Григорий Поздняков
Учитель

Эту невероятную историю мне рассказал дед Роман, а ему в свою очередь сказывал его отец. Насколько она правдива, судить вам уважаемый читатель, но быть может она дошла до меня слишком в искаженном виде, я этого не знаю.

В девятнадцатом веке село Старая Ивановка было весьма населенным пунктом в Саратовской губернии. Более двухсот дворов расположились на равнине. Добротно ухоженные сады, аккуратно прополотые грядки и красивые цветники в палисаднике. Руководил в то время селом управляющий графа Шереметьева господин Красильников, который посещал свои владения как минимум раз в месяц. Он важно объезжал село в своей коляске, запряженной двумя гнедыми. Потом останавливался в центре села на площади и общался с жителями деревни. Крестьяне медленно стекались на общение с управляющим. Они ведали ему свои беды и нужды, а он, в свою очередь, им многообещающе, кивал головой и записывал самые важные проблемы в свою толстую книгу, хорошо отточенным гусиным пером.

– А, куда подевался дед Ефим? Я что то давно его не видел. Чай, не помер ли? – интересующим тоном спросил управляющий.

Жители переглянулись между собой. И в толпе раздалось тихое пошушукивание.

– Ну, что молчите, куда он делся то? – снова переспросил управляющий,– тебя спрашиваю, Никитка?

Никита стоял в первых рядах, поэтому вопрос достался ему.

– Боюсь я сказать, батюшка, потому что дед Ефим власть имеет большую.

Управляющий отложил книгу, и рассмеялся.

– Какую такую власть? Неужто в колдунов веришь?

– Веришь, не веришь, а демоны к нему по ночам ходили, – сквозь зубы процедил Никита.

– А ты чей демонов боишься или меня? А вот возьму да и отберу у тебя пол удела земли, тогда будешь знать, кого бояться в этом грешном мире.

Никитка жалобно залепетал:

– Да за что, батюшка, гневаешься? У меня семья, детей четверо по лавкам, не лишай семейной житницы, родимый.

– Тогда отвечай на мой вопрос. Где Ефим?

Никита стал переминаться с ноги на ногу и тихо сказал:

– В леса он ушел, избу там сколотил и готовится на покой. И говорят, что учеников себе ищет, чтобы учение свое передать, общение с нечистой силой, приемнику перед смертью все скинуть. Управляющий Красильников призадумался и внимательно посмотрел на Никиту и сказал:

– В какие леса он ушел?

– Его наши охотники встречали у татарской равнины, не далеко от Мостернских лесов.

– В Мостерне, значит, окопался. Да там же кругом болота, где же там жить – то.

– А вот этого не знаю, батюшка.

– Да… – призадумавшись, протянул Красильников,– а что, дед Ефим и вправду знаниями тайными обладает. Ведь он в наших краях как два года живет, наверняка знаете.

Сельчане оживились и стали наперебой выкрикивать всякие нелепости. Кто то кричал, что он с мертвецами общается, а кто говорил что в зверье может превращаться и с самим дьяволом он частенько беседы ведет и что тот к нему в гости захаживает.

– Ладно, тихо! Хватит ерунду то перебирать! Кто знает, где отыскать нашего беженца? – громко и уверенно закончил управляющий.

– А зачем вам? Неужто из семьи кто захворал, – раздался громкий голос охотника Степана.

– Нет, слава богу! Здоровьем всевышний никого не обделил. Да вот, ко мне на отдых сын из Санкт-Петербурга приехал и просит меня с настоящим колдуном познакомить.

– А, ну тогда и я могу вас проводить к деду Ефиму. Когда в путь отправимся? – продолжил охотник Степан.

– Ну, можно хоть и завтра утром.

– Только знай батюшка, что путь в Мостернские леса не близкий и болотистый. Я туда иной раз на кабана хожу и краем глаза видел сторожку деда Ефима, – уверенно произнес Степан.

– Ну, на том и решим, я завтра своего сына пришлю.

Управляющий договорился с охотником о времени встречи.

Сын управляющего Красильникова был юноша двадцати лет от роду. Обучался он в Санкт-Петербурге в университете, на факультете литературоведения. Звали его Никодим Григорьевич Красильников. Больше всего Никодима интересовал народный фольклор. Он с большим удовольствием посещал лекции профессора Зелинского, автора знаменитой книги «Русский народ». Никодим с усердием изучал труды теософского общества, которое в то время было вдохновлялось трудами Елены Петровны Блаватской. Хотя Никодим не очень то понимал ее «Тайную доктрину» и считал, что данный труд слишком надуман и запутан. Но в то время было очень модным состоять в таких тайных обществах. И когда студент узнал от отца о деревенском колдуне, который живет в деревне Ивановка, то стал донимать его, чтобы тот немедленно с ним познакомил. Григорий Красильников был уважаемый в губернии чиновник, и истинно православный муж. Он, как мог, отговаривал своего отпрыска от занятия сына бесовскими делами, но Никодим ни когда не слушал отца и считал его взгляды слишком консервативными. Ему больше интересовала теория Лидбитера об астральных и ментальных мирах, чем библейская доктрина о граде небесном, и адских мучениях человеческой души. Он по нескольку раз перечитывал произведения Кражановской-Ротчестер, а роман «Адские чары» он мог даже цитировать наизусть.

Внешне Никодим был похож на типичного столичного студента. Худощавое лицо с бледным и болезненным выражением, жидкие, узкие усики, которые некоим образом не шли ему, и гладко зачесанные волосы, намазанные бриолином на прямой пробор, худые и длинные пальцы, которые были всегда испачканы чернилами от бесконечного конспектирования лекций. Никодиму хотелось выглядеть старше своего возраста.

– Ну вот, завтра утром ты отправишься с охотником Степаном к нашему колдуну,– с большим великодушием произнес Григорий Красильников по приезду в усадьбу сыну Никодиму.

Студент вскочил со стула и сказал:

– Премного, вам батюшка, благодарен за такую любезность с вашей стороны.

– Не стоит, только дорога к этому колдуну будет у тебя завтра не близкой.

– А что так? – заинтересованно спросил Никодим.

– Он из деревни ушел и живет в Мостернских лесах. Туды часа три ходьбы по болотным топям. Поэтому возьми с собой сапоги, а то весь сырой будешь.

– Это не проблема, но я бы хотел пожить у этого деда Ефима дня два.

– Ну, это может быть сложно, – вдумчиво произнес отец.

– Почему?

– А вдруг с тобой что то случится, мне твоя мать этого не простит, ты же знаешь ее характер, она будет против.

– Отец, ну ты же знаешь, что матушка ничего не узнает, тем более она гостит у тети Полины в Саратове. Да и что со мной может случиться. Я хочу сделать для себя кое – какие заметки из жизни не ординарного человека, вот и все.

– И все?– переспросил отец.

– Узнать быт жителей Саратовской губернии. Ты знаешь, как в Санкт-Петербурге называют наши края?

– Нет, откуда же мне знать, – удивленно сказал отец.

– Ее кличут «Саратовская глушь»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.