Кристина Холлис
Самая счастливая

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения «Арлекин Энтерпрайзиз II Б.В./С.а.р.л.».

Иллюстрация на обложке используется с разрешения «Арлекин Энтерпрайзиз II Б.В./С.а.р.л.».

Товарные знаки Harlequin и «Арлекин» принадлежат «Арлекин Энтерпрайзиз лимитед» или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

The Count of Castelfino

© 2009 by Christina Hollis

«Самая счастливая»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

* * *

Пролог

Меган едва могла поверить в свою удачу. Благотворительный вечер на всемирно известной выставке цветов в Челси – и она участвует в нем! На это эксклюзивное мероприятие приехали самые богатые люди мира. Всех их заинтересовала ее коллекция тропических цветов, а она, в свою очередь, получила возможность любоваться красотой и богатством этих людей. И если она сейчас вздохнула, то лишь оттого, что ее окружал запах миллиона цветов и целого поля скошенной травы.

Неожиданно внимание ее привлек мужчина. Он решительно прокладывал себе дорогу среди олигархов и кинозвезд. Вот он похлопал кого-то по плечу, вот поцеловал какую-то даму. Он выглядел так, будто был здесь хозяином, – высокий, атлетически сложенный, непринужденно грациозный, казалось, он был рожден, чтобы носить смокинг.

Мег, не сдержавшись, проводила мужчину взглядом. На смуглом лице его вспыхивала ослепительная улыбка, как только очередной знакомый попадался ему на глаза. Мег попыталась представить себе, что это значит – быть частью его окружения. Она понимала, что перед нею представитель совсем другого мира. Когда толпа, сомкнувшись вокруг мужчины, скрыла его из виду, Мег снова вернулась к реальности. Взглянув на свой стенд под названием «Садовый центр Имси», она подумала: «Если бы он хоть искоса взглянул на меня!»

Лицо ее напряглось, когда она вдруг поняла, что ее грезы стали претворяться в жизнь. Мужчина ее мечты шел прямо к ее стенду и улыбался ей. Он явно хотел привлечь ее внимание.

– Buona sera, signorina![1] – Его голос был наполнен итальянским очарованием. – Мне нужны красивые подарки для… особых людей. И мне сказали, что эти растения как раз… – Он взглянул в открытый блокнот, который держал в руке. На секунду нахмурившись, он снова посмотрел на Мег с очаровательной улыбкой. – М-м-м… Вы не можете разобрать почерк? Что здесь написано?

Он не сдвинулся с места, чтобы передать ей блокнот. Мег же не могла дотянуться до него с того места, где стояла. Опасливо оглядевшись, она обошла стенд и приблизилась к нему. Ее вдруг охватила небывалая застенчивость. Чем ближе она подходила, тем более красивым казался незнакомец. Его дизайнерский костюм был безупречным, золотой «Ролекс» поблескивал на загорелом запястье, и при каждом его движении от мужчины исходил запах дорогого лосьона.

– Я впервые за целый день вышла из-за этого стенда, сэр!

– Не волнуйтесь. Уверяю вас, ваши усилия будут ненапрасны.

Благосклонно улыбнувшись, он показал ей свою записную книжку. Его пальцы были длинными, сильными и загорелыми – как у человека, много работающего в саду. Было лишь одно отличие. У этого мужчины ногти были идеально подстрижены и отполированы. Мег поймала себя на мысли о том, так же ли безупречны другие части его тела?..

Она вновь взглянула в его блокнот. Вся страница была исписана по-итальянски весьма решительным почерком. А в конце добавлена строчка, которую писал другой человек – буквы смотрелись старомодно, слишком витиевато. Мег склонилась к посетителю ближе, пытаясь расслышать, что он говорит. Теплый вечерний воздух еще раз наполнился соблазнительным запахом дорогого лосьона.

– Это гибрид «Имси», сэр. Эксклюзивное разведение моего питомника, – заявила Мег, с сожалением отодвигаясь от мужчины.

Она была награждена взглядом, который мог заменить собой все. Его черные глаза блеснули от удовольствия. Мег заглянула в них – и утонула.

Он нагнулся к ней с порочной улыбкой:

– Как вы думаете, женщинам понравятся эти цветы?

– Они не смогут против них устоять, сэр! – Мег неожиданно для себя хихикнула. – Наши орхидеи – идеальный, чувственный подарок для леди.

– Может быть, для некоторых леди?

Мег оставила эту ремарку без ответа. Слишком много людей там, дома, зависели от нее, а флирт с незнакомцем мог увести ее с пути истинного. Отвернувшись от его прекрасных глаз, она указала рукой на стенд, предлагая насладиться коллекцией ее лучших растений. Орхидеи красовались на подушках из зеленого мха, их нежные лепестки трепетали от малейшего дуновения ветерка. Каждый экземпляр был окружен десятками маленьких цветов, однотонных и пестрых, всех цветов радуги. Мег так гордилась своим стендом, что позволила себе еще раз улыбнуться:

– Орхидеи часто называют «танцующей радостью». Вам они понравились, сэр?

Красавец клиент, склонив набок голову, игриво взглянул на нее:

– В зависимости от обстоятельств. Вы танцуете?

Мег снова хихикнула. В другое время, при других обстоятельствах она отругала бы себя за то, что ведет себя так непрофессионально. Но сегодня она думала по-другому. Просто смотреть на этого мужчину было несказанным удовольствием. Было что-то завораживающее в блеске его черных, как маслины, глаз и в той энергии, которая незримо бурлила в нем.

Она и не заметила, что он подвинулся к ней. Смутившись, Мег взглянула на свои цветы:

– У меня нет времени на танцы, сэр, или на что-то другое, кроме работы. Чтобы вырастить такие цветы, приходится работать день и ночь.

– Но у вас это прекрасно получается. Цветы роскошные! – Он снова вскинул голову, восхищение его было искренним.

– Спасибо! – радостно ответила Мег, забыв о своей застенчивости. И вдруг она поняла, что он смотрит не на цветы, а на нее. Щеки Мег вспыхнули.

– Я беру десяток. Отправьте их в мои апартаменты в Мейфэре. Вереница моих красавиц успокоится на пару дней. Меня зовут Джианни Беллини. Вот моя визитка, и спасибо вам. Общение с вами доставило мне несказанное удовольствие. – Улыбка его была игривой, и Мег поняла, что цветы интересовали его в последнюю очередь. – Сейчас я с вами расплачусь. – Достав толстый кожаный бумажник, он вынул из него пачку купюр вместе со своей визитной карточкой. На его красивых губах заиграла улыбка. Мег еще больше покраснела, когда он взял ее руку своей сильной теплой рукой. Колени Мег стали ватными, когда он поднес ее руку к своим губам и поцеловал. – До следующей встречи, mia dolche[2].

В его темных глазах вспыхнул огонь, он сдержанно кивнул на прощание. И прежде чем Мег смогла что-нибудь сказать или рассмеяться, он отпустил ее руку, повернулся и исчез в толпе…

Глава 1

Сердце Мег билось как сумасшедшее. Многое произошло с тех пор, как выставка цветов в Челси завершила свою работу, но образ Джианни Беллини все еще преследовал ее. Лишь предвкушение работать на полную ставку на вилле Кастелфино немного отвлекало ее мысли.

Последние несколько недель она регулярно ездила в Тоскану, но с сегодняшнего дня Мег на полном основании могла назвать себя куратором экзотических растений графа де Кастелфино. Это было начало ее официальной работы у высокопоставленного итальянского работодателя. Конечно, Мег волновалась. Впервые она будет жить вдали от своих родителей, и им теперь придется одним справляться с семейным бизнесом.

Спустившись по трапу вместе с остальными пассажирами, Мег успокаивала себя мыслью о том, что кто-нибудь встретит ее в зале ожидания. В аэропорту ее обычно встречал Франко, шофер, который помогал ей доставить багаж. Но уверенность, что ее встретят и на этот раз, быстро испарилась. Мег огляделась – Франко нигде не было видно. Не случилось ли чего на вилле Кастелфино? За то недолгое время, пока Мег работала на графа, она успела понять, что старик не ладит со своим сыном. Мег никогда не видела il ragazzo[3] – именно так ее аристократ-работодатель ворчливо называл своего наследника, – но знала о нем уже достаточно много, чтобы невзлюбить. Граф де Кастелфино обожал свое поместье с его оливковыми рощами, кряжистыми дубами и просторными лугами, поросшими полевыми цветами. А его сын хотел превратить все земли поместья в виноградники. Жизнь на вилле Кастелфино превратилась в постоянную борьбу между красотой и бизнесом. Душевным утешениям старика грозили предпринимательские амбиции его сына.

Мег ждала, но никто так и не приехал за ней. Плохое начало для того, у кого никак не меньше полутонны багажа. Время шло. Оглядев холл, Мег увидела стрелку, указывающую на стоянку такси. Вместо того чтобы ждать и нервничать, Мег решила действовать. Толкая тележку перед собой, она вскоре вышла из здания аэропорта и, только когда села в такси, позволила себе расслабиться.

Водитель сразу узнал адрес, который она дала ему, и стал непринужденно болтать с ней на итальянском. Мег вздохнула с облегчением. Наконец-то хоть что-то стало двигаться в правильном направлении. Она попыталась объяснить ситуацию водителю, но вскоре исчерпала свой словарный запас итальянского, включающий лишь фразы, необходимые туристу. Водителю все это показалось очень забавным.

«Интересно, что сейчас делает красавец Джианни?» Вздохнув, Мег подумала о том, увидит ли его когда-нибудь еще. Она надеялась лишь на то, что ей удастся уговорить графа де Кастелфино отправить свою коллекцию растений на одну из самых больших цветочных выставок в Лондоне. «И тогда, – мечтала Мег, – непревзойденный Джианни Беллини поедет туда, чтобы купить орхидеи для своего гарема».

Всю дорогу, сидя в такси, Мег представляла себе, что это значит – быть соблазненной таким мужчиной, как он. «Неудивительно, что девушки табуном ходят за ним по пятам», – думала она. Вообще Мег была однолюбом, и здравый смысл твердил ей о том, что от таких мужчин, как синьор Беллини, ей надо держаться подальше.

* * *

Пока Мег ехала в такси, мужчина ее мечты смотрел на бочку с горючей смесью. И пусть она имела вид хрустального графина, но от этого была не менее опасной. Джианни Беллини прекрасно понимал, что алкоголь не поможет ему решить проблемы, только затуманит мозги. Он не спал несколько ночей, что уже было плохо, а выпивка лишь усугубила ситуацию. Хуже становилось не только ему, но и всему штату служащих, доставшихся ему в наследство.

– Может быть, принести шампанского, граф? – Официант подобострастно склонился перед ним.

В ответ Джианни лишь что-то проворчал и отмахнулся.

Джианни до сих пор с трудом осознавал то, что произошло. С самого детства, сколько он себя помнил, ему была предназначена определенная судьба. Но, обладая независимым характером, он решил, что не будет рассчитывать лишь на свое законное наследство. И сам сделал блестящую карьеру. При жизни его отца виноградники Джианни Кастелфино находились в самом дальнем углу поместья. Теперь все должно было измениться. Джианни Кастелфино стал единственным полноправным хозяином этой земли, и виноделие должно занять здесь центральное место.

Джианни улыбнулся. Он мечтал о том, чтобы вина его марки стали известны на международном рынке. Все пригодные участки земли в поместье Кастелфино будут превращены в виноградные плантации! И это не пустые слова. Джианни наслаждался сознанием того, что он сам заработал себе миллиардное состояние.

К тому же его образ плейбоя давал ему неоспоримые преимущества. Джианни нравилось каждую ночь иметь новую девушку, но ничто не могло сравниться с тем наслаждением, которое он получал от работы. Когда любители сенсаций из жизни знаменитостей гадали о том, кто из красоток наконец станет матерью его наследника, Джианни хранил свою настоящую любовь в секрете: виноградники Кастелфино станут его детищем.

Настоящих детей Джианни не хотел. Его собственное детство стало для него адом, и он не желал, чтобы та же участь постигла его невинное дитя.

Движение вдали привлекло его взгляд. Над подъездной аллеей поднималась пыль – какая-то машина ехала к вилле. Джианни с досадой прищурил глаза. Ему сейчас не нужны никакие гости! Угрюмо хмыкнув, он встал. Пройдя через летнюю столовую, вышел сквозь открытые остекленные двери на террасу. Как бы он себя ни чувствовал, он был обязан встретить тех, кто приехал выразить соболезнования в связи с кончиной его отца. Закрыв глаза, Джианни сконцентрировался на ответных словах.

В предместье Тосканы стояла полуденная жара. В тихом неподвижном воздухе не шевелился ни один листок. Какая-то птичка одиноко выводила свою монотонную трель, и не было слышно больше никаких звуков, кроме отдаленного шума мотора.

Джианни наблюдал, как машина, сделав полукруг, остановилась перед главным входом. Озадаченный, он протер глаза и увидел не шикарный лимузин, а простое городское такси. Водитель, выскочив из машины, тепло поприветствовал Джи-анни и открыл багажник. Он стал вынимать какие-то коробки и ставить их на землю, продолжая весело болтать с невидимым пассажиром. Джианни, не веря своим глазам, смотрел на развернувшуюся перед ним сцену. Из машины лились звуки радио. Никто на вилле Кастелфино в связи с трауром до сих пор не мог повысить голос. Сейчас все люди здесь разговаривали только шепотом. И до сих пор занавески на окнах были плотно задернуты. Теперь за ними угадывалось какое-то движение. Этот неожиданный приезд такси вызвал суматоху среди работников Джианни. Один из работников кухни выбежал во двор, чтобы утихомирить новоприбывших. Пока он разговаривал с шофером, граф де Кастелфино испытал еще один шок.

Задняя дверца такси открылась, и из нее вышла самая красивая девушка в мире. Ее юбка, и без того короткая, задралась во время поездки, обнажив длинные стройные ноги. Русые волосы, рассыпавшиеся по плечам, сияли на солнце. Она выглядела потрясающе! Выйдя из машины, девушка выпрямилась, слегка отшатнувшись назад, будто желая снова оказаться в спасительном убежище салона. Джианни понял, что после прохлады кондиционированного салона автомобиля воздух на площадке перед виллой показался ей раскаленным. «Но разве это удивительно, – отметил он про себя, – когда на ней такая обтягивающая одежда?»

Выругавшись, он отвернулся. Его тело встрепенулось, как обычно, при виде хорошенькой девушки. Его интерес к женщинам был совершенно естественным, но ведь сейчас, в эти скорбные дни, совершенно неуместно было подмечать такие детали. Джианни опустил глаза. А затем услышал ее смех – пленительный и мелодичный, как пение щегла.

– Синьор Беллини! Какой сюрприз! Я думала, что никогда вас больше не увижу, тем более здесь! Какая приятная неожиданность!

Он услышал ее уверенные шаги по гравиевой дорожке. С высоты террасы он бросил на нее всего лишь один взгляд. Заметив угрюмое выражение его лица, девушка перестала улыбаться. Через несколько шагов радость на ее лице улетучилась, сменившись выражением тревоги. Шаги замедлились, и, когда она снова заговорила, голос ее был прерывистым и нерешительным.

– Ведь вы – именно тот человек, с которым я познакомилась на выставке цветов в Челси, да?

– Да. Я Джианни Беллини.

Он ронял слова как ледяные сосульки, но потом вспомнил. Ведь это была девушка, занимающаяся разведением цветов! Джианни никогда не забудет ее хорошенькое личико и тело с такими соблазнительными формами… Изобразив улыбку, он коротко кивнул. В сознании медленно всплыли детали. Эта англичанка была не только красива. В ней было что-то необычное и свежее, и она произвела на него тогда впечатление, но он не думал, что когда-нибудь снова встретит ее…

Его короткий ответ не остановил девушку. Рассмеявшись, она шагнула вперед и протянула руку для приветствия:

– Боже мой, никогда не поверила бы в это! Вы изменились – должно быть, ваши подруги немного потрепали вас, синьор!

– Что вы делаете здесь? – В голосе Джианни прозвучал металл. Он взглянул на ее протянутую руку, будто это была змея.

Мег нахмурилась, взглянув в его лицо:

– Я работаю на графа де Кастелфино. Обычно меня встречали в аэропорту, но сегодня по каким-то причинам шофер за мной не приехал.

– Потому что мой отец умер. И теперь я – граф де Кастелфино, – жестко и официально объявил он.

Улыбка исчезла с лица Мег, и она с ужасом уставилась на него:

– О… я очень сожалею. – Она беспомощно оглянулась на такси, на груду багажа, а потом снова уставилась на Джианни. – Значит, я приехала в самый неподходящий момент… М-могу я спросить, что случилось?

– У него случился инсульт несколько дней назад, в Париже. И он умер вчера… нет, позавчера… – Тряхнув головой, Джианни поднял руку и провел рукой по своей небритой щетине.

– Я… я очень сожалею, – еле слышно повторила она.

– Вы не могли об этом знать. А я не знал, что вы должны приехать. Поэтому никто не был послан вас встречать. Я сам приехал сюда час назад. – Он взглянул на такси и достал кошелек. – Боюсь, вы напрасно потратили время, вам придется вернуться назад. Интересно, каким образом вам удалось проехать мимо охранников на воротах?

Глаза Мег становились все шире и шире – по мере того, как он говорил, – пока не превратились в два больших голубых блюдца.

– Они ждали меня… Мое имя внесено в список сегодняшних гостей… поэтому они пропустили такси, на котором я приехала… – Голос ее стал совсем тихим, и Джианни пришлось наклониться к ней, чтобы услышать ее слова. – Но я не могу вернуться назад. За растениями надо ухаживать. Граф – прежний граф – хотел, чтобы о них как следует заботились…

Джианни покачал головой:

– Теперь я – граф де Кастелфино, у меня есть свои планы. Я хочу установить новый порядок. И все, что мешает этому, должно быть устранено. Проекты моего отца не будут осуществлены. Теперь поместьем управляю я, и у меня более практичные интересы.

Он увидел, что в глазах ее блеснули слезы. Она поморгала, и, когда заговорила, голос ее был еле слышным.

– Неужели вы действительно этого хотите, синьор?

– Боюсь, что да. Меня интересуют лишь виноградники Кастелфино. Я занимаюсь практическими делами, а всякие красоты и увлечение цветочками меня не волнуют. – Легко спрыгнув с террасы, Джианни направился к такси. – Не волнуйтесь, синьорина, – сказал он, ведя Мег за руку к машине, – я оплачу такси обратно до аэропорта. К тому времени, как вы приедете туда, мои служащие договорятся о том, чтобы вам вернули деньги за купленный билет. Кстати, из какого аэропорта вы вылетали?

– Хитроу… но…

Подведя Мег к открытой дверце такси, Джианни отпустил ее. Сунув таксисту значительную сумму, он повернулся и пошел обратно к дому. Напоследок бросил через плечо:

– Сожалею, что вы напрасно проделали такой путь, синьорина. До свидания.

Мысленно отогнав от себя ее образ – соблазнительные полные губы и огромные голубые глаза, – Джианни заставил себя сконцентрироваться на своих бизнес-планах – производстве вина Кастелфино.

И вдруг какой-то голос вторгся в его мысли, мелодично прозвенев в горячем густом воздухе:

– Никаких сожалений, синьор Беллини!

Остановившись, Джианни нахмурился. Этого он никак не ожидал. Если англичанка и могла что-то сказать, то только «да». Именно так должно происходить в империи Джианни. Люди здесь делают то, что он им велит! Когда он стоял, удивляясь тому, как эта девушка посмела нарушить его приказание, он услышал приглушенный хлопок. Затем раздался звук легких шагов по земле. Это заставило его оглянуться через плечо. И то, что он увидел, поразило его еще больше. Девушка, бросив свою сумку, бежала вслед за ним.

Джианни Беллини, граф де Кастелфино, подумал о своих служащих, которые смотрят на эту сцену из-за задернутых занавесок. Им всем была известна его репутация. И теперь по всей Тоскане распространятся слухи. Джианни, конечно, был плейбоем, но сейчас он знал, что ему надо делать. Он не позволит пошатнуть его авторитет! Когда эта девушка устроит ему истерику, он рыкнет на нее зверским голосом и заставит замолчать.

Сделав глубокий вдох, он приготовился к отпору, но так и не вымолвил ни слова.

– Простите меня великодушно, синьор, но при всем уважении к вам я считаю, что мне надо остаться. – Она остановилась в шаге от него, почти прошептав эти слова.

Джианни никак этого не ожидал.

– Совсем ненадолго. Пожалуйста! – умоляла девушка.

Совершенно сбитый с толку, Джианни молчал. Его поразило не то, что она сказала, а то, как это было произнесено. Мысли вихрем закрутились в его голове. «Может быть, она беспокоится о работниках, как и я… Но нет, вряд ли»

– И вы смеете говорить об уважении ко мне? Вы, которая ворвалась в мой дом со смехом в эти скорбные дни?

Мег стояла от него так близко, что слышала дыхание, вырывавшееся сквозь его полуоткрытые губы. Колени ее задрожали, но отчаяние помогло ей твердо устоять на ногах. Необходимо убедить нового босса оставить ее на вилле. Это было жизненно важно.

– Я не хотела ничего плохого, синьор. Я никогда бы не приехала сюда, если бы знала, что случилось. Можем ли мы подвести под этим черту и снова начать разговор?

Через секунду она поняла свою ошибку. Джианни Беллини никогда не шел на попятную. Ей показалось, что добиться своей цели практически невозможно. Мег стало плохо, но она ни за что не хотела показывать свою слабость. Ей нужна была эта работа! Слишком много людей зависело от нее, чтобы она вот так, без боя, могла ее потерять.

Мег собралась с духом. Она опустила веки, медленно и решительно, как стоящий на краю трамплина пловец перед прыжком, и продолжила:

– Когда ваш отец был жив, он очень хотел, чтобы я работала здесь. Я высококвалифицированный специалист, и без моего ухода растения скоро погибнут. У него были большие планы по развитию поместья Кастелфино. А теперь, когда граф… Ну, скажем так, его имя должно остаться в памяти людей. Он всегда думал о будущем, и многие его идеи были вполне практичными. Старый граф хотел когда-нибудь отправить на выставку свою коллекцию растений, хотел оживить туризм в этой местности. Я уверена, вы поддержали бы его идеи, синьор, – добавила Мег, с облегчением заметив, что ее невинная фраза, казалось, произвела на него впечатление. – Любой мужчина гордился бы тем, что он может оставить потомкам такое наследство. Поверьте мне, я разбираюсь в этом.

Джианни насторожился:

– Откуда такая уверенность? Догадываюсь, у вас есть стопка бумажек об образовании? – с издевкой спросил он.

– Мой отец такой же, – невозмутимо произнесла она. – Когда он серьезно заболел, то стал беспокоиться насчет того, что он оставит после себя, и эта мысль не давала ему покоя. И отец стал сам себе худшим врагом. Старый граф был хорошим, добрым человеком, синьор. И он заслуживает уважения. Я работала вместе с ним над новым проектом. Он так хотел его осуществить, и я считаю, что будет большой ошибкой, если вы его отмените.

Джианни долго смотрел на нее. Затем уголки его губ приподнялись, и на лице появилась потрясающая, сногсшибательная улыбка. Эта улыбка являлась ей в мечтах – со дня их первой встречи…

Джианни сделал шаг вперед и протянул ей руку:

– Позвольте вас поздравить… э-э-э… мисс…

– Имси. Меган Имси.

Пальцы его были восхитительно теплыми, когда он взял ее за руку. Это тепло отразилось на ее вспыхнувших щеках.

– Хорошо, мисс Имси. Я не нашел слов – со мной такого никогда не было!

Мег улыбнулась ему в ответ. Она была очень сообразительной девушкой. За последние несколько минут Джианни Беллини превратился из мужчины ее мечты в живого, дышащего человека, к которому она могла прикоснуться. К своему удивлению, она поняла, что у них есть нечто общее. По крайней мере две вещи. Для него работа была главным делом его жизни, и он умел скрывать свои истинные чувства, так же как и она. В мечтах Мег он был неподражаемым любовником, но теперь, при встрече, она увидела в нем реалиста. Она росла в бедной семье, окруженная любовью родителей, и с детства жаждала избавить их от бедности. Она должна была получить эту работу ради своих родителей!

Но это было еще не все. Джианни Беллини был таким притягательным… Он поразил ее воображение еще тогда, на выставке в Челси. Таких гламурных мужчин Мег никогда не видела. И теперь, когда участь ее была в его руках, Мег с трепетом ждала, что он скажет ей в ответ.

– Конечно, вы не должны принимать поспешное решение по поводу такого незначительного вопроса, как моя работа, синьор! Сейчас у вас много других, более серьезных проблем.

По крайней мере, это было бесспорно. Джианни прекрасно умел скрывать свои эмоции, но на секунду в глазах его мелькнула боль. Может быть, кто-то другой и не заметил бы этого, но не Мег. Она прекрасно помнила, что испытывала, когда ее отец находился на грани между жизнью и смертью. С состраданием она протянула руку к своему новому работодателю, но, не посмев прикоснуться к нему, сразу же отдернула ее. Сочувствие она выразила в словах:

– И главная проблема – это вы сами.

Но Джианни сочувствие было не нужно. Он нахмурился:

– Со мной все в порядке.

– Вы выглядите так, будто не спали всю ночь, – сказала Мег, разрываясь между сочувствием и желанием добавить осуждающее слово «снова». Она не могла забыть о тех цветах, которые он купил у нее тогда на выставке для… своих подружек.

– Меня не было, когда это случилось, – пробормотал Джианни, словно обращался сам к себе. – Я был в ночном клубе. Я помчался в больницу, сел рядом с ним на кровать, стараясь почувствовать что-то. Но я ничего не чувствовал… Однако потом… – Он замолчал.

– Все нормально, – тихо сказала Мег, снова протянув к нему руку. На этот раз она тихо дотронулась до его рукава, но он быстро отступил назад.

– Потом я приехал сюда, потому что имение не может управляться само собой… – живо начал Джианни, но ресницы его медленно опустились, прикрыв темные глаза. Он взглянул на часы. – Я не спал несколько дней… – закончил он с усталым недоумением.

– Это видно, – тихо сказала Мег. Он выглядел очень усталым и потрепанным.

Джианни потер рукою лоб и глаза. Мег понимала, что он испытывает. Она страшно переживала за своего отца, когда тот лежал в отделении интенсивной терапии.

Воспоминания были еще свежи в ее памяти, и вдруг они переполнили ее. Рванувшись вперед, она протянула к Джианни руки. Она не могла сдержать себя. Его реакция была тоже инстинктивной, когда он, подняв руки, остановил ее:

– Нет! Пожалуйста, не надо.

Мег остановилась, сдержав свое стремление утешить его.

– Хорошо, хорошо. Вы волнуетесь, что нас увидят ваши служащие. Я понимаю. Но никому не будет хорошо, и вам в том числе, если вы будете продолжать изнурять себя, синьор. Вам надо отдохнуть, и если вы не сделаете это, сами окажетесь в больнице! И кто тогда позаботится о вилле Кастелфино и людях, которые работают здесь?

Джианни долго смотрел на нее. И под пристальным взглядом этих мрачных, загадочных глаз глубоко внутри Мег стало что-то происходить. Будто зеленый росток стал пробиваться сквозь толстый слой снега. Джианни Беллини был небрит и явно измучен, и все же он выглядел потрясающе. Все ее порочные фантазии о нем снова всплыли в ее сознании. Она провела много долгих бессонных ночей, вспоминая его лицо, его улыбку, его очарование…

А теперь он стоял прямо перед ней.

– Почему вы переживаете за меня? Я холодный, бесчувственный робот, способный лишь решать задачи. Именно так говорят обо мне в клубах и на пляжах. Когда я отмету все безумные идеи своего отца, для вас здесь не останется никакой работы.

Мег подняла брови. Планы старого графа казались ей вполне разумными. О такой работе она мечтала, но новый порядок, который хотел установить Джианни, разрушал все ее мечты. Значит, настало время сказать ему горькую правду.

– Я не могу не переживать, – сказала она ровным, спокойным тоном. – Я зачислена в штат работников виллы Кастелфино, но до сих пор вы – единственный человек, который знает о том, что я явилась на службу. Если говорить откровенно, то это в моих интересах – позаботиться о вас, синьор Беллини. И всегда остается шанс, даже самый ничтожный, что вы все-таки прислушаетесь к моим доводам и возьметесь за выполнение планов старого графа.

Потребовалось некоторое время, чтобы с лица Джианни исчезло выражение согласия и вместо него возникло отвращение.

– Я должен был догадаться. Все разговоры с женщинами в конце концов сводятся к деньгам. А люди удивляются, почему я не женюсь! – Лицо его скривилось.

Этот ответ окончательно привел Мег в себя. В реальной жизни этот мужчина был очень далек от идеала, о котором она мечтала. С запоздалым сожалением она поняла, что Джианни был таким же практичным и приземленным, как и она. У нее не осталось никаких иллюзий. Родители попрощались с ней в аэропорту, возложив на дочь большие надежды. И она не могла теперь вернуться домой с пустыми руками.

– Речь идет не только о деньгах, синьор. В планах старого графа есть здравый смысл. Мои родители, оставшиеся дома, считают меня опорой семьи. Я помогла наладить им бизнес, который до того пришел в упадок. Сейчас у них все хорошо, но мы все знаем о том, что в любой момент обстоятельства могут измениться. Поэтому мне нужна эта работа, синьор! Ваш отец пригласил меня жить в садовом домике – здесь, на вилле Кастелфино. Я приезжала сюда раньше, поэтому знаю, где он находится. И вам не надо беспокоиться обо мне, – сказала она, хотя Джианни Беллини никогда ни о ком не беспокоился, только о себе. – Я сама решу все вопросы и не доставлю вам никаких хлопот. Мы сможем поговорить обо всем позже. Вам только надо немного отдохнуть.

– Нет. Я должен бодрствовать.

Он выглядел воинственным – насколько может выглядеть воинственным мужчина, не спавший несколько ночей.

– Конечно, должны, синьор. – Мег улыбнулась. – Именно поэтому вы должны немного поспать. Не волнуйтесь, я знаю, как функционирует этот дом. Вы будете в курсе всего происходящего, – успокаивающе произнесла она. – Старый хозяин говорил, что он выбирал самых лучших работников.

Джианни долгим взглядом посмотрел ей в лицо. Затем вдруг снова взял ее руку и поднес к своим губам – для умопомрачительного поцелуя. В глазах его мелькнуло тайное обещание, как при их первой встрече…

Затем он медленно произнес:

– Да, действительно. Отец выбирал самых лучших работников. Теперь я это вижу.

Глава 2

Джианни послушался Мег лишь потому, что очень устал. Он был так измучен, что тело установило полный контроль над его разумом. Предоставив новоприбывшей самой разбираться со своими делами, Джианни пошел в свою комнату. Действуя на автопилоте, он скинул ботинки и упал на кровать.

Когда он очнулся, солнце светило ему в глаза, в желудке урчало от голода. Схватив телефонную трубку, лежавшую на прикроватной тумбочке, он позвонил экономке и велел принести ему еду.

Через двадцать минут, приняв душ и побрившись, он снова почувствовал себя человеком. Войдя в столовую, Джианни увидел, что стол накрыт. Внутренние часы подсказали ему, что сейчас должен быть обед. Но то, что он увидел на столе, совсем не было похоже на обед. Такого меню не было на вилле Кастелфино за все тридцать два года его жизни.

– Эти блюда выглядят очень заманчиво, – с подозрением произнес он, взяв газету, аккуратно свернутую на подносе.

– Да, синьор. Некоторые из нас сегодня приглашены на ланч в садовый домик. Главный садовник и нас угощает этими блюдами.

Прежде чем Джианни задал официанту следующий вопрос, он кое-что заметил:

– Это понедельничный номер. Что было в воскресенье, Родолфо?

– Домашний персонал получил строгие указания не волновать вас, синьор.

Официант сделал такое странное ударение на слове «домашний», что Джианни мгновенно что-то заподозрил. Обогнув стол, он внимательно оглядел непривычные для него блюда. Здесь были ломтики сыра с листьями салата полудюжины сортов, а на хрустальных тарелках было разложено что-то яркого цвета.

– Похоже на английский бисквит, пропитанный вином и залитый взбитыми сливками. Не видел ничего подобного с тех пор, как учился в школе. Откуда это взялось?

– Главный садовник предложила некоторые поправки к вашему меню, синьор.

Джианни остановился, перестав расхаживать по комнате. Нахмурившись, он поднял палец вверх.

– Именно об этом я должен был спросить вас минуту назад. Я не знал, что у нас есть главный садовник, – медленно произнес Джианни, догадываясь о том, что произошло. Девушка, которая без приглашения явилась в его поместье, внедрилась в гнездо, словно кукушка, как только он повернулся к ней спиной.

– Мисс Имси только что приехала, синьор.

– Ах, это она… – устало произнес Джианни с интонацией человека, у которого миллион работников, и все из них приносят гораздо больше беспокойства, чем пользы. – Ну не волнуйтесь. Она не пробудет здесь долго. Меня больше интересуют практические умения работников, а не их дипломы об образовании. Люди, которые прячутся от жизни в университетах, всегда боятся тяжелой работы. – Джианни всегда был уверен в своих оценках, но, взглянув в лицо Родолфо, снова ощутил что-то, похожее на подозрение. – И не надо говорить, что вы были очарованы этим лицом и этими ногами… ее улыбкой, волной золотистых волос и этими детскими голубыми глазами…

Одернув пиджак, Джианни снова вспомнил о том, что он – наследник графа. И никому из служащих не будет позволено выходить за установленные для них рамки. И не важно, насколько старший садовник хорошенькая и привлекательная.

Официант не спешил уходить. Он явно хотел сказать хозяину что-то еще. Потянувшись за вторым ломтиком сыра, Джианни бросил на него взгляд, который мог бы заставить расплакаться бойца особого назначения:

– Кажется, вы хотите сказать мне что-то еще, Родолфо?

Официант вежливо прокашлялся:

– Возможно, вам будет интересно узнать о том, что лицо у шеф-повара словно выжатый лимон, синьор.

Джианни держал в руках щипцы, которые нес от серебряного подноса к своей тарелке. Рука его застыла в воздухе. Мысль о том, что Мег старалась угодить ему лишь потому, что хотела заработать, его раздражала. И новость о том, что ей удалось разозлить старого степенного повара, вызвала ухмылку на его лице.

– Но ведь это не имеет никакого отношения к новому главному садовнику, да? – невинным тоном спросил он.

– Да, граф.

– И… какова моральная обстановка на кухне? – поинтересовался Джианни, стряхнув крошки сыра с пальцев.

– Приподнятая.

– Я всегда говорил, что персонал семьи Беллини способен сам решать возникшие проблемы, – с чувством удовлетворения отметил Джианни.

Отпустив официанта, Джианни стал наслаждаться едой. Голодный, он ел до тех пор, пока очередной кусок уже не полез в горло. Он отодвинул от себя тарелку. И в этот момент Джианни понял, что чувствует себя гораздо лучше, чем в последние годы. Он не только насладился великолепными блюдами, но еще прекрасно выспался! Так долго он еще никогда не спал. Его сегодняшний сон превысил то количество часов, которое приходилось на целую неделю. Но реальность снова ворвалась в его сознание. Отец его умер. И будущее сотен гектаров земель, а также тысяч работников по всему миру теперь зависело от него, от его способностей в качестве нового графа де Кастелфино.

Что ж, теперь его бизнес мог получить развитие – в полном соответствии с его планами.

Джианни включил музыку. Затем вышел на балкон, примыкавший к его личной столовой. Отсюда он мог неспешно любоваться видом. Вся земля, раскинувшаяся перед ним, с грядой холмов на горизонте, теперь находилась в его владении. Всего лишь несколько дней назад его виноградники занимали менее чем сто гектаров всего обширного поместья. Это должно измениться. Джианни глубоко задумался о будущем. Его разгульные ночи остались позади. Теперь развитие виноградарства займет все его мысли. И это поможет ему не думать о том, о чем думает каждый аристократ. Джианни не хотел быть последним представителем своего рода, носящим его имя и титул, но он также не хотел видеть страдания ребенка, рожденного в семье Беллини. Горечь этих страданий отразилась на его лице…

Джианни сел, чтобы полюбоваться видом с балкона, стараясь не думать о неизбежном. Он никогда еще не любовался пейзажем из своих комнат. Этот вид существовал как бы сам по себе. А теперь каждая виноградная лоза, каждое оливковое дерево и каждый кипарис принадлежали ему.

Джианни удовлетворенно расслабился.

А затем на глаза ему попалась Меган Имси, толкавшая перед собой тележку, наполненную какими-то инструментами. Лицо ее скрывала широкополая шляпа, но Джианни видел, что она наслаждается солнечными лучами. Вот девушка повернула голову, оглядев высохшую траву, окружавшую поросшую сорняками тропинку. Должно быть, она направлялась в небольшой сад возле кухонной стены. Там уже шла работа в соответствии с проектом его отца.

Взгляд Джианни стал критическим. Зачем она идет туда, когда он сказал ей о том, что думает о планах своего отца? И кто работает в этом саду, когда там никто работать не должен?

Белая рубашка с длинными рукавами, просторная юбка, соломенная широкополая шляпа и солнцезащитные очки надежно защищали Мег от солнца. Несмотря на жару, она шла по саду быстрым шагом. Мег всегда любила работать, но вилла Кастелфино была для нее особенным местом. Сто лет назад прежний граф велел создать для своей молодой жены, английской аристократки, сад около одной из стен дома, чтобы избавить ее от тоски по родине. За многие годы этот сад в английском стиле пришел в запустение, но отец Джианни решил построить рядом современные оранжереи, оборудованные по последнему слову техники. Новый комплекс был уже почти завершен, но в это солнечное утро Мег привлек именно этот потаенный уголок сада. Его увядшая грусть почему-то притягивала ее. Улыбнувшись, она открыла калитку и оказалась на целом гектаре маленького земного рая.

Мег постояла секунду, осматривая свои достижения. Последние несколько месяцев, приезжая в Италию, она занималась не только оранжереями, но и этим укромным садиком. Конечно, теперь в глаза бросался новый стеклянный дворец – оранжереи. Осталось только произвести некоторые косметические работы, но главная постройка была практически закончена. Этим утром ее стеклянная крыша была полностью открыта, и сюда доносилось любое дуновение ветерка. Вся конструкция была похожа на корабль, мчавшийся на полных парусах. Как мог Джианни не любить такое прекрасное место?

Мег кольнул страх: «А вдруг мне не удастся уговорить его оставить ее?» При мысли о том, что кто-то может снести ее любимые оранжереи, ей стало невыносимо больно. Этот успех несказанно приободрил Мег, дал возможность спасти своих родителей от банкротства. А теперь их семейный бизнес снова мог пойти на спад.

Она стала осматривать остальной сад. Когда-то он обеспечивал виллу фруктами. Но десятки лет за ним никто не ухаживал, и теперь сад зарос высокой травой и одичал. Никто не производил обрезку фруктовых деревьев, их ветки раскинулись в разные стороны, образуя густую тень. Поставив тележку в прохладную тень возле старинного глубокого бассейна, Мег вернулась к калитке и заперла ее. Она не хотела, чтобы ее кто-нибудь беспокоил. Вновь подойдя к тележке, она обвязала веревкой горлышко бутылки с водой. Затем опустила ее в бассейн, чтобы охладить воду. И после этого приступила к работе.

Мег собиралась разбить здесь новые клумбы. У подножия стен, окружавших сад, она решила сделать бордюры, которые должны были стать дополнением к новой шпалерной галерее. Мег долго обдумывала эту идею. И теперь ей нужно было осуществить ее. К концу недели уже можно будет видеть какой-то результат. Чем большее впечатление он произведет на Джианни Беллини, тем больше вероятность того, что он оставит ее работать на вилле.

Скоро Мег стало жарко. На ней слишком много одежды! Первыми были сняты сандалии. Короткая колючая трава впилась в ее голые ступни, и Мег засмеялась от радости. Погружая пальцы ног в дерн, она стала вбивать колышки и натягивать веревки, определяя размеры будущих клумб. В саду не было ни малейшего ветерка, поэтому вскоре ее рубашка стала мокрой от пота и прилипла к вспотевшему телу. Мег колебалась секунду, не смея набраться храбрости, чтобы полностью раздеться. Оглядевшись вокруг, она поняла, что сад не просматривался ниоткуда. Калитка в ее святилище была заперта. Никто ее не увидит. И если она не обгорит на солнце, никто не догадается, что она работала почти голышом.

Порывисто сорвав с себя одежду, Мег вернулась к работе. Когда солнце начинало сильно припекать, она возвращалась в спасительную тень и пила прохладную воду из бутылки, опущенной в бассейн. Разогнув усталую спину, Мег взглянула на очертания будущей клумбы и вдруг услышала ужасающе знакомый голос, который заставил ее подпрыгнуть на месте:

– Интересно, в таком виде в саду работают все англичанки?

Мег судорожно обернулась, и сердце ее замерло. Это был Джианни – настоящий великолепный Джианни, а не тот усталый и измотанный грубиян, который вчера выгонял ее из имения. Сегодня он выглядел таким же неподражаемым и притягательным, как и тогда, на выставке цветов в Челси.

– Что вы здесь делаете? – выпалила она, напрасно пытаясь прикрыться руками.

Он кивнул в сторону виллы:

– Я живу здесь, вы разве забыли?

Мег была застигнута врасплох.

– Простите… Как я могла забыть об этом? – выдохнула она. Густой румянец был для нее плохой защитой, и Джианни продолжал рассматривать ее с нескрываемым интересом. – Я была уверена, что никто не застигнет меня здесь в таком виде. Калитка закрыта. И у меня единственный ключ. Как вы вошли?

Засунув руку в карман, Джианни подошел к раскидистой старой мушмуле, где Мег повесила свою шляпу и рубашку. Сняв их с ветки, он направился обратно к Мег. Джианни явно не спешил, и Мег нервничала в ожидании своей одежды. Он открыто развлекался, глядя на нее. Затем эффектным жестом достал из кармана второй ключ.

– Я сказал – я живу здесь. И у меня есть дубликаты ключей от каждой двери.

Босая, но уже прилично одетая, Мег постепенно овладела собой:

– Это не объясняет того, зачем вы сюда пришли.

– Я пришел не по делу. А просто по желанию. Я захотел видеть тебя, Меган.

Взгляд его снова стал призывным, обволакивающим. Это было так восхитительно, что Мег едва могла смотреть в его черные глаза. Испугавшись того, что он мог прочитать ее мысли, она уставилась на жесткую траву возле своих ног.

– Надеюсь, вы чувствуете себя лучше, граф.

Улыбка его расширилась, и белые зубы засияли, как жемчуг, на фоне теплого золота его кожи.

– Да, лучше. Но зови меня просто Джианни, пожалуйста.

Сердце Мег дрогнуло – пока она не догадалась, что он предлагает это всем своим служащим.

– Я пришел сюда, главным образом, потому, что хотел поблагодарить тебя, – продолжал Джианни. – Ты была права. Я был очень утомлен, когда ты приехала. И после этого я только и делал, что спал и еще наслаждался прекрасным поздним ланчем.

– Это хорошо.

– А потом мне сказали, что эта прекрасная еда была предложена тобой. Что заставило тебя бросить вызов моему шеф-повару?

Мег быстро взглянула на него, чтобы понять, какая опасность ей грозит. В ответ Джианни улыбнулся, приподняв свои брови в молчаливом поощрении. По спине Мег пробежал холодок, несмотря на то что было очень жарко.

– Вы выглядели таким утомленным. И я знала, что еда занимает не последнее место в списке ваших приоритетов. Увидев говяжий стейк в сегодняшнем меню, я подумала, что это слишком тяжелая пища для такой жаркой погоды. И решила сама себе приготовить еду. А потом подумала, что вам тоже может понравиться что-то легкое и знакомое вам. Я уже узнала от ваших людей, что вы посещали школу-интернат в Англии. Так случилось, что тетя моя сейчас работает там шеф-поваром. Я позвонила ей и спросила, какие блюда были наиболее популярны в те дни в школе в такое жаркое время.

– Ты оказалась инициативным работником, Меган, – медленно произнес он. – Я пришел сюда прямо из кухни. Как только шеф-повар закончит осмотр кладовой, она извинится перед тобой за то, что сказала тебе.

Мег заморгала, взглянув на него:

– Простите?

– Работники кухни сказали, что она пыталась надавить на тебя, используя свое служебное положение, но ты стояла на своем. Прекрасно! Ты первая из моих работников, кто посмел поспорить с ней.

– Значит, вы не возражали против такого меню? – осторожно спросила Мег.

– Я восхищен, Меган. – Его голос слегка дрогнул.

– И все же… Не успев приехать, я уже схлестнулась с вашим шеф-поваром. А она – старый и преданный работник вашей семьи. Я совершенно новый человек – и вы встали на мою сторону?

Джианни изучающе смотрел на ее лицо, удивляясь тому, что она, похоже, не поняла его.

– Конечно. Она была не права, а ты – права. Я сам должен был пересмотреть меню. Но ты сделала это за меня, вот и все. – Он увидел, как лицо ее сильно покраснело. Мгновенно встревожившись, он сделал к ней шаг. Его сильные руки поддержали ее за локти. – Меган? Что случилось? Должно быть, ты перегрелась на солнце. Вот, садись сюда.

Она взглянула на его пальцы. Они сжимали ее руки так же нежно, как и в ее фантазиях…

– Нет, нет… Со мной все в порядке. – Голос ее снизился до шепота. Его прикосновение было таким восхитительным…

Он смотрел на нее на несколько секунд дольше, чем это было необходимо, затем многозначительно пожал плечами:

– И чем же занимается здесь главный садовник?

– Я не главный садовник – моя квалификация гораздо выше. Моя первоначальная должность называлась «куратор экзотических растений», – быстро добавила она. – Но местному персоналу я представилась главным садовником. И все работники кухни клюнули на это, – закончила она с нервным смехом.

К ее изумлению, Джианни широко улыбнулся, но мгновенно, из предосторожности, скрыл свою улыбку.

– Это я назвал бы инсайтом. Значит, ты обладаешь не только инициативой, но и инсайтом? Ты далеко пойдешь, ragazza insolente![4]

Его губы напряглись – Мег видела, что он едва сдерживает смех. Почтительно опустив глаза, Мег снова взглянула на траву, чтобы скрыть свою улыбку.

– Я уже и так далеко зашла, синьор, – сказала она, тщательно скрывая веселую нотку в своем голосе. – Я приобрела много знаний, спасла бизнес своих родителей от разорения и теперь получила здесь превосходную работу. И это еще не конец.

– Начинаю это понимать, – спокойно произнес он. – Итак, мисс куратор экзотических растений, каковы ваши планы насчет моего нового сада?

– Я приехала сюда, чтобы осуществить планы старого графа, а не мои собственные, – осторожно произнесла она. – В данный момент его коллекция тропических растений находится в старой теплице, где выращивали лимоны, в дальнем конце сада возле кухни. Все растения оттуда планировалось переместить в новые оранжереи.

Мег направилась к длинной цепи сооружений, расположенных вдоль дальней стены. Джианни двинулся следом.

Изначально «лимонный дом» был построен с открытым передним фасадом. Позже его изящные каменные арки были застеклены, чтобы получилась теплица. Мег открыла дверь в царство влажных сочных листьев и тропических цветов.

– Граф поручил мне организовать строительство современных оранжерей, чтобы предоставить своим растениям идеальные условия. А это означает компьютерный климат-контроль. Он хотел приобрести современное оборудование, использовать новейшие достижения в этой области, чтобы все было на высшем уровне. Граф мечтал о том, чтобы в эту часть виллы Кастелфино со всего света приезжали туристы полюбоваться на образцовое хозяйство.

– Но разве это не розовые мечты? – пожал плечами Джианни. – Разве мой отец не слышал о глобальном изменении климата? Удивляюсь, что никто из квалифицированных специалистов, ну хотя бы ты, не просветил его на этот счет. Мой отец всегда жил иллюзиями. И такая образованная женщина, как ты, не должна была идти у него на поводу.

Мег попыталась пронзить его твердым взглядом:

– Кажется, вы не впечатлились моей квалификацией, синьор?

– Дело не в этом. Просто отец мечтал об одном, а я – о другом. Виноградники Кастелфино – вот о чем я думаю. Я замыслил это дело и реализую его на практике: создам производство всемирно известных марок вин! – Глаза Джианни подозрительно сузились. – Разве мой отец никогда не жаловался тебе, что я трачу деньги на свои дорогостоящие проекты, а не на его… цветочки? Вижу теперь, в чем заключалась твоя работа. Наверняка отец и бухгалтер предоставляли в отчетах фальшивые цифры. И не отрицай, что от меня скрывали реальные суммы, которые отец швырял на эти… эти… – Окончательно разозлившись, Джианни лишь махнул рукой на экзотические орхидеи и яркую листву тропических растений.

– Все это было совершенно легально. Бухгалтеры старого графа всегда отражали реальные цифры в отчетах аудиторам! – возразила Мег. – Просто твой отец считал, ты будешь возражать против его трат, поэтому он велел составлять отдельные бухгалтерские отчеты – на случай того, если ты захочешь проинспектировать их. Мы просто не хотели тебя расстраивать, вот и все.

Задрав голову, Мег воинственно взглянула в его глаза, и тут что-то произошло… Их взгляды встретились, и Мег теперь не могла отвести от него глаз. Освещенный солнцем, Джианни был неописуемо красив. Дыхание застыло в ее горле, и Мег не могла издать ни одного звука.

Джианни прекрасно знал о том, какая сила скрывается за его взглядом!

– Надеюсь, отец не убедил тебя в том, что я дурной человек. – Голос Джианни был медленным и ленивым, словно воздух в «лимонном доме». – А ведь я могу быть самым великодушным из мужчин, если обстоятельства – и женщина, конечно, – подходят мне, – сказал он, и обещание, прозвучавшее в его заключительных словах, соблазнительно повисло в воздухе.

– Я знаю. Когда ты был в Лондоне, ты заказал у меня цветы для своих подружек, помнишь? – выдохнула она, стараясь говорить спокойно.

– Значит, ты догадываешься, что я сейчас скажу?

Губы Мег дернулись, но она не издала ни звука.

– Я решил, что оранжереи помогут сохранить память о моем отце. Ты была права насчет этих оранжерей – очень умное предложение. – Голос его был низким и призывным, словно прохладный ручей, журчащий среди обволакивающей жары.

Мег вздохнула. Оранжереи, которые она уже считала своими, имели магические свойства. Они были прекрасны, и Мег могла сделать их еще лучше. Джианни смотрел на прекрасные яркие цветы и сочную листву, но в любую секунду мог обратить свой взор на нее… По крайней мере, Мег мечтала об этом.

– Ты дорого обойдешься мне, – пробормотал он, в то время как она с трудом перевела дыхание.

– Все зависит от того, что ты хочешь. Ведь это Тоскана. И здесь все создано для наслаждения. – Голос ее сошел на шепот.

– И все это имеет свою цену. – Джианни пристально взглянул на нее, предвкушая ее реакцию.

– Ты всегда так переживаешь? – спросила она, понимающе взглянув на него.

– Я не переживаю. Стоимость этих новых сооружений меня мало волнует. Женщины волнуют гораздо больше. А если речь идет о будущем моей семьи, то есть гораздо более важные вещи, чем деньги. Беллини не процветали бы так долго, если бы не умели побеждать. Именно поэтому мой отец больше не женился после смерти моей матери, слава богу.

Мег ничего не сказала в ответ. Ей вдруг стало очень жарко, но повышенная температура тела не имела никакого отношения к тропической оранжерее.

– Тебе, возможно, моя позиция покажется очень жесткой, Меган, но я знаю, о чем говорю. Когда речь заходила о делах сердечных, мой отец предвидел, что его мнение не будет принято в расчет. – Джианни продолжал смотреть на яркую листву, окружавшую их. Легкий бриз проник сквозь открытую дверь теплицы, разворошив темные кудри Джианни. Они упали ему на лоб, и от этого лицо его стало грозным, как у пирата.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Добрый вечер, синьорина! (ит.) (Здесь и далее примеч. пер.)

Вернуться

2

Моя сладкая (ит.).

Вернуться

3

Мальчик (ит.).

Вернуться

4

Нахальная девчонка (ит.).

Вернуться