Ольга Савчук
Рельсы, рельсы

Женщина, жаждущая ремонта в квартире – страшная сила, и чем меньше у нее денег, тем страшнее. А уж женщина, приобретшая в собственность серую бетонную коробку, на фоне которой так контрастно смотрится ее огненно-рыжий пёс, – это практически ураган. Если вы не спрятались – сами виноваты.

Именно такой женщиной на определенном жизненном этапе оказалась и я. Стояла перед сложенными стопкой коробками с кафельной плиткой и грудой мешков с клеем для плитки и не знала, с чего начать. Поэтому заварила чай, подогрев воду кипятильником – и я не совру, если скажу, что я никогда не думала, что мне придется пользоваться кипятильником, я даже не представляла себе реальность, в которой у меня дома есть кипятильник, однако эта реальность была, и она была сурова: газ в новостройку еще не пустили. Забегая вперед, добавлю, что без газа в нашей новостройке нет ни отопления, ни горячей воды, но вернемся к плитке. Кафельной. Нормальная женщина, конечно, заплакала бы, и не просто одна на бетонном полу, а обязательно в уши кому-нибудь, кто дал бы ей денег и нанял бы рабочих, а она бы потом обязательно уж как-нибудь чем-нибудь со временем вернула бы. Но это нормальная, а рассказ про меня. Я заварила чай, замешала клей и довольно бодро (и криво, но кто это видит?) уложила плитку от угла. В интернете, правда, писали, что надо от центра, но я посчитала и вышло, что от угла будет то же самое. Дойдя до угла, я столкнулась с непреодолимым препятствием: плитку нужно было резать, а резать ее было нечем.

Взятый в аренду на двое суток плиткорез занял половину кухни. Занесли его туда двое мужчин, ничему не удивившихся, даже тому, что встретила их помятого вида женщина в розовом платьишке. Возможно, что они просто не предполагали, что я всерьез собираюсь сама хотя бы нажать на клавишу включения. И будь моя воля, я бы и не нажимала. Заполучив мою подпись на документах, мужчины ушли, обещав вернуться в понедельник, а я мысленно махала им вслед платочком и лила горькие слезы. Мы остались втроем: я, пес и плиткорез. Пес, конечно же, агрегат обнюхал, но ничего не понял. Я вежливо на цыпочках обошла вокруг и тоже ничего не поняла, кроме того, что я вполне смогу отрезать себе палец. Для поднятия боевого духа сходила и еще раз посмотрела на тазик, служивший мне ванной для мытья, и на частично уложенную плитку. Отступать было некуда – за нами была жизнь твари немытой. Я воткнула вилку чудовища в розетку, нажала на «вкл» и через пять секунд выключила. Мне нужно было пережить полученный опыт. Агрегат рычал, как Балрог в чертогах Мории. «Давай пройдемся» – сказала я псу. Он радостно согласился.

Надо признаться, в прямых линиях агрегата, в его правильных углах и деталях, плотно пригнанных друг к другу, была своеобразная красота. Втайне я всегда понимала любовь мужской части населения к разным железякам и шестеренкам. До встречи с плиткорезом я побывала в Музее ремесел в Париже и насмотрелась там на инструменты и приборы, упорно стремившиеся к совершенству, прямолинейности и лаконичности. Но моими любимыми железками всегда были рельсы. Две прямые линии, уходящие вперед, бесконечно вперед, и очевидно созданные в симбиозе человека и природы в ту пору, когда природу еще уважали. Человек принес прямоту, которую природа не любит. Человек любит попадать из точки А в точку Б кратчайшим путем, из начала истории в ее конец через логичные остановочные пункты, и человек любит знать или хотя бы догадываться, куда дорога его ведет. Жизнь больше похожа на цепочку собачьих следов: вот тут зверя увлек интересный звук, здесь он обошел горячий камень, а затем сделал петлю, чтобы напиться из ручья. Так и наша жизнь – всего лишь путаная цепочка следов существа, не ведающего, что увлечет его в следующий момент. Я, например, никогда не думала, что уеду со строгого Урала с его морозами в южную духоту. Я, с моей нелюбовью к жаре и тягой всегда жить там, где пульсирует жизнь, пусть потихоньку, но чувствуя ее несмолкаемый ритм в гуле улиц, трелях трамваев и чужих голосах. И всё же я оказалась на юге, это и есть моя петля, и пока я не знаю, куда должна проложить цепочку дальше… Но обо всём по порядку.

Когда мы с псом вернулись с прогулки, плиткорез всё еще угрожающе занимал полкомнаты. «А ты как думала?» – съязвил внутренний критик. «Ой, да заткнись ты». Под пристальным взглядом рыжего я взяла одну плитку из попорченных ранее и положила на платформу. Нажала на включение и снова содрогнулась от жуткого рева, но на этот раз крепко взялась за ручку и прокатила пилу вперед. Плитка послушно, а главное, ровно распалась на две половинки. Искры летели, агрегат скрежетал. Я снова выключила аппарат – мне нужно было время пережить случившееся. Я смотрела на него со смесью восторга и недоверия: похоже, получится. Отрезая запасные пути, я написала сантехнику и назначила день установки ванны и возвращения цивилизации в мою жизнь. Теперь я обязана была закончить к назначенной дате. Вспомнив занятия кройкой и шитьем, я расчертила с десяток плиток и, глубоко вдохнув, нажала на «включение», на этот раз почти не вздрогнув, и спокойно и размеренно разрезала их все. Подписала каждую стопку, чтобы не запутаться – эти в правый угол, эти в левый, эти на короб… Углы тоже подписала, оставалось, как при шитье, совместить контрольные метки. Я до сих пор задерживаю дыхание, когда гости решают воспользоваться моей ванной – плитка там уложена неумело, неровно, как смогла, и местами я всё же не совсем смогла, – но когда я сама захожу в ванную, то неизменно поглаживаю себя по голове. Я это сделала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.