# Незапланированное счастье

Сорейя Лейн

Отец-одиночка Харрисон после ухода жены, казалось, навсегда перестал доверять женщинам. Но вопреки своим желаниям он вынужден общаться с недавно появившейся в городке молодой учительницей Поппи. Добрая и отзывчивая Поппи проникается симпатией к одинокому холостяку, но не сразу понимает, почему Харрисон так груб с ней…

Patchwork Family in the Outback

© 2013 by Soraya Lane

«Незапланированное счастье»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке,

ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

## Глава 1

Поппи Картер стояла в центре новой классной комнаты, сцепив руки за спиной, стараясь остановить в них дрожь. Может быть, она взвалила на себя непосильную ношу? Сможет ли она справиться с возложенной на нее ответственностью?

Парты с водруженными на них стульями были расставлены впритык к стенам по всему периметру комнаты. Это ведь школа, дети должны приходить сюда с радостью. Где же яркие, жизнерадостные цвета? А ведь завтра начинается новый учебный год!

Тяжело вздохнув, Поппи прошла к учительскому столу, отодвинула стул и устало на него опустилась. Ей никогда не приходилось сталкиваться с такими проблемами, раньше она всегда работала в школах с хорошим финансированием. Эта же школа была под угрозой закрытия, поэтому отсутствие какого-либо оформления классных кабинетов не имело никакого значения.

Поппи положила голову на стол и прижалась щекой к его прохладной поверхности. Она хотела начать свою жизнь с чистого листа на новом месте, ей хотелось наконец-то найти покой. Именно поэтому она и переехала сюда.

– Здесь есть кто-нибудь?

Поппи испуганно подпрыгнула на месте. Одно из двух: либо в этой мрачной, старой комнате обитали духи, чьи голоса она сейчас услышала, либо в школе был кто-то еще.

– Есть кто?

Низкий мужской голос звучал все ближе и ближе, пока наконец в дверях не появилась сильная мужская фигура, занимающая практически весь дверной проем.

– Здравствуйте, – тихо сказала Поппи, посматривая на открытое окно, на всякий случай сразу планируя пути отхода.

– Я вовсе не хотел вам мешать. – Уголки губ мужчины приподнялись в улыбке, затем в знак приветствия он прикоснулся к полям своей шляпы и сделал шаг внутрь классной комнаты. – Просто недавно здесь было неспокойно, поэтому я зашел, чтобы убедиться: не затеяли ли детишки каких-либо шалостей?

Поппи сглотнула, затем закивала:

– Наверное, мне тоже не разрешено быть здесь, но я хотела хорошенько осмотреться и узнать, не нужно ли что-либо сделать до начала завтрашних занятий.

Она подняла голову и наткнулась на взгляд теплых карих глаз, в которых появилось выражение нежности. А на одной его щеке показалась ямочка, когда мужчина по-настоящему улыбнулся ей.

– Тогда я полагаю, вы знаменитая мисс Картер?

Поппи не могла сдержать свою ответную улыбку.

– Если вы уберете из этого предложения слово «знаменитая», то будете правы: можете звать меня просто Поппи.

Мужчина усмехнулся, затем снял шляпу и, сделав еще один шаг вперед, протянул Поппи руку. Кожа на его ладони была грубая и слегка шершавая, как у любого мужчины, тяжело работающего на земле. Вблизи он показался ей еще более прекрасным – с широкими плечами и сильной, мускулистой фигурой. Черты его лица были словно высечены из камня, и Поппи никогда не видела настолько темных карих глаз, казавшихся черными…

Она неуверенно кашлянула, затем сложила перед собой руки в замок.

– Харрисон Блейк, – представился мужчина. – Мои дети ходят в эту школу.

Значит, он счастливо женат и с детьми… И отсутствие кольца на его пальце ни о чем не говорит. Работники на ранчо обычно не носят кольца, особенно когда они заняты делом.

– Сколько у вас детей? – спросила она.

Харрисон снова счастливо улыбнулся:

– Двое. Кэйт и Алекс. Они сейчас ждут меня в грузовике.

Поппи посмотрела в окно и заметила на стоянке его машину.

– Я как раз собиралась вернуться домой за материалами. Вы не против, если я с ними познакомлюсь?

Харрисон пожал плечами, затем надел шляпу и сделал несколько шагов назад. Его ботинки громко бухали по деревянному полу. Нахмурившись и задумчиво искривив губы, он посмотрел на нее. Поппи потянулась за своей сумкой и повесила ее на плечо.

– Мисс Картер, почему вы решили приехать сюда?

Поппи вовсе не хотелось отвечать на этот его вопрос, но уже завтра, как только родители начнут приводить своих детей в школу, она услышит его множество раз.

– Мне нужно было поменять свою жизнь, – честно ответила она, пусть это была лишь малая часть всей правды. – Я увидела объявление: в Белларо требуется учитель. И я подумала: может, это и есть мой шанс начать жизнь с чистого листа?

Поппи, не замедляя шага, прошла по маленькому коридору к главному выходу из школы.

– А просто изменить прическу вам было недостаточно?

Поппи резко развернулась на месте. Этот мужчина, ничего про нее не зная, решил, будто все ее проблемы можно решить, просто изменив прическу? Неужели она похожа на капризную девицу с глупыми придуманными проблемами, которые способна развеять покупка новой помады?

– Нет! – возмущенно ответила она. – Мне хотелось начать делать что-то важное, что-то значимое. И я подумала: жителям этого маленького города необходимо, чтобы школа была открыта. Но, быть может, я ошибалась?

– Для нас сейчас нет ничего важнее того, чтобы школа продолжала работать. Но что, если вы передумаете? Ведь это наш последний шанс. А если мы выбрали не того человека, то потеряем не только школу, но с ней и весь город. – Он тяжело вздохнул. – Уж простите меня, но вы производите впечатление женщины, которая не может провести и недели без посещения магазинов одежды и салонов красоты.

Поппи позволила ему открыть для нее дверь школы, затем быстро и уверенно направилась в сторону машины Харрисона. Она хотела встретиться с его детьми. Сейчас только знакомство с маленькими учениками способно охладить ее пыл…

Поппи сглотнула, затем глубоко вздохнула.

– Очень скоро вы узнаете: я понимаю, как важна школа для этого города. И пожалуйста, больше не делайте вид, будто вы что-то знаете обо мне. Я достаточно понятно объяснила?

Ей показалось, она заметила еле уловимую улыбку на лице Харрисона.

– Понятнее некуда. – Харрисон ускорил шаг и пошел впереди нее.

Харрисон знал: он повел себя неправильно. Наверное, ему не стоило так резко и откровенно говорить с новой учительницей, но ставки были высоки. Если она захочет уехать, то можно считать, что их маленький город обречен. Он сразу рассказал ей всю правду, какой бы нелицеприятной она ни была. Если мисс Картер передумает оставаться, нужно будет очень быстро найти ей замену. Существование школы жизненно важно для их городка Белларо. Если школу закроют, все пойдет насмарку.

Харрисон открыл заднюю дверцу машины:

– Дети, это ваша новая учительница.

Они тут же повернулись в его сторону – белокурые, голубоглазые. И оба так похожи на свою мать. И это единственная причина, почему он еще не ненавидел женщину, которая дала им жизнь.

– Меня зовут мисс Картер. Ваш отец зашел в классную комнату, как раз когда я думала, как бы украсить в ней стены.

– Украсить? – удивленно спросил он.

Поппи улыбнулась:

– Я ведь не могу заниматься со своими маленькими учениками в комнате с холодными и мрачными стенами, как в больнице. У меня немного времени, но надеюсь, утром эта комната будет выглядеть достойно.

– Вы собираетесь украсить классную комнату?

Харрисон улыбнулся, услышав вопрос своей дочери. Кэйт поначалу вела себя скромно с малознакомыми людьми, но ее любопытство быстро перевешивало всякое стеснение.

– Я хочу, чтобы завтра на занятиях было весело и интересно, а это значит: на твоем лице должна появиться улыбка, как только ты зайдешь в класс утром.

Возможно, учитель из мисс Картер и правда хороший, но это ничего не значит. Как долго она останется в их городке?

– Если вам нужна помощь… – неожиданно для себя произнес он.

Поппи вежливо улыбнулась:

– Спасибо, мистер Блейк, но я справлюсь со всем сама.

Харрисон подошел к дверце со стороны водителя:

– Сгораю от нетерпения завтра увидеть, как же у вас получится преобразить комнату.

Поппи закрыла заднюю дверцу, затем наклонилась ближе к окну машины.

– Разве не ваша жена привезет завтра детей в школу?

Харрисон холодно ей улыбнулся:

– Нет, это сделаю я.

– Дети, увидимся завтра утром, – произнесла Поппи и, повернувшись, зашагала к школе.

Харрисон прикоснулся к полям шляпы, затем вырулил на дорогу, наблюдая за учительницей в зеркале заднего вида.

Поппи остановилась и смотрела вслед удаляющейся машине, придерживая одной рукой длинные волосы, развевающиеся на ветру, другой рукой заслоняя глаза от яркого солнца.

– Папа, может быть, нам нужно помочь нашей учительнице?

Харрисон тяжело вздохнул, затем посмотрел на свою дочку.

– Я думаю, с ней все будет нормально, Кэйт, – сказал он.

– Но ведь классная комната – такая большая!

Харрисон не отрываясь смотрел вперед, на дорогу. Последнее, что ему нужно, так это беспокоиться о новой учительнице. На ранчо его ожидает куча дел, которые займут весь остаток дня. Но, возможно, его дочка все-таки в чем-то и права. Если он хочет, чтобы учительница не покинула город, ему стоит помочь ей обустроиться. Им всем нужно проследить за тем, чтобы она почувствовала себя в Белларо как дома.

– Ну хорошо, немного попозже мы заедем в школу и узнаем, нужна ли вашей учительнице какая-нибудь помощь. Как вы на это смотрите?

– Классно! – Кэйт заговорщицки толкнула младшего брата локтем. – Мы можем пригласить ее на ужин и помочь ей украсить стены.

Харрисон решил промолчать. Помочь мисс Картер украсить стены классной комнаты? Возможно. А вот пригласить ее на ужин? Этому не бывать!

## Глава 2

Окружающие всегда считали Харрисона сильным мужчиной. Он тяжело работал на своей земле, умел охотиться и, если бы оказался в условиях дикой природы, смог бы защитить свою семью от всех ненастий. Но вот отказать семилетней дочери Харрисон не мог.

– Папа, я думаю, ей понравится вот этот.

Он посмотрел вниз на кроху дочку и постарался выглядеть как можно грозно:

– Я не собираюсь покупать для нее пирог.

Кэйт обвила маленькими ручками его ногу в темно-синих потертых джинсах:

– Но, папочка, какой же это будет пикник без пирога?

– Мы не устраиваем никакой пикник!

Дочка весело захихикала:

– Ну, в какой-то степени у нас будет пикник.

Харрисон посмотрел на пирог, который действительно выглядел аппетитным, к тому же деньги от его продажи пойдут на благотворительность. Но какие выводы можно будет сделать, если он объявится помогать учительнице еще и с пирогом? Одно дело – заявиться с обычным ужином – булочками, кетчупом и сосисками. Так он мог бы заняться приготовлением барбекю, пока дети помогали бы своей новой учительнице. Но прийти с пирогом – это уже слишком!

– Папочка?

– Ну хорошо, мы возьмем этот пирог. Но даже не надейся, что мы проведем в школе весь вечер. Мы поможем учительнице, поужинаем, затем сразу вернемся домой. Ты поняла?

Кэйти тут же лучезарно улыбнулась, и он не мог сдержать ответной улыбки.

– Пойдем, Алекс, – позвал Харрисон.

Сын появился из ближайшего торгового ряда, и они все вместе направились к кассе. Харрисон знал пожилую миссис Джонс с самого своего детства. Сколько себя помнил, он покупал продукты в их с мужем небольшом магазине.

– Что же вы сегодня делаете в городе?

Харрисон стал выкладывать продукты из корзины на прилавок.

– Нужно завершить несколько дел, которые не требуют отлагательств.

– А еще мы собираемся навестить нашу новую учительницу, – объявила Кэйти.

– Так, значит, вы уже успели познакомиться с мисс Картер?

Харрисон нахмурился. Ему не нравилось, когда его жизнь становилась предметом обсуждения.

– Мы поможем ей украсить классную комнату, не так ли, дети?

Кэйти и Алекс согласно закивали, в то время как Харрисон оплатил покупки и забрал их с прилавка.

– Поппи Картер! Она показалась мне ярким лучиком света, когда зашла сегодня утром в наш магазин.

Харрисон вежливо улыбнулся. Эти слова только заставили его чувствовать себя виноватым за то, как он ранее разговаривал с учительницей. Да, повел он себя с ней грубо. Это было совершенно для него нехарактерно, и сейчас, немного поостыв, Харрисон начал понимать: Поппи совершенно не заслужила такого отношения к себе.

– Так что ты думаешь?

Харрисон поднял глаза на миссис Джонс:

– О чем вы?..

– Есть ли у нее муж? Сьюзи Крафт заметила след от обручального кольца на ее пальце. Но это не наше дело, переехала она в город с мужем или без него, – продолжала пожилая женщина. – В нашем объявлении о работе было лишь написано: мы можем предоставить человеку шанс на новую жизнь. И именно это мы ей и предлагаем, не так ли?

Харрисон в замешательстве приподнял одну бровь. Миссис Джонс любила посплетничать.

– Я думаю, нам нужно подождать. Пусть мисс Картер почувствует себя у нас в городе достаточно комфортно, а потом уже расскажет что-то о себе.

Кого вообще волновало, была ли она замужем? И если да, то где сейчас ее муж? Харрисона беспокоило одно: чтобы новая учительница обращалась с детьми с добротой, давала им знания и оставалась в городе.

– Спасибо, – сказал Харрисон, отходя от прилавка и неся пакеты с покупками в сторону выхода из магазина. – Еще увидимся на неделе.

Поппи уже начинала думать, что взяла на себя слишком много. Стены комнаты были абсолютно голыми и невероятно мрачными. Она даже не знала, с чего начать.

Поппи тяжело вздохнула, затем собрала свои волосы в высокий хвост. Она уже приготовила достаточное количество оранжевых звезд, которые вырезала из бумаги, и собиралась прикрепить к одной из стен. Другую же серую стену она планировала украсить огромными сердечками и звездами из серебряной блестящей бумаги, затем нарисовать контур дерева, чтобы дети постарше смогли помочь ей его разукрасить. Также у нее были заготовлены наклейки животных и птиц, которые ее маленькие ученики могут разместить на ветках дерева. Но в основном ей конечно же придется надеяться на собственные художественные способности. И тратить свои деньги, которых у нее было гораздо меньше, чем раньше. По крайней мере, в этом городе ей практически не на что их тратить. Только на закупки продуктов в местном магазинчике, и один доллар в месяц за домик, который она снимала.

– Еще раз здравствуйте.

Поппи подпрыгнула на месте. Опять Харрисон Блейк! На этот раз он привел с собой своих детей.

– Привет, – сказала она, поднимаясь с места и немного потянувшись, чтобы ослабить напряжение в затекшей спине. – Что вы, ребята, здесь делаете?

Харрисон, растянув губы в улыбке, протянул два пакета:

– Мы принесли дары.

Поппи улыбнулась детям. Так, значит, таким образом он решил перед ней извиниться?

– Вы ведь вернулись не для того, чтобы помочь мне? – спросила она своих маленьких учеников, затем села на корточки, прекрасно зная: дети решатся подойти к ней, если она будет находиться с ними на одном уровне.

И это сработало. Оба ребенка медленно подошли поближе.

– А теперь давайте узнаем, хорошо ли я вас помню, – сказала она. – Тебя зовут Алекс, – она указала на девочку, – а тебя – Кэйти, верно?

Дети засмеялись.

– Нет! – сказала Кэйти, хихикая. – Меня зовут Кэйти, а его Алекс.

Поппи засмеялась вместе с ними, затем подняла глаза на их отца:

– Наконец нам удалось с этим разобраться. Только представьте, если бы завтра я вас перепутала.

Пока дети оглядывали комнату, Поппи подошла к Харрисону. Она не привыкла долго держать на кого-то обиду. К тому же трудно было не улыбаться, когда дети казались такими счастливыми и радостными.

– Так что же там в пакетах? – спросила она.

– Дары в знак примирения, – ответил Харрисон, прислонившись плечом к двери и наблюдая за ней. – Вы можете составить нам компанию за ужином?

Теперь Поппи задумчиво нахмурилась:

– Это была ваша идея?

Харрисон вздохнул, затем улыбнулся.

– Нет, это предложение моих детей, но оно и правда отличное.

Поппи не собиралась и дальше его мучить.

– Я просто шучу. В любом случае мне приятно. И я действительно проголодалась.

Харрисон протянул ей пакеты с продуктами:

– Мне на ум сейчас пришла одна не очень хорошая мысль… Возможно, вы вегетарианка?

– К сожалению, нет. – Поппи забрала у него пакеты и поспешила поставить их на учительский стол. – В магазине используют бумажные пакеты, это здорово!

– Потому что пластик, по мнению миссис Джонс, – величайшее зло. – Осматривая продукты, Поппи увидела пирог. – Вот это настоящий дар в знак примирения!

Кто-то прикоснулся к ее ноге, и она посмотрела вниз.

– Это я захотела принести вам пирог, – объявила Кэйти. – Папа отказывался, но…

– Хм. – Харрисон громко прочистил горло, затем положил ладонь на плечо дочери. – Может, пока вы будете помогать мисс Картер, я подготовлю огонь для барбекю?

Поппи улыбнулась и, взяв Кэйт за руку, отвела ее к столу, где были разложены все материалы для украшения комнаты.

Да, маленькая дочка вила из Харрисона веревки…

Поппи посмотрела через плечо, как Харрисон направился к выходу из кабинета, держа под мышкой пакет с продуктами, из которых собирался приготовить им ужин.

И Поппи была уверена: сейчас он гадал, как так получилось, что дочь уговорила его прийти в школу и поужинать с их новой учительницей?

Харрисон начинал осознавать: ситуация выходит из-под контроля. Единственным столовым прибором, который он прихватил с собой, были старые щипцы.

Харрисон поднял глаза и увидел, как дети бегут в его сторону. На улице было еще достаточно светло, но уже скоро тени сумрака положат конец жаркому дню. Ему всегда было по душе это время, когда он обычно возвращался домой, к своим детям, чтобы найти покой после долгого тяжелого дня на ранчо.

Затем он заметил Поппи, шедшую позади детей.

– Они просто сгорают от нетерпения, – громко сказала она. – Их животы урчат, будто они неделю ничего не ели!

Харрисон неосознанно улыбнулся в ответ на ее слова. Что же такого особенного было в этой женщине? Она заставляла его глупо улыбаться, словно он был самым счастливым мужчиной на земле.

– Папа, уже все готово? – Алекс нетерпеливо смотрел на него, как будто бы умирал с голода.

– У нас возникли некоторые технические проблемы, но, если вы готовы поужинать без тарелок и вытирать руки о траву, – он кивнул в сторону заросшей лужайки перед школой, – тогда все нормально.

Поппи подошла ближе, взяла пакет с булочками и раздала каждому ребенку.

– Я за! – сказала она. – Ты хочешь кетчуп на булочку или на сосиску?

– И так, и так, – ответила Кэйти.

– Что ж, хорошо.

Харрисон старался не смотреть на Поппи, но он ничего не мог с собой поделать. Даже его дети вели себя с ней так, как будто знали ее всю свою жизнь.

Харрисон прочистил горло, затем передал Поппи первую сосиску, которую она обильно полила кетчупом. Если бы он только не смотрел как зачарованный на ее пухлые губы, уголки которых были приподняты в радостной улыбке, на ее прекрасные глаза, которые сияли, когда она разговаривала с детьми, или же на волосы, убранные в хвост, который лежал на ее плече так близко к полным грудям… Конечно, он находил Поппи привлекательной, но это не имело никакого значения. Харрисон пообещал себе: с женщинами покончено! Лучше уж он будет один до конца своих дней.

– И что же мне нужно знать о городе Белларо? – спросила Поппи.

Харрисон моргнул, затем посмотрел на нее, которая слегка склонила голову.

– А что вы хотите узнать?

Поппи приготовила хот-дог для Алекса, затем сделала один себе и присоединилась ко всей компании на лужайке. Трава здесь уже пожелтела, да и вообще требовала серьезного ухода, но Поппи не выказала никакого недовольства и присела рядом с ними.

– Так что же случилось с этим местом? – спросила она Харрисона.

– Хотите узнать, есть ли в городе привидения? Или какое жуткое кровавое преступление заставило многих жителей уехать отсюда?

Харрисон говорил серьезным тоном, но игривые огоньки в его глазах заставили Поппи засомневаться: уж не подшучивает ли он над ней?

– Что ж, хочу вам сказать: прежде чем переехать сюда, я часами искала информацию об этом месте в Интернете, но не смогла найти ничего интересного. И если жители этого города что-то скрывают, вряд ли вы так просто рассказали бы мне об этом.

Харрисон засмеялся, и Поппи, как ни старалась, не смогла не улыбнуться ему в ответ.

– Хотите знать правду?

Поппи закивала, затем, проследив за его взглядом, заметила, как дети перешептываются и указывают на что-то в высокой траве.

Харрисон посмотрел куда-то вдаль.

– В наше время трудно привлечь свежую кровь в такие маленькие города, как наш, а большинство молодых людей, которые выросли в Белларо, уезжают отсюда. Такая ситуация сейчас во всех городках в глубинке. – Он поднял на нее глаза. – Я остался здесь, потому что не хочу покидать землю, которая принадлежала нашей семье на протяжении многих лет. Это так правильно – знать историю места, в котором родился, и ходить по земле, по которой ходил когда-то твой дед, твой прадед… Этот город очень много значит для меня.

Поппи понимающе кивнула.

– Все люди, с которыми я здесь встретилась, с любовью говорят о Белларо, – честно ответила она. – И если бороться за этот город, он будет существовать.

Харрисон пожал плечами:

– Как бы мне хотелось быть таким же уверенным как вы, но знаете что? – Он тяжело вздохнул. – Я не должен был так с вами разговаривать… Если вы решите уехать, то школа закроется. И тогда придет конец нашему городу. – Он громко выдохнул. – Это нелегкая работа – учить детей от пяти до одиннадцати лет, но, если вы все-таки останетесь, люди в этом городе будут вам благодарны.

На этот раз тяжело вздохнула Поппи. Ей вовсе не хотелось испытывать это давление, новый груз, который свалился на ее плечи. До того как она переехала сюда, на ней лежала ответственность практически за все. И вот теперь ситуация, кажется, повторяется… А ведь она всего-навсего хотела найти тихое, спокойное место, где бы смогла собраться с мыслями и понять, как жить дальше.

– Простите, я, наверное, сказал лишнее?

Поппи улыбнулась, заметив его виноватое выражение лица:

– Все нормально. Вы просто говорили со мной откровенно, и я рада этому.

Дети, закончив с едой, уже начали теребить их:

– Мы можем вернуться в школу и закончить украшать стены?

– Конечно же!

Поппи поднялась с травы и протянула руку Харрисону, чтобы помочь ему встать. И это соприкосновение их рук, свет в его глазах, когда их взгляды на мгновение встретились, вызвали головокружение. Она почувствовала приятную дрожь во всем теле.

– Давайте встретимся в классной комнате после того, как я здесь немного приберусь?

Поппи высвободила свою руку из его широкой ладони, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом Харрисона.

– Пойдемте, дети.

Она положила руку на плечо Алекса, и они все вместе отправились в школу.

– Вот это да!

Поппи посмотрела вниз. Она стояла на стуле, держа в зубах бумажные звезды, которые прикрепляла к стене. С потолка уже свисали такие же звезды на нитках, но она хотела также закрыть пятна и неровности на стене.

– Ваши дети – настоящие пчелки-труженики, – пробормотала она.

– Да, маленькие работники, которые уже совсем выдохлись, – ответил Харрисон.

Поппи посмотрела в его сторону. Харрисон держал сонного сына на руках.

– Уже поздно. Вам пора домой. Я справлюсь здесь одна. – Стул под ней зашатался, но она быстро нашла равновесие.

– А если мы подвезем вас?

Поппи покачала головой:

– До моего дома совсем недалеко. Со мной и правда будет все в порядке. Мне хотелось бы, чтобы завтра, когда дети вернутся в эту классную комнату, на их лицах были бы улыбки, – продолжала Поппи. – Мне нужно украсить блестками очертания сердец и очертить ими рамку на другой стене. Хочу записать там имена детей их любимыми цветами, когда они придут утром.

Она услышала, как Харрисон тяжело вздохнул. Он опустил сына на пол и взял со стола маркер с блестками.

Поппи посмотрела на бумажные звезды, которые держала в руках, и прикусила нижнюю губу.

– Вот так делать? Большой контур?

– Да, именно так, – ответила она, изо всех сил стараясь сдержать смех.

Поппи спустилась со стула, задвинула его к столу, затем, взяв серебряный маркер с блестками, стала украшать противоположную от Харрисона стену.

– Папа, мы ведь не попробовали пирог, – произнесла сонная Кэйти.

Поппи совсем забыла про пирог. Она сделала несколько шагов назад, чтобы посмотреть на стену на расстоянии и оценить результат их работы. Завтра утром ее новые ученики могут помочь ей украсить кабинет, но на сегодня работа здесь закончена.

– Как вы смотрите на то, чтобы мы завершили наше дело и наградили себя за наши старания кусочком пирога? Что скажете? – спросила она.

Харрисон передал ей маркер, наблюдая за тем, как устало кивают на ее слова его дети.

– Только вот у нас нет ножа…

Поппи подмигнула ему:

– У меня есть перочинный ножик. Он ведь подойдет, верно?

Она достала нож и осторожно передала его Харрисону.

– Что ж, давайте съедим каждый по большому кусочку. Я думаю, мы это заслужили.

Возможно, ей удастся как-то отвлечься? Потому что, если даже общение с мужчинами больше не приносит ей радости, этот недостаток легко восполнит шоколад.

## Глава 3

– Спасибо, что подвезли. – Поппи вылезла из машины и закрыла за собой дверцу, затем помахала детям, устроившимся на заднем сиденье.

– Я провожу вас до двери.

– Спасибо, но со мной все будет в порядке. Я ведь живу не в большом городе, где можно подвергнуться опасностям на каждом шагу, – пошутила она.

Шутка оказалась неудачной. По выражению лица Харрисона она поняла: он не нашел ее слова забавными.

– Я привез вас домой и должен проводить до двери. Меня так воспитали. Быть может, я немного старомоден, как и все люди в этом городе. Скоро вы это поймете, мисс Картер.

– Нет ничего плохого в том, чтобы быть старомодным, – ответила она. И Поппи правда так считала, просто она не привыкла к галантному обхождению со стороны мужчин. – Если речь, конечно, не идет о состоянии водопроводных труб.

Харрисон тут же нахмурился:

– У вас какие-то проблемы с этим домом?

Поппи махнула рукой:

– Из душа вода течет маленькой струйкой и очень быстро становится холодной.

– Я посмотрю, смогу ли что-нибудь с этим сделать.

– Не волнуйтесь, я вообще не должна была ничего вам говорить! Все хорошо.

Харрисон стоял в нескольких шагах от нее – ковбойская шляпа на голове, суровое выражение лица.

– И все-таки надо посмотреть, в чем там проблема. Возможно, мне удастся сделать это на этой неделе.

– Ну, только если вам не сложно…

– Мне не сложно, – ответил Харрисон. – Вы позаботьтесь о моих детях в школе, а я прослежу за тем, чтобы этот дом не обрушился вам на голову. Согласны?

– Согласна. А сейчас вам лучше побыстрее отвезти детей домой. Спасибо за помощь.

Харрисон почтительно прикоснулся к полям своей шляпы, повернулся и направился к машине.

Поппи, открыв входную дверь, прислонилась к ней, наблюдая за тем, как Харрисон сел в машину и выехал на дорогу. Она старалась не думать о том, каким привлекательным был этот мужчина.

Зайдя в дом, Поппи закрыла входную дверь на замок.

Она прошла по коридору до холодильника, достала пакет с молоком и перелила его в маленькую кастрюльку. В доме не было микроволновки, поэтому ей предстояло приготовить для себя горячий шоколад старым дедовским способом.

Услышав какой-то скрежет, Поппи застыла на месте. Она схватила со стола котелок и стала на цыпочках красться к задней двери дома. Она закрыла на замок и эту дверь, но… Откуда-то еще раз раздался скрежещущий звук. Поппи отодвинула маленькую занавеску на двери и включила наружный свет. Если во дворе кто-то был, кого она вообще может позвать на помощь?

Это оказалась всего лишь кошка. Поппи положила на пол котелок, который все еще держала в руке, открыла дверь и посмотрела на освещенный задний двор.

– Ты голодный? – спросила она.

Поппи оставила дверь открытой, и вернувшись к пакету с молоком, налила немного в маленькую тарелочку, которую поставила недалеко от задней двери, и стала ждать, что же случится дальше. Прошло совсем немного времени, и черный кот медленно и осторожно, обнюхивая воздух вокруг себя и смотря по сторонам, прошел по деревянному полу к тарелке. Поппи закрыла дверь на замок. Кот был худой и одичалый, и она уж точно не собиралась выгонять бедное животное на улицу.

– Хочешь спать в моей кровати?

Кот поднял на нее глаза, все еще продолжая лакать молоко из тарелки, а Поппи вернулась к кастрюльке, которая стояла на плите, и добавила туда кусочки шоколада, чтобы они расплавились в кипящем молоке.

– Я думаю, тебе и мне будет хорошо в этом доме, – продолжала она разговаривать с котом. – Если только, конечно, ты не решишь уйти от меня к кому-то помоложе. Тогда я точно буду знать: хуже моя жизнь уже быть не может.

Кот конечно же молча продолжал лакать молоко.

Известно: черные кошки приносят неудачу. Что-что, а в последнее время с ней произошла целая череда сплошных неудач. Может, она уже истратила свой лимит неприятностей и боли?

– Пойдем, киска, – сказала она, наливая горячий шоколад себе в кружку. – Нас ожидает уютная, теплая постель.

Харрисон выехал на пыльную дорогу, которая вела к ранчо его семьи. Он посмотрел в зеркало заднего вида: Кэйти и Алекс спали на заднем сиденье грузовичка. Их никак не тревожило гудение мотора и движение машины на неровной дороге. Все, о чем мечтал Харрисон, – это счастье его детей. Сегодня они все вместе неплохо провели вечер. Харрисон старался выбросить из головы образ их новой учительницы, но ничего не получалось. Она была доброй, милой, вежливой, а также самой красивой женщиной, которую он видел за долгое время. Но что-то в ней его настораживало.

Она вряд ли останется в их маленьком городке. Только те, кто родился и вырос в глубинке, могут жить в этом всеми забытом месте. К примеру, его жена не выдержала и не смогла здесь задержаться. А уж если даже мать не согласилась остаться в этом городе, чтобы заботиться о своих собственных детях, то почему Поппи Картер останется ради чужих детей? Харрисон ожидал, что на объявление откликнется пожилая женщина, располагающая большим количеством свободного времени. А Поппи оказалась красавицей моложе тридцати лет, с длинными прямыми волосами и яркими голубыми глазами. Казалось, такая прекрасная современная женщина должна проводить свободное время с друзьями и посещать магазины. Но, возможно, он к ней несправедлив? Если Поппи нравится красиво и элегантно выглядеть, это ведь не значит, что ей стает скучно в их городке. К тому же он почти ничего о ней не знал. Быть может, у нее есть свои скелеты в шкафу и она переехала в глубинку в попытке убежать от своей прежней жизни?

Харрисон остановил машину возле своего дома, вылез из нее, открыл входную дверь в дом, затем вернулся, чтобы отнести детей на руках в их спальни. Им, может быть, уже и было пять и семь лет, но для него они всегда останутся малышами. Ведь Харрисон вырастил их совсем один. Он собирался сделать все возможное, чтобы школу в их городе не закрыли. Харрисон даже не рассматривал вариант с частными школами-интернатами – по крайней мере, до тех пор, пока они не будут учиться в старшей школе. Мать оставила их, и он не хотел, чтобы они даже на мгновение подумали, будто и ему они тоже не нужны. Это ведь его дети, его плоть и кровь, и он готов на все, чтобы защитить их от всех невзгод.

Старая миссис Джонс права. С появлением Поппи, казалось, их маленький тихий город стал более солнечным. Такого яркого и светлого человека здесь явно не хватало. Но он должен помнить: на кону стояло не только будущее его детей, но и судьба всего города.

Поппи Картер могла стать либо настоящим спасением для Белларо, либо последним смертельным ударом для города.

Харрисон встряхнул головой, чтобы избавиться от этих мыслей, затем включил телевизор, поудобнее устроившись на диване. Возможно, он читал слишком много сказок на ночь для Кэйти… Почему-то он начал надеяться: Поппи прибыла в их город не случайно.

Поппи с трудом справлялась с нервами. Сегодня за завтраком она практически ничего не съела из-за волнения. Поппи сидела за своим учительским столом и нервно постукивала пальцами по его деревянной поверхности. Она посмотрела на стену в другом конце кабинета и улыбнулась, вспомнив, как большой и сильный Харрисон орудовал ее маркером с блестками, помогая украшать стены. За все время работы учителем Поппи встречала достаточно много хороших отцов, но она не могла и представить, как большой и сильный мужчина без всяких возражений поможет ей нанести блестки на бумажные сердца.

Звук захлопывающейся дверцы машины заставил ее очнуться от своих мыслей. Вот и настало время. Ее первый день работы учителем в школе в маленьком городке Белларо.

Поппи поднялась с места, пересекла комнату, затем открыла дверь в кабинет нараспашку и стала ожидать прибытия своих первых учеников. В ее сторону шла с улыбкой на лице мама с тремя детьми, бегущими впереди нее.

– А ну-ка, сбавьте обороты!

Поппи улыбнулась на то, как отчитывала своих ребят мама. Дети тут же остановились на месте как вкопанные, еще до того, как они добежали до входа в кабинет.

– Здравствуйте, дети. Меня зовут мисс Картер, и я ваша новая учительница.

Три мальчика подняли на нее глаза, не сказав ни слова, но по их ухмылкам Поппи сразу поняла: с ними ей будет ох как непросто!

– Здравствуйте.

Поппи подняла руку.

– Вы, должно быть, рады началу учебного года, – сказала она, прикоснувшись на мгновение к плечу мамы мальчиков. – Я понимаю, заботиться о трех мальчиках – это совсем не простое дело.

– Я только надеюсь, их безобразное поведение не заставит вас покинуть наш город. Если бы мне нужно было следить за двадцатью детьми каждый день, я бы давно сошла с ума.

Поппи покачала головой:

– Мне нравится моя работа, поэтому не беспокойтесь! Детские шалости вряд ли испугают меня. – Она посмотрела на школьный двор и заметила знакомый грузовичок, подъезжающий к зданию. – К тому же я слышала, миссис Лейн один раз в неделю работает учителем. – Поппи взмахнула рукой: – А вот и семья Блейк!

Мама мальчиков проследила за ее взглядом:

– Вы уже успели встретиться с Блейками?

Как ни старалась, Поппи не могла оторвать от Харрисона взгляда. Она наблюдала за тем, как он развернулся на водительском месте, чтобы поговорить со своими детьми, которые сидели сзади, затем вылез из машины и помог им выбраться.

– Я еще незнакома с миссис Блейк, но оба ребенка такие милые!

Поппи не могла не смотреть на Харрисона, когда он направился в сторону школы, держа в руках рюкзаки своих детей. Его взгляд также был прикован к ней. Кэйти шла впереди него, Алекс держался ближе к своему отцу.

– О, дорогая, нет никакой миссис Блейк, – ответила женщина. – Харрисон у нас «Отец года». Его жена оставила их, когда Алексу было только несколько месяцев. Он один воспитывает детей.

Поппи сглотнула. Этот сексуальный и привлекательный мужчина не женат?!

Она тут же отвела от него взгляд и обратила все свое внимание на женщину:

– Простите, как ваше имя?

– Пэт. А моих мальчиков зовут Скотт, Джон и Сэм. – Женщина улыбнулась, затем сделала несколько шагов назад. – Было приятно с вами познакомиться. До встречи!

Поппи помахала ей на прощание, затем повернулась, чтобы встретить следующих прибывших в школу – Харрисона и его детей. Кэйти поприветствовала ее и сразу же зашла в кабинет, Алекс же, напротив, остался стоять с отцом.

– Доброе утро, – улыбаясь, сказала Поппи. – Как у тебя дела, Алекс?

Мальчик застеснялся, но улыбнулся ей в ответ.

– В прошлом году он провел в школе только один семестр, и поэтому для него все еще здесь непривычно, – пояснил Харрисон.

Поппи присела на корточки, радуясь возможности быть ближе к сыну Харрисона, нежели к возвышающемуся над ними отцу мальчика.

– Малыш, – сказала она нежно, немного приподняв подбородок малыша. – Я буду присматривать за тобой весь день, поэтому нет никакой причины бояться. Если хочешь, ты даже можешь сидеть рядом со мной.

Алекс закивал.

– Почему бы тебе не пойти поиграть с другими детьми? – спросила его Поппи.

Алекс обнял отца за ногу, потом зашел в кабинет.

– Спасибо, – хрипло произнес Харрисон.

– Нет проблем. Это ведь моя работа.

Они какое-то время простояли молча. Поппи не часто встречала таких отцов. Теперь понятно, почему он не особенно спешил вчера домой, ведь там его не ждала жена…

Еще одна машина подъехала к зданию школы, и из нее стали выбираться дети.

– Мне лучше бы вернуться в класс, – сказала Поппи.

Харрисон на прощание коснулся пальцами полей своей шляпы.

– И еще раз спасибо за помощь, – добавила она.

Харрисон успел сделать несколько шагов назад, а затем остановился и поднял на нее глаза:

– Я выясню, в чем проблема с водопроводом в вашем доме. После занятий, когда приеду забирать детей…

Поппи сглотнула. Может быть, она начала так нервничать, потому что теперь знала: он не женат.

– Вы, должно быть, мисс Картер?

Поппи моргнула и отвернулась от мужчины, который направлялся в сторону своего грузовика.

Она была учительницей, и это ее первый день в школе. Ей еще предстоит встретиться с родителями своих новых учеников. И ей еще предстоит увидеться с Харрисоном после занятий, когда он окажется в ее доме.

## Глава 4

Поппи присматривала за Кэйт и Алексом. Харрисон задерживался только на несколько минут. Всех остальных учеников родители забрали вовремя, поэтому Поппи теперь нежилась на солнышке перед школой в приятной компании.

– Вот он! – закричал Алекс и побежал по лужайке, размахивая руками.

Харрисон быстро вылез из машины и подхватил сына.

– Извините меня, Поппи, – сказал он, проводя рукой по своим волосам, как будто бы только сейчас осознавая, что на нем не было шляпы. – Мне пришлось решать проблему с одним очумевшим быком…

– Папа! – возмущенно сказала Кэйти, уперев руки в боки. – Ты сказал плохое слово, – прошипела она. – И к тому же это наша учительница, ты должен называть ее мисс Картер.

Харрисон виновато закивал, как будто бы признавая: его дочь абсолютно права. Но когда он посмотрел на Поппи, в его глазах горели игривые огоньки. Ей пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.

– В общем, суть моей истории: бык хотел прорваться к дамам, но я не мог ему этого позволить, – рассказывал Харрисон.

На этот раз Поппи не смогла удержать смех. Трудно представить: она стоит рядом с настоящим ковбоем, хотя до этого никогда и не видела ранчо.

– Вы даже себе не представляете, насколько это забавно?

Харрисон в замешательстве посмотрел на нее:

– Может быть, забавно слушать эту историю сейчас, но, когда мне пришлось столкнуться с быком весом в три тысячи фунтов, да к тому же разъяренным, мне было совершенно не до веселья.

Они все вместе направились к грузовику.

– Харрисон, поймите, единственное мое столкновение с природой случилось, когда в одном из моих классов завелись муравьи, – сказала Поппи. – Поэтому мне как настоящему городскому жителю эта история кажется забавной. К тому же весьма необычной.

Поппи заметила, что лицо Харрисона помрачнело. Неужели она сказала что-то не так?

– Хотя, к слову о дикой природе… Вчера я завела себе кота. Может быть, я начинаю потихоньку привыкать к жизни в глубинке.

Харрисон открыл дверцу переднего сиденья грузовичка, затем указал Кэйти, чтобы та села на заднее сиденье.

– Говорите, завели кота? Но в нашем городе нет никаких зоомагазинов или питомников для животных.

Поппи закатила глаза, тайно желая, чтобы он не стоял к ней так близко. Харрисон был на голову выше нее, и она не могла перестать смотреть вверх, в его темно-карие глаза, по цвету напоминающие горячий шоколад. Ей нужно очнуться от грез.

– Прошлой ночью я услышала в доме какой-то шум, на пороге оказался черный кот, как будто это был его дом и он хотел зайти внутрь.

– Это была дикая кошка? – спросил Харрисон, затем указал Поппи на свою машину: – Я довезу вас до вашего дома и посмотрю, в чем проблема с вашим водопроводом.

Щеки Поппи залились румянцем. Что же было в этом мужчине, заставляющее ее чувствовать себя так неуверенно рядом?

– Я не думаю, что дикая кошка провела бы ночь у меня в кровати, – ответила Поппи, опустив глаза на его руку, держащую рычаг переключения скоростей.

Его кожа была загорелой от многих часов, проведенных на палящем солнце, плечи и руки были мускулистыми от тяжелой работы.

Поппи постаралась не думать о нем и сконцентрироваться на дороге впереди нее.

– Если быть точным, этот кот спал на моей подушке.

На заднем сиденье дети разговаривали между собой, но Поппи слушала только их отца.

– Как же вас легко провести, вы знаете об этом? – Когда Харрисон смеялся, в уголках его глаз появлялись морщинки, которые делали его улыбку еще привлекательней. – Но вам предстоит еще многому научиться, чтобы стать настоящим жителем глубинки. – Он пожал плечами. – Странно, кот просто так появился у вас на пороге… Он, должно быть, чей-то.

– Я сказала коту: он может остаться у меня, но на всякий случай оставила одно окно открытым, чтобы он мог уходить и приходить, когда захочет.

– Вы дали ему имя?

– Счастливчик, – ответила Поппи. – Не верю в грубое заблуждение, будто черные кошки приносят неудачу. А этому коту действительно повезло: он встретил меня и мой холодильник.

– Теперь это ваш кот, – улыбаясь, произнес Харрисон. – Вы дали ему имя, значит, он ваш! Так всегда происходит.

Харрисон лежал на спине под мойкой, пытаясь затянуть соединение на трубе.

– Харрисон?

Черт! Погрузившись в свои мысли, он совсем не ожидал, что кто-то войдет в комнату. Резко дернувшись, Харрисон ударился головой об мойку.

– С вами все в порядке? Вы не ушиблись?

Харрисон тихо выругался, затем вылез из-под мойки. Он прикоснулся к своему ушибленному лбу:

– Крови нет, значит, выживу.

Он поднял глаза на Поппи, которая стояла в дверях.

– Я… хм… подумала: не захотите ли вы остаться на ужин? Вы уже долго здесь работаете, и я думаю, дети проголодались…

– Я собираюсь закончить начатое.

– Я действительно вам благодарна, но…

– Хорошо. – Харрисон пожал плечами. – После того как я справлюсь с этими трубами, ужин будет кстати.

Поппи улыбнулась:

– Что ж, тогда договорились. Пойду скажу детям: вы остаетесь на ужин.

Поппи развернулась на месте и вышла из ванной комнаты, а Харрисон, сидя на полу, продолжал провожать ее взглядом. Все-таки было в ней что-то, не дававшее ему покоя. Что заставило его не думая предложить свою помощь в починке водопровода, согласиться на ужин… И это была загадка, которую ему не хотелось разгадывать. Поппи была просто учительницей его детей, новый житель в их маленьком городе, и ничего больше. Серьезные отношения с женщиной не входили в планы Харрисона. Тогда почему он продолжал сидеть на полу, не отводя глаз от ее удаляющейся фигуры?

Поппи посмотрела на детей, лежащих на животе со скрещенными ногами и смотрящих телевизор. Она уже угостила их сэндвичами и соком и теперь готовила для них ужин.

Конечно, Поппи не привыкла жить в таких условиях – в стареньком домике с небольшой кухонькой, но здесь было уютно. Ей нравилось самой готовить ужин, ее первый день в школе прошел успешно, и ей начало казаться: наконец-то она встала на правильный путь.

– Как вкусно пахнет!

За ее спиной послышался низкий сексуальный голос, который заставил ее застыть на месте.

Этот голос будоражил ее так же, как и присутствие самого Харрисона.

– Никаких изысков, просто спагетти, – сказала она, продолжая помешивать соус.

Она услышала, как Харрисон зашел на кухню, почувствовала его властное присутствие в этой маленькой комнате.

– Пахнет очень аппетитно!

Поппи краем глаза заметила, как он подошел ближе и встал рядом с ней. Харрисон заглянул в кастрюльку на плите, затем взял деревянную ложку и перемешал содержимое.

– Чеснок и бекон, – ответила Поппи, отодвигаясь немного от него, страстно желая увеличить расстояние между их телами. Лишь бы ее сердце прекратило так бешено биться в его присутствии!

– Я просто обжарила бекон, затем добавила его в соус и подам все это со спагетти.

Харрисон кивнул, положил деревянную ложку на подставку и стал наблюдать за тем, как Поппи готовила.

– На кухне все работает как надо? – спросил он.

– Да, здесь все хорошо, – медленно ответила она.

– Вы, кажется, не очень-то в этом уверены?

Но Поппи была уверена в одном: она не сможет долго выдержать его взгляд на себе. Лучше бы он решил пойти посмотреть телевизор со своими детьми, тогда она сможет сконцентрироваться на приготовлении ужина.

– Нет, правда. Все на кухне работает как надо.

– Просто все здесь не такое, к чему вы привыкли?

Поппи тяжело вздохнула, затем пожала плечами:

– Раньше я жила в современной квартире с великолепной кухней. Но я не была там счастлива, и мне все равно, где готовить – пусть и на маленькой простой кухне. – И это было абсолютной правдой. – Главное – у меня есть работа, которую я люблю, и я могу каждое утро просыпаться с улыбкой.

Харрисон продолжал смотреть на нее, но теперь выражение его лица стало более мягким. В его взгляде появилась какая-то нежность, как будто бы он прекрасно понимал, о чем она пыталась ему сказать.

– Да, неплохо просыпаться каждый день с улыбкой, – произнес он.

Поппи посмотрела в сторону. Когда она решила переехать в этот маленький город, она пообещала себе: ее прошлое останется позади. Ей не хотелось, чтобы жители Белларо узнали о ее жизни.

– Что у нас на ужин? – спросила Кэйти, вбегая в комнату, затем остановилась около плиты и на цыпочках стала заглядывать в кастрюлю.

– Спагетти с мясным соусом, – ответила Поппи, подталкивая девочку из кухни. – Пойди посиди со своим братом еще несколько минут, и ужин будет готов.

Кэйти улыбнулась и убежала.

– Вы сказали, будто не готовите ничего изысканного, – сказал Харрисон, указывая на соус в кастрюльке, – но для детей это настоящий подарок – провести ужин в каком-то другом месте, а не как обычно на ранчо.

Поппи сглотнула, почувствовав ком в горле. Надо решаться: либо сейчас, либо никогда.

– Так, значит, нет никакой миссис Блейк? – спросила она, прекрасно зная, какой получит ответ.

– Нет, – тут же сказал Харрисон. – Нет никакой миссис Блейк, если, конечно, вы не имеете в виду мою мать.

Ох, как бы она хотела, чтобы ее вопрос ничего не значил, но они оба знали: это не так. Поппи не могла понять, почему ей так важно было узнать на него ответ. Возможно, ей просто нужно было услышать это из его уст.

Соус. Ей нужно выбросить из головы все посторонние мысли и начать думать о приготовлении ужина.

– Я могу чем-нибудь вам помочь? – Его мягкий, низкий голос заставил ее кожу раскраснеться.

– Я была бы вам благодарна, если бы вы расставили на стол тарелки, – сказала Поппи, кивнув в сторону шкафчика с посудой. – И если честно, мне бы хотелось отметить мой первый день в школе бокалом вина.

К тому же несколько глотков «совиньон блан», которое она припасла в холодильнике, помогут успокоить нервы.

– Бокалы? – спросил Харрисон, относя тарелки к столу.

Поппи вздохнула:

– Все еще не распакованы. Подождите-ка, попробуйте посмотреть в нижней коробке в кладовке. Я не могу отойти от плиты и оставить соус без присмотра.

Широкими шагами Харрисон пересек кухню…

– Эта коробка?

Поппи кивнула:

– Да.

Поппи оторвала от него свой взгляд и попыталась сосредоточиться на приготовлении ужина. Сняв кастрюльку с соусом с плиты, она вылила ее содержимое на спагетти, которые уже сварились, и тщательно перемешала. Это было одно из ее любимых блюд. Неужели семейству Блейк не понравится ее стряпня?

Харрисон налил вино в два бокала, которые нашел в коробке, затем направился в гостиную:

– Пойдемте, ребята, ужин готов.

На коленях Кэйти сидел черный кот. Девочка медленно гладила его, и довольное урчание было слышно с самого входа в комнату.

– Отпусти этот блохастый мешок и пойдем садиться за стол, – сказал Харрисон, стараясь не улыбаться, когда заметил гневный взгляд дочери. – Хотя сначала тебе стоит помыть хорошенько руки.

– Все хорошо, Счастливчик, – ласково прошептала она коту. – Не слушай его, понятно?

Кэйти аккуратно опустила животное на пол, как будто кот был сделан из невероятно хрупкого материала. Затем она выпрямилась и пробежала мимо него на кухню.

– Счастливчик – не блохастый мешок, – прошипела она.

– Я просто пошутил, малыш. Теперь пойдите помойте руки и присоединяйтесь ко всем за столом.

– Все готово, – сказала Поппи.

Харрисон поспешил забрать у нее последнюю тарелку, их ладони соприкоснулись.

– Давайте я заберу у вас это.

Поппи подняла на него глаза, затем ее взгляд быстро метнулся к тарелке, затем снова на него, как будто она не могла сообразить, как бы ему ответить.

– Спасибо, – наконец смогла произнести она, убирая с лица выбившуюся прядь волос за ухо.

Харрисон чувствовал себя комфортно в доме этой женщины.

То, как поступила с ним его жена, сколько боли она принесла ему, Харрисон никогда не забудет. Но теперь он не должен чувствовать себя виноватым здесь, в компании молодой учительницы, переехавшей в их маленький город. Ему просто нужно убедиться: его дети не получат еще большие душевные травмы, и тогда все будет в порядке.

– Кэйти умеет находить общий язык с животными, – произнесла Поппи.

Она подошла к столу, взяла бокал с вином и сделала небольшой глоток, наслаждаясь вкусом. Харрисон выдвинул свой стул, но подождал, пока она первая займет свое место. Дети появились в комнате и сразу же уселись на свои стулья.

– Кэйти любит животных, как никто другой, – рассказывал он Поппи, улыбаясь дочери, сидевшей на другой стороне стола. – Я иногда подшучиваю над ней по этому поводу, но она действительно легко находит с ними общий язык.

Поппи потянулась за тарелкой Алекса и стала накладывать на нее еду.

– Тебе нравится помогать своему отцу на ранчо, Кэйти?

Девочка закивала:

– Да, но мне не нравится, когда приходит время рождения детенышей. У некоторых малышей нет мамы, потому что они такие же, как я, вот только папы у них тоже нет.

Харрисон застыл, все его мышцы напряглись. Как бы он ни старался, он не мог подавить в себе злость, которую вызвали слова его маленькой дочки.

– Именно поэтому у нас так много маленьких телят, – произнес он, стараясь успокоиться. – Потому что Кэйти хорошо за ними ухаживает.

– Так, значит, ты помогаешь выкармливать телят? – спросила Поппи.

Если она и заметила всплеск эмоций в его взгляде, то посчитала нужным не обращать на это внимания.

– Папа разрешает мне кормить их из бутылочки, и мы каждому даем имя, – сказала Кэйти, улыбаясь Поппи, которая передавала ей тарелку.

– Да, поэтому у нас так много маленьких телят, – объяснил Харрисон, также улыбаясь своей дочери. – Всегда говорю своим детям: как только вы даете кому-нибудь имя, сложно с ним прощаться.

– Потому что из них делают стейки, – объявила Кэйти.

Поппи встретилась взглядом с Харрисоном.

– Точно. – Он накрутил на свою вилку немного спагетти и попробовал их. – Это блюдо на вкус так же великолепно, как и ароматно.

Она улыбнулась, затем торжественно подняла свой бокал вина:

– Я хотела бы сказать тост перед тем, как мы приступим к еде.

Харрисон прикоснулся салфеткой к губам, затем последовал ее примеру:

– Конечно.