Диана Фад
Измена. Ты забрал мое сердце

Глава 1

На Казанском вокзале, как всегда, толпы народа, ледяной ветер раздувает шубу, проникая под подол и в рукава. Поправляю на дочери розовую шапку с помпоном и целую в румяную щечку.

– Приедешь, обязательно позвони, – в который раз говорю ей, и Дашка морщится.

– Мам, я не маленькая, – ворчит она.

Ну, конечно, пятнадцать лет будет через месяц, совсем взрослая, как же.

– Бабушка тебя встретит. Не выходи из вагона, пока она не зайдет, – не могу остановиться. Гиперопека, кажется, так это называется?

– Мам!

– Все, все, иди в вагон, – передаю ей небольшую сумку с подарками.

Через три дня Новый год и моя мама очень просила прислать к ней внучку. Я была не против, муж тем более. Школу пару дней пропустит ничего страшного, все равно уже все контрольные закончились, оценки выставили, елка прошла. А потом пока раскачаются, пусть отдохнет немного ребенок. Пусть едет. Дашка и сама захотела.

– Вы идете в ресторан на Новый год, а мне куда? К друзьям не пустите на всю ночь, а сидеть дома одна я не хочу. Там меня Тоня ждет и Света, – радовалась дочь.

– Да, да, поезжай, – соглашалась я, а теперь вот провожаю поезд и что-то так тоскливо на душе, хоть волком вой.

Нет, все хорошо. У нас отличная дружная семья, муж – хороший бизнесмен, денег хватает. Грех жаловаться. Но вот провожаю ребенка и, как всегда, словно отрываешь от себя. Стас предлагал отправить Дашку на самолете, полтора часа и там, но как я отпущу ее одну? Тут посадила в поезд, там бабушка встретила. Проводнице сунула тысячу рублей, присмотрит.

– Дурь какая, ребенок будет почти сутки в поезде ехать, – возмущался муж, – Только из-за того, что вам приспичило.

– Нет, Стас, не приспичило, мне так спокойнее, – убеждала мужа, когда помогала дочери складывать чемодан.

И вот у нас есть почти месяц, чтобы побыть с мужем вдвоем. На новогодние праздники уже запланирован отдых в Сочи на Красной поляне, катание на лыжах, встреча с друзьями. Улетаем первого января и вернемся только восьмого, красота. И это только вдвоем, ну не считая друзей. С нами едут еще две семейные пары, с которыми мы дружим уже лет десять если не больше.

А сам Новый год встретим в дорогущем ресторане с новогодней программой, салютом, елкой. Красота, да и только. В кармане шубы вибрирует телефон, и я достаю, всматриваясь в серьезное лицо мужа на заставке. Здесь Стас такой серьезный, даже суровый. Красивый зараза. Русые волосы в элегантной короткой стрижке, небольшая бородка, ухоженная, ему очень идет. Скрывает немного упрямый подбородок с ямочкой, который придает облику мужа грозный вид. С бородой ему лучше, образ мягче. Широкие плечи бывшего дзюдоиста, занимался до двадцати лет, почти дошел до мастера.

Но мне нравятся его глаза, такие же синие как у Дашки. До сих пор в них иногда тону, когда они вспыхивают желанием в моменты нашей близости. Жаль, что последнее время это происходит все реже и реже. Нет, желание не ушло, но работа, быт – это съедает какую-то романтику. А мне так ее не хватает, этой самой романтики.

– Да, Стас? – отвечаю на звонок, стягивая воротник шубы под горлом.

– Посадила? – голос мужа резкий, деловой. Понятно, что с работы звонит, тут не до мягкости.

– Вот только поезд отошел, уже иду к машине.

– Понял, ладно, ужин не готовь, я буду поздно. Задерживаюсь.

– Стас, – недовольно тяну я. Первый вечер одни, а он задерживается.

– Что, Женя? – сразу повышает тон муж, – Я в отличие от тебя дома не сижу, а деньги зарабатываю.

– Все, я поняла, не начинай.

– Постараюсь пораньше. Развлеки себя чем-нибудь. По магазинам походи, – уже более спокойно предлагает муж.

– Ладно, – ворчу, ныряя внутрь вокзала, чтобы перейти на другую сторону, где меня ждет машина.

Стас прав, нужно подарки еще купить. Дочери я уже знаю, что, она давно просила рюкзак от известного молодежного бренда. А вот мужу вечная проблема, ну не двадцатый же галстук ему покупать или рубашку?

– У меня совещание, – обрывает разговор Стас и я слушаю некоторое время в трубке короткие гудки.

Когда из наших слов исчезли слова «Целую», «Скучаю»? Они были когда-то, сейчас ничего. Просто сухие слова, обыденные, по делу.

– Женя, что тебе не хватает? Зайчиком тебя называть или в любви каждое утро признаваться? – возмущался Стас, когда я ему выговаривала о том, что из наших отношений ушла романтика, – Почти шестнадцать лет в браке и ты все как девочка, ути-пуси тебе нужны, – усмехался муж.

– Немного ласковых слов еще никому не помешали, – обиженно отвечала я.

– Женя, отстань, – отмахивался Стас.

Вот и весь разговор. Нужна романтика, смотри свои сериалы и мелодрамы, там все есть, а от меня отстань. Но мы все взрослеем, жизнь идет своим ходом и, наверное, глупо требовать от сорокалетнего мужика называть тебя ласковыми словами, а так хочется.

Сажусь в машину, где меня ждет наш водитель. Обычно Сергей возит Стаса, но сегодня мне его как бы дали напрокат, чтобы проводить Дашку.

– Домой, Евгения Николаевна? – поворачивается ко мне парень, а я только сейчас замечаю какие красивые у него глаза. Серые, с голубыми вкраплениями.

– Нет, отвези меня в ЦУМ. Подарки нужно купить, – отворачиваюсь от Сергея, делаю вид, что смотрю в окно.

– В ЦУМ, так в ЦУМ, – усмехается он и мягко трогает машину с места.

Едем молча, я думаю, как там Дашка, а Сергей следит за дорогой. Он хороший водитель, поэтому я спокойна, но все же иногда бросаю взгляд на его профиль. Отмечаю довольно привлекательную внешность, красивые губы, гладковыбритый подбородок. Так, мать, ты чего это? А, ну брысь, нечего на чужих мужчин заглядываться! У тебя хороший муж, красивей этого водителя будет. Романтики ей не хватает, придумала тоже.

Глава 2

В магазине не протолкнуться, но мне нравится. Очень красиво нарядили витрины. Сразу настроение подскакивает до просто отличного. Больше брожу, разглядываю новогодние украшения, чем ищу подарки. Наконец, вспоминаю, что хотела купить дочери рюкзак, беру его. А далее самое сложное. Что купить мужу, у которого все есть? Разве что себя подарить в красивой упаковке. Кстати, вот и магазин нижнего белья. Заглядываю туда и зависаю на добрые минут сорок.

Рассматриваю комплекты, красивые, вызывающие. Я бы такое никогда не купила, например, этот бордовый, почти прозрачный. Я больше склоняюсь к спокойным цветам, пастельных оттенков. Серый, белый, кремовый, вот мое, а тут просто буйство красок. Замираю напротив черного кружевного комплекта с бархатными вставками. У меня хорошая небольшая грудь, несмотря на мои почти тридцать пять. Хорошая фигура, пара лишних килограммов есть, но не критично. На мне такой комплект смотрелся бы идеально.

– Примерите? – улыбается продавщица.

– Даже не знаю, слишком откровенно для меня, – честно признаюсь ей и перевожу взгляд на голубенький комплект, как раз под мое новогоднее платье насыщенного синего цвета.

– А мне, пожалуйста, покажите вот тот бордовый и ярко-красный, – слышу знакомый голос своей подруги и поворачиваюсь.

Так и есть, у другого прилавка стоит Катя, она и ее муж едут с нами на новогодние каникулы. Катя – эффектная блондинка, высокая, стройная. Одевается, соответственно, довольно откровенно. Не удивлюсь, что ей нравятся именно такие комплекты.

Откладываю пару для себя белый и голубой, делаю шаг в сторону подруги.

– Так, давайте тот, красный, полупрозрачный и еще черный. Хотя нет, возьму еще один, тот сиреневого цвета. Моему мужчине нравится рвать на мне белье, ну вы понимаете, о чем я, – Катя смеется, а я испытываю что-то типа зависти. Надо же, не замечала, что Роман, муж Кати, такой страстный.

Подхожу к ней и приобнимаю за талию, провожу рукой по короткой белоснежной шубе. Вдыхаю запах приторных духов

– О, Женька, привет, ты откуда здесь? – целуем друг друга в щеки.

Знаю, что на мне алая помада Кати, я сама использую в основном гигиеническую помаду.

– Извини, испачкала, – достает салфетку из кармана Катя и вытирает мою щеку, – Все подарки купила?

– Нет, пока только дочери. Осталось Стасу, да всем вам, – признаюсь я, с завистью провожая взглядом черный комплект, что мне так понравился. Ну вот почему я себе такой не беру?

– А я вначале себе любимой, потом остальным, – смеется Катя, – Ты уже выбрала? Пойдем, кофейку выпьем. Тут рядом кафе есть у них замечательные пирожные и салат цезарь.

– Пойдем, конечно, – соглашаюсь я и забираю свой пакет, расплачиваясь картой.

– Какие выбрала? – заглядывает ко мне в пакет Катя, – Снова голубой и белый? Взяла бы что провокационное, твой Стасик далеко не монах.

– А ты откуда знаешь? – хмурюсь я.

– По нему видно. Мужчина знает себе цену, уверенный в себе, следит за собой, – отмахивается подруга.

– Это да, есть такое, – признаю я, хотя кто бы знал, что рубашки ему и костюм с галстуком выбираю я.

Мы выходим из бутика и идем в кафе. Болтаем ни о чем, постоянно останавливаясь у витрин.

– О, вот сапоги, хочу не могу, но боюсь, меня Ромка из дома выгонит если еще хоть пару куплю, – Катя указывает на лаковые сапоги-чулки на высокой шпильке.

– Слишком вызывающе, – морщу свой носик.

– Значит, надо брать, – заливается смехом Катя, и мы обе вспоминаем фильм «Служебный роман».

В кафе с трудом находим свободный столик и располагаемся со своими пакетами, снимая шубы. Нас довольно быстро обслуживают, и вскоре я уже ковыряюсь вилкой в салате. Действительно, вкусно, как я люблю и свежее все.

– Слушай, Жень, я тут на днях встретила Вику, она какая-то сама не своя, – признается Катя, отправляя в рот кусочек салата.

– А что случилось?

– Не знаю, не говорит, но, мне кажется, что-то у них с Сашей. Она даже сказала, что, возможно, никуда не поедут.

– Да ты что? У нас же все проплачено, заказано. Ты же знаешь, что ничего не отменить, столько денег пропадет.

– Вот и я ей говорю, как так-то? А Вика только отнекивается, нет да нет.

– Сегодня же ей позвоню, как домой вернусь. Что у них там случилось, интересно, – расстроенно произношу я.

– Не знаю, но мне показалось, что Сашка ей изменяет и Вика об этом узнала, – шепчет Катя.

– Да ты что? – округляю глаза, – Не может быть, они уже сколько лет вместе!

– А причем тут годы, для измены много времени не надо.

– Вот же гадость какая, – печалюсь я, – Такая пара. Но это не точно?

– Нет, это лишь мои предположения.

– Тьфу на тебя, – с досадой смотрю на подругу.

– Ну ты знаешь, я не удивлюсь. Вика со своей бездетностью слишком достала всех. Ну не может родить, так смиритесь бы уже. Или живите вместе, или разбегайтесь. Вот она и думает, что Сашка от нее уйти хочет. В том, что у них нет детей, виновата Вика.

– Это я знаю, но мне всегда казалось, что они с этим смирились оба.

– Ты что, Вика просто не показывает, а как выпьет плакать начинает, – нам приносят кофе, и я задумчиво пью, думая о семье Ворониных. Надо же, почти двенадцать лет вместе и неужели разведутся?

Понятно, что Вика ничего не может сделать, а Сашка еще может создать семью, родить детей. Вот же несчастье какое

Глава 3

Выходим из ЦУМа увешанные пакетами с подарками. Мужу я все же купила новый ремень по совету Кати.

– Вот, возьми этот, сейчас самый писк моды, – говорила она, когда мы разглядываем безумно дорогие ремни с тесненной кожей.

– Какой-то он слишком… ребристый что ли? – с сомнением верчу действительно красивый черный ремень с широкой бляшкой, – Стас не носит такие вычурные.

– А этот будет, вот увидишь. Мой Роман тоже такие покупает. Дорого-богато, как говорится. Бери, даже не сомневайся.

– Ну ладно, – расплачиваюсь за покупку и мне красиво упаковывают в фирменную коробочку.

Остальным друзьям тоже взяла подарки, девчонкам по набору косметики, мужчинам по пресловутому шарфу. Что я еще могу подарить чужим мужьям. Катя тоже что-то купила. Мы разошлись в магазине, чтобы не видеть подарки друг друга до начала поездки.

– Так, ну все, – сгружает свои пакеты в багажник ярко-красной Ауди Катя, – Увидимся в ресторане?

– Да, – соглашаюсь я и смотрю, как она лихо отъезжает. Вот бы мне так водить машину. Я на дороге как черепаха с гранатой, так меня называет Стас. Сама толком не еду, пугаясь всего и других торможу. Ну не получается у меня как у Кати, та словно родилась за рулем.

Ищу свою машину, совсем забыла, где припарковался Сергей, но он сам выходит мне навстречу и подхватывает пакеты. Ничего не говорит, что я так долго. Ушла на пару часов, а с Катей провозилась целых четыре.

– Теперь домой, Евгения Николаевна? – да, наконец-то, облегченно вздыхаю я, усаживаясь в машину.

– С подарками целая мука.

– Согласен, – смеется Сергей.

До дома доезжаем молча. Я засмотрелась на нарядную Москву, а Сергей тихо слушает музыку, что-то из классики.

Окна в доме темные, Стас еще не вернулся. Но я и не ждала его так рано. Сказал задержится, значит, придет не раньше девяти. Я даже не знаю, готовить ли ужин. Обычно, если муж возвращается поздно, пьет только кофе. Сама поела в кафе, да и не лезет ничего. Расстроилась из-за Вики и Сашки. Мы с этой парой давно дружим, будет печально, если они разойдутся. Понятно, что Саша, скорее всего, хочет детей, хотя все время на людях смеялся, что им с Викой и так хорошо. Но годы идут, мировоззрение меняется. Вика, что только не делала, чтобы забеременеть и даже раза два получалось, но выкидыш на раннем сроке ее просто сломил. И она оставила попытки. Уже года два, как закрыла для себя эту тему.

Прохожу в гостиную, повесив шубу из серебристой норки в шкаф. Ступаю по теплому плиточному полу в тонких колготках. Включаю везде свет. Без Дашки в доме пусто, тоскливо. Достаю из сумочки телефон, набираю номер дочери, но абонент недоступен. В поезде не везде ловит сеть, я знаю, поэтому не беспокоюсь.

Прохожу в свою комнату, точнее, нашу со Стасом спальню и встаю у зеркала. Рассматриваю лицо, подмечая усталые морщинки. Нет, я красивая женщина, выгляжу моложе своих тридцати пяти лет. На вид мне больше тридцати не дашь. Салоны красоты, косметологи. Кожа, волосы, ногти, маникюр, педикюр – это все в порядке. Поправляю волосы пепельного оттенка в стильном каре, в ушках элегантные серьги с бриллиантом и жемчугом. Носик аккуратный, маленький, губы свои, красивые, пухленькие. Стас раньше очень любил меня целовать, вело его на моих губах. Куда все это делось? Почему ушла страсть из наших отношений? Сейчас все как-то скомкано, быстро. Удовольствие короткое, нет послевкусия, нет душевного соединения. Возможно, я слишком многого хочу от нашего брака. Все так живут, даже хуже, чем мы.

Стас мне ни в чем не отказывает, уделяет внимание, иногда дарит подарки и цветы, но это все не то. Я хочу как раньше, чтобы руки тянулись друг к другу, чтобы губы касались с каким-то волшебным трепетом и ожиданием. Чтобы дыхание сбивалось, когда в его объятия попадаешь, а сердце замирало от радостного предвкушения. Сейчас это как обязанность, необходимость. Легли в постель, рука там, рука здесь, секс и спиной друг к другу. Не хочу так больше, тошно на душе, хоть волком вой.

Внизу хлопает входная дверь и я чувствую, как сердце радостно забилось. Стас вернулся. Бросаю взгляд на часы, и моя радость сползает по шкале вниз. Половина десятого. Все позже и позже.

Натягиваю улыбку на лицо и иду встречать усталого мужа. Все у нас хорошо, все просто отлично. Это я дурью маюсь.

Спускаюсь по лестнице и прохожу в гостиную, где Стас уже сидит на диване с бокалом виски в руках. Присаживаюсь рядом с ним, кладу голову на его плечо и целую в щеку. Втягиваю носом аромат парфюма Стаса и еще чего-то сладкого, но лишь обнимаю мужа за талию.

– Устал?

– Чертовски, – кивает Стас, делая глоток виски, – Сейчас душ и спать.

– Кушать не хочешь?

– Нет, я был в ресторане, там поел, – Стас встает, аккуратно освобождая свое плечо от моей головы, и идет, стягивая на ходу пиджак.

А я смотрю ему в след, тоскливо провожая взглядом. Да, наши отношения изменились, и теперь как-то нужно жить с этим. Только вот как?

Глава 4

Стас спит, чуть похрапывая рядом, а я лежу и смотрю в потолок. Сна ни в одном глазу, одни мысли в голове бурлят не дают уснуть. Думаю, обо всем сразу, о Дашке, о том, как она там в поезде, о Вике с Сашей, но больше всего о наших отношениях с мужем. Вот зачем мне все это нужно сегодня? Нет, и раньше такие мысли были, но как-то справлялась с этим, а сегодня накатило.

Рассматриваю люстру на потолке спальни, ее нам подарила свекровь, та еще стерва. Столько лет с ней не можем ужиться. Лучше стало, когда мы отдельно начали со Стасом жить, а первый год после свадьбы, вспоминаю все время с ужасом. Две женщины на кухне – это как на вулкане замедленного действия, рванет так, что мало не покажется. Постоянные упреки, сделала не так, не то. Рукожопая, криворукая, скучная, молчаливая, надменная – это еще малая часть упреков свекрови в мою сторону. Я и на кухню-то старалась не выходить лишний раз, чтобы с ней не встречаться.

– Не переживайте, Елизавета Андреевна, купим квартиру и уедем, – пару раз ответила ей на ее упреки, так воплей было, мамочки.

– Как уедете?! Для чего вам своя квартира, такие деньжищи тратить? У Стасика есть родители, что мы лишнюю комнату не выделим? Даже и не думайте. Ишь чего придумала, уедет она. Ты и поезжай, а сын с нами останется. Нашел на свою голову невесту, – возмущалась свекровь, а я только вздыхала и снова уходила в свою комнату.

Хорошо, что Дашка родилась, когда у нас уже своя квартира была, иначе я бы точно с ума сошла, если бы свекровь все время рядом была. Мне ее приезд по воскресным дням поперек горла вставал, даже глаз дергался в этот день. Год всего с ней прожили в одной квартире, а мне и этого хватило, после ее приезды уже к нам в гости ограничивались двумя часами – это было еще терпимо. А первый совместный год я как-то перетерпела благодаря Стасу.

– Потерпи, малыш, скоро купим свою квартиру и уедем, – уговаривал Стас, когда я высказывала ему все за закрытой дверью нашей спальни.

Тогда я еще была малыш, сейчас Женя или ненавистное мне Мать. Что за слово такое между мужем и женой? Какая я ему мать? Как родилась Дашка, так и стал меня называть, а мне не нравится. Это что-то из совсем примитивного, мать, когда завтрак, мать подай полотенце. Я жена, любимая, по сути, женщина для него.

Ой, да ладно, все в голове уже в кашу перемешалось. Хорошо, что тогда получилось первую квартиру купить. Помню ту однокомнатную, которую вылизывала до скрипучих полов, первые цветы свои помню – фиалки, которые пыталась выращивать на подоконнике. Вазочки, новые тарелки с незабудками, что схватила на распродаже.

Стас уже тогда начал быстро как-то свой бизнес раскручивать. Не один, конечно, ему здорово муж Кати помогал, Роман. Они какие-то программы для компьютера создавали и начали с офисных. Я не вникала, но тогда их брали, как горячие пирожки. Офисы и деловые центры росли на глазах. Все устанавливали компьютеры, нужно было их настраивать, потом обслуживать. Почти два года и Стас заработал свой первый миллион, затем еще и еще. Я как раз забеременела и сидела дома, пока муж вкалывал. Приходил поздно ночью и валился спать, а утром снова на работу.

Результат тоже был быстрым, квартира, затем другая, потом вот этот дом, машины, водитель, домработница, няня для Дашки. Сейчас дочь уже без няни справляется, я сама ее в школу и кружки вожу или Сергей, когда Стас его не забирает на весь день. И вот все вроде бы есть, прошли все вместе, а я неблагодарная, как скажет свекровь, всего мне мало.

Поворачиваюсь к Стасу и прижимаюсь к его плечу, вдыхая родной запах. Веду кончиками пальцев по его бровям, щекам.

– Жень, дай поспать, – и он поворачивается на другой бок ко мне спиной.

Подтягиваю к себе одеяло, мы спим под разными и обнимаю уже скомканную ткань. Ладно, устал, я понимаю.

Засыпаю неожиданно для себя быстро и просыпаюсь еще до будильника Стаса. Бреду позевывая в ванную, где умываюсь и чищу зубы, разглядывая себя в зеркало. Сонная, но красивая же или нет? Спросить то не у кого. Хоть выходи на улицу, лови чужих мужиков и спрашивай: «Как я вам, нравлюсь?».

От этой мысли настроение немного поднимается, и я уже с улыбкой спускаюсь на кухню. Недавно посадила Стаса на правильное питание, чтобы не было лишнего веса. Он и так в форме, довольно неплохой. Каждый день с утра пробежка, потом полчаса на тренажерах, но это не значит, что не нужно есть полезную и здоровую пищу.

Взбиваю яйца с молоком, нарезаю зелень, обжариваю грибы. Сегодня у нас омлет, апельсиновый сок и тосты с авокадо и рыбой.

Слышу, как хлопает входная дверь, и выглядываю в окно. Стас уже в спортивном костюме и наушниках выбегает за ворота. Хоть бы доброе утро сказал. Да что же такое! Швыряю взбивалку в кухонную мойку и упираюсь руками в столешницу. Сглатываю ком обиды в горле. Сколько так может продолжаться? Почему меня столько лет это не волновало, а сейчас просто убивает каждый день – это невнимание со стороны мужа?

Думаю, все это началось, когда подросла Дашка. Раньше дочка забирала много моего времени, а сейчас она уже самостоятельная и я осталась как бы не у дел. Отсюда и мысли всякие полезли. Нужно чем-то себя занять, тут два варианта или идти работать, или к психологу. Только к психологу нужно ходить вместе, а Стас ни за что не пойдет, я его знаю.

Снимаю с плиты омлет и выкладываю на тарелку. Накрываю специальной крышкой и ухожу в спальню. Да плевать на все, никто и не заметит, что меня нет на кухне. Завтрак на столе, сам разберется, я там особо и не нужна.

Снова забираюсь в кровать, сняв халат и натянув на голову одеяло. Осталось два дня до Нового года. Я жду этого праздника, как никогда, особенно поездки. Возможно, у нас получится вернуть хотя бы часть былых отношений. Мне много не нужно, просто чуть ласки и внимания. Погладьте меня, в конце концов, кто-нибудь! Я как собачка бездомная и голодная, скоро начну хвостиком юлить, сама голову буду под руку подставлять. Дело тут не в сексе или желании, я просто хочу душевного тепла. Чтобы хоть какие-то чувства ко мне были. Тошно мне, маетно. Я ведь молодая еще, да и женщина. Или уже все, мое время ушло? Готовь завтраки, встречай вечерами и тупо сиди, молчи?

– С жиру бесишься, – так и слышу укоризненный голос свекрови в своей голове, – Все у тебя есть, все тебе Стасик дал, а ты все нос воротишь, морду свою кислую кривишь.

Права она, во всем права, а я идиотка неблагодарная, которая сама не знает чего хочет.

Глава 5

День провела в сборах. Аккуратно сложила все в небольшой чемодан для ручной клади, каким-то образом уместив несколько красивых платьев и туфли. Также спортивную одежду, повертела в руках пижаму и отложила в сторону. Все-таки мы вдвоем едем, нужно что-то более красивое, чтобы Стасу понравилось. Достала пару новых кружевных сорочек, которые еще даже не надевала и срезала этикетки с купленного накануне белья. Один комплект на завтрашний вечер, два других на восемь дней отдыха. Пара запасных трусиков, выбрала самые красивые. Все, я практически готова. Осталось собрать чемодан Стасу и можно ехать.

Вечер снова провела одна за книгой, сегодня было чуть легче. Позвонила Дашке, послушала ее радостный рассказ, как они с подругами сходили в кафе.

– Мама, здесь в Самаре, настоящая зима, представляешь? – радостно говорил ребенок, – Сугробы почти под крышу бабушкиного дома.

– Ничего себе, а там что дороги не чистят?

– Бабуля говорит, что профукали все, дармоеды, – повторяет за моей мамой дочка, а мне смешно.

– Как там твои подруги?

– Отлично, мы решили вечером 31-го на елку пойти.

– Одни? – тут же напрягаюсь я.

– Мам, ну мы уже большие, – ноет Дашка, – Дед обещал с нами сходить, да и родители Тони.

– Тогда хорошо, а что еще делали?

Дашка начинает рассказывать, что они с бабушкой купили коньки. Точнее, Дашке в подарок купили, а я вспоминаю, что мы как-то забыли со Стасом, когда последний раз на коньках стояли. Да и мысли не было Дашку научить.

– А учить, кто будет?

– Дед сказал, что ноги помнят, – с пафосом произнесла дочка, снова развеселив меня.

Да, мой папа когда-то хорошо катался, только не помню, сколько лет назад это было. Да и на лыжи бы неплохо встать. У нас лыжня прямо за домом проходит вдоль озера. Постоянно в выходные вижу лыжников и по-хорошему завидую. Что же я за лентяйка такая, ни лыжи, ни коньки. И дочь ничему не учу. Беда, одним словом.

– Ладно, мам. Папе передай привет, мы в магазин за продуктами поедем, бабуля целый тетрадный лист исписала. Дед уже машину выгнал.

– Давайте, поцелуй там их от меня.

– Обязательно, – дочь отключается, а я еще какое-то время сижу с трубкой в руке.

Весело у них там, праздник на носу чувствуется, а у меня тут тишина. Даже елки нет.

Встаю с дивана в гостиной и иду в кладовую под лестницей. Где-то была искусственная елка, может, хоть это отвлечет меня от моих невеселых мыслей. Звонок Стаса застает меня, когда стою на стуле и пытаюсь дотянуться до верхушки, чтобы насадить на нее блестящую звезду.

– Да, Стас, – прижимаю трубку ухом к подбородку.

– Я сегодня немного раньше освобожусь, закажи что-нибудь из ресторана? – замираю с игрушкой в руке. Что-то случилось или звезды сошлись?

– Хорошо, – отвечаю удивленно, – А зачем из ресторана, я могу, и сама приготовить.

– Жень, я хочу вкусно поесть и провести вечер у телевизора за просмотром фильма, а не ждать, пока ты там что-то сообразишь на скорую руку.

– Ааа, – произношу в ответ, вспоминая, что продуктов у нас не так много. Собирались уезжать и запасов особо не делали. Курица вроде есть в морозилке.

– Скоро буду, – Стас отключается, а я все-таки втыкаю на свое место игрушку и бегу в душ.

Затем переодеваюсь в обычное домашнее платье, но в последний момент сдергиваю его с себя. Стас приедет раньше, хочет провести время вместе, а тут я, как в обычный день. Сдергиваю с вешалки черный шелковый халат с золотыми павлинами по подолу, снимаю с себя белье. Шелк на голое тело, да ты явно перебарщиваешь, Женя.

Посмеиваясь, заказываю еду и бутылку красного вина к мясу. Сажусь в гостиной, смотрю на моргающую огоньками елку. Все же как красиво и атмосфера в доме сразу совсем другая.

Вздрагиваю от звонка в дверь и принимаю доставку, раскладываю все красиво по тарелкам, даже открываю вино. Затем снова вскакиваю и ставлю на стол свечи в серебряных канделябрах, зажигаю, приглушая свет, и сижу. Тяну из салатника листик и закидываю в рот. Только сейчас поняла, что сильно хочу есть. Утром только кофе в себя влила, а сейчас пробило.

Истекая слюной, жду Стаса. Затем наливаю себе немного в бокал вина и держу в руке, смотрю на вишневого цвета жидкость. Чувствую себя полной дурой в шелковом халате на голое тело. Ногам холодно, и я всовываю их в свои обычные тапочки, а надо бы по идее в туфли на высоком каблуке.

Через два часа считаю, сколько прошло времени после звонка Стаса и понимаю, что он не придет как обещал. Набираю его номер и слышу короткие гудки. Откладываю телефон и беру со стола бутылку вина, возвращаясь в гостиную. Сажусь в кресло, наливаю себе полный бокал. Затем вспоминаю кое-что и ставлю бокал на столик, иду в свою комнату. Там переодеваюсь в теплую фланелевую пижаму и натягиваю на ноги белые махровые носки. Да плевать мне, как я выгляжу.

Снова спускаюсь в гостиную и сажусь в кресло, поджав под себя ноги. Наблюдаю за игрой огоньков на елке, потягивая из бокала вино. Аппетит пропал, есть уже не хочется. Все как-то по-идиотски, что ли. Даже не хочется звонить Стасу, что-то выяснять, наверняка в последний момент появились неотложные дела, и он забыл обо мне. Смысл ему названивать и требовать объяснений? Переживу, не в первый раз.

Допиваю вино и укладываюсь в гостиной на диване, натянув на себя теплый плед. Так и засыпаю под елочку, проваливаюсь в сон. Ничего не слышу, даже не чувствую, когда возвращается Стас и переносит меня на руках в нашу спальню. Накрывает одеялом и уходит. Потом возвращается, приняв душ, и ложится рядом. Отличный вечер, мне очень «понравилось».

Глава 6

– Прекрасно выглядишь, Женя, – мы с Викой стоим в фойе ресторана, пока наши мужья понесли верхние вещи в гардероб.

Принимаю с подноса высокий бокал с шампанским, делаю глоток. Официант уходит дальше, а мы с Викой останавливаемся у большого зеркала.

– Спасибо, а ты что-то бледная сегодня, – смотрю на подругу, отмечая ее какой-то поникший вид.

Нет, тот, кто не знает Вику, видит в ней лишь очень красивую женщину тридцати лет, в длинном шелковом платье цвета фуксии, открытыми плечами и бриллиантовым колье на шее. Черные волосы забраны вверх и спускаются на открытую спину длинными локонами. Красивая, но печальная.

– Да, что-то я в последнее время не очень себя чувствую, – отмахивается Вика, тоже отпивая из бокала.

– Может тебе в больницу сходить? – предлагаю я, – Анализы сдать.

– Хватит с меня больниц, все со мной в порядке, – произносит Вика, – А ты? Мне кажется, похудела?

– Наверное, хотя по платью не скажешь. Покупала месяц назад, – тихо смеюсь я, останавливая взгляд на себе.

Платье из струящейся синей ткани с корсетом, туфельки на высоком каблуке. На шее подарок Стаса, тонкая нить бриллиантов со вставками аметиста, такие же серьги до плеч. Красиво. Волосы сегодня уложили в салоне в легкомысленные локоны, там же нанесли и макияж. Я сама себе нравлюсь, а Стас ничего не сказал.

– Новое? – касается искрящихся камней на моей груди Вика, – Вроде не видела раньше.

– Да, Стас на Новый год сделал подарок, – улыбаюсь я.

– И мне, – смеется в ответ Вика, – Говорят, когда мужья дарят драгоценности, значит, откупаются.

– Отчего?

– Чтобы не ворчала много и глаза закрывала.

– Скажешь тоже, а что еще дарить? Заехал в последний момент в ювелирный и все. Я сама всю голову сломала, какой подарок выбрать. Хорошо, что Катя подсказала.

– Катя? А да, она знает толк в безделушках. Вот и она, – мы оборачиваемся и смотрим на подругу, которая идет к нам.

На ней яркое алое платье из шелка с высоким разрезом от середины бедра, в котором мелькает красивая ножка в черном чулке и черной замшевой туфельке. На шее бриллиантовый чокер с рубином посередине. Волосы уложены на греческий манер, макияж смоки айс, только с неизменной красной помадой на губах. И вот не вульгарно это смотрится на Кате, если бы я так накрасилась, была бы похожа на проститутку, а этой все идет.

– Девочки, потрясно выглядите, – целует в миллиметре от наших щек Катя, обдавая сладкими духами, – Классная вечеринка, с наступающим, кстати, всех.

Чокаемся фужерами, выпиваем, возвращаются наши мужья. Мы очень хорошо смотримся рядом со Стасом. Он такой брутальный, широкоплечий, высокий и я изящная, светленькая. Мне нравится идти с ним под руку и искать наши места за столиками. Хорошо, что мы сидим все вместе с друзьями, так веселее.

Далее веселье в полном разгаре. Выходит ведущий, звучат тосты, музыка. Мы выпиваем, общаемся, внезапно ловлю себя на мысли, что мне хорошо, легко. То ли виной шампанское, то ли сама обстановка. Или я просто для себя сделала вчера какие-то выводы, которые сама толком не могу объяснить.

Стас даже не извинился за вчерашнее. Утром только сказал, что неожиданно встретил старого друга и заговорились в ресторане. Я промолчала в ответ, хотя, возможно, надо было закатить вселенскую истерику с битьем посуды. Но я так никогда не делала, и сейчас не собираюсь. Мы смеемся, наблюдая, как Стас, Катя и Сашка участвуют в каких-то конкурсах, Роман вообще вышел из зала, разговаривая по телефону. Одни мы с Викой сидим за столом и наблюдаем за развлечением других.

– Иногда я им завидую, – пьяно тянет слова подруга.

– Чему?

– Мне кажется, эти трое ведут беззаботную жизнь, полную удовольствий, – указывает взглядом на Катю и Стаса, которые, хохоча, пытаются бедрами лопнуть надувной шарик.

– Возможно, так нужно и нам поступать? – улыбаюсь я, трогая рукой ладошку Вики, – Это мы с тобой похожи на старых мымр, которые и делают только что ворчат.

– Думаю, ты права, пойдем? – Вика встает и тянет за руку меня из-за стола.

– Ты с ума сошла? – смеюсь я, но иду за ней.

– Пошли, старая моя кляча, будем развлекаться, – наигранно сердито произносит Вика, а я смеюсь до слез в глазах.

Присоединяемся ко всем и участвуем в каких-то конкурсах, я даже что-то выиграла, но постоянно смотрю на веселого мужа, который сегодня сама душка для всех, кроме меня. Мы пришли вместе, но на празднике мы каждый сам по себе. Хотя, я бы не сказала, что остальные все время со своими половинками. Катя вообще даже не вспоминает, по-моему, про Романа, да и тот не скучает. Уже повел в танце какую-то незнакомую девушку. Может, я слишком много хочу от этого вечера или вообще мечтаю о несбыточном?

Далее новогодний праздник превращается в сплошное развлечение. Я много танцую, пью шампанское и в какой-то момент понимаю, что уже бьют куранты. Тянусь к Стасу, что стоит рядом, чтобы получить новогодний поцелуй и поздравление, но он забывает про меня. Кричит, как и все с «Новым годом!», не обращая внимания на свою жену.

Только и остается, что просто пить, продолжая уже веселиться через силу. Мне не нужен уже этот праздник и медленный танец, на который меня все-таки приглашает муж. Словно вспомнил в последний момент, что он здесь не один. Мы танцуем, его руки на моей талии, моя голова на его плече и ничего. Между нами ничего, тишина и пустота.

Глава 7

Домой приехали далеко за полночь, и Стас сразу ушел спать, а я переоделась и пошла в душ. Долго стояла под теплыми струями воды. На душе было как-то странно спокойно или я просто уже настроилась на поездку. Хотелось уехать из этого дома, который внезапно стал мне холодным и пустым.

Уснула буквально на два часа, как уже пришлось вставать. Стасу сделала яичницу, пока он принимал душ, а затем мы выехали в аэропорт.

Тут уже стало веселее. Наши все собрались, Катя с Романом даже еще и не ложились, только переоделись в джинсы и джемпера.

– Шампанского мне, Ромчик, – смеялась Катя, когда мы все сели в кафе, ожидая посадки на самолет.

– Катя, пить с утра моветон, – скривился Стас.

– А я не с утра, я с вечера еще не закончила, – пьяно возмутилась Катя.

Мы посмеялись и объявили посадку. В самолете, в салоне бизнес-класса все неожиданно уснули после приветственного бокала шампанского. Я даже неплохо так выспалась за три часа, игнорируя завтрак.

Красная поляна встретила нас ярким морозным днем, и все тут же потянулись за очками. Снег слепил, на солнышке было тепло и пока мы заселялись все строили планы, что делать дальше. На лыжи сегодня вставать не вариант, новогодняя ночь еще давала о себе знать, поэтому сошлись на вкусном и горячем обеде, потом сон и ужин с распитием спиртных напитков.

– Так, мы и завтра на лыжи не встанем, – проворчал Сашка, самый заядлый лыжник среди нас.

– А я бы погуляла, так красиво, – подставила лицо солнышку Вика, – Вы со мной. Девочки?

– Я, пожалуй, посплю, – пьяненько ответила Катя.

– Могу с тобой прогуляться, я выспалась.

– На обед, значит, никто не хочет.

– Давай чуть позже, – тронула Стаса за плечо Катя.

– Жень, минут через сорок, подойдет? – и я кивнула, поднимаясь в наш коттедж.

Нам всем дали коттеджи поблизости, но чуть в горку. Поэтому мы пошли с вещами заселяться. Стас сразу развалился на большом диване и включил телевизор. Я прошла в нашу спальню и вынула часть вещей из чемодана. Развесила в шкафу на плечики. Быстро сменила джинсы и водолазку на спортивный костюм, натянула зимние кроссовки и схватила пуховичок насыщенного красного цвета. Единственная красная вещь в моем гардеробе.

– Надолго? – проводил меня сонным взглядом Стас.

– Дойдем до нижнего рынка, посмотрим местные сувениры. Ты с нами? – встала в прихожей, надеясь, что Стас пойдет.

– Нет, подремлю немного, – отмахнулся тот, и я вышла из домика.

Вика уже ждала меня у выхода с комплекса, и мы стали спускаться в небольшой поселок.

– А Саша что не пошел? – спросила подругу, подхватывая ее под руку.

– Они с Романом в сауну собрались, алкогольные пары выветривать, – усмехнулась подруга.

– А что их выветривать, если вечером все равно пить? – засмеялась я.

– Ты им скажи об этом, – весело ответила Вика.

Мы немного походили среди сувенирных лавок, где продавали горный мед, лукошки из бересты, разукрашенные пряники, горячий глинтвейн. Много всего, было интересно рассматривать ненужные безделушки.

– Ой, я, кажется, кошелек забыла и телефон, – хлопнула себя по карманам.

И точно, забыла переложить из сумочки в карманы пуховика.

– Я быстро сбегаю, сейчас вернусь.

– Да ладно, у меня есть с собой карточка, – предложила Вика.

– Да нет, а телефон. Дашка должна позвонить, – понеслась я уже в гору.

Вся растрепанная залетаю в наш коттедж и спотыкаюсь о белые ботинки Кати на высоком каблуке. Только хочу крикнуть «Кать, ты меня ищешь?». Как слышу голоса из открытой двери в ванную. Подхожу на цыпочках туда и прикладываю ладошку ко рту, чтобы не закричать. Хотя в данный момент я из себя не выдала бы и звука.

Подруга с задранной на бедрах юбкой, сидит на мраморной столешнице, блузка расстегнута, лифчик стянут на талию. Стас стоит перед ней и поправляет ширинку.

– Я тебе говорил, что здесь ничего не будет, – недовольно ворчит Стас, – Зачем ты пришла.

– Ой, ну мне захотелось. Стасичек, – пьяно улыбается Катя, – Тем более такой момент, так возбуждает, – тянется к нему и целует моего мужа в губы. МОЕГО!

– Одно дело там встречаться на съемной квартире, а другое тут, на глазах у всех, – обнимает ее за талию Стас и притягивает к себе. Гладит ногу в тонком черном чулке.

– Да все ушли, Ромка с Сашкой в сауне, эти поскакали на рынок. А мне было нужно, – ласкается к нему Катя. – Будто тебе не понравилось, хорошо же получилось, чего ты. Мне нравится вот так, экстремально, жарко, жаль быстро. Еще хочу.

– Больше не приходи, до конца отдыха я с женой, поняла? – ласкает ее между ног своими пальцами Стас, снова впиваясь в губы, чем вызывает у Кати стон, – Все, хватит, иди. Женька вернется скоро.

– Противный какой, – чмокает моего мужа в губы Катя, начиная поправлять бюстгальтер, – Сам придешь.

– Приду, но, когда вернемся в Москву, – соглашается Стас, – Иди. Давай.

Я понимаю, что они сейчас выйдут и осторожно возвращаюсь в прихожую. Забыв про кошелек и телефон, вылетаю из коттеджа, бегу, не разбирая куда. По дороге я поскальзываюсь на льду и падаю на землю. Болезненно ободрав руку, с трудом поднимаюсь и продолжаю бежать. Мне не было важно, что я ранена, мои физические страдания померкли перед моей эмоциональной болью. В голове не укладывается-то, что я сейчас видела и слышала. Я не хочу верить своим глазам и ушам. Мой муж изменяет мне с моей подругой?!

Казалось бы, наша семья была идеальной. Мы были счастливы, жили вместе уже много лет и поддерживали друг друга во всем. Я никогда не предполагала, что моя подруга, которую я считала своей сестрой, может сделать что-то такое.

Мои ноги несли меня вперед, а слезы текли по моим щекам. Я чувствовала, что не могу дышать, как будто моя душа утратила свою свободу.

Мечтая о счастье и верности, я никогда не думала, что столкнусь с такой ситуацией. Я не знала, как мне жить дальше, как справиться с этой болью и предательством. Мое сердце было разбито, и я чувствовала себя полностью потерянной.

Мой муж, человек, которого я считала своей каменной опорой, изменяет мне с моей подругой. Это казалось невероятным и болезненным. Мы делили все вместе – радости, печали, планы на будущее. А теперь я оказалась в самом сердце предательства.

Глава 8

– Ты что как долго? – встревоженный голос Вики доносится до меня как сквозь вату, – Жень, ау?

– Что? – перевожу взгляд на нее, пытаясь сообразить, как я здесь оказалась. Перед глазами все еще стоит та сцена в ванной, где Катя и Стас…

– Ты упала, что ли? – берет меня за руку Вика и достает из кармана своего короткого пальто влажные салфетки, – Ободралась-то, как и джинсы испачкала.

– Да? – удивленно смотрю на царапину, на ладони. Я ничего не помню. Как дошла сюда, как встретила Вику.

– Жень, все нормально? Ты бежала, будто что-то страшное увидела.

– Страшное… Да, – машинально повторяю я.

– Пойдем, тут кафе-мороженое. Промоем царапину и кофе попьем, – тянет меня к деревянной избушке, где находится кафе.

Иду за ней машинально, словно потерянный ребенок. Мне сейчас так паршиво, что я словно отключилась от всего. Я в шоке, если честно.

Вика заводит меня в туалет и промывает с жидким мылом руку, очищает джинсы. Я стою, спокойно принимаю ее заботу и молчу.

– Жень, скажи, что случилось? Ты на себя непохожа, – спрашивает Вика, когда мы усаживаемся за деревянный стол.

– Все хорошо, Вик, правда.

– Ну ладно, капучино и шарик ванильного?

– Любое, – отвечаю ей и откидываюсь на спинку деревянной лавки.

В кафе хорошо, уютно. Клетчатые скатерти, салфетки. На полках старинные самовары, бублики висят. В другой день я бы нашла в этом приятную прелесть. А сейчас словно не вижу ничего.

– Я, если честно, не хочу завтра на лыжах кататься, давай к морю съездим? – предлагает Вика.

– Одни? – почему-то спрашиваю я.

– Можно Катю с собой взять, мужчины не поедут. Они с утра на трассу убегут.

– Катю… – выдыхаю я и закрываю лицо руками.

Нет, я не могу плакать, ни одной слезинки не течет из сухих глаз. Даже не знаю, почему так происходит. Мне бы сейчас кричать, топать ногами, в лицо Стасу и Кате вцепиться, а что делаю я? Сижу в кафе с Викой и кофе пью? Маразм какой-то. Или я ждала чего-то такого на подсознательном уровне, поэтому была готова к шоку?

– Знаешь, Вика, я, наверное, пойду, – встаю из-за стола, отодвигая чашку с кофе.

– Жень, ты чего, мы только зашли? – удивляется подруга.

– Заплати за меня, пожалуйста, что-то мне нехорошо, – срываю свою куртку с высокой рожковой вешалки и медленно выхожу из кафе. Спускаюсь по ступеням, держась за перила, как старая бабка. Иду в сторону нашего с мужем коттеджа и останавливаюсь на полпути. Смотрю в окна и понимаю, что не могу туда вернуться. Там, где в ванной мой муж и Катя… Нет, я не могу. Мне нужно время, чтобы решить, что делать.

Они даже не знают, что мне все известно. Интересно, как давно длится эта связь? Если они так спокойно обсуждают съемную квартиру, говорят про нас с Романом. Получается, я была настолько слепой, что не замечала ничего? Что мой муж спит с моей подругой, скорее всего, не первый месяц или больше? А муж Кати? Роман, значит, тоже слепой и глухой?

Я думала, что наш брак надежен, что мы счастливы. За все эти годы я старалась быть лучшей женой, поддерживать нашу семью, заботиться о доме. Но, видимо, это не было достаточно. Я же чувствовала, что-то происходит, но пыталась не думать об этом. В последнее время Стас стал отстраненным, как будто его заботы и интересы перестали быть связаны с нашей семьей. Я думала, что это временно, что у него просто работа съедает все его время и силы. Но сейчас я понимаю, что это было лишь иллюзией.

В голове крутились вопросы. Как долго это продолжается? Что мой муж ощущает в этот момент, обсуждая свои встречи с Катей? Что чувствует Катя, зная, что она спит с мужчиной, которого я считала своим?

Я была обиженной, разочарованной, но и страх грыз своей ледяной пастью. Что будет после того, как все станет ясно и правду уже невозможно будет отрицать? Что я должна делать?

Я знаю, что ничего не изменится, если я останусь в этом браке. Скрою, что мне все известно. Я не могу простить измену, предательство. Но я также понимаю, что разрыв с мужем будет большой и сложной ступенью в моей жизни. Я буду одна. Потеряю дом, который мы создавали вместе. Я буду начинать все с нуля.

И все же, смотрю в окна, я понимаю, что не могу остаться здесь. Здесь, где я стала наблюдателем своей собственной жизни, где я стала чужой для собственного мужа, где я узнала предательство подруги. Мне нужно время, чтобы принять решение. Время, чтобы найти силы, начать все сначала.

Теперь я знаю, как мне поступить и я сделаю именно так. Плевать мне, что подумает Стас. Плевать, что решат остальные. Важно то, что я хочу собрать себя по кускам, собрать свою душу, которая полчаса назад разлетелась на осколки. Мне нужно время, чтобы восстановиться, зализать свои раны. А для этого я должна быть одна. Мне нужно отсюда уехать, срочно.

Захожу в дом, замечая, что Стаса тут нет, да и Кати тоже. Поднимаюсь в спальню и кидаю в чемодан свою одежду, сдергивая с плечиков. Сметаю с комода косметику, крема и подхватываю сумку с паспортом и деньгами. Нахожу свой телефон и вижу на экране улыбающуюся дочку.

– Да, Дашуль, – хрипло отвечаю на звонок и понимаю, что не могу уйти вот так.

У меня есть дочь, обязанности, дом в который она должна вернуться. Она любит своего отца, для нее он кумир, самый лучший папа в мире. Что я буду делать с этим? Как я все скажу дочери?

Глава 9

– Так вот, я и говорю Стасу, здесь самая лучшая сауна, а он говорит нет, видели и лучше. Где лучше, Стас, ну где? – мы сидим в ресторане за ужином, и Роман уже изрядно пьян. Впрочем, все мужчины уже навеселе. Видимо, в сауне они не только парились.

Смотрю на своего мужа, наблюдаю, как он общается с мужем женщины, с которой спит. А ведь Стас с Романом друзья, у них общий бизнес. Интересно, как бы повел себя муж Кати, если бы узнал, с кем спит его жена?

– Тебе лучше? – тихо спрашивает меня Вика и я киваю, отпивая из бокала вино. Это уже третий, так я скоро прикончу эту бутылку одна.

Вика отказалась, а Катя пьет шампанское. Я ее игнорирую, стараюсь не смотреть на нее, отвечаю неохотно, но, мне кажется, ей сейчас не до меня.

– А я хочу танцевать! – заявляет Катя, – Стас, пошли танцевать?

Раньше я бы не обратила на это внимание, сейчас мне даже интересно наблюдать за ними. Какая степень наглости у этих двоих? Знают, что обманывают нас с Романом и ведут себя так свободно.

– Сядь, – дергает за руку свою жену Роман.

– А что ты мне указываешь?

– Таак, начинается, – откладывает приборы Стас, – Пошли.

Тянет Катю из-за стола и ведет к сцене, где танцуют несколько пар.

– Мою жену верни! – пьяно кричит парочке Роман.

– А тебе это нужно? – вдруг спрашиваю я и за столом воцаряется тишина, – Что?

– Жень… – начинает Вика.

– Что, Женя? – снова наливаю сама себе вино и залпом выпиваю.

Наблюдаю, как эти двое танцуют. Стас что-то выговаривает Кате, а та смеется. Надо сказать, что она сейчас красивая, даже пьяная. В вечернем изумрудном платье с открытыми плечами, в туфлях на каблуке и я в джинсах и блузке. На ногах ботинки. А мне не для кого наряжаться, мой мужчина выбрал другую.

Снова подливаю себе вино и перевожу взгляд на Романа, который тоже смотрит на танцующую пару, пьет свой виски.

– Как ты живешь с этим? – тихо спрашиваю его.

– С чем? – поднимает на меня удивленный взгляд.

То ли действительно не знает, то ли хорошо притворяется.

– И что все какие кислые? Новый год, товарищи! – возвращаются к нашему столу Катя и Стас.

– Зато вам я смотрю весело, – огрызаюсь я, понимая, что перебарщиваю, но мне уже все равно.

Вино ударило в голову и мне сейчас плевать, что думают другие.

– Тебе, по-моему, хватит, – предупреждающе смотрит на меня Стас.

– А тебе? Не хватит? – отвечаю я, имея в виду совсем другое.

– Что-то вечер перестает быть томным, – муж Вики встает из-за стола, – После сауны меня прямо вырубает. Пойдем спать Вика. Лучше встанем раньше всех и покатаемся, пока эти тюлени проспятся.

– Кто бы говорил, – усмехается Роман.

Вика тоже прощается со всеми, и они уходят. Мы остаемся вчетвером и мне внезапно становится смешно. Сидим тут в ресторане две пары, которые уже и не пары вовсе.

– А давайте веселиться, Ромчик? – обнимает своего мужа Катя, – Сейчас закажем что-нибудь жутко вредное, сладкое, а Жень? И мне еще шампанское, да и у Жени вино кончилось.

– Легко, – включается в веселье ее муж, подзывает официанта и делает заказ.

– Ты решила напиться? – наклоняется ко мне Стас.

– А тебе какое дело? – отвечаю я, прямо глядя ему в глаза.

Пусть сидит и думает, что это вдруг его жена стала такой стервой.

– Вау, Женька, так его, – поддерживает меня Катя, – Напьемся и танцевать пойдем.

– А как же, еще как пойдем, – соглашаюсь я.

– Девочки, я вас не узнаю, – разводит руками Роман, – Нет, Катюху-то всегда несет, а вот Женя мне такой нравится. Правильно, живем один раз и не быть нам монахами!

Смеется, разливая всем напитки. Катя заказывает какой-то десерт и тянет своего мужа танцевать. Хорошо, что не Стаса, правильно. Пусть сидит и облизывается на чужую жену. Какой маразм, господи. Я не хочу в этом участвовать, однако сижу и пью.

– Тебе не кажется, что ты ведешь себя некрасиво? – зудит над ухом Стас, но я отмахиваюсь от него, продолжая наблюдать за танцующими Катей с Романом, – Не хочу видеть тебя пьяной.

– А ее, хочешь? – указываю бокалом с вином на Катю.

– При чем тут она? Ты моя жена, а не Катерина.

– О как, Катерина, – со смешком ерничаю я, – Надо же, вспомнил, кто твоя жена.

– Я и не забывал, – огрызается Стас, – Думаю, нам пора вернуться в номер, пока ты еще на ногах стоишь.

– Иди, я остаюсь.

– Женя – это уже перебор. Я понимаю, что ты выпила лишнего, давай не будем позориться.

– Что делать?! Позориться? – смеюсь я, – Да куда уж больше, Стасичек! – специально коверкаю его имя, как Катя в ванной.

Стас морщится и начинает вставать из-за стола.

– Пошли, завтра тебе плохо будет и стыдно.

– А мне уже плохо и стыдно, – киваю я, – Мне с тобой рядом противно находиться.

– Ого, вот до чего дошли. Тебе точно хватит, – хмурится Стас, – Последний раз говорю, мы уходим.

– А ты с кем хочешь уйти со мной или с ней? – указываю бокалом на танцующую пару.

– Ну все, с меня хватит!

– А вы что не танцуете? – к нам возвращаются Катя с Романом и бывшая подруга повисает на моем муже, – Там так весело, пойдемте.

– Женя спать хочет, – угрожающе смотрит на меня Стас.

– Да ни капли не хочу, тем более с тобой, – улыбаюсь в ответ, – У меня два вопроса, первый, как давно ты, Катя, спишь с моим мужем? Спрашиваю тебя, потому что мне плевать, что там еще придумает Стас, а второй уже к нему, как быстро ты сможешь оформить развод? Я не хочу больше жить с тобой в одном доме ни одного лишнего дня. Кто первый ответит? Кать, может, ты?

Смотрю в их ошеломленные лица и получаю какой-то кайф от произведенного эффекта. Ну давайте, оправдывайтесь, лгите или катитесь отсюда на хрен.

Глава 10

Первой реагирует Катя, начинает смеяться, да так, что слезы из глаз. Стас отмирает и хмуро смотрит на меня:

– Пойдем в коттедж, Женя, поговорим. Ты явно выпила лишнего, – хватает меня за руку.

Вырываюсь и сама иду к выходу, оставляя истерически хохочущую Катю разбираться со своим мужем. Пусть хоть поубивают друг друга, мне все равно. До нашего домика добираюсь первой и скидываю с себя куртку, прохожу в гостиную, сажусь на диван. Стас заходит следом и долго возится с одеждой. Наконец, заходит и встает напротив меня, сложив руки на груди.

Я обнимаю себя за плечи. Меня начинает нервно колотить от перенапряжения. Хмель уходит из головы и мне становится страшно. Я понимаю, что этого разговора нам не избежать и наша семья уже разваливается на осколки. Это будет конец моему счастью, моей семье, отношениям, что я берегла годами, моему браку, в конце концов, моей любви к этому мужчине, который внезапно стал мне чужим. Подумаешь, так живут многие, но и я не избежала этой участи, пройти через муки измены. Мое сердце плачет, рыдает от горя, словно я только что лишилась родного мне человека. Или иллюзии его присутствия в моей жизни.

– И что это сейчас было? – сводит сердито брови.

– Ты реально будешь делать вид, что ничего не случилось? – спрашиваю его, а у самой сердце кровью обливается.

Хочется спросить, ну как так, почему ты это сделал, что тебе было не так?

– А что случилось?

– Стас, давай не будем усугублять ситуацию. Я знаю, что ты изменяешь мне с Катей и давно.

– Допустим.

– Что значит, допустим? – удивляюсь я, – Ты даже оправдываться не будешь?

– Не вижу смысла. Если ты, как сказала, все знаешь, обвиняешь меня и свою подругу в этом, то, значит, уверена и переубедить тебя не получится.

– Ты серьезно? – мне становится смешно, – Считаешь, что я обвинила вас просто так, без причины?

– Даже если и причина была, хотя я не услышал ни одного доказательства, то твой бред я обсуждать не собираюсь.

– Да, Господи, вы сегодня трахались здесь, в ванной, я вас видела или скажешь, ничего не было? А про съемную квартиру, где вы встречаетесь, я откуда знаю?

– Понятно, – Стас садится на диван в метре от меня, – Раз ты сделала такие выводы, что предлагаешь?

– Развод, больше мне нечего предложить, – отвожу от него взгляд, невыносимо смотреть на мужа, когда он такой, ни капли вины не вижу в его глазах.

– Развод, говоришь, – усмехается Стас, – А Даша?

– Будет жить со мной.

– Уверена? Я могу забрать дочь себе, и ни один суд меня не остановит.

– Можешь, но ребенок будет жить с матерью.

– То есть ты все решила, не спросила меня.

– Я решила?! Это, по-моему, ты все решил, когда связался с этой… – не могу произнести это слово, не так меня воспитали.

– Женя, давай ты хорошо все обдумаешь, вспомнишь, что у нас есть дочь, а потом мы поговорим.

– Стас, а может, это ты забыл, что у тебя есть дочь, семья? Как давно длится ваша связь?

– Этого тебе знать не обязательно, – тут же сказал как отрезал муж.

– Получается, тебя в этой истории ничего не напрягает?

– Почему же или ты хочешь, чтобы я сейчас на коленях перед тобой стоял и прощение вымаливал? Не буду. В измене всегда виноваты оба. Да, я сделал этот шаг, признаю, но тому есть причины.

– Какие?! Чем я не устраивала тебя? – кричу я. Вот пыталась сдержаться, не удалось.

– Ты действительно хочешь знать чем?

– Да!

– Женя, когда долго ешь ржаной хлеб, хочется иногда булочку с маслом, понимаешь о чем я?

– Ты… – просто не нахожу слов.

– Катя она яркая, веселая, живая, сексуальная. Ты хорошая жена, мать, но мне просто захотелось разнообразия. Все изменяют, Жень и не все разводятся.

– Я отказываюсь это слушать, – мне становится так больно, что я сглатываю слезы. Главное, сейчас не разрыдаться перед ним, не завыть белугой от боли.

– Да, мы немного устали друг от друга, в постели уже все пресно. Ну подумаешь, погулял немного мужик, что такого? Могу пообещать, что я расстанусь с ней и больше не поставлю тебя в такое унизительное положение. Это неприятно, я согласен, но развод крайняя мера и глупая интрижка того не стоит.

– Вот как… А если я?

– Что ты?

– Я бы встречалась с другим мужчиной, и ты узнал?

– Не путай просто удовлетворение физических потребностей на стороне с бля***ом, – огрызается Стас.

Я смотрю на него и понимаю, что он действительно так думает. Для него измена ничего не значит. Стас считает, что он просто развлекся и все. Это несерьезно, ненаказуемо, это как сходить в магазин, купить какую-то вещь, которую просто захотел и все. Значит, мне просто нужно закрыть глаза на измену и жить дальше. Только вот муж не учел одно, что мне элементарным образом противно быть с ним после другой женщины. Да, вот такая я неправильная.

– Ты мне противен, – морщусь я, – Наша совместная жизнь не имеет смысла.

– У нас семья, Женя, дочь. Сейчас ты на эмоциях, но все пройдет. Ты успокоишься, трезво посмотришь на все, что произошло. Тебе станет проще воспринимать мою… скажем так интрижку.

– Зря ты так думаешь. Я не смогу с тобой жить.

– Сможешь и будешь.

– А как же Роман? Ведь он твой друг или ты скажешь, что он тоже отнесется к этому как к обычной ситуации? У них нет детей, они никогда их не хотели. Если Роман захочет развестись, их ничего не держит. Катя станет свободной, ты сможешь построить с ней свою жизнь, которая тебе так нравится.

– С Романом мы сами разберемся, а Катя не моя женщина, она не подходит на роль матери и жены, – Стас встает с дивана и направляется в спальню, – Так что не майся дурью, Женя. Я тебе уже сказал, наши с Катей отношения закончены, закроем эту тему.

И он просто спокойно уходит, но направляется в спальню, где мы должны спать вместе. Вот так все просто?! Плюнул в душу и сделал вид, что ничего страшного не произошло?! А как мне с этим жить?!

Глава 11

Демонстративно иду в спальню, забираю с кровати подушку и плед. Возвращаюсь в зал, но останавливаюсь со всем этим в дверях спальни.

– Чтобы ты не говорил, но завтра я хочу уехать отсюда. Решать вопрос с разводом буду после праздников, а пока я побуду у мамы вместе с Дашей. Надеюсь, у тебя хватит совести не ехать туда за нами? – спрашиваю, а про себя договариваю «развлечешься пока тут со своей Катенькой, как вам угодно».

– Поступай, как считаешь нужным, – отмахивается Стас, – Если тебе так приспичило, чтобы о моей измене знал весь белый свет, можешь рассказать своим родителям, дочери, подругам. Все равно будет, по-моему.

– Ты так уверен в себе?

– Если бы я не был в себе уверен, ты не ходила бы в шубах и бриллиантах, Женя. Выбирай или нормальная жизнь в достатке со мной, или одна без дочери. Ты ничего не умеешь, ты ни дня не работала, ты не способна обеспечить сама себя. О чем тут еще говорить?

– Я шестнадцать лет отдала твоему дому, твоей карьере, твоей дочери, в конце концов! – вырывается из меня.

– Конечно, а сейчас из-за минутного увлечения все это хочешь разрушить. Еще раз говорю, я не дам тебе развод и не отдам дочь, ясно выразился? – сердито смотрит на меня Стас, – А вот тебе уже решать, как ты будешь жить дальше. Намного проще, если о нашем, так сказать, недоразумении будет знать как можно меньше людей. Тебе проще.

– У тебя совсем нет совести, – твердо говорю я, – Не собираюсь никому и ничего рассказывать, просто заберу Дашку и уйду от тебя.

– Иди, – соглашается Стас, – Есть куда?

– Какая же ты свинья, – морщусь я, – Почему нельзя расстаться нормально, ты прекрасно знаешь, что если будет суд, то я получу половину имущества.

– Судиться хочешь? Отлично, – произносит Стас, – Только спроси сначала дочь, с кем она останется.

– Как же ты уверен в себе, даже противно.

– Конечно, если бы не я, у тебя бы ничего этого не было.

– Мы вместе всего добились!

– Да что ты говоришь? Нет, милая моя, всего добился я, своим умом и работоспособностью, а ты сидела дома и рожала детей, готовила ужин и варила борщи, которые, кстати, у тебя не очень.

– Я не хочу это слушать, – ухожу в гостиную, едва сдерживая слезы. Теперь меня еще и оскорблять будут. Мало того что изменил, предал меня, Дашку, нашу семью, так еще и борщ оказывается невкусный. Было бы смешно, обхохоталась бы.

– Нечего было и начинать, – кричит из спальни Стас, – Да было, больше не повторится, что тебе еще надо?!

Любви мне надо! Хочется крикнуть ему, но вместо этого я швыряю подушку на диван и падаю рядом. До этого человека не достучаться, где тот Стас, что ухаживал за мной, что цветы дарил и на руках носил? Почему его сменил совершенно чужой мне человек, который даже не понимает всей глубины своего поступка. Для него ничего страшного не произошло, ну подумаешь, погулял, мало ли таких. А ты как хочешь с этим так и живи.

Цепляю подушку, прижимая к груди, обнимаю ее, словно закрывая рану на сердце. Почему я не могу плакать? Почему? Может выплакав все горе, мне стало бы легче, по крайней мере, я была бы спокойнее и могла трезво смотреть на вещи.

В основном, Стас прав, в моей безалаберности. Я вышла за него замуж и выбрала карьеру жены и матери. Забросила себя как развивающаяся женщина, как специалист. Окружила себя четырьмя стенами дома и заботой о дочери, и муже. А как же я? Получается я никто и слова Стаса это доказывают.

Со мной можно не считаться, с моими чувствами, с моим мнением. Меня можно просто запереть дома, и я дальше буду выполнять свои функции если не жены, то домработницы. Буду воспитывать его детей, хранить очаг или поддерживать в нем огонь, который на хрен никому не нужен, оказывается.

Ложусь на диван, как и была в одежде, накрываюсь пледом, кутаюсь в него. Мне холодно, но в коттедже тепло. Холод идет словно изнутри, и я никак не могу согреться. Мои мысли все равно крутятся около одного, как жить дальше. Что у меня есть? Ничего. Абсолютно. Все, что мы нажили со Стасом в браке – это совместное имущество. Я выскочила за него замуж будучи еще студенткой последнего курса по дизайну. Ни дня не работала, о чем теперь сильно жалею. Кто меня примет на работу в таком возрасте и без опыта, да и куда я пойду работать? На кассу в продуктовый магазин?

Сделав глубокий вдох, я пытаюсь собраться с мыслями. Как я оказалась в такой ситуации? Как я допустила, чтобы мои мечты и амбиции исчезли, растворились в тумане семейных обязанностей и быта? Ведь я всегда мечтала о карьере, о том, чтобы создавать красоту и вдохновлять других своим творчеством.

Но годы пролетели, а я застряла в рутине домашней жизни. В начале моего брака это казалось нормальным и естественным. Я была счастлива вместе со Стасом, мы строили свою семью, планировали будущее. Но со временем стало ясно, что мы двигаемся в разных направлениях. Он нашел свое призвание в бизнесе, а я осталась без опоры, без идей, без самой себя.

Я должна, начать все сначала. Измениться, найти новые интересы, развиваться, устроиться на работу. Но как это сделать, когда ты немолод и без опыта? Какая компания захочет нанять женщину, которая не работала ни года и не имеет профессиональных навыков?

В голове моей проносятся сотни вариантов. Может быть, я могу начать свой бизнес? Но где взять средства на старт? Может быть, я могу вернуться к учебе и получить новую специальность? Но где мне взять деньги на обучение?

Стоит заметить, что я не жалуюсь на Стаса. Он всегда был заботливым мужем и отцом. Но я не могу теперь жить на его средства и зависеть от него финансово. Мне нужно найти свою независимость, свою самостоятельность.

Переворачиваюсь на диване, понимаю, что чем больше я думаю о проблеме, тем больше она растет в моей голове. Может быть, мне просто нужно взяться за что-то, начать с малого, пустить корни и постепенно развиваться. Может быть, у меня есть таланты и способности, которые я просто забыла или не придала этому значение.

Ну да, есть, ты даже борщ варишь плохо, Женя. Произношу про себя эти слова Стаса, даже повторяю в его интонации. Получается, за 16 лет совместной жизни я не сделала ничего, что было бы достижением для моего мужа. Я никто и звать меня никак. Отлично.

Глава 12

Следующий день начинается с завтрака. Я встаю раньше Стаса, быстро умываюсь, меняю футболку, в которой спала на чистую и иду в ресторан. Мужа будить не буду, хотя все 16 лет на отдыхе этим занималась тоже я. Вечно приходилось его толкать, просыпайся, завтрак закончится. Мне легче было его разбудить, чем потом весь день слушать нытье, что он остался голодный. Теперь каждый сам по себе, Стас отдельно, я тоже.

В ресторане накрыт шведский стол, и я беру себе яичницу, пару сосисок, ищу свободный столик.

– Женя, иди сюда, – слышу мужской голос и невольно морщусь, вот Романа я бы хотела видеть сейчас в последнюю очередь. Но мужчина слишком настойчиво меня зовет.

Вздыхаю и, подхватывая тарелки, иду к нему, присаживаюсь напротив.

– Приятного аппетита, – выдаю Роману, фокусируя взгляд на своей еде. Не хочу смотреть в глаза Катиному мужу. Он в такой же ситуации, как и я.

– И тебе приятного, – усмехается Роман, – Как вечер прошел? За волосы друг друга не оттаскали?

Поднимаю на него удивленный взгляд:

– Это так смешно? – спрашиваю, рассматривая слегка помятое после вчерашней пьянки лицо Романа.

– Неа, – склоняется тот над своей тарелкой, запихивает в рот жареный бекон. А аппетит у него хороший, надо сказать, тарелка полная.

– То есть для тебя это все лишь цирк или проза жизни, – берусь за свои приборы и понимаю, что не хочу есть. Даже, наоборот, к горлу подступает тошнота и я с усилием сглатываю слюну.

– А знаешь, ты права – это цирк, не более, – продолжает есть Роман.

– Получается, что ты спокойно относишься к изменам своей жены?

– Нет, но у нас немного другая ситуация, хотя… Если подумать, ты в таком же положении, как и я, – произносит задумчиво Роман, даже кушать перестал.

– В смысле? – отодвигаю от себя тарелку, – Ты Стасу и морду бить не будешь? – усмехаюсь я.

– А нужно? Только не заставляй меня это делать, хорошо? Мы бизнес-партнеры, а это, знаешь ли, дороже бл***ва жены.

– Ого, у вас со Стасом совершенно разные понятия.

– Возможно, но это потому, что весь бизнес и деньги в руках моей жены, – снова приступает уже к своему омлету Роман, – Я гол как сокол, все на Катюху записано.

– Вот это ты попал, – усмехаюсь я, а Роман разводит руками, – И давно ты терпишь ее похождения?

– Насколько я знаю, не так давно, – уклончиво отвечает Роман, – Все дело тут, – стучит себя по виску, – Как ты к этому относишься.

– Я отношусь отрицательно, – встаю из-за стола, чтобы взять себе кофе.

Возвращаюсь через минуту с чашкой капучино и снова сажусь.

– Значит, тебе будет тяжелее, Жень. Нужно воспринимать все легче, позитивнее, что ли, – продолжает Роман, – Относись к этому легче. Ну подумаешь, измена. Стас с Катюхой никогда не сойдется, жить они вместе не будут. Я, как обычно, ее прощу, примирительный секс, то да се…

– Ты ей сам изменяешь, – догадываюсь я, – Ты сам встречаешься с другими женщинами!

– Женя, ты такая наивная или ты из тех, кто заядлый моралист, – усмехается Роман, – Ну, было пару раз, да. Катя об этом знает.

– Так, может, поэтому, и она…

– Изменяет мне? Смешно. Типа око за око? Нет, дело не в этом, – Роман тоже встает и уходит за кофе.

Я провожаю его задумчивым взглядом. Может – это со мной что не так? Раз все так просто. Ты изменяешь, тебе изменяют, все довольны, никто ни о чем не задумывается.

– Ты слишком много об этом думаешь, Женя, – возвращается Роман, – Относись проще. Вот скажи, чего ты добьешься, постоянно взывая к совести Стаса, обвиняя его. Ты хочешь, чтобы он у тебя прощение просил? Не будет этого. Не того формата мужик. Хочешь уйти от него? Так без всего останешься, еще и без дочери. Ты у нас кто по профессии?

– Дизайнер интерьера, – сквозь зубы произношу я.

– Ха, знаешь сколько таких в Москве? Как блох на собаке. И все уже с опытом, со своими работами, портфолио, сайты, а у тебя что? Вот кем ты будешь работать? Ну, оттяпаешь у Стаса половину и то, наверняка, не все. Многие счета и скрытые доходы ты даже не знаешь. Имущество на тебя записано, хоть что-то?

– Квартира моя, что мы Дашке купили на окончание школы. Стас сказал вложение денег, да и налог меньше.

– Значит, жилье у тебя есть и то если Стас его делить не будет. Подумай о финансовой стороне, Женя. Не бросайся в омут не глядя.

– Не все в жизни решают деньги.

– Ага, а их наличие, – усмехается Роман, – Ты не переживай, Катюха вещи собирает, домой поедем. Закончились праздники, твою мать.

Роман допивает кофе и уходит, а я сижу и смотрю в окно. Наблюдаю, как тихо падает снег. В чем-то он прав, конечно, многие семьи так живут. Как-то переживают измену, сохраняют семью. А я? Я просто не хочу, вот и все. Мне противно, да. Вот оно нужное слово. Мне противен Стас, то, каким он стал. Наши отношения, что были последнее время, тоже мне опротивели. И пусть я не представляю своей дальнейшей жизни без него, но и вместе быть уже не получится. Особенно после того, что мы друг другу наговорили вчера. Да, пора ставить во всем точку. Столько лет прожито зря, жизнь потратила на мужчину, который того не стоил.

Встаю из-за стола и направляюсь на выход. Пора тоже уезжать, здесь все равно нет смысла оставаться. Новогодние праздники превратились в какие-то разборки. Хорошо Новый год начался, ничего не скажешь.

Иду в свой коттедж, чтобы собрать вещи и уехать пока к родителям. Но немного не дохожу, оборачиваюсь на женский голос:

– Жень, подожди, поговорить нужно, – Катя спешит ко мне по дороге, что вьется между коттеджами, а я сжимаю в карманах куртки кулачки, собирая силы, чтобы встретиться с ней взглядом, – Не уходи, выслушай меня.

Катя подходит ближе, и я с трудом подавляю в себе желание ее ударить. Никогда не замечала за собой такой агрессии, надо же.

Глава 13

Смотрю в глаза теперь уже бывшей подруги, так как дружить мы точно не сможем после всего, что случилось. И понимаю, что сказала бы ей многое, но не хочу. Вот нет у меня желания драть ей волосы или вообще разговаривать.

– О чем ты хотела поговорить? – обхожу ее, направляясь к своему коттеджу.

– Да подожди ты, Жень, – хватает меня за локоть Катя, а мне так противно становится.

Сбрасываю ее руку, останавливаюсь.

– Не смей меня касаться, поняла?! – рычу сквозь зубы.

– Но Жень, дай мне все объяснить?

– Что объяснить?! Почему моя подруга залезла к моему мужу в штаны? Это ты мне хочешь объяснить? Извини, но боюсь, что я этого не смогу понять.

– Да все не так было, – начинает Катя.

– А как? Ты не знала, что делаешь? Встречаться на квартире с чужим мужем, тебя кто-то заставлял? Ты как в глаза мне смотрела после этого?

– Но это же все несерьезно, Жень. Так, просто увлечение. Стас заскучал, я тоже. Бывает. Это даже на пользу вашим отношениям пойдет. Твой муж поймет, что потеряет, остепенится, – продолжает нести бред бывшая подруга.

– Ты это сейчас серьезно?! Неужели не понимаешь, что ты разрушила нашу семью?

– Да чем? Тем, что несколько раз переспала с твоим мужем? Брось, Жень. Это минутная связь не более.

– Не хочу слушать эту гадость, – мотаю головой.

– Все так живут, Жень. Потом отношения налаживаются, и ты еще пожалеешь, что не дала Стасу шанс.

– Какой шанс?! А ты о своем муже подумала? Роман может из-за тебя и пьет, что ты такая…

– Какая такая?

– Легкодоступная, так понятно тебе?

– А Рома святой, да? Ты думаешь, у него на стороне никого не было? – огрызается Катя.

– Это ваша семья, сами разбирайтесь, но ты влезла в мою семью. Все там разрушила, ноги вытерла, а грязь оставила.

– Ну не я, так была бы другая. Стас – мужчина видный, ухоженный. Умеет понравиться женщине. В постели опять же…

– А вот сейчас заткнись! – взрывает меня, – Пошла вон! Слышать тебя не хочу и видеть! Как только совести хватает вообще со мной разговаривать!

– А что, ты у нас королева какая или я ползать перед тобой должна, прощение вымаливать? – начинает сбрасывать свою маску Катя, – Твой муж сам хотел чего-то нового. Видимо, настолько ему пресная жизнь с тобой наскучила. Ты на себя посмотри? Сама себе еще не надоела? Своим занудством, правильностью, заносчивостью. Может и хорошо, что я на место тебя поставила. Корону немного сбила. Подумай, почему твой муж на другую полез? Может она горячее и интереснее тебя, ледяной королевы?

– Ты… – мне просто не хватает слов, но я сжимаю руки в кулачки и выдыхаю, – Ты никто и звать тебя никак, а я корону поправлю и дальше пойду, а вот ты ее никогда и не примеришь. Как была никем, так и останешься подстилкой для мужиков.

– Ну да, ну да, – зло усмехается Катя, – Иди к мужу своему, подотри ему слюни, что на меня пускает. Надеюсь, корона тебе не сильно помешает.

Разворачивается и уходит в сторону ресторана. Навстречу ей идет Роман, но Катя обходит мужа как пустое место. Тот провожает ее ироничным взглядом и идет ко мне.

– Ну что, наставила на путь истинный заблудшую душу, – усмехается мне Роман.

– Да пошли вы все! – отвечаю ему и иду к своему коттеджу. Ни минуты здесь больше не останусь.

Захожу внутрь и сразу прохожу в спальню. Стас выглядывает из ванной, держа бритву в руке.

– Что не разбудила на завтрак? – спрашивает меня таким тоном, как будто вчера ничего не случилось такого. Обычный день, обычная обида.

– Ты издеваешься, что ли? – смотрю на мужа и не понимаю его, – Ты теперь сам за себя, дорогой.

– Значит, ты для себя уже все решила, – морщится Стас и умывается, смывает пену с подбородка и щек, – Ты понимаешь, чем тебе это грозит?

Подходит ко мне и смотрит таким взглядом, от которого у меня мурашки по коже. Нет, я его не боюсь, но понимаю, что муж может сделать мою жизнь непереносимой.

– Хорошо, видимо, жизнь тебя ничему не научила, – отходит, направляясь к шкафу, достает свежую рубашку и начинает одеваться, – Поезжай, куда ты там хотела, отдохни, подумай. Вернешься, мы поговорим. Деньги на карте есть, билет я сейчас закажу. Возможно, после отдыха ты образумишься.

– Ты считаешь, что все это лишь моя прихоть, для тебя это все игра?! – меня возмущает его спокойствие и равнодушие.

– Я считаю, что ты засиделась на месте. Дашка выросла, тебе нечем заняться, и ты решила разнообразить нашу жизнь. Я тебе все объяснил, да, была легкая интрижка, не из чего раздувать скандал, но ты хочешь всю нашу семью в разборки, какие-то суды. Подумай о нашей дочери, надеюсь, тогда в твоей голове появятся трезвые мысли. Я все сказал.

Стас выходит из спальни и накинув пальто, покидает коттедж. Я какое-то время смотрю на закрытую дверь и падаю на кровать. Ноги меня не держат, только сейчас понимаю, что нахожусь на грани истерики. Если бы Стас пробыл тут еще пять минут, то не уверена, что не кинулась бы на него, пытаясь ударить. Не понимаю, как я столько лет могла жить с человеком, которого сейчас совсем не узнаю. Складывается такое впечатление, что я жила с закрытыми глазами и все себе придумала. Всю нашу совместную жизнь. Единственное, что сейчас было реальным – это наша дочь. Остальное все словно было размыто в тумане без будущего, и уже без настоящего. Одно стало понятно, мы не сможем больше жить вместе.

Глава 14

Самара встречает меня ледяным ветром, который пробирает до костей. Кутаюсь в широкий шарф, подтягивая на себе пуховичок. После аэропорта на улице, кажется, довольно холодно, но на самом деле так и есть. Это вам не Москва, здесь ощущается намного холоднее, да и минус двадцать восемь градусов на табло аэропорта Курумоч, как-то выглядит довольно жутковато.

Вызываю такси, и благо оно подъезжает быстро. Сажусь в теплый салон и с облегчением разматываю шарф. Ехать мне недолго, мои родители живут в пригороде Самары, мне по пути. Маме я звонить не стала, начнутся вопросы, как и зачем, а так скажу, что захотелось увидеть, соскучилась. Ага, отмазка для дурачков. Приехать второго января из Сочи, оставив мужа там, этому должно быть серьезное объяснение.

Смотрю в окно и вижу сугробы, что здесь особо чувствуются. Снега полно, все поля белые, а по сторонам дороги большие наметы. Я нечасто бываю загородом в Москве, а в самом городе редко когда скапливается столько снега. Здесь, в Самаре совсем по-другому.

– Домой приехали, уезжали на праздники? – интересуется пожилой таксист.

Я понимаю, что ему просто скучно и хочется немного поболтать, но мне сейчас не до пустых разговоров.

– Нет, родителей навестить, – отвечаю вежливо, снова отворачиваясь к окну.

Даю понять, что не желаю общаться. Дальше едем молча, пока не въезжаем в район старых домов. Я здесь родилась и жила, пока не окончила школу. Потом уехала поступать в Москву, там и осталась. Встретила Стаса, вышла за него замуж. Столько лет прошло, и я уже начала считать себя москвичкой, однако, я не оттуда и теперь понимаю это довольно остро.

Первый год мне не давала забыть об этом свекровь, я, как сейчас слышу ее обвиняющий тон у себя в голове:

– И зачем Стасик на тебе женился? Ни квартиры, ни положения, а профессия какая дурацкая, дизайнер, – говорила она, на что я молча улыбалась и уходила из кухни, где, как правило, и происходили наши стычки.

Даже не знаю, что бесило ее больше, то, что я не коренная москвичка или то, что будущий дизайнер. Стас пару раз резко оборвал мать, когда свекровь начала разговор про мою прописку у них в квартире.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.