Наталья Денисова
Механическое приданое. Дочь коллекционера

Глава 1

Подъехавший к воротам родового имения паромобиль дядюшки Джошуа я заметила сразу. За последние три года окно моей спальни вообще стало моим любимым и, можно сказать, единственным развлечением. А что еще прикажете делать в пригороде Верегоса в имении, что стало моей тюрьмой, кроме как неотрывно смотреть в окно и вздыхать о своей незавидной участи. Еще три года назад моя жизнь была яркой и насыщенной, и лишь один эпизод разбил ее в пух и прах. Дядя Джошуа, который сейчас бодрой походкой шагал по каменной дорожке к крыльцу имения, любил твердить, что мне невероятно повезло: король Аврании Георг 17 благоволил моему покойному отцу за его преданную службу, за что я и получила столь мягкое наказание, как отлучение от двора и ссылку в собственное имение. Для дяди это наказание было мягким – для меня же настоящей пыткой. Порой мне казалось, что уж лучше бы меня казнили на городской площади. По крайней мере, дни не тянулись бы так долго, сменяясь один другим в бесконечной унылой череде.

Что же я натворила? Всего лишь пыталась отстоять свою честь и достоинство единственным казавшимся мне тогда верным способом – сражением на дуэли с оскорбившей меня дамой. И откуда же мне было знать, что король будет так суров к придворным дамам, решившим выяснить отношения при помощи оружия? В тот день я поняла, что живу в абсолютно несправедливом мире, где мужчинам дозволено отстаивать свое достоинство посредством драки на дуэли, а женщинам – нет. А самое обидное, что я выиграла наше короткое сражение, которое должно было продлиться до первой капли крови. Правда, все вышло не совсем так, как я планировала, ведь холодным оружием я владею намного хуже, чем огнестрельным. В результате нашей дуэли, которую, как оказалось, прочие дамы сочли обычной шуткой или театральной постановкой, моя соперница мисс Мелани Говард лишилась кончика своего аристократического уха. Помню, скандал вышел знатный. Сама пострадавшая вопила больше всех, обвиняя меня во всех грехах, хотя до этого с превеликим удовольствием и свойственным ей высокомерием согласилась на дуэль. Радует лишь одно – наказания удостоилась не только я. Моей сопернице тоже досталось. Правда ее высокочтимые родители быстренько спихнули дочурку замуж за какого-то престарелого барона с южных окраин Верегоса. Мне же выпала еще более печальная участь – доживать остаток своих дней в унылом семейном склепе, как я именовала свое имение, без возможности покидать его.

Никто из прежних знакомых ни разу не навестил меня. Один лишь дядя Джошуа оставался верен себе – изредка наведываясь в имение и читая мне морали о недостойном поведении. Но и этим отнюдь не веселым визитам я была искренне рада, ведь они хоть как-то скрашивали мое одиночество.

Входная дверь распахнулась, и я со всех ног бросилась встречать своего единственного родственника, который также являлся моим опекуном.

– Дядюшка Джошуа! Как я рада, что вы приехали! – кинулась я в объятия невысокого мужчины плотного телосложения. Сюртук дядюшки затрещал по швам, едва не оставив своего обладателя в исподнем, за что я тут же получила от опекуна нагоняй.

– Урсула, – строго сказал он, отстраняясь. – Ты ведешь себя, словно деревенщина! Разве, порядочные леди кидаются на шею мужчинам?

Эх, мне бы сюда хоть одного единственного мужчину, я не то, чтобы ему на шею кидалась… От скуки и к воспитанным леди в голову приходят всякие непристойные мыслишки!

Говорить об этом дядюшке я, конечно же, не стала. Лишь опустила взгляд в пол и горестно вздохнула. Эх, не видать мне любви, которая и так большая редкость у людей такого высокого происхождения, как у меня, ни мужа, ни детей. И если о наличии супруга, я не особо сожалела, то о возможности испытать радость материнства искренне печалилась. Но ни один мало-мальски подходящий мне по статусу аристократ не согласился взять в жены дуэлянтку. А ведь дядюшка в первое время старался пристроить меня. Но, к сожалению, в этой ситуации моей сопернице и другу по несчастью – мисс Мелани Говард – повезло больше: у ее семьи были деньги, потому Говардам удалось выдать дочь замуж (догадываюсь, что сумма приданного сильно превышала норму). А вот у моей семьи с финансами всегда были проблемы, потому я и осталась в имении в гордом одиночестве. Отец увлекался всякими старинными штучками, тратя на них все сбережения. В результате после гибели родителей мне досталось имение с кучей старинных книг и коллекция механических изделий из старого мира. Никому не нужный бесполезный хлам!

В подтверждение моих слов дядюшка Джошуа спросил:

– Весь тот старинный мусор, что собирал мой покойный брат, все еще в имении?

– А куда же ему деться? – спросила я.

Выбросить все, что добывал отец ценой своей жизни, рука не поднялась бы у меня никогда. Так и пылился весь этот механический и бумажный хлам на нижних этажах имения. Изредка я захаживала туда, ненавидя эту коллекцию, которая стала для мистера Блаунта дороже дочери. В те редкие дни, когда отец был дома, а не в очередной поездке в поисках изделий старого мира, он пропадал на нижних этажах, изучая древние фолианты все о тех же ненавистных для меня механизмах.

– Вот и хорошо, – отчего-то оживился дядюшка.

– Неужели вы нашли покупателя на все это? – обрадовалась я.

Если я смогу избавиться от старья, захламившего мое имение, у меня наконец-то будут деньги, и я смогу покинуть Авранию. Сбегу из ставшего ненавистным имения и начну новую жизнь в каком-то другом королевстве, где меня никто не знает. И не знает о моем участии в первой и единственной женской дуэли.

– Так вы нашли покупателя?! – воодушевленная своими планами, повторила я свой вопрос.

– Можно сказать и так, – туманно ответил мистер Блаунт, – но давай, мы с тобой это обсудим в гостиной за чашкой чая.

– Сьюзи, – позвала я служанку. – Принеси в гостиную чай для меня и мистера Блаунта. И захвати лучшие угощения!

Я взяла дядюшку под руку и проводила в темную гостиную, обставленную старой мебелью.

Мужчина недовольно покачал головой при виде унылой картины, окружающей меня ежедневно. Обстановка в имении не менялась со времен детства моего батюшки и его младшего брата Джошуа. По наследству имущество перешло к моему отцу, но он был занят совершенно другими вещами, а не облагораживанием собственного дома. Я была бы рада все здесь устроить по собственному вкусу, но не располагала для этого средствами. Супруга, который бы мне в этом помог, я так и не заимела, а у дядюшки Джошуа и у самого дела шли неладно. Он, как и я, до сих пор не нашел себе достойную пару, готовую связать себя семейными узами с аристократом, не обремененным имуществом и солидными запасами золота.

Мы расположились на продавленном диванчике выцветшего коричневого цвета.

Мистер Блаунт с каждой минутой становился все мрачнее.

– Что-то не так, дядюшка? – взволнованно спросила я.

– Как бы не сорвалась сделка, –  обводя обстановку имения печальным взглядом, сказал дядя Джошуа.

Как раз в этот момент в гостиную с подносом в руках вплыла Сьюзи.

Она выложила на круглый столик с изогнутыми ножками чайничек с чаем, две чашечки из старого сервиза, пирожные и плюшки из ближайшей кондитерской. И когда это она интересно успела запастись угощениями, ведь я к сладостям равнодушна, а о приезде дядюшка заведомо никого не известил?

Он медленно отхлебнул из чашки ароматный напиток и задумчиво посмотрел на меня.

– Ну, думаю, твоей красотой, Урсула, он останется доволен, – так же оценивающе рассматривая меня, как только что обстановку гостиной, протянул мужчина.

– Кто такой этот ОН? И при чем здесь моя красота?

Слова полились рекой, опережая ход мыслей.

Дядя Джошуа отставил чашку чая обратно на столик и, вмиг став серьезным, сказал:

– Коллекцию механических безделушек моего покойного брата действительно хотел купить один очень влиятельный человек.

После этих слов дядя замолчал и вновь взялся за чашку с чаем, которую я едва от нетерпения не выбила у него из рук. Но случай с дуэлью навеки отбил у меня желание совершать необдуманные поступки, и я, сложив руки на коленях, смирно ждала окончание рассказа мистера Блаунта.

Дядюшка же вновь отхлебнул горячего чая, отодвинул чашку, подкрутил усы и улыбнулся.

– Считай, Урсула, что этой сделкой я спас тебе жизнь, – едва ли не мурлыча от удовольствия, словно большой сытый кот, произнес дядя.

– Что это значит?

– Я не стал продавать коллекцию, которая отчего-то очень понадобилась этому господину, а вверил ее, как твое приданое!

После этих слов круглое лицо дядюшки буквально засветилось от счастья.

– Подождите… – не разделила я энтузиазм родственника. – Хотите сказать, что какой-то дворянин согласен взять меня в жены в обмен на коллекцию механической рухляди?

Дядюшка радостно кивнул.

– А ему известно о моей… О моем…

Я все пыталась подобрать слово, подходящее моему заточению в неволе.

– Да, известно, и мистера Ридели это никоим образом не беспокоит. Его волнует лишь коллекция твоего отца и больше ничего.

– Странно все это…– задумчиво протянула я, пытаясь вспомнить, слышала ли фамилию будущего жениха где-нибудь. Но по всему выходило, что никто из моих знакомых не был владельцем этой необычной фамилии.

– Мне тоже так показалось. Особенно если учесть, какую сумму он предлагал за коллекцию.

– И за какую же цену мистер Ридели был согласен приобрести коллекцию моего отца? – не удержалась я от вопроса.

С самым что ни есть довольным видом дядюшка Джошуа назвал сумму, на которую бы мы с ним до конца наших дней смогли прожить безбедно.

– И что же вы не согласились?! – возмущенно спросила я.

– А причина моего отказа, дорогая Урсула, в том, чтобы наладить твою жизнь, – ответил дядюшка, обиженно поджав губы.

Такой заботы я не оценила. С деньгами я и так наладила бы свою жизнь. Пусть не в Верегосе, а в каком-нибудь другом месте, но все же стала бы свободной. А так, что меня ждёт? Все такое же заточение только в статусе замужней дамы?!

– Дядюшка, думаю, вам стоит пересмотреть сделку с этим господином! – решительно заявила я.

– А я так не считаю! – мужчина встал с диванчика и нервно прошёлся по гостиной.

– Ты не понимаешь, Урсула! Твой будущий супруг далеко не последний человек при дворе его величества Георга 17, – сказал он.

– Правда? Но я ничего о нем не слышала!

– И газет ты, конечно же, не читаешь? – скептически изогнув бровь, спросил дядя Джошуа.

Я отрицательно покачала головой. Газеты – это такая скукотища. Максимум, что я могу почитать – это любовный роман, да и то крайне редко. Мне больше по душе приемы, балы, лоск и дорогие наряды, но, увы, этого я лишена уже долгих три года, а нового развлечения я себе так и не нашла.

– Что ж, тогда расскажу подробнее, кто же такой мистер Брайан Ридели, супругой которого тебе вскоре предстоит стать.

Я вся обратилась в слух, чтобы узнать историю о загадочном мистере Ридели, но уже первая фраза дядюшки заставила меня заламывать руки от разочарования.

– Так, значит, мой будущий супруг обыкновенный механик?! – возмущенно воскликнула я, вскакивая с места.

– Не обыкновенный, а главный королевский механик его величества Георга 17, – с гордостью возразил дядя, но я не прониклась его пафосной речью ни на грош.

– Механик – он и в Танвании механик, – презрительно фыркнула я, скривив губы.

– Ох, Урсула, в этой ссылке ты совсем отстала от реальности. Тебе нужно уяснить одну вещь – механики и артефакторы нынче в почете, а королевский механик – исключительная должность. Выше лишь королевский советник…

– Скажете тоже! – не унималась я. – Советник – это ум, сила, власть, а механик что? Руки, испачканные в машинном масле по локоть? Рваная одежда? Одержимый блеск в глазах?

Мне сразу вспомнился предыдущий королевский механик – знаменитый Джейкоб Клифтон, который был определенно не от мира сего. Ни приемы, ни общество дам, ни карточные игры с другими джентльменами его не интересовали. Помню, как мужчина весь королевский прием рассматривал какую-то диковинную штучку, которую посол Бринсанса привез в подарок его величеству Георгу 17. А после вообще произошло нечто из ряда вон выходящее: Джейкоб Клифтон принялся разбирать этот механизм. Вероятно, его обуяла идея выяснить, как там все устроено, и механику не помешала ни толпа танцующих дам и джентльменов, ни громкая музыка, ни неуместность сего действия.

– Надеюсь, он хотя бы не слишком стар, – сказала я, продолжая кривить губы.

Если окажется, что мистер Ридели, ко всему прочему, лишён возможности подарить мне радость материнства, я вынуждена буду умолять дядюшку отказаться от этого брака.

– О, нет, мистер Ридели молод! Он едва ли старше тебя, красив и, напомню, очень богат! Ах, да, ещё твой будущий супруг обладает при дворе большим авторитетом, король ему благоволит, а это означает, Урсула, что вскоре ты сможешь вернуться к своей прежней жизни.

Эта новость была на порядок приятнее предыдущих, я даже смогла, наконец, улыбнуться. Возвращение ко двору, молодой супруг, ещё ко всему прочему, обладающий состоянием – жизнь-то начинает налаживаться.

– Когда же я познакомлюсь с мистером Ридели? – нетерпеливо подскочила я на месте.

– Думаю, недели на то, чтобы привести имение в должный вид хватит, – задумчиво произнес дядюшка, вновь окидывая помещение задумчивым взглядом.

– И, дядюшка, для знакомства с женихом мне просто необходим новый гардероб! – еще больше оживилась я.

Дядя Джошуа окинул меня изучающим взглядом с головы до ног, подмечая устаревший наряд, вышедший из моды года три назад.

– Ты права, пару комплектов одежды придется приобрести. Модистка заедет к тебе вечером. Но, Урсула, запомни – я очень ограничен в средствах.

После этих слов дяди я скисла. Но быстро взяла себя в руки и вернула прежнее благодушное настроение, ведь скоро я стану супругой весьма обеспеченного джентльмена и накуплю себе столько нарядов, что все придворные дамы, да и сама королева, будут мне завидовать.

Дорогие читатели, приглашаю вас в свою новинку ) Буду рада лайкам, комментариям и подписке на страницу)))

Глава 2

Целая неделя ушла на то, чтобы привести имение в более-менее приемлемый вид. Но, несмотря на все старания наемных механических работников, созданных в период моей ссылки, дядя Джошуа остался недоволен результатом.

– Ещё бы! С такими скромными вложениями я рассчитывал сделать из захолустья королевский дворец! – ворчал мистер Блаунт, рассматривая гостиную.

Дядюшка привел в порядок фасад имения, внутренний дворик и гостиную, остальные помещения остались без изменений. Мистеру Блаунту нужно было лишь создать видимость благополучия, получить подпись мистера Ридели в контракте на помолвку, а с остальным пусть мой будущий супруг, если он конечно до этого момента не передумает, разбирается сам.

– На дорого-богато, конечно, не тянет, – вновь обходя гостиную, сказал дядюшка, – но вполне прилично и в меру современно.

Я тоже обвела взглядом помещение, в котором были заменены, либо отреставрированы предметы мебели, появились механические изобретения, такие как невысокие, с виду хрупкие, но на самом деле очень сильные человечки-помощники, и настенные часы с вылетающим каждый час соловьем, заходящемся в раздражающей трели. Механических помощников, которые, как оказалось, теперь были в каждом более-менее приличном доме, дядя взял в аренду на время ремонта и визита мистера Ридели, после же они должны будут отправиться обратно в очистительную организацию, создавшую их.

– Стало значительно лучше, чем прежде, – заверила я дядю.

– Надеюсь, мистер Ридели не станет осматривать все имение… – задумчиво протянул он. – И в этом ты, Урсула, должна мне помочь.

Я внимательно посмотрела на дядюшку Джошуа, прикидывая на какую именно помощь рассчитывает он.

– Ты должна любыми способами отвлечь мистера Ридели, не дав ему возможности проникнуть в другие помещения.

Я пожала плечами и тут же согласилась. Я и сама уже заразилась от дяди идеей во что бы то ни стало выйти замуж за королевского механика.

Брак моих родителей был заключен по договору, как и многие другие. Но они, похоже, даже не пытались сблизиться, стать родными. Я же для себя решила, во что бы то ни стало, добиться расположения своего супруга и, если получится, стать для него желанной и возможно даже любимой.

– Вижу, ты меня поняла, – сказал дядя Джошуа, вероятно, прочитав решимость в моем взгляде.

Ровно в шесть вечера мистер Ридели должен был прибыть в имение, и от этой встречи зависело очень многое: мое будущее, благосостояние дяди и процветание родового имения.

Именно по этой причине мистер Блаунт, вынужденный экономить во всем, не стал скупиться на моем наряде и нанял одну из лучших камеристок, которая должна была помочь мне нарядиться и уложить волосы. Правда приличный наряд был всего один, но я и этим осталась довольна. Главное – произвести на мистера Ридели впечатление, а уж когда он подпишет брачный договор, деваться будет уже некуда – придется жениться. И как только все условия договора будут соблюдены, и я стану супругой мистера Ридели, он будет вынужден следить как за имением, так и за моим благосостоянием.

Некоторый обман, в виде пускания пыли в глаза, меня ничуть не смущал. Я безумно устала томиться в одиночестве, поэтому была готова на многое ради того, чтобы увидеть свет.

Нанятая на недолгий срок уже немолодая, но все еще подтянутая и крепкая, женщина с распространенным именем Джейн, помогла мне надеть новый наряд – белоснежную блузу с длинными широкими рукавами и открытым декольте, демонстрирующим мою небольшую, но привлекательную грудь, кожаный корсет на шнуровке и пышную юбку темно-коричневого цвета с рваным подолом. Довершала образ миниатюрная шляпка с такой же мини-вуалью и ботинки со шнуровкой на небольшом устойчивом каблуке. Мои вьющиеся от природы золотистые волосы Джейн побрызгала душистой водой с цветочным ароматом и немного подвила пряди раскаленными щипцами, чтобы они легли аккуратными волнами по спине и плечам.

Я осмотрела себя в старинном овальном зеркале, позволяющем увидеть отражение в полный рост, и осталась довольна результатом. Я выглядела одновременно милой и немного распущенной, романтичной и склонной к авантюрам и приключениям. Мода за последние три года сильно изменилась, но мне понравилось, что не нужно больше надевать сковывающие движения бальные платья и удушающие корсеты, а волосы можно оставлять распущенными, не собирая в мудреную прическу.

– А правда, что женщинам теперь можно носить брюки не только на улицах города, но и в королевском дворце? – спросила я свою камеристку.

– Так и есть, мисс Блаунт, – ответила женщина тихим голосом.

– Великолепно! – радостно сказала я и покружилась перед зеркалом.

Длинная юбка в такт моим движениям развевалась колоколом, а я чувствовала себя счастливой и почти свободной.

Я представляла, как с гордо поднятой головой, под руку с молодым красивым супругом, вплыву в тронный зал, где проводятся мероприятия для верхушки нашего общества, предстану перед его величеством Георгом 17, он объявит во всеуслышание, что рад видеть мистера и миссис Ридели в своем дворце в любое время. И не станет вспоминать прошлое. А еще в своем видении я была в брюках. Прямо перед королем Аврании. Не верилось, что такое возможно. Георг 17 очень строг и прощает крайне редко. Даже высокое положение моего будущего супруга вряд ли даст мне возможность беспрепятственно вернуться к прежней жизни. Но мечтать-то мне никто не запретит! И даже если мне не вернут привилегию посещать королевские балы и прочие мероприятия для высшего общества, по крайней мере, я смогу выходить из дома, а это намного лучше, чем безвылазно сидеть в четырех стенах, глядя в окно.

В приподнятом настроении я спустилась в гостиную, где дядюшка Джошуа нервно расхаживал из угла в угол, в ожидании гостя.

– Дядюшка, как я выгляжу? – с легкой кокетливой улыбкой спросила я, останавливаясь в проходе.

Я оперлась о косяк и приняла самую соблазнительную позу, какую только могла.

– Как считаете, мистер Ридели, будет поражен в самое сердце моей красотой?

– Если он не слепец, так непременно и будет, – ответил дядюшка и, наконец-то, улыбнулся.

Новые часы на стене гостиной выполняли две функции: показывали время и закрывали дырку в стене. Сейчас же они выполняли свое прямое предназначение. Из окошечка, расположенного над циферблатом, вылетел металлический соловей на тоненьком шпиле и противно затренькал, пытаясь подражать звукам своего живого собрата.

Мы с дядюшкой Джошуа поморщились, едва сдерживаясь, чтобы не прикрыть уши руками.

– Купил часы у подмастерья, – печально сказал мужчина, явно не ожидавший такой подставы.

– Ну, по крайней мере, выглядят они симпатично и… Современно!

– Мистер Брайан Ридели явился с личным визитом, – оповестил нас вошедший сутулый старичок, которого дядя нанял на должность дворецкого до подписания брачного договора с мистером Ридели.

На самом деле из слуг у меня давно уже осталась лишь одна горничная, она же дворецкий, она же экономка и повар. Очень скромное финансовое положение не позволяло мне держать штат прислуги, да и не к чему это было – в гости ко мне никто не заглядывал, кроме дядюшки Джошуа, и из дома я не выходила. Развлечений у меня почти не было, и к своему стыду должна признаться, что я порой занималась приготовлением пищи. В библиотеке отца среди фолиантов о древних механизмах каким-то образом затесалась кулинарная книга, которую от скуки я сначала просто перелистывала время от времени, страдая от недостатка изысков в питании. Затем решилась приготовить самые простые блюда. В результате время от времени я баловала себя и дядюшку Джошуа, который, конечно же, не знал об этом, кулинарными шедеврами из старого мира. Я заменяла незнакомые ингредиенты на доступные, и получалось вполне неплохо.

Как только дворецкий объявил о прибытии моего будущего жениха, я юркнула к дядюшке Джошуа под бок и застыла в ожидании. Сердце отстукивало бешеный ритм. Каков он – мой будущий супруг? Дядя сказал, что мистер Ридели молод и красив, но так ли это? Дядюшке уже больше сорока лет и для него любой, кто хоть немного младше, молодой, а понятия красоты вообще у всех людей разные. Но даже если мистер Ридели чуть симпатичнее обезьяны, меня это сильно не смутит. Главное, чтобы будущий супруг был добрым и приятным человеком. С остальными недостатками еще можно как-то мириться. Второй вопрос, который интересовал меня – понравлюсь ли я ему? В собственной привлекательности я не сомневалась. Но, опять же, у всех людей разные вкусы, да и читала я про особое притяжение между мужчиной и женщиной. Что если между мной и мистером Ридели его не возникнет?

Поток моих сумбурных мыслей прервал дядюшка Джошуа.

– Улыбайся, – сказал он сквозь зубы, толкнув меня локтем в бок.

Я растянула губы в подобии приветливой улыбки и во все глаза уставилась на вход в гостиную.

Мистер Ридели вошел в помещение быстрым шагом, совершенно не свойственным аристократам. Окинул помещение цепким взглядом, кивнул дядюшке Джошуа вместо обмена приветствиями и спросил:

– Могу я увидеть коллекцию?!

От такой наглости я лишилась дара речи. Но дядюшка торопливо, словно все так и должно происходить, начал тараторить:

– Конечно, мистер Ридели! Как пожелаете, мистер Ридели!

Стоп! Какая в бездну коллекция? Дядюшка же не хотел, чтобы мистер Ридели разгуливал по имению? А, как же я? Этот наглый тип даже не удостоил меня взглядом.

– Урсула, проводи мистера Ридели на нижний этаж имения, – подтолкнул меня дядя.

Я бросила на мистера Блаунта возмущенный взгляд, за что вновь получила болезненный тычок в бок.

– Как скажете, дядюшка, – ласково пропела я, мысленно прикидывая, какими словами выскажу свое возмущение происходящим дядюшке, когда этот хам мистер Ридели покинет дом.

– Следуйте за мной, мистер Ридели, – сказала я холодным тоном и отправилась к двери, ведущей на нижний этаж.

Сейчас этот зазнавшийся механик увидит, в каком запустении находится вожделенная коллекция и навсегда отбросит мысли о женитьбе. Возможно, это к лучшему. Уже при первой встрече понятно, что я мистеру Ридели не интересна. Он не удостоил меня ни приветствием, ни взглядом. Жаль, конечно, потому что, как и сказал дядя, механик действительно оказался довольно хорош собой. Среднего роста, крепкий, одет по последней авранийской моде в кожаные штаны, жилетку с заклепками в виде шестеренок и черную рубашку. На поясе я приметила несколько боевых артефактов. Лицо мистера Ридели можно было бы назвать красивым, если бы не холодный взгляд небесно-голубых глаз.

Я вздохнула и обернулась, встретившись как раз с этими ледяными глазами, о которых только что думала.

– Что-то не так, мисс Блаунт? – спросил мужчина раздраженно.

– Все в порядке, – тут же ответила я и распахнула дверь.

На первый этаж вела старая деревянная лестница. Половицы нещадно скрипели, а по углам красовалась паутина, сплетенная пауками в течение нескольких лет.

– В эту часть имения никто не заглядывает… – принялся оправдываться дядя.

– Мне нет дела до убранства имения, – резко прервал его мистер Ридели. – Как я уже говорил, меня интересует лишь коллекция механических изделий и книги, собранные вашим братом.

Вот оно как! Раз королевский механик так заинтересован, значит, отец собирал не просто бесполезные безделушки. Но что такого в изделиях, которые не работают? В книгах, язык которых непонятен?

Дорогие читатели, чтобы не пропустить продолжение, добавьте книгу в библиотеку) Буду рада лайкам, комментариям и подписке на страницу)))

Глава 3

Стоило нам спуститься на нижний этаж имения, мистера Ридели словно подменили. Из холодного и равнодушного он превратился в темпераментного, страстного мужчину. Правда страсть эта распространялась не на меня и дядюшку Джошуа, а на коллекцию моего покойного батюшки. Мистер Ридели метался между стеллажами с изделиями и книжными полками, восторженно охая и ахая, словно придворная дама при виде велирийского шелка. Дрожащими пальцами касался ветхих корешков книг, вглядывался в надписи, естественно ничего не мог прочитать, и вновь вздыхал – на этот раз скорбно.

– Если бы только знать язык… – причитал он. – Если б только понимать, что в них написано!

Затем, прекратив метания, он просто плюхнулся на продавленный стул перед письменным столом, подняв при этом столб пыли и даже не заметив этого, и принялся листать фолианты. На нас мужчина не обращал никакого внимания, словно он был один в помещении.

Мы с дядей переглядывались, думая об одном и том же. Мистер Ридели с его маниакальным блеском в глазах безумно напоминал моего отца, и меня это ничуть не радовало. По виноватому взгляду дядюшки Джошуа я поняла, что и его тоже огорчало сходство моего будущего жениха с покойным братом.

С другой стороны, в одержимости мистера Ридели коллекцией отца для меня были и плюсы.

Во-первых, он не станет пытаться меня перевоспитывать, стараться сделать покорную жену, потому что таких, как мистер Ридели, мало интересуют другие люди. Отцу тоже не было никакого дела до матери, вот она и пустилась во все тяжкие. Завела себе молодого любовника (некоего маркиза Прансли) и пропадала с ним на светских тусовках, балах и прочих устраиваемых аристократами развлечениях. На одном таком мероприятии, устроенном кучкой скучающих аристократов, она и погибла. Миссис Блаунт участвовала в гонках на первых паромобилях и разбилась насмерть, когда машину занесло на повороте. Ее любовник мистер Прансли был за рулём, но в отличие от моей матушки, отделался парой переломов. На тот момент мне было всего пять лет. Матушку я практически не запомнила – слишком мала была, да и времени родимтельница со мной проводила крайне мало. Правда в воспоминаниях иногда всплывали ворох цветных подолов ее платьев, шлейф аромата сирени и звонкий смех. Не знаю, любила ли она меня, но порой я задумывалась, как бы сложилась моя жизнь, будь матушка жива. Возможно, я бы не была такой одинокой? И не попала бы в нелепую ситуацию с женской дуэлью? Хотя, похоже, свою жажду к приключениям я переняла именно от матери, как и весьма недурную внешность.

Вторым плюсом увлечённости мистера Ридели механизмами лично для меня было отсутствие у механика других женщин (наличие которых стало бы для меня существенной проблемой, потому что от природы я очень ревнива) и прочих нелепых развлечений, таких как карточные игры и ещё более глупые занятия бездельников из верхушки аристократии.

И, в-третьих, теперь я знала, как смогу привлечь внимание мистера Ридели к собственной персоне. Королевский механик только что вслух озвучил свое самое заветное желание – понимать, что написано в древних фолиантах. И вот с этим, как ни странно, я могла ему помочь.

От безделья, которое длилось целых три года, я иногда заглядывала на нижний этаж имения. И, естественно, перебирала изделия, которые отец привозил со всего мира, листала книги и в особенности его записи. И я обнаружила кое-что интересное. Отец также как и мистер Ридели хотел разобрать, что написано в фолиантах, и он составлял словари, где были расшифрованы слова. Я обнаружила несколько толстых альбомов, исписанных мелким четким почерком отца. Там по алфавиту были выписаны древние слова, а через тире значение к ним.

Только вот делиться этими записями с мистером Ридели я не собиралась. Ни к чему сразу вручать механику все карты в руки. Пусть эти альбомы будут моим тузом в рукаве. Залогом того, что супруг будет ко мне благосклонен, а не оставит прозябать остаток дней в имении.

Я улыбнулась собственным мыслям.

– Что ты задумала? – наклонившись к моему уху, прошептал дядя Джошуа.

– Ничего. Просто радуюсь, что наконец-то выйду замуж, – ответила я, не переставая победно улыбаться.

– Ну, ну! – по цокал языком мистер Блаунт. – Так я тебе и поверил. Имей в виду, Урсула, я тебе не позволю разорвать помолвку.

– О чем это вы, дядя?! – искренне возмутилась я. – Я об этом даже не помышляла!

– Значит, тебе все же понравился мистер Ридели? – с сомнением в голосе спросил дядюшка Джошуа, поглядывая на механика.

Я перевела взгляд на мужчину, который прикрепив к правому глазу монокль рассматривал чертеж в книге. Рукава его рубахи запылились, волосы взлохматились, и сейчас мистер Ридели выглядел, как обыкновенный мастер, а с учётом молодого возраста, скорее подмастерье, а не представитель высшего общества. Но против воли я залюбовалась четким профилем и резкими движениями мужчины. Должно быть, я слишком много времени провела в одиночестве, и сейчас для меня любой представитель противоположного пола показался бы невероятно привлекательным, а не только мистер Ридели.

– Думаю, мой будущий супруг не так уж и плох, – ответила я.

"Правда, придется немало потрудиться, чтобы он соответствовал моим ожиданиям," – подумала я, потому что манеры мужчины оставляли желать лучшего.

Мы ещё немного простояли, наблюдая за увлечённо рассматривающим книги мистером Ридели, затем дядюшке Джошуа надоело это занятие, и он выпалил на одном дыхании:

– Ну что, мистер Ридели, согласны ли вы подписать брачный договор?

Ответа не последовало, потому что механик был полностью поглощён своим занятием.

Лицо дядюшки покраснело от негодования, но он быстро взял себя в руки. Свой вопрос мистер Блаунт повторил громким сдержанным голосом.

Наконец, мистер Ридели отвлекся от пыльного фолианта и удостоил дядюшку взглядом. При тусклом освещении встроенных в стены ламп цвет глаз мистера Ридели было не разобрать, но ещё в гостиной я заметила, что они небесно-голубые. Невероятно красивые, притягательные и холодные. Мужчина поджал губы и, как мне показалось, нехотя, произнес:

– Раз вы настаиваете, что коллекция перейдет в мое распоряжение только после женитьбы на вашей племяннице, и категорически отказываетесь продать мне ее, значит, я вынужден согласиться принять ваши условия, мистер Блаунт.

Губы дядюшки расплылись в радостной улыбке. Из-за пазухи он вытащил заранее заготовленный брачный договор, свёрнутый в трубочку, и вручил его мистеру Ридели.

– Урсула, вели Сьюзи принести перо и чернила, – сказал дядя.

Я уже готова была развернуться в направлении лестницы, но мистер Ридели остановил меня, сказав:

– Это ни к чему. У меня есть с собой приспособление, которое позволит подписать документы без помощи пера и чернил.

Мы с дядюшкой подались вперёд, чтобы рассмотреть изделие, которым хотел воспользоваться мой будущий супруг.

Мистер Ридели изъял из нагрудного кармана тонкую металлическую палочку, щёлкнул кнопкой, расположенной вверху конструкции, и из нее вышло тонкое острое жало.

– Оно уже смочено в чернилах, – пояснил мистер Ридели, заметив наш интерес.

Мужчинам пробежался глазами по тексту и поставил внизу документа размашистую подпись.

– С этого момента вы являетесь женихом моей племянницы! – радостно воскликнул дядя, забирая из рук механика договор и пряча его обратно за пазуху.

– Что ж, вероятно, это было неизбежно, – со вздохом сказал мистер Ридели, поднимаясь на ноги. – Когда я смогу познакомиться со своей будущей супругой?

От этого вопроса мы с дядей замерли, как вкопанные. Мистер Блаунт посмотрел сперва на меня, затем на мистера Ридели, а потом снова на меня. Все это происходило в полном молчании. Вероятно от нелепости ситуации, в которой оказались мы трое, дядя совершенно лишился дара речи. Мне стало жаль единственного родственника, и я ответила вместо него.

– Урсула Блаунт. Ваша невеста, – представилась я и протянула руку мистеру Ридели для запоздалого приветственного поцелуя, но он даже не подумал ее касаться. Вместо этого мужчина отступил на шаг назад, словно я была ему неприятна.

– Я представлял вас несколько иначе, – сказал мистер Ридели, поморщившись.

Такого унижения я не испытывала никогда в жизни. Я никак не ожидала, что могу вызвать отвращение у будущего супруга. Неужели я настолько непривлекательно выгляжу? Мне тут же захотелось найти хоть какое-то зеркало и взглянуть на свое отражение. Может быть, я испачкалась в пыли? Или от меня дурно пахнет? Возможно, у мистера Ридели непереносимость аромата сирени, которым обильно обрызгала мои волосы камеристка?

– Что ж, договор подписан, свадьба состоится через две недели, а до этого момента, мистер Ридели, будем рады видеть вас в имении в любое время, – наконец пришел в себя дядюшка.

– Замечательно. Я зайду завтра в шесть вечера, – сказал мистер Ридели

и торопливо начал подниматься по лестнице.

Мы с дядюшкой последовали за ним.

Мистер Ридели еще более торопливо попрощался и, можно сказать, выбежал из имения.

– И что это, по вашему мнению, было?! – уперев руки в бока, спросила я.

Дядя, наконец, расслабился и сделал то, что хотел сделать все время визита нашего гостя – закатил глаза.

– Ума не приложу, Урсула, но чувствую, что ваш брак с мистером Ридели простым точно не будет…

Дорогие читатели, прошу поддержать роман лайками и активными комментариями – это поможет увидеть книгу большему количеству читателей))) Буду рада новым подписчикам))) Спасибо, что выбрали роман " Механическое приданое" для чтения)

Глава 4

Как только дядя покинул имение, я вернулась на нижний этаж. В прежние времена это место было подвальным помещением, но отцу было необходимо куда-то складировать свои находки, и он его полностью занял, постепенно переоборудовав под свой кабинет.

Большую часть нижнего этажа занимали стеллажи. На них пылились различные механические штуковины. Здесь были готовые изделия и детали от них. Некоторые были совершенно непонятными, неизвестной конструкции, не похожей ни на что из нашего современного мира. Но вот целый стеллаж занимали механические насекомые. В основном они были небольших размеров, способные поместиться на моей ладони, разнообразной формы и конструкции. В детстве я с любопытством рассматривала эти творения старых мастеров, сейчас же мне не было до них никакого дела. Моя горничная Сьюзи боялась находиться на нижнем этаже именно из-за насекомых. Ее страх распространялся как на живых, так и механических созданий, поэтому мне всегда приходилось сопровождать Сьюзи во время уборки помещения. Стеллажи с механическими насекомыми она старалась обходить стороной, поэтому на них скопился толстый слой пыли.

Я на минуту остановилась напротив бабочки с крыльями, сделанными из тонкой, но очень прочной, пластины. В детстве я брала ее маленькими ручками и бегала по помещению, подняв бабочку над головой и представляя, что механическое создание живое и может летать по-настоящему. Отец моих игр не видел и вряд ли одобрил бы такое неосторожное обращение с редким экземпляром его механической коллекции. Я же хоть и нечасто, но наведывалась в святая святых мистера Блаунта и играла изделиями старого мира, словно куклами.

В детстве здесь все казалось загадочным и интересным, но сейчас, глядя на скопление механизмов и старых книг, я испытывала искреннее негодование. Почему все это мистеру Блаунту было намного важнее родной дочери? Почему последние часы своей жизни он провел не со мной, а в очередной поездке в поисках старинных изделий?

Я резко отвернулась от металлической бабочки, символизирующей для меня предательство отца. Она была нужнее меня, интереснее и, наверное, любимей.

– Где же эти альбомы? – прошептала я, возвращаясь к письменному столу.

В одном из ящиков я обнаружила их и, удовлетворённо улыбнувшись, прижала к груди. Пусть отцу я и была безразлична при жизни, и он ничуть не озаботился моим будущим перед смертью, кое-что ценное он после себя все же оставил. Эти альбомы позволят мне переводить фолианты, которые столь важны для мистера Ридели – моего будущего супруга. Благодаря им я смогу стать полезной, проводить с мужем больше времени. Нас объединит общее дело, и возможно, узнав меня лучше, он сможет проникнуться симпатией.

С кипой пыльных альбомов в руках, прижатых к груди, как нечто горячо любимое, я поднялась в гостиную. Как раз в этот момент из новых настенных часов вылетел металлический соловей и огласил помещение противнейшим протяжным треньканьем. От неожиданности и резкости издаваемых механической птицей звуков я подпрыгнула на месте, руки разжались и все альбомы покойного батюшки посыпались на пол. Корешки, рассохшиеся от времени, потрескались и желтоватые листы разлетелись по всей гостиной.

Ругаясь, словно сапожник, я принялась ползать по полу, собирая их в стопку. Теперь придется потратить уйму времени, чтобы снова разложить все по алфавиту. Я была зла, как тысяча чертей. От этих механизмов одни неприятности! Лучше бы механики-артефакторы вообще ничего не изобретали. Возможно, тогда матушка не разбилась бы на паромобиле, отец нашел бы себе занятие, не отвлекающее его от супруги и дочери. А я… Я бы не была такой одинокой!

От собственных мыслей, вернее от осознания насколько несчастна, я расплакалась. Горькие слезы текли по щекам, скатывались по шее и затекали в декольте, а я сидела на полу в окружении вороха бумаг и даже не пыталась их вытереть. В таком состоянии меня застала Сьюзи. Женщина остановилась в дверном проходе, занимая своим внушительным телом большую его часть, и, всплеснув руками, заголосила:

– Что за сырость вы развели, мисс Урсула? Неужели жених настолько не понравился? С виду очень даже не плох!

Появление служанки помогло мне прийти в себя. Я резко поднялась на ноги и вытерла щеки тыльной стороной ладони.

– Жених как жених! – ответила я резко. – Ничего особенного.

– К чему же тогда эти слезы? – не унималась Сьюзи.

Ее было не провести. Сьюзи работала в имении уже больше двадцати лет и знала меня как облупленную.

– Ты права, я не хочу выходить замуж за мистера Ридели. Он невероятно похож на моего отца. Боюсь, что меня в этом браке ждёт одиночество и отчуждение.

Я хотела добавить, что снова этого не вынесу, но смолчала. Не хочу, чтобы меня жалели.

– Да бросьте, мисс Урсула, вы такая хорошенькая. Уверена, вы сможете растопить ледяное сердце своего супруга, – сказала Сьюзи жизнерадостно.

Она умела подбодрить как никто другой. Но сегодня пламенные речи этой пышногрудой красавицы не сработали. Я-то видела, что мистеру Ридели я совершенно не понравилась. И как можно надеяться на счастливый брак, если будущий супруг шарахнулся от меня, словно от прокаженной?

Рассказывать Сьюзи о том, что произошло на нижнем этаже имения, я не стала. Моя гордость и так изрядно пострадала при этом, и я не хотела, чтобы кто-то еще, помимо дядюшки Джошуа, узнал о моем позоре.

– Спасибо, Сьюзи, – ответила я и попыталась улыбнуться.

– Всегда к вашим услугам, мисс Урсула, – Сьюзи говорила с теплотой в голосе, от нее я чувствовала то, чего никогда не получала от родителей – любовь и заботу.

– И раз уж ты здесь, будь добра, помоги мне собрать эти бумаги, – резко сменила я тему разговора, не желая больше обсуждать предстоящее замужество и мистера Ридели.

– Ну, уж нет! – тут же возразила Сьюзи. – Мистер Блаунт оплатил аренду механических помощников до конца дня, поэтому сегодня всю работу по дому выполняют эти железные прохиндеи. А у меня есть дела поважнее.

– Это какие же? – полюбопытствовала я.

Сьюзи лукаво улыбнулась, выдержала паузу, а после ответила:

– Всегда мечтала кем-то покомандовать. Сегодня мне, наконец-то, представилась такая возможность. А ну-ка, металлические негодники, соберите все бумаги и передайте их мисс Урсуле.

Против воли я рассмеялась. Все же Боги существуют, иначе как объяснить, что со мной в ссылке осталась именно эта замечательная женщина. Без Сьюзи я, должно быть, уже сошла с ума от тоски и одиночества.

Весь вечер Сьюзи командовала механическими человечками, а затем приехал дядюшка Джошуа и забрал их, чтобы вернуть в очистительную организацию.

– Жаль, вы не можете себе позволить держать таких помощников на постоянной основе, мисс Урсула, – вздохнула Сьюзи и понуро отправилась заканчивать уборку собственными руками.

– Скоро все изменится! – крикнула я вслед служанке.

Для себя я твердо решила, что когда выйду замуж, приобрету столько механических помощников, что Сьюзи не придется ничего делать по дому самой – лишь отдавать приказы.

Я улыбнулась собственным мыслям и отправилась в комнату. Весь оставшийся вечер и половину ночи я разбиралась с альбомами отца. Раскладывала перемешавшиеся по вине механического соловья листы по алфавиту, склеивала их, создавая новые альбомы. Пыталась кое-что запомнить и понять принцип перевода. Для этого я снова спустилась на нижний этаж и взяла один из толстых фолиантов. С огромным трудом я перевела пару страниц. Текст получился странный, недоступный для моего среднестатистического ума, но, надеюсь, для мистера Ридели это будет хоть что-то да значить. Таким образом, я хотела блеснуть знаниями перед женихом, заинтересовать его и заставить виться возле меня, словно пояс вокруг тонкой дамской талии. В результате бессонной ночи половину следующего дня я проспала, проснувшись лишь после обеда.

– Мисс Урсула, просыпайтесь скорее, – разбудила меня Сьюзи, вошедшая в спальню с подносом в руках. – А не то проспите визит мистера Ридели.

Я едва разлепила сонные веки и протянула руку, чтобы взять с прикроватной тумбочки карманные часы на цепочке. Щёлкнув крышкой, я взглянула на циферблат, и удивлённо ахнула. Три часа дня! Надо же! Я проспала весь день!

Я вскочила как ошпаренная.

– Сперва завтрак! – не терпящим возражения тономом сказала женщина и поставила поднос на стол.

Я в ускоренном темпе выпила чашку ароматного чая, съела несколько гренок с клубничным джемом и вновь вскочила с кровати.

– Мне нужно как можно скорее привести себя в порядок! – сказала я.

– Приготовить ароматную ванну?

– Конечно. Только прошу, никакой сирени! – воспоминание о том, как мистер Ридели отшатнулся, узнав, что я его невеста, были ещё свежи. Я чувствовала себя грязной и униженной и никак не могла избавиться от этого ощущения.

Пока Сьюзи занималась ванной, я спустилась на нижний этаж, положила фолиант, который пыталась переводить ночью, на самое видное место – письменный стол. Для того чтобы мистер Ридели наверняка обратил на книгу внимание, я подсветила ее настольной лампой, а остальной свет приглушила. Как только механик спустится в обитель коллекции моего покойного отца, первое, что бросится ему в глаза – фолиант. Правда, в том правильно ли я перевела книгу, я очень сильно сомневалась. Текст вышел мудреный, с множеством неизвестных мне слов. Должно быть, это термины из механики и артефакторики, которые уж точно должны быть известны мистеру Ридели, занимающему почетную должность королевского механика.

Я приняла ванну, которую Сьюзи по старинке набрала горячей водой, нагретой в котле, хотя в большинстве домов богатых горожан исправно работал водопровод с подогревом. Я выбрала лёгкое платье нежного персикового оттенка. Оно осталось в моем гардеробе ещё с тех времён, когда я могла блистать на балах. Чтобы хоть немного осовременить свой наряд, я надела поверх мягкой невесомой ткани грубый кожаный корсет со шнуровкой и ботинки на рельефной подошве. Образ получился не такой эффектный, как в нашу прошлую встречу с мистером Ридели, но все же я осталась довольна. Мода на кожаные и металлические детали в дамском гардеробе мне очень импонировала, потому что по своей сути я была бунтарской, хоть в последние годы и не могла похвастаться бурной деятельностью.

Прежде чем приехал мистер Ридели, явился дядюшка Джошуа. Как мой опекун он не мог позволить мне находиться с мужчиной наедине до свадьбы. Я была рада обществу дяди, ведь рядом с механиком чувствовала себя неуютно. Он был слишком холодным, а по отношению ко мне ещё немного раздражительным. Я предполагала, что это связано с навязанным браком. Но мало кто из представителей дворянства женится по собственному выбору. В основном браки бывают договорными, выгодными обеим сторонам. Так к чему это раздражение? Ни я, ни дядя не принуждали королевского механика к браку. Это ему понадобилась коллекция моего отца, так что злиться и раздражаться должна я, а не мистер Ридели. Но возможно, у мужчины есть еще причины для недовольства, которые он держит в секрете?

Как и в прошлый раз, мистер Ридели явился в имение с точностью до минуты, как раз под трель механического соловья.

– Что это за звук? – спросил он вместо приветствия.

Эта неуважительная манера общения начинала меня выводить из себя. Кем это себя возомнил мистер Ридели? Неужели механик считает, что раз у него есть деньги и должность при дворе, он может не считаться с другими людьми? Мое происхождение намного выше, ведь род Блаунтов идет от далеких предков, но я все равно не позволяю себе подобного отношения. Нужно будет непременно сообщить об этом мистеру Ридели. Но выяснение отношений я решила отложить до свадьбы. Когда же королевский механик станет моим мужем, я непременно займусь его манерами.

Наши взгляды встретились на несколько секунд. Мистер Ридели прищурился, словно взглянул на яркое солнце, затем тряхнул головой и отвернулся. Да что это с ним такое? Создается ощущение, что я ему не просто не нравлюсь, а вызываю резкое отчуждение. И как же нам жить вместе, делить постель, если будущий супруг даже смотреть на меня не хочет?

Дорогой читатель, если тебе нравится история, награди ее лайком))) И не забудь подписаться на страницу автора ;)

Глава 5

– Что это за мерзкий звук? – повторил свой вопрос мистер Ридели, морщась.

Мы с дядей, молча, переглянулись, не желая выдавать нашего нового "домашнего любимца" – механического соловья.

Не получив ответа, мистер Ридели принялся искать источник звука самостоятельно и вскоре наткнулся взглядом на обновку имения – механические часы.

Они были в форме скворечника, с круглым циферблатом и окошечком для механической птицы над ним.

– Прикажите своим механическим помощникам снять их. Я должен исправить это недоразумение, именуемое часами, которое сконструировал некий криворукий мастер! – резким тоном сказал мистер Ридели.

И с чего он решил, что может командовать в моем доме? Мы же еще не стали супругами…

И все же ни я, ни мистер Блаунт не осмелились перечить королевскому механику, от брака с которым зависело наше будущее.

Дядя сделал мне жест глазами, чтобы выполнила поручение мистера Ридели, я передала его Сьюзи, которая в ответ недовольно поджала губы, но кивнула соглашаясь. Все находящиеся в помещении, кроме мистера Ридели, знали, что механические помощники нам не по карману, и всю работу по дому выполняет Сьюзи. Ей-то и придется принести из кладовки лестницу (потому что дядюшка решил, что часы будут лучше смотреться под потолком, или же так никто не заметит их изъянов), затем забираться на самый верх и вместе с тяжёлым изделием спускаться, умудрившись не свалиться при этом. Я должна была признать, что с пышными габаритами Сьюзи – это практически невыполнимая задача.

Я разрывалась между желанием осуществить свой план по привлечению внимания жениха к нужной книге и необходимостью помочь служанке. Сьюзи на чаще весов явно перевешивала мистера Ридели как в прямом, так и в переносном смысле, поэтому я выбрала ее. Похвастаться перед женихом своими знаниями я ещё успею, а вот если Сьюзи что-то себе сломает, снимая часы со стены, мне придется выполнять всю работу по дому самой. И тогда, боюсь, имение быстро превратиться в пыльное обиталище сумасшедшей затворницы, ведь без Сьюзи я быстро лишусь порядка в доме и рассудка от одиночества.

– Дядюшка, вы пока сопроводите мистера Ридели в кабинет, а я спущусь к вам чуть позже, – сказала я и одарила жениха милой улыбкой, в ответ на которую он недовольно скуксился.

Я едва заметно вздохнула и отвернулась.

Мы подождали пока дядюшка Джошуа и мистер Ридели покинут гостиную, затем вместе отправились в кладовку, откуда с большим трудом принесли тяжёлую металлическую лестницу.

Сьюзи ругалась на чем свет стоит как на дядюшку, который не смог отказать механику, так и на самого мистера Ридели, решившего продемонстрировать свои способности механика.

– И чего ему вздумалось чинить эти часы?! – ворчала она, устанавливая лестницу. – Наверное, хочет произвести на вас впечатление…

– Сомневаюсь в этом, – закатила я глаза. – Скорее решил показать себя хозяином.

– Но в скором времени мистер Ридели действительно станет хозяином имения, – озабоченно пропыхтела Сьюзи. – Надеюсь, я не лишусь работы…

– Что ты, Сьюзи? Я ни за что не позволю уволить тебя! – в сердцах возразила я, хватая служанку за руку.

Женщина прижала меня к себе, словно маленького ребенка, затем отстранилась и произнесла грустно:

– К сожалению, мисс Урсула, после свадьбы вы должны будете подчиняться воле своего супруга.

Как бы, не так?! Я ни за что не стану беспрекословно подчиняться мистеру Ридели. На какие-то уступки, возможно, я и готова пойти, но только не в таких важных вопросах, как увольнение Сьюзи. Она для меня не просто служанка. Эта жизнерадостная полная женщина – мой лучший друг. Она была со мной с раннего детства и не оставляла в самые трудные времена, хотя могла бы найти место и лучше. И я ни за что на свете не брошу Сьюзи, когда мои дела пойдут в гору.

Я улыбнулась и бодро сказала:

– Думаю, мне самой стоит подняться по лестнице и снять эти часы, а ты подержи ее, чтобы я не упала.

Сьюзи одарила меня ответной улыбкой, в которой я прочла благодарность. Мы обе понимали, что с ее габаритами, взобраться на такую высоту (имение строилось по старым традициям, и высота потолков достигала порядка пятнадцати футов) будет крайне сложно, тем более лестница не выглядела надёжной. Она была в имении сколько я себя помню и ни разу не подвергалась осмотру на предмет безопасности.

Сьюзи крепко схватила край лестницы, верх которой упирался в стену. Я ступила на первую ступень и ловко, словно обезьяна, принялась карабкаться наверх.

– Мисс Урсула, да вы не растеряли давние навыки, – принялась подтрунивать надо мной Сьюзи, – Помню, как приходилось разыскивать вас по всему дому, а вы в это время прятались в саду на деревьях.

Я улыбнулась детским воспоминаниям. Я действительно была тем ещё сорванцом. Моим воспитанием особо никто не интересовался. Мать пропадала на светских тусовках, отец либо в поездках за редкими механическими экземплярами из старого мира, либо в кабинете, изучая их же. Мной занималась гувернантка, но, должна признаться, справлялась она из ряда вон плохо. Мисс Лиссе, обучающая меня письму, математике и музыке и светским манерам была слишком мягкой. Я не воспринимала ее всерьез и увлекалась куда более интересными занятиями. Сначала это были прогулки в саду и шалости, а затем, когда стала старше, однажды побывав на охоте, я увлеклась стрельбой. Огнестрельное оружие стало моей настоящей любовью на несколько лет.

Мое стрельбище, где я отрабатывала навыки, находилось в том же самом саду, где прежде я пряталась от своей чересчур лояльной гувернантки.

Сейчас меня это занятие интересовало мало, потому что оттачивать свое мастерство в небольшом саду надоело. А выбираться куда-то в другое место, мне было запрещено указом его величества Георга 17.

Порой я могла пострелять по мишеням, но без былого задора. Увы, однообразие убивает все – в том числе и то, что раньше доставляло неимоверное удовольствие.

Я быстро очутилась на верхушке лестницы и без особого труда сняла с гвоздиков механические часы.

Так как они были довольно тяжёлыми, удержать их одной рукой было невозможно, впрочем, как и спускаться без рук.

Я сунула изделие подмышку, придерживая его правой рукой, левой же держалась за лестницу. Таким образом, я начала спускаться.

Я полностью сосредоточилась на своем занятии и пропустила тот момент, когда скрипнула дверь, ведущая на нижний этаж имения. Конечно же, я услышала этот звук, но не придала ему значения, занятая лишь тем, чтобы не оступиться.

– Что это вы делаете?! – раздался озадаченный голос мистера Ридели.

От неожиданности я вздрогнула и обернулась. Встретившись с ледяным взглядом жениха, я все же оступилась, и, неловко всплеснув руками, начала падать.

Все должно было закончиться печально, но каким-то образом мистеру Ридели удалось очутиться прямо под лестницей, поймать меня и удерживать на весу, словно я ничего не вешу.

Назвать мое спасение романтичным было нельзя, потому что мистер Ридели держал меня подальше от своего тела. На прямых вытянутых руках. Другой мужчина непременно воспользовался бы ситуацией и прижал невесту к груди, но мой жених делать этого явно не собирался. Я почувствовала себя самым омерзительным созданием на свете. Одной из тех бродяжек, что обитают в бедном районе Верегоса. Таких сторонятся горожане, потому что всем известно, что бездомные – разносчики самых пакостных заболеваний. Так и мой жених, хоть и держал меня крепко двумя руками, но подальше от себя. Мне было так неловко, как никогда в жизни. Даже в тот день, когда я отрубила своей сопернице кончик уха и получила в наказание ссылку в поместье, я не чувствовала себя такой униженной. Не удивлюсь, если после мистер Ридели хорошенько вымоет с мылом несколько раз эти самые руки, которыми касался меня.

Механик, почувствовав, что я стою на своих двоих, ослабил захват и отступил на шаг.

– Благодарю, – буркнула я и вручила мужчине злосчастные часы с механическим соловьём, который стал причиной уже второго недоразумения с моим участием. Первый раз из-за этой горластой птицы мне пришлось переделывать альбомы отца, а второй – упасть с лестницы в недообъятия жениха.

– Не стоит благодарить, мисс Блаунт, – ответил мужчина, не глядя на меня.

Все его внимание было обращено к изделию, которое он тут же положил на стол, предназначенный для чаепития, и начал разбирать.

Мистер Ридели извлекал инструменты из-за кожаного пояса, ловко орудуя ими. Пальцы механика двигались с такой скоростью, что я, как завороженная, следила за его работой. Сьюзи так же как и я залипла за этим занятием.

Мистер Ридели же не обращал на нас никакого внимания.

Он быстро раскрыл корпус изделия, извлёк из него механическую птицу, что-то подкрутил, затем снова вернул все на свои места.

– Принимайте работу, – с гордостью сказал мистер Ридели и обтер руки о белоснежную скатерть.

При виде этого действа Сьюзи закаменела, и у нее задёргался левый глаз. Я схватила женщину за руку, пытаясь успокоить. Не хватало ещё, чтобы служанка накричала на своего будущего хозяина. А ведь было за что! Это насколько нужно быть невоспитанным человеком, чтобы вытереть руки о скатерть?!

– У меня много работы, я, пожалуй, пойду, – бесцветным голосом сказала Сьюзи и торопливо покинула гостиную, оставив меня наедине с механиком. Она просто сбежала, чтобы не наговорить лишнего, и правильно сделала.

– Благодарю за помощь, мистер Ридели, – сказала я, улыбнувшись. – У вас поистине золотые руки.

Сьюзи рассказывала, что мужчины любят лесть, вот я и решила уважить мистера Ридели, похвалив его способности механика.

– Вы же даже не проверили, как работают часы, – возмущённо воскликнул мужчина, вскакивая на ноги.

Он едва не опрокинул стул при этом, вновь демонстрируя отсутствие манер.

– Я и без этого знаю, что вы выполнили работу на совесть. Не зря же его Величество король Георг 17 почетную должность королевского механика передал именно вам.

– Терпеть не могу льстивые речи, мисс Блаунт, и впредь прошу в моем присутствии не распыляться в красноречии, – грубо прервал меня мужчина и торопливо направился на выход. Он даже не попрощался, оставив меня в растерянности наедине с механическими часами.

Вскоре в гостиной появился дядюшка Джошуа.

– Где же мистер Ридели? – удивлённо воскликнул он, заметив, что я осталась в гордом одиночестве.

– Ушел, – ответила я, все ещё стоя возле столика с часами.

– Что значит ушел? Он же хотел починить часы и вернуться в кабинет!

Я пожала плечами. Мистер Ридели вел себя более чем странно. Отсутствие манер, грубая речь, импульсивность, все это было присуще королевскому механику. К сожалению, пока я не заметила у будущего супруга ни одного положительного качества, кроме большого состояния.

Дядюшка выглядел расстроенным. Я и сама огорчилась, ведь мой план заинтересовать мистера Ридели провалился. Зря я полночи переводила старинные рукописи, зря надеялась найти с ним общий язык. Но самым обидным было то, что я так и не поняла, почему мистер Ридели так скоропостижно покинул имение. Неужели ему настолько была неприятна лесть в свой адрес? Или же мужчина стремился поскорее избавиться от моего общества?

– А тут точно не произошло чего-то, о чем я должен знать? – подозрительно прищурив глаза, спросил дядя.

– Ничего такого, – тут же ответила я чистую правду.

Дядюшка вскоре тоже покинул имение, обещав заехать завтра к этому же времени.

– Вдруг мистер Ридели вновь захочет полюбоваться коллекцией, – обозначил цель своего будущего визита мистер Блаунт и умчался на своем стареньком паромобиле по делам.

Я же вновь спустилась в кабинет отца и продолжила переводить тексты.

Спустя час Сьюзи позвала меня в гостиную. Она буквально светилась от счастья, когда говорила о том, что меня там ждёт сюрприз.

Я была обеспокоена, ведь давным-давно не получала ни от кого подарков. Неужели дядюшка решил порадовать свою любимую и единственную племянницу?

В предвкушении я буквально взлетела по лестнице и остановилась как вкопанная на пороге. Посреди гостиной стояли механические помощники. Новенькие, блестящие отшлифованными телами, со светящимися глазами-дрвконитами. Стоили такие изделия дорого и обычно в одном доме (даже богатом) было не более трёх механических помощников. В гостиной же стояли аж пять готовых к выполнению любых поручений металлических человечка.

– Вот видите, мисс Урсула, зря вы волновались, – радостно воскликнула Сьюзи.

– О чем это ты толкуешь? – спросила я, все ещё не понимая, каким образом эти помощники оказались в моей гостиной.

– Мистер Ридели, увидев, как вы едва не расшиблись, падая с лестницы, проявил заботу и выслал механических слуг.

– Хочешь сказать, это подарок моего жениха? – усомнилась я в словах служанки. Мистер Ридели перед уходом нагрубил мне, и я никак не ожидала получить от него презент, тем более такой дорогостоящий.

– А кто ещё из ваших знакомых мог прислать целых пять механических помощников, тем более с

королевским гербом на корпусе?

Я подошла ближе и действительно обнаружила на блестящей грудине железного человечка дракона – знак его величества Георга 17. Больше сомнений в личности дарителя не возникало. Дядюшке Джошуа такие изделия точно не по карману, а вот королевскому механику очень даже. Не удивлюсь, если этих механических помощников мистер Ридели соорудил собственноручно.

Что ж, первый подарок от жениха получен. Зачту его в качестве извинений за неподобающее поведение в день знакомства и за грубость в свой адрес сегодня.

Дорогие читатели, спасибо за внимание к истории))) Буду благодарна за лайки, комментарии и добавления в библиотеку)))

Глава 6

Больше мистер Ридели не появлялся в имении ни на следующий день, ни после. Я его не видела до самой свадьбы, которая должна была состояться в одной из церквей Верегоса – соборе Великого Механического Создателя. Там заключали союзы исключительно самые привилегированные жители города, к коим принадлежал мой будущий супруг – королевский механик граф Брайан Ридели.

Я волновалась, но ещё больше обеспокоен предстоящим событием был дядюшка Джошуа. Ему пришлось взять ссуду в банке, чтобы приобрести для меня достойное свадебное платье, нанять прислугу и экипаж. Самой организацией свадьбы занимался мистер Ридели. Не сам, конечно. Он поручил эту деятельность знающим людям, и я не сомневалась, что все будет устроено, как положено. Ещё бы, с большими деньгами не организовать все как нужно.

Я была сильно взволнована. Не столько от того, что сегодня мне предстояло стать замужней дамой и разделить свою жизнь с малознакомым мужчиной, а от возможности наконец-то покинуть имение, ставшее для меня тюрьмой за последние три года.

Я ликовала. Наконец-то я проеду по улицам города в экипаже, увижу людей не только сквозь окно своей спальни, но и смогу с кем-то поговорить. С лица не сходила блаженная улыбка. Со стороны могло показаться, что я действительно радуюсь предстоящему замужеству, потому что влюблена в своего жениха. На самом же деле при воспоминании о мистере Ридели мое настроение, наоборот, портилось, но не настолько, чтобы я совсем переставала радоваться предстоящей свободе. Все же подарок возымел действие, и я немного оттаяла в отношении мистера Ридели.

Конечно, замужество и свобода понятия не совсем совместимые, но лучше уж стать чьей-то супругой, чем провести остаток жизни в имении в полном одиночестве.

В общем и целом я была рада. В струящемся белоснежном длинном платье, сшитом из нежнейшего шелка, я выглядела милой и элегантной одновременно. Фата оттеняла мои огненные кудри, а глаза на фоне бледной кожи горели, словно сапфиры.

– Не невеста, а загляденье, – сказала Сьюзи, любуясь моим отражением в зеркале. – Мистеру Ридели невероятно повезло жениться на такой красавице.

– Спасибо, дорогая, – улыбнулась я, тоже рассматривая себя в отражении.

Да, я по-прежнему выглядела ослепительно. За три года, проведенные в имении, моя красота ничуть не увяла. Наоборот исчезла подростковая угловатость, и появились свойственная взрослым женщинам элегантность и шарм.

Мистера Ридели действительно можно было бы считать счастливчиком, если бы не моя подмоченная женской дуэлью репутация. С другой стороны, прошло уже три года. При дворе, должно быть, все уже забыли о том, что произошло.

В сопровождении дядюшки Джошуа и ещё двух дальних родственниц – троюродных тетушек Клары и Витессы, которые всю дорогу трещали как сороки, мы прибыли к собору Великого Механического Создателя. В этом старинном мрачном здании, построенном ещё во времена прадеда его величества Георга 17 – Бенедикта 13, прославившегося особой жестокостью и неустанными войнами, должен заключиться мой союз с королевским механиком.

От осознания, что очень скоро моя жизнь кардинально изменится, затряслись поджилки. Холодной ладонью я схватила дядюшку Джошуа за руку, за что тут же удостоилась осуждающих взглядов от тётушек Клары и Витессы. Старые вдовы за последние три года ни разу не навестили меня, но стоило только слухам о помолвке королевского механика и Урсулы Блаунт разнестись по Верегосу, как родственницы явились в имение и с самыми благодушными выражениями на сморщенных лицах принялись поздравлять и чуть ли не клясться в любви и вечной дружбе.

– Не волнуйся, Урсула, твоя судьба в надёжных руках, – ободряюще похлопал меня по ладони дядя.

Его слова ничуть не утешили, а, наоборот, повергли в панику. Поступки мистера Ридели непоследовательны, и сам он очень импульсивен, порой даже резок. Как будет вести себя по отношению ко мне королевский механик, когда станет моим мужем? Как к собственности? Распоряжаться, командовать, отчитывать за неверные на его взгляд слова и поступки? Или же, наоборот, будет холоден и равнодушен? Я даже не знала, какой из этих двух вариантов для меня хуже. Я одинаково буду несчастна и от грубости, и от равнодушия. Добрым, чутким и понимающим мистера Ридели представить, отчего-то, не получалось. Возможно, потому что мужчина ни в нашу первую, ни во вторую встречу не продемонстрировал этих качеств?

Пока в моей голове происходила борьба предположений о том, как сложится семейная жизнь с мистером Ридели, мы покинули экипаж и начали подниматься по мраморной лестнице, ведущей ко входу в собор.

Я ничего не слышала вокруг, кроме отдающего громом в ушах стука собственного сердца.

Главные ворота собора распахнулись, пропуская нас внутрь просторного каменного строения. За ними еще одни, и я в сопровождении дядюшки Джошуа вошла в полупустой собор. На скамьях, где должны были располагаться приглашенные гости, находились лишь несколько человек.

Тетушки тут же сели на задние ряды, чтобы оставаться в тени и незаметно улизнуть, на тот случай, если я умудрюсь что-то вычудить во время церемонии.

В конце длинного коридора прямо возле алтаря стоял мистер Ридели. При нашем появлении он обернулся, но ни радости, ни восторга, ни даже мимолетной вежливой улыбки не проскользнуло на лице мужчины. Мой будущий супруг был сосредоточен и холоден. В общем, вел себя так, словно это не свадьба, а важная сделка, в которой он против своей воли вынужден принимать участие.

Мне захотелось развернуться и бежать подальше от этого холодного человека, но на кону была не только мои жизнь и судьба, но и благосостояние дядюшки Джошуа. Этого доброго толстяка, который по большому счету заменил мне отца, я очень любила, потому послушно поплелась к алтарю. Там, не глядя на своего жениха, я повторила все слова за священником и, когда он объявил нас с мистером Ридели мужем и женой, послушно подставила губы для поцелуя.

Но когда теплые уста королевского механика накрыли мои, оставаться равнодушной я уже не могла. От вполне невинного, легкого прикосновения губ мистера Ридели теплая волна пробежала по всему телу. От неожиданности я распахнула глаза и встретилась взглядом со своим супругом. Синие, словно море глаза, смотрели прямо на меня, и я едва не утонула в плещущейся в них страсти. Мы отстранились друг от друга, как того требовали обстоятельства, но огонь, возникший между нами, не погас.

Дорогие читатели, вот мы и подошли к тому моменту, когда наши герои объединили свои судьбы))) Впереди их ждут приключения, тайны и … Много чувств! Рада вашим откликам, лайкам и подписке на страницу)))

Глава 7

Лишь после церемонии я обратила внимание на людей, что почтили своим присутствием это скромное мероприятие.

Не считая моих тётушек, которые, убедившись, что все прошло хорошо, выползли из своего укрытия, дядюшки Джошуа, сияющего от счастья, в соборе было ещё несколько человек.

Первой, на кого я обратила внимание, была графиня Доунтон. Эта блистательная дама, яркую внешность которой было невозможно не запомнить, была одной из приближенных его величества Георга 17, а точнее сказать его фавориткой. Любопытство разбирало меня. Интересно, что привело мисс Доунтон на церемонию? Сомневаюсь в ее родственных связях с моим супругом, ведь насколько я поняла, мистер Ридели совсем недавно стал аристократом. Титул он получил от короля Аврании в награду за верную службу и достижения в механике. Георг 17 редко кого одаривал дворянскими титулами, такой подарок действительно нужно было заслужить. Должно быть, мистер Ридели гордился собой, но мне было стыдно, что мой супруг родом не из истинных аристократов. Зато стало понятно поведение механика. Он просто не обучен манерам, как прочие дети аристократов, коих муштруют этикету, можно сказать, с самого рождения.

Но причитать и страдать по поводу того, что вышла замуж за бывшего рабочего, я не стану, потому что выбор у меня был невелик: либо просидеть остаток жизни в имении в нищете, либо выйти замуж за богатого королевского механика, который пусть и не с самого рождения, но все же является аристократом. Уверена, что о нашей парочке будут судачить ещё долгое время. Скандальная маркиза Блаунт и граф Ридели с полным отсутствием манер – да мы просто находка для сплетников. Возможно, фаворитка короля мисс Доунтон потому и явилась на церемонию, чтобы лично увидеть сие событие. А после в красках расписывать придворным дамам все погрешности в моем поведении и поведении моего супруга.

Я нахмурилась. Не то, чтобы я боялась сплетен, но было крайне неприятно, что фаворитка короля пришла посмотреть на церемонию, словно на цирковое представление.

Быть посмешищем я не желала, поэтому решила отыграть роль счастливой невесты как положено. Ни к чему сплетникам знать, что брак заключён исключительно по договоренности, даже без взаимной симпатии между женихом и невестой. Я почувствовала ответственность не только за себя, но и за супруга, которому, должно быть, приходится непросто при дворе.

Моя решимость поколебалась, когда мисс Доунтон грациозной походкой подплыла к нам и с сияющей в тридцать два белоснежных зуба улыбкой расцеловала сперва мистера Ридели в обе щеки, а затем и меня.

Дальше из уст первой красавицы королевского двора полились искренние, как мне показалось, поздравления. Когда поток красноречия мисс Доунтон закончился, она добавила:

– Надеюсь, вы не будете против, дорогая Урсула, но я осмелилась организовать прием в честь такого важного события, как свадьба моего дорогого друга, у себя в особняке.

Я удивлённо приподняла бровь. Это ещё что значит? Почему мисс Доунтон организовала нашу свадьбу? Причем у себя дома?

На мой немой вопрос тут же последовал ответ:

– Мистер Ридели до сих пор не обзавелся достойным домом, куда можно было бы пригласить высокочтимых гостей, да и у вас, насколько мне известно, последние годы дела шли не очень. И, дорогая, даже не думайте, что вы мне будете должны хоть что-то за этот прием. Поверьте, Брайан с лихвой за все расплатился.

После этих слов мисс Доунтон одарила меня обворожительной улыбкой, такой, после которой стало ясно – лучше не спорить, а сделать все как она говорит.

Ещё больше, чем организация свадьбы, меня насторожило, что графиня называет моего супруга по имени. Каким интересно образом мистер Ридели расплатился с ней за прием? Надеюсь, оказал услуги механика, а не то, о чем я подумала. К собственному изумлению, я осознала, что только что испытала вполне ощутимый укол ревности.

Я взглянула на мистера Ридели, пытаясь угадать, что он обо всем этом думает, но супруг стоял с каменным лицом, словно его совершенно не касается происходящее.

– Благодарю за вашу помощь, – ответила я с вежливой улыбкой, которую мне пришлось из себя через силу выдавить.

А что мне ещё оставалось? Не устраивать же прямо в соборе разбор полетов? Или же сцену ревности? Нет, я бы, конечно, могла отказаться, высказать свое недовольство происходящим или, по крайней мере, вполне обоснованное негодование, но решила – ни к чему устраивать скандал в первый же день супружеской жизни. Позже, когда мы с мистером Ридели сблизимся, я непременно выясню, какие отношения его связывают с графиней Доунтон, ну а пока мне остаётся лишь одно – следовать за своим супругом и вежливо улыбаться.

До замка мисс Доунтон мы добрались на паромобиле мистера Ридели. К моему удивлению и негодованию, мужчина сам сел за руль транспортного средства. И это было верхом неприличия для дворянина! Даже дядюшка Джошуа, несмотря на ограниченность в средствах, пользовался услугами извозчика, ведь за рулём аристократу сидеть было не положено. В последние годы паромобили наводнили Верегос, каждый более-менее обеспеченный горожанин мог позволить себе приобрести хотя бы старую модель. У моего же супруга был совершенно новый, выделяющийся на общем фоне паромобиль золотистого цвета, начиненный самыми невероятными штучками и артефактами. Этот механический красавец работал почти бесшумно по сравнению с проезжающими мимо прочими транспортными средствами и выглядел намного эффектнее. Я видела, как нас провожают взглядом прохожие, извозчики и пассажиры встречных паромобилей и экипажей. Должна признаться, поездка мне понравилась. Мистер Ридели умело управлял транспортным средством, так, словно провел за рулем всю жизнь. Наверное, механик и должен уметь пользоваться своими изделиями, но все же мне было неприятно от мысли, что супруг нарушает негласные общественные порядки.

Мы подъехали к колоритному замку, тянущемуся острыми шпилями к небу. Его окружала высокая изгородь, возле кованых ворот дежурили механические солдаты, а на парковке рядком стояли дорогие новенькие паромобили. Я тут же поняла, что они принадлежат гостям, приглашенным на прием в честь нашей свадьбы с мистером Ридели.

Я вновь бросила взгляд на четкий профиль своего супруга, но королевский механик всю дорогу делал вид, что очень увлечен дорогой. Возможно, так оно и было, но, даже припарковав паромобиль, мистер Ридели не удостоил меня даже взглядом.

Он, молча, заглушил мотор, затем распахнул дверцу и вышел на улицу. Я осталась на месте в ожидании, когда же мистер Ридели поможет мне покинуть паромобиль, но механик даже не подумал этого сделать. Он просто стоял и ждал, когда же я сама выйду из машины, повернувшись к машине спиной. От возмущения я вся покраснела. Что ж, раз супруг в очередной раз демонстрирует свое пренебрежение, не стану же я унижаться и умолять его о соблюдении правил приличия. Радует лишь то, что нет свидетелей этого позорного происшествия.

Я выскочила на улицу и с силой хлопнула дверцей паромобиля. На столь громкий звук, разнесшийся по окрестности, обернулся мой супруг и, наконец, удостоил меня взглядом. Удивление проскользнувшее в небесно-голубых глазах мужчины резко сменилось недовольством.

– Этот паромобиль стоит больше, чем все ваше имущество вместе взятое, – пробурчал механик. – Советую относиться к нему бережнее.

После этих слов, сказанных мистером Ридели пренебрежительным, осуждающим тоном, я вовсе впала в ярость. Мало того, что щеки буквально горели от злости, я еще почувствовала, как у меня начали раздуваться ноздри. Ещё чуть-чуть и я начну бить копытом, как разъяренный бык. В таком взвинченном состоянии контролировала я себя очень плохо. От того, чтобы отвесить мистеру Ридели звонкую пощечину я большим усилием воли удержалась, но вот сдержать язык за зубами не смогла. Набрав в грудь побольше воздуха я приготовилась высказать супругу все, что думаю о его поведении.

– Да кем вы себе возомнили… – начала я свою гневную речь, но продолжить ее мне не удалось, потому что как раз в этот момент подъехал паромобиль графини Доунтон. И вот она, в отличие от моего напрочь лишённого манер супруга, пользовалась услугами извозчика. Я тут же нацепила на лицо дружелюбную улыбку, но лицо по-прежнему продолжало гореть от злости.

Итак, дорогие читатели, с меня – прода как можно скорее, с вас – лайки, комментарии и подписка на страницу ;) )))

А если серьезно, обратная связь очень важна для меня, она позволяет понять – интересно читать историю или нет и вдохновляет на новые свершения)

Глава 8

– О, вижу, вы прибыли на место раньше меня, – одарила нас лучезарной улыбкой мисс Доунтон.

Эта безупречная во всех отношениях брюнетка начинала выводить меня из себя. Рядом с ней я чувствовала себя нелепо, словно очутилась не на своем месте. Все же три года, проведенные в изоляции, оставили свой отпечаток на моем характере. Кажется, я начала бояться людей. По крайней мере, эту даму, в руках которой сосредоточено столько власти, я однозначно опасалась. Скорее всего, о каждом моем промахе она доложит лично его величеству Георгу 17 и, если я не пройду проверку сегодняшним приемом, не видать мне места среди высшего общества Верегоса.

Я постаралась ответить на улыбку мисс Доунтон как можно искреннее, но актриса из меня очень плохая. К сожалению, все эмоции отражаются на моем лице и при желании прочитать меня можно как открытую книгу. Но я очень старалась, чтобы не выдать своей неприязни к графине, которая возникла на фоне внезапно проснувшейся ревности к мистеру Ридели. Природу этого чувства я не понимала, ведь механик мне не был даже симпатичен. Возможно, это просто собственнические инстинкты, ведь делить своего мужа с другими дамами я не намерена. Если у мистера Ридели имеется любовница, ему придется от нее отказаться, ведь терпеть измены я не стану ни за что на свете.

– У мистера Ридели очень мощный паромобиль, – сказала я. – Мы домчались до замка, словно ветер.

За пламенную речь супруг одарил меня хмурым взглядом, но ничего не ответил. Я заметила, что мистер Ридели вообще по жизни не слишком словоохотлив, но в обществе мисс Доунтон механик вообще не произнес ни единого слова.

Я поняла, что должна как можно скорее выяснить, что связывает двоих настолько разных людей, как королевский механик Брайан Ридели и фаворитка короля Лукреция Доунтон.

Между тем при появлении графини механические солдаты расступились в стороны, и высокие ворота распахнулись, впуская нас внутрь благоухающего внутреннего двора. К замку вела каменная дорожка. Она была очень широкая, раз в пять больше, чем в моем родовом имении. По ней спокойно могли проехать несколько паромобилей в ряд. На обочинах были высажены клумбы с цветами, источающие умопомрачительные ароматы, из недр земли то и дело появлялись тоненькие струи воды, орошающие их.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.