Фиона Харпер
Две недели в Венеции

Taming Her Italian Boss

© 2014 by Fiona Harper

«Две недели в Венеции»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке,

ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

Глава 1

– Мисс, вы хотите, чтобы я дала вам работу?

Сидящая за столом женщина окинула скептическим взглядом вельветовую куртку Руби, мини-юбку, яркие легинсы и холщовые туфли почти того же фиолетового оттенка, что и отдельные пряди коротких волос девушки.

– Да, – ответила Руби.

– Гмм, – произнесла владелица агентства.

Руби не могла не обратить внимание на ее черный костюм безупречного покроя и аккуратную прическу. Талию Бенсон из лондонского «Бенсон эйдженси», в отличие от нее, явно стригла не соседка по комнате.

– Значит, это Лейла Баббингтон посоветовала вам прийти сюда?

Руби снова кивнула. Лейла была ее лучшей подругой в школе-интернате. Узнав, что Руби срочно нуждается в работе, она посоветовала ей обратиться в это престижное агентство по подбору нянь.

– Не позволяй Талии себя одурачить, – напутствовала ее Лейла. – Она выглядит суровой, но на самом деле она добрейшей души человек. Ей нравятся энергичные сообразительные люди. Уверена, вы поладите.

Сейчас, когда Талия Бенсон рассматривала ее так, как ученый рассматривает букашку через лупу, Руби сильно в этом сомневалась.

– Как жаль, что она уволилась и вышла замуж за баронета, на которого работала, – пробормотала миссис Бенсон. – Я потеряла одну из лучших своих работниц и очень выгодный контракт.

Она мельком посмотрела на Руби, словно осознала, что произнесла это вслух. Руби никак не отреагировала на ее оплошность. Ей нет никакого дела до того, что богатая и знаменитая владелица агентства думает о своих сотрудниках и клиентах. Она просто хочет как можно скорее найти работу за пределами Лондона.

– Итак, – протянула миссис Бенсон, поправив стопку бланков, лежащих перед ней на столе, – какова степень вашей подготовленности?

Руби глубоко вдохнула, чтобы сохранить спокойствие.

– Ну, я всегда умела находить общий язык с детьми. Я практичная, добросовестная, старательная, ко всему подхожу творчески и…

Талия Бенсон подняла руку, заставив Руби замолчать:

– Я имею в виду вашу профессиональную квалификацию. У вас есть педагогическое образование? Вам знаком метод Монтессори?

Руби собиралась говорить как можно дольше и не ожидала, что ее так рано перебьют. Это был плохой знак. Сделав еще один глубокий вдох, она уклончиво ответила:

– Не совсем.

Собеседница пронзила ее ледяным взглядом:

– Профессиональная квалификация либо есть, либо ее нет. Третьего не дано.

Руби сглотнула.

– У меня нет педагогического образования, зато отсутствие у меня диплома компенсируется организованностью, мобильностью и здравомыслием. Кроме того, я с детства много путешествую. В мире осталось немного мест, где бы я не побывала. Я свободно говорю на четырех языках: французском, испанском, итальянском и немного на малагасийском.

Миссис Бенсон слегка наклонила голову и посмотрела на Руби с недоверием:

– Вы бывали на Мадагаскаре?

– Когда я была ребенком, мы с родителями прожили там три года.

Глаза Талии Бенсон сузились.

– Inona voavoa? – внезапно произнесла она, удивив Руби.

– Tsara be, – машинально ответила девушка.

Глаза Бенсон расширились, и впервые с того момента, как Руби вошла в ее кабинет, в них промелькнул интерес. Взяв из стопки бланк, она принялась его заполнять.

– Вас зовут Руби Лонг, не так ли?

– Лэнг, – поправила ее Руби. – Моя фамилия пишется через «э».

Бенсон подняла на нее глаза:

– Как у Патрика Лэнга?

Руби кивнула:

– Именно так.

Обычно она не упоминала о своем родстве с известным британским путешественником, чьи документальные фильмы о природе пользовались большой популярностью у телезрителей и принесли ему не одну телевизионную награду, но интерес в глазах Талии Бенсон заставил ее пренебречь этим правилом. Кроме того, ей очень хотелось покинуть страну к тому моменту, когда ее отец вернется в Лондон с островов Кука.

– Он мой отец, – добавила Руби.

Миссис Бенсон положила ручку:

– Мисс Лэнг, обычно я не беру на работу нянь без квалификации, но вам я могу предложить поработать у меня в офисе до конца лета. Наша практикантка только что отправилась в длительный турпоход.

Руби сдержала вздох разочарования. В который раз ее, реальную личность, не увидели за именем ее популярного, всеми любимого отца.

– Это очень великодушно с вашей стороны, миссис Бенсон, но мне не нужна офисная работа.

Талия кивнула, но Руби знала, что она не приняла ее всерьез. Должно быть, миссис Бенсон подумывала о том, как использовать ее для привлечения клиентов. Возможно, уже планировала пригласить на очередной корпоратив Патрика Лэнга.

Руби все это было не по душе. Ей много раз предлагали работу, где она, пользуясь отцовским положением, могла бы получать большие деньги, прилагая минимум усилий, но она всегда отклоняла подобные предложения. Ей всего лишь хотелось, чтобы люди видели ее потенциал, чтобы им была нужна она сама, а не ее родственные связи. К сожалению, Талия Бенсон тоже не разглядела ее индивидуальность. Поднявшись, она открыла дверь кабинета и с вежливой улыбкой сказала Руби:

– Прошу вас, посидите в приемной, а я пока посмотрю, что можно для вас сделать.

Кивнув, Руби улыбнулась в ответ и поднялась со стула. Она даст Талии Бенсон пятнадцать минут. Если та не сможет ей предложить ничего существенного, она отсюда уйдет. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить впустую ее драгоценные минуты. «Вперед и вверх» – вот ее девиз.

Интерьер приемной был выдержан в серо-фиолетовой гамме. Мебель была дорогой и элегантной. Единственным указанием на то, что деятельность фирмы была связана с детьми, был стакан с цветными карандашами и бумага для рисования на низком кофейном столике между двумя секционными диванами. Когда дверь кабинета Талии закрылась, Руби пожала плечами и взяла красный карандаш и лист бумаги. Через пять минут карикатура на Талию Бенсон была готова. На ней хозяйка агентства, одетая как Ловец Детей из известного фильма, запирала в клетке испуганного мальчика.

С каждой минутой Руби все больше убеждалась в том, что зря теряет время. Когда она решала, следует ей перед уходом сложить рисунок и засунуть себе в карман или оставить на столике в качестве предупреждения для клиентов, входная дверь распахнулась, и в помещение ворвался высокий мужчина и прямиком направился в кабинет миссис Бенсон. Он вел за руку маленькую девочку, которая громко плакала, широко разинув рот и зажмурив глаза.

Подбежавшая к нему секретарша сказала, что ему следует сначала записаться на прием к миссис Бенсон, но он это проигнорировал. Положив рисунок на столик, Руби с интересом наблюдала за ним.

– Мне нужно немедленно поговорить с вашим руководством, – решительно заявил он.

Улыбнувшись про себя, Руби решила задержаться до тех пор, пока не узнает, чем все закончится.

– Мистер… э-э… позвольте мне сначала посмотреть, на месте ли миссис Бенсон.

Мужчина наконец удостоил секретаршу внимания. Девочка на мгновение перестала плакать и посмотрела на Руби. Затем она снова начала рыдать, но на этот раз для того, чтобы привлечь к себе внимание.

– Мистер Мартин, – представился он секретарше и продолжил идти. При этом он то ли специально отпустил девочку, то ли ее ладошка выскользнула из его руки.

Секретарша проводила его до двери и успела в нее постучать за секунду до того, как он дернул за ручку. Едва она успела назвать имя посетителя, как мужчина вошел в кабинет и захлопнул за собой дверь.

Как только он скрылся из вида, девочка перестала плакать, шмыгнула носом и уставилась на Руби. Та улыбнулась и протянула ей желтый карандаш.

Макс посмотрел на женщину, сидящую за столом. Она уставилась на него, приоткрыв рот.

– Мне нужна одна из ваших мобильных нянь, и как можно скорее.

Хозяйка агентства закрыла рот и окинула одобрительным взглядом его костюм безупречного покроя и ботинки ручной работы.

– Разумеется, мистер Мартин, – улыбнулась она. – Я вам обязательно кого-нибудь найду. Вам только нужно будет ответить на несколько моих вопросов. – Она принялась листать лежащий на столе журнал с записями. – Как насчет четверга, мистер Мартин? – спросила она, снова подняв на него глаза.

Макс думал, что ясно выразился. Что непонятного в «как можно скорее»?

– Мне нужна няня сегодня.

– Сегодня? – ошеломленно произнесла миссис Бенсон, посмотрев на часы на стене. Они показывали полчетвертого.

День начался вполне нормально, но в одиннадцатом часу к нему в офис заявилась его сестра и перевернула его привычный распорядок с ног на голову. Такова была особенность всех женщин в его семье.

– Желательно в ближайшие полчаса, – добавил он. – В пять часов мне нужно быть в аэропорту.

– На какой срок вам нужна няня? Какой степенью квалификации она должна обладать? Сколько лет ребенку?

Проигнорировав ее вопросы, Макс достал из кармана пиджака сложенную вчетверо компьютерную распечатку. Нет смысла тратить время на детали, если эта женщина не способна ему помочь.

– Я пришел к вам, потому что на вашем сайте говорится, что вы оказываете быструю квалифицированную помощь – предоставляете нянь, «которые могут сопровождать вашего ребенка в любую точку земного шара», – прочитал он. – Я хочу знать, правда это или нет.

Выпрямившись в своем кресле, женщина посмотрела ему в глаза:

– Послушайте, мистер Мартин, я не знаю, что, по вашему мнению, представляет собой мое агентство, но…

Макс поднял руку, и она резко замолчала. Ему не хотелось быть грубым, но он не смог сдержаться.

– Я слышал, что у вас лучшее агентство по подбору нянь в Лондоне. Именно поэтому я в случае крайней необходимости пришел именно к вам. У вас есть кто-нибудь? Если нет, я больше не стану отнимать у вас драгоценное время.

Миссис Бенсон поджала губы, но выражение ее лица смягчилось.

– Я могу вам помочь, – вздохнула она.

Макс слегка расслабился, поняв, что она увидела в нем состоятельного клиента и готова вывернуться наизнанку, чтобы выполнить его требование.

– По крайней мере, скажите, у вас мальчик или девочка и сколько ему или ей лет.

Макс пожал плечами.

– Девочка, – ответил он. – Моя племянница. В школу она еще не ходит. Сколько конкретно ей лет, я не знаю. Почему бы вам самой на нее не взглянуть?

Глаза женщины чуть не вылезли из орбит.

– Она здесь?

Макс кивнул.

– Вы оставили ее снаружи одну?

Макс нахмурился. До него только сейчас дошло, что София осталась одна в приемной. Он не способен позаботиться о маленьком ребенке. Именно поэтому он и пришел сюда за помощью.

Поднявшись из-за стола, миссис Бенсон вышла из кабинета в приемную. Макс последовал за ней.

София сидела на диване и, высунув кончик языка, старательно водила карандашом по бумаге. Макс только сейчас обратил внимание на то, что ее плач, похожий на завывание сирены, прекратился.

– Вот. Раскрась цветочек фиолетовым, – сказала молодая женщина, сидящая на корточках рядом с Софией.

Девочка, вместо того чтобы закапризничать, послушно взяла у нее карандаш и продолжила рисовать.

Через несколько секунд они обе заметили Макса и миссис Бенсон, вышедших из кабинета, перестали рисовать и с любопытством уставились на них.

Макс обратился к хозяйке агентства:

– Мне нужна она. – Он кивком указал на молодую женщину со странной прической. Отдельные пряди ее волос были фиолетовыми.

Миссис Бенсон издала нервный смешок:

– Простите, но она здесь не работает.

Макс поднял брови.

– Пока не работает, – поспешно добавила она. – Но уверена, вам лучше подойдет одна из других наших нянь, которая…

Повернувшись, он посмотрел на девочку и странную молодую женщину, похожую на пикси[1]. Впервые с того момента, как София оказалась у него в офисе, она не плакала и вела себя как нормальный ребенок.

– Нет, мне нужна она.

Внутреннее чутье подсказывало ему, что он не ошибся в своем выборе.

– Что вы на это скажете? – прямо спросил Макс девушку.

Положив листок, на котором была нарисована розовая роза, она, бросив взгляд на владелицу агентства, ответила:

– Она права. Я здесь не работаю.

– Мне все равно, – сказал он ей. – Главное, что вы обладаете всеми навыками, необходимыми для няни. Мне нужны именно вы.

Девушка пристально уставилась на него, словно пытаясь понять, шутит он или нет. Обычно в таких случаях люди соглашались не раздумывая.

– Что, если эта работа не то, что мне нужно? – спросила она. – Мне не следует принимать предложение, не узнав всех условий.

Макс посмотрел на часы.

– Хорошо, – устало произнес он. – Мы все обсудим в машине. Но поторопитесь! Нам нужно успеть на самолет.

С этими словами он направился к выходу, даже не попрощавшись с хозяйкой агентства, которая уставилась ему вслед с разинутым ртом.

Глава 2

Положив карандаш, Руби подхватила на руки малышку, спустилась вниз по лестнице и выбежала на улицу, залитую ярким светом майского солнца. Оглядевшись по сторонам, она увидела своего работодателя, направляющегося к черному лимузину, припаркованному на двойной желтой полосе, и последовала за ним. Ее возмущению не было предела. Этот человек так куда-то торопится, что забыл про своего ребенка. Руби посмотрела на девочку, которая с любопытством разглядывала красный двухэтажный автобус. Возможно, она еще не понимает, что не слишком нужна своему отцу, но, став старше, непременно это поймет. Ни один ребенок не заслуживает подобного отношения к себе.

Подойдя к мужчине, она протянула ему малышку и произнесла ледяным тоном:

– Кажется, вы кое-что забыли.

Не будь она так возмущена, она бы посмеялась над недоуменным выражением его лица. Он взял у нее малышку, стараясь не прижимать ее слишком сильно к груди.

Руби подбоченилась и, подняв брови, посмотрела на мужчину. От необходимости отвечать его спас громкий плач.

– Возьмите ее назад! – сказал мужчина. – Вы единственная, кто может заставить ее замолчать.

Руби убрала руки с боков и сложила их на груди.

– Полагаю, у нее есть имя.

Мужчина снова предложил ей взять ребенка, но она сделала шаг назад. Тогда он принялся поглаживать малышку по спине, но та еще громче заплакала. На его лице промелькнула паника, и он перестал выглядеть как хозяин Вселенной. Было видно, что воспитание детей совсем не его стихия.

– София, – сказал он, встретившись взглядом с Руби. – Ее зовут София.

Руби мило ему улыбнулась, протянула руки и забрала у него малышку, которая тут же перестала плакать. Она еще не знала, стоило ей с ним ехать или нет, но ее единственной альтернативой было работать на своего отца. Тот пришел в ярость, когда узнал, что она уволилась из магазина винтажной одежды в Ковент-Гарден. Поскольку он обычно не проявлял особого интереса к ее делам, Руби удивила его реакция. До сих пор он был слишком занят спасением планеты, и ему было некогда беспокоиться о своей единственной дочери, но сейчас на него вдруг что-то нашло. По его мнению, Руби нужно повзрослеть и всерьез заняться карьерой. Перед своей поездкой на острова Кука он выдвинул ей условие: если к его возвращению она не устроится на приличную работу, он найдет для нее место в своей производственной компании «Одна планета». Попав туда, она никогда не сможет раскрыть свой потенциал. Все будут видеть в ней лишь дочь Патрика Лэнга. Никто даже имени ее не запомнит.

София, вцепившаяся в Руби, напомнила ей детеныша лемура, которых она часто видела на Мадагаскаре. Ей захотелось защитить малышку.

Она посмотрела на стоящего рядом с ней высокого мужчину:

– Прежде чем я сяду в эту машину, нам не помешало бы представиться друг другу. Я Руби Лэнг. Пишется через «э». К сожалению, в данный момент руку я вам пожать не могу.

Мужчина продолжал молча на нее смотреть, словно не видел необходимости ей отвечать. Похоже, ее фамилия ни о чем ему не говорила.

– Как вас зовут? – спросила Руби.

– Макс Мартин.

– Рада с вами познакомиться, мистер Мартин. – Она заглянула в салон лимузина. – Думаю, мы можем сесть внутрь и начать собеседование.

Макс был в замешательстве. Он так до конца и не понял, что произошло. Еще несколько минут назад он контролировал ситуацию, а потом забрался в машину по приказу женщины, которая выглядит так, словно ограбила магазин подержанных вещей.

Она посмотрела на него поверх детского кресла с Софией, прикрепленного к сиденью между ними.

– Можете начинать, – сказала она и, не дожидаясь его реакции, добавила: – Я готова ответить на все ваши вопросы.

«Она права», – подумал Макс. Ему следует больше узнать о человеке, которого он собирается нанять. По правде говоря, ему было все равно. Если она не признается ему сейчас в массовом убийстве или педофилии, она получит эту работу. У него нет времени искать кого-то еще.

Он принялся внимательно ее изучать. Женщины, с которыми он обычно имеет дело, так не одеваются. Она выглядит очень молодо. Почти как подросток.

– Сколько вам лет? – спросил он.

– Двадцать четыре.

Он бы дал ей на два года меньше. Впрочем, ее возраст не имеет значения. Главное, чтобы она хорошо справлялась со своей работой. То, что ей в два счета удалось успокоить Софию, – лучшее подтверждение ее компетентности, и в других он не нуждается.

Макс бросил взгляд на часы. Времени оставалось все меньше, и он не хотел тратить его на пустые разговоры.

– Как далеко отсюда вы живете?

Руби Лэнг удивленно посмотрела на него.

– Мы доберемся дотуда за полчаса?

Она нахмурилась:

– Да, доберемся. Я живу в Пимлико. Но почему?..

– Вы сможете собраться за десять минут?

Она подняла брови.

– Большинство женщин не могут, – пояснил он, – хотя я не понимаю почему.

– Мои родители таскали меня с собой по всему земному шару. Если понадобится, я смогу уложиться и в пять минут.

Макс одобрительно ей улыбнулся и наклонился вперед, чтобы отдать распоряжение шоферу.

Руби постучала кончиком пальца по его плечу. Повернувшись, Макс обнаружил, что она внимательно на него смотрит.

– Я еще не согласилась на предложенную вами работу.

Похоже, она не из тех, кто ходит вокруг да около. В этом они похожи.

– Что я должен сделать, чтобы вы согласились?

– Для начала ответить на несколько моих вопросов.

Макс снова обнаружил, что улыбается. Это было странно. В последнее время у него не было причин для веселья.

– Задавайте.

Руби упрямо вскинула подбородок:

– Мистер Мартин, вы оставили без внимания некоторые детали.

– Какие еще детали?

– Как долго вы будете нуждаться в моих услугах?

– Неделю. Может, две.

На лице девушки промелькнуло разочарование.

«Неужели она откажется?» – испуганно подумал Макс.

– Слишком долго?

Она покачала головой:

– Я бы предпочла поработать подольше, но все равно принимаю ваше предложение. – Ее глаза слегка сузились. – Почему вам так срочно понадобилась няня для вашей дочери? Мне бы хотелось узнать, почему ушла предыдущая.

Макс резко выпрямился:

– Моей дочери? София мне не дочь.

Руби Лэнг посмотрела на него искоса:

– Теперь, надеюсь, вы поняли, какого рода детали я имею в виду.

Макс проигноривал этот комментарий. Его задело, что эта молодая женщина, похожая на хиппующего подростка, указала ему на его оплошность.

– София моя племянница, – спокойно ответил он.

– О, – вздохнула Руби.

«Это многое объясняет», – сказало ему выражение ее лица.

– Короче говоря, забота о ребенке не входила в мои сегодняшние планы.

Руби плотно сжала губы, словно пыталась подавить смешок.

– То есть вы хотите сказать, что вам подкинули малышку?

Макс кивнул:

– Моя сестра актриса.

Точнее, пытается ей быть.

– Ого. Она снималась в каком-нибудь популярном фильме?

– Нет, но сегодня утром ей позвонил ее агент и сообщил, что ее приглашают на маленькую роль в высокобюджетном фильме с участием этого… как его… Джареда Фишера.

Глаза няни расширились.

– Ничего себе! Да он же настоящий кра… – Она прервалась и закусила губу. – Я хотела сказать, что для нее это отличная возможность стать популярной.

– Очевидно, что так. Ее утвердили на роль, но ей нужно немедленно лететь в Лос-Анджелес. Актриса, которая изначально должна была играть эту роль, попала в больницу, и ей срочно потребовалось искать замену.

В глубине души он надеялся, что его младшая сестра останется дома с ребенком. Джиа всегда вела богемный образ жизни. Она много ездила по миру, работая в шоу-программах в ресторанах и клубах, и ждала, когда ее наконец заметят. Затем у нее родилась София, и она обосновалась в Лондоне.

Возможно, все было бы по-другому, если бы после развода родителей они росли вместе. Макс остался с их отцом-англичанином, а Джиа – с матерью-итальянкой, которая была воплощением легкомысленности и непостоянства. Они жили в разных странах, воспитывались в разных системах ценностей, но теперь, когда они стали больше общаться, Макс принимал активное участие в жизни младшей сестры.

Джиа часто обвиняла его в том, что он вмешивается в ее дела и пытается управлять ее жизнью вопреки ее желанию, но она всегда говорила это с очаровательной улыбкой. Наверное, именно по этой причине, когда она сегодня утром появилась у него в офисе с Софией и умоляла ей помочь, он не смог сказать «нет».

– А как насчет вас? – спросил он. – Почему вам так срочно понадобилась работа?

Руби закатила глаза:

– Если я никуда не устроюсь в ближайшее время, мой отец заставит меня работать на него.

– Вы не хотите работать на своего отца?

Она поморщилась:

– Да я скорее прыгнула бы с обрыва. А вы?

– А я сейчас возглавляю бизнес, который мой отец построил с нуля, – ответил Макс, и его неожиданно охватило мрачное чувство, которое он слишком долго прятал глубоко внутри себя. – Верность семье – это не пустой звук. Верность вообще важное качество.

– Я готова быть верной вашей семье, если вы не будете вмешиваться в мои отношения с моей семьей. Я люблю своего отца, но предпочитаю держаться от него на безопасном расстоянии.

Макс знал, что она имела в виду. Он точно так же относился к своей матери. Поэтому он не стал дальше расспрашивать Руби. Зачем это делать, если их сотрудничество будет иметь временный характер?

– Итак, зачем вам нужна мобильная няня? Мы летим в Голливуд? – произнесла она с энтузиазмом, напомнив ему Джиа. Ему хотелось зажмуриться, а затем открыть глаза и обнаружить, что все это ему приснилось.

– Я собираюсь отвезти Софию к ее бабушке. – Это единственно верное решение. Осталось только убедить в этом его мать. – Я не могу следующие две недели сидеть с маленьким ребенком. У меня всего три недели для завершения важного проекта, и я не собираюсь тратить время зря.

В присутствии Софии он не сможет сосредоточиться на работе. Он отвезет малышку с няней к своей матери, переночует у нее, а в понедельник вернется к работе, потеряв всего полдня. Он все тщательно продумал.

– Значит, работа для вас важнее семьи? – спросила Руби.

Макс посмотрел на нее так, словно она не знала, о чем говорит. Разумеется, семья была для него важна. Именно поэтому он должен заключить эту сделку.

Макс пообещал своему отцу, что будет достойно продолжать то, что тот начал, и намерен сдержать свое слово.

– Я живу в холостяцкой квартире с комнатами на разных уровнях, лестницами без перил и ограждений и балконом на высоте сто футов над Темзой. Думаете, это подходящее место для маленького ребенка?

Руби покачала головой.

Они переехали через реку и уже через минуту будут рядом с ее домом. Если она скажет «нет», он ее высадит, и ему придется самому успокаивать в дороге орущую Софию.

– Итак, мисс Лэнг через «э», вы согласны на эту работу?

Она глубоко вдохнула, посмотрел на свой дом и произнесла:

– У меня к вам последний вопрос.

– Какой?

– А вы не догадываетесь? – Уголки ее рта поднялись, словно она недоумевала, как он до сих пор не догадался об этом упомянуть. – Вы забыли еще об одной важной детали. Если вы собираетесь меня нанять, вам не кажется, что я имею право знать, куда мы поедем?

«Вот черт. Она опять права».

– В Италию, – ответил он. – В Венецию.

Руби протянула ему руку с длинными тонкими пальцами и пристально посмотрела на него:

– Договорились.

Макс пожал ее ладонь, отметив про себя мягкость и тепло ее кожи. Вверх по его руке словно пробежал легкий электрический разряд.

– Договорились, – повторил он и удивился хрипотце, появившейся в его голосе. – Вы приняты.

Но, отдергивая руку, он спросил себя, знает ли он наверняка, чем закончится вся эта история.

Глава 3

Когда шофер аккуратно клал рюкзак с вещами Руби в багажник лимузина, ей следовало догадаться, что эта поездка будет отличаться от всех предыдущих. Она привыкла к переполненным терминалам международных аэропортов. Привыкла читать путеводители, стоя в очередях, и слоняться по магазинам в зоне беспошлинной торговли. Привыкла дремать в кресле в зале ожидания, используя в качестве подушки свернутую куртку.

К чему она не привыкла, так это к тихим ВИП-залам в маленьких аэропортах, бесплатной еде, напиткам и развлечениям. Хотя ее отец мог себе позволить лететь бизнес-классом, он от этого отказывался, предпочитая то, что он называл «настоящим путешествием». Если он не стоял в километровой очереди на паспортный контроль и не упирался коленями в кресло соседа спереди в эконом-классе, путешествие было ненастоящим. Его поклонники обожали его за это. В отличие от них Руби не понимала, почему пыльный джип с расшатанной подвеской больше подходит для путешественника, чем автобус с кондиционером, но никогда не спорила с ним по этому поводу. Он и так уже достаточно в ней разочаровался.

Руби вздохнула. Когда была жива ее мать, все было по-другому. Хотя мать всегда сопровождала отца в его поездках и помогала ему готовить программы, она часто навещала Руби в интернате, посылала ей открытки и подарки, чтобы дочь не чувствовала себя забытой. Отец никогда не занимался подобными вещами. После смерти жены он полностью растворился в работе.

Сев на край одного из диванов в ВИП-зале, Руби потянулась к чаше с орешками макадамия, стоящей на столике перед ней, взяла несколько штук и отправила их в рот, после чего продолжила выводить каракули на салфетке.

Она думала, что, когда путешествие начнется, волнение пройдет, но ошиблась. И она даже не могла заняться работой, потому что София, уставшая плакать, крепко спала на диване, засунув в рот большой палец.

Что касается нового босса, он не обращал на нее никакого внимания. С того момента, как они покинули ее квартиру, они не сказали друг другу ни слова. Похоже, он редкостный зануда. В машине он просматривал электронную почту в мобильном телефоне, а в аэропорту после регистрации склонился над ноутбуком, дав Руби прекрасную возможность не только изучить его мужественный профиль, но нарисовать его.

В самолете напряжение начало ослабевать благодаря тому, что София наконец проснулась. Руби принялась с энтузиазмом развлекать малышку. Это было нетрудно. София была очень милой и любопытной девочкой. Должно быть, она очень испугалась, когда ее мать ушла, оставив ее в офисе Макса. Совсем неудивительно, что она полдня орала как резаная.

Когда самолет приземлился в аэропорту Марко Поло, Руби охватило приятное волнение, которое она испытывала всякий раз, когда оказывалась в новом месте. Она всегда хотела посетить Венецию, даже просила отца свозить ее туда, но для него города не представляли никакого интереса, поскольку были лишены дикой природы. Руби, напротив, любила города.

Конечно, ей было жаль, что они, в отличие от большинства других посетителей, прибыли в Венецию не по воде. Макс заказал автомобиль с шофером, и они поехали по шоссе в город Местре, а оттуда по длинному мосту через лагуну в Венецию.

София захныкала. Она немного поспала в лондонском аэропорту, но, несмотря на это, выглядела усталой. Руби удалось ее успокоить, но она понимала, что сейчас малышке нужен человек, которого она хорошо знает. Судя по всему, дядя Макс для нее почти чужой. Поэтому чем скорее девочка окажется у своей бабушки, тем лучше.

Наконец машина остановилась. Подняв глаза, Руби почувствовала некоторое разочарование. Обычно ей нравилось смотреть на цель своей поездки издалека и наблюдать за тем, как маленькая точка растет по мере ее приближения к ней. Сейчас Руби делала все возможное, чтобы предотвратить новую истерику Софии, и было не до этого. Они прибыли на большую площадь, полную автобусов. Это была Венеция, но, вопреки ожиданиям Руби, она не показалась ей каким-то особенным местом. Пьяцца ла Рома выглядела как любое другое оживленное место в любом другом городе.

Люди были повсюду. Одни выходили из больших оранжевых автобусов, которые приезжали каждые несколько минут, другие, наоборот, садились в них.

Шофер начал выгружать их багаж. Руби сама достала свой рюкзак, после чего вернулась в салон и расстегнула ремни на детском кресле. София обхватила руками ее шею и прижалась к ней. Они прошли небольшое расстояние до моторной лодки, поджидающей их у маленькой пристани.

Следующие несколько минут они плыли по узким каналам, и она видела только кирпичные и побеленные стены и белье на веревках, развевающееся над головой подобно флагам. Но когда они вышли в Большой канал, Руби порадовалась, что сидит. Если бы он стояла, то упала бы, потрясенная. Она никогда не видела столько красивых зданий в одном месте. У одних были витиеватые арки и балкончики, у других – зубцы и бойницы. Соленая вода отполировала их цоколи, каменные стены были согреты солнцем. Город действительно был похож на сказочный.

Руби таращилась на все это широко распахнутыми глазами, когда лодка остановилась перед величественным палаццо. В следующий момент из богато украшенной двери вышли на дебаркадер двое мужчин в униформе, помогли им выбраться из лодки и взяли их вещи. Один из них попытался забрать Софию у Руби, но девочка так крепко вцепилась в ее шею, что чуть ее не задушила.

Здание, в которое они собирались зайти, было в традиционном венецианском стиле, с фигурной каменной кладкой и высокими окнами. Неужели кто-то может жить в таком красивом здании?

Стоящий рядом с ней Макс раздраженно вздохнул. Должно быть, он считал, что она тратит его драгоценное время, глазея по сторонам.

– Ваша мать живет здесь? – спросила она, недоверчиво качая головой.

Макс устало посмотрел на нее:

– Разумеется, она не живет здесь. Это отель.

Подобное отношение начало выводить ее из себя.

– Вы сказали, что мы отвезем Софию к вашей матери. Вы ничего не говорили про отель.

– Разве?

– Не говорили, мистер Мартин. Вы снова забыли про детали.

Ответ она получила, только когда они вошли внутрь и сели в лифт, отделанный зеркалами.

– Это «Лагун палас отель. София устала. – Макс кивком указал на девочку, прижавшуюся к ее плечу. Она отметила про себя, что за все время их путешествия он впервые обратил внимание на свою племянницу. – Будет лучше, если мы переночуем здесь, а утром отправимся к моей матери.

Руби хотела спросить почему, но, увидев, как напряглись черты лица и плечи Макса, промолчала. Ей и так все стало ясно. Она знала по собственному опыту, что некоторым людям нужно время, чтобы морально подготовиться к встрече с родителями. Вот только она не ожидала, что они с Максом Мартином окажутся товарищами по несчастью.

Интерьер «Лагун палас» удивил Руби. Она думала, что он будет выдержан в античном стиле, но в нем были как классические, так и современные элементы. Высокие мраморные камины, гипсовая лепнина и росписи на потолках гармонично сочетались с мебелью смелых, ярких цветов.

Апартаменты, которые забронировал Макс, состояли из гостиной с видом на Большой канал и двух спален, расположенных по обеим сторонам от нее. Меблировка гостиной состояла из современного дивана, кресел с бархатной обивкой вишневого цвета и двух низеньких кофейных столиков причудливой формы. Все это прекрасно сочеталось с отделкой из темной древесины и кремового мрамора.

– Я ожидала чего-то более… традиционного, – сказала Руби Максу, опустив на пол рюкзак и Софию. Девочка тут же потянулась к ней, и она снова взяла ее на руки.

Руби все еще понятия не имела, правильно ли она заботится о Софии и получится ли из нее няня. Завтра состоится ее встреча с бабушкой Софии, и, если она такая же, как ее сын, она явно обратит внимание на недостатки Руби. Последнее, что ей нужно, – это потерять работу, едва успев к ней приступить.

– Я не люблю, когда комната загромождена мебелью, – ответил он, обводя взглядом помещение. – Это, конечно, не минимализм, но в этом городе он просто невозможен.

София снова начала хныкать, и Руби заглянула в одну из спален. Там были большая кровать и софа с оранжевыми бархатными подушками. Окна были занавешены тяжелыми бархатными шторами. Очевидно, это была спальня босса. Тогда она зашла во вторую спальню. Она была выдержана в спокойных кремовых и коричневых тонах. Там было две одинаковые кровати. Они с Софией проведут эту ночь здесь.

Работа няни была немного странной. Ты заботишься о члене семьи, не являясь при этом ее частью. Конечно, между семьей и наемным работником должна быть граница, но она не знала, где провести эту границу. К счастью, в каждой из спален была ванная комната. В том, чтобы пользоваться одной ванной с боссом, класть свои туалетные принадлежности рядом с его, было что-то интимное.

Ее щеки вспыхнули, и она, чтобы отвлечься, вернулась вместе с Софией в гостиную, где Макс, сев на корточки перед письменным столом в углу между дверью его спальни и окном, включал в розетку свой ноутбук.

– Я собираюсь уложить Софию, – сказала ему Руби. – Она поела в самолете. У нее был трудный день, и она хочет спать.

Макс что-то пробурчал себе под нос, затем высунул голову из-под стола и выпрямился во весь рост. Он посмотрел на Софию, но не подошел к ней.

– Давай, малышка, – обратилась к ней Руби. – Пожелай дяде Максу спокойной ночи.

Девочка вцепилась в нее еще крепче. Тогда Макс подошел к ним и поцеловал племянницу в макушку. Руби вдохнула аромат его одеколона и почувствовала, как воздух между ними наэлектризовался. Запретив себе обращать на это внимание, Руби поспешно вернулась в их с Софией спальню и стала укладывать девочку в постель. В сумке, которую собрала для Софии ее мать, были одежда, туалетные принадлежности, несколько книг и потрепанный плюшевый заяц.

– Хочу мамочку, – пролепетала София, и сердце Руби болезненно сжалось. Девочка увидит свою мать через две недели, но в этом возрасте даже такая короткая разлука кажется вечностью.

Чтобы утешить малышку, Руби дала ей зайца и взяла книжку, но едва успела начать читать, как София уснула, прижав к себе игрушку. Бедняжка так устала, что у нее даже не хватило сил на то, чтобы послушать сказку.

Положив книжку на столик, Руби выключила свет. Она хотела убрать со лба Софии темные кудряшки, но удержалась от этого.

Обычно она с энтузиазмом бралась за новую работу и полностью в нее погружалась, но этот раз должен стать исключением. Ее наняли всего на две недели. Ей не следует привязываться к малышке.

Какое-то время Руби сидела на краю кровати и смотрела на Софию. Убедившись, что девочка крепко спит, она встала и вышла из спальни, тихо прикрыв за собой дверь. В гостиной было тихо, шторы были задернуты. Руби хотелось полюбоваться каналом, но она не стала их раздвигать. Если ее босс хочет отгородиться от внешнего мира, он имеет на это право. Через открытую дверь его спальни она слышала, как он разговаривает по телефону. Руби бросила взгляд на письменный стол, на котором лежали бумаги. На экране его ноутбука была анимированная заставка в виде двигающегося по экрану названия фирмы.

«Мартин энд Мартин».

Руби подошла ближе к столу. Среди лежащих на нем бумаг было несколько архитектурных планов, судя по всему, чего-то грандиозного.

Значит, Макс Мартин архитектор. Эта профессия ему подходит. У него твердый характер. Все, что он строит, наверное, простоит сотни лет.

Внизу одного из листов была подпись «Национальный институт изобразительных искусств».

Ничего себе. Это же одно из ее любимых мест в Лондоне. Во время своего последнего визита она видела там информационный стенд с планом нового крыла и крыши над внутренним двориком.

Голос Макса стал громче, и Руби быстро отошла от стола. Она успела сесть на диван и схватить со столика журнал, когда он вышел из своей спальни, продолжая говорить по телефону. Листая журнал, она запретила себе подслушивать его разговор, но не удержалась. Похоже, Макс был главным претендентом на строительство нового крыла и атриума института, но у клиентов были замечания.

Закончив листать глянцевый журнал, Руби положила его на столик. Она не знала, как ей следует ввести себя дальше. Подразумевают ли обязанности няни, что она должна сидеть в своей комнате и не выходить оттуда без ребенка? Или ей можно будет общаться с другими членами семьи? Макс этого тоже наверняка не знал. Судя по всему, он впервые нанимает няню.

Повернувшись, он направился в ее сторону, внимательно слушая своего собеседника. Руби ожидала, что он ей кивнет или подмигнет, но он прошел мимо, словно не заметил ее или вообще забыл о ее существовании. Это означает, что она может спокойно его рассмотреть.

Он выглядел усталым. Верхняя пуговица его рубашки была расстегнута, галстука не было. Весь день он казался ей стихийной силой, сейчас она внезапно увидела в нем мужчину, причем весьма привлекательного. Цвет волос и разрез глаз выдавали в нем итальянца, но твердо очерченный рот был типично британским. В какой-то момент он скривил его, словно услышал что-то неприятное, затем прервал соединение, даже не попрощавшись с собеседником. Держа телефон перед собой, он смотрел на него с такой яростью, что Руби удивилась, как он не воспламенился.

Затем он наконец увидел Руби, и на его лице промелькнуло удивление. Она выдержала его взгляд и улыбнулась. По какой-то причине ей доставил удовольствие тот факт, что ее присутствие застало его врасплох.

– Вам что-нибудь нужно? – спросил он, убрав телефон в карман.

В его тоне не было ни гнева, ни раздражения. Он был подчеркнуто вежливым.

– Я хотела спросить, как быть с едой.

У нее заурчало в желудке, но она запретила себе краснеть.

Макс указал ей на меню, лежащее на серванте:

– Заказывайте все, что хотите.

Руби кивнула:

– Может, вам тоже что-нибудь заказать?

– Нет, – ответил Макс, снова переключив внимание на лежащие на столе бумаги. Взяв один из листов с текстом, он начал его читать.

Поняв, что разговор окончен, Руби взяла меню и заказала по телефону клубный сэндвич и бутылку красного вина и, прежде чем положить трубку, заказала еще один сэндвич. Макс ничего не ел в самолете. Должно быть, он тоже проголодался.

Но даже если и так, он не подавал виду. Он был полностью сосредоточен на электронных письмах, которые набирал одно за другим.

Похоже, он был абсолютно уверен в собственных силах и способностях. Руби даже немного завидовала такой преданности делу. После того как вылетела из университета, она работала в разных местах, но нигде подолгу не задерживалась. Ей хотелось, подобно Максу, иметь цель. Нет, лучше призвание. Понять, для чего она пришла в этот мир.

Через несколько минут раздался стук в дверь. Открыв ее, Руби увидела юношу в униформе со столиком на колесиках. Дав ему на чай, она взяла тележку и подкатила ее к дивану.

Наполнив вином бокал, она взяла его и один из сэндвичей и понесла своему боссу. Он не оторвал взгляда от экрана, поэтому она освободила край стола от бумаг и поставила на него тарелку. С вином было сложнее. Ей не хотелось, чтобы он его пролил. Тогда она тихо прокашлялась, и Макс поднял на нее глаза.

– Вот, – сказала она, протягивая ему бокал. – Вам это не помешает.

Сначала он выглядел так, словно собирался возразить, но затем с тоской посмотрел на бокал пино нуар и взял его у нее. При этом кончики их пальцев соприкоснулись.

– Спасибо, – сказал он.

Руби кивнула и молча удалилась. Ее щеки горели. Так было всегда, когда она была смущена или взволнованна. Сейчас она испытывала и смущение, и волнение.

Макс ничего этого не замечал. Он, как обычно, был абсолютно спокен. Поставив бокал за ноутбук, он продолжил печатать электронное письмо. Руби села на дальний конец дивана, съела сэндвич и выпила немного вина. Закончив ужинать, она поднялась и поставила грязную посуду на столик. В отличие от нее Макс не притронулся ни к еде, ни к вину.

Было уже почти десять. У нее был долгий, трудный день. Наверное, ей следует пойти спать.

У двери своей спальни она, не удержавшись, обернулась и посмотрела на Макса, работающего за компьютером. Прошло с полминуты, прежде чем она нажала на ручку и вошла в комнату.

Раздеваясь в полутьме, она думала о Максе и его преданности любимому делу. Наверное, это заразно, поскольку ей вдруг захотелось ответить на брошенный ей вызов.

Она знала, что эта работа досталась ей случайно, но что, если судьба дает ей большую подсказку? Словно говорит: «Тебе сюда, Руби!» Может, работа няни и есть ее предназначение? Разве Макс не сказал, что ему нужна именно она? Да и с Софией она уже нашла общий язык.

«Кто знает? Может, это мое призвание?» – подумала она, скользнув под холодную простыню. У нее есть две недели, чтобы это выяснить.

Оторвав взгляд от экрана, Макс увидел на краю стола клубный сэндвич. Как долго он там лежит? Поняв, что сильно проголодался, Макс взял его и съел в один присест.

Это Руби принесла ему сэндвич. Вино, которое она ему предложила, он выпил в процессе работы.

Макс нахмурился. В этом есть что-то неправильное. И дело не только в том, что обеспечение босса едой не входит в обязанности няни. Он просто не привык, чтобы о нем заботились. Он уже много лет полностью самодостаточен и ни в ком не нуждается. Раньше его опорой был отец, но он никогда не проявлял открыто свои эмоции и проводил больше времени на работе, нежели дома. А его мать…

Мать перестала принимать активное участие в его жизни, еще когда он был подростком. Впрочем, атмосфера в семье стала напряженной задолго до развода родителей, и ей было не до него.

Его захлестнула волна воспоминаний, которые он много лет держал в глубине своей памяти. Он не понимал, почему это произошло именно сейчас.

Пытаясь их подавить, он потер глаза, поднялся и направился в свою спальню.

Вот почему он ненавидит этот старый город с богатой историей! Почему-то здесь груз прошлых переживаний становится слишком тяжелым.

Покачав головой, он потянулся за бутылкой и заново наполнил вином свой бокал. Оно было вкусным и крепким. Ему нужно выпить, чтобы расслабиться и сразу уснуть. Он совсем не хочет предаваться воспоминаниям. Даже хорошим. Когда его мать была счастливой, она была доброй, нежной и заботливой, но последний период брака его родителей был настоящим кошмаром. Поэтому хорошие времена были почти полностью вытеснены сценами, когда мать кричала на отца в приступе гнева, а тот стоически молчал, не желая играть по ее правилам. Иногда подобное повторялось несколько дней подряд.

Сделав большой глоток вина, Макс подвигал плечами, чтобы расслабить затекшие мышцы.

Его отношения с матерью испортились в тот день, когда она собрала вещи и уехала из их дома, оставив только аромат своих духов. Она с Максом не разговаривала год и не виделась больше трех лет.

Макс уставился на свой бокал и осознал, что выпил все вино. В бутылке осталось еще немного…

Нет. Поставив бокал на стол, он выключил ноутбук. Пора ложиться спать. Когда он завтра встретится со своей матерью, ему понадобится ясный ум.

Глава 4

Выйдя из своей спальни, Макс остановился.

Нет, его внимание привлекли не пятна каши и лужица молока на кофейном столике. Не его племянница, которая, сидя на ковре, ела печенье. Его удивило то, что женщина, которую он нанял вчера, не походила на ту, которая поспешно убирала свидетельства борьбы Софии с завтраком, который ей не понравился.

Услышав его шаги, она застыла на месте, затем повернулась и спокойно произнесла:

– Похоже, София не любит кашу и решила мне это продемонстрировать.

Макс присмотрелся к новой няне своей племянницы. Голос и чувство юмора были те же, но выглядела она по-другому.

Вчерашняя хиппующая девчонка, похожая на огородное пугало, неожиданно превратилась в элегантную женщину. В платье с широкой юбкой и рисунком в виде больших ягод клубники, черных туфлях и с аккуратной прической, она походила на Одри Хепберн. При такой укладке фиолетовые пряди в ее волосах были менее заметны.

– Доброе утро, – наконец пробормотал он, забыв ее имя.

Она подняла брови. Тогда он продолжил:

– После завтрака мы поедем к бабушке Софии. – Он посмотрел на перепачканную Софию. – Вы сможете привести ее в божеский вид к десяти часам?

Няня кивнула:

– Думаю, да.

– Хорошо, – сказал Макс, почувствовав облегчение. – Моя мать не терпит неряшливости.

Затем он направился к столу и включил ноутбук.

* * *

Водное такси остановилось перед огромным палаццо со своей собственной пристанью. Они плыли минут пятнадцать, оставив позади Большой канал и войдя в район Кастелло.

Здание было почти такого же размера, как отель, который они только что покинули. Зеленоватый налет на цоколе указывал на высоту приливной волны. Кое-где внизу отвалилась розовая штукатурка, обнажив кирпичную кладку.

На окнах первого этажа были решетки, возле которых тоже кое-где потрескалась штукатурка. Над ними был красивый каменный балкон, увитый плющом и белыми цветами.

Руби крепче прижала к себе Софию, чтобы та не выбралась из лодки, пока ее не пришвартовали.

– Это Ка’Дамиани, – сказал Макс. – Моя мать живет здесь. Она не занимает все помещение, только piano nobile.

Руби кивнула, хотя понятия не имела, что это означает.

– Многие из этих старых зданий поделены на квартиры, – пояснил он, выбравшись из лодки и взяв у нее Софию. – В зданиях подобных этому этаж над цоколем – то место, где расположены лучшие комнаты в доме. Место, где разыгрываются семейные драмы. – Он вздохнул. – Драма – это то, что моя мать любит больше всего на свете.

Его тон был нейтральным, но она заметила, как напряглись его черты. Похоже, он не горел желанием увидеть свою мать.

Выбравшись из лодки, Руби взяла Софию за руку, и они втроем направились к двустворчатой двери с массивным молотком из меди. Когда Макс постучал им по медной пластинке, Руби поморщилась от грохота.

Через некоторое время дверь бесшумно открылась, и в проеме появилась женщина. Руби думала, что мать Макса такая же высокая и темноволосая, как он, но она оказалась миниатюрной блондинкой. На ней были жакет и юбка цвета пепла розы. Из узла на затылке не выбивался ни один волосок. От нее, как и от других итальянок, которых встречала Руби, исходила уверенность в собственном стиле.

Руби посмотрела на свое платье с ягодами. Сегодня она надела свой лучший наряд, но сейчас поняла, что выглядит как клоунесса из третьеразрядного юмористического шоу.

Она спряталась за широкой спиной Макса. Его мать долго смотрела на него.

– Наконец-то ты приехал, Массимо, – сказала она по-итальянски.

– Я же говорил, что предпочитаю, чтобы меня называли Максом, – ответил он по-английски. – Я приехал только потому, что возникла крайняя необходимость. Джиа срочно понадобилась моя помощь. Я не бросаю своих родных, когда возникают небольшие трудности.

Это прозвучало как обвинение. Мать Макса побледнела, но быстро взяла себя в руки.

– О, я знаю, что ты здесь не ради меня, – холодно ответила она. – Что касается твоего имени, это я нарекла тебя Массимо, поэтому буду называть тебя так, как мне нравится. – Она посмотрела вниз, и ее лицо расплылось в улыбке. – Моя дорогая девочка! Иди скорей к бабушке!

Немного помедлив, София позволила пожилой женщине взять себя на руки. Руби предположила, что сестра Макса бывает здесь чаще, чем он. София непринужденно улыбалась и исследовала пухленькими пальчиками подвеску на шее у своей бабушки.

Закончив сюсюкать с внучкой, мать Макса повернула голову и посмотрела на него:

– Пойдем в дом.

Повернувшись, она пошла по широкому коридору с кафельным полом и кирпичными стенами с остатками штукатурки. Но даже несмотря на некоторое запустение, интерьер палаццо казался величественным. В нем сохранились столики на консолях, лепнина и внушительного вида лестница с чугунными перилами.

Преодолев несколько ступенек, мать Макса внезапно остановилась и повернулась, осознав, что помимо сына и внучки за ней следует кто-то еще.

– А это у нас кто? – спросила она, с любопытством разглядывая Руби, у которой душа ушла в пятки. Неужели пожилая женщина приняла ее за подружку Макса?

– Это няня Софии, – ответил Макс по-итальянски. – Я нанял ее специально для этой поездки.

– Руби Лэнг, – протянув пожилой женщине руку, Руби сказала по-итальянски. – Рада с вами познакомиться.

Мать Макса уставилась на сына сверкающими от гнева глазами, после чего продолжила быстро подниматься по лестнице, цокая каблуками туфель.

– Ты оскорбил меня, Массимо! Надо же тебе было так сделать!

Неужели присутствие Руби в ее доме для нее так оскорбительно, что она убежала, даже не представившись. Похоже, Макс был прав, когда говорил, что его мать любит драматизировать.

Он поспешил за матерью:

– Я ничего не делал. Ты все неправильно поняла.

Он перешел на английский. Руби испытала небольшое разочарование, потому что, когда говорил по-итальянски, он казался ей совсем другим человеком. Пылким и эмоциональным, как женщина, подарившая ему жизнь.

Руби перевела взгляд на Софию, которая смотрела вслед своим дяде и бабушке. Про нее опять все забыли. Руби захотелось ее обнять и крепко прижать к себе. Она знала, что значит ощущать себя помехой, которая не позволяет взрослым делать то, что они хотят.

– Ну что, малышка? Пойдем за взрослыми?

София кивнула, и они продолжили свой путь. Это был медленный процесс. Софии приходилось ставить обе ноги на ступеньку, прежде чем подниматься на следующую. Когда они достигли середины лестницы, Руби сжалилась над ней и взяла ее на руки.

Она здесь именно для этого, не так ли?

Когда Руби достигла верхней площадки лестницы, декор изменился. Стены покрывали деревянные панели, лепнина на потолках хорошо сохранилась. На стенах через каждые три фута были хрустальные светильники. Теперь она понимала, что имел в виду Макс, когда сказал, что в этом городе не знают, что такое минимализм.

Спор матери и сына продолжался в комнате рядом с лестницей. Двустворчатая дверь в комнату была открыта. Судя по тому, что их голоса отдавались эхом, помещение было просторным. Макс говорил спокойно, его мать – громко и эмоционально.

– Ты никогда меня не простишь, правда? – сказала синьора Мартин.

Руби подошла ближе к двери. Сквозь щель между петлями был виден интерьер помещения. Мать Макса печально закрыла глаза.

– Ты поэтому привез няню, не так ли? Ты думаешь, что я сама не в состоянии позаботиться о своей внучке? Неужели я действительно была такой ужасной матерью?

Их разговор носил слишком личный характер, и Руби поняла, что ей не следует подслушивать. Они с Софией найдут какое-нибудь тихое местечко и подождут там. Попятившись назад, она наткнулась на прикрепленный к стене столик, и стоящие на нем фотографии в рамках упали.

В комнате воцарилась тишина. Руби задержала дыхание. Мгновение спустя в дверях появился Макс и пригласил ее в комнату. Она бы лучше выпила галлон морской воды, но выбора у нее не было. Прижав Софию к плечу, она гордо подняла подбородок и вошла в комнату.

Это была просторная гостиная в венецианском стиле с большим мраморным камином, пилястрами и барельефами, изображающими сцены из мифов. Перед сводчатыми окнами, за которыми тянулся балкон, стояли три больших зеленых дивана, сгруппированные в виде буквы «П». Но внимание Руби привлекла не вся эта красота, а напряженная фигура в розовом костюме, стоящая посреди комнаты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

П и к с и – доброе маленькое существо в фольклоре Юго-Западной Англии.

Вернуться