# Вместе и (не) навсегда

Кейт Ринка

У нас был счастливый брак, пока в нашу дверь не постучалась незнакомая девочка – дочь моего мужа. И все наши свадебные клятвы про «вместе и навсегда», «в горе и радости» затрещали по швам.

– Отдайте мне моего папу… – сказала мне девочка, лет семи, стоя у порога моей квартиры.

– Какого папу? Зайка, ты, наверное, ошиблась. Здесь нет твоего папы…

– Есть! – резко возмутилась она. – Он здесь живет. Я знаю!

Живет? Очень интересно. Потому что здесь живу только я и Кирилл – мой муж.

– А как зовут твоего папу?

– Кирилл Кузнецов…

На этой фразе, когда из уст ребенка прозвучало имя любимого мужчины, как и моя фамилия уже лет так семь, я испытала окончательный шок. Потому что у моего мужа нет детей, даже от меня – так я думала до этого дня.

## Глава 1

– Отдайте мне моего папу… – сказала девочка, лет семи, стоя у порога моей квартиры.

Такая маленькая, в розовой курточке с единорогами и в синих джинсах. На голове два озорных хвостика. В руках белый плюшевый мишка, уже немного потрёпанный. А в её красивых детских глазках блестели слезы. И ведь совершенно одна.

Я даже опешила, начиная вспоминать, у каких друзей моего мужа есть дочь.

– Какого папу? Зайка, ты, наверное, ошиблась. Здесь нет твоего папы…

– Есть! – резко возмутилась она, начиная злиться. – Он здесь живёт. Я знаю!

Живёт? Очень интересно. Потому что здесь живу только я и Кирилл – мой муж.

– А как зовут твоего папу?

И тут она произнесла:

– Кирилл Кузнецов…

На этой фразе, когда из уст ребенка прозвучало имя моего любимого мужчины, как и моя фамилия уже лет так семь, я испытала окончательный шок. Пусть даже это выглядело, словно какой-то странный розыгрыш. Да и вообще не могло быть правдой. У моего мужа нет детей, даже от меня, хотя мы активно работаем над этим последние два года.

– Нет-нет, зайка, ты что-то путаешь… – начала я говорить неровным голосом.

Но ребёнок снова возмутился:

– Я не зайка! Меня Лера зовут! И я ничего не путаю! Отдайте мне моего папу!

Так, ладно. Сейчас в первую очередь именно я, как взрослая, должна взять себя в руки, чтобы затем спокойно во всем разобраться. Это точно какое-то недоразумение.

– Ладно… Лера… может, тогда зайдешь?

– А папа дома? – растерянно поинтересовалась она.

– Нет, он на работе. Но мы ему сейчас позвоним, – уже подыграла я.

Хотя саму бросила в холодный пот. И начало знобить. И руки тряслись, пока я нажимала на телефоне номер своего супруга. За это время Лера всё-таки неуверенно переступила порог квартиры, когда я закрыла за ней дверь.

Господи, да что происходит?! Откуда вообще взялся этот ребенок?

– Да, Оль! Что-то срочное? – сразу ответил мне Кирилл.

Он у меня инструктор по вождению. Только не автомобилей, а мотоциклов.

– Даже не знаю как сказать… тут к нам девочка зашла…

– Какая девочка? Оль, я сейчас немного занят, давай попозже… – на этом он кому-то свистнул и закричал: – Всё, хорош, тормози!

– Её Лера зовут, – просто добавила я.

И муж сразу вернулся ко мне:

– Не понял. Как ты сказала?

Но, вместо ответа, я поднесла телефон к девочке. И она испуганно произнесла:

– Папа…

– Лера?! – вдруг завопил он. – Ты что там делаешь?!

Отлично! И это сказал человек, за которого семь лет назад я вышла замуж. Человек, которому доверяла и всегда думала, что знаю о нём абсолютно всё!

– Серьёзно?! – завопила в телефон теперь и я. – Кирилл, я вот сейчас вообще не поняла – это действительно твоя дочь?!

– Чёрт, Оль, давай я сейчас приеду домой и всё объясню. Не пыли раньше времени.

– Да уж пожалуйста, объясни. Только прямо сейчас!

– Оль, я через пять минут буду дома, – произнес он, когда на заднем плане уже заревел мотор его спортивного мотоцикла. – Пожалуйста, только не пугай Леру, и никуда не отпускай. Я сейчас буду.

На этом он посмел отключиться. Перезванивать бесполезно, потому что уже за рулём. Но, надо же, какое волнение в голосе. Именно из-за этой девочки. То есть, ещё раз – у моего мужа есть дочь, о которой я узнала вот только что.

– Так, сколько тебе лет? – спросила я у девочки.

Потому что захотелось мне это узнать, чтобы окончательно кое-что для себя прояснить.

– Шесть с хвостиком, – ответила она, сминая в руках своего мишку.

– Угу…

Всё-таки я угадала. Этой девочке шесть лет. Когда мы с Кириллом вместе уже девять. То есть – где-то семь лет назад он мне изменил, где-то возле нашей свадьбы. Либо до, либо после. И вот результат, в самой воплоти, стоит передо мной с его карими глазами.

Всё, мне дурно. Я хочу водички.

Молча развернувшись, я зашла на кухню. Плеснула себе воды в стакан трясущимися руками, сделала пару долгих глотков. Затем достала из шкафчика коробку с лекарствами и начала искать хоть какое-то успокоительное.

Потому что у моего мужчины есть ребёнок!

От какой-то другой женщины!

У любимого мужчины, от которого я только мечтаю иметь детей. Да я вообще всё это время думала, что у меня почти идеальный брак. Что мы с Кириллом счастливы вместе. Что у нас нет секретов друг от друга. Ему двадцать девять, мне двадцать восемь. Он мото-иструктор. Я – скромный администратор свадебного салона. Мы идеальная пара! С нами не может случиться того, что сейчас происходит.

Может, это вообще всё страшный сон? Вот я сейчас выйду в коридор и там никого нет…

– А можно и мне попить? – жалобно попросила у меня девочка, подрываясь на ноги с коридорной тумбы и утирая слезы из глаз рукавом своей розовой курточки.

Я вздохнула. Как бы ни было, но ведь ребёнок в этой ситуации вряд ли в чём-то виноват.

– Да, конечно. Разувайся и проходи ко мне сюда на кухню. Сок будешь?

– Да.

– Так, откуда ты узнала адрес папы? – поинтересовалась я между делом.

– Нашла у мамы в телефоне, – честно призналась девочка.

– А мама сейчас где?

Приняв от меня стакан с соком, Лера опустила глаза и поднесла тот к губам. Она промолчала. Стеснялась меня, видимо. Хотя мы почти родные люди. Потому что её отец – мой муж!


***

– Папа! – радостно воскликнула девочка, бросаясь к Кириллу, когда тот зашёл на кухню и присел на корточки.

Я даже вздрогнула от неожиданности. И уставилась на обнимающуюся парочку, вообще уже ничего не понимая в этой жизни. Такое чувство, что мне изменяют… вот прямо сейчас!

– Привет, Лерчик, – ласково произнёс муж этому ребенку, удостоив меня лишь коротким взглядом из-за детского плеча. – Ты что здесь делаешь?

– Я пришла за тобой.

– Зачем за мной? Что-то случилось?

– Да! Там мама заболела и… и она теперь умрёт! – произнесла девочка, уже захлебываясь в слезах.

– Ну-ну, с чего ты это взяла? – спросил Кирилл, хмуря брови.

– Тётя Рая так сказала, когда маму сегодня ночью увезли в больницу. И я поняла, что она может умереть так же, как мой хомяк Фомка, которого ты подарил мне на День рождение…

– Так, подожди. Давай я сейчас сам позвоню тётя Рае и всё у неё уточню. Хорошо? Только не плачь.

– Угу, – ответила ему девочка.

– Дай мне ещё минутку, – обратился муж наконец-то уже ко мне, доставая телефон из внутреннего кармана своей мотоциклетной куртки.

Я лишь развела руками. Да вообще не вопрос. Я же тут вместо мебели стою. Стою и смотрю со стороны на мужа, у которого не просто ребенок – у него там целая вторая семья.

– Да, привет, – произнес он кому-то в телефон. – Скажи мне, что там с Мариной?

А на том конце связи прям какие-то дикие вопли пошли.

– Да со мной она, успокойся. Что с Мариной?.. Пневмония всё-таки?.. Лер, тётя Рая спрашивает, как ты узнала мой адрес? – обратился он уже к девочке.

Виновато опустив глаза, она прижалась к нему и промямлила:

– Нашла у мамы в телефоне.

– А добралась как?

– Дядю Женю попросила.

– Это сосед-таксист?

– Да. Он часто нас с мамой куда-то возит.

– И что, ты ему даже денег дала?

– Да, как мама.

Кирилл тихо выругался. Затем коротко бросил в телефон «я перезвоню», отключил звонок и шумно выдохнул.

– Малыш, – снова обратился он к Лере, то есть ещё не ко мне вовсе. – Давай я пока включу тебе мультики в своей комнате. Мне с тетей Олей надо немного поговорить. А потом я приду к тебе. Хорошо?

– Хорошо, пап, – ответила девочка и крепко его обняла.

М-да. У моего мужа есть другая – как минимум дочь. И там такая любовь, которая не сравнится с любой другой. Мне даже плакать захотелось. Но не от умиления – от боли и разочарования. Ещё утром у меня всё было хорошо. А сейчас – меня, кажется, предали, ещё несколько лет назад.

– Оль… – начал говорить муж, когда отвёл девочку в комнату и снова вернулся ко мне. – Прости, надо было рассказать тебе раньше…

– О чём? Что у тебя есть вторая семья? – задала я прямой вопрос, стараясь не разреветься и не сорваться до истерики, не сейчас.

Но он почему-то твёрдо ответил:

– Это не семья.

– А что тогда? Просто ребенок, который появился из воздуха? Что это за Марина вообще такая? Я её знаю?

– Нет. Я познакомился с ней на мальчишнике.

– На своём? То есть, за неделю до нашей свадьбы?!

– Да.

– И? И когда ты с ней так удачно переспал – на мальчишнике или уже после нашей свадьбы?

– На мальчишнике. И всё, Оль. Кроме этого между нами ничего больше не было, нет и не будет.

– Ну да, ничего, кроме общего ребёнка, – ответила я ему и закусила губу, чтобы не разрыдаться от досады.

– Оль, я тогда нахлестался с парнями в хлам, ты же помнишь эту историю. Мне было двадцать два. Мы были в клубе, вся эта обстановка, парни мне ещё стриптизёршу подогнали…

– Ага, то есть Марина – это та самая стриптизерша?

– Почти, Марина официанткой была, она обслуживала наш столик.

Прикрыв глаза ладонями, я покачала головой. Нет, я не хочу слышать всё это.

– И после этого у тебя хватило совести надеть свадебный костюм и взять меня в жёны… – просто констатировала я.

– Черт, да! – выпалил он, подходя ближе. – Потому что люблю тебя, и ты это прекрасно…

Не дав ему договорить, я влепила мужу пощёчину за такие громкие слова, которые всегда меня так радовали и вдохновляли. Только не сегодня. Сегодня они причиняли ощутимую боль.

– Ты мне в верности клялся, через неделю после измены.

– Так через… не до, – неуверенно и тихо попытался он пошутить.

А мне вот вообще сейчас не смешно.

– Всё, я ухожу, – заявила ему.

После чего обошла и твёрдым шагом направилась в нашу спальню. Но муж попытался меня остановить, хватая за руку.

– Оль!

– Нет! – вскрикнула я, сбрасывая его горячие пальцы. – Не трогай меня. И не разговаривай. Даже видеть тебя не хочу!

Залетев в спальню, я достала небольшую дорожную сумку и стала закидывать туда вещи. Только то, что может понадобиться на ближайшие пару дней. И меня даже никто не попытался остановить. Кирилл ушёл в комнату к девочке и о чём-то тихо вёл с ней беседу. Поэтому я совершенно спокойно собралась. Уже подумала, что мне здесь даже «до свидания» не скажут, когда Кирилл всё-таки вышел в коридор.

– И куда собралась? – спросил он.

– К маме, – обиженно ответила я.

– Ладно.

Но его спокойное поведение меня аж возмутило.

– Ладно и всё?

В ответ на что он просто произнёс:

– Вечером заеду.

– П-ф-ф, только попробуй! – выпалила ему.

После чего схватила свою сумку и всё-таки выскочила за дверь.

## Глава 2

М-да, хреновая вышла ситуация. Он как чувствовал, что Ольга его не поймёт. Да и простит ли – теперь большой вопрос. Надо же было идиоту так накосячить… Просто в тот вечер было слишком весело. И очень даже радостно, что он совсем скоро станет мужем любимой девушки. Она ведь у него такая красивая, темноволосая, с характером. Только парни на мальчишнике вели себя так, будто провожали его в последний путь. Всё время давили на мужское. Мол, всё, он своё отгулял, теперь только одна женщина до конца его дней, что на других даже смотреть будет нельзя. И ладно бы с пониманием, что брак это всё и так предполагает, особенно когда женишься по любви. Но, когда твои друзья целый вечер делают из этого трагедию и бесконечно над тобой шутят, а ты ещё сильно не трезв… в нём неожиданно проснулся кобель.

Он тогда и сам не понял, как так получилось. Даже удивлялся, что пьяный в хлам смог довести дело до конца. Хоть и мало что запомнил в итоге. Очнулся уже утром, в чужой постели. И ему было стыдно, конечно же! И тошно от самого себя. Даже хотел Ольге во всём признаться, в тот же день. Не смог. Да и те же друзья убеждали, что «ничего страшного», «с кем не бывает». Зато на всю жизнь как отрезало. За все семь лет брака у него даже мысли не возникло изменить своей жене. Хотя, соблазнять пытались. Девчонки часто проявляют к нему интерес. Были даже такие, кто специально ходил заниматься вождением, чтоб поближе с ним познакомиться. Те же друзья через одного то и дело рассказывают о своих похождениях налево. А он только слушает и помогает им отмазаться перед жёнами, когда те начинают позорно просить о помощи.

– Да я последний раз, Кирюх, только скажи моей, что вчера с вами весь вечер был, – как раз вот сегодня каялся ему Пашка.

– Ладно, Паш, только не забудь, что это ты мне пообещал, а не своей жене.

– Хорошо, договоримся.

Тут оставалось только качать головой и дальше проявлять свою мужскую, дружескую солидарность. Жаль только, что не все его друзья знают, к чему это всё приводит. И тут даже чужой опыт не спасает. И срок давности, как стало ему сегодня ясно, в том числе.

– Ты голодная? – спросил он у Леры, когда вернулся в комнату.

– Немножко.

– Тогда пойдём на кухне что-нибудь поищем, – предложил он ей, после чего взял за руку и повёл за собой.

А сам зубы стиснул. Потому что злился – и на самого себя, и на Олю, что так быстро ушла. Даже не выслушала его. Если бы не Лера – и за порог не отпустил бы. Но это было бы к скандалу, к очень бурной ссоре, возможно даже с каким-то продолжением. У них всякое бывает. Только в этот раз рядом с ними ребёнок – его ребёнок, о котором Оля узнала вот только что. И ей точно нужно время, чтобы принять это. А он просто не хотел пугать свою дочь. Он ведь даже ругать её не стал, что сегодня утром сбежала от своей тётки. Лишь попытался внятно объяснить, что так делать нельзя и вообще очень опасно.

– Есть суп, макароны, котлетки… – озвучил он, рассматривая содержимое своего холодильника.

– А можно я банан съем? – скромно попросила та, глядя на их вазу с фруктами.

– Это разве еда?

– Банан хочу, – упёрлась та.

Пришлось уступить.

– Ладно, ешь свой банан и поехали.

– Куда?

– Отвезу тебя к тётке твоей.

Но тут, едва откусив банан, Лера расплакалась:

– Я к маме хочу-у-у…

Стараясь себя контролировать, Кирилл посадил Леру к себе на колени и обнял её. Он вообще пытался быть хорошим отцом – да и просто быть им, чтоб рядом, хоть иногда. Пусть даже это давалось совсем непросто, особенно втайне от своей жены. Хоть и подумывал рассказать ей обо всем, обязательно, просто не знал, как это сделать и когда лучше. Поэтому, как ни странно, но вместе со всеми прочими эмоциями сегодня он испытал некоторое облегчение – что его тайна, которая так тянула все семь лет за живое, наконец-то перестала быть таковой.

– Лер, мама болеет, нужно немножко потерпеть…

– Она правда умрёт?

– Нет! Даже не думай об этом. Её отвезли в больницу, к настоящим врачам, чтобы лучше полечить. Поэтому она скоро поправится и вернётся домой.

– Ты обещаешь? – спросила у него Лера с большой надеждой в своих бездонных глазах.

Тут он, конечно, немного осёкся, что такие вещи обещать ребёнку нельзя никогда. Мало ли что может случиться, независимое от его сил и возможностей. Но, глядя в эти глаза своей любимой дочери не смог не сказать:

– Обещаю.

Только вот, любой ребёнок никогда не упустит свой момент.

– А ты? – спросила она следом, прикладываясь головой к его плечу.

– Что я?

– Ты будешь жить с нами?

– Лер…

– Папочка, пожалуйста, пообещай мне, что будешь, – попросила она со слезами на глазах. – Я ведь за тобой пришла. Я попросила у тёти, чтобы она отдала тебя нам.

Тут у любого сердце ёкнет. Какой-то нечестный приём. Но это потому, что его девочка ещё не знает, что в жизни не всё так просто и как она хочет.

– Давай мы поговорим об этом, когда поправится твоя мама. Хорошо?

Она расстроилась. Опустила голову и хлюпнула носом. Но вскоре всё-таки согласилась:

– Хорошо.

– Тогда поехали, я отвезу тебя домой. А по дороге мы позвоним маме и узнаем, как у неё дела.

А ещё ему нужно купить цветы и продумать свою речь, с которой можно было бы заявиться к любимой жене. И пусть только попробует его не выслушать!


***

– Олечка, так нельзя, – заявила мне мать на кухне после того, как я пожаловалась ей на своего неблаговерного. – Перестань. Кирилл всё-таки твой муж. Вам просто нужно поговорить.

А я смотрела на неё и не понимала – она что, не слушала меня сейчас?

– Мам, Кирилл мне изменил, – попыталась донести ещё раз.

– Так это было семь лет назад. Вы даже женаты ещё не были.

– Мы были парой, мам, мы встречались! И изменил он мне на мальчишнике, перед нашей с ним свадьбой!

– Вот я уверена, что это всё вышло случайно.

Набрав воздуха, я шумно выдохнула. Кирилл всегда нравился своей любимой тёще. Но я всё-таки её дочь. Так почему она не на моей стороне? Это не честно, и вообще незаконно.

– Ладно, допустим, что я прощу Кирилла. Но, а с ребёнком его мне что теперь делать? В семью принять? Может ещё вместе с её мамашей? Господи! Да у меня в голове до сих пор не укладывается, что у моего мужа есть шестилетняя дочь!

Мама качнула головой и цокнула языком.

– Вот ребёнок это конечно серьезно. Он не должен расти без отца, если тот у него все-таки есть.

– Вот и я о чем, – произнесла я и взяла из вазы ещё одну конфету, когда в голове снова прозвучали жалобные слова ребенка: «Отдайте мне моего папу».

Будто я этого «папу» у неё украла. Так обидно, так это всё больно и неприятно, что рыдать хочется.

– И как ему вообще теперь доверять? – не понятно было мне. – Он всю нашу семейную жизнь скрывал от меня практически другую семью. Да я вообще будто любовница какая-то.

– Он просто не хотел тебя расстраивать, – в очередной раз нашла она ему оправдание.

– О, да! А сейчас я совсем не расстроена!

– Нет, Олечка, ты должна успокоиться и поговорить с ним. Как бы ни было, но вы с Кириллом муж и жена. Мне твой отец, кстати, тоже однажды изменил, – вдруг заявила она.

А я первый раз об этом слышу.

– Серьёзно? – не поверила даже.

– Да. Ещё по молодости, когда я беременной ходила.

– И ты его простила, – предположила я.

Это даже не сложно было понять. Они прожили в браке два с лишним десятка, пусть и не всегда счастливо. Отца не стало пять лет назад. Но она у меня не долго унывала. Сейчас даже кавалер есть, с которым ходит на танцы «кому за пятьдесят».

– Конечно! Я же ждала от него ребёнка. Мы поговорили и всё разъяснили.

Но тут нас прервали – раздался звонок входной двери. И на пороге появились две мои подруги.

– Ты как? – спросила у меня Света, стискивая в объятьях.

– Оля! – завопила рядом и Вера, доставая из пакета бутылку шампанского. – Ты как мне позвонила, я сразу за Светкой и к тебе.

Я чуть не разрыдалась от такой заботы. Сразу затащила их на кухню и по-быстрому накрыла стол из того, что нашла у матери в холодильнике. Та же решила нам не мешать и ушла к соседке на пару часов.

– Здесь только разводиться, – сразу сказала мне Вера.

Она у меня рыженькая. Сама уже однажды в разводе – из-за измены, кстати. Сейчас замужем за стоматологом, который её обожает.

– Я вот тоже так считаю, – закивала головой и Света. – Я бы своего не простила.

Она у нас блондинка, мать двоих детей. Давно замужем за Пашей, который друг моего Кирилла. Или уже не моего…

– Потому что они как настоящие кобели, – продолжила Вера. – Один раз изменил и всё, значит так и будет изменять.

– Вот-вот, – подхватила её и Света. – Скорее всего там не один раз было. Чтоб ребёнок получился это не всегда так просто. Мы вон с Пашей первого год старались сделать.

– Так, а что он вообще тебе сказал? – спросила у меня Вера.

Я устало поднесла ко рту бокал и отпила немного шампанского.

– Что пьяный был.

– Первый раз может и так, – согласилась Светка. – А потом не обязательно.

– Дорогая моя! Они все так говорят! И ты ничего странного за ним не замечала все эти годы? – удивлялась Вера.

Я задумалась.

– Вроде нет. Я же ему доверяла, Вер. Если сказал, что уехал в школу, или у него дополнительные занятия, или в сервис, или к маме – я же никогда не проверяла, не следила за ним.

– А надо было. Я вот помнишь, как своего первого поймала?.. Он у меня из командировки в новых трусах приехал!

– Кошмар! – озвучила Светка.

А Вера продолжила:

– И ещё говорит мне такой: «Я их в магазине купил»! Ага! Десять лет никогда не покупал, а тут сам себе новые трусы купил! Я так и поверила.

– А твой Кирилл же ещё такой красавчик, – напомнила мне Светка. – Такой подтянутый, такой мужественный, ещё эти мотоциклы его… ой, я вообще не удивляюсь, что девицы к нему липнут.

– Короче, Оль, надо разводиться, – снова посоветовала мне Вера.

– Думаешь? – переспросила я.

Потому что до этого момента о разводе как-то и не подумала. Пока. Да, у нас первая грандиозная ссора по самой серьёзной причине. Да, из-за этого действительно разводятся. Я зла, я разочарована и обижена на своего мужа. Но при этом – я же не просто так вышла за него замуж. Я же его… да люблю я этого гада!

– Ой, да ладно тебе, Оль! – воскликнула Светка, подскакивая ко мне и крепко обнимая.

Потому что я всё-таки разрыдалась.

– Мы тебе нового найдем, – начала Вера меня убеждать. – Классного, верного, настоящего.

А мне новый Кирилл совсем не нужен! Я своего хочу! Обратно! И чтоб всё стало как вчера… Но тут неожиданно раздался очередной звонок в дверь. И мы втроём почему-то замерли.

– Кого-то ещё ждешь? – испуганно спросила Света.

– Нет.

– Мама? – предположила Вера.

– Она бы так зашла.

– Я сейчас посмотрю, – произнесла Света и поскакала ко входной двери, чтобы посмотреть в глазок. И сразу завопила: – Ой, девочки, там Кирилл!

А у меня аж дыхание спёрло. Пришёл все-таки, негодяй.

– Меня для него больше нет! – шёпотом прокричала я ей с испугу.

И ладно бы вообще дверь не открывать. Так нет же, Света всё-таки решила что-то сказать ему в лицо:

– Привет, Кирюш, – услышала я уже из кухни, куда мы с Верой поторопились вернуться.

– Привет, Свет, – безрадостно буркнул он. – Олю позовёшь?

– А её нет.

– Нет? А ты что здесь делаешь?

– А я… к тёте Вале зашла.

– Тогда её хоть позови.

– А её тоже нет… к соседке отошла… за солью… Эй!

Когда же я услышала шаги Кирилла по коридору, и что они приближаются ко мне, то не смогла придумать ничего лучше, чем спрятаться под стол. Потому что совершенно не была готова к разговору со своим неверным мужем.

– Оля где? – спросил он у Веры, которой пришлось встречать нашего гостя.

– Нет её, тебе же Света сказала.

– Оля! – закричал Кирилл, шагая в сторону.

Он просто пошёл искать меня по всей квартире. Тогда Вера поднялась из-за стола и загородила собой проход на кухню со словами:

– Вы только посмотрите на него, мечется теперь, как зверь раненый.

– А потому что не надо было Оле изменять, – добавила Света, вставая рядом с Верой.

– Вас это как-то касается, девочки? – спросил у них Кирилл, вставая напротив.

– Вообще-то да, – заявила ему Света. – Потому что Оля наша подруга.

– А я её муж. И хочу увидеть прямо сейчас.

– Что же тогда детей на стороне делаешь? А, муж? – съязвила Вера так, что даже мне больно стало.

– А вот это точно не ваше дело, – ещё как-то сдержанно ответил он им.

А потом развернулся и… он что, ушёл?!

– Всё, можешь вылезать, – сказала мне Вера.

– Он правда ушёл?!

– Да… а что не так?

Подскочив к окну, я аккуратно выглянула на улицу со своего пятого этажа. А у самой сердце как у кролика билось – часто-часто. Вскоре из подъезда вышел Кирилл. Он подошёл к своему мотоциклу и пнул картонную коробку, которая валялась рядом. Затем резко надел шлем, сел на своего железного коня и со свистом шин дёрнулся с места, быстро ускоряясь вперед. Псих ненормальный.

– Вы только на него посмотрите… – произнесла вдруг рядом Светка с мечтающей улыбкой на губах.

Я аж опешила, и мы с Верой в удивлении уставились на подругу.

– Ой, извини, – сразу сказала она мне, теряя улыбку. – Такой наглый, будто ему вообще не стыдно. Фу.

– Ничего, пусть теперь побегает, – поддержала её и Вера. – А то, как налево ходить, так они это хорошо умеют, а как перед женой раскаиваться, так в кусты сразу.

– Девочки, – обратилась я к ним, – Мне что-то так хреново…

У меня тут, всё-таки, брак распадается. И такая душевная травма, что никаким шампанским не зальёшь. Я даже не уверена, что правильно поступила, когда под стол спряталась. Словно трусиха какая-то. Словно не взрослая. Будто ко мне не Кирилл пришел, а милиция. Вроде и злилась, и видеть его не хотела, а на сердце всё-равно такая тоска дикая, что хотелось в голос на весь мир кричать, в том числе матом, и именно на мужа за то, что так поступил со мной – что так поступил с нами.

– А я знаю, что нужно делать! – резво заявила нам Вера.

## Глава 3

– Да ладно, Кир, куда она от тебя денется, – заявил ему Паша.

– Да куда угодно, – пробурчал он, больше занятый своими мыслями.

Тут ещё Андрюха снова пододвинул к нему поближе стакан с виски и со словами:

– Давай уже, расслабься.

– Да не хочу я!

Этим паршивым вечером он всё равно не один. Зашли тут два товарища. Всё споить его пытаются под предлогом лечения душевной раны. А он же пьёт только по праздникам, и то немного. Как-то само собой завязалось после мальчишника. Тем более почти каждый день за рулем. Как и сейчас был готов сорваться в любой момент. Особенно если Оля позвонит. Зараза! Теперь за маленькую ошибку всю душу ему наизнанку вывернет. Не звонит ему теперь, не пишет, и вообще прячется от него. Но это хуже всего, когда не даёт возможности объясниться. И это так сложно – сожалеть о своей ошибке, глядя на дочь, на эту крохотную частичку от своей плоти и крови, которую безмерно успел полюбить.

Да, тут никто не спорит, что он настоящая сволочь. Сначала гадко изменил, а затем столько лет скрывал от жены такую важную тайну. Чудовище просто. А всё потому, что свою жену он дико любит. Расстраивать не хотел. Всё ждал подходящего момента, чтобы рассказать. Дождался! Только вот, он всё равно не намерен с ней расставаться или куда-то отпускать. Пусть даже не надеется.

– Да все изменяют, это нормально, – буровил дальше Паша.

– Э-э-э, ты за всех-то не говори, – вступил с ним в спор Андрюха. – Я вот Ленке не изменил ни разу.

– Не-не, подожди. Вы сколько лет в браке?

– Восемь.

– Восемь. И? За все восемь лет даже мысли не было?

– Не было.

– Нет, ты подумай ещё раз и скажи честно – нам, пацанам. Была ли хоть одна девушка за это время, к которой хотелось залезть под юбку? О которой думал в горизонтальной плоскости? Только честно.

Тут Андрей не на шутку задумался. И всё-таки сказал:

– Хорошо, допустим, была такая. И что? У нас всё равно ничего не было.

– А вот не важно, – заявил ему довольный Паша. – Ты всё равно изменил! Просто в своих мыслях. А потому что на большее духу не хватило…

– Чего?! – конечно же сразу возмутился Андрей.

– Паш! – одёрнул его и Кирилл. – Ты достал уже. Не все такие похотливые козлы, как ты. И от себя могу сказать – у меня точно ни разу даже мысли не возникло изменить Ольге после замужества. Мне её вполне хватает.

– А потому что ты всё успел до этого, – ответил ему Паша и громко разжал. – Ага! Понятно?! Так что, не надо меня убеждать, будто моя версия не имеет место быть. Все изменяю, просто каждый делает это по-своему. Таков закон природы. И тут ничего не поделаешь, – закончил тот и поднес ко рту свой стакан.

– Как-то мне от этого не легче… Слушай, Паш, позвони своей.

– Про ненаглядную твою спросить? – поинтересовался тот с довольной ухмылкой, уже доставая свой сотовый.

– Да, только аккуратно. Как у них там дела?

– Сейчас всё будет… – ответил друг, уже набирая номер и включая громкую связь.

Но, после ответа первым делом они услышали неприлично громкую музыку. Пашка даже на секунду растерялся.

– Э-э-э, Зайка, а ты где?

– Я?! В караоке. А что? – не очень трезвым голосом ответила девушка.

– Ух ты! И с кем это?

– Как с кем? С Олей и Верунчиком.

Так он и думал. Понесло его красавицу во все тяжкие. Хорошо хоть не в стрип-баре. Но это ещё не вечер, а точнее – не утро.

– Нормально вас так занесло.

– Имеем право. У моей подруги душевная травма.

– Спроси где… – тихо шепнул Кирилл другу.

– А что за караоке-бар-то такой классный? Весело как там у вас.

– Медвежонок, у нас вообще всё отлично. А у вас?

– Скучно, к вам хочу. Так какой, говоришь, бар?

– Бар «Запевай-ка»! Приезжай скорее, а то я такая пьяная…

– Лечу, – ответил ей Паша.

Когда Кирилл уже набирал номер такси.


Караоке-бар «Запевай-ка» оказался в пятнадцати минутах езды. Правда Андрюха с ними не поехал. У того своя жена, верная и домашняя. А их с Пашкой девицы находились в отдельной комнатке бара, пели песню Лолиты «Пошлю его на… небо за звездочкой». Но, всё резко прекратилось, когда жёны увидели своих мужей. Только реакция у обеих была разная. Света, радостная и громкая, побежала к Паше. А вот его Оля продолжила петь, но уже с такой злостью в голосе, будто этим голосом хотела порезать кого-то на куски. И было не очень приятно видеть её в таком состоянии. Ведь он прекрасно понимал откуда взялась эта злость. Все эти початые бутылки с алкоголем на их столике. Эта песня. Этот суровый взгляд, пронизанный более глубоким чувством – болью. Просто его жене сейчас адски хреново. По его вине – между прочим. И он не собирался её оставлять одну в таком состоянии. Спокойно подошёл и, даже не трогая, произнёс:

– Оль… поехали домой.

На что она занервничала. Дёрнулась, отвернулась сразу. И спросила у озадаченной Веры, которая сидела на мягком диванчике:

– Кто их вообще сюда пустил?

– Не я точно, – быстро ответила та, пытаясь поднять свою пышную попу с этого дивана, который настойчиво затягивал её обратно.

А Оля уже отбросила микрофон в сторону и схватила свою сумочку, намереваясь сбежать с ней прямиком к выходу. И всё это максимально неуклюже. Даже чуть не споткнулась об ножку стола. Кирилл вовремя успел поддержать. Правда за это услышал совсем не слова благодарности:

– Не трогай меня! Изменщик…

После чего все-таки рванула из комнаты, задевая плечом дверной косяк. Дальше была стена, угол барной стойки, соседний столик в общем зале. Её шатало по всей траектории прохода. Больно и стыдно было смотреть. А когда же выскочила на улицу, по забавной случайности бросилась именно к его машине такси, на которой они с Пашкой приехали и оставили под ожидание. Подбежала и сразу полезла внутрь на пассажирское сиденье. На что водитель такси поначалу явно хотел возмутиться. Но, увидев Кирилла, который полез вслед за женой, сразу замолк.

– Эй! Это моё такси! – резко возмутилась девушка, пытаясь помешать ему сесть.

– Вообще-то – моё. Оль, подвинься, пожалуйста.

Гневно прорычав себе под нос, Оля развернулась и стала перебираться к соседней двери, чтобы выйти из машины. А Кирилл всё равно успел сесть и схватить её за плечи.

– Ну всё, хватит, поехали уже домой, – попытался он её вразумить.

Да только женщины по своей природе капризные существа, а в таком состоянии тем более.

– Никуда я с тобой не поеду! – выкрикнула она, пытаясь вырваться из его рук.

– Так едем? – решил в этот момент уточнить у него таксист.

– Да. Обратно.

Всё-таки Паша уже не маленький, сам разберётся как добраться домой. А у него тут ситуация.

– Пусти! – закричала Оля, повернувшись к нему лицом.

После чего, как ненормальная, начала молотить его руками по плечам и даже по лицу.

– Оль, всё, успокойся! – произнес он на повышенном тоне.

Но она даже не собиралась униматься.

– Не прощу тебе этого никогда! Слышишь?!

Окончательно разозлившись, Кирилл дёрнул жену на себя и впился губами в её рот. Это было жёстко, и точно заставило затихнуть. Она даже задрожала и открыла рот ему навстречу. Его маленькая, сладкая девочка. Она не только поддалась, но и по щелчку распалила, как это обычно с ними бывает. И вот они уже со всей страстью целовались на заднем сиденье зеленоглазого такси. Словно какие-то дикие подростки, которым плевать на нормы приличия и все проблемы. Но они уже не подростки, да и вообще сегодня не самый лучший день в их жизни.

– Ненавижу тебя, Кузнецов! – вдруг выпалила ему жена со слезами на глазах, снова отвешивая звонкую пощечину.


***

Когда я проснулась, то всё было в порядке и как обычно – ровно три секунды. А потом головная боль резко напомнила, что случилось со мной за последние сутки. Муж, измена, чужой ребёнок… вернее, не совсем чужой, но и не мой точно.

Почему?! Почему у моего мужа есть дочь?!

Поначалу мне захотелось спрятаться под одеялом и не выходить оттуда никогда. Но, простые человеческие нужды всё-таки заставили встать с кровати. В этот момент Кирилла рядом не было. А на кухне слышался шум. Я находилась дома – не у мамы, а именно в квартире своей и мужа, которую когда-то вместе покупали. Безобразие. Прямо с утра и будучи в таком скверном состоянии мне опять придётся смотреть в глаза этого похотливого самца. Я лишь не спешила. Сначала забрела в ванную комнату, умылась, почистила зубы. А когда сунула нос на кухню, там на столе уже стоял завтрак из омлета и свежего кофе. И муж суетился возле раковины. Это было бы так мило, если бы не было так больно от его измены и её последствий.

– Садись, а то всё остынет, – сказал мне Кирилл.

Я грустно улыбнулась и всё-таки села за стол. Но прикасаться к еде сейчас совсем не хотелось. Взяла лишь кофе и сделала пару глотков. И сразу услышала:

– Мне надо отъехать на пару часов… Лера, похоже, тоже заболевает, попросили привезти лекарства…

Я чуть не подавилась.

– Как здорово. Теперь я буду знать правду во всей её красе?

– Оль, давай я вернусь, и мы нормально об этом поговорим.

– Нет уж. Потому что я сейчас собираюсь и еду туда, куда должна была поехать ещё вчера вечером… или ночью, не важно. То есть – к маме. Где меня по-настоящему любят и не обманывают в жестокой форме!

– Блин, Оль! Мне на колени встать? Да, я виноват, признаю. Но ты меня даже выслушать не хочешь!

– А что тут слушать? Как тебя заставили переспать с другой? Может, она вообще тебя пытала? Какой-нибудь особо изощрённой формой минета. Кирилл, у тебя шестилетняя дочь! И все эти годы ты врал мне, понимаешь? Я-то думала, что у нас почти идеальный брак, что не хватает только одного – детского смеха в соседней комнате. И тут выясняется, что у тебя с этим давно уже всё в порядке. Ты хоть представляешь, как я себя теперь чувствую? Как будто меня предали. И врали-врали-врали мне – каждый день! А знаешь, что самое грустное? Что наш брак оказался лживой иллюзией.

– Не правда, – посмел он возразить сквозь стиснутые зубы. – Всё, что касается нас двоих никогда не было иллюзией.

– Но нас уже не двое… – напомнила я ему. – Всё это время в твоей жизни была дочь и её мать. А теперь они появились и в моей жизни. То есть – в нашей жизни со вчерашнего дня появилось ещё двое. И это уже не идеальный брак. Если вообще брак.

Кирилл нахмурился. А мне хоть плачь опять.

– Хорошо, я тебя понял, – строгим и недовольным голосом изрёк Кирилл. – Только, уходить из дома тебе не обязательно. Это и твой дом тоже. А раз провинился именно я, то я и уйду.

Закончив говорить, Кирилл тяжёлой рукой опустил на стол чашку и вышел из кухни. В коридоре он обулся, взял свою куртку и… ушёл.

Он просто ушёл из дома!

А что я? Я ожидаемо разревелась, прямиком в пустоте кухни, в которой ещё витал запах его омлета и кофе. Но это так не честно. Он провинился, а плохо именно мне.

Гад ты, Кузнецов!


Но, погоревать вволю мне сегодня не дали – меня вызвали на работу. В мой нерабочий день. Потому что у одной нашей клиентки случилась истерика.

– Ваши продавщицы подсунули мне платье другого размера! – сразу с порога начала мне жаловаться госпожа Волынская. – И я теперь в него не влезаю!

– Так, Татьяна, подождите, – начала я её успокаивать. – Сейчас мы во всем разберёмся.

Взяв у девчонок журнал, я сверила размер заказа с размером самого свадебного платья – у меня всё сошлось.

– Но это ваш размер, посмотрите. Это именно то платье, которое вы купили месяц назад.

– Вы меня слышите? Я не влезаю в это платье! Сейчас же верните мне моё платье или деньги за него. Я оставила у вас своё платье только затем, чтоб вы подшили рукава. Может, ваша швея решила мне и талию ушить? Или это попросту не моё платье. Я не знаю, и не хочу в этом разбираться. Я хочу своё платье!

Да, такое в нашей работе бывает. Когда девушка или женщина выходит замуж, она может совершенно неадекватно реагировать на какие-то даже простые вещи. А особенно, если она стерва по жизни. И лет так немногим за тридцать. Лишний вес на лицо. Ещё и волосы крашенные, в очень светлый тон. Яркий макияж и маникюр. И сильно при деньгах, отчего считает, будто ей всё можно. Хотя, деньги эти явно не она заработала, потому что папины. А теперь семья решила её сбагрить какому-то обеспеченному бедолаге.

– Секундочку, я сейчас всё уточню, – спокойно сказала ей и ушла в подсобку.

– Оль, она вот так нам уже час мозг выносит, – прошипела мне в спину Марина.

– А у нас есть такое же платье на размер побольше? – так же тихо спросила я у неё.

– В том и дело, что нет! Оно же эксклюзивное, от Шлемова. И месяц назад она в него влезала. Просто кому-то жрать надо поменьше…

– Да тише ты! – одёрнула я Марину, пока нас не услышали в зале. – А Надя точно не могла ей случайно и талию ушить?

– Нет! Я уже у неё спрашивала.

– Ясно. И расшить не получится, потому что Шлемов шьёт под конкретный размер, а не универсальную фигню.

– Вот именно!

– А другое платье ей предлагали? С хорошей скидкой взамен этого.

– Да! Не хочет она. Ей нужно это платье.

Простонав, я начала обдумывать хоть какие-то пути решения данной проблемы. Звонить Шлемову бесполезно, он свои платья не меняет. Начала рыться в нашем запасном ассортименте. В это время на заднем плане раздался колокольчик входной двери.

– Здравствуйте, я ищу свадебное платье, – произнес тонкий женский голосок. – Через месяц я выхожу замуж!

И тут же раздалась какофония радостных визгов. Выглянув из подсобки, я увидела троих молодых девчонок. И высокомерный взгляд госпожи Волынской, с которым она рассматривала наших новых посетительниц. И отличная идея как решить нашу проблему возникла сама собой. Схватив другое платье от Шлемова из старой коллекции, я всучила его Марине и прошипела:

– Быстро неси его этой девочке и хвали изо всех сил.

Только Марина поняла меня не сразу:

– Но оно ей велико будет… и вдруг по цене не подойдет, оно же жутко дорогое.

– Зато на нём шнуровка, Марина! Утяни насколько возможно. Надо сделать всё, чтобы его захотела Волынская.

– А-а-а… сейчас, – ответила мне та и выскочила из подсобки в зал.

И, надо же, мой плана сработал. От профессиональных усилий Марины и Олеси, моих любимых менеджеров, молодая невеста уже была готова забрать наше платье… пока не услышала его цену.

– Дайте мне это платье, я его примерю, – гордо заявила Волынская, как бы нехотя, когда проносили его мимо неё в подсобку.

В итоге я уже оформляла обмен для нашей привередливой заказчицы, пока Олеся упаковывала менее скромное, но не менее красивое платье для молодой невесты.

– Ой, я такая счастливая! – радовалась та изо всех своих сил. – Девочки, я выхожу замуж, представляете?!

И снова бурные вопли с горящими глазами. Глядя на что я теперь даже улыбнуться не могла. Когда-то ведь тоже была такой же счастливой невестой. Тогда на мне было надето самое красивое свадебное платье. И я шла навстречу к любимому человеку с такими же горящими глазами… даже не подозревая, что несколькими днями ранее он переспал с другой и зачал ей ребенка.

И вот что теперь мне делать с этим лжецом и изменщиком?!

## Глава 4

– Кирюша! Вот хоть раз послушай свою маму. Тебе надо развестись с Олей и жениться на Марине, – в очередной раз заявила ему дорогая мать на своей кухне. – У вас ребёнок, у вас практически семья. А с Олей что? Вы годами бьётесь. Ну не просто же так не даёт вам Бог детей.

От таких слов он был готов застрелиться. Не то, чтобы Оля так сильно не нравилась его матери, просто всегда казалась лишней. Вот ровно с того момента, как познакомил её с любимой внучкой.

– То есть, любовь и всё такое вообще не важно, так получается?

– Да не любовь же главное.

– А что?

– Дети, Кирюш. Ты о Лере подумай. Она уже подросла и всё понимает. И как же сильно ей тебя не хватает, что она сама аж к Ольге пришла.

– Мам, я всегда уделял ей время достаточно, насколько это было возможно. Да, она многое уже понимает, но ещё далеко не всё. А ваши с ней пожелания, чтоб я бросил Олю и женился на её маме – это детский каприз. Я люблю свою жену, которую когда-то выбрал, и не хочу с ней разводиться. Но я люблю и Леру, и совершенно не хочу, чтобы она страдала. Так нет же, Марине обязательно надо было рассказать ей «правду», что у папы есть другая женщина. Думаешь, Лера просто так сама пришла к Ольге? Нет, конечно. Марина ей весь мозг засрала, почему папа не может жить с ними. И ты теперь ей поддакиваешь.

– Так, не ори на мать! – заявил рядом отец, заходя к ним на кухню, и прямым ходом направился к холодильнику. – Что у вас тут опять происходит?

– Ой, – произнесла мама с тяжёлым вздохом. – Оля узнала про Леру и Марину.

– Давно пора, – пробубнил тот, придирчиво рассматривая содержимое белого шкафчика.

– Я вот ему и говорю теперь, что нужно уходить от Оли и жениться на Марине.

– А вот ты не лезь к сыну, – поддержал его отец и сразу добавил: – Сам эту кашу заварил, пусть теперь сам и разбирается. Не маленький уже. А что, котлетки закончились?

Здорово. Отец только о котлетках и думает. Мать на стороне Марины. Лера страдает и пытается манипулировать ситуацией. А Ольга даже разговаривать с ним не хочет. Какой «отличный» у него период в жизни.

– Всё, мне пора, – произнес он, когда глянул на часы.

Через пятнадцать минут у него занятия в школе. А туда ещё доехать надо, пусть и с ветерком на двух колесах. Сегодня он занимается с Колей – это шестнадцатилетний парнишка, который мечтает о своём мотоцикле. Отец пообещал подарить ему Ямаху на восемнадцатилетние. Но с условием, что до этого времени он научится твёрдо ездить на мотоцикле. И вроде у парня неплохо получается. Только сегодня какой-то вялый и безынициативный. Даже тренировку закончил раньше срока.

– Всё нормально? – спросил он у парня, когда тот снял шлем.

– Да, просто… настроения нет, – ответил тот с надутыми щеками.

– Девушка бросила? – предположил Кирилл, навскидку.

– Не, у меня же сейчас как бы нет постоянной девчонки… это из-за предков.

– Поссорились?

– Угу, – выдавил тот из себя. – Разводятся они.

– О, это серьёзно.

– Да… отец вообще так начудил… вот мать на развод и подала.

– Изменил? – почему-то пришло ему на ум.

– Хуже. Завёл себе любовницу молодую, и та забеременела от него. Представляете?

Да уж. Он как раз отлично себе это всё представлял. Примерно из шкуры его отца.

– Тут точно есть один положительный момент – у тебя скоро появится брат или сестрёнка.

Парень коротко усмехнулся.

– А больше и нет ничего хорошего. Мать плачет всё время.

– Понятное дело… Слушай, только раскисать в этой ситуации точно не надо. Ладно? Ты ж мужик, вон какой здоровый, крепкий, взрослый парень. От тебя родители точно никуда не денутся, что бы там у них не происходило. Тебе просто самому надо принять эту ситуацию, поддержать отца и помочь маме это пережить. Понял свою задачу?

В этот раз Коля даже улыбнулся ему.

– Да, понял, кажется.

– Вот и всё…

Вот, если бы всё в жизни было так просто. Всегда легче что-то сказать или посоветовать, чем сделать самому. Да он вообще не имеет права давать кому-то свой поганый совет. У самого в жизни полнейшая катастрофа. Ещё и Пашка как прав. Неужели действительно нет на свете верных мужиков?

– Ну что, какие новости? – спросил у него Паша по телефону часом позже.

– Никаких пока. Оля даже разговаривать со мной не хочет.