Мурад Реджепов
КАРОТАЖНИКИ

Подстава

День начинался просто отлично! Закончен последний “work meeting”. Сданы материалы по скважине и подписаны акты выполненных работ – итог двух бессонных ночей. Обсуждены оставшиеся рабочие вопросы. Все, всем, и друг другом довольны!

У меня не было желания спорить и портить благостную атмосферу совещания. Хотелось скорее уехать в отгул. Лишь в конце, ещё раз напомнил начальнику буровой, “мистеру” Джону, мужику в возрасте, а ля батя, о проблеме – сужении напротив глинистых пород. Прослеживалось это на нескольких диаграммах, и требовало максимального внимания в работе, а также спуска с проработкой в интервале.

С чувством исполненного долга направляюсь к двери. Едва выйдя из прохладного модуля, чувствую, как горячий воздух окружил меня со всех сторон. Вокруг изнуряющая жара и обжигающий зной песков. А навстречу мне, пошатываясь, бредёт группа загорелых мужиков криминального вида, с большими сумками в руках, сплошь покрытых татуировками. Что-то оживлённо обсуждают на ходу. О чём разговор не понятно, но каждое второе слово “фак”. Быстрым шагом выхожу через проходную лагеря и вижу еще одного такого красавца. Его под руки выгружают из подъехавшего автомобиля двое секьюрити. Видно, что над его лицом хорошо поработали профессиональные визажисты.

– Кто его так разукрасил, – спрашиваю у стоящего рядом водителя, – и за что?

– Этот чудак на букву “эм”, напился и приставал в кафе к девушке – официантке, – отвечает, закрывая дверь. – Вот его местные и отбучкали. Хорошо живой остался, австралиец хренов.

Теперь всё ясно. “Мистер” Джон говорил, что сегодня перевахтовка у буровиков. Канадцев, с которыми мы нормально проработали последние двое суток, должны были сменить. Значит это австралийцы. Не зря англичане туда всех своих уголовников ссылали. Чувствуется тяжёлая наследственность. С этими мыслями, запрыгиваю в ожидающий меня уазик.

– Погнали, – говорю водителю, – быстро!

По обеим сторонам громоздятся барханы. Пробитая через них гравийная дорога, через полчаса выводит на асфальт. Остановка у первого встречного дукана и… Лёгким движением откручивается крышка, первый глоток, потом ещё и ещё… Уходит напряжение последних дней, проходит усталость, жизнь вновь играет яркими красками. За открытым окном уазика, солнце заходит за деревья, по южному быстро темнеет, сумерки нагоняют тоску…Но тебе не грустно, ведь ты едешь домой…

Эту идиллию, на полпути до дома, прервал звонок диспетчера на сотовый.

– На буровой прихват, – услышал я в трубке, – быстро возвращайся! Партия с материалами уже выехала. На тебе руководство.

В ответ на попытки отказаться в матерных выражениях, показать характер по аналогии с членом – чем твёрже, тем лучше – услышал:

– Знаешь, характер, как и член, не всем надо показывать.

Я был страшно недоволен! Внутри все прямо клокотало от злости! Но…Всегда есть, но …

Следующим был звонок начальника управления.

– Ответственность за порученное дело – это опыт, чем больше опыта – тем более ответственным становится человек. А что такое опыт? Это стрессы – внештатные ситуации, из которых состоит наша работа. Короче, ты самый опытный и тебе расхлёбывать ситуацию на буровой. – И звуки отбоя в телефоне.

После короткой лекции руководства, оставалось только взять под козырёк.

– Разворачивай, – говорю удивлённому водителю, – давай назад, на буровую, быстро!

Ничего не сказав, только с намёком постучав себя по лбу, разворачивает машину. За что его уважаю – это умение молчать. Очень важная черта для человека, с которым проводишь в дороге часть жизни.

На буровую приезжаем глубокой ночью. Здороваюсь с ребятами из аварийной партии, которая уже пару часов ждёт на месте. Выясняется, что через проходную, на территорию лагеря нас не пускают – говорят ждите утра. Пройдёте инструктаж, потом “work meeting” – планёрка по-нашему, распишитесь в журнале по технике безопасности. А вот потом, можете заезжать на территорию и начинать работать.

Всё это, нам объясняет стоящий на проходной секьюрити, молодой парень. На просьбу вызвать “мистера” Джона, или кого-нибудь из руководства – получаем отказ. Связаться по рации, болтающейся у него на поясе – ответ, что “все уже спят”. Признаться, мы в шоке! Прихват инструмента, десятки миллионов долларов на кону, каждая минута на счету, а тут – “все спят”?!

Раз такое дело, мы тоже ложимся отдыхать, хотя уже светает. Часа через три, меня будит начальник партии – время утренней связи. Даём сводку за прошедший день и сегодняшнее утро – мол, мы давно на месте, но к работе не приступали. Умывшись, только собираемся перекусить, как прибегает представитель заказчика, с приглашением всех на завтрак в столовую. Вот за что уважаю инофирмы, так это за организацию рабочего питания. Шведский стол и четыре блюда на выбор. Из напитков чай, кофе и холодный компот.

Плотный перекус, плавно переходит в тренинг по технике безопасности. Проводит её, новый менеджер, местный кадр, видимо только прибывший на вахту. Среднего роста, черноволосый, с не загорелым лицом и чересчур серьёзным отношением к своей работе. По-моему, большинство тренингов как публичный дом без шлюх. Люди идут за сексом, а их учат правильно дрочить. Кретинизм объяснять, что нельзя в сапогах становиться на фарфоровый унитаз и показывать слайды с последствиями этого для промежности. Или указание носить всё время каску. Даже на совещаниях и тренинге! Даже в туалете!!

Затем следует планёрка у начальника буровой или по-ихнему супервайзера. Тут выясняется, что о прихвате сообщено в Дубайский офис и они ждут оттуда указаний. Но учитывая разницу во времени, это будет не раньше обеда. Пытаюсь объяснить, что нельзя ждать, авария усугубится и надо срочно начинать работы. Ссылаюсь на физику сольватации глин и свой опыт. Показываю диаграммы, где видно, как сужается диаметр ствола скважины во времени… Дохлый номер!

– Без указаний сверху, никаких работ, – сказано супервайзером на английском языке, но понятно и без перевода. – Заезжайте на территорию и ждите!

Ну и ладно! В начале девяностых прошлого века, пытался я устроиться на работу в одну инофирму. Прошёл два собеседования. На третье приехал региональный директор. Всё шло отлично до того момента, как он поинтересовался, что мы делаем с аппаратурой, отказавшей на скважине. Я ответил – в связи с удалённостью от баз, по мере возможности ремонтируем на месте. Сами. И что тут началось!

– Ни в коем случае, нельзя этого делать! Надо ждать указаний, а затем их выполнять! – Хватаясь за голову, говорил он, – ждать и выполнять!

На том и разошлись. Так что, ничего нового, улыбаемся и пашем. Показываем супервайзеру пальцами «окей» и уходим ждать указаний.

После обеда начинается оживлённое движение на буровой. Видимо получили добро из Дубаи. Однако многочисленные попытки, силой выдернуть инструмент, ни к чему не приводят. Нет и циркуляции раствора. Ближе к вечеру новый “work meeting” и после утверждения плана аварийных работ, в дело вступаем мы.

Много времени занимает заправка нашего кабеля через “Top drive”. Это так называемый верхний привод, устройство, которое обеспечивает вращение бурильной колонны. Поэтому результаты, по определению места где зажало трубы, получаем только к утру. Пока это пятьдесят метров от низа, а остальные три с половиной тысячи свободны. Выходим с предложением открутить на этом месте инструмент. Но тут выясняется, что нижняя часть компоновки, это LWD. Так называются приборы для исследования скважин во время бурения, стоимостью в несколько миллионов баксов. Опять ожидание указаний из Дубаи.

Поступает оно, почти через сутки, следующим утром, из штаб-квартиры подрядчика, находящейся в Хьюстоне, через заказчика в Дубаи. Нам предлагается восстановить циркуляцию, с помощью перфорации трубы над долотом. После утверждения нового плана аварийных работ, начинаем сборку малогабаритных перфораторов. Ближе к вечеру производим отстрел и – Ура, ура… – циркуляция появляется.

Буровики промывают скважину до утра, время от времени пытаясь выдернуть инструмент. Но всё неудачно. Ждём указаний.

Ещё через сутки, после нового определения места прихвата, выясняется, что теперь не свободны двести пятьдесят метров труб и пропала циркуляция раствора. Ещё немного остаётся до обсадной колонны и потом скважине хана – можно ликвидировать. Ждём.

Приходит указание, оборвать трубу шашечной торпедой в свободном месте. Спускаемся в интервал работ, небольшой перепуск, для точной установки на муфте и …Не идёт…Вниз идёт, а вверх не идёт…Первое впечатление, что в трубы попал посторонний предмет. Но как, и когда? Во время циркуляции или подготовки торпеды? Да нет, это невозможно!

Начинаем выяснять глубину остановки, по нагрузке на нашем кабеле. И – Опа на – кабель не вытягивается!!! Глубина за три с половиной километра, кабель новый, вытяжка должна быть около пятнадцати метров, а её нет! От слова совсем!!!

Обращаемся к начальнику буровой, мол давай ищи, что держит наш кабель в вашем “Top drive”. Сразу все забегали, засуетились, полезли проверять систему роликов и ввод в верхний привод. Безрезультатно! Ролики крутятся, ввод чист, а кабель с торпедой на конце вверх не идёт. Только вниз. Решаем оставить всё как есть, но под нагрузкой в пол тонны.

Связываемся со своим руководством, объясняем ситуацию. Ждём указаний. Буровики делают тоже самое. Ответ из Дубаи моментальный – пусть рвут кабель и уезжают. Пытаюсь объяснить, что проблема наверху, с их оборудованием. Не хотят понимать. Рвите и всё…Время – деньги, простой бурильного станка, оплата вахтовиков, нарушение сроков договора… Мол, мы их задерживаем. Но к счастью, наше руководство, нас поддержало.

– Кабель ни в коем случае не рвать, ждать указаний. В противном случае, вся вина за аварию ляжет на вас.

Ищешь место подальше от чужих глаз, чтобы спокойно покурить и отвлечься от стресса. Находишь, садишься, достаёшь пачку. Откуда-то выходит местный геолог и садится рядом. Как из-под земли появляется менеджер по технике безопасности и указывает рукой на табличку “Не курить”. Приходится перебраться в запретную зону, огороженную красными флажками и лентой, заставленную нашими ящиками со взрывчаткой.

Ах, как же приятно выкурить сигарету в одиночестве. Медленно, расслабленно, с наслаждением, набрать полную грудь и выпустить тонкую струйку дыма. Не переживая ни о чём. Наблюдая, как ходит в отдалении менеджер, не смея пересечь запретную линию. Это наша территория. Не, ну вот гад, да? Был такой белый и пушистый на тренинге. А сейчас весь из себя независимый, ходит где хочет, смотрит с презрением, вынюхивание нарушений для него работа. Настоящий стукач.

Уже неделя, как аварийная скважина держит всех в напряжении. Это выбивало из колеи, общение с заказчиком становилось всё накалённее, но сейчас мне было слишком хорошо, чтобы беспокоиться.

Перекурив, иду к супервайзеру на очередную планёрку. Досконально объясняю ситуацию и говорю, что прихват нашего кабеля, это вина буровиков. Показываю диаграммы и документы, с расчётами удлинения кабеля. Задаю вопросы по устройству “Top drive” и превенторов. Больше никакого "мистер “ Джон. Только на “ты”. Припомнил ему и наше предупреждение о возможности прихвата. Он меняется в лице и в шоке от такого наезда, не совсем понимая, как реагировать. Всё это через переводчика, в присутствии геологов и прочих менеджеров. В результате, договариваемся провести более тщательную проверку бурового оборудования.

Часа через два, с радостным воплем, прибегает наш машинист подъёмника.

– Натяжение упало, кабель свободен и можно начинать работать!!!

– Отлично, поднимай в интервал отстрела торпеды. – Ставим мы ему новую задачу. – Только аккуратно.

Дальше дело техники. Отстрел и полный ”вира” наверх. Быстро и весело убираем своё оборудование, а буровики начинают подъём свободной части труб, со злыми и недовольными лицами. Наши партийцы расслабились. Шутят легкомысленно и бесшабашно, чувствуя скорый отъезд домой. Юмор вообще защищает от стресса и лишних переживаний. Так что, хороший юмор говорит о многом.

Следующий день начинался просто отлично! С утра позавтракав, благодарим повара – автора оргазмических супов и бомбических котлет. А также, официанток – симпатичных, молодых девчат. Подписываем у "мистера “ Джона необходимые бумаги и идём на выход из лагеря, за которым ждут наши ребята. Заходим на проходную и…Двое секьюрити и менеджер по технике безопасности копаются в наших вещах. На резонный вопрос, что происходит, ТБшник заявляет:

– Видите бутылку. Ваша? – Повернувшись спиной к нам, показывает её присутствующим. – У нас запрещен алкоголь на буровой. Мне придётся подать на вас рапорт.

Это та самая, недопитая бутылка джина, купленная в дорогу домой, неделю назад. Не знаю, что было в башке у этого придурка, но наказание последовало моментально. Хватаю его за воротник и заваливаю на стол с разложенными сумками. Отбираю бутылку и пытаюсь трахнуть ею по голове. Выручает каска на его тупой башке, слетающая от удара. Вырвавшись, он выскакивает за дверь и бежит в сторону лагеря. Шум, гам, крики и мат висят в воздухе. В горячке пытаюсь его догнать, но секьюрити закрыли собой дверь и не пускают. И ржут при этом.

– Он всего неделю работает, а уже всех достал своими порядками! – Придерживая меня, говорит охранник. – Даже женщин приходится обыскивать. Спасибо вам, что наказали его.

Сажусь в уазик. Да… нервы ни к чёрту… Наваливается усталость. Сильнейшая. Давно я так не уставал. Машу рукой нашим ребятам в машинах – поехали. В другой руке, у меня есть мощное средство от всего. Хорошо, что не разбилось. Нестерпимо хочется выпить. Вот прямо здесь и немедленно. Нужно и все. Некоторые говорят, что выпивать одному – это алкоголизм. А мне кажется – нормально. Не зря дедушка Некрасов говорил что-то вроде, “до смерти мы работаем, до полусмерти пьем!”

Шелест колёс по дороге… припекает… прячешь глаза от палящего солнца под козырёк… смотришь на вихри песчаных джинов, убегающих вдаль… лёгкий ветерок в лицо… слишком хорошо, чтобы о чём-то беспокоиться. В отражении бокового зеркала вижу взрослого, подуставшего мужика. М да… никак не привыкну, что нет того пацана, который пришёл на эту работу в поисках приключений. Представлявшим в мыслях картины ночной пустыни, с огромной луной и блёстками звёзд на иссини-чёрном небе. Засыпанные песком развалины. Заросли саксаула с воем шакалов, рыбалкой на берегу реки и охотой в тугаях.

Вообще-то, всё это было…Но совсем не так, как представлялось по молодости. Вот зачем мы живем? Ведь казалось, что приходим в этот мир ради приключений. А потом происходит магическая амнезия, стирающая память об этом. Жизнь идёт, и действительно начинаешь верить, что главное – это работа. Вот вспомнилось, как не совсем удачно, но не совсем весело, но с приключениями, началось моё знакомство с профессией.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.