Джеки Браун
Неожиданное возвращение

The Heir’s Unexpected Return

© 2015 by Jackie Braun Fridline

«Неожиданное возвращение»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Набежали грозовые тучи, первые свинцовые капли дождя хлестнули пулеметными очередями, волны вал за валом яростно обрушились на пляж острова Хадли. Здесь на острове, одном в барьерной цепи рифов побережья Южной Каролины протяженностью в шестнадцать миль, подобные природные явления случались часто. Но неистовство матери-природы блекло перед бурей эмоций, которые обуяли Бриджит Райт.

Не замечая того, что ураган набирает силу, она продолжала шагать по пляжу и стискивать в кармане желтого дождевика безнадежно смятый листок бумаги.

Мисс Райт, я приеду домой послезавтра и собираюсь остаться на продолжительное время. Подготовьте, пожалуйста, мои комнаты на первом этаже. К. Ф.

Эти два коротких предложения заставили ее кровь безудержно забурлить.

Келлен Фауст, наследник семейного состояния, возвращался «домой», чтобы продолжить восстанавливать здоровье после несчастного случая, который произошел с ним четыре месяца назад на лыжном курорте в Швейцарских Альпах. Если газетные сообщения о происшествии хотя бы отдаленно были правдивыми, Бриджит должна бы от души ему посочувствовать. Помимо сотрясения мозга, вывиха плеча и перелома запястья, у него была повреждена лодыжка, размозжено колено и раздроблено правое бедро. И вот, по истечении четырех месяцев, этот человек все еще находился в процессе длительного и трудного излечения. И все же Бриджит не хотела, чтобы он приезжал сюда лечиться и тем самым вмешивался в управление престижным курортным отелем «Фауст-Хаус». Бриджит предпочитала работать самостоятельно.

Семье Келлена принадлежал большой дом в окрестностях Чарльстона – это помимо множества роскошных владений, рассыпанных по всей Европе. Почему он не выбрал любое из них для поправки здоровья? Они были более приспособлены для размещения его многочисленного сопровождения и разношерстной свиты.

Почему именно «Фауст-Хаус»? Он никогда не был его домом. Зато он был домом Бриджит! Что бы там ни было написано в документах. И пока Келлен Фауст на протяжении последних пяти лет колесил по Европе, Бриджит трудилась в поте лица, преображая старомодную и заброшенную наследником гостиницу в модный пятизвездочный отель с высококлассным обслуживанием и всеми современными удобствами. Номера в нем бронировали на три года вперед. И все благодаря исключительно стараниям Бриджит. Причем она обошлась без какой-либо помощи со стороны Келлена.

И вот теперь наследник возвращался и ожидал, что ему подготовят его личные апартаменты. За то время, пока Бриджит управляла отелем, он ни разу не появился на острове. Насколько знала Бриджит, он вообще не наведывался сюда с самого детства. И она пользовалась хозяйскими апартаментами на первом этаже по собственному усмотрению. А комнаты, предназначенные управляющему, переоборудовала в дорогостоящий номер люкс.

И где теперь она будет спать? Она обычно ложилась после того, как большинство постояльцев отправлялись на ночлег, и вставала задолго до их пробуждения, но она отнюдь не готова была ночевать на кушетке в вестибюле. Пробормотав ругательство, которое заглушил очередной порыв ветра, Бриджит остановилась и оглянулась: окруженный кедровой рощей, отель поднимался из-за деревьев в три своих этажа, точнее, даже в четыре – если считать еще сваи высотой двенадцать футов. Песчаные дюны, местами поросшие травой, защищали его от штормов, налетавших с Атлантики.

Я приеду домой…

Может быть, Келлен и считал этот дом своим, но именно для Бриджит «Фауст-Хаус» стал настоящим родным очагом. Сюда она приехала сразу после тяжелого развода. Морской воздух и конкретная цель впереди излечили ее от депрессии.

Она пробежала глазами по балконам, с которых каждый постоялец мог любоваться чудесным видом. Несмотря на утро, во всех окнах горел свет. Но когда они прибудут на остров, им еще предстоит пересечь его по петляющей среди холмов дороге, ведущей на восточный берег, где расположился.

Тяжело вздохнув, Бриджит зашагала назад. Ее ждала работа, которую никто за нее не сделает. Сейчас ей предстояло позаботиться, чтобы все новоприбывшие удобно разместились в номерах. Покончив с этим, она подыщет себе помещение на то время, пока Келлен будет жить в «Фауст-Хаус».

Бриджит промокла, потому что дождевик не спас ее от дождя. Оставалось надеяться, что до прибытия первого гостя она успеет переодеться в сухую одежду и привести в порядок волосы. Но, обогнув дюну, Бриджит увидела, как к входу подъезжает блестящий черный джип.

Шофер поспешно вылез наружу, а следом за ним выбрался и второй пассажир, сидевший впереди. Телохранители? Это неудивительно. Многие постояльцы были важными персонами – звезды Голливуда, магнаты бизнеса, известные политики. Но не успели эти двое взяться за ручку дверцы, как ее изнутри распахнул человек, сидевший на заднем сиденье.

Бриджит зажала рот рукой, но не сумела сдержать восклицания.

Келлен Фауст! Он приехал раньше, чем обещал.

Она не была лично знакома с Келленом. Дважды в месяц они обменивались письмами по электронной почте и изредка общались по телефону. Он нисколько не походил на того человека, которого Бриджит нарисовала в своем воображении.

На всех виденных ею фотографиях – а он появлялся на страницах прессы с исправностью морского прилива – Келлен представал красивым молодым человеком с блестящими каштановыми волосами, глубоко посаженными светло-карими глазами, беззаботной улыбкой и спортивной фигурой.

Но мужчина, пытающийся сейчас выбраться из автомобиля, был исхудавшим, даже изможденным, и с дряблыми мускулами – от долгого периода, проведенного в неподвижности. Темные круги под глазами говорили о том, что последнее время он плохо спит. Его черты до определенной степени сохраняли привлекательность, но сморщенное от напряжения лицо уж точно никак нельзя было назвать беззаботным. Спортивный, энергичный, бодрый? Ни один из эпитетов, которыми еще недавно характеризовали его СМИ, не годился теперь этому человеку.

– Я сию минуту достану каталку, мистер Фауст, – произнес парень, сидевший рядом с водителем.

– Нет! Я пойду сам. – Он сердито заскрежетал зубами.

– Но, мистер Фауст… – начал шофер, но Келлен его прервал:

– Я сказал, что сам пойду, Лоу! Я вам что, немощный инвалид?

Келлен без особого усилия выставил наружу левую ногу, но когда очередь дошла до правой, ему пришлось взять конечность руками, чтобы перенести ее через порог. Потом, низко согнувшись над подножкой автомобиля, он спустился на землю. В одной руке он держал трость, второй схватился за дверцу. Но, как видно, даже это не помогло ему удержаться – едва он ступил обеими ногами на дорожку, как правое колено у него подвернулось. Человек, которого он назвал Лоу, подхватил Келлена под мышки, не дав ему рухнуть наземь. Раздалось сочное ругательство. Второй человек тоже бросился на помощь, а следом за ним и Бриджит.

– А вы кто такая?! – рявкнул Келлен, сбрасывая со своего предплечья ее руку.

Бриджит откинула капюшон и улыбнулась отработанной профессиональной улыбкой, прекрасно сознавая, что предстает сейчас в весьма неприглядном виде. Несмотря на капюшон, волосы ее вымокли, и челка, отросшая за три месяца, прилипла ко лбу. А что касается косметики, то едва ли та малость, которую она нанесла утром, сохранилась на ее щеках и ресницах. Босые ноги все в песке. Ничего общего с тем образом деловой женщины, в котором она предполагала предстать перед ним при личном знакомстве.

– Я Бриджит Райт. – Но он продолжал смотреть на нее, словно на препарат под микроскопом, и она добавила: – Мы с вами уже несколько лет как общаемся по телефону или электронной почте. Я управляющая «Фауст-Хаус».

Эти ее слова, однако, вызвали отнюдь не вежливую улыбку – он фыркнул едва ли не насмешливо.

– Ну, разумеется. – Его глаза небрежно скользнули по ней. И он добавил негромко, но она прекрасно расслышала: – Что-то в этом роде я себе и представлял.

Значит, он уже предубежден против нее? Это Бриджит нисколько не удивило. Она и сама немало потешалась на его счет. И все же она почувствовала досаду оттого, что, только разок взглянув, он так легко вынес суждение. О ней как о профессионале и – она в этом не сомневалась – о женщине.

Бриджит кашлянула и выпрямилась в свой полный рост – пять футов шесть дюймов. И поскольку он стоял сгорбившись, их глаза оказались на одном уровне. Она встретила его взгляд не моргнув. И проговорила официальным тоном, который вошел у нее в привычку:

– Я вас не ждала так скоро. Ваше сообщение пришло только утром, и вы писали, что приедете послезавтра.

– Я передумал.

– Видимо, так.

– Я заезжал в Чарльстон, чтобы… – Он недоговорил, и лицо его еще больше помрачнело. – Короче, теперь я здесь. Полагаю, что не слишком обременю вас, мисс Райт.

– Нисколько, – уверила она его с холодной улыбкой. – Я только хотела сказать, что ваши апартаменты… еще не готовы.

– И вы, видимо, рассчитываете, что я буду дожидаться здесь, пока их подготовят?

Они стояли под портиком, который защищал их от дождя, но с каждым порывом ветра их с ног до головы обдавало холодными брызгами.

– Конечно же нет, – ответила она, чувствуя, как краснеет. Что это на нее нашло?

Она резко повернулась и быстро направилась ко входу в дом, бросив через плечо:

– Прошу за мной, господа.

Келлен не последовал в лифт за мисс Райт. Вместо этого он позволил Лоу и Джо подвести себя к двери. Кажется, он вывел ее из себя? И неудивительно, ведь он откровенно нагрубил ей. Он не мог справиться с болью в ноге. Врачи утверждают, что она никогда не восстановится полностью. Но они ошибаются. Наверняка ошибаются… Не может же он всю жизнь провести в таком жалком состоянии!

Двери лифта отворились со звонком. Вестибюль выглядел совсем не таким, каким Келлен запомнил его со времени своего последнего визита сюда. Сейчас здесь доминировали голубой и бирюзовый, которые оттенялись бледно-желтым и светло-серым. Неяркое верхнее освещение в сочетании с настольными лампами придавало холлу уютную, гостеприимную атмосферу, несмотря на бушевавшую за окнами непогоду.

Он медленно выдохнул, напряжение прошло. Келлен не смог расслабиться полностью, но одно понял точно: он правильно сделал, что приехал сюда. Он сомневался в своем решении покинуть Швейцарию, даже когда его самолет приземлился в Роли. Единственный, кто встречал его в аэропорту, – старый дворецкий матери. Он держал в руке табличку с именем Келлена. Старик его не узнал! Правда, прошло уже лет двенадцать с тех пор, как Келлен переступал порог дома в Чарльстоне.

А на острове он не был еще дольше.

– Здесь… довольно неплохо, – проговорил он, не обращаясь ни к кому конкретно.

– Реконструкцию мы завершили только нынешней осенью. Гостевые комнаты оформлены в такой же цветовой гамме. – Бриджит откашлялась и добавила, словно оправдываясь: – Я посылала вам фотографии.

Он не помнил никаких фотографий. Наверное, просто не потрудился открыть приложение.

– Они не вполне отражали суть, – пробормотал он, рассматривая управляющую отелем.

Все минувшие пять лет он подписывал присланные ею чеки, бегло знакомился с отчетами, которые она исправно присылала по первым числам каждого месяца, и в целом одобрял затеянные ею изменения – тем более что они не требовали чрезмерных затрат. Но он был слишком далек от всего этого.

Бриджит сняла дождевик, напоминающий рыбацкую плащ-палатку, и подошла к стойке регистрации. На ней была тенниска цвета морской волны с логотипом отеля и белые шорты длиной до середины бедра. Красивые ноги – загорелые и на удивление длинные для ее невысокого роста. Он перевел взгляд на ее талию, довольно тонкую, потом поднял глаза выше, на аппетитную грудь.

Он с усилием отвел глаза, удивляясь себе, что так откровенно разглядывает эту женщину, словно сексуально озабоченный подросток. И в то же время такая реакция, пусть и чересчур примитивная, его несколько порадовала – он слишком долго ничего не чувствовал.

– Мне хотелось бы присесть, мисс Райт. Лучше поскорее, если вы не против. – Из-за боли его голос прозвучал резко.

– Конечно. – Она кивнула. – Пойдемте.

Келлен намеревался преодолеть дальнейший путь самостоятельно, пусть даже очень медленно. Он взял палку у шофера и повернулся к Джо:

– Помогите Лоу с чемоданами.

Официально Джо являлся его физиотерапевтом, но молодой доктор был не против оказывать и практическую помощь, когда требовалось. Его услуги хорошо оплачивались, а так как Келлен часто пропускал свой ежедневный комплекс лечебных упражнений, Джо не страдал от чрезмерной занятости.

Келлен сознавал, что нуждается в этих упражнениях, но сознавать и выполнять – две разные вещи. Хорошо еще, если он заставлял себя вообще вставать с постели, особенно после того, как очередное медицинское светило изрекало очередной мрачный прогноз.

Келлен перенес вес со здоровой ноги на больную. Несмотря на то что при этом всей тяжестью он опирался на палку, боль все равно была мучительной. Он подавил стон и в сотый раз подумал, благоразумно ли поступил, категорически отвергнув наркотики, предписанные врачом.

Келлен шел медленно, неровной шаткой поступью, и все-таки самостоятельно. Бриджит оглянулась, и на ее лице ясно отразилась озабоченность, но она больше не предлагала ему помощь. Даже когда он пошатнулся, на миг потеряв равновесие, она все равно промолчала и продолжала идти дальше. Наверное, потому, что он грубо отверг ее помощь, когда она бросилась к нему у дверей отеля. Келлен ненавидел, когда ему предлагали помощь, открывали двери, уступали дорогу инвалиду. Оскорбительнее всего для него было соглашаться на помощь женщины. Потому-то он и разогнал женщин, которые ежедневно являлись к нему в шале. А что касается друзей мужского пола, то их численность свелась к нулю, как только стало понятно, что Келлен больше не будет устраивать свои знаменитые вечеринки.

Дверца за регистрационной стойкой открывалась в маленький коридор. Слева находились служебные помещения, кладовая, прачечная. Келлен вспомнил, как играл здесь в прятки, когда в детстве приезжал к деду погостить. Комната отдыха персонала была новой. Он не стал задавать никаких вопросов. Мисс Райт наверняка сообщала ему об ее обустройстве в одном из электронных писем, которые он редко читал.

Хозяйские апартаменты с двумя спальнями располагались справа. Двери были закрыты, на табличке, прикрепленной под глазком, красовалась надпись «Посторонним вход запрещен». Когда он наведывался сюда в последний раз, здесь чувствовалось присутствие мужчин. Но сейчас было заметно, что именно женщины отвечали за обустройство комнат: мягкий белый диван, многочисленные узорчатые подушечки, декоративные лампы, толстые свечи в витиеватых подсвечниках, стеклянные вазочки, наполненные ракушками, которые Бриджит наверняка сама и собирала. И, уж конечно, здесь больше не пахло дедушкиным трубочным табаком. Запах был свежим, легким, приятным. Келлен глубоко вдохнул его и нашел странно успокаивающим и в то же время волнующим. Ее запах…

– Вы здесь живете?

Бриджит нахмурилась.

– Да, последнее время. Квартира и стол входят в договор о найме.

– Я в курсе. Но это комнаты моего деда. Они предназначены владельцу… видимо, мы не поняли друг друга.

– Не поняли? – Ее тон был таким же недоверчивым, как и выражение лица. – Но я сообщала вам…

– Я полагал, управляющему отведены комнаты по другую сторону вестибюля.

Она сжала губы, и Келлен внимательнее взглянул на них: они были пухлые и совсем не нуждались в помаде, чтобы стать соблазнительнее.

– Так и есть, вернее, было, но, поскольку эти комнаты постоянно пустовали, я… вернее, мы решили, что будет больше пользы, если комнаты управляющего переоборудовать в номер люкс, способный разместить четырех или больше постояльцев на долгий срок.

– Мы решили?

– Я посылала вам подробные отчеты, где указала все за и против. Вы ответили, что согласны с расчетом эффективности затрат, который я приложила к письму.

– Да. Теперь вспоминаю, – кивнул Келлен, хотя решительно не помнил, чтобы соглашался на что-то подобное.

Бриджит умело управляла отелем. Вспомнив вестибюль, он решил, что каждое пенни, вложенное в реконструкцию, окупилось с лихвой. Он сам часто действовал опрометчиво, но риск, на который отважилась Бриджит, был просчитан и тщательно продуман. Он всего лишь соглашался с ее планами, но все идеи исходили от нее одной. Келлен изучал коммерцию в университете, но от его диплома до сих пор не было никакой пользы, поскольку зарабатывать на жизнь ему не было необходимости.

– Здесь постоянно живут гости, – добавила Бриджит.

– Где же вы собираетесь спать, мисс Райт?

Где она собиралась спать?

Бриджит стиснула зубы. Трудный вопрос. Пожав плечами, она попыталась улыбнуться.

– Я что-нибудь найду на то время, пока вы будете жить здесь. – Она надеялась, что его пребывание не слишком затянется.

Келлен повалился на диван и, сморщившись, тяжело откинулся на подушки. Последние минуты он держался на ногах только усилием воли. Бриджит видела это. Она могла бы восхититься его мужеством, если бы оно не сопровождалось таким тяжелым характером.

– Хотя бы один номер наверняка свободен? – В первый раз его слова прозвучали скорее неуверенно, чем раздраженно.

– Нет. На этой неделе у нас все занято.

– А на следующей?

Она медленно выдохнула.

– На самом деле все номера уже забронированы до конца сезона, разве что в последний момент кто-нибудь откажется.

Келлен продолжал молча смотреть на Бриджит.

– Вы же не можете спать в вестибюле! – перебил ее он, чертыхнувшись.

Бриджит перевела взгляд в сторону коридора – в гостевой спальне она занималась на тренажерах, когда погода не располагала к пробежке. В ней помещался футон, который раскладывался в довольно удобную постель. Старшая сестра Робби и ее сын Уилл были единственными гостями, которых Бриджит готова была принять в любое время. Она со вздохом вспомнила, что они собирались вскоре приехать. Придется известить их, что планы поменялись.

– Я скажу помощнику, чтобы поставил мне кровать в офисе, – наконец проговорила она.

– В том офисе, мимо которого мы сейчас проходили? – фыркнул он. – Разве туда поместится кровать? Туда и детскую коляску не втиснуть.

– Ну да, будет тесновато, – признала Бриджит.

– Нет.

Она моргнула.

– Нет?

– Нет. – Теперь это короткое слово прозвучало еще более категорично.

Бриджит почувствовала, как у нее снова зачастил пульс. Этому человеку хорошо удается выводить ее из равновесия. Она очень не любила, когда ей указывали, что делать. После развода ни один мужчина на это не осмеливался, да она бы и не позволила. После того как потерпела крах ее семейная жизнь, во время которой она едва не растворилась во властной и деспотичной личности мужа, Бриджит пообещала себе, что больше никогда не позволит, чтобы ее волю подавляли.

Она открыла рот, чтобы возразить, но Келлен откинул голову на спинку и закрыл глаза. Он был одет в черное и серое – эти цвета, как видно, соответствовали его нынешнему расположению духа. Плотно сжатые губы и морщины на лбу свидетельствовали о том, что он едва терпит боль.

– Вы когда последний раз принимали болеутоляющее? – произнесла Бриджит, стараясь не допустить в тоне сочувствия, чтобы не ущемить его гордость. Келлен принял в штыки предложенную ею помощь у подъезда отеля, и она поняла, что он в ней не нуждается.

– Я от них отказался пару недель назад, – пробормотал Келлен. – От них я превращался в зомби. Сейчас мне меньше всего хочется в довершение всего еще стать наркозависимым.

Вполне разумная причина, вот только как же он справляется с болью?

В дверь тем временем вошли двое его сопровождающих. Шофер нес два чемодана такой величины, что в них разместился бы весь гардероб Бриджит целиком. На сиденье кресла лежал еще один чемодан, поменьше размером, а сверху притулился чехол для одежды. У Бриджит екнуло сердце: Келлен привез с собой кучу багажа, что отнюдь не сулило ей скорого возвращения в ее прежнее жилье.

– Куда положить ваши вещи, босс? – спросил шофер.

Не открывая глаз, Келлен махнул в сторону коридора:

– Отнесите все в спальню, Лоу.

– А мои вещи куда поставить? – спросил парень, кативший кресло.

Теперь Келлен открыл глаза и выпрямился на диване.

– Планы поменялись, Джо. В свободной спальне разместится мисс Райт. Вы будете спать на этой кушетке.

Глава 2

И все-таки Бриджит попыталась возразить:

– Это вовсе не обязательно. Я же сказала, что вполне могу ночевать на раскладушке в офисе.

– А я говорю, это обязательно. – Он сделал резкий жест рукой. – Не хочу быть грубым, но буду весьма признателен, если вы перенесете ваши вещи в свободную комнату прямо сейчас. Мне необходимо прилечь.

И, не дожидаясь ответа Бриджит, Келлен снова откинул голову на подушку и закрыл глаза.

От нее спешили отделаться, словно от наемной прислуги, каковой она, в общем, и являлась.

– Разумеется, мистер Фауст. Никаких проблем. Счастлива услужить вам, – пробормотала Бриджит.

Она всегда поддерживала в комнатах чистоту и порядок, даже в тех, куда отдыхающие никогда не заглядывали. И была очень этому рада теперь, когда на ее территорию вторглись посторонние.

В спальне было чисто, но требовалось сменить постельное белье. Бриджит собиралась заняться этим с утра, а заодно собрать свои личные вещи и туалетные принадлежности. Но он явился на полтора дня раньше и привез с собой еще одного постояльца, чем застал ее врасплох.

Шофер направился дальше, а Бриджит открыла дверь, ведущую в соседнюю комнату. Оглядев ее, она приложила палец к губам: беговую дорожку требовалось передвинуть в угол, чтобы освободить место для футона, также необходимо было достать свежее белье. И еще один комплект белья, чтобы постелить на диване в гостиной, который Келлен отвел для Джо.

Словно услышав ее мысли, стоявший сзади Джо проговорил:

– Извините за неудобства, которые мы вам доставили своим появлением.

Она оглянулась и увидела его виноватую улыбку. Джо было около тридцати лет на вид. Несмотря на то что его волосы начинали редеть, лицо казалось совсем мальчишеским.

– Нет никаких неудобств, – солгала Бриджит.

– Я Джо Босли, второй ваш незваный гость. – Он выпустил одну рукоятку кресла, чтобы поздороваться. – Физиотерапевт мистера Фауста.

– Приятно познакомиться, Джо. Я Бриджит Райт. Вы, наверное, уже догадались, что я управляющая «Фауст-Хаус».

Джо кивнул и проговорил:

– А… ничего, если я разложу здесь свои вещи?

Бриджит обреченно кивнула и показала рукой в глубь комнаты:

– Ящики в комоде все свободные. Если хотите, можете занять два.

– Здорово. Спасибо. Я займу два нижних.

– И если захотите что-то повесить в шкаф, там тоже достаточно места.

– Это не понадобится. – Джо сморщил нос и указал на свою массивную фигуру. – Мой гардероб не требует такой заботы. Все немнущееся – шорты, футболки и свитер, ну, еще камуфляжные штаны и пара джемперов на случай, если придется приодеться.

Бриджит сдержала улыбку: камуфляжные штаны и трикотажные джемперы он считает одеждой для торжественных случаев. Между тем Келлен, судя по журнальным фотографиям, явно одевался у Армани. Он привез с собой два огромных чемодана и еще в придачу саквояж. Келлен явно планировал пробыть здесь гораздо дольше, чем она представляла себе.

– Да уж, мрак полный, – пробормотала она, забыв о том, что ее слушают.

И неудивительно, что Джо понял ее превратно.

– Я постараюсь вас не слишком стеснять.

– Простите, просто задумалась, – спохватилась Бриджит.

– Все в порядке, – с улыбкой заверил ее Джо и указал в сторону Келлена: – Он на самом деле вовсе не зверь.

– Я не сомневаюсь. – И все же в ее тоне недоставало уверенности.

– Нет, правда, – настаивал Джо. – Просто мистер Эф сейчас здорово мучается.

Она кивнула:

– Он сказал, что не принимает лекарств, которые ему выписал врач. Потому что от них чувствует себя зомби.

– Они и правда дурманят будь здоров. – Джо наклонился к ней и понизил голос почти до шепота: – Он страдает не только физически, хотя никогда в этом не признается.

Несчастный случай конечно же подействовал и на психику Келлена. Бриджит это нисколько не удивило. Депрессии подвержены даже очень сильные люди. Видит бог, она сама находилась на ее мрачном пороге, прежде чем окончательно решилась на развод.

– Травма мистера Фауста… насколько она серьезная?

– Честно говоря, мне не приходилось встречаться с более тяжелым случаем. Рука и плечо зажили довольно-таки быстро, но вот нога сильно искалечена. Перелом костей и вдобавок еще разрыв сухожилий и связок. – Джо со вздохом покачал головой. – Сначала врачи вообще советовали ампутацию выше колена.

– Господи! – ахнула Бриджит. – Я не знала.

– Да, это он смог утаить от прессы. Его друзья… – Тут Джо фыркнул, словно находил это слово очень забавным. – Уж они постарались разгласить всякую информацию о нем, даже послали в бульварные газетенки несколько его больничных снимков.

– Ему следовало бы тщательнее выбирать друзей.

Джо проворчал:

– Не могу сказать, что расстроился, когда мистер Эф объявил, что мы возвращаемся в Штаты. Кое-кто из них, наверное, и не заметил его отъезда, но как только шале продадут, тут они сразу спохватятся.

У Бриджит засосало под ложечкой.

– Продадут шале?

– Он сказал, что больше не желает туда возвращаться. Правда, может быть, все дело в его нынешнем настроении…

Можно, конечно, надеяться, что так. Потому что если Келлен не вернется в Швейцарию, то Бриджит догадывалась, где он собирается обосноваться.

– А как вообще проходит лечение? – спросила она, надеясь услышать хорошие новости.

– Туго, – снова вздохнул Джо. – Шрам плохо рубцуется, и Келлен часто отказывается делать упражнения.

– Наверное, вам трудно с ним работать.

– Нелегко. Мои старания еще и добавляют ему разочарований, потому что он, несмотря на свою депрессию, все же не теряет надежды.

– На то, что будет ходить самостоятельно? – уточнила Бриджит.

Джо кивнул:

– Для начала ходить, а потом и бегать, на лыжах кататься. Он хочет стать таким же, как прежде.

Несмотря на искалеченную ногу, которую врачи собирались ампутировать!

– Но, наверное, это вряд ли возможно? – осторожно спросила она.

Джо отвел глаза и кашлянул.

– Мне вообще-то не следует обсуждать состояние мистера Эф с другими. Я просто хотел, чтобы вы знали: если он сейчас и психует, это не значит, что он вообще такой.

– Я поняла, спасибо.

Но если Келлен Фауст думает, что она будет смотреть сквозь пальцы на приступы его дурного настроения, он ошибается. Бриджит, разумеется, будет действовать тактично. Кроме того, она больше не согласна играть роль боксерской груши для эмоциональной разрядки – хватило бывшего мужа.

Когда Бриджит вошла в главную спальню, там ее ждал шофер. На кровати лежали раскрытые чемоданы.

– Мне понадобится несколько ящиков в комоде, чтобы разложить его вещи. Вы разрешите?

Келлен приказывал, но его помощники спрашивали разрешения. Бриджит успела оценить их деликатность.

– Конечно. – Вытащив из шкафа большую сумку, она принялась набивать ее носками и бельем из верхнего ящика. – Еще минута, и я вас избавлю от своего присутствия.

Шофер искоса посмотрел на нее.

– Нет никакой спешки, мисс Райт.

– Зовите меня просто Бриджит.

Он улыбнулся, блеснув золотыми коронками.

– А я – Лоу.

– Так, Лоу, а где же поселитесь вы? Думаю, что все-таки не здесь. Или вы с Джо бросите монетку, чтобы определить, кто спит на полу, а кто на раскладушке?

– Нет, – хмыкнул Лоу. – Пусть малыш получит гостиную в полное свое распоряжение. У меня здесь семья, дом на другом конце острова, около паромной переправы.

Пока Бриджит освобождала ящики, Лоу развешивал в шкафу рубашки и брюки босса. Вся одежда была вопиюще дорогая и гораздо более элегантная, чем спортивные брюки из синтетики, футболка и куртка, в которых Келлен приехал. Он рассчитывает носить все это? Но когда? И где? Снова Бриджит посетило тревожное предчувствие, что ее работодатель осядет здесь надолго.

Этот человек привык к активной светской жизни, если верить прессе. Но на острове он вряд ли найдет много возможностей для нее.

Бриджит наконец освободила ящики, торопливо выхватила из шкафа охапку одежды и отнесла все в гостевую спальню. Джо тем временем закончил распаковывать свой скромный чемоданчик.

– Может быть, вам нужна помощь? – спросила она.

– У меня с собой тренажеры для занятий с мистером Эф. Наверное, в гостиной будет не совсем удобно их разместить…

– Здесь есть спортивный зал на цокольном этаже. Он небольшой, но места для ваших тренажеров, я думаю, хватит.

– Мистер Эф предпочитает заниматься один…

Бриджит кивнула. За это она не могла его винить.

Она и сама предпочитала тренироваться в одиночестве. Но, видимо, в ближайшем обозримом будущем о регулярных тренировках ей придется забыть.

– Если я уберу отсюда беговую дорожку, вам хватит места? Стеллаж для книг тоже можно вынести.

Джо прищурился, словно прикидывая, как будет выглядеть комната без упомянутых ею предметов.

– Да. Думаю, тогда хватит.

– Замечательно. Я поручу это администратору.

– Не нужно. Мы с Лоу сами справимся.

– Хорошо. – Бриджит кивнула на сумку, по-прежнему стоявшую на сиденье каталки. – Это мистера Фауста?

– Да.

– Я могу отнести ее в его спальню, если хотите. Мне все равно еще надо забрать из ванной свою косметику.

– Спасибо. – Джо передал ей сумку и проговорил: – Насчет ванной, – наверное, нам с вами придется пользоваться той, что в коридоре?

Бриджит подавила стон. Ее личное пространство безнадежно нарушено. Но если ей и приходится делить с кем-то ванную, то лучше с приветливым Джо, чем с угрюмым Келленом.

Она через силу улыбнулась и усилием воли вернула себе хорошее настроение.

– А вы человек аккуратный?

– Могу быть таким, если потребуется.

– Потребуется, можете не сомневаться, – ответила она прохладно.

– Тогда обещаю, что постараюсь не забывать опускать сиденье на унитаз.

Бриджит рассмеялась, но ее смех тут же был прерван громким окриком из соседней комнаты:

– Вы двое не могли бы уже закончить болтовню? Поскольку я плачу вам жалованье, то знаю, что у вас есть чем еще заняться, кроме флирта.

Флирт! Бриджит почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо. Но не только от смущения. Келлен Фауст имел наглость обвинить ее во флирте! Как будто две минуты разговора с коллегой доказывают, что она бездельница. Подумать только, а она почти начала жалеть его, ведь он так сильно пострадал.

Джо скорчил гримасу.

– Извините! – крикнул он в ответ.

Бриджит кивнула, но была слишком зла, чтобы извиняться. Она понесла сумку в большую спальню. Пока Лоу и Джо перетаскивали беговую дорожку и стеллаж в кладовую, чтобы освободить место для физиотерапевтической оснастки, она поменяла простыни на постели, где предстояло спать Келлену. Потом собрала свои туалетные принадлежности из смежной ванной комнаты и повесила на крючки чистые полотенца. Удостоверившись, что все в полном порядке, она уже направилась было к выходу, но тут же поспешно вернулась.

– Зубная щетка! – пробормотала она. Открыла аптечку, собираясь найти нераспакованную щетку, и ее взгляд упал на бутылочку ибупрофена форте. Тут у нее в голове мелькнула мысль, которой она не могла противиться. Она вытащила из косметички контурный карандаш и, бегло нацарапав послание, улыбнулась своему отражению в зеркале.

* * *

Собравшись с духом для неприятного разговора, Бриджит вошла в гостиную.

Будь вежливой, профессиональной, но не сдавай своих принципов.

Но напрасно она приготовила зажигательную речь – Келлен крепко спал на кушетке. Он так и сидел на том же месте, только ногу положил на кофейный столик, подложив под ботинок одну из ее цветных подушечек. Спящий, он казался не таким грозным, но даже во сне кончики его губ были опущены вниз. Физическая немощь нисколько не отнимала у него мужской привлекательности. Келлен Фауст и впрямь был классически красив, с его рельефными скулами и квадратным подбородком. Даже его нынешнее болезненное состояние не умаляло этой красоты. А также еще достаточно свежа была его репутация ловеласа. Множество женщин наверняка и сейчас находят его мужественную наружность и внушительный банковский счет выгодным приобретением.

Голова Келлена запрокинулась назад и набок, так что, когда он проснется, у него наверняка будет болеть шея. Но Бриджит и не подумала разбудить его. Она тихо прошла мимо него на цыпочках, не желая нарываться на новые неприятности. И только в дверях рискнула оглянуться. Чем меньше она станет попадаться ему на глаза, тем лучше.

Келлен проснулся от звука закрывающейся двери. Он выпрямился на кушетке и покрутил головой. Кажется, спал совсем немного, но мышцу уже растянул. Он застонал. Еще одно больное место, над которым придется поработать Джо во время дневного сеанса. Если Келлен его не отменит. Может быть, снова решит пропустить. Какой в нем толк?

Келлен с трудом поднялся на ноги, опираясь всем весом на палку. Чертова штука! Он ненавидел пользоваться ею. Ненавидел то, что вынужден был это делать. Но более всего ненавидел то, что она олицетворяла. Палка свидетельствовала перед всем миром, что Келлен Фауст уже не тот, кем был раньше. Теперь он ни на что не пригоден, и его мать всегда считала его таковым. С самого его детства между ними никогда не было близости и понимания. Отец долго болел, а когда умер, они остались почти без денег. Мать сумела поправить положение и даже улучшила его, удачно выйдя замуж второй раз. Но сначала пришлось заложить все семейные ценности, чтобы как-то продержаться на плаву. Келлен, единственный наследник своего деда, был хорошо обеспечен. Но это лишь породило в матери чувство обиды, особенно когда он начал вести беззаботный образ жизни своего отца.

Келлен был доволен тем, что приехал на остров Хадли. Он намеревался найти здесь цель, смысл существования. Нечто, способное наполнить жизнь содержанием, если окажется, что все доктора, включая последнего, из Чарльстона, окажутся правы.

Здесь на острове коренились лучшие воспоминания его детства. Это место было его прибежищем и во время болезни отца, и после его смерти. Тогда как отношения с матерью всегда были шаткими, для деда Келлен оставался центром вселенной.

«Ты умный, способный, тебя ждет блестящее будущее, Келлен».

Что сказал бы дед, если бы мог увидеть Келлена сейчас? Не больная нога стала бы предметом обсуждения, а то, что Келлен сотворил со своей жизнью! Это никак не устроило бы дедушку. Дед верил в Келлена, оставил ему состояние и всю недвижимость. И курортный отель «Фауст-Хаус» был из нее не последним. Сейчас большая часть дедушкиного наследства была заложена и перезаложена и вскоре будет продана на аукционе, чтобы оплатить его долги, выросшие после несчастного случая. Но отель Келлен оставил в неприкосновенности.

«Я знаю, что ты хорошо позаботишься об отеле, потому что любишь его так же, как я».

Теперь чувство вины обволакивало Келлена, словно густой туман. Да уж, он так сильно любил это место, что не приезжал сюда лет двенадцать, а реконструкцию утверждал, не вдаваясь в проект. Слава богу, что Бриджит Райт хорошо справилась со своей работой. Все управляющие до нее вполне довольствовались прежним положением дел и лишь пожимали плечами, когда доходы падали. Она возродила старомодный отель к новой жизни, и благодаря ей прибыль от него стремительно росла.

Когда все устроится, Келлен обязательно воздаст ей должное.

– Вам что-нибудь нужно, мистер Эф? – спросил Джо, который с помощью Лоу затаскивал в комнату переносной массажный стол и скамью с гирями.

– Я хочу немного полежать.

Джо нахмурился.

– Думаете, это пойдет вам на пользу, мистер Эф? У вас после долгой дороги мышцы одеревенели, тем более что утром сеанс и так не состоялся.

Джо старался быть дипломатичным. В его формулировке утренний терапевтический сеанс был пропущен по недосмотру, но Келлен просто не захотел вставать с постели.

– Я собираюсь прилечь, – повторил Келлен и направился в спальню.

Джо пожал плечами, словно говоря: «Дело хозяйское».

Лоу кашлянул:

– Когда мы покончим с разгрузкой, я хотел бы съездить к своим, если пока не нужен вам.

Лоу работал на Келлена уже лет десять, в основном шофером, но иногда, когда гости на вечеринках делались неуправляемыми, принимал на себя и роль вышибалы. Но в последние месяцы надобность в подобных услугах отпала. Время вечеринок для Келлена прошло… Говоря по правде, оно и так слишком затянулось.

– Эта неприятность может пойти тебе на пользу, – так сказала его мать в то утро.

– Неприятность? Я все же не на пороге оступился.

Он кубарем покатился с ледяного склона горы, где проходила лыжная трасса.

– Ты понял, что я имела в виду. Тебе придется наконец повзрослеть, Келлен, и начать зарабатывать, а не только тратить, и обеспечить свое будущее. Лучше, если ты поймешь необходимость этого сейчас, пока еще никто не рассчитывает на твою поддержку.

– Я сказал бы, что ты вышла из положения вполне удачно, – ответил он.

Все эти годы ее второй муж был основной причиной трений между ними.

Мать поджала губы, и от этого морщин вокруг ее рта стало больше. Эти морщины сильно портили ее моложавое лицо. В шестьдесят два года Бесс Фауст-Макензи оставалась все еще привлекательной женщиной благодаря хорошей наследственности, завидному телосложению и умелым рукам косметических хирургов.

– Я сделала то, что было необходимо. А ты волен продувать и дальше остатки дедушкиного наследства, и мне даже странно, что ты держишься за эту гостиницу. Это первоклассная недвижимость, даже по нынешним ценам, деньги за нее обеспечили бы тебе комфортное существование.

Сейчас, преодолевая расстояние до спальни, Келлен вспомнил эти прощальные слова матери. Во многом она была права, но отель он никогда не продаст.

– Босс?

Он остановился и оглянулся через плечо, вспомнив, что так и не ответил Лоу.

– Хорошо. Только оставьте номер своего домашнего телефона.

– Конечно, – весело отсалютовал Лоу.

Вот кто неизменно пребывал в бодром настроении. Как и Джо. Келлен и сам раньше был таким. Он так же тосковал по своей прежней жизнерадостности, как по способности быстро и самостоятельно передвигаться.

– А мисс Райт… она уже забрала свои вещи? – спросил он.

На этот раз ему ответил Джо:

– Да, Бриджит перенесла свою одежду в запасную спальню, а туалетные принадлежности в гостевую ванную.

Джо с ней уже накоротке. Гм… Непонятно почему, но ему не понравилась такая фамильярность.

– Когда я последний раз ее видел, она разговаривала по телефону в своем офисе. – Лоу хмыкнул. – Похоже, у них возникла какая-то путаница с доставкой, и она пыталась все выяснить.

Серьезная, деловая, ответственная.

Мисс Райт, как видно, присущи все эти качества: она умна, организованна… Келлен также, к своему удивлению, находил ее привлекательной. Но она совсем не походила на женщин, которые обычно ему нравились, – шикарных, чья красота была результатом множества усилий, начиная с тщательно выровненных зубов и нарощенных волос до увеличенной груди. Красота Бриджит была сдержанной. Насколько он успел заметить, она не красилась, хотя ее темные ресницы и не нуждались особенно в помощи, чтобы оттенить синие глаза. А волосы у нее были черные как уголь.

Как бы она выглядела с уложенными волосами, с макияжем, придавшим бы ей большей выразительности, в вечернем облегающем платье?

А какая тебе к черту разница?

Она – служащая. Такая же, как Лоу, Джо.

Хромая, Келлен вошел в спальню, которая во времена его детства была дедушкиной. Так же, как вестибюль и остальные помещения, она была кардинально переделана. Теперь она казалась яркой, свежей, уютной. И новая партия вазочек с ракушками на комоде. На кровати из-под стеганого шелкового одеяла виднелись явно свежие простыни с отглаженными складками. Бриджит перестелила для него постель.

Келлен провел пальцами по наволочке. Он будет спать в ее постели.

А она будет спать в соседней комнате.

Ему предстоит многому научиться у мисс Райт, если он рассчитывает управлять отелем так же эффективно, как это делает она.

Именно таков был его план. Келлен пришел к нему, лежа в клинике, когда особенно ясно ощутил никчемность своей жизни. Довольно увиливать от ответственности. На следующей неделе он записан к хирургу-ортопеду в Чарльстоне. И надеялся услышать более оптимистичный прогноз, чем тот, который сделали ему шесть предыдущих ортопедов.

Словно в ответ на его мысли, ногу нещадно свело спазмом. Он прислонился к дверному косяку ванной, поднял взгляд и увидел надпись. Крупными буквами, прямо на зеркале, и стрелка вниз. Она указывала на полку, где стояла бутылочка с болеутоляющим, продающимся в аптеках без рецепта.

Келлен прочитал вслух:

– «Не вызывает привыкания. Примите две таблетки, а благодарность потом».

Он посмотрел на свое отражение, и странный звук отразился от облицованных черепицей стен ванной. Запавшие глаза и ввалившиеся щеки уже давно не вызывали удивления. Но настоящим потрясением было увидеть на своих губах улыбку. А странный звук? Неужели это был смех?

Глава 3

Пару часов спустя, когда Бриджит на кухне отеля помогала шеф-повару с обедом, вращающаяся дверь повернулась, и в ней возник ее нежданный гость. Шерри Крофтон оторвала взгляд от кипевшей на плите кастрюльки с соусом.

– Простите, но посторонним сюда нельзя, – проговорила она вежливо, но твердо.

Кухня была заповедной территорией Шерри. Она никогда не церемонилась с теми, кто нарушал ее личное пространство. Кулинаром она была первоклассным, с двадцатилетним опытом работы шеф-поваром на самых изысканных кухнях Восточного побережья. Бриджит считала большой своей удачей, что сумела зазвать к себе Шерри в маленький отель, спрятанный на таком же маленьком островке, еще до того, как отель успел завоевать свою репутацию.

Келлен изумленно вскинул брови. Бриджит решила, что он не привык, чтобы ему указывали, куда можно и куда нельзя входить, особенно в его собственных владениях. Стремясь предотвратить конфликт, Бриджит отложила окорочный нож и вытерла руки о фартук, который надела, чтобы не запачкать одежду.

– Я думаю, мы можем сделать исключение для этого гостя, потому что именно он платит нам жалованье.

– Мистер Фауст? – недоверчиво пробормотала шеф-повар. Она скользнула взглядом по его ноге, по палке. – Я вас и не узнала. Выглядите вы…

Шерри славилась своими оригинальными рецептами, но отнюдь не тактом.

– Мистер Фауст, это Шерри Крофтон, наш главный повар. Вы пришли как раз в момент приготовления обеда. Она в данный момент готовит свой фирменный жареный сибас в сливочном соусе, приправленный зеленью.

– Звучит великолепно. – Келлен поприветствовал коротким кивком, но глаза его остановились на Бриджит, он прищурился. – Почему на вас фартук?

– Помощник повара опаздывает сегодня из-за шторма. Он живет на материке. И я помогаю с готовкой.

– И часто вы так… помогаете?

Бриджит показалось, что им движет не просто праздное любопытство, и она решила ответить откровенно. Кроме того, ей захотелось, чтобы он знал: при необходимости она способна выйти и за пределы своих обязанностей.

– Не могу сказать, что часто, но я выполняю разную работу по отелю, для которой требуется лишняя пара рук.

Бриджит заодно меняла постели, выбивала матрасы, чистила трубы, то есть не гнушалась и черновой работы. Она не считала, что какое-либо занятие ниже ее достоинства, несмотря на то что штат отеля был у нее в подчинении. Очевидно, ее предшественники думали иначе, поэтому им часто приходилось искать новых работников.

Келлен потер подбородок.

– Понимаю…

Она распрямила плечи:

– Вы что-то хотели?

– Хотел? Нет. Я просто… осматриваюсь. Я не приезжал в отель уже несколько лет. Здесь многое изменилось.

И снова по его тону Бриджит не могла угадать, нравятся ему эти перемены или же он тоскует по прошлому.

Его дед владел отелем с конца пятидесятых, и это объясняло, почему время в отеле словно остановилось. Ни один из прежних администраторов не стремился к преобразованиям. Должно быть, они так же равнодушно относились к этому месту, как и их наниматель. Бриджит постоянно получала комплименты от новых гостей и тех, кто приезжал сюда повторно, и знала, что новый интерьер и новое обустройство территории произвели настоящую сенсацию.

Что касается преобразований, Келлен тоже претерпел некоторую перемену. Его темные волосы были влажными, словно он недавно принял душ. Он гладко зачесал их назад, но все-таки несколько завитков падали на лоб, что придавало его облику лихости. Лицо было свежевыбрито, темные тени исчезли с угловатых скул. Но ее внимание привлекло вовсе не отсутствие щетины, а отсутствие раздраженной гримасы.

– Я вижу, вы все-таки решились попробовать болеутоляющее.

На его губах промелькнула слабая тень улыбки.

– Почему вы так думаете?

– Ну, во-первых, вы больше не скрипите зубами.

– И?..

– И выглядите… более отдохнувшим.

И еще красивым. Он оставался таким, пусть и потерял прежнюю форму. Еще Келлен переоделся, сменил спортивный костюм, в котором приехал в отель, на свежую рубашку и бежевые брюки. Резная деревянная трость в правой руке только добавляла ему утонченности.

– Мне удалось немного поспать.

– И сделать ваши упражнения? – Джо, кажется, упоминал о них.

– Нет. Как-то не было настроения снова терпеть боль. Вы не смотрите, что Джо выглядит этаким невинным младенцем. Он способен быть безжалостным.

Его попытка пошутить ее приятно удивила. Бриджит решила тоже ответить шуткой.

– Думаю, вы за это ему еще и приплачиваете. Но без мученья нет леченья.

Его лицо помрачнело, и он посмотрел в сторону, впрочем, уже спустя секунду снова заговорил:

– Плиты тоже, я вижу, новые?

– Да. Их поменяли еще позапрошлым летом. Плиты и газовые горелки – все новое.

Он огляделся и кивнул. О делах было говорить намного легче, чем обмениваться шутками, и Бриджит снова продолжила рассказ:

– Холодильная камера после маленького ремонта работает как новая. Все ваши затраты уже почти окупились. Мы включили в стоимость номера расходы на питание, и это оказалось очень выгодно. Таланты Шерри привлекают к нам и простых туристов. Сам мэр дважды в месяц как минимум приезжает по воскресеньям в отель обедать.

– Великолепно, – кивнул Келлен, но ей показалось, что он почти не слушает ее.

Ну конечно, ведь она ежемесячно посылала ему подробные отчеты. Хотелось думать, что он их читал.

– Может быть, вы проголодались? Обед будет только через час, но если хотите…

– Меня это устраивает. Джо приготовил мне омлет. – Келлен улыбнулся ей почти смущенно. – Мы позаимствовали у вас яйца. – Он кашлянул. – И хлеб тоже.

– А… – Бриджит даже не сразу поняла, что испытывает, услышав, что посторонний человек рылся в ее шкафах. – Жаль, что у меня так мало припасов в холодильнике и буфете. Шерри такая превосходная кулинарка, что я питаюсь почти исключительно здесь, на кухне.

– Ты хотела сказать, в офисе. Эта девушка – настоящая рабочая лошадка, – заявила Шерри, обращаясь к Келлену.

Бриджит принужденно улыбнулась.

– Завтра утром обещают ясную погоду, и мы с Шерри поедем на материк за продуктами. Обычно мы закупаемся по первым и третьим пятницам каждого месяца. Если вы дадите мне перечень того, что вам необходимо, я с радостью куплю.

– Я скажу, чтобы Джо составил список. Но если вы что-нибудь не достанете, не беспокойтесь. – Губы Келлена изогнулись в улыбке. – Он любит готовить коктейли из пырея и всякие такие прочие… оздоровительные болтушки.

– Тело – это храм? – подсказала она.

Келлен фыркнул.

– Мое больше похоже на руины. Но вообще – да, он придерживается такой философии.

Келлен отвел взгляд, и его лицо снова приняло угрюмый вид. Едва ли их шутливая беседа вызвала в нем раздражение. Бриджит проследила за его взглядом, который он устремил на дальнюю стену кухни. Единственное, что там было, – большой календарь Шерри, на котором она зачеркивала минувшие даты крестиками.

– Что-то не так? – спросила Бриджит.

Он покачал головой, и, не говоря больше ни слова, повернулся, и, сильно хромая, вышел из кухни.

– А он – само дружелюбие, – насмешливо хмыкнула Шерри.

Бриджит вернулась к разделочному столу и снова взялась за нож.

– Давай просто постараемся пореже попадаться ему на глаза. Лето кончится, и не успеем мы оглянуться, как он уедет отсюда.

По крайней мере, она позволяла себе на это надеяться…

Заглянув в календарь, Келлен расстроился. Он вдруг отчетливо понял, что прошло уже четыре месяца с тех пор, как приключившееся с ним несчастье выбило у него почву из-под ног. Лекарство, которое оставила для него Бриджит, притупило физическую боль, но не душевную.

Он решил, что почувствует себя лучше, если посидит на террасе и понаблюдает за волнами. В детстве океан всегда действовал на него успокаивающе.

Гости слонялись по вестибюлю, томясь от безделья в такой промозглый унылый день. В библиотеке две нарядные дамы читали книги, сидя в песочного цвета креслах с подголовниками. Группа студентов вокруг кофейного столика благопристойно играла в покер.

Келлен помнил, как сам в детские годы играл в карты в этой самой комнате, в кункен, с дедушкой или с Германом, старым садовником. Келлену редко удавалось выиграть. В таких случаях он подозревал, что дедушка ему поддался. Вспоминая это сейчас, он грустно улыбнулся.

Ему очень не хватало старика. После смерти отца мать была слишком занята поисками нового мужа, чтобы уделять сыну много внимания. Потом она вышла замуж вторично, и они почти перестали общаться.

В последний приезд Келлена на остров, когда они с дедушкой сидели в этой самой комнате, Хейден сказал ему:

– Я не оправдываю то, как твоя мать ведет себя с тобой после нового замужества. Но постарайся взглянуть на вещи ее глазами.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он.

– Ты очень похож на своего отца.

– Ты так говоришь, словно в этом есть что-то плохое! – засмеялся Келлен, потому что не знал, как реагировать.

Но дед даже не улыбнулся, он положил загрубевшую руку на плечо Келлену.

– Я очень любил сына, но не закрывал глаза на его недостатки. В течение последних лет он не всегда удачно делал выбор, и твоей матери потом пришлось за это расплачиваться.

– О чем ты говоришь, дедушка?

– Постарайся всегда делать в своей жизни правильный выбор. Тогда я смогу гордиться тобой, Келлен.

И эту последнюю просьбу Келлен все же не исполнил.

– Мистер Эф? – В дверях показалась голова Джо.

Келлен не спал, но не открыл глаза и притворился спящим. Вот уже два часа он лежал на кровати в спальне и обдумывал свой план «Б». Этот план вряд ли понравится Бриджит Райт, когда он сообщит ей о нем.

Дедушка оставил Келлену отель в надежде, что внук сам станет управлять им, а не просто подписывать чеки и давать добро на реконструкцию.

Пришла пора сделать правильный выбор, о котором говорил старик.

– Босс? – снова окликнул его Джо.

Келлен продолжал, не открывая глаз, дышать ровно и глубоко, в ожидании, что Джо уйдет. Ему не хотелось сейчас ни с кем разговаривать.

– Он, видимо, спит очень крепко, – услышал Келлен слова Джо, обращенные к Бриджит. – Просто зай дите и возьмите то, что вам надо.

– Не хочу его беспокоить. – Это был голос Бриджит, он прозвучал нерешительно.

Келлен лежал поверх одеяла в одних только черных нейлоновых трусах. Прежде Келлен никогда не стеснялся оголять торс, но сейчас он был лишь бледной тенью физически совершенного мужчины, каким некогда являлся. Но все же пускай она лучше любуется на его торс, а не на поврежденную ногу, всю в паутине уродливых шрамов.

– Наверное, я лучше потом зайду, – проговорил голос Бриджит.

– Предпочитаете общаться с ним бодрствующим? – шутливо спросил Джо.

Бриджит хихикнула.

– Это вы точно подметили, – сказала она. – Ладно, я зайду. На цыпочках, чтобы не разбудить.

– Я знаю, что вы очень постараетесь, – на этот раз хмыкнул Джо. – Я пойду готовить смузи из пырея, а вы на обратном пути загляните на кухню. Я и для вас приготовлю.

Прозвучали шаги. Джо уходит? Где же Бриджит? Келлен навострил слух, пытаясь уловить скрип половиц или шуршание ткани. Внезапно он услышал, как на противоположном конце комнаты скрипнула дверь. Он рискнул приподнять веки. В комнате из-за задернутых штор было полутемно. Вечер еще не наступил, но из-за низкой облачности казалось, что уже смеркается. Бриджит стояла у стенного шкафа под лампой. Он наблюдал, как она, привстав на цыпочки, достает с верхней полки корзину, и разглядывал ее профиль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.