спросил: «Ты догадываешься, чья это работа?» Рассмотрев большую часть глыбы, которая была не менее десяти локтей в длину, я был поражен и сказал: «Может быть, это работа божества». Чатур Вапах ответил: «Один из моих друзей жил здесь и попытался превратить эту глыбу в свое жилище, и, принеся на своем плече огромный камень с высокой горы, начал его обрабатывать. Люди, пораженные громадой камня, ночью сидели в укрытии, и они увидели саньяси с большим камнем на плече. По этому поводу они спросили его, в чем причина того, что он загружает себя такой работой: «Прикажите, и мы спустим камень с горы и придадим ему правильную форму, при условии, что глыба не будет слишком большой». Саньяси рассердился и покинул деревню». Позже Чатур Вапах добавил: «Встань и пойдем к нему», и мы пошли к нему. Сидя, скрестив ноги, он был занят собой. Чатур Вапах сказал ему: «Этот дервиш – мой друг, позови музыкантов. Он ответил: «Подними свет». При этих словах Чатур Вапах устремил свой взор на поле, и огромный факел вспыхнул, загоревшись из таинственной области, и широко распространил свое рассеянное сияние, и до их слуха донесся звук многих музыкальных инструментов. На рассвете мы простились с ним, и вернулись той же дорогой, по которой пришли к месту нашего отдыха». Хаджа Хафиз правильно говорит:

«Когда управляющий винного погреба стал моим наставником, что в этом несоответствующего?
Нет места, которое не было бы местом Бога.
В келье отшельника, среди суфиев,
Нет главного места поклоняющегося, кроме
Края дуги двух твоих бровей.

Хаким Камран из Шираза рассказывает: «Мы были в Бенаресе с Чатуром Вапахом. Один из авторитетных мусульман, посетивших его, спросил его: «Что ты скажешь об истине нашего пророка?» Он ответил: «Ты говоришь, что он посланник Божий и указывает путь людям, к которым послал его Царь истины; но тем, кто является спутниками Монарха мира, не подобает подчиняться его приказам». Обитатель Рая Нур-ад-Дин Джахангир (да озарит его могилу свет Божий!) доверял ему и оказывал должное уважение. Абдар Рахим из Ханхана простерся перед ним ниц. В 1033 году хиджры (1623 г. н.э.) автор этой работы, тогда еще младенец, приехал со своими друзьями и родственниками из Патны в столицу, Акбар-Абад, и Чатур Вапах доставил меня в объятия мобеда Хушияра, дух превосходных качеств которого распространяелся вокруг. Благочестивый человек обрадовался этому и благословил меня, автора этой работы; он научил меня мантре Сурьи, то есть, Солнца. Затем он приказал Ганеша-ману, одному из своих учеников, присутствовавших в тот день, остаться со мной до совершеннолетия, когда я смогу сам управлять своими делами. Ганеша-ман остался привязан ко мне; он был учеником Чатур Вапаха и усердно практиковал управление дыханием. Мобед Хушияр говорит, что однажды он видел его, когда, сидя со скрещенными ногами, он управлял дыханием так, что его живот, наполненный воздухом, выходил за пределы колен. Госаин Чатур Вапах отправился в вечное царство в 1047 году хиджры (1637 г. н.э.).

Автор этой книги видел в 1053 году хиджры (1643 г. н.э.) Калиана Бхарати в Каритпуре в Кохистане Пенджаба, который был страной раджи Тарачандры. Калиан был религиозным человеком и управлял дыханием две вахты, или шесть часов. Бхарати – это класс саньяси. От Фарзаны Хуши, благочестивого человека из йезданиан, было получено известие, что Калиан Бхарати пил сначала лампадное масло, а затем молоко, и то и другое он снова выделял таким образом, что цвет каждого из них сохранялся, и никакого смешения не происходило. Калин Бхарати всегда хвалил Персию; автор этой работы сказал ему: «У тебя нет связей в Индии; ты должен поехать туда». Он ответил: «Я отправился в Иран, но когда я увидел царя страны шаха Абаса ибн Султана²²⁹, который должен быть слугой Бога, я нашел, что он полных лет, и хотя он очень умен, тем не менее, он безжалостен, проливает кровь, жаден, словоохотлив, любитель шутить и любитель шутовства. В его стране было провозглашено, что отовсюду, где можно найти юношу или девушку, одаренных красотой, их следует приводить к царю. Суфии племени Казельбаш приводили к царю юношей и девушек, чтобы он мог позволить себе любой постыдный поступок, который ему вздумается. Я спросил себя, могу ли я, если такое поведение соответствует их религии, оставаться в этом городе? Когда я спросил об этом у их ученых людей, они все отрицали. Далее я спросил, одобряет ли царь такие дела? Они сказали: „Это дела, обычные для людей нашей веры“. Тогда я снова сказал себе: царь есть наместник Бога; если он сам собьется с пути, не будет тверд в своей вере и не отречется от какой-либо части этой религии, тогда не стоит оставаться в этом городе». Калин Бхарати также сказал: «Мне невыносимо видеть человека, который не тверд в своей вере; тот, кто вообще не исповедует никакой религии, по крайней мере, сам себе наставник; исповедующий же какую-либо веру, который делает то, что говорит, и твердо стоит на этом, не заслуживает порицания».

Автор этой книги нашел в 1048 году хиджры (1638 г. н.э.) Аишу Гирду в Кашмире. Фарзана Хуши говорит, что он умел управлять дыханием в течение трех вахт, или девяти часов, и обнаружил, что Маден Кир равен ему. Это был человек, искусный во всех видах магии и ловкости рук; всякий раз, когда он был в хорошем расположении духа, он разбрасывал хлеб-соль, из костей извлекал молоко, волоском разрезал кости пополам, пропускал птичьи яйца через узкое горлышко бутылки и показывал подобные фокусы.

Некоторые саньяси двенадцать лет стоят на одной ноге, и этот их класс называется Тавесар²³⁰. Тех, кто хранит постоянное молчание, называют Маунинас²³¹. Многие другие, подобные им, упоминаются в индуистских книгах, которые просмотрел автор этой работы, но у него нет места для описания их всех на этих страницах; некоторые из этого класса – уважаемые и богатые люди, и их сопровождают вереницы слонов; у них есть экипажи, прекрасные одежды, придворные, слуги, пешие и конные.

VII. Догматы шактиан

Вера этой секты такова: Шива, то есть Махадев, который, по их мнению, за небольшим исключением, является высшим из божеств и величайшим из духов, имеет супругу, которую они называют Майя шакти²³²; эта супруга показывает то один цвет, то другой, то есть нечто иное, чем то, что есть на самом деле, например, воду как вино. Этот духовный и материальный принцип имеет три природы и три качества, а именно: Раджас²³³, то есть «власть и желание»; Саттва²³⁴, что есть «праведность и мудрость, а также способность контролировать чувства, не подчиняться им»; и Тамас²³⁵, или «жестокость, страсть, кроме того, чревоугодие и сонливость». У индусов Брахма, Вишну и Махадев персонифицируются как происходящие от этих трех гун²³⁶: или как силы трех упомянутых качеств. Майя является создателем творений этого мира и его обитателей, творцом духов и тел; вселенная и все, что в ней есть, рождаются из нее; из уважения к упомянутым ее действиям и их последствиям, она называется Джагат-амба²³⁷, «Мать вселенной»; не-существующее не находит доступа к этой сотворительнице; одежда тленности не сидит прямо на этой прекрасной императрице, пыль небытия не движется по кругу ее владычества; реальные небесные существа и случайные творения нижнего мира одинаково влюблены и опьянены желанием перед ней. Связанный этими узами обмана в этом вращающемся мире, всякий, кто поднимается, испытывает желание мукта, то есть освобождения, независимости и счастья, тем не менее, из-за беспечности он отдает дань повиновения и поклонения этой обманывающей мир царице и никогда не покидает пути обожания этой чарующей госпожи. Эта богиня, то есть духовный принцип, существует во всех живых существах в шести кругах, называемыми чакрами²³⁸, которые подобны волокнам в стебле водяной лилии, где есть шесть отделов: 1. Муладхара, или «место сидения»; 2. Манипура, то есть «пупок»; 3. Свадхистана²³⁹, «плотное место, которое управляет верхней областью пупка»; 4. Хрид²⁴⁰, или «сердце»; 5. Сада²⁴¹, то есть «очищенный дом и место очищения», находится в самой верхней части груди; 6. Агни чакра²⁴², или «круг огня», и это чакра между бровями. Это шесть кругов, а над ними Индра, то есть окно жизни и проход души, который есть вершина и середина головы; и в этом месте находится цветок из тысячи лепестков, это резиденция прекрасной богини, то есть, царицы, обманывающей мир, и в этом прекрасном месте находится ее начало. С великолепием ста тысяч солнц, освещающих мир, во время восхода она украшает голову и шею множеством благоухающих трав и различных цветов; ее сияющее тело пропитано ароматами различных драгоценных ингредиентов, таких как мускус., шафран, сандал и амбра, и украшено великолепными одеждами; вот так, как было только что описано, она должна быть представлена. Поклонение ее форме и внешнему виду, обожание и покорность должны быть внутренними и истинными, а внешнее почитание должно быть оказано перед ее изображением; кроме того, все, что разделено на пять частей и объяснено в Йога-шастре, должно выполняться с усердием. Внутреннее поклонение состоит в том, чтобы представлять ее образ и повсюду хранить память о ней; обладателя такой способности к воображению и преданности называют bhakta, бхакта²⁴³, то есть, «обладающий радостью в обители совершенного наслаждения, а также муктом, или „освобождением“, которым можно наслаждаться в этой обители постоянного счастливого существования». Способ этого поклонения содержится в Агаме²⁴⁴, и вся религиозная группа подчиняется ему. У них сила жены Махадева, Бхавани, превосходит силу мужа. Ревностные представители этого верования поклоняются Шива-лингаму, хотя другие индусы также почитают его. Лингамом²⁴⁵ называют мужской орган, и они говорят от имени этого поклонения, что, поскольку люди и все живые существа получают от него свое существование, ему должным образом даровано поклонение. Как лингам Махадева, также они почитают бхагу²⁴⁶, то есть женский орган. Человек, хорошо знакомый с ними, сообщил, что, согласно их вере, главный алтарь или главное место в мечети мусульман является эмблемой бхаги. Другой человек из них рассказал, что, поскольку только что названное место символизирует бхагу, то минарет, или башня мечети, представляет собой лингам, по этой причине оба они находятся вместе. Во многих местах и среди большого числа индусов существует это поклонение, многие следуют Агаме, согласно которой одобряется употребление вина, и если вместо обычной чаши использовать череп человека (который они называют капала²⁴⁷), напиток намного приятнее. Они считают разрешенным убийство всех животных, даже убийство человека, и называют это бала²⁴⁸. Ночью они отправляются в места, которые называют шмашана²⁴⁹, где сжигают трупы; там они опьяняют себя, поедают плоть сожженных трупов и совокупляются на глазах у других с женщинами, что они называют шакти-пуджей²⁵⁰. А если верующая женщина принадлежит другому, то доброе дело тем ценнее, и несомненно, что они предлагают друг другу своих жен; ученики приводят своих жен и дочерей к своему наставнику; они совокупляются со своими матерями, сестрами, тетками по отцовской и материнской линии, что противоречит обычаю индусов, которые не берут дочерей своих близких родственников. Автор этой работы видел одного из ученых мужей этого вероисповедания, который прочитал ему книгу современного содержания об их обычаях, и в ней было указано, что разрешено совокупление с любой женщиной, кроме своей дочери. Этот человек начал ругать произведение, говоря, что его текст противоречит древним обычаям этой секты и что ничего подобного нельзя найти в их древних книгах; и объявил, наконец, что это ошибка переписчика. Говорят, что женщина существует для того, чтобы быть желанной; она может быть матерью или дочерью. По их мнению, нет наслаждения выше любви; индусы называют это камада²⁵¹, и говорят, что, когда женщина и мужчина находятся в близости, всякий, кто мешает им, достоин проклятия Бога, потому что они оба в этом состоянии разделяют состояние счастья. Агама одинаково благоволит обоим полам и не делает различий между женщинами; они могут принадлежать кому угодно; мужчины и женщины в равной степени составляют человечество, и все, что они производят, составляет его часть. Эта секта очень уважает женщин и называет их шакти (энергиями); и плохо обращаться с шакти, то есть с женщиной, считается преступлением. Возвышенные и низменные ценят лули (публичных девушек) очень высоко, и называют их дева канья²⁵², «дочери богов».

Среди них считается достойным поступком жертвоприношение человека, это они называют Нарамедха²⁵³, затем Гомедха²⁵⁴, или жертвоприношение коровы, далее Ашвамедха²⁵⁵ и, наконец, жертвоприношение любого другого животного. Когда они проводят жертвенную церемонию, которую они называют Кала-дек (Каладейя)²⁵⁶, они смешивают кровь как можно большего числа животных в большом сосуде и помещают туда человека, которого они склоняют к своей вере, и пьют с ним эту кровь. Всякий раз, когда совершается поклонение богу или жене бога, церемония называется иштам²⁵⁷

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Название страны; это название применяется в Пуранах к нескольким местам, но обычно оно обозначает район на Коромандельском побережье, простирающийся от Каттака до окрестностей Мадраса. – Д.Ш.

Вернуться

2

Budh Mimnis – такое написание в Калькуттском издании; то же написание Буд или Буда встречается, когда вводится имя законодателя, собственно Будда, как на с. 175 того же издания и в других местах. Но Буда может также означать «прошлое, ушедший» и, следовательно, «предшествующий», поэтому Д. Ши перевел вышеупомянутое название как Пурва (или «предшествующая»), Пурва-Миманса. Согласно Коулброку и мистеру Уилсону Mimansa, Миманса означает одну из философских систем индусов, или, скорее, двойную систему, первая часть которой – Пурва-Миманса или просто Миманса, вторая часть – Уттара-Миманса. «Первая Миманса, основанная Джаймини, учит искусству рассуждения с явной целью помочь в толковании Вед. Уттара, или „последняя“, обычно называемая Ведантой и обычно приписываемая Вьясе, выводит из Вед утонченную психологию, которая ведет к отрицанию материального мира» («Эссе» Коулброка.). Но вышеприведенный рассказ в «Дабистане» не совсем соответствует этому определению первой Мимансы, потому что в ней больше пуранического, чем ведического учения, не без некоторых особых понятий. Поэтому представляется, что лучше всего придерживаться прочтения оригинального текста. – Э.Т.

Вернуться

3

Веды – общий термин для обозначения священных писаний, или писаний, индусов. См. последующее примечание о четырех Ведах.

Вернуться

4

Prakṛti, Пракрити, Mula prakrti, Мула Пракрити, корень или пластичное начало всего, именуемое Pradhana, Прадхана, основа, универсальная материальная причина; отождествляется космогонией Пуран с Майей, или иллюзией, а в мифологии – с Брахми, силой или энергией Брахмы («Эссе» Коулброка»). Пракрити в философии – это пассивная или материальная причина мира, в отличие от активной или духовной; а в мифологии – богиня, соединенная с первым мужчиной, прародительница мира (Уилсон). – Д.Ш.

Вернуться

5

Цитаты нашего автора слишком общие, чтобы их можно было отнести к отдельным частям или отрывкам из книг на хинди. Вышеупомянутое учение содержится в огромном количестве их трактатов. В «Веданта-саре», или «Сущности учения Веданты» (с. 16, калькуттское изд.), мы находим упоминание о четырнадцати Bhuvanāni, Бхуванани, или «мирах». – Э.Т.

Вернуться

6

Yojana, йоджен или йоджан, мера расстояния, равная четырем крозас, что при 8000 локтях или 4000 ярдах до кроза, или кас, составит ровно девять миль. Другие вычисления предполагают в йоджане не более пяти миль или даже не более четырех с половиной миль («Словарь» Уилсона.). – Д.Ш.

Вернуться

7

Точнее говоря, эгоизм, который является буквальным значением этого термина. Его особая функция – Abhimāna, Абхимана, или «эгоистичное убеждение», «вера в то, что я причастен к восприятию или медитации, что объекты чувств касаются меня, короче говоря, что это я» («Эссе» Коулброка»). – Д.Ш.

Вернуться

8

Происходит от слов mahat, «великий», а также разумный принцип, и tatva, татва, сущностная природа, – истинная природа человеческой души, «рассматриваемая как одно и то же с божественным духом, оживляющим вселенную»; философская этимология этого слова лучше всего объясняет его значение, тат – «то», «то божественное Существо»; и tvaṃ, твам, «ты», «тот самый Бог есть ты». Татва также означает «реальность, истину, сущностную позицию», противоположную тому, что иллюзорно или ложно (Уилсон). – Д.Ш.

Вернуться

9

Bhurloka, Бхур-лока.

Вернуться

10

Bhuvarloka, Бхувар-лока.

Вернуться

11

Suraloka, Сура-лока, «небеса Индры и обитель небожителей».

Вернуться

12

Maharloka, Махарлока, «область», которая, как говорят, находится в одном кроре или в миллионе йоджан над Полярной звездой и является обителью тех святых, которые пережили разрушение мира.

Вернуться

13

Jana loka, Джана-лока, «область, где живут сыновья Брахмы и благочестивые люди».

Вернуться

14

Tapa loka, Тапа-лока, «обитель подвижников».

Вернуться

15

Satya loka, Сатья-лока, «обитель Брахмы и истины».

Вернуться

16

Здесь начинаются семь подразделений адских областей: Atala loka, Атала-лока, «область непосредственно под землей».

Вернуться

17

Vitala loka, Витала-лока, «вторая область при спуске под землю».

Вернуться

18

Sutala loka, Сутала-лока, «третья область при спуске под землю» и т. д.

Вернуться

19

Talatala loka, Талатала-лока, «четвертая область…» и т. д.

Вернуться

20

Mahatala loka, Махатала-лока, «пятая область при спуске под землю», обитаемая.

Вернуться

21

Rasatala loka, Расатала-лока, «шестая область…»; местопребывание Нагов, Асуров, Даитьев и других рас чудовищных и демонических существ под различными правительствами Сечи, Бали и других вождей.

Вернуться

22

Patala loka, Патала-лока – «седьмая адская область, обитель Нагов, или змей». – Э.Т.

Вернуться

23

Sva bhava, Свабхава происходит от сва, «собственный», и бхава, «свойство».

Вернуться

24

Sima, сима, «весь целый».

Вернуться

25

(См. примечание на с. 11). Другой внутренний дух, называемый Махат, или «великая душа», присутствует при рождении всех воплощенных созданий, и поэтому во всех смертных формах передается восприятие, либо приятное, либо болезненное. Эти двое, жизненный дух (Джимтман) и разумная душа, тесно связаны с пятью элементами, но также связаны с высшим духом, или божественной сущностью, которая пронизывает все существа, высокие и низкие (Ману, кн. 12., сл. 13 и 14). – Д.Ш.

Вернуться

26

Sattavaḥ, Rajaḥ, Ttamas, Саттва, Раджас, Тамас, т.е. «истина» или «существование», «страсть» или «нечистота» и «тьма» или «невежество» называются тремя великими гунами, или свойствами всех сотворенных существ. – Э.Т.

Вернуться

27

Из этих пяти слов первые два – персидские, остальные три – санскритские; текст, вероятно, поврежден. – Э.Т.

Вернуться

28

Согласно «Ваю-пуране» (Глава V), Вишну произошел от Саттвы, Брахма – от Раджаса, а Махахдев, или Шива, – от Тамаса. – Э.Т.

Вернуться

29

Последняя часть этого предложения соответствует описанному в рукописях. – Д. Ш. В Калькуттском издании оно помещено в следующей строке и связано с содержимым мира, как если бы оно было с бесчисленными головами, руками и ногами. – Э.Т.

Вернуться

30

Sesa, Шеша, «царь змеиной расы», «большая тысячеголовая змея», «диван и балдахин Вишну» и «хранитель мира, который покоится на одной из его голов». – Д.Ш

Вернуться

31

.Kuvala, Кавала, от ка, «земля» и вала, «покрывать». – Э.Т.

Вернуться

32

Эта этимология основана на неправильном написании имени На-ранг или Но-ранг, «бесцветный», вместо Нараян.

Вернуться

33

Определения, содержащиеся в остальной части этого предложения, включены в текст оригинала. В данном случае, как и во всяком подобном случае, этим расположение не нарушено. – Д.Ш.

Вернуться

34

Avatāra, аватара, от ава, «вниз, прочь» и три, «пересекать», что означает «нисхождение», «перевод».

Вернуться

35

Karaṇa, Карана.

Вернуться

36

Злой дух, демон, вампир, злодей, который имеет различные описания и является могущественным титаном или врагом богов в сверхчеловеческой или воплощенной форме, как Равана и другие; или слуга Куверы и хранитель его сокровищ; или озорной и жестокий гоблин или людоед, бродящий по кладбищам, оживляющий мертвые тела и пожирающий людей. Асуры также являются демонами, причем первого порядка, это дети Дити от Кашьяпы, вовлеченные в вечную вражду с богами. Согласно индуистской мифологии, Кашьяпа – это имя Муни, или «обожествленного мудреца, отца бессмертных – богов и дьяволов» (Уилсон). – Д.Ш.

Вернуться

37

Ananta Veda, Ананта-Веда, «вечная Веда».

Вернуться

38

Caitra, Чаитра.

Вернуться

39

Krishna paksa, Кришна пакша, «темная половина месяца; пятнадцать дней, в течение которых Луна убывает».

Вернуться

40

Vāsuki, Васукир, «повелитель змей», от васу, «драгоценный камень» и ка, «голова». (Уилсон). – Д.Ш.

Вернуться

41

Гора, которой Суры и Асуры пахтали океан после потопа, с целью вернуть утерянные в нем в тот период святыни. – Д.Ш.

Вернуться

42

Древнейшее деление Зодиака включало двенадцать знаков, а именно, Mesa, Меша, Овен; Vrisa, Вриша, Бык; Mithuna, Митхуна, Пара; Karkata, Карката, Краб; Singha, Сингха, Лев; Kanya, Канья, Дева; Tula, Тула, Весы; Vrishchika, Вришчика, Скорпион; Dhanu, Дхану, Лук; Makara, Макара, Морское чудовище; Kumbha, Кумбха, Кувшин; Mina, Мина, Рыба. Шрипети, автор «Ретнамала», описал эти знаки в стихах на санскрите, дословный перевод прилагается: «Овен, Бык, Краб, Лев и Скорпион имеют фигуры этих пяти животных соответственно; Пара – это девица, играющая на вине, и юноша с булавой; Дева стоит в лодке, в воде, держа в одной руке лампу, в другой – рисовый колос с зерном; Весы держит весовщик, с гирей в другой руке; Лук у лучника, чьи задние части тела похожи на лошадиные; Морское чудовище имеет морду антилопы; Кувшин – это сосуд для воды, который несет на плече человек, выливающий воду; Рыбы две, с головами, повернутыми друг от друга и хвостами, и все они должны находиться в таких местах, которые соответствуют их индивидуальной природе» (Сэр У. Джонс Т. I. с. 336). – Д.Ш.

Вернуться

43

Sukla paksa, Шукл Пачех, «светлая половина месяца»; пятнадцать дней восхода Луны, или время от новой до полной Луны. – Э.Т.

Вернуться

44

Vaisakha, Ваисаха, «месяц, в котором полная Луна находится вблизи южной шкалы» (апрель-май); первый месяц в индуистском календаре. – Э.Т.

Вернуться

45

Bhādra, Бхадра, месяц, когда полная Луна находится возле крыла Пегаса (август-сентябрь). – Э.Т.

Вернуться

46

Вамана был так мал, что во время своего путешествия, когда он подошел к следу, сделанному коровьей ногой и наполненному водой, он подумал, что это река, и попросил другого брахмана помочь ему перебраться через нее. Придя к Бали, он стал просить только столько земли, сколько он мог пройти своими тремя шагами; и правитель приказал своему жрецу, не выдержав его уговоров, прочитать обычные формулы для такого подарка. Тогда Вамана поставил одну ногу на небо, а другую – на землю; вдруг из его живота показалась третья нога, и он попросил указать место, на которое он мог бы поставить свою третью ногу. Тогда Бали, по совету жены, подставил Вамане свою голову, чтобы тот поставил на нее свою ногу; затем Вамана попросил Бакшину, «небольшой подарок, который сопровождает дар», но Бали не мог выполнить просьбу, так как теперь он потерял все; он предложил свою жизнь, которую Вишну отказался принять, так как он обещал Прахладе не уничтожать никого из его рода. Тогда он предоставил ему выбор: подняться на небо, взяв с собой пять невежественных людей, или спуститься в Паталу, мир гидр, с пятью мудрыми людьми. Бали выбрал последнее, так как Вишну обещал защитить его от наказания там за его преступления на земле (Уорд, «Взгляд на индусов», Т.I. с. 7.) – Д.Ш.

Вернуться

47

Parasu Rama, Рама с топором. Он был сыном Муни Джамадагни, родился в начале второй Юги или Трета-Юги. – Э.Т.

Вернуться

48

Это Рамачандра, сын Дашаратхи, царя Айодхьи, или современного Уда, родившийся в конце второй Юги. – Э.Т.

Вернуться

49

Сита, дочь царя Митхилы (современный Тирхут), была похищена самим Раваной, который прибыл из Ланки на полуостров Индостан, чтобы отомстить за многих ракшасов, своих приближенных, уничтоженных храбрым Рамой. Рама, объединившись с Хануманом и Сугривой, завоевал с их помощью остров Ланка, сверг и убил в бою Равану и вернул себе свою жену. Рассказ об этих событиях составляет одну из самых интересных частей «Рамаяны», древней священной поэмы, повествующей об истории Рамачандры. – Э.Т.

Вернуться

50

Начало Кали-Юги, следующей за Двапара-Югой, приходится на 3102 год до н.э. – Э.Т.

Вернуться

51

Автор, если даже он не зороастриец, похоже, ссылается здесь на Хоновер, «чистое желание», общее название для «слова Ормузда»; оно существовало до всех добрых и злых существ, созданных Ормуздом и Ариманом; именно произнося его, первый одерживал победу над вторым и продолжал расширять и защищать творение (Зенд-Авеста, Т. 1. 2 с. 85, 138, 140, 412,Т. II, c. 347, 348 и в других местах). – Э.T.

Вернуться

52

В «Шри Бхагавате» говорится о рождении этого знаменитого мудреца в Сатья-Югу, на небесах Брахмы, из ума которого он был рожден; в «Калика-пуране» рассказывается о другом его рождении в Падма-кальпе, когда его отца звали Митра Варуна, а мать – Кумбха. В «Рамаяне» он упоминается как жрец царей солнечной династии на протяжении многих веков. Этот философ преподавал по существу доктрины школы Веданты. Говорят, что у него было десять тысяч учеников. (Уорд, «Взгляд на индусов», Т. IV. с. J0.). – Д.Ш.

Вернуться

53

Риши, своего рода святой; та святая и сверхчеловеческая личность, которой может стать царь или человек военной касты, практикуя религиозные аскезы. Существует семь классов риши: Деварши, Брахмарши, Махарши, Парамарши, Раджарши, Кандарши и Шритарши; порядок дается разный, но Раджарши ниже четырех предыдущих, а два последних, по-видимому, являются вдохновенными святыми индуистской мифологии. – Д. Ш. Это простое название особенно применимо к семи мудрецам Брахмарши, современным каждому из семи Ману; таковыми в нынешней Манвантаре являются Маричи, Атри, Ангира, Пуластья, Пулаха, Крату и Васиштха, имена каждого из которых отличаются от указанных, а также образуют в астрономии созвездие Большой Медведицы. – Э.Т.

Вернуться

54

Это название, повторяющееся в «Дабистине» (см. далее главу о нанакских пантианах), никогда не упоминалось где-либо еще. – Э.Т.

Вернуться

55

Имя святого, прославленного в индуистской мифологии, чаще произносится Агастья, это сын Митры (Солнца) Варуны (владыки вод) от Урваси (небесной нимфы); его изображают невысокого роста, и некоторые говорят, что он родился в кувшине с водой. Он прославился тем, что проглотил океан, когда тот нанес ему обиду; по его приказу и горная цепь Виндхья простерлась ниц, да такой и осталась, отсюда ее нынешнее название; он также считается правителем звезды Канопус («Словарь» Уилсона, sub voce). – Э.T.

Вернуться

56

Asvamedha, Ашвамедха, от ашва, «лошадь», и медха, «жертвоприношение». Коулброк в своем «Эссе о Ведах» («As. Res.», «Азиатские исследования», VIII., изд. Калькутты) утверждает, что лошадь является «общепризнанным символом Вирджа, или первоначального и универсального проявленного существа. В последнем разделе „Тайиттирия Яджурведа“ различные части тела лошади описываются как периоды времени и части вселенной: утро – это ее голова; Солнце – ее глаз; воздух – ее дыхание; Луна – ее ухо; и т. д. Подобный отрывок в четырнадцатой книге „Сатапатха брахмана“ описывает ту же аллегорическую лошадь для медитации тех, кто не может совершить Ашвамедху; и собрание живых животных, составляющих воображаемую жертву в реальной Ашвамедхе, в равной степени представляют универсальное Существо, согласно доктринам индийского священного писания. Однако не совсем ясно, не послужила ли эта церемония также поводом для учреждения другой церемонии, по-видимому, не санкционированной „Ведами“, в которой лошадь действительно приносится в жертву». То, что действительно были такие случаи, мы можем заключить из частых упоминаний о таких жертвоприношениях, сделанных в исторических поэмах индусов и из аналогичных примеров, найденных среди западных народов. Массагеты и персы приносили в жертву Солнцу коней; маги также приносили их в жертву рекам (см. Геродот, 1. I. VII.; Ксенофонт, 1. VIII. См. также о жертвоприношениях лошадей «Expose de quelques-uns des principaux articles de la Theogonie des Brahmes» (франц., «Изложение некоторых из основных статей теогонии брахманистов»), аббат Дюбуа, миссионер в Мейссуре, Париж, 1825 г.). – Э.Т.

Вернуться

57

Отрывок между звездочками отсутствует в рукописях. – Д.Ш.

Вернуться

58

Этот отрывок, касающийся космоса, настолько же неясен, насколько сам этот предмет метафизичен. Понятия, выраженные здесь, соответствуют доктрине Веданты, согласно которой Акаши, или «чистый эфир», – это универсальное пространство, включающее в себя все, и вакуум между отдельными объектами в нем. Существует вакуум, не связанный с каждой вещью, и в него погружены именно эти вакуумы. Это кажется достаточно созвучным современной философии, но индусы применили это к божественному духу, как таковому; таким образом, они говорят, что существует совершенный дух, в котором находят прибежище индивидуальные души и совокупность всех душ, и поэтому Брахма и индивидуальные духи едины, все это – чистая жизнь. Здесь мы можем вспомнить, что сэр Исаак Ньютон, пытаясь дать определение космосу, сравнил его с чем-то вроде органа божества. Согласно «Веданта-саре», нет никакой разницы между правящим всем духом и духом мудреца, как нет ее между лесом, деревьями и замкнутой атмосферой, или между озером, частями воды, и небом, которое отражается в нем. Как нам сообщает Дамаскин, автор шестого века нашей эры, который цитирует Евдема, ученика Аристотеля (Wolfii Anect. Graeca, Т. III. с. 259), единый разумный универсум называют «космосом» и маги, и вся раса арийцев, наименование которой может быть применено к народам, населяющим страны, расположенные к востоку и западу от Инда. – Э.Т.

Вернуться

59

Земля, по мнению индусов, круглая и плоская, как цветок водяной лилии, у которого лепестки находятся друг за другом; ее окружность составляет четыре тысячи миллионов миль. В центре находится гора Су-Меру, возвышающаяся на шестьсот тысяч миль от поверхности земли и опускающаяся на сто двадцать восемь тысяч миль ниже нее. Ее окружность у основания составляет сто двадцать восемь тысяч миль, а ширина у подножия – двести пятьдесят шесть тысяч. На этой горе находятся храмы Вишну, Шивы, Индры, Агни, Ямы, Ноириты, Варуны, Вайю, Куверы, Иши и других богов. Облака поднимаются примерно на треть высоты горы, у ее подножия находятся горы Мандара, Гундха-мадана, Випула и Супаршва, на каждой из которых растет дерево высотой в восемь тысяч восемьсот миль («Hindoos», «Индусы» Уорда, Т. III, с. 3). – Д.Ш.

Вернуться

60

Согласно «Махабхарате», когда Суры и Асуры (боги и дайтьи, или «демоны») с помощью пахтания океана добыли Амриту, или «нектар бессмертия», между ними разгорелся ожесточенный спор о владении ею; но Вишну удалось добыть ее для Суров. Раху, демон, под маской Сура, собирался выпить напиток, когда, извещенный об этом Солнцем и Луной, только что упомянутый бог ударом своего Чакрама отрубил демону голову, которая, взлетев на небо, с тех пор хранит неугасимую ненависть к двум светилам, предавшим его, и время от времени проглатывает Солнце или Луну». – Э.T.

Вернуться

61

Правильное название небес Брахмы – Satya loka, Сатья-лока, «мир истины».

Вернуться

62

Слова между звездочками отсутствуют в рукописях. – Д.Ш.

Вернуться

63

Нет в рукописях. – Д.Ш.

Вернуться

64

Особое внимание будет уделено мусульманским ученым в дальнейшем. – Э.Т.

Вернуться

65

На санскрите Krita Yuga, Крита-Юга и Satya Yuga, Сатья-Юга, «праведный век». – Д.Ш.

Вернуться

66

Treta Yuga, от trai, трай, «сохранять».

Вернуться

67

Dvapara Yuga, от два – «два» и пара – «после, последующий».

Вернуться

68

Начало Кали-Юги приходится примерно на 3001 год до начала христианской эры. – Д.Ш.

Вернуться

69

Более подробное описание занятий некоторых божеств мужского и женского пола см. в «Hindu Pantheon», «Индуистском пантеоне» Мура, с. 333; а также с. 52 и 54. – Д.Ш.

Вернуться

70

Месяц смертных – это день и ночь Питрисов, или Патриархов, населяющих Луну, и потому месяц разделен на две половины; половина, начинающаяся с полнолуния, является их днем для дел, а с новолуния начинается их ночь для сна.

Вернуться

71

Год смертных – это день и ночь богов, или правителей вселенной, сидящих вокруг северного полюса; разделение таково: их день – это северный ход Солнца, а ночь – южный. – Д. Ш. Узнайте, какова продолжительность дня и ночи Брахмы, а также нескольких эпох, которые он упомянет в порядке следования: Мудрецы дали имя Крита эпохе, продолжавшейся четыре тысячи лет существования богов; сумерки, предшествовавшие ей, состоят из стольких же веков, и сумерки, следующие за ней, – из того же числа. В трех других эпохах с их сумерками, предшествующими и последующими, тысячи и сотни уменьшаются на единицу. Если сложить вместе божественные годы в четырех только что перечисленных эпохах, их сумма, или двенадцать тысяч, называется эпохой богов. И, насчитав тысячу таких божественных эпох, можно узнать, каков день Брахмы; его ночь имеет такую же продолжительность. Вышеупомянутый возраст богов, или две тысячи их лет, умноженный на семьдесят один, составляет Манвантару, или царствование Ману. Существует бесчисленное множество Манвантар, сотворения и разрушения миров также бесчисленны. Существо в высшей степени возвышенное совершает все это с таким же усердием, как в спорте; снова и снова ради дарования счастья (Хаутон, «Mаnu», c. 11, 12, 13). – Д.Ш.

Вернуться

72

В рукописи опущены все слова «малые солнечные тела», обратите внимание на звездочки. – Д.Ш.

Вернуться

73

Мунджи – разновидность травы, из ее волокон образуется нить, из которой должна быть образована тройная нить, которую носит брахман («Saccharum munja, Rox.», «Словарь Санскрита» Уилсона) – Д.Ш.

Вернуться

74

Уорд перечисляет только десять Саншар, или «церемоний»: Гарбха-дхана, Пунгсавана, Симонтон наяна, Джата-карма, Нишкраана, Нишкрамана, Ната-карана, Анна-прасана, Чура-карана, Упанайана и Виваха (Т. III. с. 71).

Вернуться

75

Приведенная выше интерпретация неверна; название церемонии garbhadhana происходит от Гарбха, «зародыш», и адхан, «взятие»; согласно «Словарю» Уилсона, это церемония, совершаемая до зачатия; но, согласно Уорду, через четыре месяца после зачатия должна быть совершена церемония, включающая сакральный огонь, поклонение Шалграме и всем формам Нанди-Мукха-Шраддха. Шалграма (от шал, «движение, сотрясение» и грама, «деревня») атитес, или «орлиный камень», черный, полый и почти круглый, как говорят, привезенный с горы Гандаки в Непале, – это символ Вишну (см. Уорд, Т. I, с. 283-4-5). – Д.Ш.

Вернуться

76

Pungsavana, религиозный и домашний праздник, проводимый в день, когда мать замечает первые признаки жизни зародыша; от пунг, «человек», шу, «вынашивать». Нанди-Мукха-Шраддха, погребальные обряды, проводимые в радостных случаях, таких как инициация, свадьба и т.д.; в них девять мясных шариков предлагаются умершему отцу, дедушке по отцовской линии и прадедушке, дедушке по материнской линии, прадедушке и прапрадедушке, матери, бабушке по отцовской линии, и прабабушке по отцовской линии; от нанди, «удача», и мукха, «главный».

Вернуться

77

Simantonnayana, очистительная и жертвенная церемония, которую соблюдают женщины на четвертом, шестом или восьмом месяце беременности: от симанта – «часть волос» и уннаяна – «приведение в порядок», что составляет неотъемлемую часть церемонии (Уилсон).

Вернуться

78

Jata karma, о т джата, «рожденный», и карма, действие, совершаемое в момент рождения, в котором совершаются Шрадаха, огненное жертвоприношение, и другие церемонии, занимающие около двух часов, а затем пуповина перерезается (Уорд, Т. III, с. 73).

Вернуться

79

Namakarana, от наман, «имя», и кри, «создавать» («Словарь» Уилсона). Первая часть сложного имени брахмана должна указывать на святость, у кшатрия – на власть, у вайшью – на богатство, а у шудры – на презрение. Вторая часть имени священника может означать достаток, солдата – сохранение, купца – питание, слуги – смиренное присутствие. Имена должны быть приятными, мягкими, ясными, пленяющими воображение, благоприятными, оканчивающимися на долгие гласные, напоминающими слова благословения (Хаутон, «Menu», c. 25).

Вернуться

80

Niskramana, от нир, «вперед», и крам, «шагать»; выносят ребенка из дома, чтобы он мог увидеть Солнце, и возносят прошения о долгой жизни и благополучии ребенка.

Вернуться

81

Ana prasana, от ана, «питание», и прасана, «кормление» («Словарь» Уорда). «На шестом месяце ребенка следует кормить рисом, или может быть сделано то, что, по обычаю семьи, может быть сочтено наиболее благоприятным» (MS, с. 25). Есть богиня Анна перена у римлян, Анна-пурна у индусов, от анна, «раса» и пурна, «наполнить» (см. «As.Res.» («Азиатские исследования»), Т. VII, с. 69, 85).

Вернуться

82

Cudakarana, от чуда – «единственный локон волос, оставленный на макушке головы при церемонии первой стрижки», и карана – «акт «совершения».

Вернуться

83

Sutra, Сутра, «нить в целом, веревка или набор нитей», как те, что носят три первых класса. (Уилсон).

Вернуться

84

Munja, Мунджа, «своего рода трава» из волокон которой изготавливается веревка, тройная нить, которую носит брахман (Saccharum Munja, Уилсон).

Вернуться

85

Darbha, Дарбха, куса или «жертвенная трава» (Уилсон). Пояс жреца должен быть сделан из Мунджи, из тройного шнура, гладкого и мягкого; у воина должна быть тетива Мурва, а у купца – тройная нить Сана. Если Мунджа не может быть добыта, их нити должны быть сформированы соответственно из трав куса асмантака, валваджа, тройными рядами, с одним, тремя или пятью узлами, в соответствии с семейным обычаем (MS., c. 26).

Вернуться

86

Жертвенная нить брахмана должна быть сделана из хлопка, чтобы ее можно было надеть через голову, в три нити; у кшатрия – только из нити Сана; у вайшью – из шерстяной нити (MS, с. 27).

Вернуться

87

Yajnopavita, или «жертвенная нить», которую первоначально носили три основных касты индусов; в настоящее время, из-за утраты чистых представителей каст кшатриев и вайшью в Бенгалии, обычай соблюдается только кастой брахманов; от ягья, «жертва», и «упауита», «нить».

Вернуться

88

Go dana, Го-дана, от го, «корова» и дана – «подарок».

Вернуться

89

Возможно asana panca или panca tantra, асана панча или панча тантра, «пять вещей».

Вернуться

90

Vivaha, Виваха.

Вернуться

91

Pinda prajava, пинда-прадана, от пинда, «погребальный пирог, подношение умершим предкам», совершается в нескольких шраддхах от «ближайшего оставшегося в живых родственника», и прадан, «акт дарения».

Вернуться

92

Magha, магха – индуистское название месяца, начинающегося, когда Солнце входит в знак Козерога (январь-февраль).

Вернуться

93

Dana phala, дана-пхал, от дана, «дар», и пхал, «фрукт».

Вернуться

94

Siva ratri, Шива-ратри, от Шива, «бог Шива», разрушитель и восстановитель, третье лицо индуистской триады, и ратри, «ночь», являющаяся ночью четырнадцатого дня убывающей Луны в месяце Магха, или Магха-пхалгуна, в строгий пост с особыми церемониями в честь Шивалингама, или Фаллоса («As. Res.», Т. III. с. 274).

Вернуться

95

Phani, Пхани, от Пхана, «расширенный капюшон или горловина Cobra di Capello» (Уилсон).

Вернуться

96

Более подробное изложение см. Уорд, «Hindoos», «Индусы», Т. II. с. 29 и т. д. Изложение, приведенное в «Дабистане», неточно, не согласуется ни с «Menu», ни с Уордом. В «Ману» это выглядит следующим образом (I. II. sl. 58): «Пусть брахман всегда совершает омовение чистой частью своей руки, как это обозначено в «Ведах», т.е. частью, посвященной Господу, или той, что посвящена богам; но никогда частью, обозначенной от названия Питрис (sl. 59). Чистая часть под корнем большого пальца называется Брахма; та, что у корня мизинца, называется Сайя, а на кончиках пальцев – Дайви, и часть между большим и указательным пальцами, – Питрия, (sl. 60). Пусть он трижды глотнет воды, затем дважды вытрите ему рот, и, наконец, коснитесь водой шести полостей (или его глаз, ушей и ноздрей), его груди и головы (61). Тот, кто знает закон и стремится к чистоте, всегда будет совершать свое омовение чистой частью своей руки и водой, не горячей и не холодной, останавливаясь в уединенном месте и поворачиваясь на восток или север (62). Брахман очищается водой, достигающей его груди, кшатрий – водой, достигающей его горла, вайшью – с помощью воды, едва взятой в рот, шудра – с помощью воды, впитанной краем губ – Д.Ш.

Вернуться

97

Этот обряд называется Ачамана, его выполняют, набирая воду в ладонь правой руки три раза и выпивая ее по мере того, как она стекает к запястью; затем правой рукой брахман должен коснуться своих губ, носа, ушей, пупка, груди, лба и плеч, повторяя молитву, снова моет руки и выполняет Ачаману; повторяет молитву; затем, сев лицом на север или восток, перед восходом солнца, чистит зубы концом зеленой палочки длиной около шести или семи дюймов. Если он почистит зубы после восхода солнца, в следующем рождении он родится насекомым, питающимся навозом. Теперь он должен смыть со своего лица отметину на лбу, сделанную накануне, наконец, он кладет сухую свежевыстиранную ткань вокруг своих чресл и садится, здесь позволяется ему очистить свою пойту, прополоскав ее в воде, затем, взяв в руку немного земли и разбавив ее водой, кладет средний палец своей правой руки на эту землю и проводите линию от своих глаз до верхней части лба; затем проводит тремя указательными пальцами по своему лбу, делает круглую точку мизинцем в центре на макушке головы и еще одну на верхней части своего носа, и пятно на своем горле. И т.д., и т. п. (Уорд, Т. II. c. 31). – Д.Ш.

Вернуться

98

Сандхья, брахман должен произнести много молитв, излить воду различным богам, повторить определенные формы молитвы в честь Солнца, которому он должен поклоняться, и повторить Гаятри; затем набрать воды в свою Кошу (маленькую медную чашу) и возлить ее своим умершим предкам; после чего он должен вернуться домой и прочитать часть Вед (Уорд, Т. II. с. 31, 32). Гаятри здесь обозначает священный стих из Вед, который следует произносить только мысленно, но обычно Гаятри почитают и считают богиней, метафорической матерью трех высших каст, из-за их способности дважды рождаться наделяемых священной отличительной нитью и считаться снова рожденными. Это всего лишь одна из Гаятри Вед, но, согласно системе тантриков, ряд мистических стихов называется Гаятри, и у каждого божества есть по одному стиху. От Гайи, которая поет, и Трай, «сохраняющей». – Д.Ш.

Вернуться

99

Мы читаем в «Трактате» Коулброка о «Ведах» («As. Res.» («Азиатские исследования»), Т. VIll. с. 370) следующее: «Хорошо известно, что индусы верят, что первоначально Веды были открыты Брахмой и сохранялась традицией, пока они не были приведены в порядок, как в их нынешнем виде, мудрецом, который из-за этого получил прозвище Вьяса, или Веда Вьяса, то есть „составитель Вед“. Он разделил индийское священное писание на четыре части, каждая из которых озаглавлена Риг, Яджур, Сама и Атхарва, и каждая из которых носит общее название Веда». После размышлений о том, является ли четвертая Веда более поздней, чем три другие, знаменитый индианист приходит к выводу (с. 372), что три первые упомянутые Веды являются тремя основными частями Вед, что Атхарва обычно признается четвертой, и что мифологические поэмы, озаглавленные Итихасы и Пураны, считаются дополнением к священному писанию и, как таковые, составляют пятую Веду. Он говорит далее (там же, с. 378): «Каждая Веда состоит из двух частей, называемых мантрами и брахманами, или молитвами и предписаниями. Полное собрание гимнов, молитв и обращений, принадлежащих одной Веде, называется Самхита. Все части индийских священных писаний имеют одинаковую главу о божественности (брахмана). Она включает в себя предписания, которые определяют религиозные обязанности, максимы, которые объясняют эти заповеди, и аргументы, которые относятся к теологии. Теология индийского священного писания, охватывающая аргументативную часть, озаглавленную „Веданта“, содержится в трактатах, называемых „Упанишады“». – Э. Т. У индусов, кроме того, есть «Упаведы». Упа – это предубеждение, привносящее сходство в меньшей степени, и веда, от вида «знание». Четыре «Упаведы» включают в себя «Аюр», посвященную медицине, взятую из Риг-Веды, «Гандхарву» посвященный музыке, из Сама-Веды, «Дхану», посвященную военной тактике, из Яджур-Веды, и «Сильпа», посвященную механике, из Атхарва-Веды. Индуистское учение состоит из шести разделов, называемых анги, то есть «части» или «члены». Шесть анг: Шикша по произношению, Каппа по церемониям, Вьякарана по грамматике, Чхандас по просодии и стихам, Джьотиша по астрономии и Нирукта – объяснение трудных слов и т. д. в Ведах. Эти подразделения, зависящие от Вед, также называются «Ведангами». Индусы насчитывают, кроме того, четыре второстепенных раздела науки, называемых Упангами, это Пураны, или поэтические истории, Ньяя, посвященная этике, Миманса, посвященная божественной мудрости и церемониям, и Дхарма-шастра или гражданское и каноническое право (Уорд, Т. IV. с. 55). – Д.Ш.

Вернуться

100

Йоджана Гандхи («Словарь» Уилсона) – это имя Сатьявати, матери мудреца и поэта Вьясы. Вьясе приписывается великая эпическая поэма «Махбхдрата», посвященная войнам между Кауравами и Пандавами, когда погибло более семи миллионов человек. О рождении Вьясы, который разделил «Веды» на восемнадцать частей, написал восемнадцать Пуран, восемнадцать «Упапуран», «Калкипурану», «Махабхарату», «Экамрапурану», «Веданту даршану» и основал учение Веданты, рассказывается в «Махабхарате», написанной им самим (Уорд, Т. III. c. 12). – Д.Ш.

Вернуться

101

Вьясе приписывается великая эпическая поэма «Махбхдрата», посвященная войнам между Кауравами и Пандавами, когда погибло более семи миллионов человек. О рождении Вьясы, который разделил «Веды» на восемнадцать частей, написал восемнадцать Пуран, восемнадцать «Упапуран», «Калкипурану», «Махабхарату», «Экамрапурану», «Веданту даршану» и основал учение Веданты, рассказывается в «Махабхарате», написанной им самим (Уорд, Т. III. c. 12). – Д.Ш.

Вернуться

102

Шантану, четвертый принц по наследству от Самбараны, сына Рикши, чье правление началось ближе к началу Кали-Юги. (Уорд, Т. III, с. 21—22). – Д. Ш. Согласно сэру У. Джонсу («Труды», IV. с. 32) и «Словарю» Уилсона (sub voce), Шантану был двадцать первым владыкой лунной династии в третью эпоху; он был сыном Пратипа и внуком Рикши (см. также «Вишнупурана», перевод Уилсона, с. 457. – Э.Т.

Вернуться

103

Благодаря Кунти появились пять принцев Пандавов, рожденных от стольких же богов; имена принцев были Юдхиштхира, Бхимасена, Арджуна, Накула и Сахадева. Панду не мог иметь детей из-за проклятия супружеских отношений и получил вышеупомянутых пятерых сыновей через своих двух жен Кунти и Мадри (Уорд, Т. III. с. 22). – Д.Ш.

Вернуться

104

Парашара; этот философ описывается как очень старый человек в одежде монаха. Его обвиняют в позорной интриге с дочерью рыбака; чтобы скрыть свою любовь к ней, он напустил сильный туман на место своего уединения с ней. Веда Вьяса, собиратель Вед, был плодом этого уединения (Уорд, Т. IV. с. 40). – Д.Ш.

Вернуться

105

Одна из тридцати восьми частей Центральной Индии (Уорд, Т. III, с. Ix). – Д.Ш.

Вернуться

106

Ахалья («Вишнупурана», перевод Уилсона, с. 434) была дочерью Бахвасвы и женой Гаутамы. – Э.Т.

Вернуться

107

В «Законах Ману» (I. III. сл. 21.) перечислены восемь форм брака, а именно: форма брака Брахмы, дэвов (богов), риши (святых), праджапати (творцов), асуров (демонов), гандхарвов (небесных музыкантов), ракшасов (великанов) и пишачей (вампиров). Шесть первых в прямом порядке некоторые считают действительными для брахмана, четыре последних – для кшатрия, и те же четыре, за исключением брака ракшасов, для купца и человека из класса шудр. Некоторые считают, что четыре первых разрешены только для священников, одна, для ракшасов, подходят для воинов, и одна, для асуров, подходит для купцов и шудр, но в этом кодексе три из пяти последних считаются законными, а два незаконными: церемонии ракшасов и асуров никогда не должны применяться. – Э.Т.

Вернуться

108

По мнению г-на Уилсона, это когда жених отдает невесте, ее отцу и отцовским родственникам столько, сколько может себе позволить. Согласно Уорду, это когда деньги получают в обмен на невесту. В тех случаях, когда подарок делается отцу девушки, каста юноши не очень уважаема. В самых уважаемых браках отец не только отдает свою дочь без вознаграждения, но и несет расходы на свадьбу, дарит украшения, товары, скот и деньги жениху (Уорд, Т. III, c. 163—168). Уорд упоминает восемь видов брака: 1. Брахма, когда девушку отдают брахману без вознаграждения. 2. Дайва, когда она преподносится в дар при завершении жертвоприношения. 3. Арша, когда отец девушки получает двух коров. 4. Праджапатья, когда девушку отдают кому-либо по просьбе брахмана. 5. Асура, как указано выше. 6. Гандхарва. 7.Ракшаша. 8. Пишача (Уорд, там же). – Д.Ш.

Вернуться

109

См. о брачных обычаях индусов: « О религиозных церемониях индусов и особенно брахманов» / «Эссе» III. Коулброка; Esq.; «As. Res.» («Азиатские исследования»), T. II. c. 288, Калькуттское издание, а также: «Maeurs institutions et ceremonies des peuples de l’inde» (франц., «Основные институты и церемонии народов Индии») г-на аббата Дюбуа, Т.I. ч. VI. c. 284—326. Париж, 1825.

Вернуться

110

Этот отрывок является почти дословным переводом из книги «Hetopades», с. 79: «Три крора с половиной волос на человеке; Вот так долго будет жить в раю та, кто последует за своим господином. Как ловец змей насильно вытаскивает змею из норы, Так и она, взяв мужа, возносится с ним в небеса. Любящая жена, которая на погребальном костре обняла своего бездыханного Мужа, действительно оставляет свое тело. Но, взяв своего мужа, совершившего много грехов – даже сто раз по сто тысяч, – Она отправляется в обитель богов». – Д.Ш.

Вернуться

111

Известно, что жертвоприношение вдов было отменено в 1834 году во всех индийских провинциях, находящихся под управлением и под влиянием английских властей, лордом Уильямом Бентинком, генерал-губернатором Индии. – Э.T.

Вернуться

112

Kundam, отверстие в земле для приема и сохранения освященного огня (Уилсон). Часть жертвоприношения, называемого Ягья, но часто совершается отдельно. Предлагаются такие продукты, как топленое масло, кунжут, цветы, рис, сваренный в молоке и подслащенный медом, трава дурва, листья вильвы и нежные ветви длиной в половину пяди ашватты (ficus rcligiosa), думвары (ficus racemosa), палаши (butea frondosea), акунда (asclepias gigantea), шарни (mimosa albida) и кладира (mimosa catechu) (см. Уорд, Т. II. с. 58). – Д. Ш.

Вернуться

113

Arani, арани, растение, которое специально используется для разведения огня, – это Premna spinosa («Словарь» Уилсона).

Вернуться

114

Возможно, khadira, хадира, (mimosa catechu).

Вернуться

115

Udamvara, удамвара, фикус клубочковый (ficus glomerosa, Rox.).

Вернуться

116

Sami, сами (acacia suma, Rox.).

Вернуться

117

Ddurva, полевица, обычно называемая (Panicum dactylon) («Словарь» Уилсона).

Вернуться

118

Вероятно, дерево с черными цветами, возможно, kala skandha, кала-скандха, разновидность черного дерева; или ламала с темными цветами.

Вернуться

119

Agnistoma, согласно «Словарю» Уилсона, жертвоприношение или, скорее, ряд жертвоприношений огню в течение пяти дней, отмечаемых весной, от Агни, «божество, повелевающее огнем», и слома, «приношение».

Вернуться

120

Возможно, yugmakam, йугмакам, «пара». – Э.Т.

Вернуться

121

Vajapeya от вадж, «уксусное брожение муки и воды», и пейя, для питья богов.

Вернуться

122

Jyotistoma, от джиойтиш, «свет», стома, «приношение»; особое жертвоприношение, для которого требовалось шестнадцать священников.

Вернуться

123

Panjahoma, от панджа, «пять» и хома, «зажжение огня».

Вернуться

124

Месяцы названы так по названиям определенных Накшатр, или двадцати семи звездных домов, два и одна четверть каждого из которых составляет каждый знак Зодиака. Солнце проходит через эти знаки за двенадцать месяцев, а Луна через каждый знак за два дня с четвертью. Магха называется так от десятой Накшатры Магхи, представленной домом Вайшака или Вишакха, шестнадцатой, представленной гирляндой, а Маргаширша от пятой, Мрига-шираш, или головы антилопы. – Д.Ш.

Вернуться

125

Здесь заканчивается перевод Д. Ши, с. 201, Т. 9 Калькуттского издания.

Вернуться

126

Согласно «Законам Ману» (гл. VII, сл. 94—95): «Воин, который, убоявшись и оборотившись спиною, случайно будет убит неприятелями в сражении, пусть возьмет на себя весь грех командира, какой бы он ни был, а полководец возьмет себе плод всех добрых поступков, которые солдат, повернувшийся спиной и убитый, заранее припас для будущей жизни» (перевод сэра У. Джонса).

Вернуться

127

Ману (там же, гл. VIII. сл. 304 —305) определяет воздаяние или наказание за добро или злодеяния следующим образом: «Шестая часть награды за добродетельные дела, совершенные всем народом, принадлежит царю, который им покровительствует; но, если он не покровительствует добрым делам, шестая часть беззакония всего народа ляжет на него». Законодатель удваивает размер наказания дурному царю в следующем слоке (308): «Того царя, который не оказывает покровительства, но берет шестую часть зерна в качестве своего дохода, мудрецы считали государем, который притягивает к себе мерзость своего народа».

Вернуться

128

К сожалению, автор не указал точное место в «Смрити», где предписывается жертвоприношение вдов.

Вернуться

129

Ksanam Uttamam, Верховный Брахма в наиболее широком понимании, это существительное среднего рода (Брахме или Брахма), тот же термин (Брахма), принадлежит трем богам, составляющим нашу личность.

Вернуться

130

Maya.

Вернуться

131

Jivatma, жизненный принцип или дух.

Вернуться

132

В тексте говорится: «…по этой причине, чтобы освободиться от него, они используют слово nafs нафс, возможно na fasad, на фесад, неискаженный, это, конечно, относится к персидскому, но не к санскритскому термину.

Вернуться

133

Jagaravastha.

Вернуться

134

Svapnavastha, состояние сна наиболее применимое к жизни, или незнание мирской иллюзии.

Вернуться

135

Susvapnavastha, фантастические представления индусов о состояниях воплощенной души, конечно, не всегда выражается одинаково. Состояний души всего три: бодрствование, сновидения и глубокий сон; к ним можно добавить четвертое, состояние смерти, и пятое, состояние транса, обморока или ступора, которое является промежуточным между глубоким сном и смертью (как бы полу-смертью), поскольку сновидение находится между бодрствованием и глубоким сном. В этом среднем состоянии сновидения существует причудливый ход событий, иллюзорное творение, которое, однако, свидетельствует о существовании разумной души. В глубоком сне душа удаляется к Всевышнему через артерии перикарда» (Коулброк, «Эссе о религии и философии индусов», Transact., of the R. A. S. of Great Brit, and Irel., Т. II. Ч. 1. с. 23).

Вернуться

136

Автор использует здесь и в других местах арабское слово ghflt, гхафалат, которое, помимо перечисленных в словаре значений небрежность, праздность, неосмотрительность, забывчивость, невнимательность и т.д., также имеет значение невежество, иллюзия; все это охватывается санскритским словом maya, передача которого, я почти не сомневаюсь, была намерением автора.

Вернуться

137

Jnani, джняни.

Вернуться

138

Tabovastha, состояние движения, от тарба, двигаться. Это название обычно не встречается в трудах ведантистов по этому предмету.

Вернуться

139

Mukti, «окончательное блаженство».

Вернуться

140

Svamiprema.

Вернуться

141

Saraprema.

Вернуться

142

Svayukti.

Вернуться

143

Paramatma.

Вернуться

144

Yogi, преданный, аскет в целом.

Вернуться

145

Namah.

Вернуться

146

Yogi, преданный, аскет.

Вернуться

147

Mantrah.

Вернуться

148

Homah.

Вернуться

149

Dandavat.

Вернуться

150

Возможно, Бхартрихари.

Вернуться

151

Devarcaka.

Вернуться

152

Кашмир, провинция Северного Индостана, расположенная главным образом между 34 и 35 градусами северной широты (Гамильтоновский «E. India Gazeteer», «Справочник Восточной Индии»).

Вернуться

153

Киштовар – город в провинции Лахор, называемый также Трилокнатх, расположенный недалеко от южной гряды Кашмирских холмов, в 94 милях к востоку-юго- востоку от города Кашмир, 34,7 с.ш., 75,20 в.д. (Гамильтоновский географический справочник Восточной Индии).

Вернуться

154

Нагарикот, или Кот-Каунгра (Ката-Ханхара), мощная крепость в провинции Лахор, в 122 милях к востоку – северо-востоку от города Лахор, 32,20 с.ш., 73,42 в.д.

Вернуться

155

Кабул, столица провинции Кабул, Афганистан. 34,31 с.ш., 68,34 в. д. (Гамильтоновский географический справочник Восточной Индии).

Вернуться

156

Джелалабад, город в провинции Кабул, в 73 милях к юго-востоку от города Кабул, 34⁰ 6» с.ш., 69⁰ 46» в.д. – (Гамильтон, «E. India Gazetteer»).

Вернуться

157

Пешавар, «форпост», афганский город в провинции Кабул. 33⁰ 22» с.ш., 76⁰ 37» в.д. (Там же).

Вернуться

158

См. о Нанаке далее.

Вернуться

159

Kayastha, обычно это каста писателей, происходящая от отца-кшатрия и матери-шудры (Уилсон).

Вернуться

160

Шах Валиулла, или Шамс Валиулла является автором хиндустанских стихов, оригинальный текст которых был опубликован в 1834 г., а французский перевод части из них в 1836 г. выполнен г-ном Гарсеном де Тасси. По словам этого ученого-индианиста (см. предисловие к тексту, с. 10, 11), Вали родился в Сурате; он писал примерно в середине XVIII века, был известен в Индии, Иране и Туране. Он тот же, что и вышеупомянутый Вали? До тех пор, пока мы не будем лучше информированы, можно сказать лишь то, что один был современником другого.

Вернуться

161

Система философии, в которой точность расчета соблюдается при перечислении ее принципов, называется Sank’hya; этот термин понимается как означающий, в соответствии с обычным значением Sank’hya, «число» и, следовательно, предполагается его аналогия с пифагорейской философией. Но это название может означать, что это учение основано на применении суждения, ибо слово, от которого оно образовано, означает «рассуждение» или «размышление»; и эта интерпретация его значения подтверждается отрывком из «Бхараты», где говорится об этой группе философов: «Они осуществляют суждение (Sank’hya), и обсуждают природу и другие двадцать четыре принципа, и поэтому называются Sank’hya» (Коулбрук о философии индусов, «Transact. of the R. A. Soc. of Great Br. and Irel.», «Труды Королевского азиатского общества Великобритании и Ирландии», Т. I. Ч. I. с. 20).

Вернуться

162

Пуруша, в соответствии с книгой «Законы Ману» (l. I. sl. 11), принимается как «божественный человек», или как сам Брахма; вообще это слово обозначает воплощенную душу.

Вернуться

163

Пракрити – это слово высочайшего значения у индуистских философов. В своем точном смысле оно означает «то, что первично», «то, что предшествует тому, что сделано»; от pra «до» и kri «сделать». Пракрити Sank’hya – это первичная, тонкая, универсальная субстанция, претерпевающая изменения благодаря своей собственной энергии и по особому мотиву, благодаря которому она проявляется как индивидуальная и формальная субстанция, изменяющаяся в соответствии с преобладанием качеств, которые уравновешены и инертны в родителе, и неравномерны и активны в потомстве (см. «Sank’hya Karika», перевод Коулбрука, комментарий профессора. Уилсона, с. 80—83). Автор «Дабистана» в приведенном выше отрывке приписывает Пракрити значение, принадлежащее майе, «иллюзии». Санкхья обычно не смешивает значения этих двух слов, поскольку они утверждают реальность существующих вещей; но ведантисты и пуранисты (или последователи Пуран) рассматривают творение как заблуждение или как игру Творца, то есть как Майю. Пракритти переводится Колбруком как «природа», иногда как «материя». Профессор Лассен переводит это слово как «производительница».

Вернуться

164

Pncakalusani.

Вернуться

165

В персидском тексте есть avdya, audija.

Вернуться

166

Asmta, Ismata, возможно, Ishmata, «желание», от Ish, «желать».

Вернуться

167

Raga, психическая привязанность в целом.

Вернуться

168

В оригинале есть dvysh, davish.

Вернуться

169

В Калькуттском издании читается как abhvishh, абхвеша. Я вынужден заменить это на avive cana и должен отметить, что исходный текст здесь, в его наименованиях и определениях, оказывается более неверным, чем в других местах. Согласно хорошо известному учению Санкхья, препятствиями разума, которые здесь следует указать, являются «заблуждение, тщеславие, страсть, ненависть и страх»; которые по отдельности называются темнотой, иллюзией, крайней иллюзией, мраком и кромешной тьмой (Перевод R.A.S., т. I, с. 33).

Вернуться

170

Vrttayah.

Вернуться

171

Mitrata, дружба.

Вернуться

172

Karuṇa, нежность, жалость.

Вернуться

173

Mada, радость, удовольствие.

Вернуться

174

Upeksa, выносливость, терпение.

Вернуться

175

Это изложение философии Sank’hya может показаться очень неполным в целом и неверным в некоторых приведенных подробностях. Я перечислю основные категории этой философии, которые с небольшими вариациями приняты всеми школами индуистской философии и на которые постоянно ссылаются.

(См. цитируемую работу «Sánk’hyá Kárika», переведенную Коулбруком и прокомментированную профессором Уилсоном, с. 16 – 17, и в других местах.)

Вернуться

176

Ish.

Вернуться

177

Jiva.

Вернуться

178

Abhyasayoga, практика частого и многократного созерцания какого-либо божества или абстрактного духа, многократное воспоминание и т. д.

Вернуться

179

Yogaḥ, среди множества значений имеет значение «религиозное упражнение».

Вернуться

180

Abhyasa, означает, собственно, «постоянное, вечное повторение».

Вернуться

181

Yama, религиозное ограничение или обязательство.

Вернуться

182

Niyama или niyama, любые религиозные обряды, добровольно практикуемые.

Вернуться

183

Asana, сидение в определенной позе, как принято у преданных; перечислено восемьдесят четыре вида.

Вернуться

184

Pranayamah, своеобразное дыхание через ноздри во время мысленного повторения имен или атрибутов какого-либо божества.

Вернуться

185

Pratyaharah, абстракция; бесчувственность; сдерживание органов, чтобы быть безразличным к неприятному или приятному возбуждению.

Вернуться

186

Dharanam, стойкость; удерживая ум собранным, дыхание приостановленным и все естественные потребности сдерживаемыми; устойчивая неподвижная абстракция.

Вернуться

187

Dhyanam, медитация; отражение; мысленное представление личных качеств божества, которому адресовано поклонение.

Вернуться

188

Samadharana, см. дхарана; сама – нечувствительный.

Вернуться

189

Ahiṃsa, непричинение вреда, одна из основных добродетелей большинства индуистских сект.

Вернуться

190

Satyam.

Вернуться

191

Asteyam.

Вернуться

192

Brahmacari, религиозный ученик, аскет определенного класса.

Вернуться

193

Apragraha.

Вернуться

194

Tapasa.

Вернуться

195

Japa, бормотание молитв.

Вернуться

196

Sama.

Вернуться

197

Suaci.

Вернуться

198

Isapuja.

Вернуться

199

См. значение дхараны, взятое из «Словаря» Уилсона, и примечание 6, с. 125.

Вернуться

200

Aloka, Небеса.

Вернуться

201

Gorakhanatha, имя, принятое классом йогов («Словарь» Уилсона, sub voce, natha).

Вернуться

202

Возможно, Macarcika Natha, Мачарчика Натха, «господин совершенства или счастья».

Вернуться

203

Вероятно, Cudankanatha, Chudanka Natha, «повелитель украшения на макушке».

Вернуться

204

Профессор Уилсон (см. его «Очерк о религиозных верованиях индусов», в XVI томе As. Res., с. 1 – 136) перечислил религиозные группы индусов, как они были описаны автором «Sankara Vijaya», «Шанкара Виджая», вероятно, в VIII веке нашей эры, к которому он добавил перечисление нынешних подразделений этого народа, состоящего из трех больших классов: вайшнавов, шиваистов и шактистов. В «Дабистане» можно найти очень мало названий этих групп, хотя оба произведения в целом сходятся в изложении мнений, обрядов и обычаев различных религиозных групп; очертания их систем, по-видимому, оставались неизменными по крайней мере в течение последней тысячи лет, какие бы изменения ни претерпевали в деталях.

Вернуться

205

Панти происходит от санскритского pantin, пантин, «тот, кто идет дорогой». Этот термин встречается только в слове paripanthin, пари-пантхи, «противник».

Вернуться

206

Согласно «Шахнаме», Афрасиаб после многих сражений уступил удаче Кая Хосрова. Царь Турана сбежал к горе Берда, где спрятался в пещере. Случилось так, что Хум, потомок Феридуна, жил отшельником в той же пустыне: там он услышал ночью жалобный голос, в котором вскоре узнал голос Афрасиаба. Отшельник не погасил мстительную страсть в своей груди; он схватил и связал беглого царя и повел его, чтобы передать в руки Кая Хосрова. На берегу большой реки Хум, охваченный чувством жалости, он ослабил путы своего пленника, который воспользовался этими несколькими мгновениями свободы, чтобы сбежать, и нырнул в воду, где он оставался скрытым, как сказано выше, так что его нельзя было обнаружить. Кай Хосров, тем временем прибыл, чтобы лично забрать великого пленника, Хум посоветовал царю подвергнуть Горшивеза (брата Афрасиаба), который также был пленником в его руках, жестоким пыткам, чтобы стенания страдальца могли вытащить Афрасиаба из воды. Эта уловка удалась, и Афрасиаб был убит мечом Кая Хосрова.

Вернуться

207

Sapta cakrah. В лучших трактатах индуистских философов мы находим перечисление только шести чакр, или «кругов»; это следующие: 1. Муладхара, «место около лобка»; 2. Свадхстана, или «пупочная область»; 3. Манипура, «ямка желудка» или «эпигастрий»; 4. Анахата, «корень носа»; 5. Вишудха, «впадина между лобными пазухами»; 6. Аджначакра, «родничок, или соединение венечного и стреловидного швов». Этим чакрам или подразделениям приписываются различные способности и отношения с божествами и физическими элементами.

Вернуться

208

Muladhara.

Вернуться

209

Manthara, «взбивалка».

Вернуться

210

Nabhicakra

Вернуться

211

Manipura.

Вернуться

212

Kanṭa.

Вернуться

213

Bhuva.

Вернуться

214

Brahmanda, означает «яйцо Брахмы», с которым сравнивается земля и, возможно, как указано выше, голова.

Вернуться

215

Aditya, Pankila, Somana.

Вернуться

216

Эти слова имеют в персидском словаре значение, отличное от того, которое им приписывалось выше, и кажутся техническими терминами, относящимися к учению какой-то секты.

Вернуться

217

Prana, прана, – это дыхание, выдох и вдох. Apana, апана, – метеоризм, крепитация. Помимо этих двух ветров, индусы называют еще три ветра, а именно: Джамана, отрыжка, которая, как предполагается, необходима для пищеварения; Удана, проходящая из горла в голову, это пульсация артерий в голове, шее и висках; Вьяна, распространяющаяся по всему телу; это пульсация остальных поверхностных артерий и периодическая отечность внешних частей тела, указывающая на наличие воздуха в коже (см. «Vedanta Sara», издание Калькутты, с. 9; и «Sankhya Karita», цитируемая работа, с. 105).

Вернуться

218

Japa – это особая мантра, или мистическая формула, используемая тантристами, сущностью которой являются звуки H и S, поэтому она называется ханса-мантрой.

Вернуться

219

Kundali.

Вернуться

220

Maha asana.

Вернуться

221

Sada asana.

Вернуться

222

См. об этом, т. I. c. 80.

Вернуться

223

Danidi, нищий с посохом.

Вернуться

224

Avadhuta.

Вернуться

225

Juṭa.

Вернуться

226

Bhasma, «пепел», bhasmibhuta, «становление пеплом».

Вернуться

227

Sastra, от sasa, «управлять», приказ, приказ, институты религии, науки и т. д.

Вернуться

228

Anta.

Вернуться

229

Вышеупомянутым царем Персии, вероятно, был Аббас, сын шаха Мухаммеда Мирзы. Он начал царствовать в 1585 году, а умер в 1628 году, на 70-м году жизни. Его называли Великим, хотя его характер и жизнь были запятнаны пороками, хоть и слишком обычными для восточных князей. Ему наследовал его внук шах Суфи в 1627 г., умерший в 1641 г.; затем сын последнего, Аббас II, которому еще не исполнилось десяти лет, был провозглашен царем; во время, указанное выше, т.е. в 1643 г., ему было около двенадцати лет, и поэтому он не мог быть царем, которого описал Калин Бхарати, который мог очень легко, но за пятнадцать лет до упомянутой выше даты, увидеть Аббаса Великого, как он говорит, «полных лет».

Вернуться

230

Вероятно, sthataras.

Вернуться

231

Mauninas.

Вернуться

232

Maya Sakti

Вернуться

233

Rajas, «нечистота», согласно интерпретации Коулбрука и Уилсона.

Вернуться

234

Sattvaṃ, «благо».

Вернуться

235

Tamas, «тьма».

Вернуться

236

Согласно «Ваю-Пуране» (глава V), Брахма произошел от Раджаса, Вишну – от Саттвы, а Шива или Махадев – от Тамаса. Согласно «Санкхья карике» (sl. XIII): «Благость (Саттва) считается облегчающей и просвещающей; нечистота (Раджас), сиюминутной и универсальной; темнота (Тамас), тяжелой и обволакивающей. Подобно светильнику, они взаимодействуют ради цели (путем объединения противоположностей)».

Вернуться

237

Jagad amba.

Вернуться

238

Saṭ cakrah. См. перечисленные шесть кругов или областей человеческого тела (с. 131, примечания); здесь наименования трех последних подразделений отличаются от первых.

Вернуться

239

Svadhisthanam.

Вернуться

240

Hrid.

Вернуться

241

Sada.

Вернуться

242

Agni cakra.

Вернуться

243

Bhakta.

Вернуться

244

Agama, практика по священной науке в целом, и в частности по Тантре, или любая практика, проповедующая мистическое поклонение Шиве и шакти.

Вернуться

245

Ilanga, фаллос, или Шива, под этой эмблемой; оно означает также природу, или Пракрити, согласно философии Санкхья, которая рассматривает ее как активную силу в творении.

Вернуться

246

Bhaga

Вернуться

247

Kapala.

Вернуться

248

Balam, «суровость, кровь, сила, могущество».

Вернуться

249

Smasanam, «кладбище».

Вернуться

250

Sakti puja.

Вернуться

251

Kamada, «давать желаемое; исполнение желания».

Вернуться

252

Deva kanayah.

Вернуться

253

Nara meda.

Вернуться

254

Go meda.

Вернуться

255

Asva meda.

Вернуться

256

Kala deyam.

Вернуться

257

Isn, «акт жертвоприношения» и т.д.; от Isa, иша, «желать»; заменено на jna, yadjna, «приносить в жертву».

Вернуться