Никки Дакорис
Песнь Переплетённых Грёз

Шум боя, слышимый в каждом углу каменного поместья, мог бы заставить проснуться даже мёртвого. Отвлекался от своего сна даже тот вечно уставший гувей¹ снаружи, который спал крепче остальных. Возможно, он снова начал спросонья ворчать о том, насколько неудачная была затея – превратить внутренний дворик замка в тренировочное поле. Но увы, если он и слышал все удары оружия, находясь в самом отдалённом месте замка, то я его точно не слышала. Грустная, но всё же ирония.

Котарр – мой родной континент. Следуя за декроном² воина, что является фактически нашим божеством, искусство боя является нашей изюминкой, отличающей нас от других земель. А я, как наследница правителя моей родины, обязана соответствовать его стандартам.

Сегодня я решила попробовать парные клинки. Я принялась за проверку столь изящного оружия сразу же, как только кузнецы закончили обрабатывать эхотин, из которого и были сделаны эти красавицы. Учитывая, насколько этот металл дружен с магией камней всего Шедриона, я уже с первого заказа начинала просить у кузнеца о маленькой детали для оружия: сегрит. Камень памяти отлично считывал как мои движения, так и элементы атак того, кто обучает меня. Плюс, золотистый светящийся камушек всегда отлично смотрелся на голубовато-фиолетовом металле.

Внутренний двор ещё никогда не казался мне таким родным и оживлённым. Несмотря на то, что тут были только я и Борнамис, дворецкий моей семьи, всю атмосферу создавал наш тренировочный бой. Он продолжался несколько часов подряд. Процесс затянулся куда дольше, чем мы оба этого ожидали, но что поделать? Я никогда не могла заставить себя остановиться, или так просто сдаться в подобных битвах. Свет сегрита запоминал процесс боя каждую секунду, подтверждая это бодрящим ощущением по всему моему телу. Будто я сейчас стою на ветряном пике, подхваченная тёплым, осторожным потоком. Это ощущение придавало мне сил. Каждую тренировку, замечая такие моменты, мне казалось, что я запросто могу стать мастером «танца стали». Хотя… Кто знает? Может, всё же стоит подобрать другое сочетание?

Наконец, в этом бесконечном бою образовалась краткосрочная пауза. Когда после мощного удара мы с Борнамисом отскочили друг от друга, я скрутила свой хвост в кольца для подготовки к рывку. Чтобы изучить его состояние, я тут же подняла глаза, фокусируясь на нём. Но то, как тяжело он дышал после такого боя, удивило меня не на шутку. Он даже высунул язык для передышки, что заставила меня коротко встряхнуть свой гремучий кончик хвоста от удивления. Более чем за тридцать лет моей жизни он ни разу не показал свою слабость. Даже во время боя он всегда выглядел так, как будто ничто не могло его пробить. Но битва не окончена. Он всё ещё сжимал в руках свой клинок. К тому же, я была уверена, что я всё ещё вижу ряд шипов, идущих вдоль предплечья его руки. Он их до сих пор не втянул, а значит, он не сдастся.

Но теперь меня было невозможно остановить. Видя преимущество, я почувствовала прилив уверенности в себе. Мне казалось, что я вполне могу победить на этот раз, раз уж я смогла ослабить матёрого луурамурну. «Наконец-то я увижу, как его волчья морда окажется на земле!», подумала я, сделав рывок в его сторону. Торжественно скаля свои клыки, я расправила свой «капюшон», готовясь продемонстрировать тренеру свой статус победителя.

Но, как оказалось, Борнамис ждал момента, когда я захочу его скрутить всем своим гибким телом. Дождавшись, когда я окажусь слишком близко, он быстрым рывком увернулся вбок от меня, оказавшись за моей спиной. Мгновением после удара я понимаю, что лежу на земле, с острой, но кратковременной болью в плече. Осознание накрыло меня так же внезапно, как этот старый волк умудрился увернулся от меня: правило первой крови. Я опять проиграла ему, как и каждую тренировку с ним.

– Исход битвы был очевиден для меня, леди Арканфара. – задумчиво хмыкнул Борнамис, сделав пару шагов назад – Пока ещё не было случая, когда он менялся.

Мне ничего не хотелось ему отвечать. Я лишь прошипела что-то неразборчивое, обвивая себя собственным хвостом. Но в процессе я заметила, с каким спокойствием дворецкий смотрел на мои попытки превратиться в ленивый клубок чешуи.

– Бор, можешь не сверлить меня взглядом? – проворчала я, пряча мордочку за очередным чешуйчатым кольцом – Я и так знаю, что я позорище всего Котарра.

– Отнюдь. – луурамурна поднял брови – Если вы проигрываете именно мне, это не значит, что вы не сможете победить других воинов. Вспомните хотя бы один конкурс с вашим участием. Вы на каждом из них выходили победителем, не оставив ни одного своего соперника на двух лапах.

Я убрала кончик хвоста от глаз.

– Ну с теми слабаками всё было понятно. Но ты сам понимаешь, что для меня этого недостаточно – Борнамис поднял одну бровь, не отводя от меня взгляд – Единственным для меня боевым авторитетом являешься только ты. Но я проигрываю тебе каждый раз, как бы я ни старалась. Rhas³, да я даже не приблизилась к победе ни на шаг!

Дворецкий лишь вздохнул, глядя на то, как я продолжаю закутываться.

– Позвольте возразить, моя леди. – Борнамис наклонился ко мне, сохраняя невозмутимость морды – вы впервые за тридцать два года вашей жизни заставили так сильно напрячься во время боя один на один. Смею добавить, что я даже соскучился по ощущению истощения собственного тела посреди битвы.

Эти слова заставили меня размотаться обратно. Всё ещё оставшись лежать на земле, я широко раскрыла свои глаза от удивления. Мой хвост продолжал извиваться кольцами, пока моя голова поднялась с земли, пытаясь перенаправить моё настроение в позитивную сторону.

– Серьёзно?! – мои губы медленно расплылись в улыбке – То есть я правда увидела твою усталость?! Подобное явление вообще существует?! – Я издала громкий смешок, прежде чем обратно опустить голову – Правда, толку-то с этого. Ты уже поверх моих прежних меток поражения ставишь новую. А жаль, так хотелось поймать тебя в таком состоянии…

– Бдительность никогда не бывает лишней. – луурамурна встал в гувейскую позицию, с прикрытыми глазами подняв брови – Даже в миг спокойствия ваша интуиция, дарованная природой, может дать вам сигнал. Это однажды вам поможет хотя бы выжить при неожиданной атаке.

– Ну, или увернуться вовремя, даже когда ты на последнем издыхании. – подметила я, осознав суть его слов.

– То, что вы подметили собственное преимущество в момент моей слабости, подтверждает то, насколько вы наблюдательны. Но вы сами не раз были на моём месте. И, к моему сожалению, вы не всегда сохраняете концентрацию. Вам стоит подумать над этим, и сделать выводы перед нашей следующей битвой.

Несмотря на то, что я очень устала от его постоянных замечаний во время боя, я старалась слушать его внимательно. Каждый его новый урок помогал перестраивать свою тактику. Кто знает, однажды это обернётся против него, и он поляжет на обе лопатки. Иронично, что он сам говорил что-то подобное много лет назад, когда моё обучение боевым навыкам только начиналось.

Сейчас же мне остаётся только поменять хвост на лапы. Родная змеиная форма, конечно, всегда была мне верна с самого рождения, но сейчас хотелось именно стоять на земле. Смиренно вздохнув, я коснулась своего короткого кулона с уртафиситом. Камень-метаморфоз сменил свой цвет несколько раз, прежде чем остановиться на градиенте бордового и зеленоватого. В ту же секунду нижнюю часть моего тела наполнила энергия. Мне показалось, что она начала хаотично шевелиться, заставив потерять ощущение всего моего хвоста. Но это было настолько привычно для меня, что я просто расслабилась, и посмотрела в сторону Борнамиса.

Дворецкий, явно дав понять, что дискуссия о тренировке окончена, спокойно сел на землю. В его руках всё ещё находился тот самый клинок, который Бор использовал в каждом бою. Стиль оружия выглядел уж очень старомодным, но луурамурна так тщательно и бережно за ним ухаживал, что он выглядел как новый, лишь на днях сделанный на заказ. Не было даже намёка на то, что ему может быть не один век.

Если я правильно помню, Борнамису около семи сотен лет, несмотря на то что он выглядит куда моложе своего возраста. Оно и логично: не существует шедмера, который бы выглядел старым и дряхлым. По крайней мере, я ещё таких не видела. За свою долгую жизнь он успел войти в ряды гувеев, верой и правдой служивших правителям континентов, рувильперам. По его же словам, он долгое время упорно работал над своими навыками, чтобы добиться успеха в своей работе. Спустя первые пятнадцать лет службы он наконец получил титул липарвея⁴, выполняя приказы ещё моего дедушки. Кто бы мог подумать, что тот, кто сейчас исполняет роль обычного дворецкого, когда-то управлял войсками под знаменем Котарра? Насчёт правдивости его слов было не у кого спросить: все его сослуживцы разошлись по континентам, либо давно ушёл в заботливые объятья Всематери. Но это не отменяло того факта, что этот луурамурна был очень упорным воином. Как бывший липарвей, он был просто невероятен в бою. Борнамис всегда был самым могущественным воином для меня. Живой легендой. Я бы не удивилась, если это было так. В какой-то момент мне было даже жаль, что Бор отошёл от дел, чтобы служить моим родителям в совершенно другой сфере. Может, он хотел более спокойного темпа жизни, чувствуя приближение старости? Хотя этому неустанному луурамурне ещё пару веков жить, не меньше. В этом я точно уверена.

Я с самого детства обожала слушать его невероятные истории. До того, как мой отец взял себе отдельное поместье для жизни вдали от жены, это было единственным, что помогало вырваться из реальности. Я была даже рада, что отец согласился его оставить со мной. Даже если он из-за этого долго бесился, треща хвостом громче, чем когда-либо.

Как бы там ни было, мои ностальгические раздумья быстро прервались осознанием окончания метаморфозы. Теперь мой хвост не был моей основной опорой. Более того, он вдвое уменьшился, сместившись назад. Теперь под недлинной юбкой моего боевого одеяния появились и мощные, когтистые лапы. Проверив их управляемость, я тут же встала на лапы, довольно потянувшись.

– Я удивлён, что на этот раз вы решили начать тренировку с первичным вашим образом. – Борнамис наконец поднял голову, отвлекаясь от заточки своего клинка – Несмотря на вашу удивительную гибкость, вы куда эффективнее в бою именно на двух лапах.

Дворецкий будто специально решил съязвить, не меняя выражения морды. Он достаточно остро подметил, что я чаще всего использую лапы, а не хвост для конечностей своей опоры. Я начала пользоваться своим уртафиситом ещё с того дня, когда мне его подарила матушка. Однако странно, что он не учёл моё желание развивать оба варианта моих нижних конечностей.

– Ну, я решила провести небольшой эксперимент. – отмахнулась я, приближаясь к луурамурне – Всё равно сейчас тренировки проходят с тобой, а не с каким-то другим шедмером. Мало ли, что случится. Кулон потеряется, уртафисит повредится…

Старый дворецкий тут же поднялся со своего места, быстрым движением вонзив клинок в землю. Хотя я и была на голову выше него, он одним своим взглядом мог опустить меня втрое ниже самого себя. Своё фирменный, леденяще суровый взгляд он использовал в редких случаях. Обычно это идёт в сторону того, кто успел рявкнуть лишнего. Что же ему не понравилось в моих словах? Разве я где-то ошиблась? Он продолжал сверлить меня взглядом так, будто собирался прожечь во мне дыру. Мне казалось, что я перед ним как открытая книга, которую он только что раскрыл.

– Не сочтите за грубость, моя леди. – Борнамис специально растянул начало своей речи, угрожающе понизив тон. Моя душа тут же готова была выпрыгнуть из моего тела – Однако смею напомнить, что уртафисит – само олицетворение метаморфозы нашего мира. Его способности неограниченны, он может исказить что угодно в этой реальности без надлежащего контроля. Как вы думаете, что может произойти, если такой камень разбить?

Я втянула свою шею в плечи, насколько это позволяла её длина. С чего вдруг он переключился на последствия магии камней, как будто они – нечто опасное, и неконтролируемое? На секунду мне показалось, что я ничего не знаю о них, вслепую пользуясь опасным артефактом, но я быстро спохватилась.

– Н-ну, не думаю, что он мог бы расколоть реальность. Э-это точно не для уртафисита, скорее… Для эльсахита, камня завесы! – протараторила я, благодаря всех декронов, что мой мозг не отключился при виде его ледяных глаз. Внезапно я ухватила очень странную мысль – Да и потом… Вряд ли такая кроха как у меня, может быть так просто разбита, верно? Хотя бы, потому что никто не смог бы без моего разрешения добраться до моей шеи.

На всех десяти континентах существует только три шедмера, которым я доверяю: моя сестра, родная мать и Борнамис. Но, согласно правилам приличия, плюс личным ощущениям доверия, они могут коснуться моего плеча близко к шее. Сам загривок будет доступен только тому, кто сможет покорить моё сердце. Такого я, к сожалению, ещё не нашла. А через неделю как раз День Переплетения сердец – всемирный праздник влюблённых. Многие мои сверстники, как и дети богатеньких зазнаек, придут на фестиваль со своими парами. Мне же останется быть серой харпаккой⁵. Юной артасикая. Дочери самой рувильперны. Тридцать два года! А она – без пары. Мало того, что это как стать живой мишенью для стрелков. Я же даже не смогу кому-то об этом пожаловаться.

– Очень надеюсь, что это вас не задевает так сильно, моя леди. – дворецкий смягчил морду – Вы ещё так молода. Уверен, вы ещё успеете найти кого-то особенного. К кому ваше сердце потянется как к родному.

– Ага, если бы ещё мог найтись хотя бы один парень, который мог завлечь не только своими боевыми навыками… – я закатила глаза, вспоминая последний боевой конкурс.

Прошёл всего лишь месяц, но я всё равно не могу отпустить эту ситуацию. Меня до сих пор разрывает от негодования, когда я вспоминаю, насколько высокомерные, самомнительные, и наглые могут быть котаррцы. Перед собственным проигрышем один из участников не мог перестать хвастаться, какой он чуткий, и сердобольный. Он горячо доказывал мне, что просто поддался мне, как девушке, а после клялся всеми декронами, что ради меня отдаст свою награду за участие своему фанату. Никогда я так не разочаровывалась в богачах моего континента.

– Кто знает… – Борнамис лишь пожал плечами – Котарр – континент немаленький. Каждый месяц наш мир узнаёт о новых воинах, о которых ранее не слышали. И далеко не все они из богатых семей.

Задумавшись над его словами, я высунула язык, издав тихое шипение. Казалось, ещё чуть-чуть – и я лизну собственный палец.

– А это звучит интересно. Воины среди простолюдинов, говоришь? – я мечтательно облизнулась – Честно скажу, проверила бы каждого из них собственными клычками.

– Останется только надеяться, что яд не окажется летальным – едва заметно усмехнулся дворецкий, наблюдая за моей реакцией.

– Ну уж нет, убивать слабаков как-то скучно. Я же не тиран какой-нибудь, который уничтожает поверженных врагов. Зато у них будет шанс вернуться, если захотят! Всё равно они не получат ничего, кроме новой порции укусов.

– Несомненно, моя леди. – Борнамис продолжительно кивнул – Уверен, что вы поступите разумно. – выдержав небольшую паузу, он продолжил – Хочу сказать лишь одно: за долгие годы я узнал о многих славных воинах, которые могли похвастать своей силой, преданностью, самоотверженностью. Но далеко не каждый из них выделялся упорством. Тем более – таким, как у вас.

Окончание его слов сопровождалось коротким стрёкотом моего гремучего хвоста. Борнамис был тем типом личности, который больше подмечал ошибки, нежели хвалил. Получить от такого комплимент – всё равно, что получить благословение от декронов… Нет, от Всематери! Это нельзя было позволить себе упустить. Если бы у меня были под рукой пергамент и перо, я бы тут же записала этот день. Но всё, что мне остаётся на данный момент – это поджать к себе руки, выдавливая из себя довольный писк. Хвост то и дело подрагивал от переизбытка эмоций, пуская короткие вздрагивания в особом, музыкальном такте.

– О декроны, скажите мне, что я не сплю! – затараторила я, готовясь выпустить все свои эмоции – Это похвала?! От самого Борнамиса Харм Фин’Гатроса! Не верится, что я этого дождалась! Ты же не шутишь, правда?!

– С чего я должен шутить о чём-то таком родном для вашей родины? – хмыкнул луурамурна, позволив уголку губ приподняться – По моему скромному мнению, вы бы очень хорошо подошли для роли гордости всего Котарра.

– Ой, да брось, Бор, ты меня смущаешь! Одного титула мне достаточно, и на том остановлюсь.

– Неужели? А как же титул лучшего воина всех конкурсов континента?

– Ну, тут были свои условия…

– Ходят слухи, что вы благословлены самим декроном воинов, владыкой Котарра, Ратерросом…

– Бор, я щас кольцами свернусь от смущения, заканчивай! – пробубнила я, пряча морду руками. Мой хвост внезапно начал обвивать мои колени, будто пытаясь меня незаметно спрятать.

Я бы так и простояла, пока в дверь, ведущую из поместья к нам во внутренний двор, не постучались. Не дождавшись ответа, незваный гость тут же распахнул проход, выходя из поместья к нам. К моему большому сожалению, это был один из подручных гонцов моего отца. И он выбрал именно самого гнусавого и наглого, явно давно не ухаживающий за своими крыльями. Они были потрёпаны настолько сильно, что, казалось, они вот-вот потеряют все перья разом. Ни один уважающий себя салгаркад бы себе такого не позволил, учитывая, что для этих пернатых сорванцов летать – как ходить.

Но сейчас больше не это задевало. Сам факт того, что отец в очередной раз прислал кого-то для нового приказа дочери, уже начинало раздражать больше, чем огорчать. Ни один день не проходил без новых посланий старого гремучего артасикая. Мне ещё много лет назад хотелось, чтобы он наконец-то услышал меня. Но если бы это хотя бы раз происходило – оказался бы он на окраине Котарра? Или, всё же, оставил всю нашу семью целой, оставшись в рувильперском замке?

– Миледи Арканфара Пур Фин’Прилисэя! – пернатый гонец тут же принялся докладывать своё очередное послание – По приказу вашего отца, рувильпера Карванеста Харм…

– Покороче нельзя? – буркнула я, раздражённо расправляя капюшон – Как у тебя только язык не заплетается от таких длинных имён? Даже слушать тяжело…

– Советую вести себя посдержаннее… – салгаркад презрительно щёлкнул клювом, продолжив – По приказу вашего отца, чьё имя вы явно не желаете дослушать, вам дозволено посетить столицу Котарра для осмотра местности. Рувильпер хочет узнать, насколько город готов праздновать День Переплетения Сердец.

– Уверена, подготовка проходит отлично. – съязвила я, растягивая шипящее – Впрочем, почему бы ему самому не проверить? Боится растворить столицу своим язвительным ядом, или что?

– Попридержите язык, миледи! – шикнул на неё гонец, готовый пустить в ход клюв.

Но тут внезапно между ними встал Борнамис.

– Довольно! – его тон звучал очень холодно – Вы выполнили свою работу. Если на этом всё – можете уходить прочь.

Салгаркад лишь закатил глаза.

– Вот и помогай рувильперской семейке. Особенно, когда старшая дочь – бесконтрольная, высокомерная жертва переходного возраста.

– Ты бы лучше прикрыл свой клюв! – зашипела я, выглядывая из-за плеча дворецкого – Тебе он ещё пригодится для передачи послания моему отцу. Уж он-то точно должен знать, куда я бы хотела его отправить. У меня и без его приказов были свои планы!

Обычно я не особо сильно сопротивляюсь отцовским указаниям. У меня не так много занятий, которые могли бы меня заинтересовать. К тому же, он всегда учитывал моё расписание, даже несмотря на то, что в нём появились занятия по квайроведению.

Казалось бы, ты просто сидишь и слушаешь рассказы о том, как выглядит другой мир. Кто бы мог подумать, что в мире по соседству небо днём гораздо светлее? А их языки – это просто шедевральное открытие! Я сразу же взялась за первый предложенный мне язык. Ирглис, если я правильно помню. Или Арглеш?

Как бы там ни было, отцу очень не нравились квайр⁶. Он даже грубо искажал их родной вариант названия: люди. Неужели так сложно понять, что они похожи на нас? Особенно учитывая, что у нас есть второй облик, помогающий лично с ними познакомиться.

Квайр для меня стали единственной отдушиной в моём мрачном, пресном, и утомительно скучном бытие. Если бы я могла выбирать, остаться дочерью рувильперны, или стать квайрской челядью – я бы сбросила чешую, и пошла к простакам в таверну. И сегодня мой заветный ритуал перемирия с отцовскими решениями грозится быть неисполненным. И от этого на сердце становилось тяжелее с каждым ударом, достигшим барабанных перепонок.

– Уважаемая. – гонец будто специально продолжал действовать на нервы – Если вы так уверены, что ваши слова на него хоть как-то повлияют, выползите наконец из своей неприступной башни, поговорите с ним наконец самостоятельно. Я, может, и являюсь гонцом вашего отца, но лично вам я не принадлежу.

– Я посмотрю на твою наглую морду позже, когда он и твои планы разрушит, драный «гр-риф»!

Салгаркад скривил клюв от презрения. Мне показалось, что он оскорбился выученным мной словом. Но мне это даже нравится! Никто не виноват, что он действительно похож на ту страшную птицу, которая даже на живое существо не очень похожа. Особенно учитывая, в каком состоянии были его крылья.

– Расколдуй меня немедленно! – он начал щёлкать клювом то ли от гнева, то ли от страха – Я, я это так не оставлю! Я заставлю тебя ответить перед рувильперами!

– Ты ещё кальперу⁷ не забудь пожаловаться! – засмеялась я, опираясь на плечо Борнамиса.

Луурамурна реагировал на происходящее куда спокойнее меня. Всё, что он сделал – это издал тихий смешок, с улыбкой наблюдая за тем, как этот пернатый идиот начинает бить крыльями в панике. А я тем временем согнулась к земле, задыхаясь от хохота. Мой хвост тут же затрещал, пока я тщетно пыталась остановиться.

– Могу я спросить, как долго вы собираетесь валять дурака, уважаемый гонец? – Борнамис, наконец, окликнул бедолагу.

Тот резко замер, уже валяясь на земле. Перья вокруг него валялись в большом количестве, отчего мне казалось, что он сейчас их действительно сбросит.

– Леди Арканфара не произносила никакого страшного проклятия… – дворецкий вздохнул, явно не особо желающий пояснять глупому салгаркаду о птицах другого мира.

Луурамурне понадобилось всего лишь несколько минут, чтобы рассказать о грифах. Но как только он закончил, гонец тут же нахохлился от гнева, топая в мою сторону. А я, хоть и перестала так сильно смеяться, всё равно находила его поведение забавным. Мне пришлось прикусить язык, чтобы не засмеяться с новой силой.

– Гриф, значит. Поедатель останков! – верещал он, то и дело встряхивая крылья – Ты просто невыносимая мерзавка! Никогда ещё мир не видал такой высокомерной наследницы! К кальперу Шогарту бы тебя на суд отправить!

– Ты бы, для начала, себя послушал, «вор-робей»! – мне настолько понравилась его реакция, что я решила продолжить на него навешивать новые слова.

Теперь то он точно был вне себя от ярости. Земля то и дело комочками летела от топота его тонюсеньких лап, пока он чирикал во всю глотку. А я была уже не в силах держать новую волну истерики, снова катаясь по земле от хохота.

– Мне кажется, вы давно закончили то, зачем пришли… – устало вздохнул Борнамис, крепко обхватив предплечье пернатого гонца.

Но тот не собирался униматься. Пока его выводили обратно в поместье, он продолжал брыкаться, и бить крыльями по спине луурамурны, не затыкаясь ни на секунду:

– ВЫ СЛЫШАЛИ ЕЁ?! ЧТО ЭТО ЗА ПРОИЗВОЛ?! ОНА ПОЗВОЛЯЕТ СЕБЕ ВЫРАЖАТЬСЯ ИНОРОДНЫМИ СЛОВАМИ, И КЛЕЙМИТЬ ИМИ ПОДДАННЫХ!!! ВРАГУ НЕ ПОЖЕЛАЕШЬ ТАКОГО РУВИЛЬПЕРА!!!

Когда внутренний двор наконец стих, я смогла побороть свой истерический хохот. Переводя дыхание, я теперь лежала на земле, устремив свой взгляд на небо.

И без того тёмно-синее небо грозилось почернеть, а некогда разноцветные звёзды начинали обесцвечиваться. Золотую луну я уже не видела из-за высоких стен, а значит, время вечернее. Я удивилась, насколько быстро прошли те несколько часов тренировок с Борнамисом, учитывая, что мы начали бой в середине дня.

Но с осознанием скоротечности времени, на меня накатила тоска. Я наконец-то вспомнила про приказ отца вылезти в столицу, и это заставляло мою душу упасть ниже самых глубоких каменных пород всего Шедриона. Мне казалось, что у меня просто нет другого выхода. Я будто связана по рукам и лапам, являясь при этом послушной марионеткой того, кто пользуется титулом моей матушки. А иногда так хочется связаться с ней, рассказать о том, как мне плохо с этим гремучим деспотом…

Но она не сможет прийти. Даже если я буду в её столице, она сейчас в другом континенте. Сегодня всеобщее совещание рувильперов в кальперском замке. Казалось. Что весь Шедрион готовится к этому приторному празднику. Одна только я плююсь ядом, не имея никакого предположения о том, какой могла бы быть моя жизнь. Если бы только был хотя бы один шедмер, который мог бы меня понять, или полюбить… Как я могу себя почувствовать счастливой, если никто не проявляет так много интереса к миру квайр – единственному, что интересует меня так же, как искусство боя? Один только Борнамис меня может поддержать. Но он – дворецкий в моей семье. А кому-то извне даже не приходит в голову меня услышать.

Кто знает, сколько я ещё протяну в такой ситуации. Из-за отца я не могу даже сбежать к маме, как бы я ни хотела. Его телохранитель, крепкий и яростный алураярна, до сих пор заставляет меня трястись каждый раз, когда я его вижу. Каждую тренировку приходится думать о том, что же можно использовать против такого гиганта? Он кажется абсолютно непробиваемым, а его глазища запросто обнаруживают меня даже в полной темноте. Вот уж сразу видно, про кого квайр бы сказали: «огромный кот». Огромный, резкий, и когтистый.

Но с этим приходится жить. И слушаться приказа отца. Даже если это означает поехать в столицу, осмотреть город… И провести время с кучкой отродий здешних толстосумов. Не дай декроны такие же есть и в других континентах – всех бы перетравила одним укусом.

Карета казалась холодной, несмотря на весь свой уют. Однако мне так хотелось спать от скуки и нежелания куда-то ехать, что я без труда перестроила своё сознание для приятной дрёмы. В какой-то момент мне даже показалось, что мои сны стали ярче, и я старалась запомнить каждую деталь:

Я была на яркой поляне, покрытой невиданными ранее цветами. Тонкие, полупрозрачные лепесточки голубоватого цвета плотным рядом выстроились вокруг белоснежной, светящейся сердцевинки. В воздухе витал манящий запах морского бриза. Мне казалось, что за этой поляной я увижу берег бескрайнего океана. Но я решила сопротивляться желанию поднять голову, сфокусировались на изначальном любопытстве: цветы. Я никогда раньше таких не видела. Если они и упоминались в каких-либо книжках, то крайне редко. Я бы точно запомнила такую прелесть.

Недолго думая, я решила коснуться сердцевины. Но как только я почувствовала холод от прикосновения, как вдруг раздался мелодичный звон. Словно кто-то сладко завывал колыбельную своим тонким, мягким голосом. И этот кто-то находился в самом цветке. Но после этого запели соседние цветы, пробуждая остальные. Спустя секунды всё поле заполнилось прекрасной мелодией, взявшая меня за душу. Мой разум будто слился с этой музыкой, унося далеко в поднебесье. Но потом мне показалось, как кто-то нежно обнял меня со спины, согревая своим теплом. Я не могла быть уверена: это шерсть, или перья были настолько мягкие? Если это перья, то этот неизвестный салгаркад явно очень хорошо ухаживает за собой. Вдруг я понимаю, что мои лапы отрываются от земли, поднимаясь всё выше. Сперва я хотела поддаться испугу, но руки незнакомца были такие тёплые, что я быстро успокоилась. В них ощущалась безопасность. Кто бы ни был этот пернатый кавалер, он первый, кто смог меня покорить. Мне больше никого не было нужно. Только он, и этот миг.

В какой-то момент я перестала обращать внимания на то, как сильно начала расплываться картина в моих глазах. Лишь бы это тепло осталось… Лишь бы он был рядом со мной. Вечно…

– Леди Арканфара!

Меня выдернуло в суровую реальность так же внезапно, как этот голос прогремел в пространстве моего сновидения. Было даже грустно, что столь прекрасное видение ушло таким наглым способом. Кто вообще посмел?

– Мы почти добрались до Арукона, столицы графства Лотару. – кучер говорил достаточно громко, чтобы он смог докричаться до моего сознания даже через мой сон.

Вместо ответа я лишь издала вздох. Хотя поместье отца находилось около самой границы Лотару, путь был пройден слишком быстро. Настолько, что я даже не успела придумать историю для богатеньких подростков, с которыми мне придётся столкнуться. «Лучше бы я осталась на той бескрайней поляне поющих цветов», пронеслось в моей голове. Но когда я провела рукой по морде, я поняла, что в голове всё ещё остались воспоминания об этом. Более того, я даже запомнила мелодию из этого сновидения. Мои сны никогда ещё не были так хорошо сохранены в моей голове!

– Приношу извинения за внезапное пробуждение, моя леди – внимательно посмотрев на моё выражение морды, произнёс Борнамис. До сих пор удивлена тому факту, что он решил поехать со мной. Я даже на время забыла о нём в начале пути. Благодаря его короткой, рыжей шерсти он очень хорошо сливался с красной обстановкой кареты.

– Ох, не обращай внимания. Всё хорошо… – просипела я, посмотрев в окно – Тем более, что тут твоей вины даже нет. Не стоит держать ответственность за кого-то, кто подчиняется моему отцу, отказываясь при этом слушать меня.

Получив лишь тишину в ответ, я продолжила рассматривать сумеречные пейзажи, проносящиеся мимо кареты. Со своей стороны я не могла увидеть, как далеко находятся стены столицы. Но зато появилась возможность рассмотреть пышные, синие леса, столь сильно контрастирующие с каменистыми алыми полями, по которым мы едем. Из-за света тамошней растительности они казались где-то изумрудными, как в рассказах о лесах у квайр, а где-то – фиолетовыми. Раньше мне нравилось необычное сочетание синей листвы и алого света липараяде⁸ в лесах. Сейчас же он кажется до скучного банальным.

– Вас что-то беспокоит? – тон луурамурны показался мне немного обеспокоенным.

– Ну, как сказать… – вздохнула я, не отрывая взора от окна – Пока мы катались, я видела сон. Очень яркий, и… Реалистичный.

Бор задумчиво хмыкнул.

– Я могу предположить, на что это может походить, но вряд ли сейчас это даст хоть какой-то смысл.

– Вообще-то даст! – возмутилась я – Я бы хотела запомнить этот сон! К тому же, где бы я ещё заметила те голубенькие поющие цветочки?

Дворецкий удивлённо поднял брови, продолжая смотреть на меня.

– Могу ли я предположить, что это могут быть лигпармы? – произнёс он – Полупрозрачные голубенькие лепестки, белая сердцевина, колыбельная мелодия. Я прав?

– Ну… Да? – Теперь настал мой черёд удивляться – А что это за лигпармы? Откуда они?

Борнамис задумчиво хмыкнул.

– Если я правильно помню, эти цветы обладают снотворным эффектом. Мало, кто знает, как сопротивляться их энергии, исходящей от колыбели. Также они являются символом соседнего континента. Лингамурн, царство Декрона Голоса.

– Лингамурн? Слышала, что там собираются самые талантливые артисты со всего Шедриона. – хмыкнула я – Хотелось бы увидеть хотя бы одного такого. Или, может быть, услышать…

– Однажды у вас выпадет такая возможность. – кивнул Бор, наблюдая за сменой леса на дома – Если мы сможем передать весточку вашей матушке, то наш фестиваль сможет посетить любой лингамурнец.

– Хотелось бы… Хоть что-то тогда пойдёт не по капризам моего отца.

Единственное, что старый Карванест презирал больше, чем мир квайр – это музыканты. Несмотря на то, что барды считались лучшими шпионами много лет назад, он считал, что в наши дни от них ничего не осталось. Я давно потеряла счёт количества раз, когда он их называл «потерянными горластиками». После переезда к отцу в поместье я больше никогда не слышала их баллад. Но я до сих пор помню, как их обожала моя сестра… Мне остаётся надеяться, что она живёт куда свободнее, чем я.

Внезапно я почувствовала, как карета начинает замедляться. Снаружи раздался хриплый визг зуфуранов, а в нос ударила странная комбинация дорогих парфюмов. Похоже, что нас пришли встречать элитные подростки. Такие же тридцатилетние юнцы, как я, но с абсолютным отсутствием тактичности и толерантности.

– Действуем по старой тактике, Бор… – прошептала я дворецкому – Если кто-то спросит – ты мой телохранитель. Договорились?

– Я вас не подведу, моя леди. – луурамурна кротко кивнул, нахмурив морду.

Дверца кареты открылась, позволяя мне увидеть кучера. Но прежде, чем он успел хоть что-то сделать, Борнамис быстро выскочил наружу, встав напротив. Я взяла его за руку в ту же секунду, как он протянул её, чтобы я могла вылезти из кареты. Банальная процедура для наследников высших титулов – мало кто позволяет действовать самостоятельно. Я не стала исключением – мне скоро предстоит занять матушкин престол. По-крайней мере, я на это надеюсь.

На секунду мне показалось, что резкая часть парфюма усилилась. В мою сторону грациозно шла невысокая, но явно богатенькая алураярна, которая из-за пёстрых нарядов походила на одну смешную птичку из мира квайр. Какое же было название у этого существа? Но особа двигалась как в танце, не стану отрицать, это выглядит действительно симпатично. Если бы она не превратила свой наряд в маскарадный костюм – было бы ещё лучше.

– Ах, я глазам своим не верю! К нам пришла сама наследница рувильперского престола, Арканфара Пур Фин’Прилисэя! – скрипя от радости, богачка коснулась своего загривка, едва касаясь блестящих костяных пластин шейной био-брони, и после вытянула её в мою сторону, так и не наклонившись. Казалось бы, она ниже меня статусом – а использует дружественное приветствие вместо официального. Едва поборов желание съязвить, я повторила тот же жест, чтобы не позориться перед остальной публикой.

– Какая неожиданная встреча, миледи. – спокойно произнесла я, натягивая приветливую улыбку – Рада встрече с вами.

– А как я счастлива наконец-то увидеть вас вживую, моя дорогая! – на радостях алураярна обвила свою многослойную юбку хвостом – Ох, где мои манеры? Я же забыла представиться! – опустив голову, она продолжила более величественным тоном – Моё имя Мартаси Пур Фин’Ритана. Мой отец лично знаком с вашими родителями. Он – самый богатый архитектор всего Котарра…

В какой-то момент я просто перестала её слушать. Мозг упрямо отказывался воспринимать хотя бы крупицу информации от этой дамочки. Всё моё внимание ушло в сторону Борнамиса. Со стороны дворецкий выглядел так, как будто его ничто не беспокоит: его взгляд спокойно изучающе перемещался от одной части столичных улиц к другой, едва вспоминая про моргание. Может быть, он оценивает изменения, которые произошли за такое большое количество времени? Если честно, я бы тоже не узнала те места, в которых поработал папочка какой-то напыщенной леди, вроде той, что до сих пор что-то тараторит.

Стоило мне вспомнить про неё, как я заметила, что вокруг нас за короткое время собрались ещё несколько богатеньких на вид гостей. И один из парней, кажется, заглядывается в мою сторону. Я буквально чувствую его взгляд макушкой.

– Кстати, чуть не забыла! – вдруг спохватилась Мартаси – Вы уже знакомы с моим младшим братиком?

Она в ту же секунду оказалась позади меня. Повернувшись, я заметила, что её руки обхватывают плечи того самого алураярны в доспехах, чей взгляд я всё это время ощущала. Несмотря на их чёрно-белый окрас, сразу и не скажешь, что они родственники.

– Ну же, братик, тебе нечего стесняться. – довольная собой, Мартаси начала мерзко хихикать – представь себя, будь хорошим гувеем.

Будто ведясь на коротком поводу сестрицы, парнишка тут же коснулся своего загривка для приветствия. Но когда после этого он опустился на одно колено, приближая ко мне раскрытую ладонь, я подняла брови. Но я даже не знаю, что меня удивило: его приличие, или то противное желание приблизиться ко мне, что он, несомненно, испытывает, показывая это своей мордой?

– Приветствую вас, дорогая леди Арканфара. – промурлыкал он – Позвольте представиться: звать меня Рокфам Харм Фин’Рикксам, ваш преданный слуга. И для меня – большая честь встретиться с вами лично.

Я лишь кротко кивнула. Но только я придумала, что сказать, как краем глаза я заметила Бора. Бродя вокруг нас, он окидывал Рокфама ледяным взглядом. Его морда почти не показывала никаких эмоций, но я разглядела в его глазах некое презрение.

– Хм? А это у нас кто? Личный слуга? – богач гувей неожиданно повернулся к дворецкому, когда тот оказался сбоку от него – Ну, как же иначе. Принеси-ка нам троим по бокалу балюра⁹. Разговор обещает быть долгим.

Одной фразой он разом перевернул мою надежду на благоразумие этого алураярны. Мой хвост угрожающе затрещал от резкого прилива возмущения, а капюшон начал неконтролируемо расправляться. Я всем своим видом неосознанно показала, как я разгневана таким поведением, но не я одна держала такое мнение. Борнамис на секунду оскалился, бросив яростный взгляд в сторону Рокфама. Он мог бы в любой момент начать зарычать на него. Более того, как липарвей в отставке, он имеет полное право поставить на место зазнавшегося гувея. Но, в силу своей сдержанности, он лишь презрительно фыркнул.

– Братик? – Мартаси прижала уши к голове, видя мою реакцию – Мне кажется… Ты где-то ошибся.

Рокфам посмотрел в мою сторону с глупым выражением морды.

– Вы не любите балюр? – рассеянно спросил он.

В этот момент мне казалось, что ему сильно повезло с моим терпением. Ещё чуть-чуть – и я бы отгрызла ему шею на месте. Я быстро попыталась вернуть ещё одну каплю выдержки, чтобы не греметь хвостом так громко. Но мои глаза прожигали в нём дыру.

– Смею подметить, что вы «пытаетесь» отдать столь нелепый приказ МОЕМУ телохранителю. – хотя мой тон был спокойный, я всё равно немного усилила его на паре уточнений – И, если вам так понадобилось вино, почему же вы обратились именно к моему подопечному? Где же ваши слуги?

Теперь настала очередь гувея тушеваться. Если бы он принял сейчас облик квайр, уверена, он был бы белее лигмелитовой пыли.

– Ох, как я мог не распознать этого? Пощадите недалёкого простака… – он склонил голову передо мной, поджав хвост – Больше такого не повторится. Клянусь собственным титулом.

Бедолага выглядел настолько жалко, что это даже позабавило меня. Решив пока не показывать это, я смогла привести своё состояние в порядок: хвост перестал трястись, в этом я была уверена. Капюшон пока что оставался раскрытым, но не настолько, чтобы демонстрировать мой прежний гнев.

– Титулом, значит? – Борнамис фыркнул повторно – Что же. Такая клятва не может быть забыта.

– Верно. – хмыкнула я, демонстративно смотря на гувея свысока – Уж это я запомню надолго. И поверь – моя память может быть необычайно длинной.

Решив добить Рокфама окончательно, я решила воспользоваться интересным жестом из исторической книги. Сделав шаг в его сторону, я приблизилась к его морде, прищурившись. Пока он за мной наблюдал со страхом в глазах, я приблизила свой палец к виску, прошептав:

– Sartot ka’segra¹⁰?

Рокфам активно закивал головой, нервно улыбаясь мне в морду. Как бы я ни хотела узнать, понял ли он эту отсылку из прошлого, сейчас он вряд ли об этом скажет. Вряд ли он будет вспоминать то, что было ещё до Соракки, бывшего кальпера.

Сейчас народ больше интересуется тем, что же принесёт в Шедрион кальпер Шогарт, вернувший свободу архи, что известны как маги, связанные с камнями. Магия теперь снова доступна простым людям, но что теперь будет с казематами? Ходят слухи, что там до сих пор хранятся тёмные артефакты, по которым плачет Кромайла – тьма, что таится в самых глубинах мира. Шогарт занял великий престол тридцать лет назад – я застала его восстание против Соракки в слишком юном возрасте, чтобы запомнить детали самостоятельно. За столь короткое время вряд ли кто-то привык к безопасности магии камней в руках шедмеров. Некоторые до сих пор вздрагивают при упоминании архи.

В эту минуту я наблюдаю за двумя типами всех людей в Котарре: образ Рокфама, простого гувея, который понятия не имеет, о чём речь, и образ Мартаси, что посмотрела в мою сторону осуждающе, так и не подняв уши выше своей головы.

– Похоже, она настроена слишком серьёзно… – прошептала она брату на ухо. Поразительно, что я вообще расслышала её слова – Декронами прошу, будь крайне осторожен с ней, и следи за языком…

Но я лишь едва заметно усмехнулась, смотря на их реакции. Мне было достаточно того, что я увидела. Думаю, с них достаточно.

– Желаю вам хорошо провести время сегодня, уважаемые гости. – добавила я, мило улыбнувшись.

Коротко поклонившись, я развернулась от них, отправившись в сторону площади. Лишь хвост махнул им для моего прощания.

Мне хотелось уйти подальше от этих богатых, назойливых морд. Мне казалось, что для меня будет лучше, если я буду наблюдать за процессом работы простых шедмеров. Всё же лучше, чем слушать глупые сплетен и предвзятое отношение к простакам. Если бы я хотя бы на толику понимала их предвзятость к тем, кто не настолько богат и властен – я, может быть, и могла бы понять их позицию. Но смогла бы я тогда понимать саму себя, если меня с малых лет матушка приучала к толерантности, и эмпатии к подданным?

Как бы там ни было, я поняла, что не смогу оторваться от богачей: эти проныры оказались и на площади. Я не успела даже посмотреть на простолюдинов – весь вид был загорожен небольшой группой несносных модниц:

– Как тебе мой новый наряд?

– Выглядит великолепно, но будет ли он удобен для боя?

– Ты ни за что не поверишь – он пошит уртафиситовыми нитями!

– Подхвати меня декроны! Он трансформируется?!

– Именно! На такое у простаков уж точно денег не хватит, ха-ха!

Как жаль, что мой слух подхватывал каждое их слово. Если бы я не попыталась вслушаться в стук инструментов, я бы закрыла всю голову собственным капюшоном.

Но как только я поняла, что моё внимание переключилось, я погрузилась в эту простенькую атмосферу работяг. Салгаркады развешивают цветочные гирлянды над улицами, а некоторые гувеи разных видов помогают подготавливать лавки для будущих диковинок. Я также успела услышать разговор одной из парочек о гордости нашего континента: судебный Колизей. Каждый кальпер, каждый рувильпер здесь участвовал в битве со своим предшественником. И все они однажды сразятся с тем, кто их заменит в будущем, дабы отдать короны и ожерелья, олицетворяющие их власть. Возможно, кто-то из рувильперов боится этого дня, вспоминая, как именно описывают победу кальпера Шогарта над своим предшественником. Но для меня бы это было как нечто обязательное. Рано или поздно всё равно придётся узнать, сколько тебе осталось править. И только твоему преемнику останется решать: будешь ли ты жить, или падёшь от его руки, дабы окончательно завершить свой путь.

Решив, что мысль была слишком ранняя и мрачная, чтобы её обдумывать сейчас, я отвела взгляд от Колизея. Сейчас стоит осмотреться получше, чтобы убедиться в стабильности подготовки к празднику. Хотя бы потому, что мне это интересно. Кто знает: может быть, таким темпом я смогу найти себе кого-то, кто мне понравится?

– … И ты представляешь? – голоса со стороны богачей как будто стали громче, перехватывая всё внимание на себя – Этот тощий бедняк предложил мне финансировать его попытки построить бизнес на продаже!

– Да ну? И что же он обирался продавать?

– Если бы я ещё помнила точное слово, которым он выражался! «Меканизмы», питающиеся от камней.

– Он так и сказал?

– Представь себе! Что за глупости вообще? Зачем нужны эти «меканизмы», если сами камни являются мощной магией?

Не желая больше слушать их сплетни, начала искать глазами Борнамиса. Мне хотелось уйти куда угодно, даже если это означает вовсе покинуть столицу. Лишь бы больше не ловить их в поле своего слуха…

И вдруг у самого фонтана воинственных близнецов зазвучал мелодичный свист духового инструмента. Ракорима! Я так давно не слышала этот приятный уху звук. Вся площадь замолкла в тот самый момент, как зазвучала музыка. Но сразу же после этого вся площадь столпилась у самой середины. Как удачно, что я успела поймать момент, чтобы пробиться вперёд. Мне было настолько интересно, что же нас ожидает, что меня было невозможно остановить.

– Уважаемые жители столь могущественных земель Котарра, леди и джентльмены! – Стоило ракориме замолчать, я тут же услышала звонкий голос – Вы так давно ждали этого момента, и вот. Накануне Дня Переплетения Сердец, к вам в гости заехали талантливые артисты с самого Лингамурна! Поверьте мне, вы не сможете устоять перед нашей серенадой! Всего лишь пятнадцать минут вашего драгоценного времени – и вы сможете услышать всю прелесть баллад обители голоса! Обещаю, вы не пожалеете!

Моё сердце пропустило удар от прилива счастья. Наконец то в Котарре разрешили хотя бы одно выступление. Я их не слышала с того дня, как меня забрал отец. А тут одного объявления было достаточно, чтобы замолчали даже богачи, с замиранием сердца выжидая той самой минуты, когда площадь заполнится чудесной песней. Более того, я увижу выступление считай с первых рядов! Как я могу так просто уйти отсюда? Да и потом, меня очень привлёк едва уловимый, прохладный запах морского бриза, исходящий со стороны шатров. Ещё больше причин остаться здесь.

Пятнадцать минут. До моего выступления осталось только пятнадцать минут, а я всё ещё не могу оторваться от зеркала, приводя в порядок собственное одеяние. Пёстрые перья то и дело поднимались от моей нарастающей тревоги, а подобие бровей выглядели опущенными. Кто бы мог подумать, что я так просто окажусь в самом Котарре? В землях, где песни сменились бесконечными битвами между жителями, а богатые шедмеры тщетно пытаются вспомнить, что простой народ такие же, как и они сами. Когда мы только сошли с судна, мне казалось, что нам так и придётся уплыть обратно – тот гувей, с которым нам пришлось столкнуться в порту, сильно затормозил нас с документами. Хвала декронам, что у нас был один товарищ, который смог убедить его пропустить нас…

Внезапно я услышал грохот упавших коробок. С перепугу я был готов вжаться в ткань шатра. Мало ли, каким котаррцам может не понравиться наше появление. Но спустя секунды я смог выдохнуть, как только увидел знакомую тень. Это была та самая причина, почему мы зашли так далеко. И теперь он стоял передо мной, весь нахохлившийся от переизбытка радости. Даже его крылья тряслись от такой сильной эмоции.

– Каросс… – выдохнул я повторно – Я и так весь на нервах, что же ты всё сшибаешь на своём пути?

– Хор, ты бы видел, что происходит на площади! – зачирикал он, чуть ли не прыгая на месте – Ну выйди же, брат, посмотри перед выступлением!

– Я и так увижу это через несколько минут – фыркнул я, сев на стульчик рядом с зеркалом – Да и потом, что же такого там может произойти, что ты аж подпрыгиваешь на месте? В жизни не поверю, что там не какая-нибудь бойня за наши головы.

– Ты что?! – Каросс всплеснул руками – Да там ВСЯ площадь собралась у нашей сцены! Ты представляешь, как жители Котарра изголодались по простым, мирным выступлениям?! – он подошёл ко мне поближе, обхватив мои плечи – Мы просто ОБЯЗАНЫ показать, на что способны талантливые головушки Лингамурна! Поверь, мы произведём настоящий фурор! Эх, жаль, наши замечательные наставницы этого не видят. Кто бы мог подумать, что у них в Лингамурне окажется так много дел?

Глядя в морду другу, я невольно увидел, как быстро вздымается и опускается его грудная клетка. Даже несмотря на его густые перья, особенно в области груди, это было очень заметно. Сколько же он всего сделал, чтобы обустроить нам место для выступления? Неужели там было настолько много работы, что нашему главному менеджеру не хватило рук? Каросс и без этого никогда не надевает даже подобие рубашки. Мне даже представить было трудно, насколько жарко может быть кому-то, вроде моего друга, после такой-то работы.

– Ты бы хоть отдохнул, брат – вздохнул я, с жалостью смотря ему в глаза – Ты, небось, даже не спал.

– Отдыхать? Я же не менее важная часть нашего выступления! Неотъемлемая, можно сказать! Я что, зря за тобой поплыл в этот шумный континент? К тому же, чтоб ты знал – здесь ОЧЕНЬ жарко!

Я лишь посмеялся, глядя, как он даже жестом указал на это. Впрочем, никто не виноват, что он начало своего детства провёл в холодном климате, прежде чем оказаться в Лингамурне.

– Да ладно тебе! – отмахнулся я – водички холодной хлебнёшь – и тебе будет не так жарко

– Чем я и займусь прямо сейчас – щёлкнул клювом Каросс, отходя в сторону выхода.

Но когда друг почти ушёл, он тут же вернулся:

– Кстати, малышку свою не забудь – добавил он – Не стоит ей вечность отсиживаться в горшках и твоей походной сумке.

В этот момент я спохватился: Рус. Она толком не вылезала из моей сумки с тех пор, как мы приплыли в Котарр. Её встревоженное состояние меня постоянно вводило в обеспокоенность. Но сегодня утром она будто зарядилось какой-то здешней атмосферой, начиная летать по всему шатру. Откуда только у маленькой тирсапи может быть столько энергии?

Тирсапи – сами по себе существа очень мирные и дружелюбные, хотя и осторожные. А если найдут себе хозяина, так они вовсе от него и не отлипают. Сложно описать словами как прекрасна та нерушимая связь, что образовывается только при одном взгляде друг другу в глаза. Когда я начал изучать тирсапи после нахождения Рус, я даже удивился, что их виды опираются на магические камни. Вопросы сразу же чудесным образом пропали, когда я впервые увидел, как жадно моя маленькая девочка пожирает лигмелиты, камни снов, голоса и воды. Также она успела продемонстрировать всё, что умеют такие камни, перевернув моё понимание существ с лап на голову. Удивительная привязанность к магии камней, которые они поедают. И как иронично, что сам я являюсь архлигмелитом – магом воды, сноходцем, и обладателем волшебного голоса.

Интересно, а связь с тирсапи может подсказать, каким архи ты мог бы стать?

Размышления продолжались, пока я судорожно обыскивал все коробочки и ящики. Я надеялся, что Рус будет прятаться в очевидных местах. Но, к сожалению, ни в одном месте не было даже намёка на то, что она вообще тут находится. Сдавшись, я собрался было подойти к своей дорожной сумке, которую я отставил для переодевания. Но как только я нагнулся, чтобы подобрать его, я услышал довольные звуки тирсапи. Никогда не мог понять, на что это больше похоже: чириканье, или же звонкое трещание? Когда я обернулся на звуки, прямо промеж глаз в меня влетает крошечное тельце, продолжая довольно щебетать.

– Ай… Рус, да ты прям стрелой влетела в меня – посмеялся я, сделав шаг назад – Ещё чуть-чуть – и пробила бы плоть, маленькое чудовище.

Разумеется, я шутил. Как может быть чудовищем столь прелестное белое создание с милой моськой, и парой мягких, тонких голубеньких гребешков, идущих от головы до середины тельца? Тем более, когда она на радостях так мило дёргает своим хвостиком, при этом дрыгая обоими лапками.

К сожалению, если бы Каросс всё ещё находился со мной в одном шатре, он бы не понял ничего из того, что пыталась сказать эта трещотка. Тирсапи мог понять только её хозяин. Грустный, но тем не менее уникальный нюанс связи, благодаря которой я мог доверить Рус любой свой секрет. А посплетничать я любил. Особенно – когда пытаюсь придумать текст для песни и смысл того, что будет спето. Я до сих пор не могу вспомнить: сам ли я к этому пришёл, или подхватил случайно у одной знакомой? Хотя, были некоторые догадки, что к этому приложил крыло и мой отец.

– «Ты не представляешь, какую интересную леди я поймала во сне!» – трещала Рус – «Она сильная, элегантная, мечтательная! И явно является ценителем искусства! Правда, она покрыта чешуёй, но, думаю, с ней получится подружиться!»

– Правда? – я поднял брови, подбирая свою небольшую, но пустую поясную сумку – Она здесь? На площади?

Тирсапи кивнула.

– «Как думаешь, стоит попросить старую знакомую нашей наставницы? Я бы хотела узнать её историю! Я даже подала ей знак, что мы с тобой её нашли, и ждём на нашем выступлении!»

Я насторожился так сильно, что все мои перья прилегли к телу.

– Что прости…? – мой голос дрогнул – Ты… Что ты отправила?

– «Я в её сне устроила полёт с твоим не поддающимся полю зрения силуэтом. Посреди бесконечного лигпармового поля! Правда здорово? Прямо как в припеве твоей песни!»

– Лигпармы… – вдохнул я, закончив крепить сумку к ремню костюма – Слушай, а нам точно нужно, чтобы она знала о нашем присутствии?

Рус снова активно закивала. Поражаясь тому, насколько она стала упряма в своём решении найти для меня друзей в этом месте, я лишь вздохнул. Даже у Каросса такое бы не вышло.

– Как скажешь, маленькая охотница за странными девочками – усмехнулся я, позволяя Рус приземлиться мне на ладонь – Как только наше выступление закончится хорошо, я свяжусь с госпожой Ранорр, и сообщу о твоей находке. Но впредь будь поосторожнее, ладно? Мы же не можем знать, что может быть в головах жителей Котарра.

– «Вот поэтому я и хотела бы узнать о её истории» – проурчала тирсапи, довольно вертясь в моей руке – «Мы же должны узнать о том, с кем имеем дело!»

– Думаю, мы узнаем в процессе выступления – я тут же направился к выходу – Давай, неженка, прячься в своё излюбленное место – там безопаснее.

Одна минута – и я уже стоял за кулисами сцены. Как хорошо, что я умею быстро бегать, а иначе не смог бы успеть даже в последний момент. Рус быстро юркнула в сумку, оставив её приоткрытой. Морально готовясь к выходу, я коснулся своего кожаного наруча, перевязанного кулоном с лигмелитом. Сегодня предстоит очаровать своим голосом целую толпу воинственного народа. Я всю дорогу не отрывался от своего текста, переделывая его каждый раз. Всё должно быть идеально…

– Благодарю вас за ожидание, уважаемые слушатели! – в следующую секунду я услышал Каросса – Да начнётся незабываемое выступление! В честь предстоящего праздника, эта песня прозвучит для каждого, кто услышит нашу балладу! На сцееееене сам Хорфил Харм Фин’Бронас! – вдруг его голос стал чуть тише, и даже нежнее – Пусть его голос проникнет в ваши воинственные сердца…

Внезапно я заметил, что свет для сцены изменился. Следом после этого послышалось прелестное сочетание ракоримы и крифса – струнного инструмента, для игры на котором нужен смычок. За считанные мгновения поймав волну атмосферы, я грациозно вынырнул из-за занавеса, взмахнув крыльями. Приземлившись на самую середину сцены, я поклонился зрителям, невольно заметив в процессе, как ярко засветился мой лигмелит. Мы оба готовы спеть эту песню…

~ «В жизни всякого бывает,

Что однажды вдруг явится,

Та душа, что восхищает

Красотой, что в ней таится…» ~

В процессе песни я не мог не заметить, с каким упоением притихла вся площадь. Пританцовывая в такт, я окинул взглядом всех зрителей. На меня смотрели даже статные шедмеры, расширяя глаза от удивления. Если бы я не знал, что способен так хорошо петь, удивился бы сильнее, чем чему-либо на свете. Надо же – понравиться даже тем, кого мне советовали строго опасаться.

Но больше всего моё внимание привлекла одна артасикая из первых рядов. Кулон на её шее говорил о более статном положении, чем остальные богачи, что заставило меня отказаться от своих прежних размышлений. Вот что-то, а привлечь на себя внимание самой наследницы рувильпера Котарра – это надо ещё постараться. Более того, она смотрела на меня более заинтересованно, чем кто-либо из присутствующих. Как будто она мечтала увидеть это выступление.

От этого моя уверенность поднялась ещё выше. Когда настала очередь куплета, я, выдержав небольшое музыкальное отступление, взлетел над сценой. Проделав при взлёте несколько разворотов, я выпрямился, начав петь чуть громче, даже чувственней:

~ «Поют со мной лигпармы,

Вспоминая о том дне,

Где морские гаммы

Дали шанс побыть наедине…» ~

Пока припев звучал из моих уст, я поглядывал на наследницу. Та сперва выглядело растерянной, даже ошарашенной от того, что только что услышала. Но спустя секунды она смотрела на меня с неподдельным восхищением. Когда я начал резко спускаться для эпичного приземления в короткой паузе перед куплетом, мне даже показалось, что её глаза заискрились. Ещё чуть-чуть – и она начнёт аплодировать раньше, чем закончится песня. И действительно: она была первой, кто начал громко хлопать со звонким ликованием, когда я снова выпрямился после приземления. А за ней мигом подхватила и остальная площадь. Поразительная мощь континента, где ценятся открытые эмоции.

На втором куплете я ощущал себя частью этого места. Мой разум будто слился с сотнями таких же, заполняя всю улицу мощной энергией. При повторном припеве за мной подхватили первые несколько рядов, подпевая в унисон. Мне казалось, что я снова оказался в родном Лингамурне, где подобные выступления являются гордостью жителей. Подхваченный этим потоком, я незамедлительно пропел вторую часть припева:

~ «В бесконечной поляне,

Где ликуют мечты,

Превратим поле брани

В храм чувств, где взлетим только я и ты…» ~

Сразу же после окончания припева я услышал вой луурамурн в дальних рядах. От них так и веяло желание торжественно дополнить мою песню. Лигмелит будто вторил им, превращая сочетание самой мелодии и их голоса в особую деталь песни. Мне же оставалось с трепещущей благодарностью танцевать под музыкальный проигрыш, с гордостью наблюдая за овациями в такт музыке.

Наконец, настал момент, когда нужно красиво завершить выступление негромким припевом. Осталась играть только ракорима. Начиная медленно опускаться на колени, мой голос нежно пропел свой финал. В конце я уже сидел на коленях с раскрытыми крыльями, ожидая, когда закончится последняя нота инструмента.

С музыкой замолкло и окружение. Тишина не была давящей, ведь я нутром чувствовал: восхищение их не покидает ни на миг. Когда наконец прозвучали бурные аплодисменты с возгласами зрителей, я поднял голову. В этот момент я очень хотел увидеть морду величественной артасикая. Она же, в свою очередь, оказалась активнее всех. Для меня было ожидаемо, что наследница даже начнёт подпрыгивать, чтобы показать, насколько ей понравилось. Поднявшись на лапы, я одарил публику лучезарной улыбкой.

– От всей души и сердца благодарю вас за ваше внимание, Котарр. – торжественно произнёс я, почтенно кланяясь – Я многое слышал о ваших краях, но даже представить себе не мог… Насколько могущественна ваша энергетика. Знайте: выступать пред вами, делить с вами столь чудесные песни – большая честь для меня.

Снова подняв глаза, я заметил, что наследница отблагодарила меня дружественным приветствием. Даже несмотря на расстояние, она чувствовала, насколько близок я стал с теми, кто слышал меня в данную минуту.

– Но знаете, что ещё больше смогло удивить? – продолжил я, выпрямившись – Осознание. Осознание того, что моя песня прозвучала не только здесь, на этой самой площади. Она пройдёт через весь Котарр, до самого рувильперского замка! А принесёт её… Сама наследница. – уже напрямую посмотрев на артасикая, я протянул ей руку, обращаясь к ней – Ваша светлость. Я искренне, бесконечно счастлив, что вы смогли сегодня посетить нас. И очень благодарен вам, что вы показали мне, насколько ярким может быть ваш континент.

На время сделав паузу в речи, я позволил себе задержать взгляд на знатной артасикая. Пятнистая, глянцевая чешуя отдавала рыжеватыми оттенками, словно она сама была огнём. Такая высокая, тонкая, с виду очень элегантная… Мне даже стало интересно, смогла бы она танцевать на сцене?

– Спасибо Котарр, спасибо за этот чудесный вечер! – быстро придя в себя, я решил сделать заключение – Надеюсь, мы ещё встретимся снова! На той же сцене, с новой песней.

На прощание я коснулся своей био-брони на шее, кланяясь. Моя рука плавно вытянулась вперёд, обращаясь ко всей публике. И под громкие овации, я неспешно удалился со сцены, чувствуя, как позади меня закрывается занавес.

Как только я остался один, я позволил себе раскрыть свои эмоции. Встряхнув головой, я издал счастливый писк, тряся крыльями.

– Ты чувствовала это, Рус? – тараторил я – Они такие эмоциональные, такие… Активные! Никогда прежде я не ощущал такой сильной энергетики! Это как, как…

– «Сотня таких же публик Лингамурна!» – громко чирикнула тирсапи, высовывая головку из сумки – дядя Бронас бы гордился тобой!

Недолго думая, я осторожно вытянул её себе на руки. Мои глаза сияли, пока я смотрел на неё.

– Верно! Именно столько! Кто бы мог подумать, что котаррцы так радушно нас примут?! Папа бы уже прыгал на месте, чирикая во всю глотку от переполняющей его энергии!

– «Похоже, мирные жители континента не такие злые и опасные.» – хихикнула Рус, встряхивая головку – «Кстати, ты в процессе своего пения ничего не заметил?»

Я на секунду замешкался. Но вспомнив морду артасикая, меня накрыло осознание:

– Сон с твоим посланием. Точно! Держу пари, она точно узнала меня!

Я был настолько счастлив после выступления, что забыл о том, что вокруг стало слишком тихо. Я упорно не поддавался странному ощущению, будто кто-то пристально за мной наблюдал. Мне казалось, что я всё ещё на сцене, среди ликующих зрителей. Покорно следующий своей радости, я быстро пошёл в шатёр за накидкой.

– Думаю, настало время показаться народу как простой шедмер, а не только как великий певец. – ухмыльнулся я, застёгивая накидку на своей груди – Ты со мной? Или отоспишься после такой энергии?

– «Ты за кого меня принимаешь?» – играя обиду, Рус высунула свой тонкий, раздвоенный язычок – «Я что тебе, соня какая-то? Нет уж, одного я тебя оставлять не собираюсь! Чтоб до тебя добралась какая-нибудь злая знать?! Вот ещё! Что я потом скажу твоей наставнице? А её тирсапи, Тальс? Он же меня сгрызёт быстрее, чем любой из камней!»

Продолжая слушать свою крошечную подружку, я вылез из шатра, направляясь к центру площади. Я настолько погрузился в её лепет, что особо не обращал внимания на окружение. Это продолжалось до тех пор, пока Рус не издала короткий, неразборчивый писк. Но прежде, чем я успел среагировать, я случайно врезался в кого-то крепкого.

– Ох, простите! – тут же отозвался я – Мне, похоже, пора следить за дорогой во время бесед…

Луурамурна в строгой форме тут же повернулся в мою сторону, пока я говорил. Я тут же успел разглядеть седые волоски на его морде. Да и его одежда напоминала что-то из того, что носят дворецкие. В этот момент я был благодарен декронам, что это не был его хозяин.

– Может, и пора. – хмыкнул он – Впрочем, беседа с тирсапи вас сильно увлекает, не так ли?

То, как пристально он смотрел мне в глаза, не на шутку насторожило меня. В какой-то момент я уже начал жалеть, что я так открыто держал Рус в своих руках. Но, заметив моё растерянное состояние, старик лишь приподнял уголок губ.

– Не переживайте так сильно. Даже если бы перед вами оказался не я, а моя хозяйка, наследница рувильперского престола… Не думаю, что она стала бы на вас шипеть.

– Ч-что? – я не мог скрыть удивление от услышанного – Прям… Так? То есть, вы…

– Позвольте представиться, сэр. – луурамурна почтенно наклонил голову – Борнамис. Личный телохранитель леди Арканфары Пур Фин’Прилисэи.

– Вау… – я осторожно выдохнул – Красивое имя…

– Если это адресовано ей – так и передам – с едва заметной улыбкой кивнул Борнамис – А вас, если я правильно услышал, звать Хорфил Харм Фин’Бронас, верно?

– Н-ну… Можно просто Хорфил. – неуверенно проронил я. Не привык я, что ко мне обращаются так официально. Я же не какой-нибудь высший чин, в конце концов.

Но что-то в этом вопросе меня заставило задуматься о цели этого телохранителя. Неужели у наследницы какой-то особый интерес ко мне? Декроны, во что я погряз?

– Она бы лично хотела поговорить с вами. – продолжил телохранитель – Сразу же после того, как она вырвется из хватки остальной знати столицы.

– «Я видела её! Обернись!» – чирикнула Рус, едва ощутимо укусив меня за палец.

Сразу же после этого я бестолково замотал головой, надеясь снова увидеть рыжую чешую. Народу было очень много, сложно было разобрать, кто где находился. Как искать в такой толпе наследницу?

– Надеюсь, вы подружитесь с ней. – ухмыльнулся Борнамис, разворачиваясь от меня – Она не особо жалует подобные приезды в столицу, учитывая количество знатных морд. Но после вашего выступления она явно не горит желанием уезжать обратно в поместье.

Я тут же повернул голову в его сторону, чтобы задать хоть какой-то вопрос. Но прежде, чем я раскрыл клюв, я почувствовал чьё-то присутствие за своей спиной. Плотно прижав крылья к спине, я тут же развернулся.

– Ох, добрый вечер! – нервно чирикнул я, глядя в морду появившейся наследнице – Вы хотели меня видеть?

Артасикая приподняла бровь, осматривая меня. Неловкая пауза продлилась около половины минуты, прежде чем она открыла рот.

– Значит так, уважаемый. Прежде, чем мы начнём разговор, давай поставим пару правил: Первое – обращайся на ты. Я подошла чтоб поговорить, а не играть в рувильперну. Во-вторых, называй по имени. Думаю, Бор его тебе уже сказал.

– Да, Арканфара. – тут же выпалил я.

Я старался игнорировать трещащий смех Рус, которая парила сбоку от меня. Она даже не заметила, что Арканфара переключила своё внимание в её сторону.

– Красивая тирсапи! – улыбнулась наследница – Как звать?

Рус замерла сразу же после того, как зазвучал голос Арканфары. Кажется, малышка забыла о том, что она не должна так часто показываться на глаза окружающим. Но я был спокоен на этот счёт. Наследница казалась резкой, но доброй.

– Рус. – я не мог сдержать улыбки – лигмелитовая тирсапи. Мой верный спутник и друг. Хитрая и проворная малышка, скажу я вам. Правда, ещё не привыкла к чужим прикосновениям.

– «Ну зачем сразу так рассказывать обо мне!» – фыркнула тирсапи – «Может, я хотела сама представиться? А ты выставил меня не в лучшем свете!»

– Ещё и очень болтливая. – усмехнулся я, понимая, что Арканфара не поймёт ничего, кроме чириканья.

– «Я тебя сейчас укушу, если ты будешь продолжать!» – Рус обиженно клацнула пастью, демонстрируя свои тонкие как иголки зубки.

Артасикая лишь посмеялась.

– А она милашка. – подметила она – Даже жалко, что я не понимаю, что на говорит.

Слушая похвалу, Рус гордо задрала голову. Тирсапи будто специально демонстрировала, какая она вдруг стала интересная в глазах будущей рувильперны.

– Вот уж кому подошёл бы величественный титул, так это тебе, Рус. Такая гордячка, что остаётся только поклоняться тебе – добавил я, не отрывая взгляда от тирсапи.

– Поосторожнее со словами, юноша… – игриво проурчала Арканфара, взглянув мне в глаза – Некоторыми словами не стоит разбрасываться.

Эти слова заставили меня снова начать нервничать. Неужели я не должен говорить о титулах даже в шутку? Я бы так и продолжил об этом думать, если бы не услышал смех артасикая.

– Да я шучу, расслабься, Хорфил! – махнула рукой она.

После её слов я едва заметно выдохнул, чувствуя себя слегка неловко. У меня всегда были проблемы с пониманием шуток, хотя и сам пытаюсь говорить с юмором. Надо мной на этот счёт Каросс смеялся ещё с самого детства. И вот он я, почти что взрослый салгаркад, певец из Лингамурна, архлигмелит – и до сих пор не могу отличить шутку от серьёзных слов.

– «Подловили в очередной раз!» – Рус не добавляла ничего, чтобы успокоить. Мне даже показалось, будь у тирсапи возможность менять хозяина, она бы точно выбрала Арканфару вместо меня. Настолько хорошо они начали друг друга понимать уже с первых минут знакомства.

– И-извини за небольшую заминку. – заикнулся я, стыдливо смотря новой знакомой в глаза – Но всё же… Неужели здесь действительно есть какие-то слова, которые не стоит говорить?

Арканфара всерьёз задумалась над моими словами, что озадачило меня ещё сильнее. Неужели существуют правила, которые она может не знать?

– Я поняла твою позицию, но…

– ВОТ ОН!!!

Громогласный мужской голос заставил меня вздрогнуть. Громкий топот, в сочетании лязга стали, обратил на себя моё внимание. В этот момент я вспомнил, что во время выступления не было ни одного гувея. И теперь они охотятся. Они пришли за мной!

Когда я снова повернулся к наследнице, на её морде читался страх.

– Беги… – это было всё, что она прошептала.

Всё, что я смогла сделать – это наблюдать за тем, куда бежит салгаркад певец. Слава декронам, что его тирсапи успела юркнуть в его поясную сумку. Я уже собралась было отправиться за ним, но меня тут же опережает группа гувеев. Последний из них остановился около меня, весь запыхавшийся от бега.

– Ваша светлость, не поможете ли нам его поймать? – выдыхал он, переводя дыхание – По приказу рувильпера Карванеста, мы не должны допускать нелегальных выступлений на территории столицы.

Мой капюшон едва заметно дрогнул. Отец. Ну конечно он был в этом замешан. Поразительно, что его из-за брака с моей матушкой зовут рувильпером.

– Не очень хочу в этом участвовать, если честно. – я закатила глаза – На сегодня я очень устала…

Гувей лишь фыркнул.

– Что же… Обойдёмся из без вашего руководства…

После этого он махнул рукой, убегая дальше. Только пушистый хвост и вильнул после того, как он свернул за дом.

В это время в моей груди бушевала паника. Я не должна допустить того, чтобы бедолагу поймали. Я даже начала нервно мотаться туда-обратно, улавливая глазами всё, что только могла увидеть. К сожалению, ничто из близ находящихся предметов не подавало никаких идей. Но как только я подняла глаза выше, чтобы сдаться, я посмотрела на черепицу крыши. Вот оно! Идея стукнула внутри моей головы раньше, чем я успела выдохнуть. Какой ещё путь может оказаться более незаметным для глупых гувеев, если не бег по крышам? Мне останется только добраться до Хорфила быстрее, чем это сделает эта кучка безмозглых вояк.

Решив отбросить лишние мысли, я тут же кинулась взбираться на крышу. В платье это было тяжеловато, но, к моему сожалению, ничего другого у меня не было под рукой. Впрочем, даже если оно порвётся, я в любой момент могу взять в руки камень времени, таркнитит, чтобы повернуть время в обратную сторону для этого наряда.

Путешествие по крышам – дело не самое спокойное. Некоторые дома были дальше, чем я могла допрыгнуть. Каждый раз приходилось искать другой путь, в процессе пытаясь найти внизу хотя бы что-то похожее пёстрые перья. Или… Плащ!

Его тёмный плащ внезапно попался мне на глаза. В какой-то момент с его головы даже слетел капюшон, что заставило меня окончательно убедиться в своей правоте. Всё, что мне оставалось – это каким-то образом спуститься к нему. Либо же придумать, способ, чтобы он мог незаметно подняться ко мне. Второе даже звучало логичнее, учитывая, что он является салгаркадом.

– Хорфил! – окликнула его я – Крыши!

Юноша тут же задрал голову на бегу, пытаясь узнать хозяина голоса. Я даже раскрыла капюшон, насколько смогла, чтобы он точно мог заметить меня. Когда наши взгляды снова пересеклись, его морда исказилась от недопонимания. Я хотела повторить свой сигнал, но вдруг вспомнила: гувеи. Они от него на расстоянии одного поворота, сколько бы он ни бежал.

– Поворот! – скомандовала я, срывая с руки один из своих браслетов. Хорошо, что для наряда всегда нужны украшения.

Сразу же после этого я посмотрела на гувеев. Рассчитав все возможные выходы, я кинула браслет в противоположный от Хорфила поворот. Украшение тут же стукнулось о что-то металлическое, приманивая на себя внимание орды гувеев. Те тут же побежали на звук, что позволило мне выдохнуть на какое-то время. Спустя секунды я вдруг услышала хлопанье крыльев – Хорфил, сорвав с себя плащ, начал взлетать на крыши. Теперь он сидел неподалёку от меня, переводя дыхание.

– Я думал… Ты придумаешь иной выход… – пыхтел он, потряхивая крыльями – Но крыши…? Прости за мои выражения, но ты с головой дружишь…? Ты же… У тебя же нет крыльев…

– И что? – фыркнула я – Теперь по крышам нельзя лазить? Что за чушь! Скажи спасибо, что я вообще вспомнила про эту маленькую хитрость. Не представляешь, насколько тупы гувеи моего отца.

Салгаркад смотрел на меня широкими от удивления глазами. Я была уверена, что видела его чёрную склеру.

– Это… Вторая самая странная вещь на сегодня. – выдохнул он, поднимаясь на всё ещё трясущиеся лапы.

Но я тут же накинулась его, прижимая к черепице.

– С ума что-ли сошёл? Тебя же увидят, arhmakas¹¹… – зашипела я на него, а сама выглянула вниз.

Теперь гувеи мчались в обратную сторону. Похоже, я их окончательно сбила с толку, судя по растерянным вопросам с их стороны. Я отпустила певца только в тот момент, когда эта орда окончательно пропала из виду.

– Всё, теперь можешь вставать.

Тот тут же подскочил на лапы, встряхиваясь. Из-за того, что его перья поднялись от негодования, он больше походил на какую-то плюшевую игрушку, чем на стройного парня.

– У вас всегда так… Неспокойно относятся к артистам? – фыркнул он, после чего снова тряхнул головой.

– Только если отцу что-то не нравится. – вздохнула я, пожав плечами – Матушке вот наоборот, очень нравятся гости из Лингамурна. Да и мне тоже. Правда, отец этим очень недоволен.

– В таком случае поразительно, как липараяде всё ещё принимает их брак… – тихо пробормотал он.

Сразу же после сказанного, он сильно напрягся. Перья, как и крылья, плотно прижались к его телу, когда он ко мне повернулся.

– Прости, прости… – тут же зачирикал он – Я не имел в виду ничего плохого, правда, я не хотел…

– Да всё в порядке… – Я лишь махнула рукой – Это любому туристу будет видно невооружённым глазом. Северная половина Котарра подчиняется моей матушке, и кажется более мирной. Южная же часть будто чтит старые традиции и привычки, учитывая, сколько знати ходят по улицам с гордо поднятыми носами. Самое страшное, что почти все богачи как раз находятся в землях Карванеста Харм Фин’Парфанта.

Морда Хорфила снова исказилось от непонимания. Похоже, его сильно шокировал такой исход ситуации в континенте. Кто бы мог подумать, что весь Котарр будто поделился на две разные фракции: старых или богатых маразматиков, и мудрых бойцов, что с уважением относятся ко всем нездешним.

– Да-а уж. – протянул он звук – Интересные у вас… Политические конфликты.

– Ну хоть ты меня понимаешь в этом. – вздохнула я – Даже учитывая, что ты всего лишь приезжий, да ещё и никак не связан с элитой…

Он ничего на это не ответил. Лишь удручённо посмотрел в сторону улиц. Мне давно не было так неловко от своих же слов.

– Я как-то задела тебя? – осторожно спросила я.

– Нет-нет, всё хорошо… Я просто думаю, как буду добираться в наши шатры.

– Проводить?

– В этом нет необходимости, правда! – он тут же насторожился – Не стоит на меня тратить столько времени. Я, я смогу найти безопасный путь.

– Ага, я видела, как ты это делаешь. – нахмурилась я – Там по любому мой отец вылез, злой как тварь из недр Кромайла. Так что советую от меня не отставать.

С этими словами я поднялась на лапы, и направилась в сторону площади. Крыши то и дело менялись во время моей пробежки. Из-за тишины мне показалось, что он так и остался стоять на месте. Я уже было собралась остановиться, как вдруг я уловила хлопок крыльями. Похоже, он решил особо не думать о своей безопасности. Как опрометчиво.

– Спустись обратно на черепицы… – снова зашипела я, уже скаля клыки – Ты сейчас похож на живую мишень. Не дай декроны после гувеев за нами отправятся разведчики.

Наконец-то он начал снижаться.

– Я не уверен, что могу бесшумно перепрыгивать по крышам… – ответил он.

– Поверь, прыгая по ним ты будешь куда незаметнее… – буркнула я, не поворачиваясь к нему.

– Эх, ладно, твоя правда…

После этого он действительно спустился на черепицы. Но всю дорогу мы провели в полном молчании. Он будто закрылся в себе после того, что произошло. Я не могла перестать думать о том, что я могла такого сказать.

В конце концов, мы допрыгали до самой площади. Но, к нашему несчастью, нас уже там ждали, хотя и не видели. Высокий, алый как пламя артасикая в статном костюме проползал мимо фонтана, осматривая улицы, словно кринаш¹². Я ни с кем не спутаю этот оттенок чешуи в комбинации с золотистыми глазами. Это был Карванест.

– Rhas… Помяни тьму, она вылезет из низин. – прошипела я едва слышно, пригнувшись к черепице.

– Как нам пройти мимо него…? – едва дыша спросил Хорфил.

– Есть идея… – тут же ответила я, спрыгивая с крыши.

К моему несчастью, край черепицы был сколот. Край юбки был нещадно подорван. Хотя отец за это меня покусает, но зато у моего нового знакомого будет новое преимущество: пока старый Карванест шипит на меня, певец хотя бы успеет улизнуть к шатрам.

– Вот ты где, мелкая бестия! – как только отец заметил меня, он тут же повысил голос – Где тебя носило?! Твой старый дворецкий настолько слеп, что позволяет себе упускать тебя из виду?!

– Мне 30, отец. – шикнула я, скаля клыки – Я не собираюсь перед тобой отчитываться ни о том, куда я ходила, ни тем более зачем! И нечего скалить свои кривые зубы на моего дворецкого! Он делал то, что должен был!

– Как ты смеешь перечить мне?! – хвост отца тут же начал трястись, угрожающе гремя при этом – Ты даже не доросла до престола, чтобы сметь открывать передо мной свою пасть… А это что такое…

Как только он увидел оборванный край моего платья, его морда вытянулась настолько, что он выглядел как глиняный. Будто он сейчас растянется до неимоверных размеров. При этом его глаза заблестели с новой искрой ярости, когда он ухватил меня за руку.

– Посмотри на себя, дрянь! Во что ты себя превратила! – продолжил шипеть он – Ты стала ничуть не лучше простака, обычная грязь, смешанная с дорожной пылью!

Я грубо выдернула свою руку из отцовской когтистой лапищи, блеснув глазами.

– Ну уж извините, сударь, что вы настолько печётесь о моём виде, что мне уже самой стало плевать, во что я одета и как! – бросила я небрежно, переходя отцу за спину. Мне нужен был обзор на путь Хорфила.

Хорошо, что отец в порыве гнева не отрывал от меня глаз. Иначе бы он заметил, как салгаркад пытался рывками переходить от короба к коробу, чтобы добраться до своего места.

– Неблагодарная девчонка… – шикнул он – Поразительная дерзость. Ты даже не пытаешься быть похожей на знать. Какой из тебя наследник, если ты не можешь вести себя подобающе?!

– говори за себя… – буркнула я, отводя взгляд ещё дальше.

В этот момент он больно вцепился в мою челюсть, разворачивая меня обратно к себе.

– Смотри в глаза отцу, когда я разговариваю! – заорал он – Как наследница рувильперского престола, ты была обязана обговорить дальнейшие проведения мероприятия со знатью! Ты должна была исполнить МОЙ приказ! И ты его не выполнила.

Моё сердце застучало ещё сильнее, но я не подавала виду, что он меня пугал. Я продолжала скалиться, даже осознавая, что его палец сейчас на моём пульсе.

– И, если ты думаешь, что я позволю отныне выходить из поместья с этим старым слабаком, ты очень ошибаешься… – Карванест аж задыхался от злости – Попомни мои слова, ты не вылезешь из поместья до тех пор, пока я не найду тебе нового телохранителя. А этот старик останется в поместье, и путь благодарит декронов, что не останется в темнице тухнуть до скончания тысячелетий!

Мне было обидно до слёз за его слова. Он мог и без этого спокойно запирать меня. Или лишать чего-то. Но чтобы так? Мало того, что он заставил меня сидеть как прокажённую, так ещё и без моего мнения решил найти нового телохранителя. Не удивлюсь, если это окажется какой-нибудь зазнайка, или бугай вроде того, что есть у отца. Он и так лишил меня возможности связаться с матерью, а теперь ещё и ЭТО?!

– Ты не посмеешь… – едва слышно выдохнула я.

Отец отпустил мою челюсть, возвысившись надо мной, пока я потирала подбородок. Уж больно сильно он цеплялся за меня. Ещё чуть-чуть, и его когти могли бы процарапать мою чешую.

– Ты находишься в моей части континента. – фыркнул он, не теряя гневного пыла – И пока ты здесь, ты не имеешь права даже рта раскрывать в мою сторону, пока я сам того не разрешу.

Пока он говорил, я метнула взгляд к шатрам. Чёрный хвост Хорфила уже мелькнул за тканью. Миссия выполнена успешно. Но какой ценой…

– А теперь марш в карету, пока я не устроил тебе куда более худшее наказание… – рыкнул Карванест, не пряча клыки. Его хвост так и продолжал играть угрожающую дрель.

Поскольку у меня больше не было смысла перечить отцу, я угрюмо потопала в сторону кареты. Душа упала ниже океана Вечности, если вообще такое может быть. Мысленно я продолжала спрашивать декронов, почему они так легко закрывают на это глаза. Это какой-то суровый урок за мою прошлую жизнь? Или же вы уже готовите грандиозный план, который затянулся на столь продолжительное время? Если да, то можно уже закончить мои мучения? Я больше не могу жить в его удавке. Я надеялась, что с появлением столь необычных гостей праздник улучшится хотя бы немного. Но, видимо, этому не бывать. Меня ведь даже не пустят на фестиваль в честь Дня Переплетённых Сердец. А если и пустят – то с новым телохранителем, и, возможно, напыщенным богачом, который тут же скривит морду при виде лингамурнцев…

Как только я забралась в карету, я сразу же заметила рыжую морду Борнамиса. Он выглядел настолько мрачным, что, казалось, его липараяде тоже начало тускнеть.

– Мне жаль, что я так подвёл вас, моя леди… – прошептал он, не поднимая глаз – Я хотел остановить его, наплести неправду на его голову…

– Нет, Бор… – мне было больно видеть дворецкого в таком состоянии – Ты сделал всё, что мог. Даже столь ненавистная мне ложь не смогла бы сработать против него. Нам остаётся только надеяться на визит матери, если он вообще хоть когда-нибудь свершится.

Какое-то время мы сидели молча. Но как только карета тронулась с места, Борнамис поднял голову.

– Ради чего вы покинули площадь, если не секрет? – вдруг спросил он – Тот салгаркад что-то знал?

– Скорее, наоборот – он не знал. – вздохнула я, выглядывая в окно – Он не знал, что мой отец так суров по отношению к музыкантам вроде него. Я не хотела оставлять его одного с теми гувеями. Я не хочу для него такой же участи, как та, что навалил на наши плечи Карванест…

С моим голосом замолкло и окружение. Лишь топот зуфуранов снаружи нарушал эту оглушительную тишину. Мне ничего не хотелось в этот момент. Сейчас меня не спасёт даже собственная комната. Хотя раньше мне там удавалось найти хоть какое-то утешение. Никогда прежде я не чувствовала себя так паршиво…

Но внезапно в моём сознании заиграло сочетание двух инструментов. Прямо как на том выступлении, где пел Хорфил. Его голос так хорошо запомнился, что даже под осквернённым сегритом я бы не смогла его ни с кем спутать.

– Поют с тобой лигпармы, вспоминая о том дне… – начала тихо петь я – Где морские гаммы… Дали шанс побыть наедине…

Дворецкий даже поднял уши от удивления, когда он вновь посмотрел на меня.

– Вы так хорошо запомнили слова из песни мистера Хорфила? – негромко проронил он.

– Да… – почти без эмоций проронила я – Они так и не выходят из моей головы. Они будто действительно позволяют что-то вспомнить. Как бы мне хотелось их закрепить в своей памяти, переслушивая снова и снова…

Я услышала со стороны Бора продолжительный звук, говорящий о его задумчивости.

– Ваш сон. – это было всё, что он сказал.

Не поняв сразу, что он хотел этим сказать, я отвлеклась от созерцания пейзажей. Я проморгалась несколько раз, но даже это не помогло мне понять суть его слов.

– Что ты имеешь в виду?

– Лигпармы. – напомнил он – Они были упомянуты в песне. Они также были в вашем сне, не так ли?

С моим кивком осознание накрыло меня с головой. Тирсапи Хорфила была лигмелитовой. Он по любому как-то связан с ней не только особой связью. Если он архлигмелит – значит, он каким-то образом поймал мой сон, изменив его под мотивы своей песни. Не знаю, случайность ли это, но… Мне понравилось.

– А вдруг это знак… – едва слышно пролепетала я.

– Простите? – Борнамис вскинул брови.

– Я видела его тирсапи. – уточнила я – Это не может быть простым совпадением. Неужели, это и есть тот самый знак? Что, если сами декроны указали ему путь сюда, а декрон их континента подсказала мне о возможности встретиться с ним?

Пока я говорила об этом, я чувствовала, как внутри меня, где-то очень глубоко, разрасталось странное ощущение. Как будто я действительно готова воспарить снова. Не только как во сне, но как в песне. Я хотела следовать не только за голосом. Я всерьёз задумалась подробнее об этом салгаркаде из Лингамурна. Такой пёстрый, душевный… А его песня до сих пор греет сердце. Если бы я только могла пообщаться с ним подольше…

Начиная с этого вопроса, мой настрой начал стремительно падать всё ниже, пробивая земляную почву. Мой титул страшным приговором пригвоздил меня к земле. Что, если он даже пытаться не будет, если вообще заинтересуется? Теперь даже начинает казаться, что это невозможно – если моему отцу он уже не нравится, то от заявления о желании встречаться он с ума сойдёт. Тогда от бедолаги Хорфила вообще ничего не останется. Даже намёка на его существование.

– Леди Арканфара. – вдруг изумлённо воскликнул Борнамис – Ваш браслет!

Я ошеломлённо посмотрела в сторону дворецкого. Затем мой взгляд стремительно перешёл на мою руку.

– Который из них? – спросила я – У меня из несколько штук.

– Флюстриксовый. Он пропал.

На секунду я впала в ещё больший ступор. С чего вдруг его заинтересовал браслет? И где я могла его вообще потерять? Но всё, что я вспомнила – это побег Хорфила. Ради его спасения от гувеев я бросила какой-то из своих браслетов в одно из мест, чтоб им пошуметь.

– Ну и что? – рассеянно пробормотала я – Их и без того бесчисленное множество…

– Но именно этот был на вас каждый выход за пределы поместья, вы не заметили? – луурамурна хмуро посмотрел мне в глаза – Его дизайн я ни с чем не спутаю…

После своих слов он быстро выглянул в окно, будто пытался кого-то высмотреть. Насколько я помню, с нами теперь ехала ещё одна карета – отцовская. Даже если он пытался увидеть её, зачем ему это?

Спустя напряжённые секунды выслеживания, Борнамис снова повернулся ко мне, наклоняясь ближе.

– Я не должен об этом говорить… – шептал он – Но тот браслет… Не просто так был сделан с флюстриксовыми бусинами. Они привязаны к вашей энергии. И ваш отец использует одно устройство сомнительного производства, чтобы отслеживать ваше местоположение…

По мере его высказывания моё капюшон вздымался всё больше от шока. Отец вдобавок ещё и пытался выслеживать меня?! Неужели он настолько одержим мной?! Вот безумец!

– Я понимаю ужас на вашей морде… – продолжил луурамурна – Я сам был повергнут в сильнейший шок, когда увидел то, чего не должен был. Я тогда еле остался незамеченным. Но надеюсь, это того стоило: теперь он не сможет нас так просто найти.

– Правда вряд ли это останется незамеченным… – с грустным вздохом подметила я – По любому он потом создаст новый.

– Для этого понадобится время. А до тех пор мы можем выдохнуть. Пока что.

Оказавшись в родном шатре, я смог наконец-то выдохнуть. Угроза рувильпера миновала, спасибо его дочери. Но какой ценой? Как мне узнать, что стало с Арканфарой после всего этого? Я слышал, как сильно кричал её отец. Его громогласный рявк до сих пор не выходит из моей головы.

– Надо будет придумать, как бы к ней пробраться. – вздохнул я, запуская в поясную сумку свою руку – Что-то я начинаю переживать…

Но как только моя рука полностью заполнила сумку, ужас поглотил меня с новой силой. Рус не было в сумке. На её присутствие не было даже намёка. Она даже не отзывалась, когда я попытался несколько раз позвать её. Я был уже готов выпрыгнуть из собственного шатра, когда вошёл Каросс. Его перья были пропитаны водой, что говорило о том, что он уже окунулся после жары на выступлении.

– Ты чего расчирикался? – негромко спросил он, хлопая глазами – Рус из виду пропала?

– Именно! – вскрикнул я сильнее прежнего – Я не видел её с момента, как разговаривал с наследницей рувильперского престола… Она бы сразу же показалась по первому зову!

Рус всегда стремилась находиться рядом, ещё с самого начала нашей с ней связи. Она была полностью ручной тирсапи, обожающей близость хозяина. Если её не было в шатре – то, скорее всего, она должна быть где-то в городе. Возможно, она уже поймана кем-то из гувеев. Эта мысль пугала меня до дрожи. Но тут друг хватает меня за плечи, как следует встряхивая.

– Так, остынь, пожалуйста. – он сурово щёлкнул клювом – Вряд ли она сейчас может быть в опасности. Откуда гувеям знать, что она именно твоя? Скорее всего, она просто летает по городу, и скоро вернётся. Она же всегда находила путь к тебе, верно? Не пускать же за ней небесный патруль Котарра, хотя такая возможность у нас есть.

Меня всегда удивляла такая собранность друга. Какая бы ситуация не происходила, он всегда выглядел так, будто у него на всё есть свой план действий. Если бы он хотя бы раз поддавался панике – то север Шедриона давно бы уже стал жарким. Более того, он даже упомянул ту самую скрытую возможность, которую нам даровали наставники наши старшие, ради нашей же безопасности.

Внезапно я услышал знакомое трещание. Звук становился всё ближе, отчего я даже замер, прислушиваясь к окружению.

– «Хорфил, братик!» – наконец-то я смог разобрать тон Рус вдалеке – «Ты в каком из шатров? Лечу! Несу! Несу! Хорфи-ил!»

– Тирсапи сложно отличать, но что-то мне подсказывает, что это наша Рус! – усмехнулся Каросс, встряхивая всё ещё мокрые крылья.

– Ты мне сейчас забрызгаешь весь реквизит. – со смешком бросил я, прежде чем пулей выбежать из шатра.

Рус выглядела так недовольно, будто она очень долго уже пытается найти меня. В зубках она держала за бусину какой-то браслет. Судя по цвету и узорам камня, это флюстрикс.

Тирсапи приземлилась мне на ладони сразу же, как я их поднял. Отпустив браслет, она начала усердно пыхтеть, высовывая язычок.

– «Ненавижу что-то таскать в зубах!» – ворчала она – «Почему я просто не закинула его себе на шею?»

– Для меня главное, что ты цела и невредима. – выдохнул я, осторожно почёсывая лобик моей маленькой подруги.

Я не помню ни одного момента, когда я так сильно переживал за Рус. Даже когда мы были в битвах, я знал, что она будет рядом. Да и потом, она, как тирсапи, тоже неплохо владеет магией лигмелита. Чего только стоило та битва, когда она одним своим магическим трещанием смыла всех врагов, будто цунами. Никогда бы не подумал, что в Котарре мы оба окажемся в такой тревожной ситуации. Тем более – что само правительство окажется против нас. Не все его представители, правда, но всё же…

– Нашлась? – из-за спины послышался задорный голос друга – Что я говорил! Она тебя бы по любому отыскала, даже если бы её унесло на другой конец Шедриона!

– Да, но… – мой взгляд тут же переместился на браслет – Напомни, ты у нас архифлюстрикс, да?

– О-он самый! – я не видел его, но был уверен, что он выпятил свою пышную от перьев грудь – Кому в нашей труппе, кроме меня, не знать о такой тонкой магии, как узы и связи?

Наконец-то я решил повернуться. И действительно – он гордо стоял в проходе, будто готов воссиять.

– Ты даже не спросил, к чему был вопрос. – усмехнулся я.

– А я мог бы и сам догадаться! – Каросс подошёл поближе – Интересная безделушка. Где украл?

– «Что значит украл?!» – Рус возмущённо нахмурила мордочку – «Она сама его выбросила!»

– Она? – переспросил я.

– Что она? Кто она? – тут же расчирикался Каросс – О ком речь? О-о-о, кажется, понял! Это та девушка, с которой ты разговаривал?

Меня будто окатило ледяной водой от его слов. Он что, подсматривал за мной? Но посмотрев на его безмятежную морду, я решил перекрыть эту мысль. Может быть, он, как и я, вышел проветриться после выступления. Мы с Арканфарой даже не прятались. Но вопрос был в другом: неужели он почувствовал на расстоянии энергию камня связи? Поразительная чувствительность архифлюстрикса, вроде него.

– Можешь не спрашивать, откуда я знаю! – Каросс лишь махнул рукой, увидев на моей морде немой вопрос – Начну просто с того, что я видел такой у неё на руке. А ещё он буквально пропитан её энергией. Такое ощущение будто она для чего-то его хранила.

– Тогда как она могла так просто его выкинуть ради моего спасения? – добавил я, не меняя выражения морды.

– А вот тут другой вопрос, но-о это уже надо задавать ей лично.

Закончив говорить, он без зазоров совести выхватил из моих рук браслет, начав изучающе рассматривать его.

– Кстати, помнишь, ты по дороге сюда песню одну писал? – вдруг начал он, не отрывая взгляда от бусин – Ты её закончил? Нам с чем вообще выступать потом в этом месте?

Я смутился от его вопроса. Я знал, о какой песне он говорил: до сих пор незаконченный мной текст. Я писал его во время всего переплава на другой континент. В голове на тот момент было около сотни примеров, кому могла бы подойти эта песня, но ни одна из них не подошла на роль музы. Лингамурнцы были для меня чем-то слишком… Банальным. Настолько знакомым, что даже родным. Как о родне вообще можно писать песни про любовь? Нет, я хотел чего-то иного. Чего-то, что отсутствовало на нашей родине.

– Судя по твоему молчанию, ты так её и не дописал… – вздохнул Каросс – Что же, будем надеяться, что у тебя есть и другие текста в рукаве.

– Есть, не волнуйся на этот счёт. – я не смотрел другу в глаза – Но ты пойми: я вряд ли в скором времени напишу ту песню. Я даже не могу представить, о ком она будет.

– Что, ни одна из лингамурнских красавиц тебе не подошла?

– Я просто не могу подобрать кого-либо к песне. Вот и всё.

– А вдруг ты тут кого-нибудь найдешь?

– Навряд ли…

Следующим его ответом стал только короткий, задумчивый звук. Я надеялся, что он что-то ещё добавит. Он любил со мной устраивать словесные дуэли. Но на этот раз он сам прервал её. Он сдался? Или же ищет другой аргумент для продолжения? Не выдержав столь долгого молчания. Я решил к нему повернуться. Что-то же должна выражать его морда.

Вместо ожидаемой задумчивости я получил хмурую сосредоточенность. Он внимательно вглядывался в магические плетения внутри камня, словно опытный ювелир.

– Хм-м-м, интересно… – бормотал он – Очень интересно…

Смирившись с окончанием разговора, я остался стоять в стороне, ожидая итог его наблюдения. Я даже не заметил. Как подобрался слишком близко к нему. Моё дыхание вздымало пышные перья на его плече. Я по сфере своих знаний мало что знал о флюстриксах, но любопытство сжирало меня изнутри. Может быть, я надеялся, что я хоть что-то увижу через эти с виду хаотичные переплетения внутри камня?

Не успел я опомниться, как Каросс резко взял меня за руку. Я тут же почувствовал сквозь кожу тёплые, но колючие путы, что оплели меня от запястья до локтя. С перепугу я начал пытаться вырваться, не замечая, что этим я обеспечил себе позицию напротив друга. Глаза салгаркада наполнил пурпурный свет, пока он продолжал высматривать что-то в камнях. Невидимые путы начали плестись дальше по моей руке, пробираясь через неё к грудной клетке. На секунду мне показалось, что стало трудно дышать. Но в какой-то момент ощущение смягчилось. Теперь это больше походило на обволакивающее моё тело приятное одеяло, прячущее от жестокого мира. К чему такие перемены энергии? Я не знал. Приходилось ждать ответа Каросса. Но он не спешил с выводами, что уже заставляло меня терять терпение.

Наконец, мой друг мягко отпустил мою руку. Уголки его клюва растянулись в довольной улыбке.

– Всё проходит, как я и предполагал… – проурчал он – Ты не представляешь, как тебе повезло. Ухватить себе саму элиту? Ну ты молодец.

Ответ Каросса меня обескуражил. Так и не сумев подобрать слова, я остался неподвижно стоять на месте, с перекошенной мордой смотря на друга.

Он лишь усмехнулся.

– Ну смотри: я решил проверить вашу совместимость. – пояснил он, и прежде, чем я успел возмутиться, добавил – Просто из интереса, честно! И я даже сам удивился, когда узнал проценты.

– Ты… Только для этого и замолчал во время своей словесной перестрелки…? – насторожился я, переглядываясь с Рус – И… Сколько?

– Почти все сто! – радостно чирикнул он – А это считай полная совместимость! Если вы решите сойтись, считайте, что судьба соединила ваши сердца! Неплохой подарок на День Переплетения Сердец, а?

– Погоди, какие сто?! – я опешил от такого заявления – Не может же быть настолько идеально!

– Девяносто семь процентов, дурачок! – посмеялся Каросс.

– А… А как же разница в статусе?!

– Это всего лишь три процента.

– Бред какой-то. Не может такого быть.

– Да я честен как архисегрит!

– Она ПРИНЦЕССА, брат! Наследница рувильперского престола всего Котарра! А я кто?!

– Три. Процента. Титулы занимают именно столько в этой статистике. Всё остальное предначертано самой судьбой. Тебе бы то же самое наши старшие сказали!

Всё ещё не имея возможности верить словам Каросса, я закрыл голову руками.

– Всё, хватит! Можно я хотя бы переварю всё произошедшее?! – я был даже для самого себя слишком громким – Я хочу побыть один.

– В обнимку с тирсапи – это не один. – Каросс будто издевался надо мной.

Это было моей последней каплей. Неся бессмысленную тарабарщину, чтобы заглушить его голос, я быстрым шагом направился обратно в шатёр. Как только шторки, заменяющие дверь, снова сомкнулись, наступила оглушающая тишина. Я получил то, что хотел на данный момент. Теперь никто не будет давить мне на мозг.

Я уселся за свой стол, чтобы сосредоточиться на следующей песне. Их и без того было где-то около десятка запланированных на выступления в Котарре. Но на этот раз я решился взять тот самый лист. После морского путешествия тёмно-бордовая бумага выглядела волнистой. Отсырела, как я понял. Хотя это и интересный способ красиво состарить бумагу, мне всё равно хотелось, чтобы до окончания написания она выглядела поновее. Чтобы уже потом её можно было хоть как-то деформировать.

Я сам не знал, зачем я снова взялся за ту романтическую песню. Моя рука сама как-то к ней потянулась. Возможно, на это повлиял разговор с Кароссом. А может, и что-то иное. Как бы то ни было, ни одна рифма не шла ко мне в голову. Мысли спутались в огромный клубок узлов. При этом сознание рисовало уже знакомую фигуру. При одном только взгляде на свечу я уже представлял перед собой пару узких глаз сегритового цвета¹³.

Поняв, что таким темпом текст снова не будет продолжен, я отбросил перо в сторону, поднимаясь снова на лапы. Пытаясь отогнать лишние образы, я начал расхаживать по пространству своего же шатра, то и дело цепляясь за перья на голове. Но при представлении того самого капюшона я ощущал странное тепло по всему телу. Я буквально начал слышать своё сердцебиение, стучащее из загривка.

Всё ещё сопротивляясь этим ощущениям, я опрокинулся на диванчик, расправив одно крыло аж до самой земли. Я не мог себе позволить закрыть глаза. Я знал, что за этим последует полное представление той длинной фигуры. Тонкой и изящной, как лезвие кальперского меча…

– «Братик, ты же так совсем измучаешься…» – охнула Рус прямо около моего уха – «Может, поговорим об этом?»

– Ты и так всё знаешь и ощущаешь, Рус… – проронил я – Хотя я и сам в это не могу поверить. Опять этот пышнопёрый северянин оказался прав. Как я могу сейчас так просто поддаваться своим желаниям, возникшим так внезапно? Откуда это осознание?

Тирсапи задумчиво проурчала, медленно приземляясь на мою грудь.

– «Чувства сложно понять.» – подметила она – «Ты прознаешь все детали не сразу, даже будучи здесь, в Котарре. А ведь здесь куда больше знают о чувствах, и как их контролировать. Иначе говоря, извлекать из них пользу.»

Я наклонил голову как можно ниже, чтобы посмотреть на мордочку своей тирсапи.

– Самое обидное, что здесь кроме тебя об этом больше некому рассказать… – отметил я, стараясь изо всех сил держать позицию головы – Я никого не знаю из котаррцев. Ну, за исключением Арканфары. Но с ней я вряд ли свяжусь в ближайшее время. Не уверен даже, есть ли у неё устройство для виртуальной связи.

– «Зато я знаю, у кого оно есть!» – чирикнула Рус, отлетая в сторону стола.

Как хорошо, что она это сделала. У меня уже начала немного ныть шея от перенапряжения. Но когда я посмотрел на тирсапи снова, она уже ухватилась зубками за ручку ящика в столе. Там в основном была груда бумаги, но она явно решила полезть не за ними.

Тяжело вздохнув, я всё же встал с диванчика. Было бы лучше, если бы я открыл ящик, вместо того чтобы потом мучиться с сгрызенной ручкой. Рус покорно позволила мне коснуться ящика, но как только я его открыл, она тут же принялась рыться в моих записях, вороша бумагу.

– Эй, поосторожнее с искусством! – шутливо прикрикнул я.

– «Ты зарыл в нём все аппараты.» – чирикнула тирсапи в ответ – «Как ещё я должна для тебя вытащить хоть что-то?»

– Если ты ищешь аппарат виртуальной связи, то так бы и сказала… – я со вздохом начал выуживать тирсапи вместе с аппаратом – А то ты не всегда относишься бережно к моему труду.

– «Ну а кто виноват, что у тебя вся макулатура валяется настолько хаотично?»

Я решил ничего не отвечать. Как ещё пояснить маленькой тирсапи, что бумага может потерять свою аккуратность, как бы сильно ты ни старался её выравнивать?

Наконец, аппарат оказался в моей руке. Небольшой дискообразный предмет, украшенный по бокам чередующимися камнями двух видов: сегрит и флюстрикс. Камни объединяли ювелирно выгравированные руны. И в самой середине, на полусфере, красовался большой сегрит. Устройство едва помещалось на ладони, но нужные движения для управления этой штукой вполне доступны, если держать в обеих руках. Я вопросительно посмотрел на Рус, которая хитро косилась на аппарат.

– Ну, и зачем мы это вытащили? – я первым нарушил тишину.

– «Ну, мне показалось, что было бы неплохо наконец-то отзвониться наставнице.» – проурчала тирсапи, подняв на меня свои блестящие, светящиеся глазки.

Я расширил глаза от удивления. Я только сейчас вспомнил обещание, которое я дал госпоже Ранорр: отзвониться после приезда. А я успел столько всего пережить – и до сих пор не передал ей ни весточки.

– Ты про это мне намекала всё это время… – озадаченно охнул я, ставя аппарат на стол.

– «Именно!»

Стыдливо вжав голову в плечи, и коснулся аппарата. Камни тут же загорелись, оповещая о своей активации. Я начал пальцем свободной руки водить вокруг полусферы, наблюдая за крупным сегритом. Знакомые силуэты буквально пролетали по пространству золотистого камня, пока я искал нужный. Наконец, когда я заметил знакомый маленький клювик, я остановился. Небольшое тело в лёгких доспехах тут же привлекло моё внимание. Я бы ни с кем не спутал свою наставницу. Ранорр сама по себе была невысокого роста, но если бы её ум можно было соизмерять с ростом, то она могла бы перебороть рост первородных титанов. Скрывать не буду – я быстро начал скучать по её спокойному выражению морду.

С тёплой улыбкой, я наконец-то коснулся сегрита. Я тут же присел на стул, разглядывая появившиеся возле меня крупицы сегритового света. На этот раз я решил проявить терпение, чтобы дождаться ответа. Ранорр всегда находила на меня время…

Спустя минуту свет начал собираться воедино. Увеличиваясь, крупицы выстраивали собой небольшую фигуру, на голову ниже меня, если бы я стоял. Почти сразу же появились чёткие детали, а позже появился цвет. За считанные минуты передо мной появилась полупрозрачная проекция моей наставницы: Ранорр. Танцовщица «Острых Перьев», известный на весь Шедрион архлигмелит.

– Не верю собственным глазам! – клювик наставницы растянулся в улыбке – Это же мой любимый мальчик! Как прошёл вечер? Уверена, ты сразил всех наповал на своём выступлении. Хе-хе, моя школа.

– Ты не поверишь, что я пережил за этот день – слабо усмехнулся я.

– О-о-о, уже и приключений нажил? – морда Ранорр вытянулось – Ну воркуй, я готова слушать. Жалко только, что малыш Тальс уже спит. Да и моя дорогая Арсея далековато улетела.

– Им будет что передать. – кивнул я – Видишь ли… Я сегодня нарвался на здешних гувеев, явно принадлежащих суровой части Котарра.

– Хах, Котарр не меняет старых привычек полностью, как я погляжу. – Ранорр мечтательно подняла глаза вверх – Эх, были времена. Помнится, когда я впервые познакомилась с Арсеей, там царило такое жуткое неравноправие, что любому в наши дни будет сложно даже представить это. Ей о-очень повезло, что её род был такой влиятельный.

Я невольно посмеялся. Мне всегда нравилось слушать небольшие рассказы о том, как моя наставница прожила свои первые две сотни лет. Порой её рассказы могли длиться часами, но я даже не смел её перебивать. Как-то не хотелось. Она умела рассказывать это так интересно, что я сам погружался в это с головой. Поразительно, что она звучала так по-старчески, несмотря на то что ей всего пара сотен лет. Она же в самом расцвете среднего возраста. Но это прибавляло ей особого шарма в её образ.

– Так, на чём мы остановились? – внезапно она решила сама себя прервать – Ах да! Котарр! Так что там с гувеями? Лично всех общипал?

– Я решил просто не привлекать внимания элиты… – виновато промолвил я – Эту часть можно не рассказывать госпоже Арсее, чтобы не считала меня трусом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Гувей (Guvay) – стражник (шадритарн)

Вернуться

2

Декроны (дословный перевод с шадритарна – вечная душа) – десять божеств в одной из религий Шедриона. Считаются детьми Всематери, создателя мира.

Вернуться

3

Рас (Rhas) – грубое бранное выражение в шадритарне. Используется горловая «Р».

Вернуться

4

Липарвей (Liparvay) – генерал (шадритарн)

Вернуться

5

Харпакка – пёстрая птица, достаточно распространённый вид пернатых созданий. Выражение «Серая харпакка» является аналогом земного выражения «белая ворона».

Вернуться

6

Квайр (Quire) – человек (шадритарн)

Вернуться

7

Кальпер/кальперна (Calper/Calperna) – король/королева. Правитель всего Шедриона.

Вернуться

8

Липараяде (дословно «свет жизни») биолюминесценция у животных, разумных созданиях и растениях. У шедмеров она выглядит как необычный узор на чешуе/созданный с помощью волосков шерсти или перьев

Вернуться

9

Балюр – Шедрионская версия вина. Сделана из ягод балюриана.

Вернуться

10

Сартот ка’сэгра (Sartot ka’segra) – «сохранить в памяти» (шадритарн). Крылатая фраза архисегритов, магов ветра и памяти. Используется в обычной речи для подчёркивания особых моментов.

Вернуться

11

Arhmakas (армакас, горловая р) – дурак, придурок на языке шадритарне.

Вернуться

12

Кринаш – хищное птицеподобное существо, живущее в горах. Отчасти – аналог коршуна

Вернуться

13

Сегритовый цвет – Шедрионский вариант янтарного.

Вернуться