Алекс Волков
Пирамида

1. Закат

Крон был вождем по праву. Он обладал всеми качествами для успешного выживания экипажа: честен и открыт с друзьями, жесток и коварен с врагами, расчетлив в торговле и услужлив при выполнении воли Богов корабля. Именно этот набор качеств и позволил относительно безбедно существовать всему экипажу и Крону последние 20 лет.

Апейт не питал иллюзий и хорошо понимал, что из группы «друзей» в группу «врагов» можно было перейти и без официального уведомления. Но пока он был слишком молод, и не беспокоился по этому поводу. Однако, сегодня утром он получил приглашение лично от Крона на завтрашний прием, запланированный в комнате говорящих духов, которая находилась в самом сердце корабля. Не более ста человек приглашались туда каждый год. Это были лучшие труженики, охранники и торговцы, а также худшие работники и все, кому исполнилось, как и Апейту, 16 лет. Чтобы попасть в эту комнату, нужно было, пройдя поля с растениями, зайти через главный шлюз в зарывшийся носом в песок корабль, пройти из жилой части в грузовую, основательно замусоренную и перегруженную запасами, собранными к сезону кислотных и метеоритных дождей, миновать магические ворота, которые охранял отряд Дейна и пройдя по длинному сверкающему коридору попасть в зал «невидимых экранов», который плавно переходил в зал «говорящих духов». Сам он там никогда не был, но это была излюбленная тема разговоров у духа обеденного костра в поле или в жилом отсеке корабля.

Весь экипаж знал, что каждый из пяти сотен его членов зависит от других. Здесь нет возможности выжить в одиночку. Если кто-то плохо работал, его понижали в обязанностях и возможностях, а если ситуация не исправлялась – лишали Пермитов, отправляли в далекий поход за священной силой богов или изгоняли. Если же ты работал хорошо и следовал воле духов корабля, передаваемой вождем и главным техником, тогда ты получал Пермиты и мог говорить с малыми духами и даже давать им простые указания.

Духи корабля давали людям защиту, чистую воду и простую еду, но для полноценной жизни экипажу нужны были овощи, травы, специи и многое другое. Без них начинались болезни и мор. Чтобы вырастить всё нужное для жизни, вокруг корабля раскинулись поля и парники с растениями, которые защищались светящимися барьерами корабля от кислотных дождей. Охотники уходили в пустыню и, изредка, в предгорные леса за животными. Духи снабжали охотников специальными трубками, называемыми «парализаторами» и «шариками опасности», которые пищали при приближении к животному или другим людям.

Пот, выбиваясь прямо из-под русой чёлки, аккуратными струйками стекал по загорелому лицу Апейта и капал на немного заляпанную рабочую одежду-робу. Он уже два года был в должности разнорабочего и в последнее время копал оросительные каналы на поле с перцем. В течении долгого дня он несколько раз задумывался о том, почему вождь не попросит духов помочь с поливкой этих растений, но либо вождь был слишком занят, либо духи не хотели помочь.

От усталости лопата в руках потяжелела. Солнце стало приближаться к горизонту и бригадир просвистел отбой. Почти одновременно с этим сигналом подсветка на корабле сменилась с желтой, обозначающей рабочее время, на синюю – время отдыха, сверхурочной работы или работы для получения «дня отдыха впрок». С десяток разнорабочих закончили последние на сегодня дренажные канавки и пошли к кораблю. Поле, на котором работал Апейт было где-то в километре от ближайшего шлюза и сейчас в закатных лучах окружающий мир выглядел грандиозно: в огромной серо-желтой пустыне без единого дерева и без холмов лежал он – корабль. Точнее, не лежал, а зарылся в землю, воткнувшись носом и приподняв в воздух корму. Около километра его блестящего, но уже потускневшего корпуса, было отчетливо видно и столько же скрывалось в глубине под землёй. На северо-востоке виднелась гряда гор, таких высоких, что на их склонах было влажно и росли леса, о которых Апейт только слышал, а на вершинах было что-то белое, как пена-еда, которую давали духи камбуза. А выше, за горами виднелась сияющая серебром пирамида. Сама пирамида была правильной формы, без единого изъяна на стенах, но её вершина отсутствовала, как будто откушенная огромным пустынным вараном. Там, по легендам, было главное жилище духов. Воздух начал немного холодеть и от пустыни стал подниматься туман, смягчая очертания и добавляя нотку таинственности во все происходящее. Именно это добавило Апейту решимости и вместо того, чтобы пойти со всеми к главному кормовому шлюзу он стал немного отклоняться на север.

На борту корабля огромными буквами было написано «UN17». Почти весь экипаж, как и экипажи других кораблей, не умел читать, но при этом хорошо знал числа и умел считать. Счёт был необходим в быту, для общения с духами и выполнения работ, а слова заменялись набором схематичных изображений, минимально необходимых для поддержания ежедневной рутины. Из-за этого надпись «UN17» на борту читалась просто как 17 и весь экипаж корабля звали «семнадцатые». Именно эти цифры привлекали Апейта. В отличие от многих других он знал маленький секрет – с помощью этих цифр можно увидеть мир с другого ракурса. До закрытия шлюза было еще далеко, а уплотнившийся туман помогал ему быть незаметным и отважным. Апейт не собирался нарушать никаких правил, но его могли заочно обвинить в неэффективном использовании ресурсов, так как он собирался потратить силы на что-то бесполезное, по мнению большинства. А еще хуже – могли ввести правило, запрещающее что-то подобное…

Небольшой поток рабочих, уходящих с полей был одет в одинаковую светло-серую и немного мешковатую одежду, хорошо подходящую для работы вне корабля. Трудовой день нельзя было назвать тяжёлым, но никто активно не общался. Все шли сами по себе и не глядели по сторонам.

Продолжая идти в направлении корабля Апейт понемногу смещался с главной тропинки и направился к буквам UN17. Он начал разминать пальцы, потом плечи и спину, похрустывая позвонками и чувствуя мышцы спины, о которых уже забыл. Массивный корпус корабля все приближался в тумане и наконец встал перед ним вертикальной стеной. Только вблизи можно было рассмотреть особенность букв – они были не только нарисованы, но ещё и вдавлены в борт корабля на несколько сантиметров. Средняя палочка буквы N, из-за наклона корабля, стала более пологой, что позволяло плавно подниматься по ней, как по полке, наверх, прижавшись лицом к корпусу и переставляя ноги приставным шагом. Это был единственный путь залезть на корабль, так как переход по корпусу с зарывшейся в землю носовой части был заблокирован вертикально торчащей рубкой. Благодаря наклону корабля угол был не очень велик и первые движения давались легко. Проблема была в том, что длина «полочки» была более двухсот метров и движение требовало концентрации. Это была уже третья попытка Апейта залезть на корабль – первый раз он планировал пройти полочку за несколько минут и не рассчитал силы, которых еле хватило, чтобы вернуться. Второй раз неожиданно взвыла сирена кислотного дождя и он в последний момент успел под защитное поле у шлюза. Сейчас, в третий раз, скорость оказалась намного медленнее, икры уставали, так как приходилось стоять на носочках. На борту изредка встречались повреждения обшивки, позволяющие удобно встать и дающие отдых. Через пятнадцать минут аккуратного лазания он перешел на пологий участок корпуса, по которому можно идти. Еще около ста шагов, и он вышел на верхнюю часть корабля и побежал легким бегом к самой высокой точке – висящей в воздухе корме.

Еще десять минут, тысяча шагов, и он там, выше всех известных ему людей и никого нет рядом! Он – король этого мира! Нет, не на золотом троне со скипетром в руке и не на энерготелеге во главе разведывательного отряда, но он видит и ощущает все. С этой высоты мир выглядит по-другому – последние лучи пробиваются через холмы на западе, огромная тень корабля уходит на восток. Горы на севере искрятся, солнечные лучи играют на белой пена-еде на их пиках, а над горами возвышается обломанная вершина огромной блестящей пирамиды. Каждая её стена, как идеальное зеркало, отражает свет заходящего солнца на соседние горы. С этой высоты видна большая река с зелеными берегами, которая бежит с гор и теряется в пустыне, видна пылевая буря на юге и огромная долина-разлом, куда она направляется, а все поля 17-х кажутся просто крохотным пятачком. Еще дальше где-то на западе находится корабль 223-х, с ними торгуют редисом, перцем и зирой. Еще западнее климат более влажный и живут дикие люди – у них нет корабля для защиты, и они прячутся в глубоких подземных пещерах в сезон кислотных дождей. Апейт почувствовал, что в нем просыпается желание раствориться в этом мире, стать частичкой его и одновременно желание понять его, понять духов корабля, понять откуда взялись блестящая пирамида и разлом, появилось ревностное желание познавать, искать, обсуждать и в споре находить истину. Истину того, почему солнце вращается вокруг земли с такой постоянностью; истину, почему охотничий бластер делает только 8 выстрелов, а потом его надо отдать духам на зарядку; истину, почему все вокруг устроено именно так, и главную истину, которая должна быть простой, ее надо только понять и все станет ясно и не будет других вопросов….

И тут его поразила еще одна мысль – его жажда знаний происходила из-за непонимания того, что и для чего он делает, из-за отсутствия цели, кроме ежедневного выживания, из-за отсутствия «завтра» …

2. Комната говорящих духов

Апейт проснулся в 6 склянок в общей комнате F4L114, где кроме него жили еще пять разнорабочих. И хотя руки были исцарапаны буквой N при спуске, а икры очень болели и не позволяли уверенно идти, его глаза блестели, и он был под впечатлением вчерашнего маленького приключения. Основные эмоции прошли, но где-то в глубине продолжала тлеть искра. Он попробовал сделать то, что считал правильным и у него получилось! Несомненно, это была «неэффективная трата ресурсов», но в этом было и что-то нужное, что возвращало мысли Апейта ко вчерашнему дню.

Апейт знал многих из экипажа, но не было никого, с кем он бы близко общался: родители, несомненно, поддерживали его, но по правилам экипажа приглядывали за ним только до двенадцати лет, а сейчас больше занимались младшими сестрами. Соседи по жилому отсеку были замкнуты и не интересовались ничем, кроме минимальной нормы необходимых работ и обсуждением еды. Он перебирал имена всех знающих людей в экипаже, о которых он слышал: охотники, видевшие дальние земли за целых два-три дня пути от корабля; торговцы, общающиеся с другими экипажами и даже с дикими племенами; лидеры племени, которые знали многое, но были недосягаемы для обычного разнорабочего. У него не было друзей среди них, а напрашиваться он не хотел. Да и был не уверен, что, выслушав его рассказ они одобрят его выходку. С другой стороны, на камбузе часть столов была общей и, если повезет, можно подсесть и послушать байки охотников. До визита в комнату говорящих духов оставалось еще несколько часов и имело смысл подкрепиться, а заодно собраться с мыслями и в очередной раз все же понять, какую работу он хочет просить на следующий год и скорее всего на всю следующую жизнь.

Не было однозначного сценария событий, происходящих в той комнате: иногда духи советовали, что тому или иному человеку лучше делать, иногда спрашивали его, что он хочет, иногда оставляли разнорабочим с правом прийти через год. Иногда признавали опасным для общества или даже советовали изгнать, но, кажется, решение все равно принимали вождь и главный техник. Апейт нервничал, а вдруг духи спросят его, что он хочет, а у него не будет ответа. Ему нравилась свобода охотников, нотка авантюризма у торговцев, возможность выращивать и создавать у фермеров, уверенность у охранников и на самом деле не было той работы, которая ему бы не нравилась. Но особенное удовольствие он получал от исследования нового, будь то места, умения или знания. К сожалению, это напрямую не подходило ни к одной из известных работ.

Отбросив мысли прочь, он подошел к выходу из их шестиместной комнаты для разнорабочих и применил один из трех Пермитов, которые у него были – Пермит работы с духом двери комнаты F4L114. Подойдя к двери, он ритуально поклонился и проговорил «Юнга Апейт просит открыть дверь F4L114». Зеленый экран духа рядом с дверью загорелся и вывел ряд непонятных Апейту символов, которые выглядели как «Голосовая идентификация. Юнга AP8. Права подтверждены. Дверь открыта.». В очередной раз Апейт пожалел, что не умеет читать и не знает, что же ему сообщил дух. Выйдя, он произнес: «Юнга Апейт просит закрыть дверь F4L114» и услышав звуковой сигнал подтверждения не стал оглядываться. Он уже много экспериментировал с этим духом. Когда никого не было в комнате, он просил открыть и закрыть с неправильным ритуальным поклоном или совсем без него. Пробовал просить от имени других жильцов или менял фразу открытия. Эксперименты показали, что дух открывает дверь, если в фразе есть его имя и просьба открыть дверь. Все остальное не обязательно. Попытки открыть дверь от чужого имени ни к чему не привели, а экран загорался красным. Один раз он даже рискнул использовать способ, который разрешен только для общения с важными духами – приложить руку к экрану у двери и дверь открылась с сообщением «Тактильная идентификация. Юнга AP8. Права подтверждены. Дверь открыта.». Ему даже не пришлось ничего говорить. Это немного пугало, так как у всего должна быть причина и логично было бы использовать более простой способ открывать дверь. Но если это запрещено, то, возможно, его выходка приведет к нехорошим последствиям.

На камбузе было многолюдно и, несмотря на высокие хорошо освещенные потолки и большие белые столы, чувствовалась теснота. У духов еды скопились очереди на выдачу. К духам относились с особенным уважением, так как без еды было бы очень тяжело. Каждый подходил с двойным поклоном, представлялся духу и выбирал блюдо. Для разнорабочих загорались только первые 2 кнопки. Все знали, что «1» – это детская, но вкусная, порция, а «2» – базовая, питательная, но безвкусная. Начинающие фермеры, охранники и охотники могли брать третьи порции – более вкусные и разнообразные, а для заслуженных работников и торговцев был доступен весь ассортимент вплоть до 7й. По праздникам или в день рождения можно было получить любую порцию. Несмотря на это, даже в лучших порциях не хватало витаминов, и они дополнялись самостоятельно выращенными овощами и специями.

Посещение комнаты говорящих духов – это официальный праздник и шанс полакомиться нельзя было упускать. Апейт долго дожидался своей очереди. Фермер Тагим, стоящий перед ним, решил исполнить ритуальный танец для духа еды, в честь особого уважения, что затянуло очередь еще на 5 минут. Когда Тагим наконец произнес ритуальную фразу и увидел полный набор возможных блюд его пальцы затряслись. Он переводил взгляд с одной кнопки на другую, на каждой из которых было символично изображено блюдо. Невежливо заставлять духов ждать, тогда они запускают таймер обратного отсчета и в конце выдают самое простое блюдо. Тагим этого видимо не знал и продолжал переводить восхищенный взгляд с кнопки на кнопку. И вправду, такой выбор представляется не каждый день. Очередь ждала, затаив дыхание, и смотрела на уменьшающиеся цифры. Никто не торопил Тагима, полностью отдав судьбу его завтрака воле духа еды. Апейт тронул его за плечо и быстро проговорил: «Если ты сейчас не выберешь, то дух даст самое простое блюдо», от чего рука Тагима дрогнула и нажала кнопку 6. Раздалось жужжание и выехал поднос с накрытыми тарелочками и двумя напитками. Тагим недоверчиво посмотрел на Апейта и молча пошел к столу с подносом. Наконец подошла очередь Апейта и он, совершив два ритуальных поклона, произнес заклинание вызова духа для своего Пермита «Юнга Апейт. Меню завтрака.». Перед ним загорелись все 7 кнопок. Он точно знал, что должен попробовать «номер 7», так как все остальные блюда выше обычных «1» и «2» Апейт уже попробовал в дни рождения с 12 по 15 лет.

Не то, чтобы он сгорал от любопытства, но воображение уже начало рисовать заманчивые варианты. Первое блюдо, которое Апейт заказывал по обычным дням, было просто пено-едой. Белой бесформенной массой. Питательной, но практически без вкуса. В то время как блюдо номер три было похоже на макароны или как-то так его называли знающие. Их поджаристую корочку хотелось грызть боковыми зубами, но при этом тесто внутри было мягким. Четвертое блюдо называли «пельмени» и вкус мяса, вареного теста и бульона отвлекал от всех сиюминутных мыслей. Пар, идущий от них, хотелось вдыхать с закрытыми глазами и плыть в нем, как в теплой реке. Пятое блюдо называлось лаконично «мясо» и это был просто большой кусок белого мяса. Апейт был удивлен, но чаще всего его брали не охотники, а фермеры и торговцы. Шестое блюдо вызвало у него серьезное разочарование и название «овощи» совсем не соответствовало практически безвкусному набору правильных геометрических фигур. Только тетраэдр был более-менее ничего. Поэтому он с неоднозначными чувствами ждал блюдо номер 7. Как он уже знал, оно называлось «рыба».

И он не разочаровался! На подносе выехала тарелка с огромной белой пельмешкой, от которой шел душистый пар и стакан с желтым напитком.

На самом деле все блюда были белыми или с небольшими оттенками, но при этом отличались вкусом и методом приготовления и к каждому прилагался один напиток, а к некоторым и два напитка. Если бы не овощи, которые они выращивали сами рядом с кораблем, и особенно перец, то рацион стал бы очень однообразным. Рядом всегда стоял стол со всеми выращенными дарами и каждый добавлял по вкусу. Перец был на особенном месте, особенно выращенный фермером Денезом.

Получив поднос, он подошел к столам с зеленью и стал выбирать между длинными луковыми перьями, которые придавали нотку бодрости, перцем, для глубокого вкуса и ярких воспоминаний и различными смесями трав. Неспешно взяв лук, чеснок и перец, Апейт подгадывал момент, чтобы сесть за стол к охотникам.

Да, еда – это несомненно приятно, но даже близко не может сравниться с рассказом о неизведанных землях, да еще из уст самих охотников.

К счастью, пара мест была свободна и набравшись смелости он сел между Даком, худым и выносливым охотником известным своей тягой к разговорам и неизвестным, немного упитанным, верзилой, с широкой располагающей улыбкой на лице. Верзила отличался самодельным коричневым кожаным охотничьим костюмом, украшенным кисточками каких-то трав и сильно стоптанными сапогами. На голове у него была совершенно не практичная и ненужная внутри корабля самодельная шляпа из-под которой торчали растрёпанные тёмные волосы. «Вот чудак» подумал Апейт, ведь дух одежды создаёт для охотников любую необходимую им одежду! Но тут же вспомнил свой вчерашний день.

В целом в этом уголке стола сидело около десятка охотников, но их разговор был не об охоте или дальних землях, а об обеде. Каждый пробовал свое блюдо и делился ощущениями. Не было рассказов о дальних землях, неизвестных животных и таинственных открытиях. Апейт был настолько удивлен, что потерял аппетит и с грустью ел блюдо номер 7, которое и вправду напоминало огромную пельмешку, хотя и более постную. Чувствовалось, что он что-то не понимает в этой жизни. Вокруг него сидели люди, повидавшие намного больше, но при этом им это было не интересно.

Неожиданно верзила справа повернулся и спросил:

– Апейт, да?

– Да, юнга разнорабочий Апейт – ответил Апейт удивленно. С ним обычно не заговаривали первыми.

– Пришел байки послушать? Про больших зверей и неведомых красавиц?

– Мне сегодня в Комнату Говорящих Духов. Хотел больше об охотниках узнать….

– Тогда понятно – добродушно улыбнулся толстяк – здесь не так много романтики. Это работа. Меня Верден зовут, и я уже 15 лет с отрядом хожу по охотничьим путям. Сначала мечтал увидеть большой мир, мы даже несколько раз отклонялись от маршрута, но вокруг одна пустыня. Это примерно, как быть фермером: они весь день в поле, потом ужин, а ночью спят, так и мы идем по известному маршруту. Когда запищит дух опасности, достаем парализаторы и покрываем все вокруг. Забираем туши зверей, если съедобны, и идем назад. И пользу приносим и сами сыты.

В голосе Вердена проскользнула тоска. То ли он вспоминал прошлое, то ли ему чего-то не хватало.

– А есть ли большие звери? Живут ли духи вне корабля? Можно ли из парализатора подстрелить змею? Как приготовить мясо выстрелом бластера? Ходили ли они до большой реки? – вопросы из Апейта сыпались, не переставая. Верден сначала молча смотрел на него, а потом улыбнулся:

– У тебя много хороших вопросов, но что ты будешь делать, когда получишь ответ на них? Станешь ли ты счастлив? Будешь ли дальше задавать вопросы? Или будешь только обсуждать тонкости седьмого блюда? – в голосе Вердена опять проскочила грусть и немного ирония. Он хотел сказать что-то еще, но просто вздохнул, махнул рукой и ушел.

Апейт молча доедал 7-е блюдо. Оно было явно вкуснее обыкновенных и привкус соевого мяса был вполне терпимый. Охотники продолжали обсуждать духов еды…

На выходе из камбуза Апейта догнал Тагим. Он как бы невзначай произнес: «Извини, я растерялся и не поблагодарил. Спасибо!» и устремился дальше, фальшиво напевая песенку. Это было странно, но при этом приятно.

Как раз пробили рынду, а значит, надо было двигаться к комнате говорящих духов. Пройдя через складские помещения Апейт дошел до главных магических дверей. Там уже скопилась большая часть из «избранной» сотни, а остальные спешно подходили. Опаздывать было не принято и ровно в назначенный час Дейн в сопровождении охранников подошел к большим круглым дверям, ритуально поклонился их духу и приложил руку к панели. Дверь начала вращаться, а затем отъехала в сторону с тихим гулом. Впереди открылся большой освещенный коридор, где человек 5 могли пройти в ряд. Коридор вел вниз из-за наклона корабля, но шершавый пол позволял комфортно идти по нему. Дейн пошел первым, а за ним все приглашенные, замыкаемые охраной. Апейт узнал многих коллег разнорабочих, пару торговцев и несколько охотников, включая Вердена. Хотя было и много незнакомых лиц. Двигались неспешно и торжественно. Стены коридора обладали множеством закрытых дверей, а заканчивался он еще одной круглой дверью в зал невидимых экранов. Дейн открыл вторую дверь, и вся толпа влилась в огромный зал с куполообразным потолком. На стенах было несколько духов проекторов, показывающих окрестные поля и склады. Все остальное таяло во мгле и одинокие точки светили с разных сторон. С противоположной стороны купол обрывался огромной аркой, за которой была комната говорящих духов. Оттуда исходил зеленоватый свет и раздавался напряженный голос вождя Крона и спокойный голос главного духа. Над аркой была таинственная надпись: «Корабельная рубка».

Голос Крона на секунду замолк и он сам величественно появился в арке:

– Духи готовятся к вашему приему, пожалуйста, подождите – и дал сигнал Дейну. Тот жестом предложил подождать стоя из уважения к духам.

Несмотря на возвышенный тон Крон выглядел усталым и отрешенным. Щёки ввалились а борода клином раньше бывшая рыжей как то выцвела. Он исчез в комнате говорящих духов и продолжил разговор с главным техником. У Апейта был хороший слух. Никто не воспротивился, когда он подошёл и встал ближе к арке, да на корабле и не было особых секретов или как минимум они не были никому интересны. Ему удалось услышать разговор Крона, главного техника и великого духа:

– В сводке данных явные пробелы, можно ли перезапустить анализ? – сказал Крон.

– Это займет время, а так как новых исходных данных нет, то и результат будет тот же, что и раньше — устало сказал техник.

– Хорошо, давай еще раз изучим последнюю сводку. Тали, выжимку данных за последний год.

Великий дух начал монотонно излагать:

За последний год энергетическая эффективность солнечных батарей снизилась на 23 % из-за продолжительных пылевых бурь и длительной процедуры очистки панелей в связи с малым количеством роботов помощников. Они позволили зарядить резервные батареи на 2 %, (34 MАч). Так же для получения энергии используется единственный работоспособный автономный генератор, который вырабатывает 750 КВт мощности.

В этом году ожидается увеличение падения метеоритов на 18 % из-за пересечения с метеоритным потоком уничтоженного Марса. Чтобы получить требуемую вероятность защиты корабля и полей в 99 % необходим расширенный запас энергии для защитного поля.

Оставшейся энергии достаточно для обеспечения проживания 325 человек на полном рационе синтезированной пищи или 520 человек на урезанном рационе. В случае дальнейшего урезания рациона прогнозируется рост болезней, лечение которых повлечет большие траты энергии. В данной модели….

Оценки выживания людей при отключении системы кондиционирования и гравитационной компенсации наклона корабля. – прервал Крон.

340 человек на полном рационе и 538 на урезанном…

Вычесть энергию для функционирования внутренних дверей.

342 человек на полном рационе и 540 на урезанном…

Уменьшить требуемую вероятность защиты полей от метеоритов до 70 % и корабля до 90 %.

372 человек на полном рационе и 591 на урезанном питании.

В этот раз Крон не перебил духа, а стал о чем-то тихо совещаться с техником. Последнее что расслышал Апейт – список социально нестабильных членов экипажа…

Через одну склянку Крон опять торжественно появился в проеме и пригласил всех в комнату говорящих духов. Его сопровождал главный техник. Перед входом в зал каждый должен был пройти ритуал приветствия – подойти к духу-экрану, приложить обе ладони к стеклу внимательно смотреть внутрь, следя за появляющимися фигурами.

Внутри комнаты было большое количество сидячих мест и напротив каждого был терминал по работе с духом. Одни помигивали огоньками, другие были темны.

Когда все собрались внутри и встали как положено, полукругом, сгруппировавшись по специальностям, Крон торжественно начал:

– Каждый год мы собираемся у великого духа, чтобы он поощрил трудолюбивых, назвал недостойных и предложил лучшие пути для неопределившихся. – Крон продолжал и продолжал, а Апейт с любопытством разглядывал зал. Все кресла были повернуты в одну сторону. Было такое ощущение, что все они смотрели вперед, как будто куда-то двигались. У них явно было различное назначение. Где-то у духа было много кнопок, а где-то сплошные экраны. Какие-то кресла были повыше и как бы нависали над остальными. В голове повис немой вопрос – зачем все это? Зачем духам нужны люди в этих креслах, если они и так могут всё?

Дерес! – прозвучал голос Крона. – В этом году ты работал хорошо, но не выделялся по количеству выращенного сельдерея, как в прошлом. Ты с почетом разжалован из ведущего фермера в старшего фермера.

Далее последовали другие, Кросс стал обычным охотником. Лик младшим торговцем, за провал сделки с дикими племенами. Зинда перестала быть старшим поваром за систематические ошибки и так далее. Всего около 30 человек получили понижения. Это был практически рекорд. Обычно это было 5–7 человек в год.

Потом начался обратный процесс – Рага стала ведущим поваром, Мит старшим охранником и так далее. Однако повышений было меньше чем ожидалось. Пока практически все были увлечены процессом, Апейт нашел зависимость в мигании духов дисплея. Перед каждым вызовом рядом с Кроном на дисплее появлялось много строчек, на которые тот поглядывал, пока говорил. Это были не привычные пиктограммы, а полноценные слова, и хотя Апейт и не умел читать, но он увидел зависимость между длиной первой строки на экране и именем вызываемого. Похоже дух подсказывал Крону что-то про вызываемого…или Крон просил подсказать? Или что более странно – он умел читать? Но ведь это хоть и не запрещено, но считается избыточным и ненужным?

Наконец наступила самая интересная часть – вызов новичков, не определившихся с выбором.

Первым вызвали Гари. Болтливого 15-ти летнего паренька, который немного общался с Апейтом, был весел, открыт, недальновиден и любил делать всё руками других. Великий дух вывел на экран изображение улыбавшегося Гари и целый ряд параметров, которые выглядели как украшение экрана:

Имя: Гари В

Интеллект: низкий (68)

Психологическая устойчивость: очень низкая

Усидчивость: очень низкая

Коммуникабельность: выше среднего (105)

Физическая развитость: высокая

Выносливость: высокая

Генетическая ценность: низкая

И много чего еще, а в конце:

Рекомендация: Младший повар.

Крон вкратце описал жизненный путь Гари и сообщил, что Великий дух предлагает ему стать Младшим поваром. Гари ждал несколько секунд, ожидая других возможностей, но не услышав их, сник и согласился. В тайне он мечтал быть торговцем, но не решился сказать об этом. Под общие овации Гари стал поваром и вернулся в круг.

Дальше была Зея, жилистая, но симпатичная девушка со светлыми блестящими волосами, заплетенными в две длинные тугие косички, уверенным взглядом, и стройной, напряженной осанкой. Её выделял костюм разнорабочего, который она видимо самостоятельно перекроили и подогнала по фигуре и дошила карманы. Она стала младшим охотником и никак не выразила свои эмоции.

Кадий пошёл по пути торговца, а за ним и другие получали свои назначения.

Все это время Апейт внимательно следил за экраном. Первая строчка была явно именем, напротив второй стояло число. Число было еще в 5-й строчке, а в остальных были слова, которые он не мог понять. Люди с маленьким числом во второй строчке шли в повара или фермеры, со средним – в охранники и охотники, а с высоким числом в 5-й – в торговцы. Хотя были и исключения. В этом случае Крон делал специальный жест и на экране появлялась еще одна строчка.

Апейт! – Голос Крона вывел его из размышлений, и он рефлекторно сделал шаг вперед. На экране засветилось его изображение и много строчек:

Имя: AP8

Интеллект: высокий (144)

Психологическая устойчивость: высокая

Усидчивость: средняя

Коммуникабельность: высокая (128)

Физическая развитость: высокая

Выносливость: средняя

Генетическая ценность: высокая

а в конце:

Рекомендация: любая

Комментарий: обладает самостоятельным мышлением

Апейт видел, что оба числа довольно велики, хоть и не знал, что они значат. Его выбор не должен быть сильно ограничен! Крон внимательно изучил экран и произнес: «Младший повар». И самое странное – Апейт не расстроился. Это была не самая престижная работа, но разочарования или обиды не было и в помине. Он был все еще увлечен анализом надписи на экране и увидел зависимость между комментарием к числу во второй строчке и значением в третьей. Между тем Крон сделал жест рукой и внизу экрана появилась звездочка.

Еще двое новичков стали фермерами и на этом список закончился, однако многие приглашенные ветераны не были вызваны ни разу, что было странно. Верден и другие охотники удивленно переглядывались.

Крон вышел вперед и объявил, что в этом году великий дух даровал им возможность исполнить долг экипажа и сейчас Дейн по его просьбе пригласит еще часть команды, чтобы выбрать, кто достоин выполнить веление главного духа.

Через несколько минут в зал вошли за Дейном еще около тридцати человек. Их явно вызвали прямо с рабочих мест, хотя страха в их глазах не было, скорее любопытство. Апейт знал многих из них. Заходя в зал, они отличались живым взглядом, внутренним спокойствием и уверенностью.

Голос Крона зазвучал с новой силой:

– Мы вызвали в зал самых достойных, чтобы выполнить волю великого духа и найти силовые части его души. Мы пошлем отряды в разные направления и достигнем соседних кораблей, чтобы найти духовные запчасти к генераторам, пошлем торговцев к диким племенам за батареями, отправим отряды к разлому и пирамиде, чтобы найти новые генераторы – Крон стал путаться в терминах и иногда называл батареи духовными, иногда энергетическими, а иногда емкостными. Речь была не до конца подготовлена, но ее смысл был ясен: искались добровольцы, чтобы отправиться за необходимыми для великого духа элементами или запчастями. Причем аудитория была подобрана верно. Из всего экипажа у новопришедших наиболее ярко горели глаза. Видно было, что они хотят нового и блюдо номер 7 не является пределом их мечтаний. Уйдя без разрешения, ты не имеешь права вернуться, но уйдя на задание тебя с радостью будут ждать назад.

Крон не стал скрывать детали. По воле главных духов должны уйти семь отрядов по три человека. Большие отряды не имеют смысла, так как все равно не смогут выдержать открытое нападение диких или другого экипажа, но при этом намного более заметны. А трое могут помочь друг-другу или, как минимум, похоронить товарища. Один отряд пойдет к 223 м, чтобы узнать на счет выкупа силовых запчастей. 2 отряда пойдут к диким племенам на западе и попробуют найти батареи на рынке. Один отряд пойдет на юг, чтобы пересечь пустыню и продолжить поиск там. Честно говоря, его цель довольно сомнительна и скорее хороша для создания карты окрестностей. Один отряд должен исследовать леса в предгорьях севера, еще один – разлом на востоке, а последний пойти к блестящей пирамиде за горами и искать силовые батареи там.

Первыми выбирались желающие идти к 223 м. Всего захотело около 20ти человек и Великий дух выбрал 3х братьев силачей для этого задания – Кола, Азла и Надива, их возглавившего. Апейту было очень любопытно, но он не выразил желания идти туда и не вызвался. Он испытывал чувство стеснения. Вчерашний Апейт, сидевший на вершине корабля куда-то отошёл на второй план и вместо него появился Апейт, который должен жить по правилам корабля, который должен выполнять свои задачи и приносить этим пользу. Апейт, который знал, что это правильный путь выживания, который они все выбрали, но который не мог в глубине души смириться с этим и стеснялся этого. А так же он чувствовал скрытую игру, которую вел Крон, но не видел ее деталей и цели.

К диким племенам идти вызвалось намного меньше желающих, однако слухи о базаре и зеленых полях набрали шесть человек. Вадем, Денетра и Витан были опытными охотниками и попали в первый отряд, а Серим, Бадуша и Навин имели больше торгового опыта и оказались во втором. Причем и Гари, и Зея из новеньких подали свои голоса, но не были выбраны духом и Кроном, его гласом.

С отрядом, идущим на юг были явные проблемы и желающих сначала не было вообще, так как все были хорошо знакомы с песчаными бурями. Крону пришлось пообещать специальное снаряжение и дыхательные фильтры и команда из Дага, Дианы и Лонча сформировалась.

Членство в лесном отряде вызвало ажиотаж. Мало кто видел живой лес и желающих было хоть отбавляй. Верден первым уверенно шагнул вперед, а за ним все, включая Гари и Зею. Апейт опять же не претендовал на место в отряде. Великий дух выбрал Протона, Дафа и Джуди. Было видно, что Верден разочарован, но не может спорить с великим духом.

В разлом на востоке было не так много желающих идти и Верден опять вызвался первым. В итоге он возглавил отряд, а под его руководством оказались два упитанных фермера: Доди и Налим.

Последним был отряд к пирамиде и вызвалось всего четверо: Гари; Зея; Торос, немолодой, немного сутулый и худой торговец со смешной всклокоченной стрижкой и маленькой седой бородой. И улыбающийся полноватый повар Аким. Апейт опять не вызвался. Крон с любопытством посмотрел на него:

– Это отличная возможность услужить духам и принести пользу всем – сказал он, смотря прямо ему в глаза. Мысли Апейта бились, как сумасшедшие о черепную коробку. Он очень хотел пойти, но боялся в этом публично признаться. Главными ценностями экипажа были стабильность, планомерность и осёдлость, а далёкие выходы наружу это для лентяев, тунеядцев и изгоев. И пусть он вернётся героем, но всем известно, что ходившие далеко и повидавшие другие земли члены экипажа редко могут ужиться после возвращения.

А ещё он чувствовал желание Крона отправить его подальше, и оно его настораживало, но всё равно Апейт уже принял решение. И дело не в должности младшего повара, а в сильном чувстве, что настоящий мир там, за кораблём. Где-то вдали. Жгучее желание увидеть мир взяло вверх. Мимо пробежали мысли о родителях, о том, как весело с ними болтать по вечерам, когда есть свободная минутка и трепать сестренок по волосам.

Крон продолжал смотреть и Апейту очень хотелось отвести взгляд, но теперь он уже не мог, так как вызов был брошен. Пытаясь сдержать дрожь в голосе, он попробовал показать себя зрелым, опытным и получить больше информации. Он сильно нервничал и сначала не узнал свой голос, так хрипло тот звучал:

– Это великая честь для меня присоединиться к отряду и причина, по которой я не сделал это сразу – неуверенность в своих знаниях найти и распознать искомые батареи. Если главный техник посвятит меня, то я смогу быть полезен отряду и с радостью присоединюсь – выдавил из себя Апейт с небольшими запинками пытаясь подрожать правилам формальной учтивой речи.

Техник вскинул брови и, не дожидаясь ответа Крона, улыбнулся и пообещал подробный рассказ для Апейта и других о том, как распознать артефакты и где они могут находиться.

Апейт с одной стороны испытывал огромное облегчение от того, что решился, а с другой чувствовал, что попал в ловушку Крона. Но что это за ловушка, он не знал. И тут он понял, что это по сути и не важно: он очень хотел увидеть этот большой мир. Хотел вырваться из стен корабля, которые были домашние и милые, где было все хорошо и правильно, но где было пусто. У него было несколько знакомых, но не было друзей. Когда он начинал расспрашивать о мире, о прошлом, о том, почему растет редис, да и вообще обо всем, на него смотрели с грустью, как на глупого ребенка.

А он хотел другого! Он сам не понимал, чего, но у него было ощущение, что он утопает в невидимой трясине ежедневного быта и правил, смысл которых не понятен. Еще несколько лет и он перестанет задавать вопросы и примет ситуацию как должное. А ему этого очень не хотелось!

3. Записки Гайдзина

Апейта трясло еще несколько часов. Он говорил с самим Кроном и не просто говорил, а просил, и не просто просил, а в итоге не показал себя дураком и техник обещал рассказать, всё, что Апейту нужно!

Только на следующее утро он понял, что из-за его речи так и не выбрали главного в их отряде, но хоть определили состав: Апейт, Торос и Зея. Хотя может Крон специально не выбрал им главного. Апейт уже не сомневался, что именно Крон делал выбор, а великий дух просто подсказывал.

Первым делом он побежал к большому табло работ, которое было сразу за столовой и найдя свой номер увидел, что следующие 7 дней у него отмечены знаком обучения, а последующие – знаком работы вне корабля. Имелось в виду, что им дается 7 дней для подготовки к походу. Найдя остальных участников в списке, он понял, что всем давалось 7 дней на подготовку, кроме идущих к 223. Братья Кол, Азл и Надив выходили через 3 дня, так как, видимо, дорога была известна и особых приготовлений не требовалось. Итого 7 дней и надо срочно найти Тороса и Зею, чтобы составить план, размышлял Апейт. Как ни странно, Тороса он нашел на камбузе. Пользуясь привилегией торговца, тот доедал третий завтрак, что было удивительно при его худобе. Подсев к нему Апейт начал аккуратно расспрашивать:

– Старший торговец Торос – начал он неуверенно….

– Да, Юнга Апейт? – ответил тот расслабленно. Апейта приятно удивило, что его имя запомнили и он осторожно продолжал:

– Мы вместе идем к великой пирамиде, а вы много где бывали и можете посоветовать, как нам правильно подготовиться…

– Путь может быть долог и тяжел – неспешно начал Торос, – нам надо подготовиться физически и духовно. Чтобы тело не ослабло в пути, надо угоститься пищей, дарованной духами, а чтобы не потерять цель: думать о том, как мы выторгуем в пирамиде лучшие силовые батареи. Надо правильно рассчитывать силы каждый день, чтобы не укачало в энерготелеге и можно было доехать до стояночного домика.

Картина становилась более понятной: у них будет телега, а раз Торос собирался торговать с пирамидой, то там должны быть люди, а значит и ночлег, и пища, и убежище. Однако Апейт так и не мог понять, откуда могли взяться дорожные домики, ведь их строят только на главных трактах….

– А как мы определим, что это правильная силовая батарея? – невольно вырвался следующий вопрос у Апейта.

– Опытный торговец всегда может понять хорош ли товар по ухмылке и жестам продавца. – спокойно и с уверенностью знающего человека сказал Торос,

– Встретимся через 6 дней – так же неспешно добавил он, показывая, что разговор закончен, и уже после этого с насмешкой добавил – и не уйди случайно, как Верден и компания. Они ушли сегодня утром, видимо, не посмотрев на табло и не подготовившись… мы выезжаем через 6 дней на седьмой….

От разговора у Апейта остались смешанные чувства. С одной стороны, все было ясно и понятно, но с другой, было ощущение, что они упускают что-то важное. Он пошел искать Зею, но к своему удивлению, её нигде не было. Тогда он пошел искать главного техника, но тот работал в центральной части корабля, куда у Апейту не было Пермита. Оставалось только расспросить окружающих и собрать некоторые знания хоть таким образом. Два раза в новолуние охотники получали день отдыха и Апейт прибился к небольшой отдыхающей компании. Когда он сознался, что через 6 дней идет вдаль по заданию духов, они начали охотнее рассказывать и он узнал, что самым главным являются хорошие ботинки; ноги можно обмотать старой майкой, чтобы не натереть; парализатор может оглушить любое пустынное животное, если оно относительно близко, но разряжается через 30–40 выстрелов. Охотники ходят всегда одними и теми же маршрутами и в случае выхода на два или три дня, спят в заранее подготовленных шалашах. Больше чем на три дня они не ходят, так как парализованное животное весит много и нет смысла тащить его издалека. И много чего еще. За всем их рассказом прослеживалась четкая схема. Надежная и позволяющая получить максимум добычи потратив минимум сил и времени.

Неожиданно Апейт спросил:

А вы когда-нибудь сходили с тропы? – и получил встречный, немного удивленный вопрос – А зачем?

И вправду, охотникам это не надо, но надо Апейту, Торосу и Зее. И несмотря на то, что они поедут на энерготелеге, им все равно придется ехать по новым местам.

Техник так и не появился, Зея совсем пропала и особенно жаль, что Верден ушел раньше всех. Он похоже многое знал или как минимум не боялся «свернуть с тропы».

С одной стороны, никто ничего не скрывал, но с другой у Апейта так и не складывалась картина того, как можно пойти вдаль, туда где нет троп и домиков. Он не боялся, а просто не знал, как это сделать: вот как спать ночью, если нет возможности закрыть дверь в свою комнату F4L114, да и самой комнаты нет? Охотники говорили о шалашах, но нужно ли их везти с собой или они сами появляются? Как попросить у духа еды? Не бегать же каждый обед на корабль и не утащить же с собой столько дневных перекусов? А если захочется в туалет, то как понять где мужской? А вдруг пойдет дождь и не будет возможности спрятаться под силовым полем? И многое, многое другое.

Для начала он попробовал все разложить по полочкам: корабль, как и силовое поле, защищает от дождя, ветра и жары, а значит шалаш охотников служит той же цели. Это как маленький корабль. Скорей всего его можно построить из любого непромокаемого материала. До корабля они бегать каждый день не смогут, так что добывать еду придется в пути. В пустыне почти ничего съедобного не растет, так что придется охотиться на мелких животных. Надо бы Зею расспросить, как-никак она теперь охотник. Мысли его текли своим чередом, но чем дальше, тем сильнее он ощущал себя птенцом, который хорошо продумал теорию, но летать еще не летал и не очень уверен, что теория верна. Идея пришла неожиданно – надо просто попробовать. Попробовать хотя бы на день отойти от корабля и понять, как можно жить вне корабля. Желание было настолько сильное, что он чуть не побежал прямо сейчас, но удержался, наконец увидев Зею. Судя по косой улыбке, та была не в духе, хотя и ответила на приветствие Апейта:

– Добрый день, Зея!

– Добрый день, юнга Апейт.

Он немного запнулся, не зная с чего начать и продолжил:

– У нас 6 дней на подготовку, и я подумал, как мы будем добывать еду в пути. Ведь в энерготелеге не так много места….

– Энерготелеге – перебила его Зея.

– Энерготелеге – повторила она, пережевывая это слово.

– Духи тебе еду в энерготелегу приносить будут! – и молча повернувшись пошла дальше….

То ли он показал себя слишком тупым, не догадавшись о духах, то ли слишком глупым, поверив в энерготелегу….

Перед закатом Апейт опять подсел к охотникам и разузнал, что их охотничьи пути идут на запад и восток. На юге часто бушуют бури и добычи обычно меньше, а на севере появляются небольшие разломы, мешающие движению.

* * *

Следующим утром Апейт встал раньше обычного, еще когда все спали, а сигнальные огни корабля светили розовым цветом, обозначавшим ночь. Он сложил в наплечную сумку дневной паёк и бутылку воды. Надеясь вернуться за день, он все же подстраховался, взяв кусок непродуваемой ткани. Попытка запихать одеяло не удалась и он ограничился подушкой. Апейт однозначно решил не идти охотничьими тропами, а проложить свой маршрут, чтобы ситуация больше напоминала то, что им предстоит. Конечно, энерготелега – это великое подспорье, но все же склоны гор казались слишком неприступными и, возможно, её придёться оставить в какой-то момент.

Главный шлюз открылся как всегда в 8 склянок и под зеленый свет времени завтрака Апейт направился на север. Минут двадцать он шел по хорошо знакомым тропинкам вдоль полей, а потом все кончилось. Как-то сразу. Он вышел из-под остатков защитного поля корабля и воздух стал горячим и сухим. В таком месте нельзя вырастить никакие растения. Его бросило в пот, но он только увереннее направился на север, пытаясь идти быстрее. Ноги вспотели и темп пришлось сбросить. Еще метров через триста пропали все признаки жизни человека и если не оборачиваться, то можно подумать, что корабля UN17 никогда и не было. Под ногами была каменистая пустыня серо-желтого цвета. Иногда появлялись песчаные полянки, а изредка группки камней побольше или веточки пустынного куста. Так как солнце вращалось вокруг земли, то ориентироваться на него не было смысла. Проще было идти в направлении гор, выбрав какой-то пик, как цель. Одновременно хотелось и обернуться и было страшно, а вдруг ты прошел слишком мало? С этими мыслями Апейт продолжал идти, а мир застыл и только солнце плавно поднималось. Серые камешки монотонно появлялись в поле зрения, потом на них наступала его нога, затем они пропадали позади и это продолжалось по кругу. Апейт начал подстраивать походку, чтобы не так болели ноги и тут он понял, что натер их. Небольшие прогулки по полям около корабля никогда не доставляли неудобств. Вспомнив совет охотников, он обмотал ноги в ботинках кусками старой рубашки и продолжил путь. Ноги вспотели еще сильней, но острая боль ушла. Солнце поднималось всё выше. Чтобы не выпить всю воду за раз, Апейт пил по глотку каждый раз, когда солнце достигало следующей цели: поравнялось с вершиной в центре – глоток, сместилось налево до большого ущелья – глоток, и так далее.

Что-то мешало ему идти. Как будто он был прикреплен к огромной резинке, тянущей его назад. Каждый шаг давался все тяжелее, хотя ноги шли, проблема была не в них. И тут он понял – голова перегрелась! Особенно её накрыть было нечем. Апейт слегка полил голову из бутылки: сознание прояснилось и идти стало легче, хотя воды осталось немного. Вода испарялась очень быстро и волосы высохли за считанные минуты. Интересно, можно ли как-то получить испарившуюся воду назад? И куда она вообще исчезает?

Внезапно Апейт понял, что сил больше нет. Просто нет. Он опять перегрелся, хоть и не заметил этого сразу. К счастью местность начала меняться и появились разломы в почве, похожие на следы от огромных монет, которые ребром вдавили в землю на четверть и вытащили. Чтобы не потерять сознание прямо под палящим солнцем, он на рефлексах зашел в небольшой разлом с плавно понижающимся дном, глубиной метра три и провалился в полубессознательное состояние в тени.

Пришел он в себя, когда уже вечерело и жара спадала. Все тело болело, а на открытых участках появились волдыри ожогов. Каждое движение сопровождалось сильной болью. Мышцы болели все, как ни странно кроме икр, которые как раз недавно хорошо поработали. Тело можно натренировать, отметил Апейт! Несмотря на боль, его мозг продолжал работать четко и ясно. Спать прямо на камнях было неудобно. Воды практически не осталось, а к перекусам он так и не притронулся. Аккуратно выйдя из разлома, он посмотрел на юг и увидел километрах в десяти, или двадцати, или тридцати свой корабль. Он не умел правильно оценивать такие большие расстояния, но зато точно ощущал, что он слишком устал, чтобы идти назад. Соседний разлом был больше и сулил сон на ровном. Зайдя в него и дойдя до первого подходящего участка Апейт постелил ткань, положил подушку. Ложился сжав зубы из-за волдырей от ожогов. Он ощущал нереальность всего происходящего. Мысленно он представлял себя в комнате F4L114, однако где-то на втором уровне сознания понимал, что он в пустыне, один, без воды и его начинает мучить жажда.

* * *

Всю ночь он провалялся в полусне. Ему мерещился то кран духа воды, то прохладная тяжесть наполненной бутылки. С приближением рассвета он встал и начал мастерить из ткани, на которой спал, шляпу с большими полями, чтобы прикрыть шею и руки. Шляпа вышла дурацкой и больше напоминала накидку, но в целом свою задачу выполняла. Он так же сделал подкладку под ручку наплечной сумки, основательно натершей плечо и направился к выходу из разлома. И тут же остановился!

Следы! Разлом пересекали следы. Не его следы! Видно было, что это шел один человек в больших ботинках с квадратными носами. И совсем недавно!

Спрятаться!!! Нет, скорей к кораблю!!! Нет пойти, по следам!!! – вопили голова, жажда и любопытство. Несомненно, самое разумное было пойти к кораблю пока силы позволяли это сделать. С другой стороны, человек не мог жить без воды, а незнакомец мог ей поделиться! Эта мысль и любопытство победили и Апейт решил хотя бы немного пройти по следам и повернуть к кораблю, как только солнце начнет греть.

Рассвет только занимался и было еще не жарко. Следы вышли наверх и переходя из разлома в разлом, тянулись на сервер. И тут они объединились с другими такими же следами, потом с третьими и наконец целая тропа нырнула в очередной разлом. Разлом был глубокий – метров 10. В середине он был полностью истоптан, а на высоте метра виднелось искусственное отверстие в стене разлома, похожее на вход.

– Куда путь держишь странник? – раздался сзади сверху голос.

– Юнга Апейт! – ответил Апейт по привычке. Встреча не столько испугала его, сколько удивила. Это был первый человек не из экипажа, которого он встретил. Он так и не сформулировал, куда же он идет и оборачиваясь на голос ответил, как мог:

– пытаюсь понять, как по миру путешествовать….

На небольшом выступе метрах в трех над землей сидел коротко стриженный бородатый мужик, одетый в одежду защитного цвета с трехцветным флагом на предплечье. Рядом с ним на уступе лежал большой изрядно потрепанный молоток, который можно было использовать при необходимости как оружие. На обратной стороне бойка был гвоздодер.

Незнакомец был немолод, невысок, но широкоплеч. От него веяло основательностью и спокойствием.

Ответ Апейта удивил и развеселил незнакомца.

– С корабля значит? Это сразу видно! Только 10 километров прошел и уже шатаешься! – ловко вогнав гвоздодер в щель между камнями и используя молоток как опору, бородач спустился к Апейту и глядя прямо в глаза, сказал:

– А меня Гайдзин зовут. Это имя я сам себе придумал. Оно мне подходит… Я тут мало с кем общаюсь – добавил он и невзначай продолжил – вот пару лет назад дикие люди сюда забрели, но с ними разговор как-то не сложился.

Повисло неловкое молчание.

– Сбежал? – спросил Гайдзин

– Нет, к далекому пути готовлюсь…

– Это к пирамиде или в разлом?

Вопрос поставила Апейта в тупик. Откуда этот диковатый незнакомец мог знать так много? Может он просто перегрелся и незнакомец ему вообще привиделся? А может он шпион? Только чей и зачем тут живет?

– Угадал? – предположил Гайдзин

– Угадал… – повторил Гайдзин уже довольным тоном.

– Да ты не удивляйся, тут и так все понятно, ведь много пылевых бурь было… – продолжил бородач.

Апейту было совсем ничего непонятно. Кто это? Что он здесь делает? Как он узнал, куда Апейт должен пойти и самое главное: как песчаные бури связаны с его походом.

– Пить хочешь? – неожиданно сменил тему бородач и Апейт понял, что «ДА!» и быстро кивнул.

Гайдзин молча подошел к отверстию в стене и залез внутрь. Апейт последовал за ним. Справа в стене была небольшая ниша с ящичком и проводом идущим к другому ящику, стоящему на земле. Бородач щелкнул рычажком на устройстве, и он засветился розовым светом. Или его дух? Или все же это техническое устройство?

– От всяких непрошеных гостей тут стоит. Убить не убьет, но парализует знатно… – бросил Гайдзин немного улыбнувшись.

Пройдя по внутренней лестнице, Апейт оказался в небольшой искусственной комнате, выдолбленной в слое песчаника с окном-колодцем, голыми стенами и нишами вместо шкафов и полок. В нишах лежали инструменты и одежда. Ближе к окну-колодцу стояла квадратная солнечная батарея, подключенная к ящику со знаком «≈». Рядом была небольшая коробочка с несколькими светящимися лампочками.

– Пару дней хорошей погоды, а потом шторма – сказал бородач, бросив взгляд на нее.

Вход в комнату прикрывала массивная дверь из куска чего-то гладкого и полупрозрачного, а рядом с ней стояло несколько пар ботинок. И что самое странное – похоже они были сделаны не духами, а самим Гайдзином с помощью тех самых инструментов в нишах. Они прошли в соседнюю комнату. Здесь был то ли склад, то ли кухня. Свет падал опять из круглого окна-колодца на большую каменную плиту, на которой стоял ящик еды с духом приготовления пищи. Апейт слышал о таких. Если в него положить сырую пищу, он ее приготовит. Если она непригодна – зажжет красную лампочку. На коробочке был дисплей, но Апейт все равно не умел читать. В комнате было прохладно и спокойно, но жажда продолжала мучить Апейта, и они прошли через довольно длинный коридор в следующую комнату. Там было большое окно сверху, и много отверстий наружу на уровне ног. В центре комнаты было вырыто углубление, а над ним натянут большой кусок непромокаемой ткани. В ее центре лежал камень, придавая всей конструкции форму воронки. Под ней в центре стояла банка с водой! С ВОДОЙ!

Апейт посмотрел на бородача и увидев одобрение во взгляде, жадно потянулся к банке и выпил треть на одном дыхании. Сделав еще несколько глотков, он поставил ее назад и еще раз обратил взгляд на устройство. На внутренней стороне пленки образуются капли воды. Далее они текут вниз и собравшись вместе в нижней точке, капают в банку. Вторая часть процесса понятна, но откуда вода берется на пленке? Увидев его интерес, бородач прокомментировал, повернувшись наполовину к стене и наполовину к Апейту:

– В воздухе и земле всегда есть вода. С нагретых частей она уходит и оседает на холодных. Если правильно управлять светом и воздушными потоками, то утренняя влага ночью осядет в земле, а утром испариться и выпадет на холодной ткани, а затем стечет в банку. А то что, впустую аккумулятор тратить на искусственное конденсирование…

Апейт не знал многих слов, но смысл в целом понял. Теперь и с выпадением росы по утрам все стало более понятно, да и в целом откуда берется вода и куда уходит…

– Кто ты? – неожиданно для себя спросил Апейт.

Бородач усмехнулся, немного грустно, и привалившись спиной к стене сел, на небольшой выступ, видимо специально оставленный как стул.

– Когда-то тоже был 17 м, а потом стал Гайдзином. Живу тут сам по себе. Немного приторговываю с караванами на тракте, иногда вашими травками с полей лакомлюсь. – и неожиданно добавил, – я ведь тоже и к разлому, и в лес, и к пирамиде ходил. Не по своей воле, конечно. Духи велели. Точнее сначала я думал, что духи, а только потом понял, что это закон экипажа.

– Закон экипажа? – переспросил Апейт.

– Ну а вот ты представь: сначала великий свет, потом темные года. Можно было выжить только на корабле. Затем стали выходить наружу, но далеко не разбегались. Только корабль дает еду и защиту, но батарейки у него не бесконечны, да и ломается он постепенно. На всех в общем не хватит. А что остается? А то и остается, что надо либо там батареи найти, либо посылать всех искать эти батареи, а то авось и не вернутся и проблема решена. А посылать надо самых активных, иначе будут бунты поднимать, текущий порядок менять или книжки писать. Это в старых обществах активные люди наиболее полезны, а тут как раз наоборот, когда всё вокруг корабля крутится, лучше всего выживают желающие спрятаться и ничего не знать.

Это и есть негласный закон: сидеть на корабле, а когда энергии на всех не хватает, отправлять подальше всех, кто не очень нужен…

Бородач зло пнул стену и замолк на какое-то время. Было видно, что он что-то вспоминает.

– Развели болото, даже высунуться боятся!!! – со злостью сказал он. И опять замолчал.

Когда молчание стало неловким, Апейт спросил:

– А вы много ходили?

– Да, много ходил, куда только духи не посылали батареи искать, да так ничего и не нашли. В отличие от всех, я читать умею, а это гадость большая. Дед главным техником был и с детства научил, хотя и держал это в секрете. Я и читал все, до чего дотянуться мог. И историю последнего удара прочитал и что за ним последовало, да и много чего еще. А ты начитаешься всякого там и начинаешь себе представлять и вопросы задавать.

И уже другим голосом продолжил:

– Не нужны на корабле читающие, а то опять будут идеи, построить город для всех, возродить жизнь, как была раньше, а все кончается одинаково. Так уже многие экипажи погибли. Нет у нас сил пока удержать город, построенный вне корабля, поэтому и выживаем, а не живем… Да не пытаемся теперь строить. Лишь бы на текущих ресурсах подольше протянуть…

– А почему не хотите на корабле жить? Вас изгнали?

– Я же читать умею и видел все, что в моем деле Крон писал. И специальный комментарий видел о том, что я опасен для них. Думаю, видите ли, много! Да и вопросов много задаю. Меня даже побить несколько раз пытались, когда я пытался в разумном разговоре истину найти. После этого «духи» меня стали постоянно на задания отправлять, одно сложнее другого. Избавиться от меня хотели! Ага!

Бородач еще раз пнул стену и продолжил:

– А когда меня в разлом отправили, я решил, что хватит и осел здесь. Если бы вернулся ни с чем, то изгнали бы и Пермитов лишили, а так я могу систему безопасности корабля обходить и вашими дарами с полей обзаводиться, ведь как бы и не мертв, и не изгнан. Перчик вы отменный выращиваете, к слову! Им и приторговываю или меняю на что-то для быта нужное. Потому и поселился так недалеко от вас. Все равно никто из экипажа не пойдет новым маршрутом…

– Почти никто – добавил он, глядя на Апейта.

– Хотя последнее время караванов все меньше, да и чего-то дельного у торговцев найти трудно, хотя вон недавно холодильник купил. Духа зимы, то есть. Продуктов-то у меня особо нет для заморозки, но когда жара наступает прячусь в нем. Жалко только, – два режима рабочих осталось: «Выкл» и «-28 градусов».

Гайдзин чем-то отличался от всего известного Апейту экипажа корабля. Он должен был планировать все, или как минимум все самое главное. У него были понятия о том, что правильно, а что нет и он следовал им. Он думал не о дневной норме, не о еде или отдыхе. Он думал о выживании в целом. В первую очередь о своем, но и в то же время была в его голосе грусть, когда он говорил о непостроенных городах или неоснованных внешних поселениях. Возможно потому, что он читал много книг, он знал, что может быть по-другому, что мир в принципе может быть другим.

– Да что это я о себе – спохватился бородач – ты расскажи, как у 17х дела? Крон все еще вождь? Где самый вкусный перец посадили?

И Апейт рассказал. Не все, но многое. И как Крон ведет экипаж, и как он, Апейт, на корабль залез и любовался закатом, и что было в комнате говорящих духов и какие отряды в целом отправили. Лишь немного умолчал про самый вкусный перец, хотя Гайдзину это было и не очень интересно. А в конце рассказа Апейт попросил:

– Научи меня читать.

– Я думал ты попросишь меня больше рассказать, как идти к пирамиде – пробормотал бородач. Видно, что он немного трясся и его глубоко задел рассказ Апейта, но тот совсем не мог сказать, чем. Видя удивленный взгляд, бородач пробормотал, глядя в стену:

– Я уже 5 лет ни с кем кроме торговцев не говорил, а с ними это и разговором-то назвать нельзя. То обмануть пытаются, то выкрасть что-нибудь…. Нет, не научу!

– Почему? – спросил Апейт удивленный эмоциональной реакцией.

– А чего ты хочешь от жизни? Хочешь, как я пещеры копать и в одиночестве сидеть?!

– Мне надо к пирамиде идти… – пробормотал Апейт.

– Тогда бы ты о пирамиде и спросил!

Апейт сам удивился себе, ведь его цель пирамида. И вправду, это важнее сейчас, а язык можно и потом выучить. Но одновременно пришло и понимание, что пирамида – это цель навязанная, а ему самому хочется понять. Понять почему мир, такой какой он есть вокруг. В нем чувствовалась какая-то противная фальшь. Мир явно не мог существовать долго в таком положении, как сейчас.

– Мир какой-то неправильный. Я хочу его понять – сказал Апейт неуверенно и добавил уже более твердо – понять мир и понять, что правильно, а что нет. Понять, как мне жить в нем.

– Это просто – усмехнулся бородач – просто забудь все. Попробуй дойти до пирамиды. Не особенно усердствуй и рискуй. Вернись назад и ни о чем не думай, а просто работай поваром…

– Это буду не я – пробормотал Апейт – я не хочу так….

– А как ты хочешь? Как я? Или как дикие люди, умирающие от болезней и солнца? Или как рабы на большом рынке на западе. Вы о нем только слышали, а я сам видел! Почти все мечтают быть членами экипажа корабля, а ты хочешь убежать?

– Впрочем болезни тебе особенно не страшны, ведь весь экипаж привит. – продолжил бородач успокоившись.

– Я хочу понять – негромко и стесняясь, но в тоже время уверенно проговорил Апейт.

– Научите меня читать.

– Ты слышал, о чем я говорил! – чуть ли не прокричал бородач, но посмотрев на него сник и уже с грустью сказал – видимо тебя не остановить… но я все равно не научу тебя читать.

И после некоторой паузы продолжил:

– Ты уже близок к тому, чтобы научиться читать самому. Подожди меня немного.

И он исчез в двери на кухню. Там раздался металлический звон, а затем какое-то шуршание, которое повторилось несколько раз.

Потом Гайдзин вернулся взволнованный и растрепанный и молча протянул три листа пластиковой бумаги. Они были пронумерованы от одного до трех.

– Мы ходили к пирамиде много лет назад и немного узнали о дороге. Было бы неправильно, что ли, не поделиться этим. Наверное, в твоем «правильном» мире люди рассказывают такие вещи. Я тут написал всякого. Может и поможет, хотя повторюсь – спокойней всего живется на корабле. Тут и гадать не надо.

– Пообещай мне одно – сказал он, смотря на Апейта – не читай, если не уверен. Может от моих закорючек и толку и не будет. Первый лист про Крона. Да, да, про него. Мне кажется из тебя хороший помощник выйдет. Можешь попробовать подсобить ему. Повезёт, со временем и вождем станешь. Он не злой в глубине души. Пути только другого не видит к выживанию. Правила знает и им следует.

– А про пирамиду – на втором листе, но читай только если хочешь забраться туда. Особо многого не знаю, но лучше, чем ничего.

– Если же будешь не уверен, может что-то третий лист подскажет. Опасный он, без надобности не читай!

Апейт стоял и ничего не понимал. Почему нельзя все рассказать сейчас? Зачем ждать? И главное, как он прочтет, если не умеет читать?

Бородач уверенно протянул ему бутылку воды и продолжил:

– Мы уже пол дня проговорили. Сейчас бесполезно задавать вопросы, а то совсем запутаешься. До закрытия шлюза 17х еще часов пять. Ты дойдешь. Ведь знаешь, что недалеко тут, а мне солнечные батареи убирать надо.

Бородач, повернувшись спиной, подошел к стене и молча залез в одну из ниш.

Апейт постоял несколько минут. Наконец сказал в пустоту: «Спасибо» и пройдя через все комнаты, вышел на улицу. Была недосказанность во всём их общении, но надо было идти. Солнце уже спускалось. Волдыри ожогов ныли еще сильнее, но появилась смутная уверенность. Понимание того, что по пустыне можно ходить и что часа через 2–3 он дойдет до корабля. Просто надо вовремя поливать голову водой, да и накрыть ее импровизированной шляпой. Ещё раз повторив уже про себя «Спасибо, Гайдзин!», он пошел к кораблю.

И только на подходе, он вспомнил солнечные батареи Гайдзина и понял связь, между пылевой бурей и своим походом.

А бородач в это время сел на песчаный выступ и уставился в стену о чем-то думая, а затем сам себе негромко, с досадой произнес: «Стар я уже для этого всего…».

4. Путь в никуда

Экипаж настолько привык к ритму жизни на корабле, что считал все происходящее частью запланированных работ, а когда усталый Апейт появился с юга и прошел через поля, все посчитали это само собой разумеющимся и кивали ему в знак приветствия. Хотя он и сам не знал, нарушил ли он какое-нибудь правило или нет, уйдя на день-два…

Из последних сил он дошел до своей комнаты, скинул грязную одежду и завалился в крохотный душ. Руки, голени и особенно шея были в солнечных ожогах и сильно болели. Холодная вода остудила их и частично сняла боль. Пошатываясь, он добрался до кровати и провалился в сон без снов. Последняя мысль была «В следующий раз без хорошей одежды из корабля не выходить!» ….

* * *

На следующий день он проснулся очень поздно. В его плане работ на сегодня было только обучение и дух комнаты не будил его. Все остальные уже ушли. Апейт оглядел комнату – она стала для него другой, как бы игрушечной. Да, она была крепкой и надежной, но ненастоящей, не из того большого мира, где есть палящее солнце, скрипучий песок, чувство одиночества. Да, именно! Чувство одиночества! Он неожиданно понял, что и будучи членом экипажа, и идя по пустыне, он был одинок. Но одинок совсем по-разному: в экипаже он был одинок потому, что он не очень жаждал дружеского общения. Было интересно послушать байки или истории, но как только они кончались, кончалось и общение. Не было желания поделиться чем-то своим, личным или спросить совета, к которому на самом деле прислушаешься. По такому правилу жил весь экипаж. Все дружественно настроены друг к другу, но каждый живет в невидимой колбе.

В пустыне же он почувствовал другое одиночество. Одиночество человека, самостоятельно принимающего решения и зависящего от них. Спать или идти дальше, или повернуть назад? Полить голову водой или сэкономить её? Идти по следам или бежать от них? С одной стороны ему было бы легче, если бы рядом был кто-то мудрый, кто смог подсказать, но с другой стороны у каждого своя мудрость и может лучше следовать своей? Хотя, чтобы сформировать свою мудрость, надо дожить до этого момента, а пока ее особенно нет, то не стоит игнорировать и чужую.

Попробовав встать, он понял, что все его тело болит и ослабло. Каждое движение давалось с трудом. Волдыри сразу напомнили о себе. Сев на кровать, он упал назад. Это было странно, так как нагрузки хоть и были большие, но не чрезмерные. Видимо все дело в солнце и отсутствии воды. И сразу появился вопрос – смогут ли они взять достаточно воды, чтобы перейти или переехать пустыню? И сколько надо брать?

Переборов себя, Апейт оделся, поклонился духу двери и, применив Пермит, пошел на полупустой камбуз, где заказал много воды с сахаром. Некоторые люди с удивлением смотрели на его ожоги и покрасневшее лицо, но ничего не спрашивали.

Почувствовав себя лучше, он собрался с мыслями, хаотично бегавшими в его голове: надо подготовить одежду, так чтобы идти было удобно. Он уже видел местность за кораблем и догадывался, что энерготелега далеко не уедет и вряд ли ее им дадут. И много емкостей для воды!!! Да, её надо взять побольше! Ещё надо шаги считать, чтобы расстояние измерить. С едой непонятно. И главное, они так и не поговорили своей походной группой.

Именно в этот момент на камбуз зашел Торос. Видимо он тоже активно готовился, только по-своему. Заметив Апейта, он сначала попробовал сесть за другой стол, но заметив встречный взгляд, подсел к нему и мельком кивнул.

Апейт посмотрел на него и они сидели некоторое время молча, затем Торос начал, как бы говорить с самим собой:

– Даже непонятно, зачем нам столько дней на подготовку. Вещи собрать, да и выехать, всегда за день успеваем. Конечно вопросов много, что искать, кто там будет, и так далее, но это все уже можно в процессе узнать. Вон, в расщелину стартовали сразу и небось скоро уже вернутся.

Видимо Торос уже подзабыл, как недавно он подшучивал над скорым уходом Вердена. Было ощущение, что он нервничает.

– Главное сухпайков и сухариков взять – и продолжил менее уверенным тоном – я тут поспрашивал, оказывается, по пути домиков под ночлег еще не построили, так что нужно что-то придумать. Думаю, может в энерготелеге спать….

И еще менее уверенным тоном:

– и еще никто не знает, чем в пирамиде торгуют. Говорят туда никто не ездил в последнее время….

Апейт теперь начал лучше его понимать. Их обоих страшила неизвестность. Однако он больше боялся пути, а Торос пирамиды.

Не зная, как правильно поддержать разговор, он ответил:

– Я ни разу далеко не ходил, так что плохо знаю, что там есть. С охотниками говорил, они немного подсказали, попробовал от корабля отойти и вот теперь весь в ожогах, зато знаю, что без шляпы и хорошей обуви никуда.

Торос стал меньше сутулиться и более спокойно продолжил:

– А я вот в камбуз зачастил, думаю, может кто что расскажет дельное, да и лучше сытым идти. Главный техник занят постоянно, так что хоть здесь может что услышу.

И первый раз улыбнулся. Хоть это был и не полноценный разговор, но они поняли страхи друг друга.

Апейт покидал камбуз в приподнятом настроении. Его больше не тяготило то, что Торос до этого его игнорировал ….

Зеи он опять найти не смог. Техник, судя по карте был занят и Апейт пошел на склад, применять свой третий Пермит – два раза в год он имел право на новую одежду и ботинки, и раз в месяц на бельё. Несколько узких коридоров и он в небольшой комнате с духом одежды. В центре был прямоугольный терминал с большим зеленым экраном. Подойдя, он поклонился и немного замешкался, так как не часто пользовался ритуальной фразой и забыл ее. К счастью на стене была подсказка из 3х символов, нарисованная техником. Два говорили о ритуальной фразе, а третий о кнопке, которую надо нажать – зеленом кружке с буквой «A» внутри.

– Юнга Апейт просит выдать новую стандартную корабельную форму.

Экран покрылся надписями и внизу появилась зеленая буква «A» в круге. Раньше он нажимал её не задумываясь и получал новый набор. Однако, сейчас он заметил, что на экране есть и другие кнопки поменьше. Известно, что охотники носят более прочные ботинки, а торговцы более длинные плащи. Он недавно стал младшим поваром, а значит он получит фартук? В фартуке и легких босоножках по пустыне? Раз дух не спрашивает какой он профессии, значит он это знает и сразу выдает готовое. Но ведь сейчас он может не знать, что Апейт идет в поход! Рискнуть? Нажать «А» и поверить, что дух даст одежду для похода? Или потом бежать по пустыне весело задирая ноги в тонких босоножках?

Скорей всего информация об одежде есть на экране, но он не может ее прочесть. Наверное, техник сможет, но не факт, что получится его найти. Тогда остается догадаться, что значат надписи?

Некоторые знакомы, например, «AP8» он видел каждый раз, когда выходил из комнаты. Это же он видел и в своей анкете. Не раз он думал, что это его имя, но было совершенно непонятно, как перевести эти три символа в пять звуков. Ему не хотелось задерживать духа, но в комнате никого не было, а к мысленной картинке путешествия в фартуке он уже пририсовал большой поварской колпак.

Вся проблема была в том, что он не знал, как из набора букв получить слово. Первое, в чем требовалось убедиться, что между написанной буквой и звуками речи есть соответствие. Он начал перебирать все известные звуки и насчитал 32. Затем он начал считать различные буквы на экране и нашел как минимум 42, а значит звуков было меньше чем букв. Задача становилась очень сложной. Он попробовал пересчитать буквы еще раз и опять получил 42. В этот момент корабль просигналил отбой и Апейт уже потянулся от безысходности к букве «А», однако ведь если это отбой, то больше никто за одеждой сегодня не придет? Значит ещё есть время понять, что же пишет дух. К счастью, здесь не было ограничения на время выбора.

Крон мог быстро читать, значит не было никаких сложных операций при чтении. Должно было быть какое-то простое правило преобразования букв в слова. А вдруг лишние 10 букв это жесты, например, кивок и другие? Тогда может быть все же есть соответствие? Но как его найти? Раз цифры обозначают последовательность слева направо, то и буквы, наверное, надо читать так же. Ооо! Скорее всего, на экране есть слово «одежда». Оно состоит из шести звуков, так что надо только найти слова из шести букв подряд. Апейт нашел одиннадцать слов такой длины. Взяв первое слово, он предположил, что, например, ему повезло и это «одежда». Тогда он знает шесть букв и он начал вставлять найденные буквы в остальные слова. Если бы смысл проявился, то это значило бы, что он угадал. Но смысл не появлялся. Букв не хватало, чтобы заполнить другие слова целиком, а пробелы были слишком большие, чтобы понять, о каком слове идет речь. Дело шло очень медленно, а буквы постоянно забывались.

Небольшая удача его ждала на 4 слове! Применяя буквы из него в других словах, некоторые их части начали звучать более естественно, однако однозначно судить было трудно, так как большинство букв отсутствовало.

Следующая мысль была – короткие слова из одной или нескольких букв. Их можно легко вычислить. Он не знал, что такое предлоги и местоимения. Проверив текст, он нашел несколько одиноко стоящих букв. Это должно быть «И», «А» или «В». Но так как он точно не знал, то пришлось перебирать все комбинации и объединять их с возможно найденным словом «одежда».

Через несколько часов он сел на пол и молча уставился в точку. Его мозг кипел. Было уже далеко за полночь, может ближе к утру. Он еще никогда так много не думал. Все проверенные комбинации не подошли и в голове была пустота.

– Гнилой перец! – выругался Апейт от бессилия.

– Не поддерживаемая команда – ответил дух – укажите детали запроса.

Апейт еще несколько секунд не понимал, что произошло. А затем подскочил и уставился на экран. Там было все по-прежнему, и зеленая буква «А» светилась в центре. Однако снизу появилась новая надпись! Точнее две. Видимо то, что сказал Апейт и ответ духа!

Это и был ключ, но сил перебирать все буквы снова у него не было. Он сказал первое, что пришло в голову:

– Походная одежда.

Неожиданно весь экран заполнился ровными строками. В каждой было несколько слов и чисел.

– Выберите вариант – сказал дух.

Пытаться читать уже не было сил, однако значение двух колонок легко угадывалось. В одной были числа со знаком температуры, а в другой – веса. Апейт нажал на строку с одним из самых широких температурных диапазонов: -20оС +25оС и довольно большим весом. Появился экран подтверждения.

Он уже почти нажал на появившуюся «А» в круге, когда увидел, что на экране справа есть несколько пустых квадратиков с надписями напротив каждого. Как в камбузе на некоторых блюдах можно было выбрать дополнительный соус, нажимая на похожие квадратики, так видимо и тут можно было что-то еще заказать. Действуя по принципу «много не мало», он выбрал все и наконец нажал «А». Обычно одежда выдавалась сразу, но тут на экране появился отсчет из 30 минут и что-то зажужжало в недрах комнаты. Голова была туманная, но сон отступил. Он еще раз вернул в памяти надпись: «Гнилой перец», но вспомнил только первые две буквы. Как минимум он выучил их! Теперь он знает «Г» и «Н»!

Вместо одежды автомат выдал большой и довольно тяжелый ящик. Видимо один из квадратиков значил «упаковать». Не страшно. Матовый материал, из которого был сделан ящик, был легким и мог пригодиться. Было безумно интересно посмотреть, что внутри, но голыми руками он не открывался. Апейт взвалил его на плечо и понес в свою комнату, где практически мгновенно заснул.

* * *

В этот раз он проснулся уже сильно после полудня и чувствовал себя вполне прилично. Короткий подсчет показал, что у них осталось два полных дня, а картина действий так и не была ясна. Надо было найти возможность поговорить с главным техником и открыть коробку, чтобы понять, пригодится ли ему эта одежда. Он слышал, что в горах может быть холодно, но не знал насколько. Материал коробки хоть и прогибался, но не тянулся и как ее открыть было совершенно непонятно.

Когда он пошел на обед, неожиданно прозвучало общее объявление, чтобы все участвующие в походах по воле духов через две склянки собрались в большом коридоре. Туда пришли все кроме Зеи. Она вообще куда-то пропала. Перед ними вышел главный техник и рассказал детали похода. Смысл был следующий:

Все маршруты в целом видны, так что карта не нужна. Просто идите к цели. Исключение: пустыня на юге, там непонятно куда идти, но карты все равно нет. Команда Дага грустно усмехнулась, но все же была полна решимости.

На камбузе можно получить сколько нужно пайков, которые разводятся водой и емкостей для воды.

Энерготелеги дадут только едущим на запад, так как там есть дороги.

Торос вздрогнул и как-то осел. Видимо до последнего надеялся, что не придется идти ногами.

Еще на отряд дадут один парализатор и один «шарик опасности», который реагирует рядом с незнакомым живым существом.

Далее было самое интересное: рассказ о батареях. Техник показал на экране разные модели, которые были цилиндрическими и весили от килограмма до тридцати и рассказал, что батареи – это резервные источники питания духов. Они могут быть заряжены или уже разряжены. Определить это можно по внешней индикации, либо с помощью специального приборчика, который может их уловить за несколько сотен метров. Если нашли полную батарею: осмотритесь, нет ли ещё рядом и бегом на корабль. Каждому отряду выдадут по прибору для поиска батарей. Немного рассказал о генераторах, но сразу упомянул, что обычно они большие и надо с помощью прибора протестировать его. Если все в порядке, то будет отправлена более многочисленная экспедиция, чтобы его доставить на корабль.

После этого техник пожелал всем счастливого пути и немного суетно попрощался. Только тут Апейт вспомнил, про «Закон Экипажа». Судя по всему, техник его знает и ему тяжело говорить с людьми, отсылаемыми чтобы сэкономить энергию. Все вроде бы было понятно, но точно был еще миллион вещей, которые обнаружатся только в пути.

* * *

Весь оставшийся вечер Апейт потратил на безуспешные попытки открыть ящик. Получалось очень глупо иметь хорошую одежду, которой нельзя воспользоваться. Удача улыбнулась ему только на следующий день. Встав немного позже других и убедившись, что он в комнате один, Апейт начал внимательно изучать ящик еще раз. У основания угла была небольшая стрелочка, надавив на которую вся верхняя крышка беззвучно отошла.

Внутри оказалась толстая и, видимо, теплая синяя куртка, рыжие штаны, походный рюкзак с широкими лямками и поясом, коробка с надписью EQ, небольшая коробка с нарисованным треугольником и ботинки. Большие хорошие ботинки! Они разительно отличались он его обычных высокой голенью, крепкой подошвой и утеплением внутри. М-да, а на улице плюс тридцать….

До обеда он изучал снаряжение. Оказывается, и штаны и куртка состояли из 2х частей – верхней, крепкой и водонепроницаемой, и нижней, мягкой и теплой. Их можно было разделять при необходимости. Видимо поэтому одежда могла использоваться и при жаре, и при холоде. Ботинки пришлись впору, но даже после нескольких шагов в них стало слишком жарко. Спасла незаметная ручка в верхней части ботинка. Повернув ее Апейт сделал ткань проветриваемой, как будто в ней открылся миллион маленьких пор. Не хватало только шляпы и ее Апейт сделал из старой рубашки.

Коробка с надписью EQ поддалась легко. Видимо, там лежало минимальное походное снаряжение – фонарик, кусок веревки, нож, нитки, иголки, огниво (судя по значку), какие-то таблетки, пластыри и бинты, заживляющие мази, черные очки (зачем?!?), блокнот, ручки, миниатюрные инструменты, компас и небольшая черная коробочка с выключенным дисплеем.

А вот вторая коробочка со значком треугольника совсем не открывалась. При любой попытке открыть, на ней загоралась красная лампочка.

В обед он совершенно предсказуемо нашел Тороса на кухне. Они обменялись приветствиями. Апейту не терпелось рассказать про его снаряжение, но с другой стороны он так и не знал, имел ли он право запросить всё это у духа. А если нет – может тогда снаряжение у него отберут! Так рисковать он не хотел и решил подождать до выхода.

А вот у Тороса имелись новости. Буквально недавно вернулась Зея. Оказывается, она решила пойти с охотниками по самому дальнему маршруту и набраться опыта. По словам Тороса, выглядела она очень усталой и обгоревшей, но через сонные зевки она попросила собраться вечером и обсудить план, а сейчас видимо отсыпалась. Хорошо бы было обсудить план дней шесть назад, но и это было хоть что-то.

До вечера Апейт занимался последними приготовлениями. Навестил родителей и не забыл потрепать сестер по белоснежным волосам. Они не говорили много, но какое-то чувство расставания и связанной с этим неловкости проявилось довольно явно. Такое ощущение, что им даже не о чем было поговорить, но и отец и мать обняли его на прощание с неожиданной теплотой, а сёстры смотрели как на совсем большого. Он попрощался и занялся сбором вещей.

Так как на глаз до пирамиды было 3–4 дня пути, а он уже знал, что чистый воздух обманывает вдвое, то он собрал пайков для себя на 12 дней, взял 4 большие бутыли воды, немного специй и сахара. Самое трудное было перейти пустыню, так как дальше были деревья, а значит и вода. Сложив в рюкзак обе коробочки, шляпу и минимальный запас одежды, записки Гайдзина и еще всякую мелочь он попробовал пройтись. Было тяжело, но терпимо. Но все же ему не хотелось показывать свою одежду всем раньше времени….

* * *

– Вы ничего не знаете о внешнем мире!!! – резко и безапелляционно начала Зея собрание и не дав возможности ответить продолжила:

– В пустыне нет воды и только на тропах встречаются палатки. Надо взять еды и воды на все дни. Весь путь на энерготелеге не проехать, поэтому надо готовиться к тому, что придется идти пешком — Апейт попытался перебить и предупредить, что телеги не будет вообще, но Зея не слушала и продолжала:

– Если надо я научилась строить навесы и охотиться. Так что мы должны успешно добраться до пирамиды за 3 дня.

Попытка Апейта сказать, что до пирамиды 6 дней, была тоже проигнорирована. Такое ощущение, что Зея уже все продумала заранее и это было не обсуждение плана, а описание ролей. При этом надо отдать ей должное, она обещала охотиться и строить шалаш-убежище. Рекомендовала взять тряпки, чтобы не натереть ноги и приготовить шляпы. Видимо поход с охотниками тоже не прошел для нее даром.

И тут Торос показал, что он не зря торговец. Не ссорясь с Зеей, он мягко указал, что они команда и работают над общей целью. Хоть она и может помочь с переходом, но он и Апейт уже ознакомились с тем как искать батареи. А затем на то, что она не владеет последней информацией и энерготелеги не будет, а еще, что только он один из всех пользовался настоящим парализатором и много ездил. Постепенно инициатива уходила от Зеи и вдруг Торос спохватился:

– Дурацкая привычка торговца!!! Извините, совсем забылся. Нам не надо торговаться, нам вместе туда идти…

Казалось, что ему не хотелось даже произносить вслух «к пирамиде».

– Зея, давай ты за охоту и шалаши будешь отвечать, я за переговоры и байки вечером, а Апейт за то, чтобы батарею найти. – добавил Торос и напряжение пропало. Как-то не надо было больше биться и доказывать. Все стало просто и понятно.

Уже другим тоном Апейт сказал:

– Я немного ходил на север и воды нет. Надо брать больше. Бутыли 3–4. И еды тоже больше. Мне кажется до пирамиды не три дня, а шесть.

Зея немного недовольно вскинула голову.

В итоге согласились, что каждый возьмет 3 бутыли воды и еды на 10 дней. На этом и разошлись спать.

* * *

Рано с утра Апейт опять не рискнул показывать всем свою одежду. А также он решил все же взять 4 бутыли воды и еды на 12 дней. Вылить можно всегда. Немного подумав, он сложил вещи в рюкзак, одел обычную одежду и самые легкие босоножки, сверху рюкзака пристроил походную одежду и привязал ботинки. Все это он завернул в старые простыни и как огромный бесформенный куль взвалил себе на спину. Узел из углов простыни как раз пришелся на правое плечо и позволял это все держать руками. Зато никто не увидит его новое снаряжение и не задаст вопросов.

Все пять отрядов, которые еще не ушли, были на улице у главного шлюза. Увидев его, Торос улыбнулся. Он нес непривычный кожаный рюкзак-сумку, набитый доверху и уже надел самодельную шляпу, закрывающую шею и голову от солнца. Зея была рядом с самодельным большим рюкзаком в большой шляпе и одежде охотника. Если Торос взглянул на мешок Апейта с удивлением, то Зея скорее с недоверием или обидой за непутевого спутника.

Не было никаких церемоний. Главный техник молча подошел и протянул парализатор, шарик опасности (который пищит при приближении к большому животному) и детектор батарей и сказал:

– Удачи и помощи богов. Ждем вас назад и надеемся на благополучный исход.

В этом было что-то фальшивое, так как благополучный для экипажа исход получался в любом случае.

Апейт практически рефлекторно взял детектор батарей. Торос взял парализатор, а Зея шарик опасности. Она первая молча двинулась к пирамиде на горизонте. Не оглядываясь и не прощаясь. И не ожидая их. Торос еще раз взглянул на мешок Апейта и протянул небольшой посох. Апейт подсунул его под узел мешка и опер на плечо. Проложил куском ткани – стало легче. Они одновременно с Торосом бросили прощальный взгляд и двинулись за Зеей, которая быстро удалялась по огромной серо-желтой пустыне к горам вдалеке, окруженным зеленой каймой леса.

То ли она была очень сильна, то ли хотела это доказать, то ли пыталась убежать как можно быстрее от корабля, но целую склянку расстояние между ней и Торосом с Апейтом увеличивалось. А затем, похоже удовлетворившись, она сбросила темп и запыхавшись, они смогли ее догнать.

– Подожди, мне надо переодеться! – наиболее твердым из своих голосов сказал Апейт. Они уже отошли далеко и вряд ли кто-то захотел бы отнять его ботинки.

– Уже устал? – Парировала Зея, но видя, что тот не садится, а просто снимает мешок, согласилась.

Апейт развернул пододеяльник и делая вид, что ничего особенного не происходит, одел ветрозащитную куртку и брюки, накинул походные ботинки и одел рюкзак. Первым нарушил молчание Торос:

– Молодец! Готовился! – Сказал он. И продолжил – А я как-то расслабился. Идти хотел, а настоящей цели видимо нет у меня….

Зея молчала, видно желая задать миллион вопросов, но не зная, как это сделать, не потеряв лицо.

Рюкзак было нести намного легче, чем мешок, а одежда защищала, но не перегревала. Теплые половинки куртки и брюк Апейт убрал в рюкзак и теперь получал удовольствие от ходьбы.

* * *

Ноги они стерли одновременно. Апейт ругал себя за то, что не расходил ботинки, Торос, что просто не ходил нормально в последнее время, а Зея видимо не восстановилась после выхода с охотниками.

Первым признался Торос и Зея с Апейтом с тихим облегчением сели тоже перевязывать свои ноги. У них в команде появилось какое-то внутреннее соревнование, изначально скрытое, но становящееся более видимым, но при этом и более честным. Они все втроем даже улыбнулись друг другу, видимо догадавшись об общих мыслях.

Зея сбавила темп и теперь они все шли рядом. Солнце уже давно встало. Корабль уменьшился и стал просто большой скалой вдали, а другие отряды потерялись за складками местности. Начало припекать и вверх потянулись струйки теплого воздуха, создавая рябь. Апейту стало очень жарко, но он героически терпел.

* * *

Ближе к полудню с востока потянул ветерок и немного сбил жару. Это сначала радовало, но затем пыль поднялась в воздух и стала мешать дыханию. Простынь разорвали и сделали маски. Это помогало некоторое время, но где-то через две склянки ветер усилился и видимость резко упала, а порывы швыряли на землю. Они шли близко к тому месту, где Апейт ходил в первый раз. Но немного восточнее. В любом случае скоро должны были начаться трещины в земле и можно будет спрятаться. Оглянувшись, Апейт увидел, что Торос сел на песок и не может встать. Они вместе с Зеей помогли ему и пошли дальше, но видимость упала настолько, что они постоянно теряли друг друга из вида, даже идя на расстоянии вытянутой руки. Нужно было как можно скорее добраться до трещины – убежища. Идея пришла неожиданно – связаться! Иначе потеряемся! Скинув рюкзак, Апейт на ощупь нашел коробку и достал веревку. Похоже внутрь залетело с килограмм песка пока он ее доставал! Завязав на себе, он передал середину веревки Зеи и стал искать Тороса, чтобы отдать второй конец. Но Тороса не было!

Кричать было бесполезно. Они искали его хаотично, держа веревку в руках и обходя пустыню кругами. Затем пошли в направлении, где им казалось он был еще с ними. Направление держать было очень трудно, так как даже солнца не было видно за пылью. Как-то не верилось, что человек, с которым недавно познакомился и только начал общаться, вот так пропал! Совсем!

Логика подсказывала, что хаотично искать бесполезно, но они продолжали кружить, не зная лучшего варианта и уже не особенно надеясь, но и без возможности прекратить поиски. Где-то в глубине души было детское ощущение – «раз они так стараются, то они его точно найдут!». Время плохо ощущалось и было непонятно, прошли ли минуты, часы или дни, а они продолжали переставлять ноги.

Ветер кончился неожиданно и резко. Как будто его выключили. Струйки пыли и песка вместо кружения стали падать вниз, как маленькие водопады. Еще пара минут и они стояли на той же равнине, только буря ушла на запад, равнина стала более серой, сил у них совсем не осталось и, главное, с ними больше не было Тороса.

Совсем. Серый пепел до горизонта. И Апейт пожалел, что тянул и не рассказал про одежду и ботинки, про записки Гайдзина и про то, что учится читать. Есть вещи, которые надо рассказывать.

Раньше ему казалось, что Торос помеха. Вместо того, чтобы готовиться, он пропадал на камбузе и ничем не интересовался. Даже непонятно, зачем он пошел, а тут, когда он исчез, его стало не хватать. Да, зря он не рассказал все ему. Может, тогда Торос и одежду бы себе получше заказал и не пропал бы….

Он с тоской представил, как красивый кожаный рюкзак Тороса, теперь уже бесполезный, лежит где-то в пустыне, наполовину присыпанный тем же серым пеплом.

5. Чтение и гости

Зея молча смотрела на стену расщелины. Видимо, так разбиваются идеальные планы и лопаются выдуманные миры.

– Мы же все делали правильно! Почему?! – в очередной раз воскликнула она. Апейту показалось, что здесь нет ответа. Видно было, что она близка к истерике, но при этом так и не заплакала.

Вчера, доковыляв до расщелины, они провалились в беспамятный сон. Как только рассвело – молча продолжили поиски, но также безрезультатно. А корабль был похоже даже ближе чем вчера. Видимо в буре они потеряли направление и стали немного возвращаться. Компас! Почему они не использовали компас!!! Хотя это, наверно, не сильно бы помогло.

Сидеть на месте не имело смысла. Хотя сил идти тоже не было. Потеряв Тороса, они столкнулись с реальностью и потеряли цель. Недостаточно все продумать и быть готовым. Или наоборот, надо быть готовым идти в любом случае?

Весь их безопасный уклад корабельной жизни разрушился в один миг.

Здравый смысл подсказывал, что надо что-то делать, но любое действие казалось бессмысленным и глупым без Тороса. И не то, чтобы они сдружились, но они не могли осознать, что человек может просто исчезнуть, пропасть, и это навсегда.

На фоне этих размышлений медленно и уверенно стала появляться другая мысль – они одни и зависят только от самих себя. И им надо теперь выживать. Корабль, Крон, духи, всё отдалилось, а они вот здесь и сейчас. Солнце заглянуло в расщелину и начинает жечь и Зея уже опалила шею и плечо.

Записки!!! Записки Гайдзина! Почему он не прочитал их!? Может там было и предупреждение о буре или советы, как не потеряться в ней!

Апейт достал из рюкзака записки и тронул Зею за плечо:

– Один знакомый пытался ходить к пирамиде и дал мне это, но я не умею читать. Знаю только две буквы. – Начал Апейт.

Зея несколько секунд смотрела сквозь записки как будто не видя их, но затем вышла из оцепенения. Иногда нужна какая-то другая цель, чтобы переключиться и Апейт продолжил:

– Если мы их прочитаем, то они могут помочь нам хоть в будущем. Ты умеешь читать?

– Я знаю, как выглядят некоторые слова. Но далеко не все…

– Ты запоминаешь слова целиком?

– Само собой! Я знаю, как выглядит слово Человек, Корабль и еще несколько!

Видимо они использовали совершенно разные подходы к изучению…

* * *

Сидеть дальше на месте стало невыносимо жарко. Ветер не задувал в расщелину и чтобы не сгореть, они попробовали выйти на открытое место.

Медленно, как будто в тумане, двинулись дальше, к блестящей на горизонте пирамиде. Зея продолжала рассматривать записки и подмечать знакомые слова. Часа через два медленной ходьбы её терпение кончилось и она вернула их Апейту.

– Очень мало знакомых слов. Там какая-то опасность упомянута и люди в темных плащах. Видимо местное дикое племя. Не думаю, что это нам очень поможет.

– Думаю поможет. Побежали! – Апейт показал на 4 фигуры в плащах песчаного цвета, которые вышли из расщелины в полумиле и уверенно направились к ним. У двоих из них были большие копья! Однозначно встреча с этой четверкой не сулила ничего хорошего. А он то думал зачем у Гайдзина была охранная система на двери! Видимо тут и вправду не так уж и безлюдно.

Только сейчас они поняли, что не ели больше суток и бежать сил не было. Единственный парализатор остался у Тороса, так что они остались совсем беззащитны. Пошатываясь из стороны в сторону, они попытались увеличить расстояние и преследователи, которые тоже явно спешили, начали медленно отдаляться. Апейт начал радоваться хоть маленькому, но успеху. Ведь они смогли прочесть записки и использовать их! Солнце уже перевалило за полдень и песок раскалился настолько, что жар пробивал через ботинки. О беге не было и речи с самого начала, но сейчас они не могли даже быстро идти. Перед глазами плыло. Чтобы прийти в себя, Апейт достал бутыль воды и немного полил голову. Зее было не легче и когда он занес бутыль над ее головой, чтобы тоже полить, она упала без сознания на горячий песок.

Апейт остановился. Фигуры приближались. Идти дальше не было сил, а потерять последнего напарника он просто не мог. Перевернув Зею лицом вверх, он начал обрызгивать лицо, но это не помогало. Тогда накрыв ее лицо шляпой, чтобы не сгорело до костей, он уже неспешно достал нож из походного набора и стал просто ждать.

Спрятаться было негде, а нести человека без сознания в одиночку практически невозможно. Их не учили сражаться. Понятно, что ножом можно ранить противника, но против копья шансов немного. Да и куда и как бить не особенно понятно. Апейт стал проигрывать различные варианты боя в уме – как увернуться, как выйти на расстояние удара, что делать, если окружат. Как противник может использовать копьё. Единственное, что его радовало – догоняющие тоже шли не быстро. Или устали, или старики, а значит все же шансы есть.

Воздух прогрелся настолько, что вокруг бурлили постоянные восходящие теплые потоки и все искажалось в них. Ему даже показалось, что преследователей стало шестеро, но потом картинка, искаженная тепловым потоком, прояснилась и преследователей опять стало четверо. Они шли синхронно и было видно, что тоже устали. А затем, когда до них осталось метров сто, отражения от еще одного теплового потока стали сходиться и преследователей стало двое! Еще одна злая шутка таинственной оптики! Зато теперь их можно было рассмотреть: оба укутаны в бежевые плащи с капюшонами, у одного за спиной квадратный рюкзак, у другого мешок. В руке не копье, а длинная палка. Это уже лучше.

Расстояние сократилось до считаных шагов и преследователи сбросили темп. Было видно, что и им идти очень тяжело. Апейт уже начал было надеяться, что удастся обойтись без драки, но тут неожиданно запищал висевший у Зеи на шее шарик опасности. Видимо, он среагировал на приближение незнакомцев или кого-то еще. Буквально одновременно произошло сразу несколько событий.

Зея начала подниматься, одновременно замахиваясь откуда-то вытащенным кинжалом в направлении преследователей. Гайдзин скинул капюшон (да, это был он) и поднял руку в примирительном жесте. Торос (да, он был вторым преследователем) начал доставать парализатор, а Апейт обернулся на шум сзади: прямо из песка на них выпрыгивало что-то среднее между конем и вараном.

Видимо Торос нервничал и заспешил, увидев этого монстра, но факт в том, что он нажал на спуск парализатора, когда его ствол смотрел еще в землю. Голубой заряд ударил в песок и разбежался во все стороны. Апейт мешком упал на землю, не чувствуя ног. Рядом рухнула только начавшая подниматься Зея. Судя по звукам Гайдзин и Торос тоже лежали на земле парализованные ниже пояса.

– Извините, всегда что-то идет не так, когда я нервничаю... – начал Торос, но тут все переключились на варано-коня, который начал медленно ползти к ним, скребя передними не парализованными лапами.

– Это Рог – пустынный монстр. – Сказал Гайдзин бегло.

– Торос, сможешь попасть?

– Нет, у меня руки дрожат! Да мне его нормально и не видно!

– Тогда кидай парализатор Апейту, он ближе всего!

Апейт уже представил, как Торос долго собирается к броску, а они с Рогом ползают друг от друга, чтобы выиграть время. А секундой позже воображение нарисовало картину как парализатор пролетает мимо и они всей компанией уползают от Рога за горизонт, используя только руки, а тот их догоняет, цепляясь передними лапами.

Но Торос не стал долго ждать и довольно уверенно совершил бросок. Парализатор перелетел Апейта и упал между ним и Рогом, хотя намного ближе к Апейту. Самое страшное было ползти на Рога. Три метра, два метра, один. Взять, навести, нажать, синий свет. Всё – Рог без сознания валяется на земле. Гайдзин с деловым видом глянул на тушу:

– Мясо жестковатое, но сойдет – сказал он. – Хоть запасы пополню. … Пополним. – поправился он с небольшой задержкой.

Онемение прошло через час. До тех пор они просто подползли друг к другу и делились произошедшим, накрывшись плащами от солнца. А Гайдзин как он выразился «Убедился, что Рог не очнётся»

Вчера Торос довольно быстро понял, что бурю надо переждать. Он нашел расщелину и просидел так, пока не пришел Гайдзин, который заметил их ещё до бури и приглядывал («все сигнальные датчики всполошили» – ворчал он). Он обоснованно решил, что Торосу будет удобнее у него в доме-пещере, где Торос и рассказал кто они и куда идут.

– Так вот он попробовал за вами пойти и сразу потерялся! – прокомментировал Гайдзин. – Так пришлось с ним за вами идти! И плащ выдать, а то не дошел бы.

И уже другим тоном продолжил:

– Засиделся я что-то. Будто уже и не я это. Дурная голова опять чего-то требует.

Апейт ничего не стал скрывать и рассказал про одежду и свои попытки учиться читать. Торос ничего особенного не добавил, но сердечно поблагодарил его за поиски. Гайдзин упомянул, что давно никуда не выбирался и если они не против, он пройдет с ними несколько дней в виде гостя, да ещё то, что записки надо правильно читать, там про леса, а не пустыню было. Зея со своей стороны добавила, что не просто ходила с охотниками, а целенаправленно училась строить убежища и ориентироваться:

– Даже в пустыне изредка есть сухие травы и камни. Если ещё есть шест с собой, то можно относительно легко сделать навес.

Уже начало смеркаться и идти дальше не имело смысла, так что Зея попробовала реализовать знания на практике и стала искать хоть какие-то ветки и травы, но тщетно. И тут Апейту вспомнилась иконка в виде треугольника на второй коробочке. Что-то в ней было очень знакомое. Он молча достал ее и выбрав участок поровнее нажал кнопку. В этот раз загорелась зеленая лампочка и с тихим шипением перед ним надулась палатка с треугольным входом.

Гайдзин прищелкнул языком, и забравшись внутрь начал приговаривать:

– Ага, с подогревом и охлаждением…О! Солнечные батареи в тенте! А вот аккумуляторную батарею могли и побольше взять, только на пол ночи хватит греть. Зато с самозарядом. Должна к каждой ночи немного заряжаться.

– Ну вы забираетесь?

Проблема была в том, что как только Гайдзин залез – вход пропал. Апейт провёл пальцем по входу в палатку и материал расступался, как будто он водил ножом, а через некоторое время опять срастался без следа. Проведя полукруг, он забрался внутрь. Дно палатки полностью передавало рельеф пустыни и пришлось подложить всю одежду, что бы камни не мяли бока. Вчетвером было тесно, но все так вымотались, что практически сразу заснули. После всей беготни последних дней воды осталось меньше половины, а лес с возможными реками так и не приблизился. Он был крохотной, еле заметной, серой линией на горизонте.

Апейту снилось, что они все с парализованными ногами на одних руках спасаются от Рога, а тот все догоняет и нужно срочно прочесть инструкцию, состоящую из букв Г и Н. Надо будет еще букв выудить из Гайдзина, думал он во сне.

6. Солнце и песок

А!

Нет не А!

Точно не А? Тогда Л!

Еще думай!!

П!

Ну, наконец-то … – прокряхтел Гайдзин. Зея запоминала буквы явно медленней Апейта, который уже выучил с десяток и прикладывал все усилия, чтобы не подсказывать.

Возможно, причиной того была еще и усталость. Хотелось растянуть каждую секунду «обеда», так как солнце было еще в зените, а палатка немного поддерживала режим охлаждения. Торос лежал в углу в полубессознательном состоянии, а Гайдзин почему-то начал учить их алфавиту, хотя при прошлой встрече в песках был строго против.

Залог их сегодняшнего успеха был в равномерности и монотонности. Есть те, кто может быть героем 5 минут или даже час, но тут все по-другому. Ты начинаешь смеяться над мускулистыми силачами с огромными дубинами. Они становятся бутафорными и ненастоящими по сравнению с необходимостью сделать еще один шаг. Просто шаг. Даже обжигающий песок становится манящим и так и хочется в него упасть, лишь бы получить хоть секунду отдыха.

Самое странное, что они могли остановиться в любой момент, но с осознанием этого пришло и понимание, что воды остается все меньше, а русло реки с лесистыми берегами все так же далеко. До «обеда» они шли три часа, но рельеф, сменившийся на мягкий песок делал каждый шаг настоящим подвигом даже в походных ботинках. Ветер, казавшийся не сильным, мгновенно заметал ноги при каждой остановке.

O?

O! O!!! Ну наконец-то! Давайте что ли дальше пойдем? – спросил Гайдзин.

Было непонятно, идет ли он с ними, провожает или просто их пути совпали на некоторое время. Да и в целом было ничего непонятно. Из привычного мира, где вопросы не нужны и все было понятно, Апейт попал в мир, который он совсем не знал.

И тут Апейта поразила мысль, что он сам не знает зачем идет. Изначально это была задача, можно сказать миссия, которую он хотел выполнить. Он продолжал чувствовать долг перед экипажем и хотел приложить все усилия, чтобы доставить батареи, но при этом было ли еще что-то, что нужно было именно ему? Познать мир? Убежать из клетки? Которая между прочим сейчас казалась очень привлекательной, особенно учитывая, что они прошли только половину запланированного на сегодня. Жажда знаний?

А что нужно Торосу? И вправду, он явно страшился похода, но при этом шел. Он не был готов ни морально, ни физически, но вызвался идти. Зачем?…

Гайдзин умел мотивировать и после железного заявления «Ну все! Последний вышедший готовит ужин и сторожит еду ночью» все смирились с необходимостью выйти прямо сейчас. Ну вот именно сейчас и именно на эту жару.

Палатка сложилась сама, стоило ее погладить. Хотя с утра они довольно долго гадали как же ее убрать. Пытка жарой и песком продолжилась, но теперь к монотонному передвижению ног добавилась цепочка мыслей. Дойти… несколько глотков воды… а куда и зачем они идут… потом, думать потом, сейчас идти… кабель….… какой кабель?… неважно просто слово… очки… идти. Очки! Он достал большие круглые черные очки из мешка и одел. По крайней мере одной болью стало меньше.

Хоть полдень и остался позади, но жара не сильно спала. Пирамида как будто вообще не приблизилась и продолжала блестеть обломанной вершиной, зато окружающие ее горы стали четче, а леса на их склонах зеленее. Вытекавшая со склонов река исчезала в песках, где-то посередине между ними и лесом. Но самое страшное было обернуться назад – корабль был недалеко и его форма была легко различима. Сразу становилось понятно, что у них явные проблемы с водой. Заканчивался третий день пути, до реки было еще как минимум столько же, а воды осталось меньше половины. С едой правда было лучше, так как на жаре есть не хотелось. С другой стороны, мыслей повернуть назад не было. Видимо, потому, что они столкнулись со слишком многими неизвестными вещами, здравый смысл, вместе со страхом отступили из их утомленных сознаний.

* * *

Команду «Стоп» дал Гайдзин, как самый бодрый. Солнце еще не село, но сил вообще не осталось. Апейт молча сделал положенный глоток воды, достал палатку и просто упал в еще открывающийся люк. Из последних сил он отполз и уже проваливаясь во что-то бессознательное увидел падающего рядом Тороса. Было просто поразительно, что тот тоже дошел. Зея лежала на рюкзаке, но сил заползти внутрь не нашла.

– Корабельные хлюпики – проворчал Гайдзин, и включил зарядку батарей палатки в последних лучах солнца.

* * *

Апейт проснулся ближе к утру от голода, холода и жажды одновременно. Но двигаться настолько не хотелось, что он мучился с пол часа, прежде чем открыть глаза. Рассвет был уже на подходе и стало видно, что в палатке их трое. Зея все же заползла внутрь и спала в углу, а вот Гайдзина не было. И что самое странное, вместо обогрева палатка было включена на максимальное охлаждение.

Стуча зубами, Апейт открыл палатку и выполз наружу. Часть неба украшало предрассветное зарево, но было еще темно и прохладно, хотя и не так, как в палатке. Гайдзин полулежал снаружи у стенки палатки и смотрел на капли воды, оказавшиеся на ней. Капли скатывались вниз и почти достигнув земли попадали в небольшую складку в материале палатки, созданную подложенными камнями. Оттуда нестройным потоком они текли в уже наполовину полную банку с водой.

Это все было не от настоящего и привычного мира. Апейт молча смотрел на этот процесс и не понимал, работа ли это духа или неведомый элемент устройства мира. Гайдзин молча поднял глаза и пробормотал:

– В воздухе всегда есть пар, а перед рассветом его больше. Он на холодном оседает. Пол бутылки собрал с этой стороны. Поставь другую бутылку у другой стенки….

Апейт молча и, по возможности, бесшумно, достал пустую бутылку и, подложив одни камни под край палатки, а другие сверху, получил похожую складку, по которой вода начала стекать и капать в песок. Спохватившись, он подставил банку и, подперев её, начал как во сне наблюдать за текущими каплями. На время у него даже пропала жажда. Он видел росу много раз, но не догадывался, что можно получить столько воды. Теперь стало понятно, почему роса появляется именно утром, когда вокруг очень прохладно. Вспоминая прошлые замечания Гайдзина и личный опыт, все встало на свои места. Воздух – он состоит из много чего и из воды в том числе. Видимо, от температуры зависит, сколько ее помещается, а если охладить, она выпадает росой….

Через две склянки проснулась Зея. К тому времени солнце начало немного греть и сбор воды завершился. Всего собрали чуть больше литра, что несомненно радовало, но еще через пол часа оказалось, что Торос не может идти. Он настолько устал за прошлые дни, что даже не мог самостоятельно встать. Да и Зея не особенно блистала бодростью. То, что не чувствовалось вчера, из-за усталости стало явным – у всех кроме Апейта были сильно натерты и обожжены ноги, шея и кисти. Даже у Гайдзина появилась хромота, несмотря на ботинки. Глаза в разной степени были обожжены у всех, покраснели и сильно болели.

Картина вырисовывалась не радостная, до реки было в лучшем случае 3 дня, а воды было на полтора, и то если экономить. Даже если собирать по литру каждую ночь, это намного меньше, чем они выпивают за день. Еды было, правда, с запасом, благодаря мясу Рога.

Торосу было настолько тяжело, что он не мог связно говорить. Его пришлось напоить двойной нормой воды, после чего ее осталось совсем мало.

Держали совет втроем. Хоть самым логичным и было бросить Тороса, об этом никто даже не подумал. Он был частью команды. Вы же не выбрасываете свою руку, когда она устала и не может нести поклажу?

Первая здравая идея была идти ночью. Гайдзин сразу сказал, что это было бы намного лучше, но у них нет фонарика, поэтому он даже и не предлагал. Апейт немного помялся и молча достал из сумки цилиндр с кнопкой и линзой. Не было сил ни на обиду, ни злость. Просто надо выучить этот урок…

Чтобы не повторять ошибок, Апейт выложил все содержание сумки. Зея молча взяла мази и начала протирать ожоги одной, а глаза другой. Видимо не зря училась. Затем молча передала по кругу. План сложился сам собой: ждать вечера и надеяться, что Торосу станет лучше. Идти ночью и ближе к рассвету вставать и собирать воду, выпадающую на охлажденном тенте палатки.

На этом все сделали по глотку воды и легли спать. Наличие плана давало надежду. Несмотря на палящее снаружи солнце, усталость взяла свое и все провалились в сон до заката.

* * *

Вечером Торосу легче не стало. Он уже был в ясном сознании, но встать так и не смог, говорил медленно и растягивая слова. Ситуация становилась тупиковой. Сначала Апейт вызвался нести Тороса, но быстро понял, что это сделать намного труднее, чем кажется и даже не смог его поднять. Единственное, что им оставалось – всю ночь собирать капли воды под давящим чувством безысходности. Воображение начало рисовать четыре высушенные трупа, полуприсыпанные песком, торчащие из клочков разорванной ветром палатки. Используя всю теплую одежду Апейта как одеяла, они включили охлаждение и приступили к сбору воды. Дежурили по очереди. Несмотря на ночь все равно хотелось пить. При свете фонарика капли блестели, переливались и манили. Появлялись даже нездоровые мысли, но уверенность, что остальные так не поступят давала сил сдержаться. К утру получили почти два литра воды, что является нормой для одного человека и то без жары и физических нагрузок.

Уже с рассветом Торос проснулся и смог сделать несколько шагов. Идти под солнцем было самоубийством и видимо ближайшая ночь будет решающей. Если они не смогут идти, то шансов спастись не будет. При недостатке воды и жаре говорить не хотелось. Ты вроде в сознании и все понимаешь, но мысли расплавлены и текут вяло. Глаза пришли в норму. Ожоги же покрылись корочками, которые будут сорваны, как только они двинутся в путь. Апейту хотелось расспросить Гайдзина обо всем, но сил не было задать вопрос, и они просто лежали в палатке. Негласно решили по очереди выходить наружу и оглядывать окрестности. Очередь Апейта была после обеда, на котором они мало ели и еще меньше пили. Выйдя он еще раз убедился насколько близко корабль. Как будто за пару часов можно дойти. Река, терявшееся в песках, была еще ближе. Ее было видно по небольшим зеленым пятнам, которые перерастали в кусты и, совсем вдалеке, в лес. На нее как раз указывала линия в песке. Хотя вчера он никакой линии не видел… Змея? Следы? Цепочка следов? И тут он увидел точку. Достаточно близко, чтобы распознать человека, но достаточно далеко, чтобы пытаться догнать или окрикнуть. Человек шел медленно и покачиваясь. На нем был огромный рюкзак и большая накидка, покрывавшая все тело.

– Гайдзин – позвал Апейт – Гайдзин, погляди!!!

– Ого! – отозвался тот наблюдая странника. – Нам его не догнать и совсем непонятно почему он один и зачем он туда идет. Точнее понятно, что он идет к реке, как и мы, но кроме этого там же ничего нет. Мир сошел с ума… Давай что ли крикнем?

Но их попытки так и не увенчались успехом. Странник целенаправленно удалялся от них.

* * *

Нельзя сказать, что Торосу с заходом солнца стало сильно лучше, но выбора не было и поделив его вещи, они плавно двинулись дальше на север. Первые шаги показали, что последние дни отдыха на жаре сил не прибавили и отдыха как будто бы и не было. Первый шел Гайдзин с фонариком Апейта, затем пошатываясь и как-то смазано шел Торос, затем Зея, а замыкал Апейт. Ему было обидно, что Гайдзин пользуется его фонариком и ведет всех, хотя это было и логично. Несмотря на постоянную усталость, ему самому хотелось видеть куда они идут, понимать, что, если он ошибется, это будет его ошибка, а так он просто следовал за светлым пятном.

С каждым следующим шагом тело втягивалось в ритм движения и шаги стали даваться легче, несмотря на вновь сорванные мозоли и вскрывшиеся корочки ожогов. Даже Торос поддерживал умеренную скорость и монотонно шел, почти ничего не говоря.

– Наконец-то нашли – прохрипел Гайдзин.

Только тут Апейт понял, что они не хаотично виляли, а целенаправленно пытались выйти на следы путника, увиденного ими днем. Да, хорошо, что их вел Гайдзин….

Следы шли довольно ровно, так как днем видимость не ограничивалась лучом фонарика и скорость сразу возросла. Они слишком вымотались, чтобы думать об опасности, грозящей от неизвестного человека и просто радовались возможности идти быстрее.

Через некоторое время усталость начала брать свое и темп немного упал, но ощущение безысходности пропало. Они делали то, что могли, а остальное от них не зависело. Шаг за шагом они молча шли куда-то на север.

Где-то за полночь взошла луна, изрезанная темными линиями. И все сразу преобразилось. Теперь пустыня казалась черной с россыпью серебряных точек, а небо глубоко синим. Видны были только общие детали, но горы на горизонте угадывались однозначно, а пирамида, хоть и сама была плохо видна, отражала лунный свет на окрестные горы. Да, ночью идти было несомненно лучше. Несмотря на боль во всем теле и жажду они нашли свой ритм и усталость перестала чувствоваться. Она никуда не делась, но при этом перестала давить.

Следующие несколько часов ничего практически не менялось, но ставить палатку надо было за пару часов до рассвета, чтобы успеть хоть немного собрать воды. Неожиданно Гайдзин поднял руку в предупреждающем жесте…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.