Кристина Корр
Несносная невеста ректора академии драконов

Пролог

Ральф Асвид хмуро смотрел на дочь, в её чистые невинные фиалковые, как у матери глаза и думал, что ослышался.

– Что ты решила? – вкрадчиво переспросил он.

Дочь облизала губы и глубоко вдохнула.

– Я хочу учиться, пап. В Драгхаре. Ты же всегда мечтал, чтобы твой сын…

– Но ты не сын, – фальшиво улыбнувшись, напомнил Ральф. В груди поднималась ярость. – Ты девушка, Мэй. И я спешу напомнить, что сила драконорожденных передаётся по мужской линии, не по женской. Так что ты забыла в Драгхаре?

Дочь обиженно выпятила губы, наморщив свой хорошенький нос.

– Тут ты прав, мальчиком я никогда не стану. И силы во мне капли три, не больше. Но! – выразительно воскликнула она, подняв вверх указательный палец. – В Драгхаре, наконец, открыли факультет для девушек-драконорожденных. Алхимический. Разве не здорово? Я могу поступить.

У Ральфа дёрнулось веко.

– Ты с ума сошла? – спросил он глухо. Сила рванулась наружу, желая смести нахалку вместе с креслом. Что она себе позволяет? Откуда эти бредни в её хорошенькой головке?! – Моя дочь. Никогда. Не станет. Алхимиком. – Выплюнул он по словам и сжал гранёный стакан в руке с такой силой, что треснуло стекло.

– Но почему?! – обиженно воскликнула Мэй. – Ты всегда мечтал о сыне, а я чувствовала себя бесполезной и никчёмной. И тут у меня появился шанс принести пользу империи, и ты против?!

Ральф выпустил стакан из хватки и брезгливо отряхнул руки.

– Ты… красивая и умная, из благородного древнего рода. Тебе не нужно учиться. Дочь-алхимик… какой позор… – обречённо простонал он, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза ладонью. – Я слишком сильно баловал тебя… предоставил свободу… и вот результат. Это наказание мне за слабость…

– Да что ты такое говоришь… – недовольно проворчала Мэй. – Ты не думаешь, что мне неприятно слышать подобное? Я хочу учиться. Хочу быть… не просто красивой и умной из знатного рода. Хочу стать кем-то… Кем-то большим.

Ральф убрал от лица руку, впился в несносную дочь мрачным взглядом.

– Это всё влияние Люси. Её сказки задурили тебе голову! А я… глупец!.. позволял ей пудрить тебе мозги. Единственный ребёнок, как же… Нужно было выдать тебя за графа Олвуда, когда тот просил тво… точно! – воскликнул он, подпрыгнув в кресле и звучно шлёпнув ладонями по столу. – Я выдам тебя замуж! Ты уже как три года достигла брачного возраста. Больше я не стану идти у тебя на поводу, – пригрозил красноречиво. – На днях приходил мой давний ученик, мой добрый друг. Уж у него-то и выправка военная и… а я ещё сомневался, давать согласие на ваш брак или нет. Вот старый осёл! Нужно было немедля составить брачный договор!

Мэй побледнела.

– Ты… ты не поступишь так со мной.

– О! Ещё как поступлю! – разгорячённо воскликнул герцог Асвид, подскакивая с места. – Через неделю устроим помолвку и сообщим всему высшему свету, что моя несносная дочь, наконец, выходит замуж!

В глазах Мэй задрожали слёзы.

Герцог выпрямился, расстегнул верхнюю пуговицу камзола…

Слезы дочери всегда вызывали в нём жалость и чувство вины. И Ральф Асвид прекрасно знал об этом. Знал, но пытался бороться со своей слабостью. Со своей чрезмерной любовью к дочери, которая и привела его к беде…

Ещё одного алхимика он не переживёт. Потерять не только супругу, но и дочь… За что Пресветлые так несправедливы к нему?

– Разговор закончен. Больше никаких дискуссий на эту тему. Отправляйся в покои, приведи себя в порядок и можешь начинать готовиться. Дам приём на следующей неделе. Озаботься, чтобы модистка успела пошить платье. Ты должна блистать и вызвать восхищение в глазах жениха, стать ему достойной партией, – как можно строже произнёс он, внутренне борясь с самим собой.

Так хотелось обнять дочь. Как раньше. Покачать на коленях, почитать о похождениях Глупого рыцаря или отправиться на конную прогулку. Вместе…

Ну вот зачем ей учиться? К чему подвергать себя опасности?

– Это моё последнее слово. Ступай, – велел нахмурившись, и указал на дверь.

– Будь мама жива, она бы не одобрила твоего самодурства… – внезапно зло выпалила Мэй, вставая с кресла.

– Что?! – изумлённо воскликнул Ральф. – Ах ты!.. – он схватил со стола пачку документов и замахнулся ими. – Нахалка! Убирайся к себе! Что б глаза мои тебя не видели!

– Как прикажете, папенька, – едко процедила негодница и бросилась за дверь кабинета.

Ральф обессиленно рухнул в кресло, хватаясь за грудь. На лбу выступила испарина.

– Вот дурная… – выплюнул в сердцах. – В могилу меня сведёт…

Налил себе воды в треснувший стакан, а после достал из ящика бумагу и принялся составлять письмо для Виктора.

Ральф не хотел выпускать дочь из-под родительского крыла, не видел её примерной чей-то женой и не думал о том, чтобы выдавать её замуж. Ещё пару лет можно было потянуть, потом бы всё равно за ней выстроилась вереница желающих сродниться с великим герцогом. Но…

… негодница решила учиться.

– Только через мой труп… – процедил он, облизнув кончик пера.

И, если уж речь зашла о браке, то лучшей кандидатуры, чем Виктор Гард не найти во всей Флорарии. Какая удача, что он сам явился по этому поводу.

Бывший ученик, подающий большие надежды, великий драконорожденный… И как замечательно сложилось, что именно он является ректором академии Драгхар. Уж он-то не допустит, чтобы его невеста обучалась в его же академии. Ещё и на ахлимика. Какой удар по репутации…

***

Мэй прижалась к двери, ощущая себя загнанной птицей. В висках колотился пульс, оглушая, из груди вырывалось частое прерывистое дыхание… Казалось, будто сейчас в обморок грохнется.

Впервые отец был так зол. Настолько зол, что на мгновение стало страшно.

«Он точно сдержит своё обещание. На этот раз точно…»

Мэй зажмурилась, с силой закусывая губу, и, только ощутив боль, выдохнула.

«Нужно немедленно успокоиться…» – мысленно приказала себе и, оглядевшись по сторонам, достала из кармана прогулочного платья конверт с гербом академии…

… приглашение на собеседование жгло пальцы. Осталось только подписать согласие.

Согласие, которое отец скорее сожжёт в камине, чем поставит на нём свою подпись.

В этом Мэй не сомневалась. Не после того, что произошло в кабинете.

Сжала пальцы, смяв конверт, и решительным шагом отправилась к себе. Отец ведь велел, а отцовскую волю нужно исполнять неукоснительно и со всей ответственностью.

Только вот… Мэй не собиралась замуж. Ни сейчас, ни потом. Уже много лет она грезила мыслями об учёбе, корпела над книгами, истязала свой не очень-то податливый ум сложными науками, в то время как её заставляли вышивать и музицировать.

Стоило войти в покои, как навстречу поднялась камеристка.

– Подготовьте платье. Едем в ателье мадам Шаттэм, его светлость велел подготовиться к приёму по случаю моей помолвки, – улыбнулась обворожительно и поспешила скрыться в туалетной комнате.

В голове зрел план.

Мэй, может, и засыпала на уроках музыки, но с большим рвением и усердием поглощала детективные романы и в тайне от отца увлекалась экономикой. Юриспруденцией.

Если и подделать подпись отца… ему потом долго придётся доказывать руководству академии, что он ничего не подписывал. А без согласия адепта, его уже не смогут так просто отчислить (если, конечно, не будет проблем с учёбой). По закону, ректор академии должен будет созвать комиссию для проверки. Процедура затянется не на один месяц, а уж там…

«Я смогу убедить упрямого старика, что достойна учиться…» – не сомневаясь в себе, подумала Мэй, и улыбнулась своему отражению.

Дело за малым: убедить законника герцога помочь и украсть родовую печать.

«Не так и сложно, – полностью успокоившись, подумала Мэй. – Я смогла подать заявление на поступление в Драгхар, значит и с этим справлюсь.»

Хитро подмигнув самой себе, она покинула туалетную комнату…

Глава 1. Такие уж обстоятельства

Виктор Гард

«Какое удивительное стечение обстоятельств…» – подумал Виктор, провожая прямую спину дочери герцога задумчивым взглядом.

Меньше недели назад он имел честь вести с герцогом Асвидом разговор о женитьбе и всего несколько дней назад получил от него положительный ответ, а сегодня… прелестная леди Асвид разгуливает по коридорам Драграха, а не готовится к предстоящей помолвке…

– Как интересно… – протянул Виктор и скользнул следом за девушкой в зал приёмной комиссии.

Ректору необязательно было присутствовать на собеседовании будущих адепток, но… речь шла о его невесте. Почти невесте…

– Не обращайте на меня внимания. Продолжайте, – вежливо произнёс он, кивнув декану алхимического факультета и, заложив руки за спину, отошёл к стене.

Дочь герцога обернулась, мазнув по Виктору раздражённым взглядом, будто бы говоря: как ты посмел прерывать меня в такой важный момент?

Виктор усмехнулся про себя и привалился плечом к стене, скрестив руки на груди.

Похоже, герцог сдержал слово и не назвал дочери имя жениха. Иначе «невеста» вряд ли бы решила подать документы в его академию.

Виктор хотел представиться лично. Хотел сделать это официально, в подходящей обстановке. Хотел, чтобы Мэй Асвид узнала его лично, а не по слухам. Хотел, чтобы вспомнила…

– Продолжайте, леди Асвид, – учтиво произнесла госпожа Уорэн – куратор отделения для девушек. Она украдкой взглянула на Виктора и её бледные щёки тронул нежный румянец…

– Как вам известно моя мать – Люсильда Асвид, была имперским алхимиком. Она верой и правдой служила империи, благодаря её зажигательным взрывным смесям и эликсиру быстрой регенерации армия Флорарии одержала победу над Перуамом и смогла отвоевать присвоенные головорезами территории. – Бесстрастно, с некой безучастностью, рассказывала дочь герцога. – Я с детства мечтала пойти по её пути. Не стану лукавить, я восхищалась матерью и… жутко ненавидела императора за неспособность защитить преданных ему людей, приносящих огромную пользу…

Виктор хмыкнул.

Какое смелое, однако, заявление. Не каждый бы отважился прилюдно говорить о своей ненависти к императору.

«Похоже… Мэй Асвид не так умна, как казалась…»

– Но позже… когда по всей Флорарии факультеты алхимии прекратили своё существование, я поняла, как сильно наш император скорбит. И если траурная церемония погребения всех погибших на Дне Свободы алхимиков показалась мне напускной, лицемерной, призванной успокоить взвинченный, недовольный народ, то личное появление императора в нашем имении всё расставило по своим местам…

– Гм… – Севар Хальд – декан факультета алхимиков неловко прочистил горло и потянулся к графину. – Леди Асвид… вы имели честь лично общаться с его величеством по поводу той трагедии?

Дочь герцога уверенно кивнула. Её глаза светились внутренней непоколебимой силой, в них не было слёз, не было обиды… Только вера в собственные слова и правду, которую она отстаивала.

– Я сохраню в тайне подробности той личной беседы, в ходе которой я пообещала его величеству, что однажды стану такой же талантливой и выдающейся как мама. И его величество ответил, что будет с нетерпением ждать этого дня, – с вызовом в голосе вымолвила она. Складывалось впечатление, будто леди Асвид готова прямо сейчас броситься в бой доказывать, на что она способна. – За столько лет я ни разу не пожалела о своих словах и своём обещании. Вот поэтому я и хочу обучаться в Драгхаре на факультете алхимиков.

– Что ж… – в лёгком замешательстве протянула куратор, неловко заправила за маленькие ушки рыжие пряди и улыбнулась. – Ваше желание и стремление очень похвальны, но… мы всё же должны спросить, леди Асвид… вы уверены?

– Вы ещё сомневаетесь в моих словах, мисс Уорэн? – приподняв бровь, холодно поинтересовалась дочь герцога.

«Ну надо же… А характер-то остался прежним…» – подумал Виктор, отталкиваясь от стены.

– Не поймите нас неправильно, леди Асвид… – куратор взволнованно облизала губы и переглянулась с деканом. – Только недавно прошёл слух о вашей скорой помолвке…

– Мой отец передумал выдавать меня замуж, как только узнал о моём желании учиться, – гордо произнесла девчонка, расправляя плечи. – Вы же своими глазами видели подписанное его светлостью согласие…

«Вот как… Интересно, что я узнаю об этом только сейчас…» – мелькнула ироничная мысль.

Виктор стёр с лица улыбку и подошёл к столу приёмной комиссии.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, леди Асвид, я ректор этой академии. Виктор Гард. Позвольте лично взглянуть на согласие, подписанное его светлостью, – не жалея очарования, попросил он.

Дочь герцога вскинула прямой немигающий взгляд, изящно поднялась со стула и исполнила подобающий безупречный реверанс.

– Как вам будет угодно, господин ректор, – произнесла она, извлекая из сумочки свёрнутый трубкой документ. – Прошу.

Виктор развернул бумагу, проверил родовую печать герцога и непринуждённо улыбнулся.

– Благодарю, леди Асвид, – произнёс, возвращая документ. – Если приёмная комиссия посчитает вас достойной кандидаткой, академия Драгхар с радостью откроет для вас свои двери.

– Почту за честь, – не дрогнув, отозвалась дочь герцога, ничем не выдавая волнения.

Виктор позволил себе задержать внимание на светло-фиалковых глазах девчонки, после чего поклонился и покинул зал.

… в груди загоралось давно забытое чувство. Чувство предвкушения, чувство азарта.

Казалось, дочь герцога будет лёгкой добычей, но похоже… девочка изменилась лишь внешне. Стала женственнее, оформилась фигура, отросли светлые шелковистые локоны, но нрав… упрямый гордый нрав остался прежним.

Виктор толкнул дверь своего кабинета и обратился к своему подскочившему секретарю:

– Рив, мне нужна карета через пятнадцать минут. Пусть подгонят к запасному входу, я ненадолго отлучусь в столицу, – произнёс и направился к своему столу.

Не исключено, что герцог ничего не знает о том, что его дочь вдруг возжелала учиться, поэтому следовало немедля встретиться с ним и внести некоторую ясность.

Но даже так… Виктор не собирался отказываться от своего первоначального замысла. Жениться на Мэй Асвид и ни на ком другом…

***

Герцог принимал в гостиной и, несмотря на то, что был немало удивлён внезапным визитом, велел подать чай. Его обескураженный вид красноречиво говорил о том, что он понятия не имеет, где на самом деле находится его дочь.

Виктор усмехнулся, расстегнул сюртук и сел, прислонив к софе трость.

– Прошу меня простить, ваша светлость, что явился без предупреждения… но я бы хотел встретиться со своей невестой до объявления о помолвке.

Густые брови герцога сошлись в переносице.

– Друг мой любезный… разве не ты говорил об обратном? Почему твоё мнение внезапно изменилось?

Виктор откинулся на спинку, обитую красным бархатом, вольготно устраиваясь, закинул ногу на ногу.

– Разве вы против? Мне показалось, всё-таки стоит сначала представиться вашей дочери, чтобы во время приёма она чувствовала себя более уверенно.

– Вот как… – задумчиво протянул герцог. – Дело в том, что Мэй ещё утром умчалась в столицу в ателье мадам Шаттэм – забрать готовый заказ, а потом она планировала прогуляться со своей верной подругой по ювелирным лавкам. Боюсь, вернётся только к вечеру.

Виктор едва сдержал ироничный смешок. Вроде бы герцог никогда не был глупцом, так почему он так слеп и глух, когда дело касается его ненаглядной, но чересчур своенравной дочурки?

– Тогда… не знаю даже, как лучше донести до вас… Но буквально час назад я был свидетелем удивительной сцены. Ваша дочь, господин Асвид, проходила собеседование на факультет алхимии в моей академии, – невозмутимо закончил Виктор.

Герцог стремительно побледнел.

– Это какая-то ошибка… я не давал своего согласия, – хрипло вымолвил он и, нервно сглотнув, потянулся за чашкой с ароматным корсианским чаем.

Виктор фальшиво улыбнулся.

– Я видел подписанное согласие, отмеченное родовой печатью своими глазами. Полагаю, Мэй не сильно-то стремится выйти замуж и решила взять жизнь в свои заботливые руки, – иронично произнёс он, хоть и давал себе зарок не потешаться над таким честным и открытым драконорожденным, как Ральф Асвид.

… только годы, проведённые на военной службе, а потом и в стенах Драгхара на должности ректора оставили свой неизгладимый след. И без того непростой характер Виктора испортился окончательно, став скверным.

– Ты же не думаешь, что я специально устроил это с целью одурачить тебя? – недоумённо крякнул герцог, едва не расплескав чай.

Видимо, ему очень тяжело поверить в то, что его очаровательная и невинная, будто ангел, дочь решилась на обман. Не просто обман, на воровство родовой печати.

Виктор был готов проститься с тысячью флоров, только бы увидеть, как нахалку накажут. Но… сейчас у него совершенно иные цели.

– Вам нет никакой выгоды дурачить меня, ваша светлость, – учтиво произнёс он. – Тем более таким образом.

Герцог поставил чашку на блюдце и взволнованно облизал губы.

– Тогда… могу я рассчитывать, что ты не примешь заявление моей глупой дочери? В знак нашей многолетней дружбы…

Виктор бесшумно втянул воздух носом. Он бы хотел отплатить герцогу добротой на добро, но… речь шла о его будущем. Один неосторожный шаг, и он потеряет несмышлёное, но безумно упрямое белокурое создание.

«Я и так тянул до последнего…» – подумал, успокаивая себя и свою не вовремя проснувшеюся совесть.

– Вы знали моего отца, господин Асвид… и были моим наставником в период становления. Вы помогли мне не «сгореть» от силы драконорожденного и даже ваша супруга была добра ко мне… Я был бы рад заверить вас, что не допущу поступления Мэй в Драгхар и верну её домой, но…

– Что «но»? – глаза герцога обеспокоенно сверкнули.

– Но я не могу… – глухо вымолвил Виктор и виновато улыбнулся. Вполне искренне. – Я знаю, как вы боитесь потерять дочь, и у вас есть все основания переживать за её судьбу, но… мы не можем быть уверены, что беда не случится с ней дома. На улице, в саду, на обычной прогулке. Беда, ваша светлость, подстерегает не только на факультете алхимиков… – лицо герцога побагровело от едва сдерживаемого гнева, и он поторопился закончить свою пронзительную речь, которая вышла не такой уж и пронзительной, как хотелось бы. – Если бы вы слышали Мэй во время собеседования, вы бы всё поняли…

Герцог шумно сглотнул, вытащил из нагрудного кармана платок и утёр им лоб.

– Но ты же ректор… как же твоя репутация? Ты по-прежнему намерен жениться на моей непутёвой дочери?

Виктор едва заметно облегчённо выдохнул. Герцог не спешил хвататься за сердце, да и затевать драку вроде не собирался, что несказанно радовало. Драться с будущим тестем такое себе удовольствие…

– Я намерен набраться терпения и вам советую, – произнёс осторожно. Взял чашку и отпил восхитительный жасминовый чай. – Увидев Мэй в зале приёмной комиссии, я понял, что она ещё не готова выходить замуж, а услышав её речь, я осознал насколько она серьёзна в своём стремлении стать алхимиком. Надавим на неё сейчас и сделает только хуже… Вы лучше других знаете свою дочь, ваша светлость. Она и маленькой была своенравна, всё делала по-своему. Вспомните хотя бы её страсть к стрельбе из рогатки? – многозначительно напомнил Виктор, не скрывая лукавой улыбки.

Герцог непроизвольно усмехнулся.

– Ты прав… – печально вздохнул он. – Я всё время забываю, в кого моя дочь пошла характером. Точная копия Люсильды… – он задумчиво пожевал губу, но, кажется, наконец смог оправиться от шокирующего известия. – Если сейчас поднять шумиху вокруг фальсификации согласия, то я нанесу ущерб и своей, и твоей репутации. Ничего хорошего из этого не выйдет. Более того, если верну дочь домой… она снова сбежит. Но на этот раз я могу потерять её навсегда…

«Слава Мудрой Эллене… это оказалось не так сложно…» – облегчённо подумал Виктор и поспешил направить мысли герцога в нужное русло.

– В академии ваша дочь будет под моим надёжным присмотром, я смогу позаботиться о ней и тем самым отплатить вам за доброту.

Герцог грустно улыбнулся.

– А после того, как Мэй выпустится? Кто за ней присмотрит?

– Я, – уверенно произнёс Виктор. – Ведь всё ещё собираюсь жениться на ней. А в академии у меня будет больше возможностей получить расположение невесты и её согласие на брак. Нет желания принуждать Мэй, пусть сделает свой выбор самостоятельно.

Взгляд герцога заискрился весельем.

– А если моей дочери приглянётся какой-нибудь одарённый адепт?

Губы Виктора растянулись в хищном оскале.

– Будьте уверены, ваша светлость… Я не оставлю Мэй и шанса выбрать кого-то другого…

Герцог приглушённо рассмеялся.

– Тебе уже за тридцать, а ты всё такой же юнец, Виктор. Не зря говорят, что драконорожденные взрослеют гораздо медленнее обычных людей.

– Мы и живём дольше, – не растерявшись, парировал Виктор.

– Твоя правда, – согласился герцог, вернув себе непринуждённый собранный вид. – Но меня волнует один момент… Если честно, я не ожидал, что предложение жениться на моей непутёвой дочери поступит именно от тебя.

Виктор вопросительно вскинул бровь.

– Почему же, ваша светлость? Я произвожу впечатление не очень серьёзного и надёжного мужчины?

Герцог хитро улыбнулся.

– Вовсе нет. Но разговоры… ты не подумай, что я слушаю сплетни, но в высшем свете вокруг твоей персоны множество разговоров. Слышал, от приглашений на приёмы отбоя нет? Кажется, каждая уважающая себя аристократка Флорарии мечтает заполучить тебя в мужья, но ты выбрал… Мэй? В чём подвох?

Виктор усмехнулся в кулак.

– Ваша светлость, вы говорите так, словно Мэй из низшего сословия или из семьи наёмников. Разве она не дочь герцога из древнего рода?

Герцог неожиданно вздохнул.

– Не пойми меня неправильно… Как ты верно заметил, я безумно дорожу своей дочерью и мне бы не хотелось… чтобы ты женился на ней из-за чувства долга передо мной или каких-то корыстных соображений, если говорить прямо. На самом деле, я всегда желал для дочери самого лучшего, ведь сам женился по любви. По очень большой любви, друг мой…

«Удивительно, что именно этот человек верит в любовь…» – усмехнулся про себя Виктор.

– Я прекрасно понимаю ваши сомнения и тревоги, но вы же дали своё согласие на наш брак, – красноречиво заметил он. – Я лишь могу заверить вас, что никогда не обижу Мэй, не причиню ей вреда. Причина, по которой я выбрал её… несколько личная и может показаться вам смехотворной. Я бы не хотел выглядеть полнейшим дураком в ваших глазах… – уклончиво произнёс Виктор.

– Хорошо, – сдался герцог. – Пусть Мэй лучше учится в Драгхаре под твоим присмотром, чем сбегает из дома и шатается неизвестно где и неизвестно с кем. Но Вик… – проникновенно вымолвил герцог, вмиг перевоплотившись. В глубине голубых глаз сверкнуло алое пламя силы драконорожденных. – Я доверяю тебе свою дочь и не позволю над ней насмехаться. Если твои помыслы нечисты… то лучше откажись от своей затеи сейчас.

Виктор непринуждённо усмехнулся.

– Вы были рядом в самый сложный период моей жизни, обидно, что я всё ещё не заслужил ваше доверие… – Герцог даже бровью не повёл, тогда Виктор продолжил. – Вы, наверное, запамятовали… но я приходил к вам и раньше. Три года назад. Когда Мэй только достигла брачного возраста. Тогда вы сказали мне, что не хотите спешить с замужеством дочери и желаете дать ей возможность насладиться свободой, подурачиться. Верно? Это ведь были ваши слова?

Герцог неуверенно кивнул, подозрительно сощурившись.

Виктор ухмыльнулся.

– С того момента мои намерения не изменились. Я всё так же хочу Мэй… сделать своей супругой, – исправился он, осознавая, что едва не позволил истинным чувствам прорваться наружу. – Будь мои помыслы нечисты, как вы выразились, я бы сильно спешил, но я готов ждать столько, сколько потребуется.

Герцог вздохнул, потирая пальцами переносицу.

– Прости… я сильно перенервничал, услышав от тебя, что Мэй прошла собеседование. Не ожидал от неё такого… предательства. Не думал, что она пойдёт против моей воли…

– Она хотела исполнить мечту, – улыбнувшись, заметил Виктор. – И поэтому я буду рядом.

«Всё из-за глупого обещания…» – закончил мысленно…

Глава 2. Слабоумие и отвага

Мэй Асвид

Списки поступивших огласят вечером, но у меня не хватило бы никаких душевных сил и нервов сидеть под дверями зала приёмной комиссии в ожидании «чуда». Извелась бы вся…

Поэтому я заехала на наёмном экипаже за Бри и отправилась с ней заедать стресс лучшими во всей столице пирожными с заварным кремом и клубникой. (Отцу я сказала, что пройдусь с ней по ювелирным лавкам. Считай сдержала слово).

Я меланхолично закладывала в рот десерт, почти не ощущая вкуса, а подруга неторопливо помешивала кофейный напиток с густыми взбитыми сливками и карамельным сиропом.

– Учёба начнётся только через две недели. Даже если тебя зачислили, ты всё равно будешь вынуждена вернуться домой. Ты ведь не планируешь скрываться от своего отца? – прищурившись, поинтересовалась она.

Я отложила ложку на край тарелки, взяла салфетку и прижала её к губам.

– Конечно, нет. Похоже, что я собираюсь добровольно сунуть голову в петлю? – произнесла довольно флегматично, несмотря на обуревающую меня тревогу, что грызла изнутри. Я улизнула от сопровождения: если не придумаю правдоподобное оправдание, быть мне наказанной. – Если поступила – всё честно расскажу, если нет – сделаю вид, что ничего не случилось, – закусила губу и отвернулась к окну.

Я успела накрутить себя до такой степени, что от мыслей начала раскалываться голова. Появились сомнения в собственном здравомыслии, захотелось всё бросить и вернуться домой с повинной, упасть отцу в ноги, но…

– Нет, – произнесла твёрдо, повернувшись обратно. Подруга подняла на меня удивлённый взгляд. – Я не отступлю. Чего бы мне это ни стоило, отцу придётся принять мой выбор, и я не оставлю попыток стать величайшим алхимиком во всей Флорарии!

Бри деликатно кашлянула, прикрывая рот накрахмаленной салфеткой, положила её на край стола и равнодушно поинтересовалась:

– Мне-то зачем всё это говоришь?

– А кому ещё? – опешила я. – Какая ты чёрствая, – проворчала недовольно и грустно усмехнулась. – Я всегда хотела быть похожей на маму…

– Ты и так на неё похожа, – флегматично заметила подруга, поправляя тугие смоляные локоны. – Додумалась же своровать у герцога печать, как только духу хватило…

– Не своровала, а одолжила на время, – промямлила, оправдываясь.

– Думаешь, в этот раз герцог спустит тебе эту выходку с рук? – проникновенно поинтересовалась она.

Я вздрогнула. До того пугающим был взгляд янтарных глаз.

Говорят, прабабка Брианы была ведьмой с Безграничья, что умела обращаться лесной дикой кошкой и владела безграничной тёмной магией. Но никто не знает наверняка, правда это или нет. Прадед воспитывал бабушку Бри в гордом одиночестве и унёс тайну её появления на свет с собой в могилу. И, казалось бы, это произошло больше века назад, только слухи вокруг рода Лассе никак не утихали.

Правда, меня это мало заботило. Будь подруга хоть трижды потомком тёмной ведьмы. Она единственная, кто выносила мой несносный характер и участвовала во всех моих дурацких затеях.

– В этот раз я, и правда, зашла слишком далеко… – признала, невесело улыбнувшись. – Попытаюсь донести до отца свои чувства. Он вправе наказать меня, но пусть не пытается выдать замуж, чтобы уберечь от опасности. Иначе…

– Что «иначе»? – подруга приподняла бровь. – Сбежишь из дома? – в её ровном голосе звучала ирония, но меня не обманешь. Я знаю равнодушную неприступную «принцесску», как прозвали Бри за глаза, с детства.

Она волновалась.

– Почему нет? – непринуждённо пожала я плечами в ответ. – Отправлюсь на север. Слышала, там женщины живут наравне с мужчинами, имеют те же права. Поедешь со мной? – прищурилась хитро, подавшись вперёд.

Подруга закатила глаза и усмехнулась.

– Если ты заявишь об этом герцогу, твоя авантюра может увенчаться успехом. Он лучше позволит тебе учиться, но не допустит побега.

– Я знаю, – самодовольно улыбнулась я, гордо задирая подбородок. – Слушай… а может, тебе тоже поступить?

Бри поперхнулась и потянулась за стаканом с водой.

– Тебя чем-то одурманили, пока проходила собеседование? – поинтересовалась она, быстро справившись с удивлением. – У меня нет тяги к алхимии и силы драконорожденной во мне, как и в тебе: капли две-три. Так что я забыла в Драгхаре? Адептов, если только пугать…

– Не знаю, – отозвалась непринуждённо. – Но ты самая смелая и боевая девушка из всех, кого я встречала. К тому же на время учёбы можно забыть о замужестве, а это, знаешь ли, целых три года. Три года свободы, – добавила шёпотом, многозначительно поиграв бровями.

– Замужество мне и так не грозит, – деланно-равнодушно отмахнулась Бри, но я-то знала, что вопрос происхождения её немало тревожит. Ведь именно из-за него у ворот поместья Лассе не выстраивалась очередь желающих породниться с их богатым и тоже древним родом. – Но я подумаю над твоим предложением. Может быть, решусь. Никто не знает, как повернётся моя судьба в следующем году…

Я накрыла сжатую в кулак руку Брианы и ободряюще улыбнулась.

– Нет причин переживать о том, что ещё не случилось. Даже если в тебе пробудится дар тёмной ведьмы, ты всё равно останешься моей подругой.

… в янтарных глазах читалась благодарность.

Я сделала вид, что ищу взглядом настенные часы, чтобы сгладить возникшую между нами неловкость. Достала из кошелька деньги и положила их на стол.

– Мне пора возвращаться. Тебе лучше уйти первой, – усмехнулась, кивнув головой на окно, за которым топтались верноподданные семьи Лассе.

Бриана не выходила без охраны, на неё уже не раз совершалось покушение…

– А ты? Разве мне не следует подвезти тебя до академии? – вставая, спросила она.

– Поймаю пролётку, – улыбнулась бесстрастно. – Не хочу, чтобы слухи о моём поступление в Драгхар дошли до моего отца раньше, чем я переступлю порог поместья.

– Думаешь, ему уже не доложили? – скептически поинтересовалась Бри и махнула красными перчатками. – Забудь. Это был риторический вопрос. Я всё равно не смогу тебя переубедить, но… – она взяла свой ридикюль и посмотрела в мои глаза. – Но я приду на помощь, если что-то случится. Я обязана тебе жизнью…

Мои глаза ошеломлённо округлись. Я поспешила развернуть подругу к выходу из кофейни. Ещё услышит кто-нибудь, и так подавальщицы косятся.

– Перестань болтать всякую ерунду! – притворно разозлилась я. – И, если ты дружишь со мной лишь из чувства благодарности, то я тебя поколочу, – пригрозила шёпотом.

Бри усмехнулась. Дружески похлопала меня по плечу, надела шляпку и чинно удалилась.

Я облегчённо выдохнула, но как выяснилось, рано.

На выходе я столкнулась с ректором академии Драгхар (его сложно не узнать). Рост под два метра, волосы до плеч, лёгкая щетина и подавляющая аура истинного драконорожденного. Чистая кровь, разрушительная сила…

«Не думала, что такой мужчина любит сладкое…» – подумала, исполняя положенный реверанс, хотя предпочла бы сделать вид, что не заметила и пройти мимо, но… Но как вообще можно его не заметить?!

– Добрый день, господин ректор. Какая неожиданная встреча… – натянуто улыбнулась я, отводя взгляд.

Мы с этим человеком сталкиваемся всего второй раз, но до чего же у меня непринятые ощущения рядом с ним. Прямо мороз по коже и нутро будто стягивает необъяснимой тревогой…

– Действительно, – внезапно усмехнулся мужчина, вынуждая меня взглянуть на него.

Я поражённо замерла.

«Его глаза всегда были настолько синими?» – мелькнула ошеломлённая мысль.

И почему мне вдруг показалось, что я уже у кого-то видела точно такие же…

Ощутив неловкость, я попыталась отойти в сторону.

– Была рада повидаться с вами, но мне уже пора возвращаться. Всего доброго, господин ректор, – выпалила торопливо, выдавливая из себя учтивую улыбку.

Подхватила юбку платья и уже хотела сбежать, как была остановлена спокойным, пробирающим до дрожи голосом:

– Я могу вас подвезти, леди Асвид.

Медленно обернулась, собираясь вежливо отказаться, но наткнулась на изучающе-насмешливый взгляд.

На меня никто так не смотрел. Снисходительно. Будто я несмышлёный избалованный ребёнок. Даже отец не позволял себе подобных взглядов, а он меня баловал, да.

– Я тоже возвращаюсь, так что нам по пути, – как ни в чём ни бывало произнёс Виктор Гард. Имя показалось знакомым, ещё тогда, при первой нашей встрече, но я даже не пыталась вспомнить. Бесполезно. В моей голове не задерживалась ненужная мне информация дольше минуты. Выветривалась. – Если вас не затруднит подождать немного, пока я заберу свой заказ, то мы можем отправиться вместе. На моём экипаже, – непринуждённо произнёс он, указав на имперскую белую карету, отделанную позолотой.

– Эм-м… мне кажется, господин ректор, это не совсем уместно. Я бы не хотела, чтобы меня видели выходящей из вашего экипажа сотрудники и адепты академии. Могут пойти некрасивые слухи, – парировала я, удерживая на лице дурацкую учтивую улыбку. Даже скулы сводить начало.

«Просто отпусти меня уже и иди за своими тортиками…» – начала мысленно заводиться.

Мужчина прикрыл смех покашливанием, видимо, находя в происходящем нечто забавное.

– Если вы так тревожитесь о своей репутации, леди Асвид, то вам не следует гулять и посещать общественные места без личного сопровождения, вы же дочь герцога. А нанимая пролётку, вы можете угодить в неприятности.

«Не поспоришь…» – подумала удручённо.

– Не переживайте так, я высажу вас у дальних ворот с южной стороны, никто не узнает, что мы приехали вместе… – внезапно заговорщицки прошептал он, склонившись ко мне. – Мой долг заботиться обо всех адептах Драгхара. Каким ректором я буду, если брошу вас тут?

– Ну, если это ваш долг… – пробормотала невнятно, сдаваясь.

В конце концов Виктор Гард прав. Академия находилась на окраине Вессалиса, за его крепостными стенами. Случаи нападения разбойников кране редки, но всё же есть. Всякое может быть.

– Тогда, если вас не затруднит, давайте заберём заказ весте. Мне совесть не позволит оставить юную незамужнюю девушку дожидаться меня на улице, – произнёс ректор и любезно распахнул для меня дверь кофейни, из которой я только что вышла.

Проходящие мимо дамы неприлично захихикали, прикрываясь кружевными веерами.

Я бросила на них осуждающий взгляд, но нахалки даже не заметили. Их внимание было приковано к моему неожиданному спутнику.

Как ни странно Виктор Гард даже бровью не повёл, сделал вид, что вовсе не его облизывают горящими кокетливыми взглядами.

«Привык, наверное,» – хмыкнула про себя и, подобрав края юбки, вошла в заведение, наполненное ароматом кофе, сладостью клубничного конфитюра и сливочного крема…

Ректора тут же облепили миловидные работницы кофейни в бело-гобой униформе с огромными бантами на груди. Они перебивали друг дружку и бесцеремонно висли на руках мужчины, на что он пытался вежливо их вразумить, но не слишком-то убедительно. Вероятно, ему нравится подобное поведение.

Я тихо фыркнула и перевела взгляд в сторону, якобы заинтересовавшись настенным барельефом.

– Милорд, заглядывайте к нам почаще! – донеслось до меня радостное щебетание одной из сотрудниц.

– Ваша мужественность и красота – услада для наших глаз, – хихикнула другая.

Я на секунду прикрыла глаза.

«Что я вообще здесь делаю?»

– Прошу прощения, милые барышни, но меня ожидает моя спутница, – наконец произнёс ректор. – Могли бы вы поторопиться и принести заказанные мной с утра две коробки пирожных?

– Ах, милорд, вы так жестоки, – пожурила одна из девиц.

Хорошо, что я отвернулась и не видела их заискивающих довольных лиц. Совершенно возмутительное поведение. Как можно вести себя столь беспечно в обществе мужчины? Тем более аристократа. Драконорожденного.

– Я часто здесь бываю, – раздался рядом голос ректора, заставив меня едва заметно дёрнуться от неожиданности. – У нас с коллегами давно сложилась традиция: отмечать завершение вступительных испытаний чаем с пирожными именно из этой кофейни, несмотря на то, что в столице достаточно кондитерских.

Я понимающе улыбнулась.

– Не могу не согласиться, десерты здесь восхитительны. Сколько себя помню, покупала здесь вессалискую феерию и сливочную слойку.

В этот момент из-за прилавка вышла улыбчивая подавальщица.

– Две коробки вессалиской феерии для молодого господина.

– Благодарю, – усмехнулся мужчина, забирая свой заказ.

Я изумлённо приподняла бровь.

– Серьёзно? Вы тоже любите эти пирожные?

– Простое совпадение, – улыбнулся он, поворачиваясь ко мне. – Идёмте?

– Да… – спохватилась я и направилась к выходу, на самом деле чувствуя себя несколько растерянной.

Мужчины, как правило, не являлись поклонниками чересчур нежных десертов, считая их исключительно «женскими», а тут… ректор академии Драгхар и вессалиская феерия? Мне это снится?

Лакей распахнул для меня дверцу кареты и подал руку. Благодарно кивнула и устроилась на обитом бело-золотым бархатом мягком сиденье.

Ректор сел напротив, рядом положил коробки с пирожными. Карета плавно тронулась с места…

Обычно я не испытывала смущения в обществе мужчин, хоть и предпочитала пропускать различные светские мероприятия и посещала только те, от которых невозможно было отказаться, вроде ежегодного императорского бала. Но сейчас… находясь в одной карете с Виктором Гардом, я в полной мере осознала, что такое настоящее смущение.

У меня покраснели уши. И это от одного направленного на меня немигающего взгляда глубоких синих глаз.

«Лучше бы с Брианой поехала, честное слово…» – подумала обречённо и, закусив губу, отвернулась к окошку.

Глава 3. Тонкая нить воспоминаний, которая не должна оборваться

Виктор Гард

Видеть смущение строптивой девчонки было забавно. Как и забавно наблюдать за ней уже повзрослевшей. Узнавать с новой, незнакомой Виктору стороны. И пусть она забыла его, забыла обо всех своих детских и нелепых обещаниях… в этом нет её вины, для Виктора они всё так же оставались важны.

Едва удержался, чтобы не податься вперёд и не тронуть пальцем закушенную губу девчонки. Так и подмывало сказать, что не следует этого делать: такие прекрасные губы не должны быть искусаны, только если в порыве страсти. Они созданы для поцелуев, нежных и робких, мягких и капельку жадных, но, конечно, он этого не скажет. Не сейчас…

Виктор повернулся в другую сторону, давая возможность забывчивой невесте выдохнуть. А то у неё такое страдальческое лицо… наверное, сидит и посыпает голову пеплом, проклиная себя за то, что села с ректором в одну карету.

«А раньше сама приходила,» – про себя усмехнулся Виктор и, опустив ладонь поверх коробок с десертами, позволил воспоминаниям утянуть себя в прошлое. На одиннадцать лет назад…

Ему исполнилось двадцать. Только закончил военную академию и должен был поступить на службу в Императорскую гвардию, как внезапно пробудилась сила драконорожденного. Откуда она вообще взялась?

Виктор не знал родителей, рос в сиротском доме, никаких признаков драконорожденного в нём не проявлялось. Обычный мальчишка. Ну, ладно, не совсем обычный.

Виктор всегда был целеустремлённым и волевым, благодаря чему и поступил в военную академию. Он так усердно тренировался и учился, что безусловно заслужил звание лучшего выпускника. Он должен был командовать особым подразделением, но всё изменилось в один миг…

Позднее становление. Жар. Невыносимая боль. Агония. Пробудившаяся сила словно пыталась убить своего обладателя. И убила бы, вероятно, не появись благородный герцог Ральф Асвид, который примчался из столицы, чтобы лично забрать несчастного гвардейца и помочь ему в период становления, которое обычно случалось у мальчиков в возрасте восьми-десяти лет и проходило быстрее и легче.

Позже герцог говорил, что стал наставником по приказу императора, но Виктор знал, что это не так. Никакого приказа не было. Всем было плевать на него и его «проснувшуюся кровь дракона».

Виктора поселили в гостевом домике на территории имения Асвидов, но он каким-то непостижимым образом оказался в учебной башне. Скорее всего сам дополз туда в беспамятстве, потому что в башне было прохладно и тихо. Тихо до определённого времени.

В один из моментов «пробуждения», когда лихорадка ослабила хватку под действием экспериментальной сыворотки леди Асвид, Виктор увидел её.

Смешливую девчонку с двумя светлыми косичками и по-детски округлым лицом. Она склонилась над ним и внимательно смотрела своими фиалковыми глазами, слишком яркими даже для дочери драконорожденного.

– Ты кто?

– А ты?.. – прохрипел Виктор.

– А я дочь герцога, – вздёрнув нос, ответила девчушка. На вид ей было лет десять, но позже Виктор узнал, что едва исполнилось восемь. Малышка просто выглядела старше, да и вела себя вполне разумно и осознанно. – Почему ты лежишь на полу?

– Здесь прохладно… – слабо вымолвил Виктор и заозирался, взглядом ища графин с водой. Где-то он должен стоять.

Супруга герцога появлялась бесшумно, но всегда оставляла всё самое необходимое. Лекарства, способные притупить боль, отвары, чтобы избежать обезвоживания и лично вводила Виктору сыворотку, которая, по её словам, должна помочь организму справиться с перегрузками, вызванными пробуждением силы.

На какое-то мгновение дочь герцога исчезла из поля зрения и появилась вновь со стаканом в руке.

– Пей, – велела непреклонно и сама начала заливать воду в приоткрытый рот Виктора, едва не утопив его…

… кашлял долго.

А юная нахалка сделала вид, что ничего не случилось, поставила стакан там докуда Виктор точно не дотянется, и припала к распахнутому окну, достав из кармана короткого летнего платья рогатку.

– Что ты делаешь? – спросил он сипло, вытирая подбородок и шею рукавом льняной рубахи.

– Стреляю по соседским мальчишкам, – гордо ответила девчонка. Забралась на старый деревянный ящик, достала из другого кармана какие-то ягоды и прицелилась. – Братья Стронг слишком зазнавшиеся, одного со мной возраста, но ведут себя так высокомерно, нужно их проучить.

Виктор улыбнулся. Впервые за долгое время. Раньше не было особых причин и поводов для радости. В сиротском доме он ни с кем не ладил, в академии был поглощён учёбой и всё время соперничал с другими адептами. А тут…

– Мэй Асвид! – раздался от двери громогласный голос герцога. – Почему ты снова сбежала от гувернантки?! Тебе нужно учиться, а ты… о-о, Вик? – спросил ошеломлённо, наконец, заметив своего нерадивого ученика. – Люсильда сказала, что ты перебрался в башню, но я не думал, что ты… вот так валяешься на полу. Может, помочь тебе вернуться в дом? Здесь нет места для кровати…

– Там душно… – едва слышно прошелестел Виктор, ощущая, как лихорадка вновь затаскивает его в беспамятство, полное мучительной боли и агонии.

Герцог присел рядом на корточки и опустил на лоб свою шершавую огромную ладонь.

– Потерпи немного. Скоро я приду и «успокою» твою силу, сможешь поспать нормально.

Виктор благодарно кивнул и закрыл глаза. Больше ему ничего и не нужно было, только спокойно провести ночь и дожить до утра…

До утра он как ни странно дожил, принял лекарства, а вот от еды воротило. Завтрак так и остался стоять нетронутым на столе.

Ближе к полудню явился белокурый бесёнок. На этот раз с упрёками.

– Ты что, помереть собрался? – бесцеремонно поинтересовалась негодница, вновь нависнув над Виктором.

Забавно, но в фиалковых глазах не было жалости. Ничего из того, что так задевало гордость юнца-беспризорника, мечтавшего стать кем-то. Кем-то большим, чем он есть на самом деле.

– С чего ты это взяла? – хрипло поинтересовался Виктор.

– Так папа сказал, – беззаботно ответила девчонка. Запрыгнула на стол и, болтая ногой, взяла с подноса стручок отварной фасоли. – Утром мама пожаловалась, что ты ничего не ешь, а папа рассердился: «Этот упрямый мальчишка помереть собрался?!» – подражая голосу герцога, воскликнула она.

Виктор снова улыбнулся.

– Я не могу есть. Меня тошнит.

– И это вся причина? – разочарованно протянула девчонка. – Лежи здесь, никуда не уходи, – строго велела она и, спрыгнув со стола, куда-то умчалась.

«Можно подумать, я смогу…» – мелькнула отстранённая мысль, и Виктор закрыл глаза.

Он потерял счёт времени, но когда вновь распахнул веки, то уже по обыкновению увидел над собой кукольное непосредственное лицо девчонки и пронзительные фиалковые глаза.

– Я принесла тебе пирожные. Мои любимые… – воодушевлённо протянула она и села рядом, прямо на пол. – Воздушный творожный крем, клубничная прослойка, нежнейший бисквит. От такого просто не может вырвать. Ты обязан их попробовать! – заявила нахалка.

– Я не хочу, – вяло отозвался Виктор. – Всё равно стошнит.

– Как это стошнит?! – возмутилась малышка. От звонкого голоса заложило ухо. – Ты что такое говоришь, невежа?! Это же вессалиская феерия! От этих пирожных не может тошнить.

У Виктора не было сил спорить, но и заталкивать в себя десерт особого желания не возникало. Он вообще не любил сладкое.

– Разве тебе не нужно заниматься? – поинтересовался сипло, малодушно надеясь, что за девчонкой вот-вот прибежит гувернантка.

– Не пытайся перевести тему, – хмуро произнесла она, снова нависнув над Виктором. – Давай так, если тебя вырвет после того, как съешь пирожное, я месяц их есть не буду! А если всё же не вырвет, ты купишь мне целую коробку, как поправишься. Идёт? – фиалковые глаза искрились азартным алчным блеском.

«Она точно дочь аристократов?» – флегматично подумал Виктор и согласился…

– Прошу прощения, долго нам ещё ехать? – осторожный голос повзрослевшей нахалки вернул Виктора в реальность.

Он никогда не забывал о днях, проведённых в имении герцога, не забывал о его доброте и доброте его супруги…

– Такое чувство, что мы еле катимся… – пробормотала девчонка себе под нос, снова отворачиваясь к окну.

– Куда вы так торопитесь, леди Асвид? – иронично поинтересовался Виктор, хотя и сам знал причину. Несносная невеста должна ещё успеть вернуться до ужина домой и «обрадовать» отца замечательной новостью о своём поступлении. – Вам неуютно со мной? – почему бы и не подразнить немного…

– Вы ректор академии, в которую я мечтала поступить, естественно, что мне немного неловко, – натянуто улыбнулась она, повернувшись.

– Вам не о чем волноваться, – попытался успокоить Виктор. Успокоить и немного напомнить о себе, хотя это именно он тот, кто пропал на столько лет и ничем не напоминал о себе. – Я давно знаком с вашим отцом и даже помню вас маленькой. Я точно не из тех мужчин, которых вам следует опасаться.

Девчонка неожиданно нахмурилась.

– Мне очень жаль, господин Гард, но… я почти ничего не помню до момента трагедии, которая унесла жизнь моей матери. Для меня её смерть стала огромным потрясением, от которого я едва оправилась. И потом… есть воспоминания, которые словно выпадают из моей памяти. Чтобы что-то запомнить, мне приходится прикладывать огромные усилия…

– И даже целители не смогли помочь? – недоумённо поинтересовался Виктор, становясь задумчиво-мрачным.

Девчонка усмехнулась и снова это сделала: нервно покусала губу.

– Сказали, что это защитная реакция моего подсознания. Предлагали вмешательство менталистов, но я отказалась. Слишком рискованно. Главное, что я помню счастливые моменты, проведённые с мамой и… я как будто бы перестала скучать по ней, грустить. Знаю, что она погибла, но ощущения такие, словно она всё время рядом, наблюдает за мной и поддерживает… – она осеклась, будто осознав, что сказала лишнего. – Эм-м, прошу прощения, не знаю почему я вдруг…

– Вам не за что извиняться, леди Асвид, – перебил Виктор, не давая возможности своей невесте и дальше оправдываться. Она не должна чувствовать себя в его обществе растерянно, жалко, неуютно. – Ничего страшного, если вы не помните меня. О, посмотрите, мы почти на месте, – он приоткрыл шторку и едва не рассмеялся, когда Мэй радостно подскочила с места и выглянула в окно.

– И правда… – облегчённо выдохнула она.

Карета остановилась у южных ворот.

– Учитесь усердно, леди Асвид, чтобы стать таким же невероятным алхимиком, как ваша мама, – произнёс Виктор, когда дверца кареты распахнулась. – Люсильда бы гордилась вами, – добавил вполне искренне.

Фиалковые глаза девчонки подозрительно сощурились.

– Если вы давно знакомы с моим отцом, то и маму хорошо знали?

Пришёл черед Виктора отводить взгляд.

– Она была добра ко мне…

– Только не говорите, что были влюблены в неё?! – воскликнула несносная девчонка, едва не завалившись обратно на сиденье.

– Да с чего бы мне… – ошеломлённо начал Виктор, но вовремя остановился и взял себя в руки. – Нет, леди Асвид, вы неверно меня поняли. Я испытывал к вашей матери глубокую благодарность, но не более того. А теперь вам пора, – твёрдо произнёс он и помог невесте выбраться наружу. – Будьте осторожны и не ввязывайтесь в неприятности, не заставляйте вашего отца переживать, – напутствовал он.

– Постараюсь, – буркнула негодница и захлопнула дверцу так, что стенки задрожали.

Виктор усмехнулся и велел трогать…

Глава 4. Дочь герцога не может уронить своё достоинство

Мэй Асвид

В административном корпусе было людно. Я рассчитывала приехать раньше, чтобы как раз избежать давки и занять место поближе к дверям секретариата, но что вышло, то вышло. Не скажу, что добралась быстро и совсем уж комфортно (потому что в обществе ректора мне было жуть как неуютно), зато безопасно.

Все лавки оказались заняты. Пришлось встать в конце коридора.

Крепко вцепившись в ремешки сумочки, я повернулась, якобы заинтересовавшись висящими на стене картинами. Не хотела привлекать к себе лишнее вынимание, хотя вряд ли подобное возможно избежать. Кто в столице не знает своенравную дочь герцога?

Это на окраине империи обо мне мало кто слышал, а тут… каждая крыса.

В обществе ходила молва, что герцог отклонил предложение императора о помолвке наследного принца и его дочери. И монарх принял отказ, только из-за того, что Ральф Асвид занимал первое место после императора в вассально-ленной иерархии. Скандала удалось избежать благодаря их многолетней дружбе, но отношения двух давних приятелей якобы сильно испортились.

Слуги и даже аристократы любят разносить слухи, а народ их приукрашивать.

Я и Эдриан никогда всерьёз не планировали помолвку. Но часто подначивали друг друга во время дружеских встреч в императорском дворце и как-то отец пошутил, что лучше отправит меня в монастырь Девы Виктории, чем позволит мне выйти за наследника престола, ведь я нанесу империи огромный ущерб. Папенька всегда был обо мне высокого мнения.

Но придворные поняли его по-своему, и вот я уже три года имею репутацию избалованной зазнавшейся девчонки, по мнению которой даже принц не достоин её руки. Нет, отчасти люди правы, только отчасти (характер у меня действительно не сахар и отец многое мне позволяет), но кто я такая, чтобы их переубеждать.

– Леди Асвид, подумать только! – раздался за спиной притворно-восторженный женский возглас. Я медленно повернулась, встречая незнакомку равнодушным взгляд. – Вы не ошиблись заведением, ваша светлость? – насмешливо поинтересовалась рыжеволосая нахалка, привлекая внимание публики. – Разве дочери великого герцога подобает учиться рядом с простыми смертными?

– Прошу прощения, не услышала вашего имени, – ровно отозвалась я. Незнакомка непонимающе нахмурилась. – В приличном обществе принято представляться, прежде чем заговаривать с теми, с кем не имеете личного знакомства, – любезно пояснила и поспешила показать пример подобающего поведения. – Мэй Асвид, дочь герцога Асвид, поступаю в академию Драгхар на факультет алхимии, – исполнила книксен и подняла голову.

Незнакомка иронично усмехнулась, тряхнув копной рыжих волос.

– Мы не на приёме, леди Асвид, и спешу заметить, что в академии все равны, нет титулов и чинов, никто не будет отвешивать вам поклоны и обращаться «ваша светлость». Вас ждёт трудное испытание, поэтому мы и удивлены увидеть тебя тут, – едко вымолвила девица, перейдя на неформальное обращение, чем вызвала смешки собравшихся.

Я подавила вздох, непринуждённо улыбнувшись.

Меня не вывести такими неумелыми провокациями и не напугать детскими нападками. Мне не привыкать слышать вещи и похуже, смельчаков хватает…

– Хотите сказать, мисс, адепты столичной академии лишены манер и не знакомы с элементарными нормами приличия?

– Я этого не говорила! – возмущённо воскликнула рыжеволосая.

– Но как будто бы подразумевали, – невинно улыбнулась в ответ. – Предлагаю прекратить этот крайне занимательный разговор и дождаться оглашения результатов. Мудрые люди меряются знаниями, слышали о таком? Я буду только рада, если ко мне будут относиться наравне со всеми и оценивать исключительно мои умения, а не герцогский титул.

– Аристократы, и правда, слишком самонадеянные и заносчивые, – презрительно выплюнула темноволосая девушка и с такими же тёмными глазами. Вероятно, силы драконорожденной в ней ещё меньше, чем в рыжеволосой подружке. – Ты так уверенно говоришь об обучении, хотя списки ещё не оглашены. Хватило наглости воспользоваться своим положением, пока остальные пробиваются собственными силами?

Я чуть не рассмеялась в голос. Своим положением? Да когда отец узнает, что я подала документы, он запрёт меня в башне до скончания веков.

Но оправдываться желания не возникало. К тому же я действительно была уверена, что поступила. Иначе зачем бы ректору говорить мне, чтобы училась усерднее? Если только он не был в курсе результатов собеседования…

– Мисс… не знаю вашего имени, – произнесла, обворожительно улыбаясь. – Чтобы разбрасываться подобными обвинениями, нужно иметь хоть какие-то доказательства, иначе вас могут запросто вызвать в суд за клевету.

Тёмненькая беззвучно заскрежетала зубами, я буквально кожей ощущала её едва сдерживаемое желание ударить меня.

Как прискорбно, когда в споре, кроме кулаков и пустить нечего.

– Ректор Драгхара славится своей честностью и неподкупностью, – виртуозно соврала я, обведя толпу бесстрастным взглядом. На самом же деле я ничего не знала о Викторе Гарде. Но кто станет проверять, да? – К тому же моя мать была выдающимся алхимиком, поэтому предлагаю оставить наши… разногласия и решить все обиды и недопонимания во время обучения. Преподаватели не станут идти мне на уступки, только потому что я дочь герцога, потому что таким образом они подорвут авторитет всей академии, а значит самого ректора и императора.

Позади толпы раздались глухие хлопки. Девушки и немногочисленные юноши расступились, пропуская декана факультета алхимии. Севера Хальда. Обладателя пепельно-русых длинных волос и прозрачно-серых глаз. Я ещё во время собеседования обратила внимание на его необычную внешность.

– Браво, леди Асвид, – ровно произнёс он и протянул мне руку. Я машинально пожала её, что не совсем принято этикетом. – Меньшего я и не ждал от дочери герцога. И раз уж я стал свидетелем вашего… разговора, хочу лично поздравить с зачислением на мой факультет. Скоро мисс Брэкет вывесит списки поступивших и не сомневайтесь, ваше имя там есть, – дружелюбно улыбнулся он, хоть это и выглядело немного жутковато. – Ждём от вас высоких результатов. Всё-таки ваша мама знаменитая Люсильда Асвид, не запятнайте её имя.

– Приложу для этого все силы! – заверила я, исполнив реверанс.

В груди взволнованно стучало сердце.

«Я, правда, поступила? Вот папа обрадуется…»

***

Отец ожидал в столовой. Дворецкий сразу же доложил о моём возращении, и папенька велел подавать ужин, на подготовку к которому выделил мне двадцать минут.

Пришлось воспользоваться помощью служанок. Они помогли мне быстро раздеться, ополоснуться и переодеться в вещи, любезно приготовленные камеристкой, которая и с причёской проворно справилась.

Оливия обладала некоторыми навыками бытовой магии, за что я её очень уважала и ценила. Её способности не раз меня выручали.

Я расправила плечи, взялась за ручку и решительно покинула свои комнаты. Нет смысла оттягивать неизбежное, нужно просто принять свою судьбу. Принять с гордостью, ни о чём не сожалея.

Да, сначала я хотела убедить отца позволить мне учиться хитростью, потом хотела взять шантажом, но… я уже и так натворила дел. Буду честна и открыта.

– Ваша светлость, – исполнила книксен, подошла и бесцеремонно поцеловала отца в щёку. Звонко. От души. – Как твоё самочувствие?

Герцог сцепил пальцы под подбородком, окинув меня скептически-снисходительным взглядом.

– А ты как думаешь?

– Думаю, прекрасно, ведь у вас, ваша светлость, такая замечательная дочь, – игриво подмигнула и села рядом.

Слуги тут же засуетились. Я расстелила на коленях салфетку, развернула влажное полотенце и вытерла руки.

– Не подхалимничай мне тут, – деланно-строго вымолвил он и взял приборы. Слуга поднял крышку, накрывавшую блюдо. Ароматную рыбу в винном соусе и овощами, приготовленными на пару. – Лучше скажи, как проходит подготовка к помолвке.

Я судорожно выдохнула, напряжённо сжимая в руке вилку.

– Прости, отец. Я не смогу исполнить твою волю… – взволнованно облизала губы и подняла на герцога взгляд. – Я подделала согласие и поступила в Драгхар, сегодня декан академии алхимиков лично поздравил меня и пожал руку. Я не отступлю.

Папа неопределённо качнул головой. Обычно такой мужественный, такой суровый он мне вдруг показался невероятно слабым и постаревшим.

В носу предательски защипало.

Я поднялась со своего места, подошла к нему и обняла.

– Прости меня… Мне, правда, жаль, – прошептала виновато, не желая отпускать родителя. – Знаю, что довожу тебя, что всё время заставляю нервничать, но я уже могу сама о себе позаботиться. И… – я опустила руки и отстранилась, – я просто не смогу иначе. Я всем сердцем хочу учиться. Как мама…

– Ну ладно, ладно… – рассеянно вымолвил он и махнул рукой. – Я всё понял. Возвращайся на место, нельзя, чтобы труды господина Жакко пропали даром, он так всегда старается…

Я села за стол и воодушевлённо приступила к трапезе, пока герцог не передумал. Вообще немного странно, что он так спокойно отреагировал.

Я замерла, опустила приборы и пристально вгляделась в задумчивое лицо родителя.

– Ты уже был в курсе, да? Кто-то успел тебе донести? – я подозрительно сощурилась, наблюдая, как герцог тянется за бокалом с водой. Меня вдруг осенило. Непросто же так ректор сказал, что знаком с моим отцом. Может ли быть, что он… – Виктор Гард тебе сообщил, верно?

Губы герцога дрогнули в слабой блёклой улыбке.

– Не вини его за это. Он был тем, кто убедил меня позволить тебе обучаться.

– Но я не понимаю, как он узнал? Печать ведь настоящая… – растерянно пробормотала я. Неужели я чем-то выдала себя во время собеседования?

Отец пожал плечами.

– Вероятно, Виктор слышал о твоей помолвке, к тому же он хорошо знает меня, поэтому решил уточнить лично, давал я разрешение или нет. Мы обсудили ситуацию, и я принял его доводы…

– О-о… – протянула обескураженно. – Не думала, что на тебя хоть кто-то способен повлиять.

Герцог отпил воды и поставил бокал.

– Ты совсем не помнишь Вика?

Я неопределённо повела плечом.

– Имя кажется знакомым, но я могла услышать его где угодно. В остальном – полный провал.

Отец тяжко вздохнул.

– Ничего, однажды память к тебе вернётся.

Я легкомысленно отмахнулась и продолжила есть.

– Мне это ни к чему, и так нормально. Но теперь мне интересно, что из себя представляет этот Виктор Гард. Если так подумать… фамилия Гард происходит из древнего герцогского рода – прямых родственников нынешнего императора. Я сначала не придала этому значения, но сейчас задумалась, – произнесла, уплетая рыбу.

– Рихард Гард – отец Виктора, является единокровным братом нашего императора, – кивнул отец. Я поражённо уставилась на него. – Это запутанная и печальная история, – туманно добавил он.

– Погоди-погоди! – взволнованно воскликнула я. – Ректор Драгхара племянник императора?! Почему я впервые слышу об этом?

Герцог протянул мне салфетку и показал пальцем на губы, чтобы вытерла.

– Тридцать один год назад произошла страшная трагедия, – начал отец, сцепляя пальцы в замок. Я благодарно вытерла рот и отложила салфетку. – На Рихарда Гарда и его молодую супругу с новорождённым сыном было совершено покушение. Жену герцога убили, а ребёнка посчитали похищенным или пропавшим без вести. И только спустя двадцать лет стало известно, что младенца никто не похищал, а нашли спрятанным в кустах местные рыбаки. Они отнесли его в сиротский дом, где мальчик и рос, а позднее поступил в военную академию…

– Это был Виктор Гард? – спросила я, ощущая нешуточное волнение. Надо же, мне следует больше интересоваться окружающим миром и другими людьми. – Но как он встретился с отцом? Я слышала, что герцог вроде был болен, страдал безумием, а сейчас доживает век в отдалённом старом поместье какого-то приморского городка.

Отец улыбнулся и ласково потрепал меня по волосам, словно несмышлёного ребёнка.

– Когда я встретил Виктора, то сразу понял, что он не простой юноша и не может быть обычной сиротой. К тому же нельзя было отрицать явное сходство между Виктором и Рихардом. Я провёл небольшое расследование и решил привезти мальчишку в поместье Гарда, всё-таки мы хорошо были знакомы и даже поддерживали связь, несмотря на глубокий душевный недуг несчастного герцога.

– И что случилось дальше? – поинтересовалась я, жадно внимая каждому слову.

– А дальше Рихард расплакался, как только увидел Виктора… – тихо закончил папа. – Я никогда не видел, чтобы мужчина так искренне рыдал. Как маленький ребёнок…

История меня никак не касалась, и я вообще редко кому-то сочувствовала, сопереживала незнакомым мне людям, но сейчас отчего-то расчувствовалась.

– А сейчас герцог в порядке?

Отец улыбнулся.

– Он жив, здоров и вполне счастлив, занимаясь своим маленьким садиком и разведением цыплят.

Я усмехнулась, представляя себе эту картинку, а на душе неожиданно потеплело.

– Но всё равно странно, что я ничего не слышала от императора или его сына о Викторе… – протянула задумчиво.

Папа подпёр голову кулаком.

– А ты вообще слышишь хоть что-то, кроме того, что тебя интересует?

Я недоумённо моргнула.

– Так Эдриан общается с Виктором или нет? Император ему благоволит?

– Виктор не лезет в государственные дела, занимаясь исключительно академией, но он поддерживает связь с правящей семьёй, родственники всё же. Бывает, что Леннарт, наш великий и могучий, обращается к нему за советом. Виктор всегда желанный гость во дворце, об этом всем известно, кроме тебя, конечно.

Я ощутила себя ужасно глупо. Нет, я и раньше знала, что обладаю удивительной способностью не замечать происходящего вокруг, но чтобы настолько… В каком мире я вообще жила?

– Ладно… – выдохнула, прочистив горло. – Спасибо за еду. Я пойду тогда к себе. Готовиться…

– Мэй, – вздохнул герцог, подняв на меня печальный взгляд. – Обещай мне… если тебе понадобится помощь, ты придёшь ко мне. Не заставляй меня волноваться ещё больше. Пожалей старика.

– Ну какой ты старик, – буркнула недовольно, задвигая стул. – Молод и полон сил.

– Обещай, – с нажимом повторил он.

– Обещаю, – сдалась я. – Хорошенько отдохни, – произнесла назидательно и поспешила на чердак, где хранились мамины записи и книги…

Глава 5. Путь сложен и тернист, но…

Мэй Асвид

Месяц спустя…

Я вышла во двор женского корпуса, встала перед статуей одного из наших покровителей – Великого Чёрного Дракона, запрокинула голову в едва светлеющее небо и… закричала. Негромко так… но самозабвенно. Вкладывая душу…

Позади заселение, получение учебного пособия, формы и прочие прелести самостоятельной жизни в академии Драгхар.

… эмоции зашкаливали. Нервы звенели от напряжения натянутыми струнами, и я получала разрядку, только выходя с рассветом во двор.

Нужно было подумать, очистить разум, прийти в чувства, в конце концов.

Я справилась с тем, что мне пришлось во всём полагаться только на себя и самой преодолевать трудности, даже такие, как банальная причёска по утрам. Косы я не плела, но уж расчесаться и заколоть заколку оказалась в состоянии.

Я сама одевалась, сама раздевалась, сама принимала ужасный душ, почти привыкла к строгому распорядку и всё это за каких-то жалких две недели! Разве я не делаю успехи? Разве я не достаточно стараюсь?

… стиснула зубы и никому не жалуюсь.

Я даже не подралась с новой соседкой. Высокомерную гадину хотелось придушить ночью подушкой…

«Такие изнеженные аристократки, как ты, ничего сами не добиваются. Беги домой к папочке…» – вспомнила её противный едкий голосок.

– Это я изнеженная? – обратилась к монолитной статуе, высеченной из редкого чёрного мориона, добываемого в Долине падших Драконов. – Да я в детстве червей копала и на рыбалку с мальчишками ходила! Да, меня не хотели брать, но это другая история…

Пнула носком ботинка камешек под ногами и досадливо поморщилась.

Нет, соседку я не убила. Пожелала ей набраться терпения и просто наблюдать, как я окончу академию с отличительными знаками, даже подарила ей свою порцию шоколада, припрятанную с ужина.

Я ведь великодушна, прозорлива и умна (ну, в теории), поэтому в холодную войну, которую пытались развязать девушки факультета алхимиков, ввязываться не собиралась. Я терплю нападки и смешки за спиной, мирюсь с предвзятостью магистров, но есть вещи, с которыми я до сих пор не могу справиться.

– Чёртов декан… – буркнула в сердцах, внутренне содрогаясь от «предвкушения» перед грядущей тренировкой. Это только с виду Север Хальд милосерден и доброжелателен, а на деле…

– Долго ты собираешься сотрясать воздух у статуи Великого? – откуда-то раздался насмешливый голос, вынудивший меня завертеть головой.

Обошла дракона и наткнулась на удивительную картину. На краю мраморного пьедестала, на котором и возвышался крылатый гигант, сидел непревзойдённый Виктор Гард собственной персоной. Он с самым невозмутимым видом читал свежий выпуск столичного Сплетника, прихлёбывая чёрным кофе.

– А давно вы тут… – я вовремя спохватилась и поспешила поклониться. Теперь, когда на мне брюки и рубашка с пиджаком, глупо исполнять реверансы. – Доброе утро, господин ректор, – поприветствовала бодро, но тот лишь отмахнулся.

– Оставь формальности, здесь никого больше нет, – произнёс, перелистывая страницу газеты. – И часто ты так… выплёскиваешь эмоции?

– Нечасто, – соврала, желая поскорее уйти, раз мой покой и уединение всё равно были нарушены. – Прошу прощения, я думала, что совершено одна здесь… – пробормотала неловко.

– Сядь, – велел он и даже подвинулся. – Ну? – поднял на меня взгляд пронзительных синих глаз, в которых отчего-то плясали озорные смешинки.

И что так развеселило этого драконорожденого?

Я опустилась на угол постамента и положила ладони на колени, как послушная ученица.

– Расслабься уже, – хмыкнул ректор. – Я не собираюсь тебя есть.

– Я и не думала… – пробормотала невнятно, отводя взгляд.

И почему именно в обществе этого мужчины я всегда ощущаю себя… странно. Скованно. Зажато. Даже паника временами накатывает. Всегда хочется поскорее сбежать от него.

Нет, я в курсе, какой подавляющей может быть сила драконорожденных: рядом с ними даже воздух искрит, но обычно я ничего не ощущаю. Не ощущаю с другими, но с Виктором Гардом всё иначе…

– Рассказывай, – невозмутимо произнёс он, вновь утыкаясь взглядом в газету.

– Что рассказывать? – не поняла я.

– Что тебя гложет, – усмехнулся, искоса взглянув на меня. – Что беспокоит. Разве не лучше выговориться?

– Эм-м… – озадаченно протянула я. Он же ректор, почему я вообще должна изливать этому мужчине душу? Его не слышно и не видно было этих две недели, всего пару раз сталкивались, а тут вдруг просит «выговориться».

– Когда ты успела стать такой замкнутой и настороженной? – внезапно поинтересовался он. – Лучше кофе попробуй и расскажи, что стряслось. Я ведь давно отучился, вдруг смогу помочь советом. Не забывай, что я ректор этой академии.

– В том-то и проблема, что вы ректор… – отозвалась глухо, а руки сами потянусь к кружке с густым тёмным напитком. Надо же, как легко меня «купить».

– Это преимущество, а не проблема, – хмыкнул он, складывая газету. – Север гоняет вас по полю?

Я неуверенно кивнула.

– Заставляет заниматься вместе с первокурсниками боевого и защитного факультетов. Я честно не понимаю, зачем нам это… Ещё и теории задают столько, что я не успеваю усваивать всю полученную информацию, многое вылетает из головы, как бы я не старалась запомнить. А вечером приходит куратор и устраивает с нами чаепитие, просит нас делиться друг с другом секретами, вынуждает нас меняться одеждой и заплетать друг дружке косы, а я не умею косы! Я лучше бы позанималась пару дополнительных часов, я хочу уже приступить к практике, хочу посетить лабораторию, а не…

Внезапный смешок заставил меня остановиться. Я недоумённо моргнула, медленно осознавая, что действительно вывалила на ректора всё, что думаю, хотя точно не собиралась этого делать.

– Прошу прощения…

– Прошу прощения, – одновременно произнесли мы и столкнулись взглядами.

Ректор улыбнулся, и я против воли вместе с ним.

– Давай, глотни кофе, – мягко произнёс мужчина, помогая мне поднести кружку к губам. – Ты слишком много думаешь и переживаешь, попробуй довериться магистрам и не торопиться так сильно. Поверь, программа обучения для алхимиков готовилась и составлялась не один год под строгим контролем его величества. У нас нет цели навредить вам, и если мисс Уорэн предлагает чаепитие, значит, так нужно. Нужно, чтобы вы отдыхали после такого насыщенного дня, чтобы отдыхал ваш разум, нужно, чтобы между будущими алхимиками царила гармония и понимание.

– А для чего тогда изнурительные тренировки и уроки военной стратегии и планирования? – уже спокойно поинтересовалась я, глотнув кофе. На языке перекатывалась терпкая, но приятная горечь.

– Чтобы алхимики могли защитить себя, – просто произнёс Виктор и поправил ворот моего бирюзового пиджака с гербом академии на плече.

Поразительно, но на душе, правда, стало легче. Я просто вдруг перестала переживать и злиться, в голове царила умиротворяющая пустота.

– Спасибо, – поблагодарила искренне, делая ещё глоток кофе. – Не думала, но разговор с вами, правда, поможет успокоиться.

– Обращайся, – непринуждённо произнёс ректор, поднялся сам и подал руку мне. – Скоро подъём, тебе лучше вернуться в корпус, пока комендант не хватился.

– Ой… – пискнула испуганно, спохватившись.

– Я никому не скажу, что одна энергичная адептка гуляет по территории в запрещённые часы, – произнёс он и хитро подмигнул. – Кофе оставь себе, кружку вернёшь потом, – махнул на прощание газетой и направился в сторону преподавательского крыла.

Я облегчённо выдохнула и уже в хорошем настроении вернулась в комнату, в которой безмятежно дрыхла задиристая соседка…

Спокойно собрала сумку перед занятиями, выписала в блокнот темы, которые нужно углублённо изучить, какие предметы подтянуть, чтобы потом заглянуть в библиотеку. Сходила в уборную и растолкала соседку. Из вредности, но под благовидным предлогом.

– Да чтоб тебя, Асвид! – взвилась соседка, после третьего интенсивного потряхивания. Тёмные, как смоль волосы на её голове напоминали наскоро свитое воронами гнездо. Пьяными воронами…

– Сегодня тренировка со вторым курсом, – отозвалась я непринуждённо, возвращаясь на свою половину. – Ты же не хочешь перед парнями выглядеть вот так? Или в вашей семье принято ходить лохматой и с отпечатками подушки на лице? Если так, то прошу прощения, Грейс, больше не посмею прерывать твой сон, – обворожительно улыбнулась и стратегически сбежала из комнаты.

В захлопнувшуюся за мной дверь что-то ударилось. Наверное, тапок или комок нервов взбесившейся соседки. Всё может быть.

Я расправила плечи и с видом победительницы отправилась в столовую. Любила приходить рано. Почти никого нет, тишина и булочки ещё горячие, фруктов много, можно выбрать любые, а не брать те, что остались. Но главное преимущество – у кухарки можно было выпросить кофе. И хотя я выпила ректорский, всё равно хотелось ещё.

Стоило подумать о нём, как я вспомнила одну интересную деталь. Виктор Гард сегодня впервые обратился ко мне на «ты», без леди и прочего официоза. Просто. Будто мы с ним давние хорошие приятели.

Я сбилась с шага, передёрнувшись в лёгком ужасе. Становиться «приятелями» со знаменитым и выдающимся Гардом как-то не очень хотелось.

Сотрудники на раздаче озадаченно на меня посмотрели. Как бы спрашивая: вы в порядке? Умом не тронулись? Может, душегубов вызвать?

– Гм… – я деловито поправила волосы, пиджак и уже с вежливой улыбкой на устах попросила позвать госпожу Прайм.

Кухарка появилась почти сразу. Единственная женщина в академии, с которой мне удалось подружиться. Может, потому что она в летах, а может потому, что я (по её же словам) напоминаю ей любимую внучку.

– Роза, – поприветствовала, склонив голову. – Доброго здравия, госпожа. Вы сегодня будто помолодели. Неужели опробовали крем для лица, что я вам подарила?

Женщина расцвела улыбкой и кокетливо отмахнулась.

– Скажешь тоже, помолодела… Но крем испытала, – добавила заговорщицки и, подмигнув, поставила на стойку чашку ароматного чёрного напитка. – Ты на кофе бы не налегала. Молода ещё.

– Я ценю вашу заботу, Роза, но боюсь без кофе я не жилец, – произнесла, состроив жалобное лицо, и поспешила забрать чашку, пока мадам кухарка не передумала.

Взяла рисовую кашу, булку с маслом, два мандарина и устроилась за столом у широкого окна, выходящего на тренировочную площадку, будь она неладна.

От всех этих тренировок жутко болели мышцы, да и в целом ломило всё тело, а ещё со второго полугодия обещали ввести фехтование, вот весело будет. Я уже предвижу свой триумфальный позор. Отец будет мной гордиться. Гордиться и плакать.

Не то чтобы я была совсем уж немощна… Точнее, я многим девушкам с факультета могла дать десять очков форы, но… Но мне совершенно точно не хотелось махать рапирой или тем более мечом. Самым грозным моим оружием в детстве была рогатка (так папа рассказывал), и я бы лучше предпочла учиться стрельбе из лука. Только кто меня спрашивал…

Сдала грязную посуду и вернулась в комнату, зная, что соседка уже скорее всего в душевой, а значит, я смогу спокойно переодеться. Так и случилось.

Тренировочный костюм неприятно обтягивал тело. Я до сих пор ещё не смирилась с тем, что почти всегда приходится носить брюки, а не только во время верховой езды, а тут ещё это целое нечто на молнии до пупа.

– Дикость какая… – проворчала, застёгивая костюм под горло. Повернулась к зеркалу задом и обречённо вздохнула. – Что за срамота… Зачем вообще было тратиться на ткань и на пошив этого безобразия, выпускали бы сразу голыми. И девушкам легко, и ребятам приятно…

– Что, любуешься собой? – в комнату вошла соседка. Вытерла лицо полотенцем и небрежно бросила его на спинку стула. – Неужели герцог не смог подобрать достойного жениха, что ты отправилась за ним в академию?

Я невинно улыбнулась, плавно приблизилась к задире и поправила рукав растянутой пижамы, съехавшей с её плеча.

– Всё понять не могу, а чего ты так тревожишься о моей судьбе? Разве не ты у нас выходишь на поле в полной боевой раскраске? Я вот не пытаюсь привлечь чьё-либо внимание с помощью косметики.

– Да пошла ты, – огрызнулась она, шлёпнув меня по руке.

Вот нахалка!

– Удачного дня, – пожелала насмешливо и, прихватив с собой справочник алхимика, поспешила выскочить в коридор, пока в меня опять чем-нибудь не запустили. Не знаю, насколько хватит моей выдержки терпеть столь неуважительное к себе отношение. Я ведь могу и сорваться…

В академии драки были запрещены. За любой проступок строго наказывали, в особых случаях вызывали к ректору и докладывали официальному представителю, подписавшему согласие на обучение. В моём случае, если что-то натворю, сразу доложат отцу. А я не хочу его беспокоить. И ещё переживаю, что, поддавшись эмоциям, он может забыть о своём обещании и попытается забрать меня домой.

На поле как на зло уже подтягивались второкурсники боевого факультета. Видимо, они, в отличие от первогодок, привыкли к раннему подъёму. Да и если сравнивать с «новобранцами», второгодки выгодно отличались на их фоне.

Высокие, широкие в плечах, жилистые. Несмотря на небольшую разницу в возрасте, второгодки визуально выглядели гораздо старше. И мужественнее…

Я прошла к трибуне, чтобы никого не отвлекать, села на скамью и раскрыла довольно «упитанный» справочник. Новое издание. Вся терминология с развёрнутым описанием.

Раскрыла на пятой странице, нашла место, на котором остановилась вчера и приступила к изучению.

Записи мамы и книги, что хранились у нас чердаке почти устарели. За восемь лет, оказывается, многое поменялось в мире алхимии. Появилось много новых веществ, реагентов и химикатов, широко использующихся за границей. Приходилось учить всё фактически заново.

… в глаз внезапно залетела мошка.

Я дёрнулась, вскакивая. Выронила книгу на землю и прижала пальцы к глазу, пронзительно зашипев. Похлопала, поморгала, пытаясь достать неосторожное насекомое.

Глаз отчаянно заслезился.

Видимо, организм самостоятельно пытался избавиться от «тела». Инородного… Смыть его солёной влагой, чтобы даже следов не осталось.

И вот стою я такая красивая с красным слезящимся глазом, а парни, подошедшие к турникам, внезапно начали раздеваться, чего первокурсники никогда не делали. А эти…

Один скинул майку, второй, третий.

Я поняла, что существование мошки в моём глазу меня уже нисколько не заботит. Её судьба – исключительно её лапок дело. А у меня тут… восхитительные мужские торсы. Никогда бы не подумала, что меня будет волновать подобное.

Один из парней, сбросивших майку, подпрыгнул, цепляясь руками за перекладину, и тут заметил меня.

– Эй, ребята! У нас тут гостья. Кажется, специально пришла пораньше, чтобы понаблюдать за нами.

Другие адепты тут же синхронно обратили на меня свои хищные взоры.

– И расплакалась, не веря собственному счастью, – хмыкнул один, зачёсывая пятернёй набок волосы цвета соломы.

В его зелёных глазах вдруг промелькнуло узнавание, которое по идее должно было заставить меня насторожиться, но вместо этого я позорно шмыгнула носом и вытерла с щеки слезу…

Глава 6. Терпение – величайшая из добродетелей

Виктор Гард

Откинувшись на спинку кресла, Виктор прикрыл глаза.

Он понимал, что детские обещания ничего не значат, что не стоит цепляться за прошлое. И даже какое-то время он ни разу не подумал о забавной девчонке с фиалковыми глазами и смешными косичками. Но время шло, а пустоту в груди ни одна женщина, ни одни умелые ласки не могли заполнить. Он всё чаще начал возвращаться мыслями в то время, когда встретил Мэй…

В имении герцога Виктор пробыл три месяца. И если первые две недели он провёл почти в полном беспамятстве, то потом стало легче, сила стабилизовалась, нужно было учиться управлять ею, призывать по-своему желанию. Опять же, без поддержки супругов Асвидов вряд ли бы у него что-то получилось.

Герцог упорно и настойчиво тренировал потерянного мальчишку, внезапно ставшего драконорожденным, а его жена – превосходный алхимик, давала эликсиры, помогающие телу перестроиться под новообретённую силу.

Виктор менялся не только внутренне, но и внешне. Менялось его тело. И он подгонял эти изменения усиленными занятиями, не давал мышцам и разуму расслабляться. Отвлекался только в моменты, когда его уединение нарушал маленький неугомонный вихрь.

По началу Виктор злился. Девчонка появлялась каждый день, всегда внезапно, всегда бесцеремонно. Без умолку трещала, словно сорока, задавала непристойные вопросы, со свойственной ей детской непосредственностью.

Виктор сам не заметил, как привык. Перестал раздражаться и пытаться скорее выставить дочь герцога прочь. Её присутствие стало чем-то обыденным.

– А у тебя есть девушка? – развалившись на цветном пледе посреди зелёного двора, спросила негодница. Она лежала на животе, непринуждённо болтая ногами и с удовольствием уплетая сочные ягоды клубники.

Виктор подтягивался, зацепившись за ветку дерева. Мышцы перекатывались, играя на солнце. По вискам стекали капельки пота.

– А что, похоже будто она у меня есть? – спросил насмешливо, сквозь тяжёлое прерывистое дыхание. Он занимался уже больше трёх часов…

– Ты красивый, – беспечно констатировала нахалка. – И мужественный.

Виктор разжал пальцы и спрыгнул на землю. Стянул с другой ветки полотенце и начал вытираться.

– С чего такие разговоры? Тебе всего восемь, почитала бы лучше книгу.

Девчонка хмыкнула и села, скрещивая ноги.

– Я прочла все, до которых могла дотянуться в башне. Остальные от меня убрали подальше.

Виктор усмехнулся, ничуть не удивившись. Малышка была чересчур смышлёной.

Он закинул полотенце на плечо, подошёл и сел на свободный край пледа, потянулся за бутылью с чаем.

– Как бы то ни было, лучше тебе заняться чем-то другим, а не забивать голову всякими глупостями. Рано ещё об отношениях думать, – назидательно произнёс он, наполняя чашку ароматным напитком с земляникой и мятой.

– Чего это рано? – девчонка обиженно выпятила губу. – Через ещё восемь лет, когда мне исполнится шестнадцать, я достигну брачного возраста. А жениха мне начнут подыскивать заранее. Если это всё равно неизбежно, то пусть он будет похож на тебя.

Виктор поперхнулся и закашлялся, а мелкая зараза услужливо постучала кулачком между лопаток…

– О чём задумался? – поинтересовался Север, выдёргивая из щемящих душу воспоминаний. – Вид у тебя… придурковатый, – скривился он и прошёл за свой стол.

– На себя посмотри, – флегматично отбил Виктор и потянулся. Учебный год не успел начаться, а уже столько забот. Ещё и осенний бал на носу. Кто вообще придумал проводить его в Драгхаре? Ах да… уважаемый дядя, ему-то, конечно, виднее, что для адептов лучше. – Выглядишь помятым, будто всю ночь развлекался с ведьмами Безграничья, – поддел ехидно, доставая из ящика стола документы.

– Уж лучше бы с ведьмами… – недовольно отозвался друг, прикрывая позорный зевок. – Чтобы я ещё раз согласился взять под свою опеку изнеженных соплячек. Всю душу из меня вынули, – пожаловался он и взял огромную кружку, до краёв наполненную чёрным кофе.

– Кстати об этом, – Виктор постучал ручкой по столу. – Ты хоть объясняй девушкам, для чего гоняешь их по полю, а то решат, что ты просто издеваешься над ними и глумишься. Нам не нужны проблемы с недовольными отцами.

– Ар-р… – Север мучительно застонал, запрокидывая голову. – Вик, я мать твою, оборотень, а не плюшевый зайка! Я привык командовать стаей, привык, что моим приказам подчиняются безоговорочно, я был на войне… Ты слишком много от меня хочешь.

– Не слишком, – ровно парировал Виктор. – Я тоже принимал участие в той войне, но сейчас всё иначе. Империи снова нужны алхимики, мы сильно отстаём в развитии от других держав, но… в этот раз девушки должны уметь защищать себя, они должны стать сильнее, умнее и проворнее. Я бы никому другому не смог доверить возглавить этот факультет и не доверил бы тебе, не знай, что ты справишься. Просто будь немного снисходительнее, объясняй свои действия. И тогда ты поймёшь, что и девчонки могут быть очень способными. Найди к ним подход.

– И мне воздастся… – кисло проворчал Север, скривившись. – Я уже и так, чтобы заинтересовать нахалок хоть как-то начал тренировать их с другими факультетами. Но первоки производят на пресытившихся мужским вниманием девиц не особое впечатление. Сегодня устроил тренировку с второгодками, посмотрим, как пойдёт.

Виктор на мгновение поражённо замер.

– Что ты сделал? – спросил недоверчиво.

– Устроил совместную тренировку с парнями боевого факультета, – довольно оскалился так называемый друг, но на деле тот ещё предатель.

«И почему все так стремятся усложнить мне жизнь?» – раздражённо подумал Виктор. На ум пришла мысль, что несносная невеста уже скорее всего на поле, раз встала очень рано. Вряд ли она хочет оставаться в комнате с соседкой, с которой пока не смогла поладить. А значит, уже нос к носу столкнулась с второкурсниками.

Виктор шумно сглотнул, расстёгивая верхнюю пуговицу камзола.

– Ты сейчас туда? – спросил, как можно непринуждённее.

– А куда ещё? – удивился Север. – Нужно контролировать это безобразие. Но я уверен, результат будет. Ни одна девчонка не захочет опозориться перед толпой полуобнажённых накаченных парней.

– Каких парней? – вкрадчиво переспросил Виктор. – Полуобнажённых?

– Ну да, – довольно оскалился оборотень. – Специально велел, чтобы разделились по пояс. На улице ещё не холодно. А что? Какие-то проблемы?

Виктор обречённо прикрыл глаза ладонью.

– Нет. Никаких… – глухо вымолвил он и резко поднялся, сгребая со стола непонятно какие документы. – Идём. Посмотрим вместе. На твою тренировку… – добавил сквозь зубы и стремительно покинул кабинет…

Мэй Асвид

Второкурсник недоверчиво сощурился и плавно шагнул ко мне, пристально вглядываясь в моё лицо.

«Что он пытается там обнаружить? Я же не успела нигде испачкаться?»

Я недоумённо отшатнулась и поинтересовалась:

– Чем-то помочь? Я не хотела прерывать вашу тренировку, просто мошка в глаз попала… – произнесла, не зная, как себя вести. Будь рядом Бриана, она бы мигом разобралась.

– Ага, мошка… Как же, – хохотнул шатен, что недавно потягивался, и обменялся с приятелями понимающими взглядами.

– Мэй? – вдруг спросил зеленоглазый блондин. – Мэй Асвид?

– Мы знакомы? – озадаченно нахмурилась я.

– А ты всё такая же… – саркастично хмыкнул он, засовывая руку в карман тренировочных штанов. – Холодная и высокомерная.

Вот это заявление!

– Прошу прощения, а вы на каком основании такие выводы сделали? – поинтересовалась вкрадчиво. – Хотя нет, не отвечайте. Я просто пойду, – я развернулась, намереваясь забрать справочник и перейти на другую половину поля.

– Эй, Лекс! – раздался оклик позади. – Ты только глянь, кого я встретил! Это же наша прелестная соседка – капризная дочь герцога.

Я замерла с протянутой рукой и резко выпрямилась, так и не подобрав книгу. Перекинула волосы на спину и подозрительно сощурилась, уставившись на идущего к нам ленивой походкой второго точно такого же блондина.

При ближайшем рассмотрении блондины всё же отличались. Незначительно. Но сомнений не было – они родные братья. Возможно, близнецы. Или около того…

– А ты выросла, – флегматично произнёс этот Лекс, окинув меня изучающим взглядом. – Но, что действительно странно… разве ты не собиралась выйти замуж? Об этом судачили ещё месяц назад, а сейчас ты здесь…

Я почувствовала себя очень глупо. Нелепее некуда. Что вообще происходит?

– Решила повторить «путь» матери? – издевательски поинтересовался брат Лекса.

Я умело подавила вспышку вполне себе объяснимого гнева и вежливо поинтересовалась:

– Прошу простить моё невежество, юные господа, а вы кто? – и глазками невинно так хлоп-хлоп.

Близнецы переглянулись.

– Тай и Лекс Стронг, – холодно просвятил Лекс. У него и тембр голоса был более глубокий, низкий и родинка над губой имелась. – Мы жили по соседству с вами, а во время войны перебрались в городок поспокойнее, подальше от столицы.

– Такая юная, а уже на память жалуется, – хохотнул кто-то в толпе.

Я усиленно пыталась вспомнить с кем я там до войны по соседству жила. Полный провал.

– А-а! Стронг! Братья Стронг, ну конечно же! – преувеличенно восторженно воскликнула я. – Вы сильно выросли, – поцокала языком с важным видом. – Я помню вас с юношескими прыщами на лице, а сейчас так возмужали!

Близнецы переменились в лице, а их приятели зашлись смехом. Я быстро подхватила справочник и собралась сбежать, но не тут-то было.

… меня схватили за руку.

– Эй… – Тай дернул меня, разворачивая к себе, словно девушку лёгкого поведения и с сомнительной репутацией. Меня в жизни за руки не хватали. Вообще ни за что не хватали. – Ты что несёшь, больная? – угрожающе процедил он.

– Довольно. Отпусти её, – холодно произнёс Лекс, вдруг подобравшись. Взгляд зелёных, как у брата, глаз устремился вдаль поверх моей макушки.

Я невольно напряглась с ним за компанию и медленно повернула голову.

Со стороны академии к нам через всё поле уверенным шагом шагал декан в сопровождении ректора. Я тут же возжелала провалиться сквозь землю.

– Руку… – произнесла, едва размыкая губы.

Видимо в интонации моего голоса проскользнуло нечто такое, что заставило блондина тут же выпустить меня и спрятать руки за спину.

То же мне, храбрец…

– Что за собрание? Я велел вам отдыхать?! – прозрачно-серые глаза декана вдруг налились опасной желтизной.

– Это и есть твоя хвалёная тренировка? – бесстрастно поинтересовался ректор. Вроде как негромко, обращаясь исключительно к другу, но услышали все.

… из жилого корпуса вывалились будущие алхимики и бодро потрусили в нашу сторону. Группа девушек по численности сильно превосходила группу юношей, что многие считали форменным безобразием и вселенской несправедливостью.

Начало складываться впечатление, что меня одну волнует учёба.

– Тренировка ещё не началась, – сдержанно отозвался декан, закладывая руки за спину. – Стройтесь! Пятнадцать кругов по стадиону и потом на брусья!

– Пусть оденутся, – ровно велел ректор, скользя невозмутимым взглядом по всполошившимся парням. Задержался на братьях Стронг и нахмурился. Между бровей залегла глубокая складка.

На мгновение я так засмотрелась, что не сразу услышала, что ко мне обращаются.

– Ты спишь, что ли, Асвид? – декан помахал рукой перед моим лицом. На губах Виктора Гарда мелькнула и погасла весёлая улыбка. – Чего пришла раньше всех? Так не терпелось полюбоваться парнями? – бесцеремонно поинтересовался он, вскинув будто нарочно выбеленную бровь. Говорят, декан наш чистокровный оборотень, но оборотни живут стаями, обособленно. Этого-то как занесло в столицу?

– Хотела почитать в тишине, господин Хальд, – отозвалась я, демонстрируя справочник алхимика. – Но встретила знакомых детства, мы жили по соседству, – произнесла, нелепо оправдываясь и почему-то боясь взглянуть на ректора. Его тяжёлый взгляд на себе я ощущала каждой клеточкой тела. – С вашего позволения, я бы хотела присоединиться к своей группе и начать тренировку.

Декан отчего-то недовольно скривился, словно проглотил волчью ягоду.

– Аристократы все такие до тошноты вежливые? – поинтересовался он, обращаясь к ректору.

– Они хотя бы не обделены манерами, как некоторые, – тонко намекнул он, взглянув на меня, а уголок его розовых губ дёрнулся в едва заметной улыбке. Я отчего-то улыбнулась в ответ.

Странное чувство.

– Ну если манерами… – проворчал декан и махнул рукой, отпуская меня.

Я поклонилась обоим мужчинам и поспешила к своей группе, стараясь игнорировать жжение между лопатками от чужих взглядов. Наверное, не только ректора, но и непонятно откуда взявшихся «соседей». Вот их мне только не хватало…

Глава 7. Слабый может стать сильным, ленивый – никогда!

Мэй Асвид

В группе девушек царило настоящее оживление. Адептки бурно обсуждали появление ректора на тренировке, а вот эффектное «выступление» полуобнажённых второкурсников они пропустили: всех обязали одеться.

Группа юношей-алхимиков стояла поодаль, с угрюмым видом наблюдая за происходящим. Их можно понять. Когда в поле зрения девушек оказывался знаменитый Виктор Гард, они сразу переключали на него всё своё внимание, забывая об остальных.

«Неужели ректор так хорош?» – заинтересовалась я, склонив голову набок.

Вообще, если присмотреться, мужественности ему не занимать. Да и внешность безусловно притягательная. Один взгляд синих глаз чего стоит.

Буквально за две недели я уже столько слышала о Викторе Гарде, что можно было смело садиться и писать его автобиографию. Неприлично богат, популярен у женщин, безумно силён и опасен для врагов империи. Вообще для любого, кто посмеет перейти ему дорогу. Ко всему прочему до сих пор холост. Выяснилось, что даже император стремится поскорее устроить его брак, и уже подыскивал подходящих кандидаток среди дружественных стран, чтобы укрепить свои позиции в мире. Всё-таки племянник императора, а не абы кто…

Но мне Виктор казался совершенно другим. Сколько бы я на него не смотрела, всегда казалось, что образ, созданный окружающими, ненастоящий его облик. И признаться, я пугалась этого чувства. Чувства, словно мы знакомы очень давно.

«На каникулах расспрошу отца побольше о ректоре…» – решила для себя и переключила внимание на идущего к нам декана уже в компании прелестной мисс Уорэн.

Нет, как куратор она очень старалась, но по моему скромному мнению, ей не доставало жёсткости. И сосредоточенности.

Матильда Уорэн, как и другие представительницы женского пола в академии, очень уж старалась заинтересовать окружающих её мужчин. И чаще флиртовала, чем занималась нами. Более того, она больше других пыталась обратить на себя внимание нашего ректора. Всё время крутилась перед ним, как гулящая кошка перед котом…

– В две шеренги становись! – скомандовал декан, окинув нас хмурым взглядом. – Юноши отжимаются, девушки… с мисс Уорэн разминаются.

Я подавила тяжкий вздох разочарования и встала позади наших бравых активисток. А именно, моей соседки Грейс Трэлори, её верной рыжеволосой выскочки, которая прицепилась ко мне в день собеседования – Лилиан Крэйбл, и ещё одной выдающейся задиры. Оливии Стэйл. Черноглазая смуглая красавица с первого дня позиционировала себя королевой факультета алхимии, но на деле являлась стервой обыкновенной. Ничего примечательного.

Я предпочитала держаться от троицы подальше. Как можно дальше.

– Девочки, встаньте на ширине вытянутых рук, – с улыбкой попросила куратор, чем заслужила неодобрительный взгляд декана. Уж он-то с нами не нянчился.

Пока мы выполняли нехитрые упражнения вроде наклонов, приседаний и поворотов, наши мальчики под чутким руководством декана умирали на полосе препятствий. А с высоты пятого ряда трибуны за нами пристально, словно ястреб следил ректор.

Пока мы выполняли прыжки на месте, декан с куратором не могли решить, как нас мучить дальше, а второкурсники тем временем уже вовсю побеждали брусья.

– Они такие… ум-м… сильные, – протянул кто-то из девчонок.

Следом раздался приглушённый смех.

– Вот бы пригласить кого-нибудь из них на бал.

– А лучше сразу третьекурсников, – поддакнула ещё одна девица.

– Я слышала, что самый полярный среди боевого факультета третьегодок Кайл Сольгард. Он сын советника нашего императора, – томно прокомментировала Оливия, сильно растягивая гласные.

Я сразу предположила, что в её роду потоптались южане. А вот с Кайлом мы были знакомы хорошо и нередко пересекались. Ну, до того момента, как он поступил в Драгхар. Он близок с Эдрианом – у меня просто не было выбора. Так и выходило, что каждый наш с отцом визит проклятой вежливости во дворец заканчивался тем, что я, сын советника и наследный принц втроём коротали время. Обычно за метанием дротиков или игрой в крокет…

– Будем качать пресс! – громогласный голос декана заставил меня недоумённо моргнуть. Судя потому, с каким несчастным видом стояла мисс Уорэн этот спор она проиграла. – Ложитесь на траву, парни будут держать ноги. Не меньше двадцати подъёмов! Давайте, барышни, веселее. Скоро уже занятия начнутся, а вы ещё даже не вспотели.

Я стёрла ладонью пот со лба, нервно усмехнувшись. Пресс так пресс, мне уже ничего не страшно.

– Эй, Асвид, – позвал рыжий паренёк из алхимиков. – Пожалуйся герцогу, он быстро разберётся и освободит нас от этого унижения.

Я перекинула волосы на спину и сдула непослушную прядь со лба.

– Физические упражнения укрепляют не только тело, но и дух. Так что давай, меньше слов… – легла на газон, заведя руки за голову, и согнула ноги в коленях. – Ну? Подержишь?

– Вот ещё, – фыркнул нахал. – Только не тебе, – он развернулся и направился к Милене – русоволосой, довольно молчаливой девчонке.

Так как юношей было значительно меньше, естественно, что многие девушки остались без поддержки. Тогда декану пришлось звать второкурсников. И вот тут я напряглась, резонно опасаясь, что на помощь мне может прийти кто-то из братьев Стронг. Не знаю, чем я там не угодила им в детстве, но настроены они были враждебно. Или я что-то не так поняла. Надо порасспрашивать отца о них.

… чьи-то сильные руки обхватили мои лодыжки и крепко прижали стопы к земле.

Каково же было моё удивление, когда я услышала глубокий вибрирующий голос ректора.

– Поднимайся, – бесстрастно велел он. – Я подстрахую.

От удивления я сразу же села, опуская руки.

– Что вы делаете? – прошептала обескураженно.

Декану, кажется, и дела до нас не было: он следил за другими. А вот куратор странно косилась на нас, будто увидела нечто необычное. Хотя почему «будто»?

– Держу ваши ноги, леди Асвид, – невозмутимо отозвался ректор. Синие глаза завораживающе сверкали. – А на что это ещё похоже?

Я недоверчиво сощурилась.

– Скажите честно… отец что-то пообещал вам за помощь мне?

Он внезапно рассмеялся. Приглушённо, но так… заразительно и очаровательно. Совершенно возмутительно! Разве можно так красиво смеяться?

– Не отвлекаетесь, адептка, – сквозь улыбку произнёс он и мягко надавил ладонью на моё плечо. – Качайте пресс.

– Ладно, если вы настаиваете… – пробормотала растерянно и опустилась на спину, чтобы вновь подняться, уже держа руки за головой…

Из ректора вышел отличный наставник. Конечно, двадцать раз я не смогла подняться, но и пятнадцать были для меня настоящей победой. Правда, я сильно запыхалась, раскраснелись щёки и влажные от пота волосы липли к лицу. Зато я закончила упражнение почти раньше всех.

– Благодарю, господин Гард… – поблагодарила, поднимаясь с земли.

– Не за что, адептка, – усмехнулся он, скользя по моему лицу загадочным взглядом.

Взволнованно облизав губы, я огляделась вокруг. Нас словно вообще никто не замечал.

– Вы ведь не использовали свою силу, чтобы отвести от нас взоры? Слышала, драконорожденные так могут.

– Не понимаю, о чём вы, леди Асвид, – иронично отозвался ректор и, поклонившись, неторопливо направился в сторону академии.

– Не понимаешь, ага, как же… – проворчала недовольно и развернулась, чтобы отпроситься у куратора, но врезалась в грудь декана. – Прошу прощения, господин Хальд, – непроизвольно потупилась, виновато отступая.

– Увидела что-то интересное? – непринуждённо поинтересовался он, посмотрев в том же направлении, в котором удалился ректор.

– Ничего такого, – поспешила заверить. – Я закончила укреплять пресс. Можно мне в душ?

– Ну раз закончила, – хмыкнул куратор и благосклонно махнул рукой…

Забрав справочник алхимика, я отправилась сначала в комнату за вещами и полотенцем, потом уже в душевую.

За две недели в академии я неплохо наловчилась успевать везде раньше других, чтобы максимально избегать неловких ситуаций.

Особенно поначалу было жутко стыдно и неуютно идти в общую уборную, душевую, в столовую… Я никогда и ни с кем не делила комнату и первые дни очень плохо спала, а на утро чувствовала себя разбитой. Как ни странно, помогли нагрузки. Как физические, так и умственные.

Занималась преимущественно в читальном зале, а в комнату возвращалась перед отбоем. Таким образом я почти не пересекалась с соседкой.

Не то чтобы мне не хотелось с кем-то подружиться… Хотелось. Но время ещё не пришло. А я умела ждать. Уж терпением Боги наградили наш род с избытком, ещё на три поколения хватит…

Я уже надевала форму, когда в комнату вернулась взмыленная соседка. Она прошла мимо и начала рыться в своём шкафу.

– Надеюсь, тебе хватит совести не идти на бал, – вдруг серьёзно поинтересовалась она, высунув голову из-за дверцы.

Я на секунду оторопела, но застегнула золотую пуговку на блузе и повернулась к ней с улыбкой на лице.

– Мне не совсем ясна твоя мысль, Грейс. Объясни, будь добра, почему я должна не идти на бал?

Соседка неприязненно поморщилась.

– Ты единственная аристократка на нашем факультете, в твоей жизни было уже много балов и приёмов, не лучше ли тебе пропустить такое… скучное мероприятие?

Я усмехнулась, склоняя голову набок.

– Боишься конкуренции? Думаешь, раз я аристократка, всё внимание парней будет приковано ко мне?

Лицо соседки красноречиво побагровело.

– Ой, да кому ты нужна! Делай, что хочешь, – деланно-равнодушно отмахнулась она и снова принялась усиленно что-то искать.

Я лениво приблизилась к ней и подпёрла плечом закрытую дверцу шкафа.

– К вашей радости и счастью, меня интересует лишь учёба, постараюсь не выделяться. Но могу одолжить несколько своих платьев, можешь выбрать любое для себя и подруг, – обворожительно улыбнулась и, сняв со стула свою сумку, направилась к двери.

– Да кому ты рассказываешь про учёбу?! – прилетело злое в спину.

Я остановилась, недоумённо обернувшись.

Соседка буквально полыхала яростью.

– Все уже знают, как ты пришла пораньше полюбоваться второгодками. А потом ещё и с ректором кокетничала! Рассчитываешь на привилегии? Думаешь, глазами похлопала и все «двери» для тебя открыты?

Я медленно приподняла бровь и тут же опустила её обратно. С завистниками нужно действовать аккуратно, а говорить мягко.

– Давай подумаем логически, – глядя соседке в глаза, предложила я. Перекинула волосы на спину и взялась за ремешок сумки. – Думаешь, я так нуждаюсь во внимании мужчин, что ради этого поступила в академию? Ты ведь сама понимаешь, как глупо это звучит… Если бы я хотела ходить на балы – я бы ходила, если бы хотела, чтобы вокруг меня вились женихи – они бы вились, если бы хотела выйти замуж – давно бы вышла. Я ведь дочь герцога, Грейс. Все двери и так давно передо мной открыты. Ко мне сватался принц Алесарии, зачем мне второгодки?

Соседка растерянно моргнула, прижимая к себе свежую рубашку. Я сжалилась, миролюбиво улыбнувшись.

– Если приглядишься, поймёшь, что я не враг тебе и не конкурентка. Единственные люди, которым я хочу что-то доказать – это мой отец и я сама. А тебе я могу стать вполне неплохим союзником. Просто подумай об этом, – похлопала её по плечу и с чистой совестью и лёгким сердцем покинула комнату.

Я не хотела лезть к соседке с разговорами, не хотела лезть к ней в душу, но раз она сама со мной заговорила… А уж верить мне или нет, только её дело.

На занятии по теории алхимии я откровенно зевала, но всё равно приходилось усиленно изображать внимание и заинтересованность. Магистр Олч – пожилой ворчливый алхимик не любил, когда его не слушают, а слушать его было ох как тяжко. Я и раньше всегда засыпала на уроках истории, политологии и географии. В общем, везде, где было очень нудно и монотонно. А вот когда отец сменил учителя на молодого и энергичного… я мигом проснулась.

На общей алхимии происходило практически то же самое. Нам рассказывали про области, в которых применялась алхимия, но так, как и этот предмет вёл магистр Олч… думаю, слова излишни.

Вышла из кабинета, едва держа глаза открытыми. Бодрости и сил придавала только одна мысль: время обеда.

В коридоре нас поджидала воодушевлённая мисс Уорэн. Заведомо стало страшно. Я на всякий случай прижалась к стене, а куратор обвела нас искрящимся радостным взглядом.

– Девочки… Завтра мы с вами отправляемся в алхимические теплицы, сохранившиеся ещё со времён войны! – выдержав паузу, восторженно произнесла она. – Нам покажут редкие растения и травы, которые часто использовали алхимики для получения нужных ингредиентов.

Я озадаченно нахмурилась.

– Мисс Уорэн, – обратилась, подняв руку, как научили в первый же день. – Но теплицы расположены на окраине Озкана, на территории закрытых императорских угодий. Как мы туда попадём? Его величество выдал разрешение?

Куратор одарила меня снисходительной улыбкой.

– Ну, конечно, мисс Асвид. Мы поедем на императорском экипаже, в сопровождении гвардейцев и самого наследного принца, – деловито протянула она, кокетливо улыбаясь, будто наследник стоял сейчас перед ней.

… сердце ухнуло в желудок.

Если нас будет сопровождать Эдриан, то экскурсионная поездка превратится в балаган, потому что всё внимание адепток будет приковано исключительно к нему.

– А кто-нибудь ещё с нами поедет? – спросила, чтобы знать наверняка, к чему готовиться. Всё-таки путь от столицы до Озкана не близкий, вряд ли мы управимся одним днём. Как бы не пришлось там заночевать.

– Ум-м… – задумавшись, протянула куратор, пока мои одногруппницы оживлённо шушукались, предвкушая встречу с принцем, будь он не ладен. – Должен был господин Хальд, но его оставили с третьим курсом боевого факультета, всё-таки у ребят показательные выступления скоро, нужно готовиться. Поэтому, думаю, с нами отправится ректор. – При упоминании Гарда лицо женщины озарила мечтательная улыбка.

Я представила весь масштаб надвигающегося бедствия и внутренне содрогнулась.

– А, – куратор что-то вспомнила. – После обеда мы посетим экспериментальную башню Драгхара. Она была закрыта с того самого памятного дня… но вскоре будет открыта вновь, как только прибудет специалист в области алхимии, приглашённый из-за границы. А сейчас нам разрешили сходить туда на небольшую обзорную экскурсию.

Я сглотнула, покрываясь ледяным потом. В подобной башне мама провела большую часть своей жизни. Она фактически всю себя посвятила алхимии и погибла за свою страну. Погибла, как герой.

Конечно, я не стремилась тоже непременно погибнуть, но увидеть место, в котором проводились опасные эксперименты и испытания было волнительно…

Глава 8. Талант находить неприятности, а потом из них выбираться

Мэй Асвид

Чтобы попасть в столовую нашего факультета, нужно было выйти на улицу из учебного корпуса, пройти через внутренний двор и зайти с торца. У боевого и защитного факультетов столовая располагалась на первом этаже, им повезло больше.

Но с другой стороны, я несказанно радовалась такому разделению. Поначалу опасалась, что буду сталкиваться с аристократами, с которыми так или иначе имела знакомство, а среди драконорожденных таких много, но, к счастью, никто из них не рвался посетить маленький никому пока не нужный факультет алхимии.

Так я думала до сегодняшнего дня.

По внутренней террасе с колоннами навстречу мне очень энергично шёл Кайл…

Я затормозила, на мгновение оцепенев. Уставилась на друга изумлённо распахнутыми глазами, ощущая накатывающую панику…

И попыталась дать дёру.

Леди не пристало так себя вести, но мы ведь в академии, да? А если нас кто-нибудь увидит вместе?! Меня и так недолюбливают, а тут этот парень со своими вечно варварскими замашками. А ещё сын советника…

И почему все девушки буквально сходят по нему с ума?

– Эй! – раздался возмущённый вопль в спину. – Ты с ума сошла, зараза?! А ну стоять!

Я машинально обернулась, увидела обескураженно-злое лицо друга и ускорилась. Убегать глупо, да, но это лучше, чем потом отбиваться от толпы его восторженных поклонниц. Будто мне проблем мало.

– Ещё шаг и я скажу отцу, что хочу на тебе жениться!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.