Екатерина Овсянникова
Вампир: дар или проклятие?

Глава 1

Эдмонд

Сегодня на редкость ясный день для конца лета. Игнорируя укрывающие окно бордовые шелковые занавески, лучи солнца шустро пробивались внутрь комнаты и освещали мой стол, усеянный документами. Чуть заметно зевнув, я обмакнул в чернила перьевую ручку и с важным видом поставил очередную подпись.

Эдмонд Миднайт…

С задумчивым взглядом я посмотрел на переливающуюся под потолком огромную люстру в попытке хотя бы примерно посчитать количество подписей, которые мне довелось поставить за два века жизни. Нет, такое никак не счесть. А сколько еще их будет впереди лучше и не думать…

Вернув ручку на место, протянул руку к бокалу, наполненному алым напитком, и пригубил немного. Знакомый чуть кислый вкус и аромат распространялись по телу, даруя энергию для нового дня. Жаль только, что сему нектару не под силу заменить ритуал, который мне, как и моим собратьям, предстояло сегодня провести.

В день перед полнолунием работа кипела по всей Дартании. Наделенная даром бессмертия прислуга замка стремилась поскорее сделать свою работу, чтобы освободиться к священному вечеру. Тем же самым занимался и я… Не то чтобы мне этого хотелось, но иного выхода нет. В отличие от остальных вампиров, на протяжении жизни мне вверены жизни всего народа города Сиольна, поэтому я не мог так просто ударить в грязь лицом.

После завтрака, едва стоило мне вернуться в свой кабинет, как зачарованное магией зеркало таинственно засияло, тем самым указывая на запрос связи. И, к сожалению, я догадывался, кому с утра неймется со мной побеседовать.

Видение, представшее передо мной вместо зеркальной глади, лишь отбросило последние сомнения. Черные длинные волосы, чуть бледная кожа и яркие алые глаза, бликующие в полумраке обстановки богатого кабинета… Тут при всем желании не перепутаешь.

– Доброго утра, граф Владэус, – положив руку на грудь и уважительно поклонившись, я приветствовал самого почетного вампира Дартании, что внимательным и справедливым взором правил всей страной. – Сегодня хороший день для прогулки, не правда ли?

Недоверчиво покосившись, граф пригубил знакомого алого напитка и отставил бокал в сторону.

– Может быть и так, но полнолуние в теплую ночь куда более привлекательно, чем яркий солнечный день. Может солнце и не наносит нам вреда, но и энергии для жизни оно тоже не дает. Энергии, которая тебе бы пришлась весьма кстати…

Вампир смотрел мне в глаза сквозь зазеркалье строгим и настойчивым взглядом. На мгновение в груди у меня даже что-то поежилось от наполнившего комнату напряжения. Пришлось срочно подавить щемящее чувство и изобразить уверенность.

– Уверяю вас, граф, я в полном порядке и готов дальше нести службу во имя процветания Дартании.

– Эдмонд, ты же не думал, что я поверю тебе на слово? – Владэус медленно стучал пальцами по дорогой столешнице, с каждой секундой все сильнее нагоняя жути в воцарившейся тишине. – Даже сквозь пелену магии зеркала я вижу, насколько ты бледен и слаб. Как долго ты не пил кровь? Месяца три, кажется? Удивительно, что ты вообще еще на ногах стоишь.

Чувство неловкости засвербило в животе неприятным комком. Благодаря своему опыту и могуществу, граф знал меня и других подчиненных как родных детей. И, разумеется, ему было известно о проявлении мной строптивости. Я и сам понимал, что возможно поступаю неправильно, но и способ побороть свою проблему найти никак не мог.

Вот уже года два священный ритуал, дарующий вампирам силу, мне не приносил никакого удовольствия. Казалось бы, надо радоваться: в ночь полнолуния жертвы меня обеспечивали не только кровью, но и досугом, но как-то неожиданно пропала та самая искра, дарующая наслаждение заветным моментом. Некоторое время я терпел из чувства долга, а после стал по максимуму пропускать ритуалы в надежде, что былой аппетит вернется. И, разумеется, подобное воздержание не лучшим образом сказывалось на моих способностях. Именно это сейчас и ощущал владыка Дартании, пожирая меня пристальным взглядом.

– Граф Владэус, я чувствую себя вполне отлично, – ответил я, для отвода глаз ухватив со стола ближайший документ. – Вот как раз разбором дел занимался.

Только вот собеседник по ту сторону зазеркалья мне не поверил.

– Тогда докажи, – прошипел владыка, на секунду оскалившись и показав чуть выпирающие клыки. – Зажги в руке большой огненный шар как истинный маг огня, тогда я заберу слова обратно.

Чуть заметно сглотнув, я сжал в кулак правую руку и сосредоточился, чтобы призвать текущую в моих жилах энергию разрушительной стихии. Сквозь пелену закрытых глаз я представил, как в воздухе накапливается жар, а огонь, воплощаясь наяву, принимает форму огромного шара.

– М-да… – протяжный наполненный разочарованием голос владыки заставил меня открыть глаза и ужаснуться увиденному. Максимум силы, вложенной в заклинание, обратился в небольшой огненный шар размером с детский мячик. Разумеется, графу Владэусу результат не пришелся по душе.

– Эдмонд Миднайт… – то, что владыка окликнул меня по имени и фамилии в приватном разговоре, явно не сулило ничего хорошего. – Этим жалким шариком ты можешь разве что разжечь огонь в камине. Правящий вампир обязан всегда поддерживать свои магические силы в полной боевой готовности, особенно если речь касается Сиольна – города, граничащего с Эльтанией. Ты прекрасно знаешь, как к нам относятся соседи, и все равно позволяешь себе такое поведение? Месяцами отказываешься от ритуала, тем самым ослабляя себя и рискуя жизнями невинных…

– Что вы, владыка, я бы ни за что не подставил под угрозу жителей, – по лбу проскочила испарина, а в мыслях мелькнуло волнение. Ссора с графом еще никому не сулила ничего хорошего. – Никто даже не подозревает о подобном, честное слово!

Сжав и разжав кулак, Владэус ухватил бокал и отпил немного содержимого.

– Значит так, Эдмонд, – голос и взгляд владыки звучали как никогда строго, а взгляд, казалось, вот-вот испепелил бы любого. – Я настаиваю, чтобы сегодня ты провел ритуал и наконец-то восстановил свои силы! Если ты этого не сделаешь – придется поставить под вопрос твое правление Сиольном. И ты прекрасно знаешь, как я поступаю с теми, кто не хранят верность во благо Дартании.

Не то чтобы мне было страшно, но в этот момент по телу проскочили мурашки. Для постов высшей власти граф самолично выбирал магов из числа достойных, которые впоследствии проходили через ритуал обращения и обретали бессмертие. Подобная честь выпала и мне… Отречение же, наоборот, означало для вампира смерть. Абсолютную, без права на жизнь среди людей… Подобное наказание выпало не многим из нас, но от этого оно не становилось в глазах остальных менее страшным.

– Что же ты скажешь, Эдмонд? – граф грациозно мотнул в мою сторону наполненным бокалом. – Твой ритуал или же мой… Каков твой выбор?

Протяжно выдохнув, я виновато потупил взгляд и уважительно поклонился.

– Как пожелаете, владыка. Обещаю сегодня провести ритуал.

– Молодец, – Владэус одобрительно кивнул, отпил напитка и облизнулся. – Завтра в это же время я вновь свяжусь с тобой. И не дай бог призванная тобой магия мне не понравится… Яркого полнолуния тебе, Эдмонд.

– И вам яркого полнолуния, господин, – ответил я на прощание, после чего видение растворилось и зеркало приняло прежний вид. Отражение, возникшее на месте облика графа, меня не порадовало: кожа побледнела, во взгляде серых глаз явно читалось истощение от нескольких месяцев голода, а черные волосы то ли сами взлохматились во время работы, то ли же взъерошились из-за угроз… Похоже, выбора у меня особого нет. Как бы я ни противился ритуалам, а жить все-таки хотелось…

– Дэмиан, мне нужно отлучиться по делам в город, – отдал я приказ вошедшему дворецкому. – Замок на тебе до моего возвращения.

– Неужели вы все же решились провести ритуал? Можете больше ничего не говорить, господин! – с учтивой улыбкой беловолосый вампир забрал из моих рук пустой бокал и поставил к себе на поднос. – Не волнуйтесь, сделаю все так, что придраться не к чему будет, – закончив со сбором мусора и грязной посуды, дворецкий зашагал к выходу. – Удачных поисков и яркого полнолуния вам.

Проводив вампира кивком, я уставился на очередной документ в надежде отвлечься, но мысли о последнем разговоре и слова Дэмиана никак не хотели выходить из головы. Если даже дворецкий, возрастом минимум в два раза старше меня, проявляет уважение к своим обязанностям, то мне и подавно положено! Придется как-нибудь пересилить отвращение и исполнить приказ графа, если я не хочу посеять в сердцах собратьев сомнения…

Разобравшись с еще несколькими документами и приведя в порядок свой внешний вид, я направился на выход из замка в сторону стойл, где конюшенный протянул мне поводья любимого черногривого жеребца. Так началась моя поездка в сторону жилых улиц, где мне пришлось пробыть по делам до самого вечера.

Разумеется, обратно я приехал не один. Избранная для ритуала девушка сидела впереди меня в седле и с неугасимым интересом оглядывала представшие ее взору обширные владения. А похвастаться было чем. Вокруг большого каменного замка, построенного несколько веков назад, простирался шикарный сад и различные мелкие постройки. Особенно мне нравились алые розы, простирающиеся вдоль краев дороги к главному входу, словно ограждения. А интерьер внутри даже в комнатах у прислуги был обставлен весьма дорого, не говоря уже о моих покоях. Сам же ритуал, разумеется, всегда проводился в специально выделенной для этого комнате. Удобная кровать, обставленный по последней моде интерьер и окно, сквозь которое всегда светила полная луна – для меня, как вампира, в этом месте было прекрасно все. Да и гостьи, вроде как, не жаловались.

До самой ночи я занимался рабочими делами, вверив избранную для ритуала гостью дворецкому. Без какого-либо страха черноволосая красавица исследовала замок, и вот, незадолго до полуночи, я получил сигнал от Дэмиана.

– Господин, все готово для ритуала. Гостья ожидает вас в отведенных покоях.

Еще раз проверив прическу и поправив рубашку, я, поблагодарив дворецкого, исчез за дверью кабинета на пути к избраннице.

Стоило только войти в нужную комнату, как сразу же в глаза бросилась моя гостья. Волнистые длинные локоны цвета воронова крыла, мягко ниспадающие ниже плеч, сливались с бордовым лёгким блестящим платьем, пожалованным мной девушке для сегодняшней ночи.

Даже как-то трудно поверить, что эта прекрасная и ухоженная незнакомка с ярким макияжем и обаятельным взглядом ещё днём была грустной и скромной горожанкой, которую сегодня чуть не побили соперницы во время отбора для моего ритуала. Множество девушек, лишь завидев меня на рынке, сразу же выстроились в ряд в надежде быть избранными мной для заветной ночи, но взгляд упал именно на неё: скромную красавицу, грустно забившуюся в угол позади соперниц.

День перед полнолунием всегда такой. Только в священную ночь я и мои собратья имеют право выпить немного крови для поддержания бессмертия и своих способностей.

Для людей эта жертва – словно высшее благословение, и в благодарность мы, вампиры, оберегаем народ Дартании. Некоторые, как я, управляют целыми городами и стараются обеспечить людям достойное светлое будущее.

– Прекрасная сегодня ночь, господин Эдмонд, – лицо гостьи озарила скромная улыбка, а в ее зелёных глазах сверкнули огоньки множества свечей, что своим пламенем освещали мою любимую комнату, оформленную в готичном стиле. Сквозь полупрозрачные занавески, прикрывавшие большое окно, мягко сиял свет полной луны. Широкий подоконник, как и сама комната, был украшен множеством красных роз. Яркий цвет создавал идеальный баланс, развеивая небольшой свойственный покоям мрак.

Почтительно кивнув гостье, я прошел в центр комнаты и остановился прямо под огромной люстрой, которая благодаря множеству свечей и обеспечивала светом этот вечерний уголок. Стоило лишь взмахнуть рукой, как почти все огоньки погасли, погрузив комнату в практически полную темноту. Лишь пара маленьких свечей на стене у дверей указывали на выход в случае, если тот понадобится.

Комната погрузилась во мрак и зелёные глаза гостьи радостно сверкнули в свете полной луны. Обыденный для меня ритуал сегодня явно станет для нее моментом счастья.

Убедившись, что всё идёт как положено, я подошёл к небольшому столику, где было приготовлено угощение, и взял два больших бокала, наполненных напитком из моих погребов. Повара Дартании в этом плане молодцы. Народ нашей страны со временем научился делать напитки, не портящие здоровье и не отличающиеся по вкусу от самого изысканного вина. Насладиться ярким кисло-виноградным вкусом мог любой обеспеченный горожанин, а сегодня изыски моих погребов попробует и гостья.

– Вы правы, Анна, ночь яркая и чудесная, – согнув уста в лёгкой улыбке, я присел на край кровати и протянул девушке бокал. – Сияет и ослепляет своей красотой. Прямо как вы.

Хоть девушка и вправду была красива, но внутри у меня все ёжилось от подобного флирта, хотя гостьям обычно нравилось. А я же, как и мои собратья, должен был делать всё для счастья избранниц в эту священную ночь, так что приходилось пересиливать интересы и целиком отдаваться процессу.

Вот и сейчас Анна скромно улыбнулась, приняла из моих рук бокал и коснулась его края кончиками губ.

– И вправду вкусный, – отхлебнув немного, девушка одобрительно покачала головой. – Не зря о напитках из ваших погребов разносятся самые хвалебные отзывы.

– Было бы неправильно угощать важных гостей дешёвым пойлом, – не убирая с лица улыбки, я аккуратно стукнул краем своего бокала об бокал гостьи в знак тоста. – За ваше здоровье.

Скромно кивнув, Анна последовала моему примеру и опустошила бокал до дна.

Близилась полночь. Лишь несколько минут отделяло меня от момента, когда под священным светом полной луны уже знакомый укус насытит меня кровью, подпитывающей не только дар бессмертия, но и вампирские способности.

Анна, как и любой житель Дартании, прекрасно знала об этом и выжидающе смотрела на меня. Девушке явно не терпелось поскорее исполнить задуманное. В зелёных глазах не читалось и капли страха – ритуал не смертелен и отнимает лишь небольшую часть крови. И все же это немного больше, чем оставляют доноры в лазарете, поэтому после укуса я или мои собратья обязаны обеспечить своим гостям достойный отдых.

За неловким молчанием время пролетело незаметно. Оставалось около минуты до заветного момента, когда часы пробьют полночь.

– Прошу прощения за промедление, – я аккуратно взял из рук гостьи пустой бокал, поставил посуду на прикроватный столик и, усевшись на кровать, медленно приблизился к своей гостье. – Совсем позабыл поинтересоваться о вашем желании… Если вы простите мне подобную оплошность, то я с радостью выслушаю его прямо сейчас.

Так уж издревле повелось, что в заветную ночь я и мои собратья обязаны исполнить одно желание того человека, что разделит с ним ритуал и пожалует свою кровь для поддержания жизни вампира. Кто-то выбирал что-то вещественное, например памятный подарок или лекарство для родных, а кто-то…

– Прошу вас, станьте моим первым мужчиной! – выпалила она, на удивление не дрогнув и голосом. Для девушек первая ночь с вампиром издревле была не менее желанна, чем сам ритуал. Наши клыки чувствуют самую чистую и здоровую кровь, а значит, и в замке у нас бывают лишь самые крепкие здоровьем и самые достойные гости. Избранница, отдавшая целомудрие во время священного ритуала, получает в знак благословения особую метку. Словно пыльца для пчел, она служит противоположному полу знаком, что девушка чиста и способна родить своей половине здоровых и крепких детей. Кто ж не будет счастлив воспитать желанного ребенка с минимумом риска для семьи и здоровья?

Так что девушек с ритуальной меткой в Дартании намного охотнее брали замуж. И, несмотря на всю обыденность этого желания, я даже немного рад, что теперь эта кроткая красавица сможет сделать шаг навстречу более счастливой судьбе.

Тишину комнаты, по просторам которой гулял теплый летний ветерок, содрогнул громкий бой часов.

Полночь… Настало время исполнить то зачем мы оба здесь и сидим.

Переведя взгляд на часы, Анна взволнованно выдохнула и, не отворачиваясь от меня, немного отодвинулась назад к окну. Теперь ее силуэт ещё ярче освещался магией полной луны. Скромно улыбнувшись, девушка кокетливо отвела взгляд в сторону и отбросила с левой части шеи черные локоны. Замерев, гостья вместе со мной вслушивалась в гулкий бой часов.

Второй удар, третий…

Приблизившись, я правой рукой убрал с нежного лица выбившиеся локоны и встретился с Анной взглядом. Зрачки изумрудных глаз моей гостьи немного подрагивали в знак воздействия чар. Мой дар не только притуплял боль, но и распалял желание, усиливал наслаждение девушек от проведения ритуала. Почувствовав, что чары подействовали, я смело приблизился к тонким, накрашенным алой помадой устам девушки и слился с ними поцелуем.

Для начала недолгим, длиной лишь пару секунд, но и этого хватило, чтобы немного красная от смущения Анна не только привыкла к моим прикосновениям, но и ответила новым, более ярким поцелуем. Тонкие пальчики девушки ловко проникли в мою черную шевелюру, будоража кровь и направляя движения. Украшенные алой помадой уста двигались ещё неумело, но не менее жадно.

Пятый удар, шестой…

Учащенно дыша, Анна изо всех сил прижимала меня к себе. Немного острые женские ноготки, проникшие сквозь выглянувший из брюк край темно-серой рубашки, приятно царапали мне спину. Левой рукой я придерживал гостью, ласкал ее невесомыми движениями. От бедра, все выше и выше, не забывая разжигать желание горячими поцелуями.

Часы продолжали бить, удар за ударом приближая священный момент. Разомкнув наши уста, я аккуратно спускался ниже, через каждые несколько сантиметров одаряя манящую шею новым поцелуем.

Девятый удар, десятый…

Анна учащенно дышала, всей душой предвкушая исполнение ритуала и ее желания. Кроткое женское сердце билось в страстном кульбите, разгоняя по телу желанную кровь. Отыскав самое удобное местечко, я замер, примкнув к нежной коже губами. Казалось, что скоро я и сам сойду с ума от ожидания.

Последний удар, самый громкий и гулкий, содрогнул комнату своим звуком и вернул в мир тишину. Стоило лишь краешком клыков коснуться манящей шеи, как клыки сами пронзили нежную плоть, выпуская наружу желанную, дарующую жизнь кровь. Слегка вздрогнув в момент укуса, Анна издала протяжный, наполненный страстью стон и замерла, закрыв глаза. Тонкие уста девушки, согнувшиеся в довольной улыбке, выдавали наслаждение гостьи и ее счастье от пережитого священного момента.

Аккуратно поглощая манящую кровь, я мысленно удивлялся своему поведению. Мне 212 лет, но я до сих пор, словно только обращенный мальчишка, вздрагиваю вместе с девушками в первую секунду ритуала.

По телу стало распространяться тепло. Укус разгонял по жилам жертвенную кровь, подпитывал священный для любого вампира дар бессмертия. Силы, которые подугасли после трёх месяцев голода, вновь наполняли меня, дарили облегчение. Огонь жизни снова ярко сиял, будто пламя свечи во тьме…

Почувствовав насыщение, я медленно спрятал клыки и отпрянул от тонкой шеи девушки. Издав протяжный довольный стон, Анна открыла глаза и подняла изумрудный взгляд на меня. Без какого-либо страха или отвращения девушка смотрела на мои уста, обагренные ее кровью, и медленно сближалась, сантиметр за сантиметром.

Мгновение – и ее губы нашли мои. Ловким, почти незаметным движением Анна обхватила мою шею, левой рукой при этом забравшись под рубашку. Под ее протяжный, наполненный страстью стон, я мысленно охнул, наслаждаясь прикосновением к спине острых ноготков. Даже заметить не успел, как гостья потянула меня за собой, а после, оказавшись подо мной, замерла, разомкнув поцелуй. Теперь ее зелёные глаза смотрели на меня снизу вверх, переливаясь в свете полной луны. Даже угадывать не понадобилось ее мысли… Было понятно, что девушка жаждала исполнения своего желания, с чем я, собственно, тоже не собирался медлить.

Утеревшись рукавом уже расстёгнутой почти до низу рубашки, я вновь примкнул к горячим губам гостьи. Углубив поцелуй, я, одной рукой нырнув под юбку платья, медленно ласкал разгоряченное желанием тело девушки. От бедра, все выше и выше, являя свету луны тонкую талию и стройную фигуру. Под тяжестью теплого, укрывавшего нас одеяла я прижался к ней сверху так близко, что ощущал весь жар ее тела, как свой собственный.

Одарив ложбинку на груди Анны горячим, медленным поцелуем, я поднял взгляд и замер, затаив дыхание. Ещё одно движение и девушка, на секунду зажмурившись, с наслаждением вскрикнула, вновь содрогнув тишину комнаты. Крепко прижимая меня к себе, гостья стонала от сладостной неги, всей душой радуясь исполнения своего желания…

Подоткнув одеяло, укрывающее счастливую спящую гостью, я протяжно выдохнул и ненадолго откинулся на другой край кровати. Анна мило сопела, положив на подушку свою левую руку, запястье которой теперь украшала заветная священная метка.

Уставившись на полную луну, что своим светом сейчас даровала мне силы, я размышлял об очередном ритуале, количеству которых я уже давно счёт потерял. Подобные ночи, может, удовлетворяли потребности моего тела, но уже давно не радовали душу. Даже месяцами переживаемый голод не давал желаемого… Смогу ли я когда-нибудь вновь познать радость ночи, проведенной с женщиной? Найдется ли в этом мире та, что распалит своим присутствием огонь любви и желания?

Разочарованно выдохнув, я оделся и, проверив одеяло гостьи, отправился к себе в кабинет. Работа с бумагами в позднее время всегда расслабляла, настраивала на сон, поэтому я спокойно перебирал их, стараясь не думать о прошедшем ритуале, гостья которого мирно спала в отведенной спальне.

Как-то неожиданно на пороге моего кабинета возник дворецкий. Несмотря на кажущиеся холод и уверенность, во взгляде вампира читалось удивление, смешанное с волнением.

– Господин, срочная новость! Только что на границе произошло нечто странное…

Глава 2

Анайя

Обожаю лето! Как же приятно просыпаться под пение птиц и дуновение теплого июльского ветерка. Эх, завидую я этой великой стихии: она свободна, будто птица, в своем выборе и желаниях. Хочешь – дуй мягким бризом, поглаживая своими объятиями людей, животных или цветы на земле, а хочешь – устремись на север и обратись метелью, можно смести все на своем пути и никто не сможет тебя остановить. Иногда даже немного жаль, что мне подобное не по силам…

Солнце только выглянуло из-за горизонта, а прислуга уже вовсю корпела в доме, усердно выполняя свои обязанности. Недовольно поморщившись, я накрылась с головой в надежде отдохнуть еще немного перед завтраком, но, разумеется, моему скромному желанию в этот теплый субботний день не суждено было сбыться.

– Доброго утра. Ох, миледи, вы еще не готовы? – ахнула Мари-Мэй, войдя в комнату и зашагав к окну. – Уже скоро начнется завтрак.

Откинув одеяло и сонно зевнув, я устремила взгляд на нашу семейную горничную. Златовласая девушка, облаченная в черное платье и белый фартук, выжидающе стояла возле кровати, чтобы заправить постель.

Похоже, чуть подольше отдохнуть никак не выйдет…

– Доброго утра, Мари-Мэй. Сейчас начну собираться, спасибо.

Поднявшись с кровати, я направилась в уборную, оставив комнату на заботу горничной. Девушка старше меня на семь лет, но все равно обходилась со мной тепло, словно заботливая мать и верная подруга. Пожалуй, ближе нее на свете у меня никого никогда не было. Кроме родителей, разумеется, но с ними не посекретничаешь в случае надобности, не спросишь совета и не откроешь душу…

Прохладная вода бодрила, придавала сил для нового, особенного дня, когда я покину отчий дом и начну новую жизнь в качестве жены. Не то чтобы я была всем сердцем рада предстоящему союзу, ведь меня обручили с женихом еще с рождения, но как дочь правителя Вернбурга я, разумеется, должна в первую очередь заботиться о благосостоянии жителей города и окрестных земель. Вернер Ройс, сын правящей семьи Нивера – столицы соседних земель, может, и не сильно люб моему сердцу, но зато всегда слыл заботливым и куда более богатым женихом. Внешне он тоже довольно симпатичен, а речь его всегда была преисполнена уверенностью, так что, если не думать о замужестве как о долге, дела мои были не так уж и плохи.

С досадой выдохнув, я повесила назад теперь уже мокрое полотенце и направилась обратно в комнату. Мари-Мэй к этому моменту успела заправить кровать и терпеливо ждала меня с вешалкой в руках.

– Вот. Ваше любимое, – горничная с улыбкой протянула мне дивное платье цвета фуксии, украшенное бусинами и вышивкой. Легкая, почти воздушная, но при этом не прозрачная юбка позволяла носить наряд в любое время, что делало его моим любимым. Несмотря на легкую простоту в сравнении с парадными моделями, платье все равно подчеркивало богатый статус его обладательницы.

С улыбкой кивнув, я ловко занырнула через низ юбки и вытащила голову через горловину. Шелковая элитная ткань мягко скользила по телу, даруя успокоение и настраивая на веселое времяпрепровождение. Как перееду к Вернеру, обязательно попрошу у него еще парочку таких в гардероб!

– Теперь пришла пора прически, – зашнуровав корсет, Мари-Мэй заняла место у зеркала и жестом руки указала на деревянный стул с мягкой алой обивкой. Массажной расческой девушка приятно водила по моим каштановым волосам, сверху вниз, постепенно создавая чудесную прическу, а после пришло время косметики. Завершив макияж, она скромно отстранилась, чтобы я могла оценить работу.

Как и обычно, образ был чудесен: бежевые тени с золотистым отливом отлично подчеркивали ореховый цвет глаз, тушь ярко выделяла густые реснички, делая взгляд еще более удивительным, а нежная кораллового цвета помада придавала лицу свежести и выразительности.

– Чудесный макияж. Большое спасибо! – учтиво кивнув горничной, которая за много лет общения успела стать близким мне человеком, я протяжно выдохнула и поднялась с удобного стула. – Жаль только, что в особняке Вернера мне такую красоту уже не сделают.

– Не горюйте, миледи, – успокаивала меня Мари-Мэй, расхаживая рядом и поправляя недочеты в образе. – В конце концов, мы прощаемся не навсегда. Ваш отец обещал приезжать в гости и меня брать в поездку.

– Что правда то правда, – кивнула я, чуть заметно улыбнувшись. – Жизнь все-таки продолжается, и когда-нибудь надо делать новые шаги навстречу будущему.

– Вернер Ройс даже среди наших горожан слывет обаятельным и заботливым молодым человеком, – светлые щеки горничной немного покраснели, выдавая ее смущение. Обычно прислуге не позволялись подобные вольности, но наедине мы общались обо всем на свете. – Я очень рада, что именно вы станете его супругой, и искренне надеюсь, что вне стен этого особняка вас ждет лишь счастье.

– Спасибо, Мари-Мэй! – отбросив в сторону этикет, я дружелюбно коснулась плеча подруги. – Эту заботу и добрые слова я ни за что не забуду.

Несколько секунд мы с улыбкой смотрели друг на друга, пока идиллию не прервал бой старинных часов, что стояли здесь, кажется, еще до моего рождения. Вздрогнув, мы попятились друг от друга на шаг, а Мари-Мэй, как полагается горничной, уважительно поклонилась и направилась к двери.

– Идемте, миледи. Ваши родители наверняка уже ждут вас за семейным завтраком.

Аккуратно вышагивая, чтобы не растрепать каштановый пучок, я добралась до семейной столовой.

– Доброе утро, дочка! – мило улыбаясь, мама указала рукой на соседний стул. – Присаживайся. Мы тебя заждались.

Облаченный в дорогой костюм дворецкий галантно придвинул мой стул к столешнице и ловким движением снял округлую стальную крышку – клош – с моей порции еды. Ароматный запах с первых секунд ударил в нос и я, чуть заметно облизнувшись, ухватила серебряные столовые приборы, чтобы вместе с родителями приступить к трапезе. Вкуснейшая воздушная запеканка, политая сладким сиропом, так и таяла во рту, а фруктовый салат, казалось, был еще слаще, чем обычно. Повара, похоже, поработали сегодня на славу. Как и всегда…

Обычно за столом отец то и дело обсуждал с нами дела семейные или же городские, но сегодня в столовой царило неловкое молчание. Лишь звон приборов и чуть слышные звуки жевания говорили о том, что в комнате кто-то есть.

– Какая-то ты неразговорчивая сегодня, Анайя, – прожевав кусок, отец содрогнул тишину комнаты уверенным, в меру строгим голосом. – Что-то случилось?

– Перестань, Патрик, – вступилась мама. – Наша дочь сегодня покинет отчий дом и отправится навстречу новой жизни… Разумеется, она волнуется.

– О чем же тут волноваться, Нарина? – с важным видом отец погладил черные чуть седые усы. – Мы же не на произвол судьбы дочь бросаем. Сей брак позволит установить выгодные для обеих сторон связи, да и Вернер, насколько мне известно, слывет человеком надежным. Разве есть более достойный и богатый кандидат на руку и сердце нашей единственной дочери?

– Скорее только на руку, – прошипела я чуть слышно, но глава семьи каким-то чудом все равно меня услышал.

– Анайя, вот зачем ты так говоришь? – отец осуждающе покачал головой. – Ты же знаешь, что будучи правителем Вернбурга и окрестных земель, я обязан делать все для процветания губернии и счастья жителей. И, разумеется, для своей дочери я желаю не меньшего. Не могу же я позволить, чтобы тебя, мою родную кровь, увел под венец какой-нибудь простолюдин! А вот Вернер отличный парень и я уверен, что вы поладите как пара. Просто дай ему шанс.

Глава семьи сверлил меня уверенным взглядом, словно всеми силами надеясь заставить свою единственную дочь согласиться с решением. Усердно отрезая кусок завтрака, я молча размышляла над словами отца. С малых лет меня учили заботиться о жителях вверенных нашей семье земель, да и в случае отказа исполнить договор родителей наверняка настигли бы неприятности.

Ради блага других у меня нет иного выхода. Да и Вернер парень обаятельный и образованный, у нас наверняка найдется много общих тем и увлечений.

– А вы правда будете приезжать в гости?

– Конечно! – мама допила шипучее содержимое бокала и отставила его в сторону. – И Мари-Мэй будем с собой брать. Она ведь так важна для тебя.

– Нечасто, конечно, горничных в такие поездки берут, – отец аккуратно утёр салфеткой мокрые усы. – Но Мари-Мэй много сделала для нашей семьи, да и работу она всегда выполняла отлично, а за хорошие заслуги людей грех не вознаграждать. Хотя бы иногда…

– Тогда когда отправляемся? – поинтересовалась я, нацепив на лицо фальшивую улыбку.

От услышанного отец мгновенно подобрел. Тут и к гадалке не ходи: густые черные брови уже не сдвигались к друг другу в неодобрении, а в глазах мужчины больше не читалось осуждение.

– Прислуга уже занимается последними приготовлениями. Мари-Мэй поработает над твоим образом невесты и поможет собрать вещи, а к вечеру сюда подадут карету. До заката экипаж покинет пределы города. Сам путь продлится два дня и две ночи. В Нивере тебя встретит семья Вернера, а через неделю состоится свадебная церемония.

– И мы с твоим отцом, разумеется, тоже приедем, – поддакнула мама, прожевав последний кусок завтрака. – Разве можно пропустить свадьбу единственной и любимой дочери? Ведь такое событие бывает лишь раз в жизни!

Я не подала виду, но от ее слов в душе проскочила легкая обида. В отличие от меня, мама вышла замуж за отца по любви, но преподносит предстоящее событие так, будто большего счастья, кроме как породниться с семьей Вернера, и быть не могло. Хотя могло быть и хуже…

После трапезы я направилась в свою комнату, где уже вовсю корпела Мари-Мэй. Девушка усердно паковала мои платья из гардероба в чемоданы, оставив на кровати лишь одно – молочно-белое. Наряд, щедро купленный отцом для предстоящей поездки, был прекрасен и сравним разве что с платьем невесты, только у этого отсутствовала фата, а грудь наряда была расшита мелкими переливающимися кристаллами вместо жемчужин.

Присев на краю кровати, я поводила рукой по пледу, украшенному разноцветной вышивкой. Даже трудно представить, что мне не суждено провести остаток жизни под этим мягким и теплым одеялом среди родных стен. Что ж, хотя бы другим людям будет толк от этого союза, это уже неплохо.

– Понимаю. Мне и самой тяжело осознавать, что теперь в этой комнате всегда будет пусто, – откровенничала горничная, присев неподалеку от меня. – Но душу мне греет предвкушение нашей скорой встречи! Всеми силами я буду стараться, чтобы приехать в Нивер и поглядеть на вашу счастливую улыбку, миледи.

– Спасибо, Мари-Мэй, – ответила я, с улыбкой кивнув и пожав ей руку. – Я тоже буду всем сердцем ждать вас в гости.

Девушка хитро подмигнула, поднялась с кровати и продолжила выполнять обязанности как ни в чем не бывало. Мне же оставалось лишь наблюдать, как прежний родной уголок, где я провела восемнадцать лет жизни, все больше пустел с каждой минутой.

Как и обещал отец, к вечеру подали карету. Шикарную, большую, белую, с золотого цвета обрамлениями. В окно опустевшей комнаты я наблюдала, как прислуга затаскивала мой багаж в отведенное для него место в заднике кареты. Дверь с непривычным гулким шумом открылась и на пороге возникла Мари-Мэй.

– Нам пора, миледи, – взгляд ее был слегка потерянным, а голос немного дрожал, но всеми силами горничная все равно старалась улыбнуться и показать мне свою радость перед грядущими событиями.

– Тогда идем, – ответила я, неторопливо, но все же уверенно зашагав к выходу.

Перед тем как ступить на ступеньку кареты, я последний раз взглянула на дом, в котором вряд ли теперь буду часто ночевать. И как-то почти не мучило меня волнение, разве что жалко было оставлять горничную, что успела стать мне подругой. Усаживаясь на пассажирское удобное место, я уже мечтала о том, как увижу Мари-Мэй вновь и раскрою ей все скопившиеся секреты!

Отец взмахом руки дал экипажу добро и карета двинулась с места, с каждой секундой все быстрее отдаляясь от близких моему сердцу людей. Когда знакомые силуэты исчезли вдали, я с предвкушением устремила взгляд вперед. Мари-Мэй права. Мы обязательно встретимся! Нужно лишь верить в это, как верят дети своим родителям.

Надежда на возможное счастье все сильнее распалялась в сердце. Интересно, какая жизнь ждет меня там, в далеких от родного уголка землях? Как примут меня Вернер и его родители? Найду ли я там таких же верных и отзывчивых друзей? Вопросов было так много и мне не терпелось скорее узнать ответ.

За размышлениями как-то быстро настала ночь. Цокот копыт и тряска от езды по каменистой дороге дали о себе знать и меня стремительно клонило в сон.

– Отдыхайте, миледи, – сообщил один из лакеев. – Наш путь сейчас пролегает по пограничным землям. С рассветом, как только достаточно отдалимся от Дартании, мы устроим привал и разбудим вас к завтраку.

Уложившись на сиденье поудобнее, я закрыла глаза и, поддавшись манящему чувству, стремительно погрузилась в сон. Разглядывать пограничные земли, да еще и при полной луне как-то совсем не хотелось. Конечно, вряд ли такое возможно, но вдруг наша карета нечаянно привлекла бы внимание вампиров? Даже боюсь представить, что могло бы тогда со всеми нами случиться…

Желанное видение в объятиях Морфея не заставило себя долго ждать. Мне явилось возможное будущее. Огромный и богатый особняк с множеством доброжелательной прислуги, приветливые родители жениха и, конечно же, их сын. Мы с Вернером танцевали среди большого зала, полного гостей. Мало кого удалось отличить, но в тот момент я не придавала этому значения. Две пары глаз, его карие и мои ореховые, обменивались взглядами, не обращая внимания на остальных. Приятная размеренная музыка вальса как-то постепенно стихла и в голове теперь звучала лишь одна мелодия – барабанная дробь моего сердца. Оно билось учащенно, с нетерпением выжидая, что будет дальше. Наш танец замедлился, а гости и обстановка вокруг отошли на второй план.

Сейчас были лишь мы…

Не снимая с лица обаятельной, наполненной теплом улыбки, Вернер придвинулся ближе и, едва ощутимо коснувшись подбородка, направил мое лицо к себе. Позабыв о дыхании, я с трепетом наблюдала, как его губы с каждой секундой приближались к моим. Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет в ожидании заветного поцелуя. Закрыв глаза, я едва заметно разомкнула уста и приготовилась почувствовать его губы на своих, как вдруг раздался сильный толчок. Возмутившись происходящему, я открыла глаза, но вместо видения Вернера передо мной возникла объятая тьмой ночи знакомая пассажирская кабина кареты. Ни цокота копыт, ни движения колес по каменистой дороге не ощущалось, будто экипаж остановился на привал.

Но ведь охрана сказала мне, что в приграничных землях остановка ночью не планировалась. Почему же тогда сейчас карета не движется?

Снаружи послышалась странная возня, иногда даже грохот. Подозрительные звуки, раздающиеся среди глухой ночи, нагоняли на чуткое сердце жути. Конечно, мне и раньше доводилось ехать на карете в такое время, но случалось это не так часто, чтобы была возможность привыкнуть. Громкий жалобный мужской вскрик, сопровождавшийся пугающим хрипом, и вовсе вогнал мою душу в пятки. Следом раздался еще один странный звук, будто что-то тяжелое только что рухнуло за землю. Чуть заметно отодвинув занавеску и выглянув в окно краем глаза, я пришла в ужас – стоя прямо под дверью кареты, одетый в плащ и капюшон незнакомец крепко удерживал тщетно вырывающегося из хватки лакея. Второй неизвестный, стоя напротив них, приставил к горлу бедолаги нечто похожее на нож. Едва заметное движение – и с пугающим хрипом, истекая кровью, мужчина замертво рухнул наземь из рук убийцы.

Заткнув рот рукой, я соскочила с места и в страхе вжалась в угол кареты. Разум отказывался принимать происходящее, но реальность оказалась жестокой.

Настоящие бандиты! Не знаю люди они или же вампирские отродья, но сейчас эта безумная парочка напала на нашу карету! Судя по подозрительной тишине, они без какого-либо труда перебили всю охрану и теперь наверняка захотят покончить и со мной.

Входная дверца ужасающе затряслась, чем дала понять намерение преступников. Им явно хотелось проверить пассажирскую кабинку.

– Проклятая дверца! Не поддается! – шипел злоумышленник, усердно возясь с запертым замком. Похоже, лакеи перед встречей с опасностью заперли мою кабинку. – Ну что? Ты нашел ее? Нет? Тогда иди сюда и помоги мне!

Страх стремительно заполонил разум, дыхание перехватило. Откуда они могли знать, кого везла охрана?

Дверь шаталась уже настолько сильно, что вот-вот бы слетела с петель, явив бандитам пассажира кареты. Вытащив из-за пазухи небольшой ключик, запирающий изнутри запасную, противоположную дверцу, я, убедившись в отсутствии злоумышленников, максимально бесшумно вышла из кареты и зашагала в сторону густой травы. Только вот далеко уйти не удалось – один из безумцев все же заметил меня и рванулся вперед. Пара секунд – и я, крича от ужаса, усердно вырывалась из хватки убийцы. Желание спастись било тревогу: пыталась наступать мужчине на ноги или же кусаться, но передо мной словно стояло бесчувственное существо, которому было все равно на мои старания. Каким-то чудом мне все же удалось ударить обидчику между ног. Ликуя в предвкушении спасения, я рванулась в сторону леса, но спустя секунду надежда спастись разбилась на осколки из-за встречи со вторым бандитом. Его сильная согнутая в локте рука сдавливала горло, лишая меня драгоценного воздуха.

– Отпустите! – шипела я изо всех сил сквозь мощную хватку.

– Какая храбрая и ловкая девчушка, оказывается, – усмехнулся ушибленный незнакомец, уверенно зашагав вперед. Остановившись прямо напротив меня, безумец со зловещей ухмылкой грубо сжал мой подбородок и направил мое бледное и мокрое от слез лицо к себе. В глазах бандита, бликующих в свете луны, читалось ликование и предвкушение еще одной смерти. Душу стремительно заполонило отчаяние и я, пища от страха, обмякла в хватке обидчиков.

– Пожалуйста, не надо! – взмолилась я, проливая нескончаемые слезы в надежде выпросить пощады. Но ответом мне стали лишь злорадный смех и еще более крепкая хватка, что сжимала горло.

– Забавная ты, пташка, – съехидничал незнакомец, вытащив из ножен острое, обагренное кровью жертв лезвие. – Разве охотники просто так отпускают свою добычу на свободу? – приблизившись к моему уху, безумец прошептал приговор. – Разумеется, нет.

Мгновение – и левый бок пронзило болью. Жалобно вскрикивая, я сквозь агонию наблюдала, как безумец ухмылялся, все глубже вонзая кинжал. Когда оружие вошло по рукоять, мужчина рывком выдернул лезвие, вырвав из меня еще один крик боли. Хватка второго бандита ослабла и я упала на колени, дрожащей рукой тщетно закрывая нанесенную рану. Разум окончательно помутился от причиненного страха и боли и я опустошенно смотрела на землю, в которой, судя по всему, меня скоро и похоронят…

– Добить ее? – где-то позади раздался голос одного из подельников.

– Да не надо, – усмехнулся второй. – С такой раной долго не живут. Девчонка умрет раньше, чем подоспеет помощь. Пойдем отсюда.

Трясясь от смертельной агонии и стремительно настигавшего меня холода, я остатками разума, что успел уцелеть, горевала о своей судьбе. Вот тебе, Анайя, и счастливая жизнь, которая, по сути, не успела даже начаться… Когда сил бороться больше не осталось, я обессиленно рухнула на землю и устремила мокрый от слез взгляд на полную луну. В ярком и круглом, словно голубой пирог, светиле мелькнули видения близких мне людей и я закрыла глаза, погружаясь в сон, за которым последуют лишь объятия смерти.

Моя подруга… О небо, пусть она не будет долго горевать обо мне! А родители… Надеюсь, неисполненное мной обещание не отразится на их дальнейших жизнях и благополучии нашего народа…

Глава 3

Эдмонд

Отложив документы и придвинувшись к столешнице, я перевел преисполненный вниманием взгляд на своего дворецкого.

– А теперь присядь и расскажи все подробнее, Дэмиен, – с невозмутимым лицом я указал на стул из темного дерева и вампир, последовав приказу, аккуратно устроился на мягком алом сиденье.

– Мне пока мало что известно, ибо новость вот только-только поступила от пограничной охраны, – дворецкий протянул мне бумагу со слегка корявыми записями, спешно нанесенными мужским почерком. – Если я истолковал сообщение верно, то возле границы потерпела катастрофу элитная карета эльтанийцев.

– Эльтанийцы? Сейчас? – размышлял я, задумчиво вчитываясь в буквы. – Нечасто они по ночам мимо нас проезжают, а сегодня же еще и полнолуние… Ты уверен?

– Без вашего разрешения, разумеется, никто на место происшествия проверять не полез, поэтому точнее сказать парни не смогли, – пожал плечами вампир. – Почему так произошло тоже не понятно. Ехал себе экипаж спокойно, никакой агрессии или взрывов не было, но до второго нашего поста добрались только их лошади, и то не все…

– То есть все случилось между первым и вторым постами?

Дворецкий кивнул, выразив согласие на мой вопрос, а я с задумчивым взглядом еще раз посмотрел на документ с записями. Между двумя постами пограничной охраны около десятка километров. Расстояние не очень большое для вампира, но при этом приличное для человека.

– Думаю, я лично отправлюсь туда и все проверю, – протянув документ Дэмиену, я поднялся из-за стола и подошел к стойке, похожую на ветку дерева, где сидел мой верный друг. – Замок, разумеется, снова на тебе.

– Мне сообщить гостье по пробуждении о причине вашего отсутствия? – дворецкий замер у выхода в ожидании указаний.

– Не стоит, – отмахнулся я, насыпав в руку немного корма для своего питомца. – Скорее всего я вернусь куда раньше. Уверен, Анна в этот момент еще будет спать и видеть седьмой сон.

– Хорошо, господин, – Дэмиен учтиво поклонился и потянулся рукой к двери. – Желаю вам удачи в расследовании дела. Постарайтесь не забыть взять с собой охрану.

– Не забуду, – мысленно усмехнулся я. – Желаю взаимно удачи в ночных делах.

Хитро улыбнувшись, вампир исчез за дверью, оставив меня наедине с моим другом. Огромный, едва различимый на фоне ночи черный ворон, сидя на ветке, с подозрением взирал на меня глазами цвета бездны.

– Как думаешь, Фобос, это заговор какой-то или же совпадение? – размышлял я, наблюдая как пернатый уверенно клюет с руки еду. Иногда прищипывал кожу, правда, но за несколько десятков лет я и не к такому привык.

Управившись с кормом, ворон издал громкое «Кар!» и, не поднимаясь с места, замахал крыльями. Другой человек может и не понял бы слов птицы, но благодаря моей возможности общаться с животными границы общения таяли, как лед в горячей воде.

– Мне тоже кажется, что это неспроста, – ответил я, кивнув черному как уголь другу. – И лучше, наверное, поспешить на место происшествия. Эльтанийцы никогда не были нам друзьями… Вдруг они захотят обвинить моих людей в подобном злодеянии? Лучше быть уверенным.

С ветки раздался одобрительный «Кар!». Казалось даже, будто Фобос мне кивнул. Улыбнувшись другу в ответ, я раздвинул створки окна и залез на подоконник. После ритуала свет луны особенно бодрил, придавал силы. Сквозь закрытые глаза я немного понаслаждался приятными лунными ваннами, а потом выпрыгнул в окно, прямо в воздухе обратившись в черного ворона.

Задорно каркнув, Фобос соскочил с ветки и устремился за мной. Рассекая воздух и размахивая крыльями, бок о бок мы летели в сторону границы в надежде узнать ответы. Точнее узнавать всё обычно приходилось мне, а пернатый друг обычно рядом летал или посильно помогал.

Во время полета я то и дело думал об информации, что сообщил мне Дэмиен. Конечно, эльтанийцы нас не жаловали с древних времен. Вампиры тогда были теми самыми монстрами, что убивали своих жертв и выпивали досуха их кровь. Кто-то считал их порождениями святых, а кто-то – отродьями дьявола. Так одна большая страна разделилась на две, и, хоть много веков спустя все изменилось, жители Эльтании все никак не могли пойти навстречу будущему. Так до сих пор народ тех земель опасается вампиров, и так родилась Дартания – страна, где люди и вампиры живут в мире и гармонии, но никак не могут обрести уважение со стороны соседей…

Вскоре первый постовой лагерь оказался в поле зрения и я, коснувшись каменного пола на пограничной стене, принял прежний облик и вошел в башню командира. Взгляд сверкнувших в полумраке глаз сколзнул по мне, а после облаченный в легкую броню вампир поднялся из-за стола и отдал честь. В руководстве армии и среди солдат всегда было много детей ночи. Вампиры куда выносливее и сильнее людей, не говоря уже о возможности самоисцеления, и на передовой в случае опасности им не сравниться с народом Эльтании. Конечно, в той стране все еще встречаются маги, но и Дартания в этом плане никогда не уступала соседям! Взять как пример меня – я не только был избран графом Владэусом, но еще и с юных лет обладал магией.

– Господин Эдмонд, мои люди провели первичное расследование издалека и выяснили, что на месте явно произошло какое-то смертоубийство… Я подготовил небольшой отряд охраны – вместе с ними вы, если хотите, можете посетить место происшествия.

Командир указал на трех молодых вампиров, которые сразу же послушно сделали шаг вперед и тоже отдали мне честь. Сначала хотел поинтересоваться наличием других воинов, ведь в полнолуние у собратьев по дару явно есть дела иные, но в итоге не стал. Присмотревшись, я пришел к выводу, что каждый из них выглядел отдохнувшим и полным сил. Похоже, парням моя жалость сейчас явно ни к чему… Что ж, так наверное даже и лучше. Путь до места в их компании будет куда быстрее, чем с отрядом людей.

– Примерные координаты? – спросил я, взглянув на карту, лежавшую на столе среди прочего беспорядка.

– В пяти километрах от нашего лагеря, – командир пальцем указал на место меж двух постов. – Там, разумеется, на стенах дежурят наши дозорные, но я бы предпочел, чтобы с вами в путь отправились мои лучшие солдаты.

Запомнив примерные координаты, я поблагодарил командира и пошел к выходу в сопровождении воинов. Сосредоточившись, я обратился в ворона и взмыл в воздух. Солдаты же, спрятав на время оружие, побежали следом за мной с нечеловеческой скоростью, оставляя за собой лишь вихри воздуха.

Неподалеку от места назначения моим глазам предстала не самая приятная картина: вокруг элитной белой кареты, обрамленной золотом, в лужах крови было разбросано несколько тел.

Ступив на землю и приняв прежний облик, я приблизился и осмотрел пострадавших. Точно эльтанийцы. Тут не спутаешь. В Дартании у людей словно особая незримая аура… Любой дартаниец или же вампир чувствует представителя своего народа, коими ни один из этих мужчин не являются.

Перевернув одно из тел, внимательно осмотрел уже холодное тело. Каждому из мужчин нанесли смертельные ранения одним и тем же острым лезвием. Однако, долго они не мучались – скорее всего смерть для каждого наступила мгновенно. Поднявшись и шагнув в сторону, осмотрел саму карету и кабину пассажира. Сбруи лошадей были ловко перерезаны, а дверца болталась открытой на петлях. Заглянув вовнутрь, я пришел к выводу, что пассажир либо сбежал, либо мертв, либо его похитили. Сомнения развеялись окончательно – случившееся явно было нападением неизвестных бандитов.

– Элитный транспорт был, – подытожил один из охраны. – Видимо члены богатой семьи проезжали. Только вот кого они везли? И кто напал на них?

– Не знаю. И у мертвых уже так просто не спросишь…

Желая осмотреться получше, я обошел по кругу место происшествия и застал, похоже, пропавшего пассажира кареты. Молодая девушка с каштановыми волосами, облаченная в молочно-белое платье, лежала на земле и не подавала признаков жизни, но вампирский дар так просто не обманешь. В ее душе еще теплилась жизнь!

Присев рядом на колени, я стал осматривать пострадавшую. Сердце ее билось чуть заметно, а дыхание и вовсе почти отсутствовало. Убрав правую, облаченную в белую перчатку руку, что держалась за левый бок, изучил и саму причину кровопотери. Причиной огромного кровавого пятна на боку стала глубокая рана, нанесенная острым кинжалом. Повреждение внутренних органов слишком серьезное, и до приезда помощи от родной страны девушка наверняка отдаст богам душу…

Очи эльтанийки немного раскрылись, словно их хозяйка желала перед смертью последний раз увидеть полную луну. По влажному и испачканному лицу красавицы проскочила еще одна липкая слезинка. Одна из множества… Девушка не замечала меня, не издавала ни звука и все также опустошенно взирала на небо, словно о чем-то сожалея. Желая подарить бедняжке последний миг заботы, я коснулся ее еще влажной щеки и неожиданно замер.

В этот момент во мне словно что-то екнуло. Странное ощущение или же наваждение… Оно словно вгрызлось куда-то в душу и никак не хотело отпускать хватку. Так просто этого не объяснишь…

Мне безумно захотелось помочь ей! Быть рядом! Но почему?

При любых обстоятельствах я всегда оставался уверен и в меру холоден, особенно если дело касалось людей из соседней страны, но сейчас, при взгляде на эту девушку, какая-то неведомая сила тянула меня к ней, словно наши души связала невидимая нить.

Игнорируя всю грязь и кровь, что пачкали нежные руки и светлое лицо пострадавшей, я аккуратно приподнял незнакомку, придерживая ее голову. Здравый смысл отчетливо говорил, что смерть не заставит себя долго ждать, но другая часть моей сущности, вампирская, почему-то была уверена, что девушку еще можно спасти. Мой дар бессмертия… Даже небольшой частички вполне хватило бы, чтобы сохранить в теле этой леди жизнь. Так бы она могла продержаться до прибытия помощи и, возможно, в скором времени выздороветь. Только вот дар передается через укус и есть большая вероятность, что раненная не переживет этого. С другой стороны, без вмешательства смерть и так наступит быстро…

Отогнав ком сомнения, я отбросил назад испачканные каштановые локоны, оголив левую часть нежной шеи. Свою свободную руку я поднес ко рту и на секунду впился изо всех сил в запястье. Проигнорировав легкую боль от укуса, примкнул окровавленными клыками к шее эльтанийки. Успешная передача дара возможна только через объединение двух кровей, так что выбора особо не было если я решил все же воплотить в жизнь сей безумный план.

Сердце почему-то бешено заколотилось, будто это я вот-вот погибну, а не незнакомка! Отогнав странные мысли и закрыв глаза, я аккуратно впился клыками прямо в артерию, что разгоняла по телу кровь, и сосредоточился на желаемом. Передать дара нужно было совсем немного, буквально капельку. Если переборщить – то неизбежно случилось бы обращение, чего, разумеется, допустить было нельзя…

В момент укуса я снова вздрогнул, а малейший привкус крови почему-то ударил по разуму странным наваждением. Голову вскружило так, будто мне споили целую бочку самого убойного эля. С момента, как повара изобрели коронный кроваво-красный напиток, я перестал пить всякую гадость, но то ощущение мне было знакомо до сих пор… Оно будоражило рассудок, распаляло в груди огонь, но сейчас еще почему-то придавало сил. Но причем тут пойло полуторавековой давности и кровь умирающей эльтанийки? Может дело в затяжном голоде? Но я же ведь провел сегодня ночью ритуал… Да и не случалось со мной подобного ни разу!

Передав достаточно дара, я аккуратно спрятал клыки и отпрянул от шеи пострадавшей. Приложив ухо к испачканной кровью и грязью груди незнакомки, я с неким трепетом наблюдал за происходящим, вслушивался в каждый звук. Похоже, исцеляющая энергия сделала свое дело: ранка от укуса вскоре затянулась, дыхание стало чуть ровнее, а сердце забилось немного отчетливее. До полного исцеления понадобится несколько дней, но сейчас, похоже, жизнь эльтанийки вне опасности.

С облегчением выдохнув, я бросил настороженный взгляд на охрану. Вампиры стояли неподалеку и все как один смотрели на меня с неким недоумением или даже возмущением. Похоже, мой поступок им не пришелся по душе.

– Кто-нибудь желает возразить моему решению? – прошипел я, нахмурив брови. – У этой девушки явно есть родители. Ее спасение может оказаться шагом к миру между двумя странами! Вы же были бы благодарны, убереги кто-то ваших детей от смерти, не так ли?

Верный друг Фобос после моих слов приземлился на землю и громко каркнул в знак поддержки. Солдаты недоуменно переглянулись между собой и согласно кивнули, а у меня словно упала гора с плеч. Что ж, сомнения удалось развеять, и это не могло не радовать!

Желая удостовериться в успехе, я несколько минут так и сидел на коленях, прижав девушку к себе. Бедняжка не открывала глаз, но сила мне дара подсказывала, что теперь она почти не страдает. Кровь из раны тоже стала сочиться гораздо меньше. Отличный знак!

В тишине ночи под лучами полной луны я, то и дело поглаживая липкие щеки эльтанийки, размышлял о мотивах причиненного ей злодеяния. Такая молодая и прекрасная незнакомка… Ее каштановые локоны дивно переливались в свете луны, а нежная кожа так и манила, чтобы ее коснулись. Кому могло прийти в голову столь жестокое убийство? И ради чего?

Из размышлений меня вывел голос старшего из солдат.

– Господин, вдалеке на дороге мы заметили огни. Похоже, из Эльтании прямо сюда едет помощь. Нужно поторопиться.

Согласно кивнув, я аккуратно уложил потерпевшую на землю и отошел обратно к охране, после чего обратился в ворона и взмыл в воздух. Дико не хотелось сейчас уходить и оставлять девушку одной, но иного выхода не было. Подобная расправа и так вряд ли сулит что-то хорошее для двух стран, а если на месте преступления обнаружат вампиров, то неприятностей избежать точно не удастся.

В прежнем составе мы отправились до лагеря, а после я вместе с Фобосом вернулся в замок. Сидя в мягком кресле за рабочим столом, я перьевой ручкой вносил записи в блокнот и размышлял над случившимся. Убитая охрана или же разоренная карета – сейчас все это отошло на второй план. Из головы никак не выходило то чувство, когда мой взгляд упал на раненную эльтанийку. Странное наваждение кружило голову, путало мысли… А уж когда мои клыки коснулись ее нежной кожи и я ощутил ее кровь… Не помню, чтобы на моей памяти был хотя бы один столь яркий ритуал!

Но почему же именно она?

Отложив ручку, я устало выдохнул, ухватил наполненный бокал и откинулся на спинку кресла. Как бы то ни было, эта встреча уже в прошлом. Энергии вампирского дара должно хватить, чтобы поддерживать жизнь незнакомки до оказания ей должной помощи, а после частица моей сущности исчезнет, будто ничего и не было. Образа моего незнакомка тоже не видела, так что о какой-либо встрече лучше забыть. Лучше заняться куда более важными делами, например вернуться в комнату к гостье, что мирно спала после ритуала. Будет очень некрасиво, если Анна проснется, а в кровати пусто…

Взяв в руку книгу, я направился в гостевую спальню, устроился рядом с мирно спящей девушкой и раскрыл книгу. Чтение расслабляло, настраивало на грядущий сон. Хорошо в этом плане быть вампиром: можно и в темноте читать, и спать много не надо. Часика три перед самым рассветом всегда было вполне достаточно, чтобы набраться сил для нового дня, так что сегодня рано ложиться совсем не хотелось. Да и поспишь тут, когда за окном так и манит своим светом яркая полная луна…

Начитавшись вдоволь, я откинулся на подушку, спрятал руки за голову и закрыл глаза. Касаясь клыков кончиком языка, казалось, до сих пор можно было чувствовать манящую до сумасшествия кровь незнакомки… Интересно, что же все-таки случилось на приграничной дороге? Вернулась ли девушка домой после встречи с помощью? Видела ли она мою внешность и почувствовала ли укус? И пройдет ли гладко ее лечение? На встречу можно и не надеяться, границу пересекать дозволено лишь графу Владэусу, и то только по критически важным вопросам и когда луна устроит на небе парад планет…

Устало вздохнув, я повернулся на бок и закрыл глаза в надежде скорее погрузиться в объятия сна. Завтра явно будет тяжелый день. Нужно как минимум проводить утром гостью, а после доложиться графу о проведении ритуала и случившемся на границе. Главное только, чтобы он не прознал про укус незнакомки. Голову он мне, конечно, вряд ли открутит, но вот кровь вскипятить может, причем в прямом и в переносном смысле…

Глава 4

Анайя

Тишина забвения… Ни пения, ни дуновения воздуха или же голосов – не было ничего! Черная, словно уголь, кромешная темнота пугала, нагоняла жути. Почва? Под ногами не ощущалось ни камешка, ни травинки. Неизвестность пугала не меньше, чем страшная история, прочитанная на ночь.

Где я? Почему я здесь? Почему вокруг лишь беспросветная тьма?

Стоило только подумать об этом, как над головой возник странный шар света. Чуть увеличившись в размерах, он озарил меня яркими лучами. Ненадолго зажмурившись с непривычки, я отвернулась и перед глазами в этот момент возник странный силуэт. Жуткое пугающее лицо, бликующие в предвкушении расправы глаза и сильная рука, что держала острый нож… Страшное воспоминание, возникшее в голове, не заставило себя долго ждать, и я испуганно попятилась назад, надеясь хотя бы здесь, в бездне, избежать своей участи.

Получается, я мертва и это мое последнее мгновение из прошлого? Неужели мне теперь предстоит целую вечность наблюдать видение убийцы?

Как и раньше, безумец замахнулся острым ножом и я, зажмурившись и закрывшись от страха руками, приготовилась вновь ощутить смертельную агонию, но почему-то боль никак не приходила. Осторожно открыв глаза, я обнаружила совершенно иное видение. Свет немного разогнал кромешную тьму бездны, вернул возможность нормально видеть и предо мной предстал черный силуэт. Незнакомый мужчина, лица которого не было видно, аккуратно подошел и взял меня за руку. Первое его прикосновение было немного неприятным, словно укол иголкой, а после по моему телу пронеслась странная волна, словно в нем воспылал огонь жизни.

Так легко и приятно… Страхи и сомнения развеялись, никакая боль прошлого больше не разрывала меня на части, а сердце, казалось, вновь забилось ровно. Не проронив ни слова, незнакомец прижал меня к себе и я, нисколько не смутившись, положила голову на кромешно-черную грудь. Наслаждаясь волнительным чувством, я покачивалась с ним в медленном танце… Чуть заметно улыбнувшись, желая разглядеть силуэт, я подняла голову и открыла глаза, но взору моему предстала совсем иная картина.

Знакомая дорогая обстановка и златовласая горничная, что сейчас сидела рядом…

В голове мелькнуло осознание, что я сейчас дома в любимой кровати под теплым одеялом. Но как такое возможно? Та страшная ночь… Неужели она была сном? Как-то не верится.

– Миледи, хвала богам, вы проснулись! – восклицала подруга, крепко держа мою левую руку. На лице девушки читалось настолько яркое волнение, будто она пережила настоящий ужас. – Я так переживала за вас… Боялась, что вы не проснетесь.

– Мари-Мэй… – негромко проговорила я болезненным голосом. – Что случилось? Как я оказалась здесь?

Горничная протянула мне стакан воды.

– Мне известно мало, но я слышала, как поздней ночью господину Патрику поступил сигнал с просьбой о помощи. Лучшие люди помчались на выручку, но по прибытии они нашли лишь лужи крови и бездыханные тела. Только вы остались в живых…

Ох, и как же я забыла. У каждого представителя охраны есть особый артефакт, при включении которого всегда можно сообщить о беде. Похоже, каким-то чудом помощь подоспела вовремя…

Опустошив содержимое стакана, хотела было приподняться и поставить его на прикроватный столик, но в бок укололо знакомой болью. Зашипев от неприятного ощущения, я сморщилась и тихонько опустилась обратно.

– Миледи, вам пока нельзя вставать! – верещала подруга, забрав из моей руки стакан и подоткнув одеяло. – Рана еще не зажила. Целитель предписал вам отдых и постельный режим!

С досадой прикусив губу, я устремила взгляд на огромную дорогую хрустальную люстру, что сияла на потолке. Раз уж встать пока не получится, то можно и отдохнуть от обязанностей денек-другой. И тут в голове словно щелкнул переключатель. Обязанности! Я же должна была приехать в Нивер, чтобы выйти замуж!

– Мари-Мэй, а как долго я здесь? Вернер же ждет меня…

– Не переживайте, миледи, вы здесь всего сутки. Господин Ройс скоро придет, чтобы вас проведать, – ответила подруга, заботливо протянув мне глубокую пиалу с горячим содержимым. Порция мясного бульона с приправами и свежеиспеченным мягким хлебом своим приятным запахом не давала и шанса оторвать взгляд от фарфоровой белой утвари. Приняв угощение, я через силу улыбнулась и кивнула горничной в благодарность за заботу. Рана противно зудела, яростно напоминая мне о пережитом ужасе, а сердце учащенно билось от одной лишь мысли, что каким-то чудом меня не постигла участь остального экипажа.

Почему так вышло? Слабо верится, что при столь тяжелой ране я продержалась бы достаточно долго до приезда помощи. Неужели меня спасли? Если да, то кто?

Перед глазами мелькнуло мгновение из сна, где мне явился черный силуэт незнакомца. Звучит, конечно, смешно, но что если увиденное – не совсем сон?

Не успела я управиться с завтраком и как следует обдумать все мысли, как на пороге возникли родители. Обеспокоенная мама сразу же подбежала к кровати и присела рядом, ухватив мою руку.

– Ох, дочка, ты наконец-то проснулась! Я так за тебя перепугалась! – голос матери дрожал, преисполняясь страхом потери. – Как узнала, что случилось, так думала в обморок на месте рухну. – Своей ладонью мама, как в детстве, заботливо коснулась моего лба. – Как ты? Ничего не болит? Жара нет?

– Все хорошо, спасибо, – ответила я, чуть заметно улыбнувшись в попытке успокоить ее. – Рана, конечно, немного побаливает, но жить вроде как буду.

– Мы обязательно узнаем, кто это сделал, и накажем преступника по всей строгости! – злобно прошипела мама, на секунду сжав руки в кулаки и зажмурив глаза. – Дочка, может ты помнишь как выглядели те обидчики? Или может они называли какие-то имена? Твои показания могли бы нам помочь быстрее найти безумцев.

– Слишком темно было, – ответила я, коснувшись руки обеспокоенной матери. – Они были в плащах, лица скрыты под маской. Высокие, сильные… Каждый из них держал в руке по острому кинжалу, которыми они, похоже, и убили весь экипаж.

– Больше ничего?

– Ничего, – ответила, отрицательно мотнув головой. – Помню лишь глаза убийцы. Он стоял передо мной, и даже сквозь маску было видно, как он ухмыляется в предвкушении моей смерти. Его человеческие глаза блеснули в свете луны, а потом… – с досадой прикусив губу, я коснулась левого бока, намекнув тем самым на дальнейшую свою судьбу.

– Какой ужас! – на секунду мне показалось, что мама даже немного побледнела от страха. – Бедная моя дочка… Не волнуйся, мы обязательно найдем их!

– Кого вы там найдете? – голос неожиданно вошедшего в комнату отца заставил меня вздрогнуть.

– Преступников! – твердо ответила Нарина. – Кого же еще?

Промолчав, отец сел рядом с другой стороны кровати и отодвинул мое одеяло.

– Ее жизнь вне опасности, – подытожил он, укрыв меня обратно. – Послезавтра вечером я подам карету, и твой путь в Нивер продолжится.

Холодное, пугающее безразличие. В этот момент во мне что-то рухнуло. Он сейчас явно шутит!

– Отец, но разве так можно? Если не вспоминать о ране, то меня как бы хотели убить! Что, если не пойманные преступники пожелают довести дело до конца?

– Глупости все это, – отмахнулся родитель. – Усилим охрану, и ни один бандит в здравом уме сюда не сунется. Договор с Нивером – важная составляющая для светлого будущего наших земель, его нельзя так просто нарушить из-за каких-либо опасений.

– Патрик, ты же шутишь? – голос матери преисполнялся возмущением, сжатые в кулак руки затряслись еще сильнее, а накрашенные алой помадой губы – задрожали. – Наша дочь чуть не отдала богам душу, а ты лишь о договоре думаешь!

– Потому что это моя обязанность! – возразил отец, сдвинув брови в осуждении. – Заключенный договор нельзя так просто нарушить. Вот поэтому женщины в Эльтании политикой не занимаются – иногда вы слишком подвластны эмоциям. А руководить городом и окрестными землями нужно твердой рукой…

– И поэтому ты готов погубить нашу дочь? – прошипела мама.

– И поэтому я готов усилить охрану для ее безопасности, – парировал отец. – По договору невеста должна прибыть в Нивер в течение десяти дней после достижения восемнадцатилетия. Сегодня понедельник, а срок у нас до субботы. Могу дать отсрочку еще на день, но в четверг Анайя продолжит путь.

В груди стало тесно, а волнение застряло в горле огромным комом.

Он же шутит, правда? Не может любящий отец говорить так!

– Отец, я не поеду там еще раз! – приподнявшись на кровати, я ухватилась рукой за ноющий бок. – Да еще и рана… Даже лекари своих пациентов не выгоняют никуда до завершения лечения!

– Дочка, я понимаю твое возмущение, – отец взял мою руку и легонько пожал ее в надежде меня успокоить, но его мнимая забота наоборот лишь раздражала. – Но пойми меня правильно – никто не имеет права нарушать подобные договоры. Это повлияет не только на благосостояние нашей семьи или же города, но и окружных вверенных нам земель. Мы утратим доверие коллег или же высшей власти…

Обидные слова отца ударили в сердце болью. Как же мне хотелось в этот миг позабыть о пережитом ужасе… Чтобы не слышать от родного человека подобных слов, не беспокоиться за свою жизнь!

– Я ценю наши семейные обязанности и не отказываюсь от своего обещания, но на карете, да еще и по границе я не поеду даже с отрядом элитных воинов!

Отец на секунду закатил глаза.

– Ладно, придумаю что-то иное, но и ты, пожалуйста, отнесись серьезно к своим обязанностям. Лучшие лекари позаботятся о твоем здоровье. – ответил он, по-семейному поцеловав меня в щеку, будто заботливый родитель. Колючие усы так жгли кожу, что хотелось отпрянуть, отвернуться. Но, несмотря на все приказы и семейный долг, я все же слишком любила своих родителей. – Выздоравливай, дочка.

Поднявшись с кровати, глава семьи зашагал к выходу, но путь ему перегородила мама.

– Патрик, ты же шутишь?! Нашу дочь… В таком состоянии, да еще куда-то везти! Как у тебя только сил хватает так думать?!

– Нарина, я уже сказал почему так. Если тебя не устраивают условия Ниверского договора или мои решения, то мы можем обсудить их с тобой в моем кабинете, – глава семьи аккуратно ухватил супругу за плечи и протиснулся через двери. – До встречи.

– До встречи, отец, – с досадой промямлила я, растерянно наблюдая, как недовольная мама бежит за супругом и, кажется, бранится с ним.

Неуклюже пошевелившись, я потянулась к стакану с водой, но Мари-Мэй заприметила это и протянула мне его первой.

– Мне очень жаль, что мы все же расстанемся, миледи, – судя по наполненному волнением взгляду, подруга, похоже, не меньше других переживала о пережитом мной ужасе. – Однако раз вы пробудете здесь какое-то время, я с радостью помогу вам с лечением, – девушка указала на столик в углу комнаты, где стояли дорогие склянки, бинты и мази, щедро оставленные целителями. – В путь отправитесь здоровой и веселой!

– Спасибо, – ответила я, закрыв рот рукой и зевнув. – Пожалуй, мне нужно немного отдохнуть.

Услужливо кивнув, горничная наполнила пустой стакан водой и поставила рядом со мной на прикроватный столик.

– Вот, пейте, если захочется. Приятного вам отдыха и скорейшего выздоровления.

– Хорошего дня, Мари-Мэй, – проговорила я ей вслед, после чего закрыла глаза в надежде отдохнуть и собраться с мыслями.

Да уж, дела мои хуже некуда. Не успела я оказаться дома после спасения, как меня опять гонят вон. Грустно это осознавать, но, похоже, ничего уже никогда не будет как прежде. С достижением совершеннолетия я стала чужой в этих владениях. Может хоть после свадьбы с Вернером все изменится?

Стоило только подумать о будущем женихе, как тот неожиданно возник на пороге моей комнаты с подносом в руках, на котором стояли угощения, бутылка и два пустых бокала.

– Доброго дня, Анайя. Не против, если я войду? – Вернер присел рядом и расположил посуду на прикроватном столике.

– Входите. Я не против, – ответила негромко, чуть приподнявшись с подушки.

– Анайя, мы же будущие муж и жена, да и я старше тебя всего на три года. Не нужно звать меня на «вы», – стоя ко мне спиной, жених откупорил бутылку и разлил содержимое по бокалам. – Но я пришел сюда не за этим.

– Тогда зачем? – пожала я плечами.

– Могу же я, в конце концов, поволноваться о здоровье будущей супруги, – смахнув рукой назад волнистые волосы, Вернер протянул мне бокал. – Может, желаешь выпить?

Чуть заметно скривившись, я отрицательно покачала головой.

– Прости, но это последнее, что мне сейчас хотелось бы.

– Понимаю, – на секунду подняв бровь, будто удивившись, Вернер согласно кивнул и поставил бокал обратно. – Мне, как и тебе, очень хочется правосудия для безумцев, что напали на экипаж. Мы с отцом передадим твои показания полицейским. Скоро их найдут и накажут должным образом. Верь мне.

Медленно наклонившись, парень на секунду коснулся моих губ, а потом втянул их в куда более жадном поцелуе. Отвечала я ему нехотя, без особого желания, всеми силами изображая страсть. Иначе никак – нельзя же, в конце концов, злить будущего супруга в такой важный момент для родных мне людей!

Его правая рука тем временем уверенно ласкала шею, а затем и плечо, постепенно опускаясь все ниже, пока не коснулась места ранения.

Болезненно зашипев, я разомкнула поцелуй и отстранилась.

– Ох, прости, пожалуйста, кажется, я немного увлекся. – в надежде выпросить извинения Вернер погладил мое запястье. – Просто хотел доказать, что очень жду тебя в своем особняке.

– Ничего, справлюсь, – ответила, аккуратно забрав у парня руку.

– Жаль, что не могу задержаться подольше, дела семейные ждут, – изображая заботу, жених поправил мое одеяло и выпрямился. – Может быть ты хочешь поехать в Нивер сейчас? Со мной ты доберешься куда быстрее, да и охрана будет понадежнее.

Вот еще! Будто я всегда мечтала больной по городу и окрестностям покататься!

– Прости, но мне сейчас совсем не до поездок, – ответила, кашлянув в кулак для вида. – А теперь, если ты не против, я хотела бы отдохнуть. Встретимся по приезде.

Неловко потупив взгляд, горе-жених поднялся с кровати и направился к выходу.

– Я зайду завтра утром перед отъездом. Легкого тебе выздоровления.

– Спасибо. Удачного дня, Вернер.

Молча кивнув, парень покинул мою комнату, а я, напряженно выдохнув, с головой спряталась под одеяло. Эта его притворная любовь… Не спорю, подобный поцелуй разжег бы пыл в любой девушке, но одна лишь мысль, что мне предстоит пробыть с этим мужчиной всю жизнь, чисто из долга и без особой любви, гасила всю страсть, словно вода пламя свечи.

Как-то совсем незаметно подкрался исцеляющий сон, а за ним и вечер с ночью. Проснувшись среди сумерек, не открывая глаз, я потянулась к прикроватному столику за стаканом, чтобы немного попить. К сожалению, желаемого на месте не оказалось – видимо прислуга вынесла все отсюда, либо же отложила на обеденный столик.

С досадой выдохнув, я откинула одеяло и открыла глаза, чтобы отыскать желаемую воду, но тут же замерла на месте. Как странно… Часы показывали почти полночь, за окном уже давно наступила ночь, но при этом в темной комнате все было так отчетливо видно, будто на улице день.

Утолив жажду, вышла из комнаты, чтобы немного прогуляться, но неподалеку от двери мне встретилась Мари-Мэй. Завидев меня, девушка замерла в страхе и выронила из рук поднос с посудой.

– Ми… Миледи… Да вы же… – прошептала подруга дрожащим голосом, после чего без сознания рухнула на пол. Позвав охрану, я присела рядом и стала проверять самочувствие горничной. Без сознания… Похоже, бедняжка упала в обморок. Но что же такое случилось?

Прибежавшая на призыв охрана замерла неподалеку, окружив нас с Мари-Мэй кольцом. В лицах каждого из трех сильных мужчин так и читался ужас, смешанный с недоумением.

– Нужно позвать целителя. Ей плохо! – отдала я приказ, придерживая лежавшую у меня на коленях голову подруги, но ни один из охранников не сдвинулся с места ни на сантиметр. Странно, обычно они исполняли мои приказы. Почему сейчас тогда они меня не слушают? Да и, более того, смотрят на меня как на врага народа…

На шум вышли и Вернер с отцом. Раздосадованные ночным пробуждением мужчины прошли через кольцо и остановились напротив меня.

– Отец, Мари-Мэй очень плохо! Прошу, позови целителя, а то меня почему-то никто не слушает, – взмолилась я, с волнением сжимая руку подруги.

Отец смотрел на меня с неким ужасом и недоумением, но все же жестом руки дал приказ. Кивнув, один из мужчин пошел восвояси, а в следующее мгновение из уст главы семьи прозвучал новый, наводящий ужас приказ.

– Заприте ее в комнате и проследите, чтобы не сбежала. Я пошлю за священником.

Двое охранников сию секунду крепкой хваткой оторвали меня от подруги и потащили обратно в комнату. Грубо, больно, словно в доме только что поймали преступницу!

– Отец, что это значит?! – шипела я, то и дело тщетно вырываясь из рук силачей.

Но ни он, ни Вернер не проронили ни слова. Оба лишь смотрели мне вслед строгим, преисполненным презрением взглядом.

Затолкнув меня в комнату и включив свет, охрана ослабила хватку и перегородила выход.

– Папа, что ты делаешь? – возмутилась я, с досады сжав руки в кулаки. – Мари-Мэй плохо, а ты отдаешь приказы, чтоб меня уволокли в комнату как бездушную куклу!

– И отчего же ей стало плохо? – прошипел отец, протиснувшись сквозь преграду охранников. – Может быть из-за тебя?

Его чуть морщинистый от возраста палец, украшенный дорогими перстнями, настойчиво указывал на меня.

В груди, кажется, стало слишком тесно от злости и недоумения.

– Это шутка? Я проснулась попить воды, вышла в коридор, а она рухнула прямо передо мной!

– Пхах, еще бы она не рухнула, – усмехнулся глава семьи, недоверчиво скрестив руки на груди. – Лечением Мари-Мэй я займусь, а ты останешься тут, пока не явится священник.

– Но зачем? – развела я руками. – Он-то чем ей поможет?

– А это не ей… Тебе, – расчетливый, слегка холодный голос жениха заставил вздрогнуть.

– Что значит «мне»?! – возмутилась я. – Вы так говорите, будто я какая-то грешница!

Усмехнувшись, Вернер ухватил меня за плечи и повернул к овальному настенному зеркалу, обрамленному золотом. Некоторое время я всматривалась в отражение и пожимала плечами, тщетно пытаясь суть сказанных мужчинами слов, а потом два взгляда – мой и Анайи из зазеркалья – пересеклись, и я потеряла дар речи. Сердце, казалось, не просто остановилось, но и рухнуло куда-то в бездну. Губы мои задрожали и я замерла, будучи не в силах произнести хоть слово.

Нет, этого просто не может быть! Это магия, чары!

Но отражение, мелькающее в зеркале яркими алыми глазами, лишь с каждой секундой убеждало меня в обратном.

– Ну что, теперь поняла? – с презрением прошипел отец. – Уж не знаю, что произошло и как это случилось, но законы Эльтании непоколебимы. Священник придет и проверит все детальнее, а до тех пор ты не выйдешь из этой комнаты. И молись богу, чтобы происходящее здесь было лишь недоразумением.

– Спокойной ночи, Анайя, – равнодушно выдавил Вернер, исчезнув вместе с моим отцом на выходе. Охрана заперла двери и я, учащенно дыша от волнения, в страхе смотрела на жуткое отражение.

Как такое могло случиться?! И почему именно со мной? Что теперь будет?

Красноглазая Анайя, ухмыляясь, глядела на меня по ту сторону зеркала, явно радуясь происходящему.

– Заткнись! – под мой громкий крик в зеркало полетела фарфоровая ваза, превратившись в осколки вместе с зеркальной гладью.

Паника окончательно одолела мой разум, и я рухнула на кровать, ухватившись за голову в надежде вспомнить, что случилось в ту ночь. Жуткие глаза убийц, пятна крови, луна… Ничегошеньки! Разве что тот незнакомый силуэт, явившийся мне во сне… Но от простого сна не становятся… Вот такими!

За неприятными размышлениями время пролетело быстро и вскоре вновь раздался стук в дверь. Не дожидаясь ответа, жених с отцом вошли в комнату в сопровождении таинственного мужчины. Незнакомец в черных одеждах, расшитых золотом, носил на шее огромный священный медальон в виде многоконечной звезды и держал в руках магический фолиант. Строгий взгляд его серых глаз, как и блеск инкрустированного в украшение крупного алого рубина, казалось, проникал прямо в самую душу…

Во мне в один миг все сжалось от страха и величия представшего предо мной мужчины.

Ох, искренне надеюсь, что происходящее лишь недоразумение!

Глава 5

Эдмонд

Сон у меня всегда был достаточно чутким. Каждое шевеление и сопение мирно спящей гостьи я слышал, как свои собственные. Незадолго до завтрака Анна открыла глаза, присела на кровати и сонно потянулась.

– Ой, господин Эдмонд, вы всю ночь были тут рядом? – завидев меня, девушка смущенно укрыла грудь одеялом. Забавно – еще в полночь она с трепетом просила исполнить ее желание, страстно целовалась под влиянием чар и давала мне кровь для ритуала, а сейчас отстраненно смотрела в сторону, поглаживая побагровевшие щеки левой рукой, запястье которой украшала священная метка.

– Не совсем всю, ибо даже по ночам у меня бывают дела, – поднявшись с кровати, я наполнил бокалы, в один из которых добавил целебное зелье. – Вот, выпей, – не дрогнув и бровью, протянул напиток гостье. – Поможет восстановить силы.

– Спасибо, – не выпуская одеяла, Анна тонкими пальчиками ухватила бокал и отпила немного содержимого. – Немного кислит из-за зелья, но все равно вкусно.

Кивнув и залпом выпив свою порцию напитка, я забрал у гостьи пустой бокал и поставил на поднос, а после присел на краю кровати.

– Как ваше самочувствие? Все хорошо?

– Спасибо, господин Эдмонд, чувствую себя отлично! – Анна немного помялась и согнула уста в скромной улыбке. – Благодарю вас за оказанную мне честь.

– Взаимно благодарен за вашу компанию, Анна, в это яркое полнолуние, – слюбезничал я, уважительно кивнув ей и поднявшись с кровати. – Скажите, перед тем, как мои люди доставят вас до дома, может вы присоединитесь ко мне за завтраком?

Анна на секунду выпучила глаза от удивления.

– Господин, только не сочтите мой ответ за грубость, но… Конечно, это большая честь, однако я вынуждена отказаться. Вы и так очень много для меня сделали, и впереди вас наверняка ждут дела. Не хочу вас задерживать.

– Понимаю, – ответ девушки стал для меня облегчением. Не то чтобы я не любил гостей, просто сейчас у меня были куда более важные дела. – Мой дворецкий будет ждать вас на выходе из комнаты. Как соберетесь – встретитесь с ним, и он обеспечит вам уютную поездку до дома. Насчет постели и посуды тоже не беспокойтесь – прислуга все приберет. – Остановившись у двери, я еще раз поклонился гостье на прощание. – Удачи вам, Анна, во всех начинаниях.

– Спасибо, господин Эдмонд, и вам! – крикнула она мне вслед, а после я исчез в коридоре замка.

Чуть позже у себя в кабинете через окно я наблюдал, как прислуга усадила Анну в лучшую карету, а после девушка вместе с экипажем покинула мои владения. В голове невольно возникли воспоминания о случившемся на границе. Об экипаже, с которым безжалостно расправились, и эльтанийке-незнакомке, которая чуть не отдала богам душу вместе со своей охраной.

Это странное чувство… Одна лишь капля ее крови, казалось, взбодрила меня не хуже, чем целый ритуал. Разум и душу неумолимо тянуло к ней, словно мотылька к свету. Конечно, кровь эльтанийцев и раньше считалась чем-то особым, возможно манящим и недостижимым любому вампиру, но ведь не до такой степени, чтобы лишать рассудка! Здесь что-то другое… Словно незримая нить, это чувство связало меня с незнакомкой, и теперь нужно было найти способ преодолеть его, пока оно не обернулось неприятностями.

Стоило только об этом подумать, как магическое зеркало на стене таинственно засияло, намекая на чье-то желание со мной побеседовать. И к сожалению, я догадывался, кто бы мог ко мне с утра обратиться.

– Доброе утро, Эдмонд, – прижавшись к столешнице, Владэус взирал на меня по ту сторону с хитрой улыбкой. – Вижу, ты немного посвежел. Неужели действительно провел ритуал?

В этот момент я искренне радовался, что граф не умеет читать мысли через зеркало. Если так подумать, то у меня случилось за ночь даже два ритуала, о чем, разумеется, владыке лучше не знать.

– Провел, граф Владэус, – ответил, стараясь сохранять холодный и расчетливый взгляд.

– Готов доказать это?

Кивнув, я бросил взгляд на правую руку, сжатую в кулак, и сосредоточился. Оранжевые искры запылали вокруг, слипаясь и сгущаясь в огненный шар. Сначала маленький, едва заметный, но с каждой секундой мощь заклинания росла, пока не приняла огромную разрушительную форму.

– Молодец, хвалю, – голос по ту сторону прозвучал с легким удивлением. Да и я сам, если так подумать, поразился увиденному не меньше графа. Раньше для создания заклинания подобной мощи приходилось прилагать куда больше усилий. – Теперь я вижу, что ты бодр и полон сил. Любой сразу поймет, что перед ним сильный, достойный поста правителя вампир, – Владэус взял с угла стола бумагу с докладом. – А теперь давай поговорим о случившемся ночью на границе.

В груди сердце, казалось, вздрогнуло от слов владыки. Об укусе эльтанийки графу никто не сообщал, поэтому, по сути, бояться нечего. Но почему тогда мне не по себе?

– Я уже все изложил в полученных вами документах. Мне больше нечего добавить к вышесказанному, – развел руками я, погасив разрушительное заклинание.

Не сводя глаз с документа, граф грациозно отхлебнул из бокала.

– Есть подозрения кто бы это мог быть?

– Не имею ни малейшего понятия, – ответил, отрицательно мотнув головой. – Вампирской энергии я на месте не почувствовал. Это могла быть как расправа над дочерью благородных кровей, так и заговор против Дартании. Пока не доказано обратного я, к сожалению, скорее склоняюсь ко второму варианту. Не хотелось, конечно, думать о худшем, но иначе не получается.

– Может ты и прав, – Владэус задумчиво погладил подбородок. – Сколько таких карет мимо границы проходило, но уже много лет в срединных землях, разделяющих Дартанию и Эльтанию, не происходило ничего столь странного. – отложив документы, граф выпрямился и указал в мою сторону почти пустым бокалом. – Мои люди займутся расследованием ситуации, но и ты внимательно следи за ходом дела, Эдмонд. Если получишь какие-нибудь новости, то тотчас сообщай мне. Все понял?

– Обязательно сообщу, господин Владэус, – приложив правую руку в груди, я с почтением поклонился владыке, и под его одобрительный взгляд видение в зеркале развеялось, явив вместо себя мое отражение.

Облегченно выдохнув, я уселся обратно за работу.

Фух, не прознал…

По возвращении Анны домой Дэмиен сразу же доложился о новостях: девушка чувствовала себя прекрасно, с улыбкой открывала входную дверь и хвасталась соседям о своем новом достижении. После таких рассказов я иногда вспоминал себя в молодые годы. Как заканчивал академию, как получал похвалы от наставников и как однажды ко мне явился граф Владэус. Как правило, еще никто не шел против его приказов, да и кто в здравом уме откажется от столь великой чести? В ближайшее полнолуние состоялось мое обращение и так я ступил на должность правителя Сиольна, обязанности которого успешно исполнял до недавних событий.

Этот инцидент на границе… И о чем я только думал? Поддался соблазну, как неопытный юнец! Мало того, что нам запрещено кусать людей или пить их кровь без разрешения, так я еще сделал это с представительницей Эльтании! За один лишь этот поступок полагалась смерть, которой, пока что, мне каким-то чудом удалось избежать.

За повседневными делами мысли о прошлом постепенно отходили на второй план. Граф, как и обещал, рассказывал мне о ходе дела, но пока что выяснить ничего не удавалось. Слишком уж хорошо злоумышленники замели следы, никак не прикопаешься. Да, было ясно, что весь экипаж ранили одним и тем же оружием, но сколько клинков есть на свете – не счесть. Эта информация как капля в море…

В ночь на вторник, через пару часов после полуночи, ко мне в кабинет постучался Дэмиен. Несмотря на явную холодность во взгляде, присущую вампирам, я все равно разглядел в его лице некое, едва заметное волнение.

– Господин, извините за беспокойство среди ночи, но к вам пожаловал граф Владэус.

– Эм, сам граф? – удивление катком прокатилось по моим нервам.

– Он сказал, что это срочно, – растерянный голос дворецкого как бы давал понять, что дело наверняка серьезное, да и владыка обычно не заглядывал попусту в гости к своим подчиненным среди ночи, и уж тем более без предупреждения.

Что же случилось?

Пернатый друг, сидя на жерди, громко каркнул, выражая свое волнение. Похоже, ощущение неладного настигло не только меня.

– Фобос, полетай вокруг пока, мне нужно побыть с гостем наедине. Если понадобишься – позову, – на отданный приказ птица каркнула и, взмахнув крыльями, послушно вылетела в окно.

Поправив рубашку и с важным видом придвинувшись к столешнице, я кашлянул в кулак и высказал просьбу дворецкому:

– Хорошо, пригласи его.

Уважительно кивнув, Дэмиен открыл дверь, жестом пригласил графа войти и вышел из кабинета. Несколько секунд гость стоял у входа, пожирая меня недовольным взглядом, а потом шагнул к столу и уселся на стул.

На душе проскочила тревога. Владыка подозрительно молчал, будто действительно случилось что-то из ряда вон выходящее.

– Приветствую вас, господин, – начал я беседу, наполнив бокал и придвинув его к гостю. – Что вас привело ко мне среди ночи?

С недоверчивым взглядом пригубив пару капель, граф начал разговор.

– Я пришел поговорить о случившемся на границе. В предыдущие дни ты говорил, что особых новостей нет, но теперь у меня появилась новая информация.

– Внимательно вас слушаю, – ответил, уставившись на владыку выжидающим взглядом.

– Посмотри-ка туда, – украшенной перстнями рукой граф указал на зеркало, что висело на стене неподалеку от моего стола. Переливающаяся в огоньках свечей и лучах ночи отражающая гладь засветилась и покрылась дымкой, через несколько секунд явив мне изображение девушки. По телу пронесся холодок от внезапной волны беспокойства. Это нежное лицо и каштановые локоны я помнил не хуже, чем самого себя. Незнакомка с границы! Но пугало больше всего не это… Алые яркие глаза вампира отчетливо намекали на судьбу, что постигла молодую эльтанийку.

Ноги сами подняли меня из-за стола и подвели к зеркалу, а сердце учащенно забилось от волнения. Это видение не могло быть правдой! Касаясь зеркальной глади, я очень надеялся развеять картинку, но незнакомка никак не исчезала.

Поднявшись из-за стола, граф направил на меня сияющую алой магией ладонь.

– Прежде чем твоя кровь вскипит, словно лава в вулкане, я дам тебе возможность все объяснить, – прошипел Владэус, злобно оскалившись. – Например, рассказать, как душа жертвы катастрофы на границе оказалась оскверненной твоим вампирским даром! – Рука графа сжалась в кулак и в следующее мгновение все мое тело пронзило болью. Ощущение, будто каждая жила горела изнутри, заставляло корчиться и стонать. Касание кипящей воды – ничто в сравнении с кипятком, текущим внутри… Агония все нарастала, лишая возможности хоть как-то сопротивляться. Если в ближайшее время пытка не прекратится, то смерть не заставит себя долго ждать!

– Господин, это произошло случайно! – взмолился я, рухнув от бессилия на колени и ухватившись за грудь.

– Ага, случайно вонзил в ее шею свои клыки! – рыкнул владыка, усилив заклятие. – Всем прекрасно известно о запрете на контакт с эльтанийцами… О чем ты вообще думал, Эдмонд? Что я не узнаю? Да я же дар любого вампира за версту чую!

– Конечно же нет! – мощь магии нарастала, заставляя не только стонать, но и кричать от агонии. Сердце, разгонявшее через себя разгоряченную кровь, казалось, вот-вот вспыхнет и испарится прямо в груди. – Наоборот, я хотел как лучше, честно!

Презрительно фыркнув, Владэус погасил магию и разжал руку. Вскоре боль немного стихла, жар в теле угас, и ко мне вернулась возможность хоть как-то мыслить.

– И в каком же месте стало лучше? – не прекращая возмущаться, владыка расхаживал вокруг стола и рассказывал о новостях. – Своим необдуманным поступком ты обрек две страны на конфликт! Ты же укусил Анайю – дочь правителя Вернбурга – одного из крупных городов Эльтании!

Позабыв об остатках боли, я замер в попытке осознать услышанное. Конечно, я подозревал, что незнакомка явно родом не из бедной семьи, но о настоящем ее происхождении я даже не догадывался.

Да уж, дела мои хуже некуда.

– Господин, мне…

– Мой намек совершить ритуал и утолить голод для восстановления сил не подразумевал испить крови из умирающей эльтанийки! – в алых глазах вампира отчетливо читался нарастающий гнев. – Ее отец в ярости… И теперь он это дело так просто с поводка не спустит! – нервно вздохнув, граф сел обратно на стул и схватил бокал. – Так есть ли на свете хоть одна причина, способная заставить меня передумать тебя убивать?

С опаской поглядывая на владыку, я тихонько заполз на свой стул и отхлебнул напитка. Сейчас нужно было как-то поведать графу правду, пока он точно не устроил у меня в кабинете смертоубийство…

– Это прозвучит странно, но я и вправду лишь хотел помочь, – голос мой еще хрипел после жуткой пытки, но звучал вполне отчетливо.

– О да, ты помог… – с досадой усмехнулся владыка. – Нарушить веками устоявшийся закон и вывести две страны на конфликт!

– Понимаю, вы сейчас хотите меня сжечь живьем, но это правда, – выдохнув для успокоения, я стал посвящать гостя в детали. – Сам не понимаю, что на меня тогда нашло. После осмотра пострадавшей понятно было одно – рана слишком серьезная, чтобы девушка смогла дожить до прибытия помощи.

– Это я и так понял, – прошипел Владэус, недоверчиво скрестив руки на груди. – Что дальше?

– Трудно объяснить… – почему-то уши мои горели так, будто я нашкодивший студент академии и оправдываюсь перед ректором. – Одно лишь прикосновение – и во мне возникло непреодолимое желание ей помочь, быть рядом. Неведомая сила настойчиво просила спасти незнакомку, а каких-то дельных мыслей в голову не приходило, кроме одной…

– И поэтому ты ее укусил? – во взгляде графа мелькнуло смятение. Неужели он смог истолковать мои ощущения?

– Да, – кивнул я, подлив напитка в почти пустой бокал гостя. – Мне хотелось передать лишь каплю дара бессмертия, чтобы помочь эльтанийке дожить до прихода помощи. Я не планировал обращать ее, и понятия не имею, почему так вышло, но если вам захочется меня казнить за нарушение закона – так тому и быть.

Два ярко сияющих в сумраке взгляда, мой и владыки, пересеклись и замерли в ожидании дальнейших действий. Дыхание от волнения, казалось, и вовсе остановилось. Разумом я понимал, что по закону за обращение эльтанийки мне грозит высшая мера наказания, но в душе теплилась некая надежда, что все не могло закончиться вот так…

Примерно минуту граф молчал, задумчиво поглаживая подбородок и попивая напиток, а потом вновь заговорил.

– Описанные тобой ощущения могут говорить о наличии некоей связи между вашими душами. Тогда вполне можно объяснить твое неконтролируемое желание ей помочь.

– Связь? Между душами? – переспросил я в тщетной попытке уловить мысль вампира.

– Тебе знакомо понятие «истинная пара»?

Воздух вокруг резко заполонила волна замешательства. Она окружала, сдавливала грудь и мешала дышать.

– Знакомо, но при чем тут это?

– Может после укуса эльтанийки ты еще почувствовал странный прилив сил? – ответил граф вопросом на вопрос, и я еще больше обомлел. Владэус словно видел мой разум на ладони…

– Да, было такое. Но как вы узнали?

Владыка залпом опустошил оставшуюся половину напитка и отставил в сторону пустой бокал.

– Издревле считается, что вкушение крови истинной пары дарует вампиру куда большую силу, чем обычный ритуал. Судьбоносная связь, что связывает две души, чаще всего и призывает одного из пары помогать другому. Также укус способен провоцировать обращение даже от малейшей передачи дара…

– То есть вы хотите сказать… – от неожиданной новости мысли в голове спутались в неразборчивый клубок.

– Что это могло бы стать причиной сего конфуза, – кивнул вампир, заглянув в один из документов о происшествии. – Только вот за множество веков ни один дартаниец не находил себе истинную пару среди соседей. Сам знаешь, как эльтанийцы к нам относятся. И что-то мне подсказывает, что даже подобная новость не умерит их пыл.

– И как же быть? – развел я руками. На мгновение мне показалось, что взгляд гостя стал чуть более спокойным. По крайней мере, в алых зрачках вампира уже не читалось желание убить меня на месте…

– Вернуть эльтанийке прежний облик ты уже не сможешь, так что вариантов не так уж и много: либо ты завершишь ее обращение, либо с наступлением очередного полнолуния она умрет.

Молча кивнув, я прокрутил в голове план развития событий. В целом ничего сложного, всего три укуса – и человек обращается в вампира. Однако кое-какая сложность все же оставалась…

– Не забывай только, что третий укус и завершение обращения должны состояться только лишь с согласия жертвы. Эту часть закона тебе необходимо соблюсти неукоснительно… Ты же понимаешь, что еще одной ошибки я тебе не прощу, правильно?

Разумеется, я понимал, что имел в виду вампир. Только вот как поверить в существование между нами связи, если даже метки на плече или запястье я не увидел?

– И как мне ее убедить? – пожал я плечами, расстегнув левый рукав и показав владыке чистую руку. – Кто мне поверит, если священного узора нет? Да и она же из Эльтании. Кроме вас, туда никого на расстояние пушечного выстрела не подпустят.

– А эту проблему тебе уже решать самому, – граф ехидно улыбнулся, поправил воротник белоснежной рубашки и откинулся на спинку стула. – Возможно между вами еще нет столь близких отношений, вот метки и не проявились. Но сам знаешь, вампирское нутро так просто не обманешь. Оно чувствует связь, способную сделать обладателя дара сильнее! А вот уже как ты этим подарком воспользуешься – зависит лишь от тебя.

На сердце проскочило облегчение. Неужели мне удалось не только избежать наказания за нарушение закона, но и получить шанс стать сильнее?

– А как быть с конфликтом? Дартаниец и эльтанийка… Подобный союз противоречит многовековым канонам двух стран.

– Ты уже и так дров с лихвой наломал, так что будем разбираться с бедами по мере их поступления, – гость горько усмехнулся и отложил в сторону бумаги. – Внешней политикой я займусь сам, а ты позаботься о своих задачах и проблемах, коих ты за пару дней заработал больше, чем за всю жизнь.

Поднявшись из-за стола, я приложил руку к груди и поклонился в знак почтения.

– Обязательно займусь, господин. Буду рад услышать от вас новости, если те появятся.

– Еще б ты не рад был, – фыркнул граф, поднявшись со своего места и попятившись на пару шагов назад. – Сам знаешь, какая участь тебя ждала по закону. Однако я умею быть благодарным за годы верной службы, да и тратить время на поиски новой кандидатуры сейчас не хочется… Но сильно не обольщайся – теперь я за тобой только глаз да глаз следить буду! Так что постарайся не заставить меня пожалеть о решении…

– Сделаю все возможное, владыка! – еще раз отдав честь гостю и проводив его взглядом, я облегченно выдохнул и медленно рухнул обратно на алую мягкую сидушку. Это было слишком близко… Казалось, будто некоторые части тела до сих пор горели огнем после пережитой пытки.

Как и любой вампир Дартании я знал, что графа Владэуса не зря величают владыкой – он был самым старшим и могущественным среди нас. И мне очень повезло, что он не довел задуманное до конца. По крайней мере пока что…

Оперевшись на стол и устало потерев лоб, я стал размышлять над дальнейшими действиями. Если та незнакомка и вправду послана мне судьбой, то нужно сделать все, чтобы завоевать ее сердце и разделить с ней бессмертие. Сначала, правда, избранницу нужно отыскать… Только вот с чего начать? Не получится прийти в Эльтанию и заявить о своей кандидатуре на ее руку и сердце. Встреча должна состояться в месте, где не работают законы двух стран. Кроме пограничных земель, к сожалению, в голову больше ничего не приходит. И как же мне ее туда заманить?

От обилия мыслей мозг, казалось, начал давить изнутри на череп. Страх возможной смерти и предвкушение единения с избранницей не выходили из головы, возникали перед глазами, словно таинственное видение. Активировав магию и щелкнув пальцами, я взглянул на зачарованное зеркало, в глади которого возникло изображение каштановолосой эльтанийки.

– Мы обязательно скоро встретимся, Анайя, – коснувшись лица из видения, я погасил чары и, прибрав документы, направился в спальню. Отдых, пожалуй, мне сейчас нужен как никогда. На свежую голову, глядишь, и полезные мысли быстрее придут…

Глава 6

Анайя

С высоты утеса, простиравшегося неподалеку от границы, открывался чудесный вид на ближайший город. Яркие огни домов и фонарей мелкими точками поблескивали в сумерках ночи и привлекали взгляд, а теплый ветер поигрывал торчащими из капюшона каштановыми локонами в надежде поднять мне испорченное до невозможности настроение.

Слезы сами хлынули из глаз от одной лишь мысли о последних событиях.

Эх, как же я докатилась до такой жизни? Еще вчера я спала в тепле, в родном и уютном доме, полным близких сердцу людей, а сегодня уже сижу на краю утеса в пограничных землях, никому не нужная, даже собственным родителям.

Проклятые вампиры! Найти бы того, кто так гнусно поступил со мной, да высказать бы обидчику в лицо все, что я о нем думаю! Но, к сожалению, сейчас мне оставалось только довольствоваться чарующим видом с утеса и воспоминаниями прошлого.

* * *

Строгий внешний вид и мрачный взгляд священника внушали ужас. Стоя напротив, мужчина снял с шеи таинственный медальон в виде многоконечной звезды и направил его на меня. Алый рубин, инкрустированный в артефакт, жутко засиял, словно реагируя на неизвестные чары. Наблюдая за происходящим, священник мычал что-то невнятное, словно читал молитву, а я же так и стояла ни жива ни мертва. Таинственная энергия почему-то не давала шанса даже сдвинуться с места…

– Плохи дела, – подытожил гость, погасив магию и надев медальон обратно на шею. – Дочь ваша стала вампиром. Пока что, на удивление, способности отродья в ней пробудились не до конца, но окончательное обращение лишь вопрос времени.

– Ох, и что же делать? Как нам помочь ей? – причитала прибежавшая на шум мама.

– Помочь девушке можно лишь быстрой смертью, – равнодушно ответил священник, раскрыв магический фолиант. – Могу прямо сейчас провести обряд, и жертва вампира безболезненно отдаст богу душу, погрузившись в вечный сон.

Сердце мое, казалось, перестало биться от страха. Мужчина так спокойно об этом говорил, будто смерть – дело обыденное! Но ведь жизнь всего одна… Нельзя же заканчивать ее вот так!

– Вы с ума сошли! Я не позволю погубить собственную дочь! – взбешенная ответом мама загородила меня своим телом. – Она же не виновата в случившемся! Должен быть иной выход!

– Да поймите же, леди, нет другого способа! – возразил священник. – С древних времен никому не известно исцеления от вампирского проклятия. Вы прекрасно знаете, что по закону отродьям тьмы запрещено находиться на территории Эльтании. У меня нет иного выхода, кроме как казнить новообращенного вампира, пока он не навредил мирным невинным жителям.

– Но ведь она же дочь правящей семьи Вернбурга! – растерянно промямлила отчаявшаяся мать.

– Хоть дочь графа Фридриха, – священник отрицательно замотал головой. – Закон един для всех.

Я слушала их разговор и никак не могла поверить в происходящее. Получается, моя взрослая жизнь закончилась, не успев и начаться? Желание познать любовь, родить супругу детей и хранить семейный очаг… Все эти мечты развеялись в прах от одного лишь слова.

Вампир…

– Нет! Я не хочу умирать! – от испуга ноги сами понесли меня как можно дальше от священника, пока я в итоге не рухнула на пол, запнувшись о кровать. – Папа! Вернер! Скажите ему, что я не вампир!

– Анайя права, – рыкнул отец. – Вы сами сказали, что она еще человек. Может, это последствия каких-то чар и все образумится?

– Мой артефакт никогда не ошибался, – прошипел священник, стиснув медальон в руке. – Если вам так хочется пожалеть девушку, то могу отложить ритуал до утра. Так у вас будет время с ней проститься…

– А если мы сделаем так, что Анайю больше никто не увидит на территории Эльтании? – размышлял отец, не переставая сверлить меня пугающим взглядом.

Захлопнув фолиант, облаченный в черные одежды мужчина устало потер лоб.

– Поступайте как знаете. Условие лишь одно – отныне ни одна живая душа вне особняка не должна увидеть вашу обращенную дочь. Даю вам время подумать до утра, после чего, если ваша девушка еще будет здесь, я без каких-либо промедлений совершу над ней обряд, – поправив одеяния, мужчина с важным видом зашагал к выходу. – Засим я откланиваюсь. Спокойной ночи.

Дверь захлопнулась. В комнате повисла гнетущая тишина. Я проливала слезы отчаяния, трясясь в объятиях обеспокоенной матери, а отец с Вернером бросали на нас преисполненные холодом взгляды.

– Поверить не могу… – прошипел глава семьи. – Мою родную дочь обратили в вампира! Весь договор теперь насмарку!

– То есть меня хотят убить, а ты о договоре волнуешься?! – голос родного отца отозвался в моем разуме возмущением и болью. – Я так-то жить хочу! Об этом ты не думал?!

– Я не виноват, что тебя укусило вампирское отродье, – буркнул родитель. – Конечно, жаль, что все планы пошли насмарку, но закон Эльтании выше всяких договоров и другого выхода у меня нет. – Шагнув ближе, отец присел на одно колено рядом. – Я даю тебе шанс уйти, тихо и незаметно. Если не хочешь – можешь тогда дождаться священника для обряда. Грустно это признавать, но больше у меня нет дочери. Анайя Тэйлор умерла вместе с остальным экипажем в день катастрофы.

– Патрик, ты же шутишь? – возмутилась мама, прижав меня к себе. – Ты правда готов убить родную кровь?!

– Ее уже убили, Нарина! – фыркнул глава семьи. – Пойми же это! Священник все ясно нам рассказал. Ты обнимаешь нечестивое отродье, а не собственную дочь!

– Вообще-то я человек! – возмутившись ответом родителя, я поднялась с пола и сжала руки в кулаки. – Никто не имеет права за какие-то там яркие глаза унижать меня!

Уставшие от семейной сцены охранники обнажили оружие и шагнули вперед. Не двигая даже бровью, мужчины, когда-то охранявшие мою жизнь, сейчас готовились ее отнять.

– Законы Эльтании и приказ священника более не обсуждаются, Анайя. Это решение далось мне нелегко, но завтра тебя здесь быть не должно. Хочешь – дожидайся священника или же попроси охрану оборвать твою жизнь, хочешь – уходи из дома и отправляйся в Дартанию, к остальным отродьям, подобным тебе.

– Отец, ты же не…

– У меня больше нет дочери… – глухо, с болью проговорил отец, после чего отвернулся и зашагал к выходу. – Прощай, Анайя.

– А ну-ка постой, Патрик! Это уже ни в какие ворота не лезет! – Возмущенная событиями мама побежала следом, и некоторое время было слышно, как Нарина бранится со своим супругом, который восемнадцать лет был мне отцом.

Отдавшись отчаянию, я села на кровать и закрыла заплаканное лицо руками. Как же хотелось открыть сейчас глаза и осознать, что это лишь сон.

Моя жизнь, родители, мечты… Все рухнуло в одночасье и разбилось на осколки, как и мое сердце…

Горькие мысли так заполонили разум, что я не сразу заметила Вернера, который до сих пор не покинул комнату. Присев рядом, он молча наблюдал за мной, пока я не перестала плакать и не вытерла слезы. В отличие от отца, жених не убежал восвояси, сверкая пятками. Может хотя бы он меня успокоит? Обнимет, согреет своим теплом… Мне сейчас так этого не хватает…

– Несправедливо! – причитала я, взирая бликующим в полумраке комнаты алым взглядом в карие глаза жениха. – Почему все считают меня монстром? Да, с глазами у меня явно что-то не то… Но я же не нападаю на других! Я человек всей душой и сердцем!

Чуть приоткрыв губы, Вернер потянулся к моему лицу за возможным поцелуем, но в последний момент брезгливо отстранился.

– Ничего личного, Анайя. Став моей женой, ты жила бы в красоте и роскоши, воспитывала бы наших чудесных детей, но судьба распорядилась иначе. Надеюсь, ты понимаешь, что теперь наш брак невозможен?

Его слова вонзились мне в грудь, словно острое шило.

– И ты туда же, Вернер? Я надеялась, что хоть ты меня поймешь и не откажешься от задуманного!

– С чего вдруг? – усмехнулся жених. – Ты слышала приговор священника, а я закон нарушать не собираюсь, – сильной хваткой парень неприятно ухватил меня за плечи и встряхнул, словно куклу. – Пойми, Анайя, у меня нет иного выбора.

Моя правая рука сжалась в кулак и затряслась, так и норовя ударить обидчика побольнее.

Он издевается… Они все издеваются!

– Тогда уходи, пожалуйста, – прошипела я, до скрипа стиснув зубы. – Нам с тобой больше не о чем разговаривать.

Протяжно выдохнув, Вернер поднялся с кровати и зашагал к выходу. В шаге от двери парень остановился и дал мне последнее напутствие.

– Когда-то мельком я слыхивал, что исцеление от вампирского дара все же возможно. Только вот подобной информацией в Эльтании никто не владеет. Если захочешь, можешь попробовать выведать в Дартании знания и секреты. Может тебе повезет и ты снова сможешь вернуться домой, а пока что… – равнодушно выдохнув, Вернер повернул стальную ручку. – Прощай, Анайя.

Проводив парня молчаливым взглядом, я обняла подушку и уткнулась лицом в мягкую ткань. За что? Почему? Чем я провинилась на этом свете, что меня постигла такая участь? Смерть или же изгнание в веками ненавистную для любого жителя Эльтании страну… Один выбор хуже другого!

* * *

«Кар!» – громкий птичий голос заставил меня вздрогнуть и на время вернуться из мира воспоминаний. Огромный черный ворон грациозно кружил вокруг, иногда заслоняя распахнутыми крыльями яркую луну. Летел не спеша, грациозно, но в то же время немного пугающе. Казалось, будто он следит за мной…

– Улетай отсюда, – проворчала я, отгоняя прочь назойливую птицу. – У меня для тебя еды нет. Самой бы хватило…

Насчет личных запасов, к сожалению, лгать не пришлось. В ту же ночь на заднем дворе семейного особняка меня встретила обеспокоенная мама. Ненадолго заключив меня в объятия, она вручила мне сумку с гостинцами и водой, а также темный плащ с капюшоном и повязку, чтобы скрывать алые глаза. После прощального семейного поцелуя, я в ту же ночь, бродя по лесу в черных сапогах и в темных одеждах, покинула пределы родного и так любимого все эти годы дома. Добрые жители помогли незнакомке в лице меня добраться до границы, и так началась моя жизнь изгнанницы…

Эх, даже Мари-Мэй мне не дали проведать перед уходом. Интересно, как она там? Все ли с ней в порядке? Бедняжка так испугалась, что я, наверное, никогда не забуду ее лица, преисполненного ужасом.

Именно такой меня теперь видят люди… Адским отродьем с нечистой душой!

Наглый черный ворон опять каркнул, словно услышал мои мысли. Вот же ж надоедливая птица. И чего он здесь разлетался? Небо такое большое и бескрайнее, летай не хочу! Но нет же, этому пернатому явно нравится мне надоедать! Иначе его поведение просто не объяснишь…

– Улетай, говорю! Займись делами поинтереснее! – прошипела я, схватив палку и угрожающе махнув в сторону птицы. Ворон издал недовольный крик и, взмахнув крыльями, скрылся где-то за кронами деревьев. С досадой фыркнув, я залезла в сумку и достала оттуда небольшой кусочек угощения. Странно, есть как-то особо не хотелось, и рана почему-то уже почти не беспокоила. Немного саднила, разумеется, но для той, кому недавно вонзили в бок острое лезвие, чувствовала я себя на удивление хорошо.

Рассматривая ярко горящий в ночи диск уже неполной луны, я размышляла, что делать дальше. Мне нет дороги обратно в Эльтанию, а и явиться в Дартанию это выше моих сил! Я же никогда не жила среди вампиров! Разве мне есть там место? Но и скитаться по лесу вечно тоже не получится… Ладно, для начала, пожалуй, надо найти ночлег. И хоть спать мне пока что совсем не хотелось, но рано или поздно нужда наверняка возьмет свое.

Стоило подняться на ноги и потянуться за сумкой, как по телу проскочил странный холодок. Пугающее, до дрожи пробирающее чувство… Словно чей-то пристальный взгляд сверлил мне спину, следил за каждым моим движением. Резко обернувшись, я быстро обежала глазами поляну позади себя. Пусто… Лишь травинки и листья деревьев колыхались от дуновения легкого гулкого ветра. В душе глубоко засела тревога. За мной будто и правда кто-то следил! А вдруг те убийцы прознали, что я выжила, и теперь пришли доделать начатое?

Неожиданно подувший сильный ветер сдул с головы капюшон и растрепал прическу, чем на время лишил возможности следить за происходящим. Отплевавшись от волос, я вновь бросила взгляд на поляну и обомлела. Из сумрака ночи с расстояния пары десятков шагов на меня смотрел молодой мужчина. Черные волосы, словно травинки, подрагивали от легкого дуновения, а темная дорогая рубашка и брюки едва были различимы сквозь тьму. Незнакомец недвижимо стоял напротив меня с закрытыми глазами, словно статуя, чем настораживал еще сильнее. На убийцу не похож, слишком уж солидно выглядит, да и оружия вроде нигде нет…

На мгновение даже показалось, будто этот силуэт я уже где-то видела, только вот где?

Странный гость распахнул глаза, и я замерла, проникнувшись ужасом. В сумерках сверкнули яркие алые огоньки! Такие же, как у меня! Неугасимый страх встал комом в горле, мешая дышать. Передо мной стоял настоящий вампир!

– Опасно сидеть ночью посреди лесной поляны, вы так не думаете? – начал беседу незнакомец, медленно шагнув вперед.

Стремительно нараставшая паника вырвалась на свободу, и я закричала, направив в сторону парня вытащенный из кармана хлипкий нож. Драться я не умела, а сие оружие годилось лишь для нарезки нетвердой еды, но, может, это остановит кровопийцу хотя бы на секунду? Хотя… Мечтать не вредно.

– Не подходи ко мне, чудовище! – голос мой дрожал, а язык и вовсе чуть ли не заплетался, но я упорно стояла, не спуская глаз с жуткого отродья.

Незнакомец на секунду замер и уверенно улыбнулся.

– Забавно. И это говорит девушка, которая смотрит на меня такими же сияющими в сумраке алыми глазами.

Воспоминание о Мари-Мэй, дрожащей от ужаса и падающей за пол, неожиданно возникло в голове и в груди загорелся огонь ярости.

– Неправда! Я не такая, как вы! Я не убийца! – голос мой срывался на крик отчаяния, а из глаз потекли слезы. – Еще день назад у меня была любящая семья, жених и свой дом! Теперь ничего этого нет! И все из-за вас, кровопийцы! Вы осквернили мою душу!

Парень стоял на месте и смиренно выслушивал мои слова, не двигаясь и не моргая, а потом резко сократил дистанцию наполовину. Даже и глазом моргнуть не успела, как вампир оказался буквально в паре шагов от меня!

– Положение ваше незавидное, незнакомка. Но и я не могу позволить, чтобы вампиры бесконтрольно расхаживали по пограничным землям. Вы должны пройти со мной.

– С вами? И куда же?

– В Дартанию, разумеется, – парень так спокойно говорил об этом, будто подобное в порядке вещей. – Страну, что стала домом для любого из нас.

Незнакомец уверенно протянул мне руку, и в сумерках ночи вновь сверкнул его пугающий алый взгляд.

– Я?! Жить с вампирскими отродьями? Мало было отведать моей крови, лишить всего нажитого и испортить душу, так теперь хотите меня обречь на жизнь среди них?! – возмутилась я, отстранившись на пару шагов и не выпуская из дрожащих рук оружие. – Лучше убейте на месте! Все равно нормальной жизни мне уже не видать!

Парень осуждающе покачал головой и коснулся пальцами лба.

– Ох, чего только в Эльтании людям не внушают… – выпрямившись, вампир еще раз настойчиво протянул мне руку. – Я сюда не убивать вас пришел, а предложить начать новую жизнь. Былое осталось в прошлом и назад к родным дороги для вас больше нет. Кто с вами так поступил и почему мы обсудим позже… А сейчас идемте со мной. Незачем скитаться по лесу без крова, когда неподалеку есть те, кто способен понять вас и принять.

Казалось, что я с минуты на минуту задохнусь от возмущения. Этот парень, должно быть, шутит? Для жителей Эльтании нет большего позора, чем присоединение к рядам вампирских отродий! И сейчас он без зазрения совести смеет предлагать мне подобное?

– Не приближайтесь ко мне! – крикнула, отстранившись на пару шагов назад. – Как и что мне делать я решу сама. – Резко земля размягчилась под ногами, и незнакомец стал стремительно удаляться от моего взгляда. – А-а-а-а!

Ощущая всем телом потоки прохладного ветра, я с досадой выдохнула и закрыла глаза. Высота здесь такая, что смерть наступит мгновенно, а ухватиться мне не за что, ведь я падаю спиной вниз. Что ж, похоже, думать о дальнейшей жизни мне уже, к сожалению, не понадобится…

Затаив дыхание, я мысленно приготовилась к моменту боли и переходу в иной мир, но неожиданно поток ветра стих и падение словно прекратилось. Моим раскрывшимся от удивления очам предстала жуткая картина: в самом низу острого утеса тот самый незнакомец держал меня на руках! Конечно, мне рассказывали, что вампиры гораздо сильнее и быстрее человека, но ведь он меня поймал на лету! Разве такое возможно?

– Что ж это вы под ноги не смотрите? – в голосе парня явно читались упрек и насмешка. – И как же вы в лесу жить собрались, если даже сутки не смогли здесь продержаться?

– Не ваше дело! Отпустите меня! – буркнула я, тщетно вырываясь из сильных рук. – Я сама найду себе дорогу и уж тем более не отправлюсь в Дартанию!

Где-то минуту вампир корчился и ворчал в попытках противостоять моему безумию, а потом аккуратно прижал меня за плечи к каменистой стене.

– Не люблю так поступать, но, похоже, у меня нет иного выбора, – прошипел незнакомец, одной рукой направив мое лицо к себе. Взгляды наших алых глаз пересеклись и по телу волной проскочила странная энергия. Руки и ноги резко стали ватными, а разум стало стремительно клонить в сон.

Ох, только не это! Вампирские чары!

Попытки противостоять магии незнакомца не увенчались успехом. Еще ни один человек с древних времен не смог совладать с таким могуществом, а уж что говорить обо мне?

Дыхание замедлилось, а глаза сами закрылись, отдавая меня на волю странному вампиру. Что же теперь будет? На секунду показалось, что я ощутила на шее его жуткое дыхание…

Теперь стало понятно, что задумало это отродье. Наверняка испьет вдоволь моей крови, а тело в лучшем случае похоронит где-нибудь под этим безлюдным утесом. Но я уже, к сожалению, поделать ничего не могу. Остается лишь надеяться, что мучения мои окончатся быстро…

Глава 7

Анайя

Интерьер, представший моему взору спустя мгновение, невозможно было так просто описать словами. Стены из светлого камня украшало несчетное множество изысканных картин: от натюрморта до портретов; а большое окно балкона украшала резная кованая оградка. По комнате легким ветерком разносился приятный манящий цветочный запах роз, вазы с которыми украшали каждую прикроватную тумбочку или же столик. Крупные яркие алые розы притягивали взгляд и не давали даже шанса отвернуться!

На окнах тихонько колыхались занавески цвета фуксии, пропуская сквозь себя лучи теплого солнца, а за окном пели птицы и, кажется, громко каркал ворон.

Услышав знакомый голос, я сразу же подскочила на месте. Воспоминания предыдущей ночи хлынули волной, словно вода сквозь пробитую плотину. Мне вспомнился возникший среди сумрака молодой вампир и моя яростная попытка прогнать его, но в этой битве, разумеется, победа оказалась не на моей стороне. Раз я еще жива, то незнакомец, скорее всего, не пил свежей невинной крови. Тогда что же случилось дальше?

Погладив рукой шелковую простыню цвета занавесок, я тщетно пыталась понять причину происходящего. Как я здесь очутилась? Неужели тот встреченный в лесу вампир принес меня сюда?

Но больше всего меня поразил наряд. Молочного цвета платье, расшитое блестящими мелкими кристаллами, совсем никак не было похоже на мой темный костюм для лесных вылазок.

Вздрогнув от волнения, я обхватила себя руками и прикусила губу. Кто меня переодел? Неужели между мной и тем незнакомцем что-то было этой ночью? Ведь под гипнозом могло случиться и не такое…

Подскочив с кровати, внимательно проверила простынь. Крови нет, тянущей боли внизу живота тоже… Значит, скорее всего, я просто крепко спала. Но почему тогда на душе скребутся кошки, будто простыми взглядами и чарами все не закончилось? Как мне узнать правду?

Словно по моему призыву, дверь в комнату отворилась и на пороге возникла девушка. Отличить ее от огромного черного уголька можно было разве что по белому фартуку, светлой коже и подносу с посудой.

– Доброго утра, госпожа, – гостья замерла у порога, словно чего-то выжидая. – Могу я войти?

Пару секунд я молчала в попытке разобраться в происходящем. Госпожа? Даже в родном доме меня так никто не называл.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.