# Пленница миллиардера

Ада Гранатова, Аманда Вин

Я проклинаю день, когда случайно встретилась с этим человеком. Роберт Шевцов, миллиардер, у которого все есть, захотел сделать меня своей на время. Он вынудил меня согласиться. Теперь я принадлежу ему, и я боюсь, что мне никогда не выбраться из его плена.

ХЭ!

ОСТОРОЖНО, ОТКРОВЕННЫЕ СЦЕНЫ!

## Глава 1

Роберт

Покупаешь самую дорогую эскортницу, а она ещё и опаздывает. Ненавижу непунктуальность. Сижу в самом дорогом номере Москвы уже пять минут. Да, в Эмиратах обслуживание лучше.

Снимаю пиджак, сажусь в кресло. Наконец слышу, как кто-то прикладывает карточку к двери номера и заходит. Быстро проходит и хочет открыть дверь в спальню. Говорю:

– Стой, где стоишь!

Девушка замирает.

Совсем договор не читала? А мне только начало нравиться это агентство. Все анализы в норме, знают мои правила, посылают только тех, кто не успел переспать со всеми подряд. Новеньких, но опытных. А эта, видимо, ничего не знает. Вижу ее силуэт через дверь. Стоит, ждёт. Велю ей:

– У двери лежит повязка. Завязывай глаза.

Слышу, как она неуверенно копошится. Повязку, что ли, не может найти? Или завязать трудно? Мне начинает это надоедать. Зачем они прислали мне такую глупую шлюху, которая даже мои правила выучить не может? Не ценят самого богатого клиента?

– Я завязала, – наконец слышу ее голос.

Выхожу в прихожую и смотрю на неё.

Брюнетка, хотя в анкете была блондинка. Перепутали? Но я не злюсь: девушка неплохая, стройная, грудь небольшая, как мне нравится. Губы красивые… Не сильно разукрашена. И отличается от других. Давно не видел таких: как будто сама невинность. Хорошо играет. Хотя девственниц я не заказываю, мне не нужна лишняя морока. И то положение, в котором я предпочитаю, девственницам не подходит.


Девушка стоит, мнётся, потирает руки. Обычно я прям тут велю раздеться и сразу связываю руки за спиной, а уже потом веду в кровать. Но на этот раз меняю привычный сценарий. Говорю ей:

– Дай руку и иди за мной.

Она неуверенно протягивает руку, хочет что-то сказать, но передумывает. И правильно, болтливых не люблю. Когда касаюсь ее руки, замечаю, какая она холодная. Вспоминаю дурацкую поговорку, где-то слышал: руки холодные – сердце горячее. И что с ней не так? Это я только за руку взял, а она вся как будто сжалась. Боится меня? Знала же, куда идёт.

Веду и разглядываю ее. Представляю, как сейчас она разденется, я свяжу ей руки, ноги, пожалуй, не буду, поставлю на четвереньки, войду в нее сзади… И уже почему-то планирую вызвать ее в следующий раз, хотя обычно мне это не нравится: трахать одну и ту же несколько раз.

Подвожу ее к кровати. Чувствую: у меня в штанах уже все наготове. Как интересно, она ещё даже не раздалась, а я уже возбуждён. Приказываю:

– Раздевайся.

В комнате приглушённый свет, но я хорошо вижу, как вспыхивают ее щеки. Что с ней? Я ее первый клиент? Такие у меня были раньше, но они безропотно подчинялись, и даже, наоборот, отдавались порой так, как уже более опытные не умеют.

После паузы она начинает быстро говорить:

– Я понимаю, что это эротический триллер, но мне обязательно сейчас раздеваться? Можно без этого обойтись?

– Ты договор читала? Со мной запрещено разговаривать.

Меня одновременно и злит, и смешит эта ситуация. Злит, потому что в паху становится неприятно от недостатка места, а она все ещё одета. И смешит, потому что первый раз вижу, как девушка по-настоящему смущается и волнуется. Не знал, что эскортницы это умеют.

– Ты начинающая? – спрашиваю спокойно.

– Да… Я только начинаю карьеру…

Зло усмехаюсь. Карьеру она начинает. Трахаться с богатыми – карьера? Хотя, если посчитать, сколько я заплачу за одну ночь… Многие этих денег и за всю настоящую «карьеру» не заработают. Ничего против такой работы не имею. Сам предпочитаю только таких, знающих своё место. Для снятия напряжения очень удобно: чистые и красивые девушки, знающие свою «работу».


А вот эта не знает, что нужно делать.

И мне начинает это надоедать, второй раз за вечер решаю нарушить свои правила: помогу ей раздеться. Она в водолазке и юбке, так хорошо подчёркивающей ее бедра. Подхожу и тяну молнию вниз.

Брюнетка хватает меня рукой.

– Что вы делаете?

А вот этого я точно не потерплю. Я не позволяю шлюхам ко мне прикасаться без разрешения. Рычу на неё:

– Стой смирно, я помогу тебе раздеться!

– Нет! – она отпихивает меня, отстраняется и снимает повязку с глаз. Блядь. Не ожидал такого. Стоит и смотрит на меня испуганно. Зато я готов убить.

– Ты что делаешь? Договор надо читать перед встречей, если ничего не знаешь! После такого тебя уволят.

– Извините, я передумала, я не буду сниматься в вашем фильме, – отвечает она и направляется к двери. Догоняю ее и преграждаю дорогу. Ни одна девушка не уходила от меня так: чтобы я остался здесь с таким стояком один. Хотя понимаю: секс уже не получится. Она сняла повязку. Видела меня. Это не в моих правилах. Видеть девушек должен только я, а они просто делают то, что мне нужно.

Но я все равно не хочу ее отпускать, говорю:

– Ты никуда не уйдёшь!

– Пропустите меня… Я же сказала, фильм…

– Про какой, блядь, фильм ты говоришь?

У неё начинают капать слёзы из глаз. Какая нежная. Мне неистово хочется взять и завязать ей глаза обратно, потому что терпеть не могу плачущих женщин.

Начинает рассказывать:

– Милана сказала, что здесь проходит кастинг, что я должна буду прийти и делать все, что вы скажете… Но я не думала, что надо раздеваться. Я не могу…

В голове начинает проясняться. Вспоминаю. Милана – это именно та блондинка, которая должна была сегодня прийти. Мне присылали ее фото, посмотрел мельком. И это не та девушка, что сейчас передо мной, точно. Значит, Милана не пришла и послала вместо себя подругу? Бред какой-то, так никто никогда не делал, это против правил, ее уволят, если уже не уволили.

Спрашиваю:

– Как тебя зовут?

Девушка прекращает плакать и смотрит мне в глаза, отвечая на вопрос:

– Меня зовут Алиса.

– Значит, ты не эскортница?

Алиса округляет глаза, смотрит так, как будто поражена до глубины души.

Я все больше себе поражаюсь: мне не претит ее взгляд. Наоборот, даже нравится смотреть в ее глаза. Необычные, яркого серого цвета. Никогда таких не видел. Может, это линзы? Даже думаю: «Как хорошо, что она сбросила повязку. Не увидел бы этих глаз». И сам себя одёргиваю: какая разница, какого цвета глаза? Раньше меня это нисколько не интересовало. Мне больше нравилось смотреть, насколько упругие ягодицы и какая грудь… какой вид сзади, на четвереньках.

– Нет, что вы, я актриса. Начинающая, – отвечает она наконец.

– Фамилия? – спрашиваю.

Смотрит недоверчиво, но все-таки говорит:

– Одинцова.

– Ты думала, что здесь проходит кастинг на фильм, серьезно? – усмехаюсь.

А она опускает глаза в пол.

– Значит, начинающая актриса… Сколько тебе лет?

Видно, что ей не хочется больше отвечать на мои вопросы. Но все-таки она процеживает сквозь зубы:

– Мне двадцать два. Могу я теперь уйти?

Улыбаюсь.

– Постой секунду.

Ищу свой пиджак и достаю визитку. Протягиваю ей:

– Обращайся ко мне по любому вопросу. Если нужно, могу и фильм для тебя снять.

Она сжимает губы, морщит лоб, отвечает:

– Спасибо, не надо.

Пытается пройти, но я хватаю ее за руку и вкладываю визитку в руку. Она поспешно уходит, визитку все-таки забирает. Отмечаю: руки у неё теперь тёплые.

Сажусь в кресло, зажигаю сигару. Мой ритуал после секса. А в этот раз пришлось без него.


Из головы не выходит. Что в ней такого? Обычная простушка, каких много. Думала сняться в эротическом триллере? Поверила Милане и явилась в номер отеля. Кто вообще устраивает кастинги в отеле?

Притворяется или правда такая наивная?

Чем-то она меня зацепила. Алиса Одинцова, значит. Почему мне кажется, что она может быть горячей штучкой, когда разденется, хоть и выглядит простенько?

Пусть пока идёт домой, знаю точно: мы еще встретимся.

## Глава 2

Алиса

Я почти бегу из этого отеля, даже в пустом лифте оглядываюсь. Мне страшно, что он догонит меня, затащит в номер и заставит раздеться. Что дальше – не хочу представлять.

От его властного металлического голоса до сих пор мурашки. «Раздевайся».

Я не из пугливых и робких. Я так думала. А перед ним дар речи потеряла. Не могла сразу оттуда уйти? Зачем только надела повязку?

Хотя в повязке было не так страшно. Когда я его увидела, стало хуже.

Высокий, в деловом костюме, с накачанными мышцами. Небрежная щетина на лице.

Понятно: точно не режиссёр. Скорее, с такой внешностью ему самому можно в фильмах сниматься. Старше меня лет на десять-пятнадцать, наверное. Но при этом возраст придаёт ему только больше мужественности.

Я не могла больше ни секунды выдержать его взгляд… Смотрел так, как будто я его собственность. И как будто все в мире принадлежит ему. Он сильно напугал меня.

Сегодня я поняла, что значит выражение «раздевает глазами». Вот он меня раздевал. И ещё демонстрировал свою эрекцию… Или не демонстрировал, просто я заметила ее, когда он перегородил мне дорогу и схватил за руку. Мне бы улепётывать оттуда сразу же. А я стояла, послушно на вопросы отвечала. Что за гипноз?

Какая же гадина эта Милана. Не ожидала от неё такого.

Подошла ко мне вчера:

–Алис, я знаю, что ты давно ходишь по кастингам, ты же училище театральное заканчивала? Не хочешь на один сходить? Знакомый организует. Фильм восемнадцать плюс, но платят очень хорошо. Необычный формат. Зайдёшь и сделаешь все, как говорят.

Ага. Блин, вот дура, что повелась. Про Милану разные слухи ходили. Мы с ней раньше вместе работали в кафе. Зарплата у нас была небольшая, а у неё стали появляться дорогие шмотки, телефон, машина. Потом она и вовсе работу бросила. Разное про неё говорили: про богатого папика, про то, что спит за деньги… Но я не верила.

Милана иногда заходила поболтать, я думала, что мы хорошие знакомые. В общем-то, я верила, что она хорошая девчонка. А она меня так подставила.


Пытаюсь отдышаться. Теперь все хорошо. Я уже еду на метро домой, и больше со мной таких неприятностей не случится. Надо разучиться доверять людям.


В тот миг я ещё не знала, что мои неприятности только начинаются и что я буду ещё не раз стоять с завязанными глазами перед тем мужчиной.


***

Роберт

Не знаю, в чем дело. Может, оттого, что это первый раз так: девушка меня завела, и я ее после этого не вы*бал. Может, потому, что она оказалась не той, кем я представлял. Не знаю. Только вот теперь я не могу выкинуть из головы эту Алису.

Идёт серьёзное совещание с партнерами. Нужно принять важное решение: продавать акции или придержать ещё на некоторое время. А в голове эта девушка, которая так и не разделась.

Когда она вышла из номера, первая мысль была: «Догнать и вернуть». Потом я успокоился: не мой метод, если захочу – никуда она от меня не денется.

И вот теперь я хочу. Даже не знал, что во мне может проснуться настолько сильное желание обладать кем-то. Раньше я даже особого внимания не обращал на анкеты шлюх, которые должны были прийти. Какая разница? Все красивые более или менее. И ощущения одни и те же. Главное – проверенные чтобы были, без зараз.


После совещания в кабинет заходит помощник.

– Вот все сведения о девушке, про которую вы просили узнать. Все, что удалось. Извините, не много. Он кладёт папку на стол.

Машу рукой – знак оставить меня одного. Выходит.

Открываю папку, и мои глаза сразу застывают на фотографии. Алиса улыбается, смотрит куда-то в сторону. Необычная красота, вчера мне не показалось. Притягивает взгляд, не искусственная кукла.

Алиса Одинцова – значит, не соврала. Кто же говорит незнакомцам настоящие имя и фамилию? Наивная или глупая.

В прошлом году окончила актерское училище в Москве, ни в каком театре сейчас не числится, в фильмах не снимается, по кастингам ходит часто. Значит, мечтает стать звездой.

А ведь я могу ей в этом помочь.

Пробегаю глазами дальше.

Отец Алисы погиб в автокатастрофе семь лет назад.

Живет с дядей и его семьей… Микунин Станислав Викторович… Странно, что фамилия другая. Неродной дядя? Да, вижу: с ее отцом были двоюродными братьями. Сирота, значит. Отсюда и амбиции?

Задумываюсь на секунду. Микунин, где-то я слышал эту фамилию. Ищу на своём компьютере, нахожу нужный файл. А вот это уже интересно, знакомая личность. Как удачно, что это ее дядя…

Улыбаюсь, в моей голове зреет беспроигрышный вариант развития событий. Алиса ещё пожалеет, что ушла вчера из номера и оставила меня с нереализованным желанием. Теперь одной ночью ей точно не отделаться.

## Глава 3

Алиса

До Миланы не могу дозвониться: она как будто сквозь землю провалилась. Ладно, придётся просто забыть эту историю, хотя не получается – когда иду по улице, постоянно оглядываюсь, и даже сейчас, дома, чувствую необъяснимую тревогу.

В комнату заходит тетя Вера:

– Алис, посидишь сегодня вечером с Пашкой? У тебя же выходной сегодня.

– Простите, теть Вер, нас сегодня всех с кафе посылают работать на благотворительном вечере…

– Ужас, совсем вас без выходных оставляют. Ладно, попрошу соседку.

Тетя Вера выходит из комнаты.

Становится неудобно, хотя я знаю: она не злится на меня. Обычно я никогда не отказываюсь: мне очень жалко тетю Веру и дядю Стаса, у их сына, Паши, серьёзное заболевание, он не может ходить, и ему постоянно требуется присмотр.

И я ещё на их шею свалилась после смерти отца.

Но благотворительный вечер, на котором я должна буду подавать бокалы богатым гостям, тоже пропустить не могу: можно заработать десятку сразу.

Владелец кафе и так меня туда обычно не берет, а сегодня отправил помогать.

Заработаю – принесу домой. Смогу ещё немного походить по кастингам. Хотя, признаться честно, я уже начала отчаиваться: никто не даёт мне роли. «Мы вам перезвоним». Ненавижу эту фразу. Чем я им не подхожу? Что во мне не так?

Я была бы рада и маленькой роли для начала. В груди жалобно щиплет: как же не хочется опускать руки и сдаваться. Я обещала самой себе стать известной и успешной актрисой, и я ей стану, чего бы мне это ни стоило.


***

У меня трясутся коленки, когда среди гостей благотворительного вечера я вижу того человека, который неделю назад собирался меня раздеть. Ещё и Наташа, другая официантка, шепчет на ухо:

– Ты не представляешь, кто это, я чуть не умерла, когда подходила предложить ему шампанское.

– И кто это? – спрашиваю шёпотом.

Наташа начинает громко верещать:

– Ты с какой планеты? Роберта Шевцова не знаешь? Он один из самых богатых людей не только в России, но и в мире. Ума не приложу, что он здесь делает, в списках его нет.

Смотрю на неё недоверчиво. Может, она с кем-то его перепутала? Вряд ли самому богатому человеку нужны девушки, которые спят с ним за деньги… Хотя откуда мне знать?

Сглатываю, он смотрит прямо на меня.

Бросает в жар от этого взгляда, лучше бы я посидела сегодня дома с Пашкой. Этот Роберт наверняка меня узнал, и что мне теперь делать?

Я пытаюсь собраться, чтобы нормально обслуживать гостей. Только жалоб на работе мне не хватало.

Наташа подходит ко мне с потерянным видом:

– Ну ты и проныра, ты что, знакома с Шевцовым?

– О чем ты? Нет…

– Он просил подозвать тебя.

– У меня много работы.

– Иди. Ты что, быстро, нельзя заставлять гостей ждать, – говорит другая девушка, которая услышала наш диалог.

Я набираю воздуха побольше и подхожу к нему. Мы на благотворительном вечере. Не съест же он меня при всех.

Первый со мной здоровается:

– Здравствуй, Алиса.

Я вздрагиваю: ещё не забыла этот голос. Сейчас он говорит тихо, но ощущается все так же: как будто он отдаёт приказ. А у меня мурашки бегут по коже.

–Здравствуйте, будете шампанское? – пытаюсь играть свою роль.

Он улыбается.

– Нет, – показывает мне бокал в руках.

Вот дура, не заметила, что уже есть у него. Роберт продолжает:

– Выглядишь соблазнительно в этом платье, если бы ты тогда в нем пришла, я бы точно не отпустил тебя.

Смотрю на него внимательно: он шутит? Это обычная форма официантки. Но щеки предательски вспыхивают. Ещё недавно мне казалось, что я научилась управлять своим смущением, подчинять робость. Нет, четыре года на актерском прошли напрасно. Или это он так на меня действует?


– Я бы ушла от вас в любом случае. Я уже объяснила, что это ошибка, – говорю громче, чем нужно, на нас начинают оборачиваться.

Улыбка пропадает с его лица, мужчина сверлит меня взглядом и говорит:

– Буду ждать тебя после работы в своей машине, довезу до дома. И не вздумай убежать – хуже будет, я знаю, где ты живешь.

Он уходит.

Строю план побега в голове: ускользну через чёрный ход.

Подбегает Наташа и начинает допытываться, о чем мы говорили.

– Да ерунда. О шампанском, – отвечаю ей.

– Господи, ты вообще понимаешь, как тебе повезло? Такой мужчина с тобой разговаривал, а у тебя лицо было такое, как будто ты лимон проглотила. Хотя я бы, наверное, тоже рядом с таким вела бы себя как дура. Какое телосложение у него, видела? Вот что значит настоящий мужчина. И денег гора, и есть на что посмотреть. Такое бывает?

– Наташ, перестань его обсуждать. Мне неинтересно!

– Что перестань? Ты же актрисой хочешь быть, надо искать спонсора, – смеётся она, а затем спрашивает:

– Ты слышала про Милану?

– Нет, что с ней?

– Говорят, уехала за границу жить. Переспала с кем надо и вот теперь в шоколаде. Учись, – Наташа многозначительно поднимает бровь. И наконец уходит.

Не знаю, что в последнее время творится с этим миром. Вселенная хочет убедить меня, что я не справлюсь? Мысленно посылаю фак в ответ. Справлюсь, и не с таким справлялась.

Но после работы в машину Шевцова все-таки сажусь (он предусмотрительно открыл окно и помахал мне рукой).

В перерыве я немного погуглила. Действительно, богатый человек. Ещё его отец разбогател на каких-то иностранных акциях, теперь он унаследовал компании и заводы по всему миру. В уголовных делах и скандалах не замешан. О личной жизни ни слова. Только то, что не женат, детей нет. В интернете только одна-единственная фотка.

Мне стало просто интересно: о чем такой человек хочет со мной поговорить? Что ему от меня надо. Так я убеждала себя, а на самом деле в голове засела его фраза, что, если что, он меня найдёт. Не хотелось проверять на практике. Поэтому я сажусь в его чёрную машину. Очень дорогую машину. Никогда в таких прежде не сидела.

## Глава 4

– Поужинаешь со мной? – спрашивает мужчина, как только я сажусь в машину.

Его тон не терпит возражений. Я киваю против своей воли. Да что со мной такое? Опять боюсь его и млею перед ним. Надо это заканчивать. Прямо сегодня вечером. Нужно выяснить, что ему от меня нужно. Видимо, он неслучайно появился на этом вечере, где я работала. И сейчас везёт меня ужинать. Зачем?

При водителе спрашивать неудобно. Поэтому я молча сижу. Вжимаюсь в кресло и с ужасом представляю, чем может закончиться сегодняшний вечер. Роберт сидит рядом и даже не смотрит в мою сторону.

Машина останавливается напротив ресторана «Дольче Вита». Я слышала, что это любимое место московской элиты. Естественно, никогда раньше не была тут.

Смотрю на здание открыв рот, даже не замечаю, как миллиардер открывает мне дверь и спрашивает:

– Пойдем?

Мы заходим.

Внутри все блестит, как будто каждый сантиметр усеян бриллиантами. Народу не очень много. Но все женщины одеты в длинные платья в пол, а мужчины в дорогих костюмах. Я мельком смотрю на своего спутника: по нему сразу видно, что он хорошо зарабатывает. Костюм на нем так сидит, как будто специально для него сшит. А вот мое чёрное платье тут совсем не к месту, дешевое, обычная униформа официантки в недорогом кафе, хоть и хорошо на мне сидит.

О чем переживаю? Какая разница. Я не на свидание с ним пришла.

К нам подбегает сопровождающий, отводит нас в отдельную VIP-комнату. Там только один стол, уже накрытый на двоих.

Роберт делает заказ, даже не спрашивает, чего мне хочется.

И хорошо, потому что мне вообще ничего не хочется, только сбежать отсюда. И цены здесь бешеные. Но это ожидаемо.

Когда официант уходит, я собираюсь с духом и спрашиваю:

– Так о чем вы хотели со мной поговорить?

– О тебе, – ставит руки на стол и беззастенчиво пялится на вырез моего платья.

– Что обо мне?

– Я дал тебе свою визитку, почему ты не позвонила?

– Не вижу смысла.

– Я думал, ты хочешь стать актрисой. Я мог бы тебе в этом помочь.

– Зачем вам это?

– Хочу, чтобы ты стала моей на время, – говорит серьезно, на этот раз смотрит в глаза.

Я так удивлена его ответом, что на несколько минут теряю дар речи. Но зато больше не смущаюсь, а, наоборот, злюсь.

– Вы думаете, все в этом мире покупается и продаётся? Да вы ненормальный! – встаю из-за стола.

– Сядь, – велит он мне. Хочется уйти, но я послушно возвращаюсь на место. Вот черт. Точно, как будто гипнотизирует меня.

– В чем проблема? – спрашивает спокойно, как будто не хотел купить меня только что.

Издевается?

– Я не товар в магазине.

В этот момент к столику подходит официант и ставит перед нами блюда, которые я раньше видела только на картинках. В нашем кафе таких не готовят. Их жалко есть. Наверное, только оформляли полчаса.

– Ешь, не беспокойся, я заплачу, – говорит он, неправильно поняв мой взгляд.

– У меня есть деньги, – отвечаю.

– Я тебя пригласил, и я заплачу за твоё время.

Мы молча едим. Хотя аппетит после такого разговора не очень. Я пробую блюдо, которое для меня заказал Роберт. Потрясающе вкусно приготовлено. Мельком посматриваю на моего спутника.

Наташа права, он красив. Богат. Зачем ему платить за секс, не понимаю. Он может, если захочет, встречаться с любой. Наверное, даже я пошла бы с ним на свидание, если бы он научился нормально с людьми разговаривать.

– Как вас зовут, вы даже не представились, – спрашиваю, когда мы переходим к десерту. Делаю вид, что не знаю, кто он. Еда всегда так влияет на меня – расслабилась и решила поболтать с ним, как будто мы давно знакомы.

– Роберт.

– Необычное имя.

– Моя семья большую часть жизни жила за границей.

– А чем вы занимаетесь?

Он, видимо, удивлён сменой моего настроения, приподнимает брови и с интересом смотрит на меня.

– Бизнесом, разным.

– Зачем вам нужна я? – задаю вопрос, который больше всего меня интересует.

– Потому что мне так захотелось, а я всегда получаю то, что мне хочется.

Реакцию на его слова я не понимаю: разум требует встать и уйти, а вот тело дрожит. Вжимаюсь в стул, чувтствую: меня обдаёт жаром. Я как будто в фильме снимаюсь, где я главная героиня и меня хочет главный красавчик.

Вот только я никогда не была главной героиней. Ни в жизни, ни на сцене. И мне не нравится эта роль. Потому что я боюсь этого мужчину.

В жизни сказки бывают только с печальным концом. Я знаю.

Собираюсь с духом: нужно встать и уйти. Но Роберт говорит:

– Тебе и решать ничего не надо, у тебя нет выбора.

Я даже закашлялась от удивления. Резко пересохло в горле. Спрашиваю:

– Как это нет выбора?

Он снова улыбается, но не так, как обычно улыбаются люди. А как-то высокомерно.

– Скоро узнаёшь. А вообще, можешь согласиться и сегодня. Подумай о будущем. О своей семье. Я могу оплатить операцию твоего брата.

Откладываю еду в сторону. Откуда он знает о моей семье?

– Ему не поможет операция.

– А вот мои люди нашли клинику в США, где проводится (пока ещё экспериментальное) лечение его болезни, уже есть положительные результаты. Он мог бы стать одним из первых, кому удалось победить болезнь.

– Вы шутите.

– Нет.

– И что, это только ради одной ночи со мной вы хотите потратить уйму денег?

– Нет, не ради одной ночи.

– Скольких же? – спрашиваю я, а голос дрожит.

– Молодец, уже торгуешься. Может быть, месяц, а может, два, пока мне не надоест.

– Это исключено, – я встаю из-за стола и направляюсь к двери.

Точнее, почти убегаю. На улице вызываю такси. Смотрю на второй этаж, где мы сидели с ним. Сквозь зеркальную стену видно: Роберт как ни в чем не бывало попивает коктейль.

Зачем вообще я все это выслушивала? Я же не собираюсь соглашаться? Хотя, когда я подумала про Пашку, представила, что он сможет ходить… Он этого достоин. Единственный ребёнок дяди и тети. Какая несправедливость, что у таких замечательных родителей родился ребёнок с редкой болезнью. Они очень любят его. Но так страдают оттого, что не могут помочь.

Дядя с тетей после смерти отца забрали меня к себе. Не знаю, что я делала бы без них. Они растили меня с пятнадцати лет, как будто я их родная дочь. Заменили мне семью… Вернее будет сказать, они показали мне, что вообще значит «нормальная семья». Моя мама ушла из дома, когда мне было лет семь, папа говорил, что она ушла к другому, бросила нас, я до сих пор не знаю, где она и жива ли…

Отец у меня был хороший, работал врачом в поликлинике. Все свободное время уделял мне. Но ужасная авария забрала и его.

Пока ехало такси, я даже задумалась на секунду: если он говорит правду про Пашку, может, согласиться? Я могла бы сполна отплатить этой семье… У моего брата может быть полноценная жизнь. Семья, девушка. Он ведь очень умный, на пять лет младше меня, любит учиться, но его физические способности мешают ему наслаждаться жизнью…


Подъезжает такси, и я прячу ненужные мысли подальше: я сама себя перестану уважать, если буду с кем-то спать за деньги. И что потом со мной будет, когда я ему надоем? Буду работать, как Милана, и спать с богатыми? Нет, я не хочу такой жизни.

## Глава 5

Роберт

Девчонка ломается. Не знаю, как лучше на неё надавить и не перегнуть палку. Не понимаю даже, о чем она думает.

По этой причине я и перестал связываться с обычными девушками и стал брать проверенных эскортниц. Все «обычные» вешались мне на шею, параллельно расстёгивая ширинку, когда узнавали, кто я и сколько у меня денег. Это надоедало.

Они ничем не лучше шлюх, только гонора больше. Такие же, на все готовые. Еще и требуют слишком много после посредственного секса.

Эскортницы хотя бы знают своё место. Знают, что после встречи мы больше не увидимся (в моем случае вообще идеально: они даже не видят моего лица). А «обычные» после одного раза начинали думать, что одни такие, думали, что теперь я позову их замуж. Это бесило до жути. Приходилось долго объяснять, что мы больше не увидимся.

– Разве тебе не понравилось?

– Понравилось, спасибо.

Потом следовали ругательства, угрозы сообщить в прессу, как я люблю связывать женщин и помешан на БДСМ. И это я их пальцем не трогал. Не бил, не унижал. Никакого насилия.

При чём здесь БДСМ?

Предпочитаю связанные руки лишь потому, что не люблю, когда меня трогают. А закрытые глаза – потому что неприятно, когда они смотрят. Никакого зрительного и тактильного контакта.

Просто я так привык и так устроен. У всех свои особенности. Вот – мои.


Приходилось откупаться большой суммой от случайных любовниц, пока наконец я не понял: эскортницы – наилучший вариант.

И вот теперь я изменяю своим же правилам. Но и Алиса – исключение. Она знает, кто я, теперь знает. И я все ещё не увидел ее голой. Интересно. Никто ещё так долго меня не дразнил и не играл со мной в кошки-мышки.


***

Алиса

На следующий день дядя Стас приходит домой необычайно взволнованный и счастливый.

Кричит прямо с порога:

– Вы представляете, что я нашёл? Вот, смотрите, – он достаёт брошюру из сумки и протягивает ее тете Вере.

Я подхожу к ней и тоже читаю: «Центр лечения редких заболеваний…»

Тетя восклицает:

– Стас, это же в США.

– Ну и что, ты прочитай, там про Пашкину болезнь есть. Эффективность первых испытаний – девяносто процентов, дети ходить начинают, ты представляешь?

– Ты видел стоимость? – тетя Вера отказывается радоваться.

А вот сияющий дядя улыбается во все зубы:

– Найдём фонд, соберём деньги!

– Такую сумму не соберёшь.

– Где вы это нашли? – спрашиваю я у дяди.

– Сегодня увидел на работе, кто-то оставил на столе, представляешь, какое совпадение?

Я ухожу в свою комнату. Иначе они увидят мое лицо и догадаются. Какой кошмар. Он и брошюру моему дяде специально подсунул?

Дядя работает в строительной компании, как там ещё могла оказаться брошюра о лечении редких болезней за границей?

Я сажусь за компьютер и ищу информацию:

«Любовницы Роберта Шевцова» – нет ничего. Только статья о том, что он ещё не женат, является самым завидным женихом не только в России, но и в мире. Спасибо.

Потом смотрю информацию о центре из брошюры. Действительно, такой существует. Статьи в основном на английском.

Начинаю читать истории выздоровления. Слёзы непроизвольно капают из глаз. Я эгоистка, раз отказываюсь от такого шанса для брата!

Если так дальше пойдёт, то я сдамся. Нужную для лечения сумму никогда не собрать, даже если вся Россия скинется по рублю. И если он готов такие деньги выложить, только чтобы я переспала с ним, то можно ли назвать меня после этого дешёвкой? Вряд ли.

Но я все равно отмахиваюсь от этих мыслей. Хотя внутренняя борьба уже началась.


***

Через неделю случается ужасное.

Я весь день провожу на работе. Кажется, моя временная подработка незаметно превращается в постоянную. На пробах снова отказы.

Когда я прихожу вечером домой, первый раз за всю жизнь вижу, как тетя плачет навзрыд. Дядя сидит рядом, гладит ее по спине. И Паша тут же, в инвалидном кресле, с испуганным лицом.

– Как такое могло произойти? Звони быстрее этому человеку, узнай, что можно сделать, – всхлипывает тетя.

– Что случилось? – я бросаю сумку у входа и кидаюсь обнимать тетю.

– Твоего дядю подставили, – сквозь слёзы говорит она.

Спустя полчаса, когда тетя успокоилась, они рассказали мне все с самого начала. Дядя два года назад делал экспертизу почвы для строительства. Сейчас выяснилось, что экспертиза была сделана неверно. Какой-то бизнесмен начал строить торговый центр, все провалилось, он понёс большие убытки и теперь подал в суд на моего дядю. В лучшем случае все закончится большим штрафом. В худшем – реальным сроком. И дядя не сможет после этого найти работу.

– Я уверен, что все сделал правильно. Я не понимаю, как это могло произойти. Наверное, я смогу доказать свою невиновность. Вот, мне дали визитку человека, который мне сможет помочь.

Я протянула руку и взяла визитку. Шевцов Роберт Викторович.

Конечно. Кого ещё я могла там увидеть?

## Глава 6

Роберт

Я не хотел использовать такие методы. Но ситуация с братом не прокатила. Хотя сумма, которую я готов заплатить за это лечение, намного больше, чем я обычно трачу на женщин.

Играет она со мной?

Не знаю, только все больше ее хочу. Кажется, скоро мое желание станет настолько нестерпимым, что придётся просто похитить ее и запереть у себя дома…

Но я не дикий варвар, чтобы так поступать.

Нет, силой брать не хочу. Алиса должна сама захотеть.

Хочу, чтобы она сама пришла ко мне.


Никогда не связывал женщин принудительно, и ее не буду.

Она согласится рано или поздно.

Я узнал ее дядю по фамилии, пересекались по одному строительному проекту. Хорошо работает, но слишком доверчивый человек, за его спиной мой знакомый провернул выгодную для себя сделку: собирается строить здание в Подмосковье, в месте, где это запрещено. А там стоит подпись этого Микунина. Знаю, что она была поставлена обманом. Но фактически он несёт ответственность.

Я все равно собирался это пресечь: мне не нравятся грязные методы. Я привык работать честно. И вот как удачно сложилось: именно про ее дядю я недавно искал информацию, чтобы начать расследование.

Только до знакомства с Алисой эту информацию я хотел использовать против своего партнера.

А теперь собираюсь – против ее дяди… Но это временно. Только лишь для того, чтобы она согласилась, чтобы ей было легче согласиться.


После совещания секретарь сообщает, что меня ждёт девушка в коридоре. Сердце начинает стучать чаще: пришла на повинную. Как я и рассчитывал.

Только вот врывается Алиса ко мне в кабинет совсем не дружелюбно, с порога начинает кричать:

– Что вы делаете? Как вы могли? Я обращусь в полицию.

Моя секретарша хлопает глазами. Понимаю ее удивление. Во-первых, никогда никакие девушки в мой офис не приходили. Я разделяю работу и секс. Даже ни разу не заводил интрижек с секретаршами. Во-вторых, никто никогда не разговаривал со мной в таком тоне.

Жестом велю секретарше выйти из кабинета. Когда она выходит, спокойно сажусь в кресло и говорю Алисе:

– Успокойся, сядь, поговорим.

Алиса тяжело дышит, но все-таки садится. Как мне нравится наблюдать, как она теряется в моем присутствии. Интересно, сколько мужчин у неё было? Выглядит не очень опытной. Вот и сейчас краснеет, опускает глаза в пол.

Затем неожиданно, чуть ли не плача, произносит:

– Пожалуйста, оставьте моего дядю в покое, он хороший человек. Он ни в чем не виноват.

Слеза капает на мой стол, она быстро вытирает большую каплю рукавом.

У любого другого могло бы дрогнуть сердце, но не у меня. Я рядом с ней чувствую сильное желание, хотя всегда ненавидел плачущих женщин. Сам не понимаю, когда и отчего успел возбудиться. Может, эта блузка слишком сильно обтягивает ее грудь? Говорю:

– Я подготовил для тебя контракт. Подпишешь, и все будет хорошо. И с твоим дядей, и с твоим братом. И с тобой.

Она поднимает взгляд и смотрит на меня полными слез глазами. А из неё может получиться хорошая актриса. Любой другой посмотрел бы на неё и заплакал бы. Но мне сочувствие не знакомо.

Я встаю и достаю из портфеля подготовленные документы, протягиваю ей.

– Можешь взять с собой, изучи дома. Естественно, дяде с тетей не показывай, это только для нас с тобой.

Ее взгляд меняется: становится злым. Она крепко сжимает губы. Наверное, еле сдерживается, чтобы не кинуть мне в лицо какое-нибудь ругательство.

Но Алиса встает, молча берет документы и выходит из кабинета. Сильно хлопает дверью.

Я уверен: она почти моя.


***

Алиса

Никогда не чувствовала себя так паршиво. Как будто я заложница или пленница. У меня нет выбора. Просто потому, что какому-то миллиардеру захотелось со мной поиграть. Ну за что мне это? Чем я заслужила? И почему именно я? Та же Милана или Наташка были бы рады такому предложению… Кинулись бы к нему в постель сверкая пятками.

Но я не хочу.

Не могу. Чисто физически не могу. Может, ему сказать, что и у меня большие проблемы, тогда он отстанет?

У меня никогда не было близких подруг и мамы, с кем я могла бы обсудить интимные темы. С тетей Верой тоже не могу, стесняюсь.

У меня был парень на первом курсе – Кирилл. Он мне нравился, и я ему тоже. Но когда дело дошло до секса, я все испортила. Он не смог в меня войти. Потому что мои мышцы, как будто непроизвольно, сильно сжались, было очень больно.

Мы пробовали несколько раз, так ничего и не вышло. Мы расстались. До конца учебы я не могла смотреть ему в глаза…

Я ходила к врачу. На приеме было так же неприятно, ужасно. Врач на меня только накричала, так и не объяснив, что со мной такое и как это лечится…

Поставить на себе крест и повесить табличку, что секс – это не для меня?


Конечно, дело не только в этом.

У меня есть принципы. Любовью надо заниматься по любви. Я даже думала потом: может, с Кириллом ничего не вышло потому, что он мне нравился, но я не любила его по-настоящему? Представляла, как встречу парня, с которым у нас будет та самая любовь, тогда и в постели все получится…

И вот теперь мне предлагают заниматься сексом без любви. И это все для меня как страшный сон.

Допустим, будет у нас первый раз… Роберт так же, как мой первый парень, попробует в меня войти, ничего не получится. И я даже не представляю, как он разозлится. И что со мной сделает. Я хотела сказать сегодня, что со мной все плохо. Чтобы он отстал. Но не смогла.

Я не знаю, что мне делать. Я пропала.

Вечером пришел расстроенный дядя, сказал, что заседание суда назначено на следующую неделю. Из комнаты до меня доносятся обрывки разговоров:

– К Шевцову завтра собираюсь, но я не понимаю, как это поможет. Может, без его помощи обойтись, нанять адвоката? Но сейчас лишних денег нет…

– Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем.


В комнату заезжает на коляске Пашка. Выглядит он неважно. Как будто ещё больше похудел за последние дни. От этого его зелёные глаза кажутся невероятно большими.

– Если бы не надо было покупать мне дорогие лекарства, у родителей не было бы проблем, – говорит он медленно, с трудом выговаривая каждое слово.

У меня сжимается сердце. Я подхожу и обнимаю брата.

В эту самую минуту решаю: я подпишу чертов договор.

Какая разница, что будет со мной?

Моя жизнь ничего не стоит. Я должна уберечь близких людей от горя. Если у Пашки есть шанс выздороветь, а дядя с тетей наконец заживут без забот, без постоянных разъездов по больницам, то что ещё нужно?


Перед сном читаю договор.

Смешно. Нелепо говорить о таких вещах в официально-деловом стиле.

«Алиса Одинцова обязуется:

– Исполнять все пожелания Роберта Шевцова.

– Два-три раза в неделю приезжать в номер гостиницы. (Координаты будут высланы заранее.)

– Иметь интимные отношения во время действия договора только с Робертом Шевцовым.

Договор можно расторгнуть только в одностороннем порядке…»

И прочая, и прочая хрень. Не могу больше читать.

Беру ручку и ставлю подпись. Все, теперь некуда отступать.

Я подхожу к зеркалу и рассматриваю себя, пытаюсь отыскать то, что ему могло понравиться во мне.

Бледная кожа, обычные, непримечательные серые глаза.

Да, я мечтаю стать актрисой, но у меня нет выдающейся внешности. Я хотела бы завоёвывать внимание людей игрой, но судя по тому, как заканчиваются мои пробы, таланта у меня тоже нет…

Я ищу его визитку. Нахожу на дне сумки, не выкинула все-таки. Пишу и отправляю на номер его телефона сообщение.

## Глава 7

Роберт

За ужином с деловыми партнёрами приходит сообщение от Алисы: «Я подписала». Чувствую что-то похожее на радость, давно такого не испытывал. Приблизительно то же самое ощущал, когда подписывал деловой договор, о котором давно мечтал. Только в этот раз предвкушение ещё более жгучее. Все внутри зудит от предчувствия наслаждения.

Может, играет роль долгое воздержание: в последнее время много работы. Вообще, с тех пор как мы с ней встретились в том номере, мне ни разу не удалось снять напряжение. Дождусь, когда Алиса окажется передо мной на все готовая. Тем более что ждать осталось совсем недолго.


***

Алиса

На следующий день он сам мне позвонил и сообщил, что скоро за мной приедет водитель. Я попросила ждать меня у остановки, недалеко от моего дома. Не хочу лишних вопросов от тети.

Я и так понятия не имею, что потом рассказывать. «Извините, вы хорошо меня воспитали, но теперь я буду любовницей миллиардера за деньги»? Меня аж передергивает от мысли, что они могут узнать.

Я не стала красиво одеваться: не такое у меня настроение. Натянула джинсы и майку и обречённо побрела на остановку. Как на каторгу. Дорогая, знакомая мне машина уже ждала меня.

Сажусь, водитель вежливо здоровается со мной.

Без объяснений трогается с места, понимаю по картинкам за окном: везёт меня в центр. Останавливается напротив какой-то частной клиники, судя по вывеске. Поворачивается ко мне и говорит:

– Вам на третий этаж. Триста двадцать четвертый кабинет. Буду ждать здесь.

Выхожу из машины и иду, куда велено. Это ещё что такое? Он записал меня к врачу?

Подхожу к нужному кабинету.

Да, как я и думала, там написано: «Гинеколог».

Интересно, все его девушки ходят к этому доктору?

Как раз в ту минуту, когда я собираюсь постучать, дверь открывается и приятная женщина средних лет в очках говорит:

– О, вы вовремя. Одинцова? Проходите, пожалуйста.

Колени начинают непроизвольно дрожать. Я ещё не забыла свой прошлый опыт похода к врачу.

Пытаюсь успокоиться: а вдруг она мне напишет какую-нибудь справку, что я нездорова, и Роберт оставит затею обладать мной?

Хотя тогда Пашка не сможет пройти лечение, а в своей голове я уже сроднилась с мыслью, что он выздоровеет.

– Так, вы записались пройти полное обследование, сдать анализы. Верно?

Киваю.

– Давайте сначала на общие вопросы ответим. С какого возраста ведёте половую жизнь?

Начала с самого трудного вопроса. Не знаю, что и отвечать.

Зажмуриваюсь, стараюсь ровно дышать и… рассказываю ей всю историю про неудачные попытки.

Врач слушает без осуждения. Уже хорошо. Когда я заканчиваю, она поправляет очки и спокойно констатирует:

– Понятно, значит, ты половую жизнь пока не ведёшь.

Что-то пишет там у себя в бумагах. Осторожно спрашиваю:

– А что вы скажете про мой случай?

– Сначала посмотрим тебя на кресле.

Я встаю, раздеваюсь, сажусь на кресло. Врач проводит осмотр почти незаметно. Небо и земля по сравнению с моим предыдущим гинекологом.

– Все ясно. У тебя вагинизм.

– А что это?

– Сейчас все объясню. Сначала анализы возьмём.


Когда она заканчивает, я одеваюсь и сажусь напротив.

Врач начинает рассказывать:

– Это рефлекторное сокращение мышц, такое иногда бывает. Особенно у тех, кто ещё не ведёт половую жизнь. Разные причины. Я предполагаю, что твой случай связан с психологическим дискомфортом. Может, ты сильно боишься боли. Понимаешь… Я сейчас тебя смотрела, ты, конечно, сжимала мышцы, но не так сильно, чтобы невозможно было проводить осмотр. А бывают и такие случаи, что никакой осмотр нельзя провести.

Может, твой парень был просто неопытный или ты не была готова к близости? Я думаю, с более опытным партнером у тебя все будет хорошо. Обычно после того, как первый раз случается, все симптомы исчезают. Но если у тебя будут жалобы, приходи, будем работать. Может, придётся посетить психолога и поработать со страхами.

Слушаю и краснею.

Одновременно и радуюсь услышанному, и пугаюсь.

«Получится с более опытным партнером».

Неужели она знает про Роберта?

Как стыдно.

– Если больше вопросов нет, можешь идти, – говорит мне доктор.

Я встаю и собираюсь выйти из кабинета, затем поворачиваюсь, спрашиваю:

– А анализы?

Она отвечает:

– Я все вышлю, как будет готово, на указанную почту, как и было договорено.

Киваю и прощаюсь с милой женщиной.

Было договорено, но не со мной.

Сажусь в машину. Думала, теперь меня отвезут домой. Но нет, этот тяжёлый день, оказывается, только начинается.

После врача меня привозят в салон красоты, там я записана на процедуры по удалению волос.

Очень больно.

Пока я лежу на столе, терплю адскую боль и смотрю в потолок, размышляю: интересно, Роберт всегда так? Сам записывает всех своих любовниц и к врачам, и на процедуры?

Такой привередливый и дотошный. Я бы и сама смогла убрать волосы. Вообще-то.

Ему просто нравится унижать.

Затем меня привезли к парикмахеру.

Здесь уж я совсем была разочарована.

Ему вообще ничего во мне не нравится? Чем мои волосы ему не угодили?

– Мне велено не трогать цвет волос и длину, только сделать уходовые процедуры по вашему пожеланию. Вы что хотите? – спрашивает у меня парикмахер.

Я так измотана, что отвечаю:

– Делайте что хотите.

Мастер подравнял мне кончики, а ещё сделал какую-то маску для волос, после неё волосы блестели так, как будто я их покрасила.

Потом я увидела чек, который она «отошлёт на указанный адрес».

Больше двадцати тысяч! Офигеть! За какую-то масочку.

И под конец дня по «программе Роберта» было посещение торгового центра со стилистом.

Она купила мне много платьев и гору красивого белья. Даже новое пальто. Хотя осень не скоро.

От усталости я не могла возразить, да на самом деле и не сильно пыталась.

Гадкое чувство внутри.

Превращаюсь в какую-то безжизненную куклу, игрушку, которую наряжают и подстригают по своему усмотрению, а она и слова сказать не может.

Ну вот, я ещё с ним не спала, а мне уже так противно.

Когда я приехала домой, первым делом спрятала все свои покупки подальше от чужих глаз.

Бросилась на кровать без сил. Наконец-то этот день закончился!

Ночью пришло сообщение от Роберта: «Послезавтра. В 20:00 в том номере отеля, где мы в первый раз встретились».

Он ненормальный точно. Почему нужен именно тот номер? Хочет меня унизить? Там я кричала ему в лицо, что я не эскортница.

Ну вот, а теперь почти ею стала.

## Глава 8

Собираюсь ехать в отель. Надеваю платье, которое мне купил стилист. Выбираю единственное некричащего цвета и с не очень большим вырезом.

Да, естественно, новое красивое белье тоже на мне.

Первый раз вру тете и дяде: говорю про очередной благотворительный вечер. Добавляю на всякий случай, что, возможно, потом переночую у подружки.

Да, мне уже больше двадцати, и я давно могу жить одна и ни перед кем не отчитываться. Но мне нравится эта семья, нет такого чувства, что хочу побыстрее от них отделиться и жить самостоятельно. Тем более на жизнь я себе зарабатываю. И помогаю с Пашкой сидеть.

За мной и на этот раз прислали машину. Но другой водитель и машина другой марки. Сколько же у него машин? Иду почти без страха, но когда сажусь в машину, начинается мандраж.

С Кириллом, моим бывшим, хоть ничего и не получилось у нас, я так не боялась. А сейчас боюсь, и ясно почему. Потому что это ненормально.

Нормальная ситуация, когда люди сначала знакомятся, узнают друг друга, сближаются, проживают период романтических отношений, поцелуи и все такое… И уже после этого – постель. Последний этап. Я же сразу перескочила на финиш.

Знаю, что он собирается не встречаться со мной, а просто спать. Но почему он такой?

Ещё я очень боюсь, что Роберт окажется извращенцем. Мало ли что у богатых на уме. Я уже знаю, что он любит повязку на глаза надевать. Что, если он свяжет меня и будет бить плеткой? Страшно даже думать о таком.

Я не знаю, чего ожидать.

Он привык покупать женщин и делать что захочет.

Меня утешает лишь тот факт, что я не пойду «по рукам».

Он один. Ну, потерплю сколько там… Не знаю, сколько это будет длиться. Я вообще ничего не знаю.

Пытаюсь ни о чем не думать. Хватит себя мучить. Будет как будет. Я ни в чем не виновата и поступить по-другому не могу.

Машина останавливается напротив отеля. Я и не заметила, как мы доехали. Водитель поворачивается ко мне и протягивает карточку-ключ от нужного номера.

В прошлый раз такую карточку мне отдала Милана. Вот с кого все началось. С ее подставы и моей глупости. Если бы я тогда не пришла, не встретилась бы с ним, он бы не знал меня…

Я нехотя выхожу из машины.

Поднимаюсь на нужный этаж.

Подхожу к двери номера и никак не решаюсь ее открыть. До назначенного времени ещё пять минут. Роберт уже в номере? Или у меня ещё есть время побыть свободным человеком? Оглядываюсь. Ещё полчаса назад я была в старом панельном доме самого бедного района Москвы, а сейчас стою здесь, в самом богатом отеле, снять номер в котором – потратить мою месячную зарплату. Как это все не сочетается с моей жизнью. Хочется убежать.

Но я открываю дверь и захожу, тяжело дыша. Чувствую себя так, как будто вхожу в логово дикого зверя. Повязки на входе нет, и я заглядываю в следующую комнату – спальню. Роберт сидит на диване, нога на ногу, руки в стороны, смотрит на меня. Уравновешенный и холодный. Он, вообще, бывает другим?

Хлопает по дивану рядом, говорит:

– Присаживайся, я не кусаюсь. Пока что.

Я дрожу от его голоса. Надо взять себя в руки. Почему я веду себя настолько робко?

Сажусь рядом, достаю договор из сумки.

– Вы точно отстанете от моего дяди и отправите Пашу на операцию?

– Да, я сделаю все как обещал.

Я не знаю, что говорить дальше. И как тут не смущаться, когда сидишь рядом с мужчиной, который заставляет переспать с ним?

Роберт достаёт какой-то пакет, начинает говорить по-деловому, как будто я пришла к нему на собеседование на должность домработницы:

– Все твои анализы в норме. Это таблетки, которые ты будешь пить каждый день, начиная с сегодняшнего дня… Врач сказал, что они подойдут тебе лучше всего, – он достаёт одну таблетку и протягивает мне вместе с бокалом воды.

Я глотаю таблетку. Горечь во рту.

А он продолжает как ни в чем не бывало:

– Возьмёшь их себе. Не забывай принимать, это на твоей ответственности, залетишь – пойдёшь на аборт, справишься с этим сама?

– Да, – отвечаю я и удивляюсь тому, как дрожит мой голос.

Он берет папку, лежащую рядом на тумбочке, открывает и что-то читает. Спрашивает через минуту:

– Скажи, как ты умудрилась остаться девственницей до сих пор?

Мне одновременно становится как будто и жарко, и холодно от его прямого вопроса.

Так и не дождавшись моего ответа, Роберт продолжает:

– Здесь написано про «неудачные попытки из-за сильного спазма мышц», – читает вслух и усмехается.

Врач ему и об этом написала, серьезно?

– Что в этом смешного? Если я вам не подхожу, я сейчас с радостью уйду отсюда, а вообще, это личная информация, какое вы право имели это читать? – громко спрашиваю, смотрю прямо в его темные глаза.

Роберт перестаёт улыбаться, отвечает приглушённым голосом:

– И откуда ты такая взялась: девственница, а строптивая. Мечтаешь стать актрисой, хотя у тебя все эмоции на лице написаны.

Он пододвигается и проводит пальцем по моей щеке.

– У меня не было девственниц. Не планировал никого лишать невинности.

Затем его палец касается моих губ, приоткрывает мой рот.

Роберт наклоняется и шепчет мне на ухо:

– Я не хотел заниматься любовью, хотел просто хорошенько потрахаться. Но ты вечно нарушаешь мои планы.

Его рука сползает вниз по моей шее, останавливается на груди.

Он спрашивает:

– Ты испытывала когда-нибудь оргазм?

– Нет, – отвечаю я, сглатывая.

Хотя это не совсем правда. Иногда мне снятся эротические сны, и я чувствую в них как будто какое-то наслаждение. Но когда просыпаюсь, не могу понять: приснилось мне это или я действительно испытала удовольствие.

– Не волнуйся, со мной у тебя все получится, только учти, это просто физиология, никаких чувств и отношений между нами. Читала в договоре этот пункт?– спрашивает.

Я киваю.

Роберт тут же прислоняется к моим губам.

## Глава 9

Это неожиданно. Он целует резко, напористо, сразу находит мой язык и кружит, как будто хочет подчинить даже в поцелуе. Невозможно не отвечать на его поцелуй.

Прижимает руками к себе.

По сравнению с этим поцелуем все мои предыдущие теперь как будто не считаются. Я, оказывается, никогда и не целовалась по-настоящему.

Мне становится жарко, губы пылают, мы долго целуемся, не отрываясь, я слышу, как Роберт прерывисто дышит. И тоже начинаю так дышать: не хватает воздуха.

Роберт начинает водить руками по моему телу, я не знаю, куда девать свои руки, и обнимаю его за шею. Он отстраняется. Мы смотрим друг на друга. Я вижу в его глазах что-то необычное, то, чего не видела раньше, но не могу понять что.

Говорит, все ещё тяжело дыша:

– Встань, я завяжу тебе глаза, – и как будто злится.

Достаёт откуда-то повязку и завязывает мне глаза. Туго. Теперь я ничего не вижу.

Хотя я и без повязки вряд ли осмелилась бы открыть глаза от страха.

Роберт берет меня за руку и подводит к кровати (понимаю на ощупь).