Кэтти Уильямс
Маленькое любовное приключение

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения «Арлекин Энтерпрайзиз II Б.В./С.а.р.л.».

Иллюстрация на обложке используется с разрешения «Арлекин Энтерпрайзиз II Б.В./С.а.р.л.».

Товарные знаки Harlequin и «Арлекин» принадлежат «Арлекин Энтерпрайзиз лимитед» или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Hired for the Boss’s Bedroom

© 2009 by Cathy Williams

«Маленькое любовное приключение»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

* * *

Глава 1

Мать Лео, сдержав раздражение, невозмутимо выслушала его объяснения по поводу опоздания, не сделав никаких комментариев, хотя Лео прекрасно знал, о чем она думает – она надеялась увидеть его хотя бы на несколько часов раньше.

Совещание затянулось. Срочный звонок раздался, когда он уже был на пороге офиса.

– Даниель, – в конце концов сказала она, – отправился повидать Хезер. Она живет по соседству. Ближайшая к ней дорога – пешком через поля, но я думаю, что ты захочешь поехать на машине. Конечно, ты не будешь здесь ждать. Я сказала Хезер, что он должен вернуться не позже семи.

– Я пойду пешком, – ответил Лео.

Он не хотел брать машину, потому что не мог себе позволить напрасно тратить время.

И теперь он шел по просторным полям, окружавшим красивый загородный особняк, который он купил для матери около шести лет назад, после смерти своего отца.

Лео никогда не выходил за пределы тщательно подстриженного газона и ухоженного сада, окружавшего дом. Хотя, естественно, знал о том, что им принадлежат земли, простиравшиеся вокруг насколько было видно глазу: леса и поля, сиреневые летом от цветов лаванды.

Но лишь теперь, шагая по траве в совершенно неуместных здесь кожаных ботинках ручной работы и светло-сером деловом костюме, который стоил целое состояние, Лео осознал истинные размеры своих инвестиций. Наверное, его мать, которой было под семьдесят, вряд ли когда-нибудь доходила до краев этих владений.

В данный момент ему не очень хотелось думать о том, чем занимается его мать. Он звонил ей три раза в неделю. Но теперь появился Даниель, и они оба в один голос твердили Лео, что все хорошо и нет никаких проблем.

Он надеялся насладиться свежим воздухом и движением, хотя обычно позволял себе это только в короткие промежутки времени, которые называл отпуском. Сейчас он пожалел о том, что не взял свой мобильный телефон – можно было бы сделать несколько звонков.

Мать уверила его, что жилище Хезер легко найти: маленький белый уютный коттедж, утопающий в цветах. Мать с таким восторгом описывала Лео дом, что он задумался: а не является ли Хезер одной из деревенских подружек, с которыми мать любит посудачить раз в неделю за чашечкой чая?

Последняя мысль его утешила: по крайней мере он будет знать, что кто-то навещает мать и проводит с ней время.

Дом, который искал Лео, вырос внезапно, без всякого предупреждения. Обогнув коттедж, Лео увидел белый декоративный забор, вьющиеся розы, заметил пару гномиков, выглядывавших из-под пышных фиолетовых кустов, обрамлявших узкую каменную дорожку.

Сам он был приверженцем минимализма. Его лондонские апартаменты были отделаны в строгом стиле: черная кожа, хром и стекло. Белые стены украшала абстрактная живопись, яркая и невероятно дорогая.

Лео подошел к парадному входу. Дверной молоток имел форму какого-то причудливого мифического существа, и он стукнул им дважды.

Через мгновение послышался звук быстро приближающихся шагов и приглушенного смеха. Дверь открылась – и Лео обнаружил, что смотрит в невероятно голубые глаза. Легкие светлые кудри обрамляли сердцевидное личико, и, скользнув взглядом ниже, он отметил, что фигура была пышной и очень соблазнительной. В высшем обществе, где ценится худоба, ее назвали бы чересчур полной.

– Кто вы? – требовательно спросил Лео без всяких вступительных слов, прислонившись к дверному косяку.

– А вы, наверное, отец Даниеля, – вместо ответа произнесла Хезер и посторонилась, пропуская его внутрь. Она не могла скрыть своего разочарования. Оно слышалось в ее голосе, и гость, должно быть, заметил это, потому что его черные брови недовольно сдвинулись на переносице.

– А вы, наверное, Хезер. Я ожидал найти здесь кого-то более… старшего возраста.

Хезер могла бы сказать ему, что он выглядит именно так, как она его и представляла, – как успешный бизнесмен. Кэтрин, ее соседка, рассказала ей о Лео: сделал себе карьеру, трудоголик, главное для него в жизни – это успех, никудышный отец.

Но он был невероятно красив, и это добавило очков в его пользу. Иссиня-черные волосы обрамляли лицо – идеально правильное, будто выточенное из камня. Его серые глаза смотрели настороженно, и от их взгляда не могла ускользнуть ни одна мелочь.

Она понимала, что глупо судить о книге по обложке – ей слишком часто приходилось сталкиваться с надменными и преуспевающими мужчинами. Их богатство и власть восторгали многих женщин, но Хезер по собственному опыту знала, что за минутное ослепление приходится дорого платить.

– Я пришел за своим сыном. – Внимательно оглядев крошечный холл с кафельным полом «в елочку» и цветами в горшках, Лео снова повернулся к Хезер, нерешительно переминающейся у двери.

Был жаркий день, и на ней было свободное цветастое платье в цыганском стиле. Ее лицо приняло такое выражение, словно она собиралась читать ему мораль.

– Он только закончил пить чай, – сказала Хезер.

– Чай?

– Закончил обедать, если хотите.

– Почему он здесь ест? Я сказал своей матери, что мы пойдем вместе в ресторан, когда я приеду.

– Он просто проголодался. – Хезер не хотела говорить, что Даниель категорически отказался ужинать со своим отцом.

– Большое спасибо, однако сначала надо было выяснить, какие у нас планы.

Это было уже слишком. Хезер, проскользнув на кухню, сообщила Даниелю о том, что пришел его отец. Мальчик в ответ только нахмурился. Тихо закрыв кухонную дверь, Хезер сложила руки на груди.

– Насчет планов… – холодно начала она, проигнорировав возмущенный взгляд Лео.

– Прежде чем вы продолжите, позвольте напомнить, что я вас не знаю и выслушивать ваши лекции не намерен.

Обескураженная его надменным тоном, Хезер только раскрыла рот, и Лео воспользовался этой мгновенной паузой, чтобы проскользнуть мимо нее на кухню, но она вовремя поймала его за руку.

Хезер показалось, что ее ударило током, и ей потребовалась вся сила воли, чтобы устоять на ногах. Лео внушал ей страх.

– Нам надо поговорить, прежде чем вы заберете своего сына, мистер Вест.

– Зовите меня Лео. Полагаю, нам не стоит утруждать себя излишними формальностями, учитывая то, что вы – почетный член нашей семьи. – Взглянув на ее маленькую руку, обхватившую его запястье, он перевел взгляд на ее лицо. – И уверяю вас: все, что вы мне скажете, не будет представлять для меня ни малейшего интереса. Поэтому держите вашу проповедь при себе.

– Я не собираюсь читать вам проповедь!

– Прекрасно! Тогда о чем вы хотите со мной поговорить? – Он взглянул на свои наручные часы. – Только побыстрее. Мне было четровски тяжело сюда добраться, а по возвращении домой мне еще предстоит работать.

Хезер сделала глубокий вдох:

– Ладно. Я немного рассердилась.

Лео с некотором усилием сдержал свое раздражение. В том рафинированном мире, в котором он вращался, люди не сердились на него – по крайней мере, женщины, – но эта просто пылала от гнева.

– Хорошо. Говорите.

– Пройдемте в гостиную. Я не хочу, чтобы Даниель нас слышал.

Хезер прошла вперед, а Лео последовал за ней. Когда они оказались в гостиной и встали напротив друг друга, как борцы на арене, Хезер произнесла сдержанным тоном:

– Мне кажется, вы даже не представляете, насколько был расстроен Даниель, когда вы не пришли к нему в школу, на спартакиаду. Это большое событие в школьной жизни, и он усиленно готовился к нему несколько недель.

Лео вспыхнул, почувствовав себя виноватым. Конечно, он знал, что ему поставят это в вину, но его задело то, что совершенно посторонняя женщина имеет наглость стоять здесь перед ним и осуждающе смотреть на него широко раскрытыми глазами.

– У меня не было возможности, и я уже объяснил все своей матери. А теперь, если вас удовлетворил мой ответ, позвольте я заберу сына.

– Почему не было возможности? – настаивала Хезер. – Не надо говорить мне о том, что у вас имелось более важное дело, нежели радоваться победе собственного ребенка.

– На самом деле я вам ничего не говорю, – холодно ответил ей Лео. – Я никогда не оправдываюсь перед кем-либо, тем более перед человеком, которого я знаю… всего лишь пятнадцать минут. Даже моя мать нечасто упоминала вас.

Хезер, казалось, его слова не удивили. Даниель посещал местную частную школу. Дома за ним присматривала Кэтрин, и отец время от времени удостаивал его своим посещением, обычно по воскресеньям. Иногда он приглашал Даниеля с Кэтрин в Лондон: посылал за ними шофера утром в субботу, а в воскресенье днем их привозили обратно, в загородный дом.

Кэтрин не упоминала Хезер, потому что Лео нисколько не интересовался людьми, с которыми общалась его мать. Он был не человеком, а механизмом – крайне эгоистичным механизмом, запрограммированным только на зарабатывание денег.

– Я понимаю, что не имею никакого права учить вас жизни, – произнесла Хезер, стараясь быть искренней, – но Даниель нуждается в отце. Он никогда этого не говорил, потому что, наверное, боится.

– Он сказал вам, что боится меня?

Происходящее казалось Лео все более странным. Он ожидал, что его встретит пожилая леди, возможно, предложит чашку чая, от которой он, конечно, откажется, а потом уйдет, забрав сына, – и мальчик перестанет сердиться на него, как только папа купит ему подарок.

Но вместо этого Лео приходится иметь дело с какой-то юной девицей, на вид лет двадцати с небольшим, одетой в фривольное платье, которая, наверное, и не бывала нигде, кроме своей деревни.

– Нет, не говорил. Но он вас совсем не видит. Это не мое дело, но Даниель – очень ранимый маленький мальчик, и ему нужен отец. Особенно теперь. Он страдает от потери матери и очень нуждается в заботе и защите.

– Вы правы – это не ваше дело.

– Вы мало прислушиваетесь к тому, что говорят другие люди! – сердито вспыхнула Хезер.

– Наоборот. Я трачу очень много времени на то, чтобы выслушивать других людей. И совершенно не заинтересован в том, чтобы соседка нагружала меня всякой психологической чепухой – хотя, может быть, вы специалист по детской психологии?

– Нет, но…

– Может быть, вы его учительница?..

– Нет, не учительница. Но…

– И вы, конечно, не давняя подруга моей матери, не так ли?

– Нет, но…

– Скажите, пожалуйста, когда и при каких обстоятельствах вы познакомились с моей матерью?

– Мы познакомились недавно на собрании цветоводов-любителей в сельском клубе. Один известный телевизионный ведущий приехал к нам, чтобы рассказать о своих орхидеях, и мы обе были просто…

– Очарованы! Но вот что меня удивляет – что может делать молодая девушка на собрании цветоводов-любителей? Разве это не прерогатива пожилых людей, у которых есть время для того, чтобы бесконечно копаться в земле? Разве у вас нет более волнующих занятий? Подозреваю, что нет, иначе вы бы не совали свой нос в чужие дела.

Лео не скрывал своего гнева – эта особа посмела нарушить границы его личной жизни! Сейчас она вспыхнула, как невинная девушка, и у него мелькнула мысль, что он нечасто оказывался в компании женщин, которые были бы способны так искренне проявлять свои чувства. Лео общался с деловыми женщинами, а они не краснели.

– Как вы смеете?!

– Легко, – невозмутимо произнес Лео. – Не надо бросаться в атаку, если вы не готовы к борьбе, – это первое правило успеха.

Хезер посмотрела на невероятно красивого мужчину, который пронзал ее холодным взглядом, и ей захотелось ударить его по надменному лицу. Подобная реакция была ей несвойственна – чем ее так задел этот грубиян?

– Хорошо, – сдержанно ответила она. – Вы правы. Ваши отношения с сыном – не мое дело. Я пойду и приведу его, прямо сейчас. – Подойдя к двери, Хезер взглянула на Лео и тихо добавила: – К вашему сведению, у меня есть работа, и я не сую нос в чужие дела, потому что мне больше нечего делать. Я просто хотела вам помочь. Очень сожалею, что вы не поняли моих намерений.

Удивительно, но Лео не чувствовал себя победителем в этом бесполезном и ненужном споре. Он чувствовал себя негодяем! Что же произошло?

Лео всегда одерживал верх в словесных поединках, но сейчас он впервые в жизни не знал, что сказать. Поймав себя на том, что тупо разглядывает стену прямо перед собой, он поспешно вышел из гостиной – и чуть не натолкнулся на Даниеля, который встретил его угрюмым взглядом.

– Я… сожалею, что не смог прийти к тебе на спартакиаду, Даниель, – начал Лео, остро ощущая присутствие Хезер за своей спиной.

– Ничего.

– Я слышал, что ты пришел первым, – сказал он, стараясь немного уменьшить напряжение. – Прекрасно!

Лео неуверенно взглянул на Хезер, и, когда глаза их встретились, она почувствовала симпатию к этому мужчине. Конечно, он не заслуживал ее. Он тратил много денег на сына, но уделял ему очень мало времени. Но, взглянув на ситуацию с другой точки зрения, Хезер подумала, что, возможно, такому, как он, было трудно смириться с появлением ребенка в его напряженной жизни. Лео привык жить для себя и не заботиться о других.

– Даниель – звезда, – вмешалась Хезер, нарушив молчание. Выступив вперед, она тепло обняла мальчика.

Она удивлялась тому, как мог отец не восхищаться таким сыном.

– Не правда ли, Дэн? – Хезер ласково взъерошила его волосы, а затем весело произнесла: – Тебя ждут прекрасные выходные, и не забывай о том, что, если тебе надо помочь с английским, забегай ко мне в любое время!

Наблюдая за этой сценой, Лео увидел редчайшее явление – застенчивую улыбку своего сына.

– Нам пора домой, Даниель. Пусть Хезер занимается… своими делами, – произнес он, быстро взглянув на часы.

– А ты можешь прийти ко мне в выходные? – Даниель неожиданно повернулся к Хезер и умоляюще взглянул на нее.

Лео раздраженно нахмурился. Неужели его общество так неприятно сыну, что он всеми способами старается избавиться от него? Лео с раздражением вспомнил разговор с Хезер.

– Мы пойдем смотреть диснеевский мультик! – В голосе мальчика теперь слышалось отчаяние. – Ведь ты говорила, что хочешь посмотреть его, но для этого тебе надо взять напрокат ребенка…

– Мне очень жаль, Даниель. У меня куча дел, и я просто шутила, когда говорила, что хочу посмотреть этот мультфильм. На самом деле я их не люблю.

– У тебя полно дисков с мультиками в шкафу, который стоит в гостиной, – быстро возразил Даниель с потрясающей способностью ребенка говорить самые неподходящие вещи в самое неподходящее время.

Покраснев, Хезер откашлялась, покраснела, но все-таки произнесла:

– Я подумаю над этим.

Конечно, она не пойдет с ними в кинотеатр.

Лео Вест был эгоистичным человеком с невероятными амбициями, и он никогда не прислушивался к советам других людей, а уже тем более к советам такой женщины, как она.

Когда гости ушли и дом погрузился в тишину, Хезер задумалась о своей жизни.

У нее было прекрасное занятие, которое доставляло ей радость, – иллюстрирование детских книг. Она черпала вдохновение в своем прекрасном саду, и ее имя становилось все более известным среди издателей. Хезер работала в основном дома, изредка наведываясь в Лондон, чтобы обсудить свои рисунки с редактором.

Она выплатила кредит за коттедж, не имела никаких долгов и была свободна как ветер.

Да, в ее жизни не было мужчины, но они ей и не нужны.

Обрывки старых воспоминаний ворвались в тихий уголок сознания. Она познакомилась с Брайаном, когда ей было всего восемнадцать, тогда он находился на взлете своей карьеры…

Хезер, поморгав, отогнала от себя горькое прошлое, заперев его в ящик Пандоры. Она давно поняла, что зацикливаться на том, чего не можешь изменить, – пустая трата времени.

Она пошла на кухню – убрать остатки спагетти, которые не доел Даниель. Лео сказал, что хотел поужинать с сыном в ресторане, но мальчик не хотел идти. Он ненавидел эти шикарные рестораны. Он ненавидел еду, которую там подавали. И ненавидел своего отца.

Хезер снова задумалась о Лео. Это холодное, безжалостное лицо словно наяву стояло перед ней, пока она не заставила себя вернуться в свою маленькую мастерскую и заняться работой. Хезер вгляделась в детали сказочного крыла, которое рисовала, и стала компоновать фрагменты иллюстрации.

Внезапно раздался стук в дверь. Хезер подскочила на стуле, опрокинув банку с водой.

Второй стук, на этот раз более требовательный, заставил ее побежать ко входу.

Третий стук раздался в тот самый момент, когда Хезер распахнула дверь. На пороге стоял Лео Вест.

– Вы?! Что вы здесь делаете?

Теперь он был одет в кремовые брюки и синюю рубашку поло. Позади поблескивал серебристый «бентли».

Лео мрачно кивнул Хезер:

– Поверьте, я не задержусь у вас надолго, но у меня возникла сложная ситуация, и я вынужден просить вас пойти завтра с нами в кино. Даниель решительно отказывается сдвинуться с места. Поэтому я приехал к вам, хотя должен читать отчет, который не терпит отлагательств.

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– Может быть, вы впустите меня и я объясню?

– Простите, но не могли бы вы прийти завтра? Сейчас поздно, и у меня есть дела.

– Поздно? – Лео демонстративно взглянул на свои наручные часы. – Сейчас всего лишь десять минут десятого. Пятница. Разве это поздно?

Хезер уловила насмешку в его голосе, и это возмутило ее.

– Я работаю, – ледяным тоном произнесла она.

– Конечно. Кстати, вы так и не сказали мне, чем зарабатываете на жизнь.

– А вы и не интересовались.

Хезер догадывалась о том, что произошло между отцом и сыном. Они вернулись домой в полнейшем молчании. Взглянув на новый мобильный телефон, мальчик положил его в сторону, сказав: «Большое спасибо, но в школе нам не разрешают пользоваться мобильными телефонами». А мать Лео добавила: «Это очень мило с твоей стороны, но маленьким детям не нужны мобильные телефоны».

Раздосадованный, Лео хотел поинтересоваться – почему же у него нет контакта с сыном? Ведь явно, черт возьми, не из-за этих школьных спортивных соревнований! Но Кэтрин ушла спать пораньше, и поэтому он приехал сюда, к психологу-любителю, в надежде окончательно не испортить себе выходные.

– Кажется, вы чем-то испачкали себе лицо… – Он дотронулся до ее подбородка. – Что это? Краска? Вот как вы проводите вечер пятницы – красите дом?

Хезер хотела захлопнуть дверь, но Лео подставил ногу. Он встретил ее возмущенный взгляд с мрачной решимостью.

– Кто дал вам право беспокоить меня в столь поздний час? – произнесла она сквозь стиснутые зубы.

– Нужда заставила меня. Может быть, вы все-таки позволите мне войти? – Сделав шаг назад, Лео нервно взъерошил волосы. – Неужели я был единственным отцом, который не пришел на школьные соревнования?

Эти слова немного разрядили ситуацию. Лео, казалось, был готов предложить ей оливковую ветвь.

– Да.

– Вы шутите?

– Нет, не шучу. Все родители были там с фотоаппаратами. Даниель просил меня прийти. Он притворился, что ему все равно, приедете вы или нет, но я видела, как он оглядывался в поисках вас.

– Может быть, вы впустите меня? – повторил Лео.

Хезер неохотно открыла дверь и позволила ему войти.

– Так что же вы красите? – спросил ее Лео, оглядываясь по сторонам. Хезер, по-видимому, была прекрасной хозяйкой. Вряд ли она специально убиралась, предчувствуя его приход.

Лео последовал за ней в комнату, находившуюся в задней части дома, и увидел стены, увешанные картинами.

– Я разбила банку, когда вы постучали в дверь, – объяснила Хезер. Наклонившись, она стала собирать с пола осколки. – Я никого не ждала.

– Вы… рисовали?

Быстро посмотрев на него, Хезер густо покраснела. Она вдруг почувствовала себя такой уязвимой под взглядом стальных глаз.

– Я же сказала вам, что у меня есть работа.

Собрав самые большие осколки, она решила, что более мелкие подождут до утра. Сейчас Хезер хотела только одного – чтобы он убрался из ее дома.

Лео взглянул на картины, а затем снова на Хезер. Сначала он подумал, что она какая-нибудь секретарша или администратор. Но она оказалась художницей, и это многое объясняло: ее непринужденную одежду, забавную убежденность в том, что она может говорить все что хочет, и искреннюю веру в то, что она способна решить проблему за чашечкой чая и беззаботной болтовней. Художники живут в своем собственном мире.

Он снова вернулся к делу.

– Я не знаю, как вам удалось завязать такие тесные отношения с моим сыном, – сказал Лео, – но после спартакиады ситуация… ухудшилась. Единственный способ не превратить выходные в кошмар – это… Если вы… – Он не мог найти подходящих слов. Он не привык кого-то о чем-то просить, а тем более женщину, которая действовала ему на нервы.

– Если я – что?

– Кино… ланч… обед. Я уезжаю в воскресенье днем, – добавил он, увидев растерянность на ее лице.

– Вы хотите, чтобы я пожертвовала своими выходными, чтобы вытащить вас из неприятностей, с которыми вы не можете справиться?

– Пожертвовать? – язвительно рассмеялся Лео. – Я еще не встречал такой женщины, которая назвала бы жертвой возможность провести со мной время.

– В этом-то и проблема. Такие мужчины, как вы, никогда не встречают отказа, – вздохнула Хезер, понимая, что не сможет отказать.

Глава 2

Раздраженный, Лео решил оставить этот бесполезный разговор. Зачем вести дискуссию с женщиной, которая не имеет никакого значения в его жизни? С практической точки зрения она была нужна ему всего лишь на эти выходные, чтобы поднять настроение его сыну и вызвать улыбку на его лице.

К полудню следующего дня – после того, как они посетили зоопарк, где Даниель проявил удивительные познания о животном мире, – Лео почувствовал, что его интерес к Хезер возрастает.

Она излучала тепло и свет, а ее смех как будто вселял радость.

Сидя за чашечкой чая в кафе зоопарка он заметил, что женщины разговаривают не только о динозаврах, рептилиях и компьютерных играх. Когда Кэтрин спросила его о работе, чтобы вовлечь в разговор, Лео был застигнут врасплох рассуждениями Хезер о политике «слияний и поглощений» и о бесчисленных жертвах «грабительских конгломератов».

Мать пыталась скрыть свое изумление, а Лео уставился на Хезер так, будто она превратилась в одно из животных, которых они только что кормили.

«Грабительские конгломераты»? Разве употребляют такие слова деревенские девушки, живущие в глуши?

Ее губы насмешливо изгибались, когда она обращалась к Лео, и ему не нравилось это.

Что она возомнила о себе? Неужели она думает, что сумеет произвести на него впечатление своими познаниями?

Когда они пошли прогуляться по бульвару, Лео, засунув руки в карманы, тихо пробормотал, наклонившись к ее уху:

– Художница и финансовый эксперт в одном лице? Хм-м… У вас много талантов. Я даже не представлял, что вас настолько интересует бизнес.

Хезер отпрянула от него. Теплое дыхание коснулось ее лица, и от этого дрожь прошла по ее телу. Сейчас она была совсем не в том состоянии, чтобы уверять Лео, насколько прекрасно она разбирается в экономике. Однажды ей пришлось вникнуть в сферу финансовых рынков, и эти механизмы она запомнила навсегда.

Заметив его гневный взгляд, Хезер запоздало поняла, что лучше бы держала рот на замке, предоставив ему думать о ней все что угодно.

– Я читала в газетах, – невнятно пробормотала она.

– Вы явно читаете «Файнэншл таймс», чтобы узнать о состоянии мировых рынков. Так что же там происходит?

– Ничего не происходит, и позвольте напомнить вам, что мне уже не обязательно здесь находиться! Я согласилась пойти с вами ради Даниеля!

– Это не сработает.

– Что не сработает?

– Ваша попытка сменить тему разговора. Кто вы, черт возьми, на самом деле? Я не перестаю задаваться этим вопросом.

Даниель и Кэтрин, обогнав их, направились к спортивному магазину, и Хезер не смогла сдержать стона отчаяния.

– Вы всегда такой подозрительный? – спросила она.

– Зависит от обстоятельств.

– От каких? Нет, не надо отвечать на этот вопрос – я уже поняла.

– Можете объяснить?

– Нет, не могу. Если вы не против, я пойду посмотрю, что там делают Кэтрин и Даниель.

– О, я думаю, они не будут возражать, если мы пойдем в ресторан и подождем их там. Сегодня прекрасный день. Зачем спешить?

– У меня есть дела дома.

– Какие дела?

– Вас это не касается!

– У меня возникло ощущение, что я вам не нравлюсь. Я прав? – С этими словами Лео зашел в спортивный магазин и сказал своей матери, что он будет ждать их в ресторане вместе с Хезер.

Он не сомневался в том, что Хезер ждет его снаружи. Никто до сих пор не осмеливался перечить ему.

Конечно, она ждала его, уставившись в витрину обувного магазина, и у него появилась возможность разглядеть ее. Короткая футболка туго обтягивала грудь, которая была весьма соблазнительной. Интересно, как она выглядит обнаженной? И какова на ощупь?

Лео, слегка обескураженный, отогнал эту мысль прочь.

После злополучного брака с Софией он вычеркнул хорошеньких глупышек из списка своих любовниц и не собирался больше иметь с ними дела.

Хотя… Девушка из соседнего дома вроде бы не была так глупа, как он предполагал. Она также не была хорошенькой, и вряд ли нашлось бы много мужчин, которые дважды взглянули на нее, с ее копной непослушных волос и пышными формами.

Хезер повернулась и увидела, что он смотрит на нее. Ее щеки предательски вспыхнули.

Без Даниеля и Кэтрин она вдруг остро почувствовала, какой же у Лео устрашающий вид. Даже в непринужденной повседневной одежде – в джинсах и белой рубашке поло, красиво подчеркивавшей его смуглую кожу, – он выглядел очень грозным.

Через пять минут, когда нервы Хезер до предела напряглись, они пришли в ресторан. Он находился на маленькой улочке в самой фешенебельной части города. Столики стояли и на улице, но Лео проигнорировал их и направился в самый тихий уголок зала.

– Итак, – сказал он, откинувшись в мягком кресле и обратив на нее внимательный взгляд, – вы до сих пор не объяснили мне, откуда у вас такие глубокие познания в бизнесе. Признаюсь, это вызвало мое любопытство. Вы были банкиром, прежде чем решили бросить все и заняться иллюстрированием сказочек?

– Я не иллюстрирую сказочки. Я иллюстрирую детские книги! – возмущенно ответила Хезер. – И мне не нравится, что вы вынудили меня оказаться здесь с вами наедине.

– Почему? Вы очень подозрительны. Вы думаете, что я что-то замыслил?

– Вы не имеете права спрашивать о моей личной жизни.

– Конечно, имею. До вчерашнего дня я даже не подозревал о вашем существовании, а теперь могу предположить, что вы стали частью моей семьи.

– Это не так, – возразила Хезер. Она с неприязнью взглянула на Лео – на его смуглое, умное, потрясающе красивое лицо.

Лео проигнорировал ее слова. Не глядя по сторонам, он подозвал официанта, который появился как по мановению волшебной палочки, хотя ресторан был переполнен, и велел принести вина, не сводя глаз с Хезер.

– Вы знаете мою мать около года или двух, моего сына – значительно меньше, и вот вы проводите с нами выходной день, потому что вам удалось втереться к ним в доверие. Более того, вы рисуете симпатичные маленькие картинки и в то же время обладаете аналитическим умом, а также знаниями о том, как оперирует фондовый рынок. Немного неожиданно для того, кто иллюстрирует сказки, не так ли?

– Что вы хотите сказать?

– Поймите меня правильно, – протянул он, делая глоток вина и не сводя с нее своих потрясающих глаз. – В моем положении никогда не бывает лишним с осторожностью отнестись к людям, которые не соответствуют своему образу.

– Я догадываюсь, что мой образ – это непривлекательная деревенская девушка без единой извилины? – язвительно спросила она.

– Вы считаете себя непривлекательной? – Лео тихо прищелкнул языком, и Хезер вспыхнула от смущения.

Она могла ответить ему, что никогда не считала себя привлекательной. Конечно, она знала, что у нее совсем не такой гламурный вид, как у некоторых девушек, с которыми она выросла, но у нее никогда не было комплексов насчет своей внешности. До тех пор, пока она не приехала в Лондон вместе с Брайаном.

Однако ей меньше всего на свете хотелось сейчас раскрывать душу перед Лео.

– Вы считаете, что я… хочу завладеть деньгами вашей матушки?

– В жизни всякое случается. – Лео пожал плечами.

На самом деле он так не считал. Если женщина стремится к шикарной жизни, то она, как правило, тщательно скрывает это.

Хезер ничего не ответила. Она могла бы высмеять его циничное предположение, но в какой-то степени понимала его.

– Вы имеете право на подобные подозрения, но в данном случае это не так. Ваша мать – истинная леди. Мы обе испытываем страсть к цветам, вот и все.

– У вас больше нет никого, к кому бы вы испытывали страсть? – лениво протянул Лео.

Хезер почувствовала, как по телу ее пробежали мурашки, когда она поняла, о чем он спрашивает.

– Мы с Кэтрин продолжали общаться, и однажды я встретилась с Даниелем, чисто случайно. Он исследовал поля, и мне показалось, что он очень одинок. – Это был подходящий момент изменить ситуацию и от обороны перейти к нападению, но у Хезер в присутствии Лео совершенно не работали мозги. – Я подумала, что он потерялся. Я задала ему несколько вопросов, и он явно приободрился, потому что вскоре снова пришел ко мне. Я рада была видеть его у себя.

– Я догадался, – задумчиво произнес Лео. – Должно быть, вам очень одиноко. Работать дома скучно. Я удивляюсь, что такая молодая девушка, как вы, сидит целыми днями взаперти. Неужели вам не хочется приобщиться к жизни?

– Нет, не хочется. – Она потупила глаза.

– Действительно?

Что она скрывает?

– Ты так и не ответила на мой вопрос, – произнес он, резко меняя тему разговора. – Насчет твоих знаний в банковской сфере. И у меня есть еще один вопрос… – Лео наклонился вперед, заметив, как Хезер испуганно отодвинулась. – Вчера вечером ты упомянула о том, что таким мужчинам, как я, женщины не отказывают. Что ты имела в виду?

– Я ничего конкретного не имела в виду. На самом деле я даже не помню, когда я это говорила, и говорила ли вообще. – Она возмущенно взглянула на него.

– Если ты сделала выпад, то будь готова отразить ответный удар. Каков я, на твой взгляд?

– Самоуверенный, – с горечью ответила Хезер. – Надменный… Привыкший к безусловному исполнению приказов. Безжалостный, пренебрежительно относящийся к людям, не стесняющийся использовать их.

Несмотря на такую характеристику, Лео не почувствовал себя обиженным. Хезер говорила искренне, выражала свои истинные мысли. Он вдруг почувствовал вспышку сексуального желания, совершенно неожиданную, и это удивило его. Лео привык держать себя в руках. Его всегда окружали доступные женщины. И даже женщины, которых надо было добиваться, красивые и умные, никогда не отказывали ему. Но в данный момент у него не было любовницы. Три месяца назад он расстался с прекрасной и амбициозной Элоизой. Она уехала в Нью-Йорк и устроилась на работу в одну крупную страховую компанию, когда поняла, что их отношения не приведут к свадьбе.

– Чтобы взобраться на вершину, надо быть безжалостным. – Лео пожал плечами, отпил вина и взглянул на Хезер поверх бокала.

– Если бы ты не тратил столько времени на работу над своей безжалостностью, то, возможно, нашел бы время для семьи.

– Я подумаю над этим, – ответил Лео. В его голосе прозвучала стальная нотка. – Но меня больше интересует вопрос, почему ты прячешься здесь, в этой глуши. От кого ты скрываешься?

– Я ни от кого не скрываюсь, – запинаясь, произнесла Хезер. – Мне просто нравится жить в деревне! Я не хочу жить в доме, окруженном асфальтом и уличными фонарями, которые горят всю ночь.

Неожиданно Хезер увидела Кэтрин и Даниеля, которые вошли в ресторан.

– Они пришли, – сказала она, едва сдержав вздох облегчения.

– Ты спасена в последнюю минуту, – пробормотал Лео, но ему было хорошо как никогда.

Много лет назад он решил доказать себе и родителям, что сможет выбраться из тисков удушающей бедности, и тогда деньги стали его главной целью в жизни. Но теперь, достигнув высот богатства, о котором он даже и не мечтал, Лео время от времени задумывался, доказал ли он кому-то что-либо.

Лео обеспечил мать на всю оставшуюся жизнь и даже больше, и она, конечно, была благодарна ему… но годы, потраченные на увеличение своего состояния, превратили его в пресыщенного, язвительного человека. Лео настолько привык к тому, что все угождали и повиновались ему, что даже представить себе не мог, что кто-то может его критиковать.

А тем более женщина – причем такая, которая готова была восхищаться всем чем угодно, только не им. Сейчас она, отвернувшись от него, восхищалась новыми футбольными бутсами Даниеля.

Лео наклонился вперед, чтобы обратить на себя ее внимание:

– Я тоже играл в футбол, когда был маленьким.

– И у тебя это здорово получалось, – со слабой улыбкой произнесла Кэтрин. – Отец отводил тебя в спортивную секцию по субботам. Помнишь? Я оставалась дома с твоим младшим братом Александром, а ты уходил с бутсами, перекинутыми через плечо, и с маленьким пакетиком, где был завтрак.

– Помню, – мрачно произнес Лео.

Когда официант принес их заказ, Кэтрин стала рассказывать давно забытые истории о Лео. Хезер поддерживала разговор, но о себе не обмолвилась ни словом.

– Должно быть, ты тоже посещала футбольные матчи, – лениво произнес Лео, отодвигая от себя пустую тарелку и откидываясь в кресле. – Где ты выросла? Неподалеку отсюда?

– Да, в этих местах, – осторожно ответила Хезер.

– А где конкретно?

– В Ридинге. В предместьях Ридинга, точнее.

– Там хорошая футбольная команда. – Лео взглянул на Даниеля, приглашая его включиться в разговор. – А твоя семья… все еще живет там?

– Нет. Мой отец умер несколько лет назад, а мать уехала в Португалию. Теперь она живет там. У нее свой маленький бизнес, связанный с парикмахерскими услугами. – В этом не было никакого секрета, но Хезер почему-то не хотела рассказывать ему о своей личной жизни.

– Братья? Сестры?

– Нет, я одна.

– Позволь мне систематизировать эту информацию. – Улыбка Лео заставила дрогнуть ее сердце. – Ты жила в Ридинге, у тебя нет ни братьев, ни сестер, мать – в Португалии… Что заставило тебя переехать сюда? Ридинг, возможно, и не самый крупный город в Англии, но все же город – с ночными клубами, ресторанами, театрами и всем прочим, что привлекает молодых людей. Иначе говоря, тебе, должно быть, смертельно скучно здесь.

– Прекрати допрашивать бедного ребенка! – резко оборвала его Кэтрин, и Лео удивленно взглянул на мать. Когда в последний раз мать повышала на него голос? Обычно она ходила вокруг него на цыпочках. – Ты можешь иметь богатство и власть, Леонардо Вест, но это не дает тебе права так обращаться с другими людьми. Разве ты не видишь, что Хезер не хочет отвечать на твои вопросы!

Лео вспыхнул, будто его наказали. Он заметил, что Даниель внимательно смотрит на него.

Один мультфильм и три порции попкорна – для Хезер было уже слишком. Извинившись, она отправилась домой, в спасительный уют своего коттеджа.

Голова у нее шла кругом. Еще до личного знакомства она представляла себе Лео как эгоистичного трудоголика, который игнорировал свою мать и сына.

Когда Хезер наконец увидела его, ей пришлось признать, что он произвел на нее впечатление силой своего характера и внешней красотой. Сравнив его с Брайаном, она очень быстро поняла, что тот по сравнению с Лео Вестом был мелкой рыбешкой.

Через несколько часов, проведенных в его обществе, Хезер увидела, что за холодной и жесткой внешностью скрывается живой человек, из плоти и крови, и растерялась, не зная, хочет ли она общаться с ним. Но больше ей не придется этого делать.

Свою роль посредника она выполнила, и ей не нужно было оставаться вместе с ними до позднего вечера. Даниель, возможно, и не превратился в любящего сына, но, по крайней мере, забыл о том, что Лео не пришел к нему на спортивные соревнования. А Кэтрин…

Эта короткая нотация, которую она прочитала Лео, свидетельствовала о том, что она по-прежнему мать, а он по-прежнему ее сын.

Таким образом, Хезер могла уйти домой со спокойной совестью.

* * *

В половине восьмого она снова сидела в своей мастерской. Рисование всегда успокаивало ее. После ссор с Брайаном она возвращалась к своей работе, которая действовала на нее как целительный бальзам.

Но теперь все было совсем по-другому. Приглядевшись к сказочному герою, Хезер увидела, что он имеет поразительное сходство с Лео. Как это могло произойти? Разве жестокий, одержимый погоней за деньгами, эгоистичный персонаж мог сыграть в сказке положительную роль?

Оставив наконец работу Хезер пошла смотреть телевизор, но по-прежнему не могла успокоиться. Неожиданный стук в дверь заставил ее вздрогнуть.

Хезер ни секунды не сомневалась в том, что это был Лео, но почему ее сердце так тревожно забилось? Ей пришлось признать, что он каким-то образом зажег в ней огонь, который она уже давно считала потухшим.

Рывком открыв дверь, Хезер собралась броситься в атаку.

– Ты снова рисуешь, – поприветствовал ее Лео. – Как твои сказки? Все время работаешь – и никаких развлечений. Ты знаешь, как это называется?

– Ты снова явился ко мне!

– Надеюсь, я никому не помешал, за исключением кисточек и красок?

– Зачем ты пришел сюда?

– Я принес тебе подарки.

Она не сразу заметила, что в руках он держал какие-то пакеты.

– Что это? – с подозрением спросила Хезер.

– Китайская еда. И бутылка вина, конечно. Сегодняшний день был настолько насыщенным, что Даниель мгновенно уснул, а мать пошла смотреть телевизор. Какой-то исторический сериал – я их не перевариваю.

– И ты решил не работать?

– Я нашел для себя более интересное занятие.

Сегодня у него было хорошее настроение, поэтому ему не хотелось заниматься делами. День прошел отлично, и более того… Лео поймал себя на том, что смотрит на Хезер – на то, как она смеется, прикрыв глаза и откинув назад голову, весело и искренне. Он видел, как она ведет себя с его матерью и сыном: ласково, сочувственно. Он также поймал себя на том, что изучает взглядом формы ее тела, проступавшие под одеждой, грудь, видневшуюся в вырезе кофточки, когда она склонялась над столом, чтобы взять соль…

К тому же он действительно наслаждался беседой с ней.

Он устал от бесконечных «умных» разговоров, которые вели с ним его женщины, устал от бесплодных попыток назначать им свидания, потому что у них был напряженный график работы, устал от длинноногих блондинок.

Ему требовались перемены, и они не заставили себя ждать.

Хезер бросала ему вызов, и Лео был настроен его принять.

Более того, он понял, что в ее присутствии ему было гораздо легче общаться со своей матерью и сыном.

– В этом нет никакой необходимости – приходить сюда с едой. Я не нуждаюсь в благодарности, – заявила она.

– Не надо злиться, и позволь мне войти. Еда остынет. Холодная китайская еда выглядит совсем непривлекательной. – Лео улыбнулся. – И, кроме того, что плохого в том, чтобы принять маленький подарок?

Его улыбка потрясала. Губы Хезер пересохли – она просто смотрела на него, не в силах отвести глаз. Он был невероятно красив.

– Мы прекрасно провели день. – Лео все еще улыбался. Его острый взгляд подметил ее реакцию. Она боролась, как дикая кошка, но его влекло к ней, а ее, по-видимому, притягивало к нему. – И ты заслужила награду.

– Почему ты такой добрый?

– Может быть, я хочу показать тебе, что я не эгоистичный и надменный монстр, каким ты меня считаешь.

– Я никогда не говорила, что ты – монстр.

Вдруг Хезер пришла в голову мысль, что выставить его сейчас за дверь – это значит признать, что прошлое все еще держит ее, что Брайан спустя три года все еще влияет на нее, на ее отношение к другим мужчинам.

– Хорошо. – Она отступила в сторону, осознав, что ей нечего бояться, кроме самой себя. К тому же он уйдет через несколько часов. – Но позже мне надо будет снова вернуться к работе.

Лео прошел внутрь, не обратив внимания на ее предупреждение, и направился на кухню. Хезер направилась вслед за ним, и его охватило приятное предчувствие. Ее явное нежелание провести время вместе лишь пробудило в нем охотничий инстинкт.

Лео поставил пакеты на стол. Вино еще было холодным.

– Если ты покажешь, где находятся тарелки…

– Может быть, ты будешь утверждать, что ты – хозяйственный мужчина?

– Ты хочешь сказать, что не веришь мне? – Облокотившись о стол, он тихо засмеялся грудным смехом.

– Я хочу сказать… – Хезер пришлось глубоко вздохнуть, чтобы справиться с внезапно появившимся головокружением, – что скорее поверю в то, что на Марсе живут зеленые человечки.

– Хорошо. Ты победила. – Он притворно вскинул руки в знак поражения.

Затем Лео открыл бутылку вина и наполнил бокалы.

На сей раз на Хезер были спортивные брюки с низкой талией и футболка, запачканная краской. В первый раз Лео как следует мог разглядеть ее фигуру, и взгляд его одобрительно скользнул по ее полным грудям, плоскому животу, крутым женственным бедрам. Кожа ее была удивительно смуглой. Интересно, она загорала в саду… обнаженной?

– И почему так происходит? – спросила его Хезер. – Когда человек становится богатым, у него непременно возникает желание нанять себе личного повара, чтобы самому не заниматься столь рутинной работой, как приготовление пищи.

Это небрежное воинственное замечание почему-то пробудило в нем сексуальное желание. И вместо того чтобы взять себя в руки, Лео придвинулся ближе к ней.

– Ах… – Он сделал глоток вина. – Но подумай, мой маленький экономист, скольким людям я даю работу…

Взглянув на него, Хезер почувствовала, что у нее перехватило дыхание. Она с трудом взяла себя в руки.

– Наверное, ты просто боишься пустить корни, – язвительно заметила она. – А если не будешь вести себя дома «как дома», то никогда не пустишь в нем корни, не правда ли?

Глава 3

Вскоре с китайскими блюдами, которые Лео разложил на столе, было покончено. Бутылка вина тоже подходила к концу, но Хезер ощущала лишь легкое опьянение. Немного расслабившись, она похвалила себя за то, что смогла успокоиться и нормально общаться с Лео.

Он больше не атаковал ее, не смотрел на нее подозрительно, прищурив глаза, отчего все внутри у нее сжималось. Их беседа была легкой, непринужденной, лишенной подводных камней.

Но вино все-таки подействовало на нее. Облокотившись о стол, Хезер подперла рукой голову и сонно взглянула на Лео.

– Ты хочешь показать мне, что сейчас заснешь? Во время разговора со мной? – спросил он, отхлебнув вино и глядя на нее поверх бокала. – Мое самолюбие этого не вынесет.

– А мы оба знаем, что оно у тебя непомерное, – пробормотала Хезер. Его глаза гипнотизировали. Она могла бы смотреть в них целую вечность.

– Спасибо за твои слова, хотя это вряд ли можно назвать комплиментом.

– У меня голова немного тяжелая.

– Тогда лучше пойдем в гостиную. Оставь все на столе. Я потом уберу.

– Ты? Разве ты знаешь, как пользоваться посудомоечной машиной?

Лео, тихо рассмеявшись, взглянул на нее. Она была сочной и упругой, как персик. Непослушные золотистые волосы обрамляли ее лицо, и от этого Хезер выглядела необычайно женственной. В ней не было никаких острых углов. Ему пришлось сдерживать себя, чтобы спокойно сидеть напротив нее. Он наблюдал за тем, как она откидывала назад голову, прикрыв глаза, отправляя в рот лапшу, накрученную на палочку, и ерзал на стуле, пытаясь справиться с эрекцией.

– Ты, наверное, забыла о том, что у меня тоже когда-то было детство, – насмешливо произнес он. – И за меня никто не выполнял мои обязанности. У нас с братом был список работ по дому, который включал и уборку стола после еды.

– Не могу даже представить себе, что ты убирался в доме. Наверное, ты платил своему брату, чтобы он сделал это за тебя.

– Пойдем в гостиную. – При упоминании об Алексе Лео резко помрачнел.

Он встал, но, как только Хезер попыталась приподняться со стула, быстро обошел стол и подхватил ее на руки. Это произошло так неожиданно, что она не оказала никакого сопротивления.

Лишь по прошествии нескольких секунд она опомнилась и стала извиваться в его руках:

– Что ты делаешь?!

– Хочу отнести тебя в гостиную. Кажется, ты нетвердо стоишь на ногах.

– Я в состоянии сама пройти несколько шагов!

– Прекрати сопротивляться.

– У тебя напряглись мускулы на спине! – Она так гордилась собой, что сумела спокойно и сдержанно вести себя с ним, но теперь все ее усилия пошли прахом. Его грудь была твердой и мускулистой, руки – сильными и жилистыми. Ощущение его близости волной захлестнуло ее.

Лео осторожно положил Хезер на мягкий диван и встал рядом, глядя на нее сверху вниз:

– Суровое испытание закончено.

– Это не было суровым испытанием, – ответила Хезер, принимая сидячее положение. – Я просто… я просто беспокоилась о тебе… – Ее дыхание должно было уже успокоиться, но этого не произошло.

– Беспокоилась?

– Я не самая легкая женщина в мире, – пояснила она ему, стараясь вернуть себе душевное равновесие.

Лео сел на диван, и Хезер немедленно скрестила ноги и положила руки на колени.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

– Это не имеет значения.

– Имеет. Раз уж ты начала говорить, тогда объясни, что имела в виду.

– Мне нечего объяснять. – Небрежно пожав плечами, Хезер добавила: – Я просто считаю, что такие дикарские жесты более уместны в отношении худых женщин. Из тех, которые увиваются за тобой.

Лео имел большой опыт в общении с женщинами, поэтому понял, что за ее словами кроется любопытство, желание узнать о нем как можно больше, хотя она прямо не хотела задавать ему вопросы. Хороший знак.

– Я думал, что тебе нравятся подобные «дикарские жесты».

– Но не в том случае, когда это может привести к травмам.

– Кто тебе сказал, что ты…

– Толстая? – помогла ему Хезер. – С чрезмерным весом? – Она уставилась на свои пальцы. – Что мне нужно убрать лишние килограммы? Никто.

– Никто. Так ты можешь передать этому «никто», что он сильно ошибается. Ты не толстая, у тебя нет лишнего веса. А что касается тех женщин, которые «увиваются» за мной… – Лео заметил, как она слегка склонила голову, будто прислушиваясь к какому-то отдаленному звуку. И это, с удовлетворением подумал он, признак сексуальной заинтересованности женщины. – Они все очень тощие, – признался он. Расслабленно откинувшись на диване, он положил ногу на ногу.

– Я знаю.

– Это еще одно чудовищное предубеждение против меня?

– Почему богатые мужчины всегда выбирают женщин, которые выглядят так, будто их может унести ветром? Я не пойму, что может быть привлекательного в людях, которые постоянно недоедают?

Лео рассмеялся, а потом взглянул на Хезер:

– Действительно, нет ничего привлекательного в женщине, которая ничего не ест, но, признаюсь, у меня было много подобных.

– Безмозглых красоток? – Ей хотелось вытянуть из него как можно больше информации и стыдно было признать, что она вела себя с ним так же бесцеремонно, как и он прежде с ней.

– Безмозглых красоток? Нет, совсем не так.

Теперь настала ее очередь удивиться, и Лео снова рассмеялся, довольный произведенным эффектом. – С какой стати они должны меня интересовать?

– Потому что тебе приятно обнимать таких женщин.

– А что, если этого мало? О чем можно разговаривать с безмозглой красоткой?

– Тогда с какими же женщинами ты общался?

– Почему тебя это интересует?

Да, действительно, почему, подумала Хезер. Ей показалось, что она стоит на краю пропасти и смотрит вниз и глаз оторвать уже не может.

– Просто так. Чтобы поддержать разговор. А вообще тебе пора идти. Я очень устала. И тебе совсем не надо убираться на кухне.

Лео не хотел уходить, но Хезер не была похожа на знакомых ему женщин. Если она сказала, что он должен идти, значит, она это и имела в виду.

– Тебе надо выпить кофе. – И прежде чем она не выставила его за дверь, Лео вышел из комнаты, бросив через плечо, что ей, наверное, не помешает вздремнуть.

Удалившись на кухню, он вымыл посуду и аккуратно поставил ее в сушилку. На столе стояла кофеварка с различными ситечками и стеклянной колбой, но Лео проигнорировал ее. Он просто размешал в чашках растворимый кофе и, вернувшись в гостиную, обрадовался тому, что Хезер все-таки не задремала, как он предполагал.

– Быстрорастворимый, – пояснил он, передавая ей чашку кофе, затем сел на кресло возле камина. – Там есть кофеварка, но…

– Но ты не умеешь ею пользоваться? – Обхватив чашку руками, она смотрела, как он откинулся, расслабившись, на спинку кресла.

– Со временем я мог бы разобраться с этим. – Лео порочно улыбнулся, и по ее телу вновь пробежала дрожь. – Но жизнь слишком коротка, чтобы тратить время на подобные мелочи. Ведь можно размешать в чашке порошок, который находится в банке.

– На вкус порошковый кофе гораздо хуже, чем тот, который приготовлен в кофеварке. – Хезер понимала, что им пора расстаться, но не знала, как избавиться от него. Он так учтиво вел себя, что она не могла просто выставить его за дверь. И, кроме того, разве она не ожила в его присутствии? Ей было так приятно смотреть на него! Это было волнующе, возбуждающе.

– Спорный вопрос. – Лео снова рассмеялся. – Лучше расскажи мне о своей работе. Ты внештатный сотрудник?

Хезер с радостью ухватилась за безопасную тему и стала рассказывать ему, чем занимается, какие книги иллюстрирует, а затем обнаружила, что они обсуждают искусство вообще.

Внештатная работа, жизнь в относительной удаленности от города избавили ее от общения с мужчинами, что вполне устраивало ее в последние три года. После разрыва с Брайаном она зализывала свои раны, уединившись в провинции. Хезер не принимала ухаживаний от мужчин и давала отпор любому, кто проявлял к ней хоть малейший интерес.

Сейчас она изменила своим принципам, но благодаря Лео она доказала себе, что может подняться над своим прошлым и забыть все.

Хезер не хотела признавать, что наслаждается тем странным волнующим трепетом, который он в ней пробудил, что очарована его харизмой, загипнотизирована его властной сексуальной привлекательностью.

Но Лео был совсем не тот, кто ей нужен, поэтому она чувствовала себя абсолютно неуязвимой. Да, она оценила его мужскую сексуальную привлекательность, да, ей пришлось признать, что он очень умный человек. Но физически он ее нисколько не привлекал…

– Значит, ты работаешь не только со сказками, – произнес Лео, очень недовольный тем, что вечер плавно перешел в дружескую невинную болтовню.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.