Кристина Акопян
Варфоломеева свадьба

Варфоломеева свадьба

Если бы профессию своим сыновьям выбирали только мамы, то мальчики поголовно стали бы хирургами или нейрохирургами. Клеопатра в общем так и не знала никогда, в чем разница между этими областями медицины. Нейрохирургию она считала профессией, связанной с нервами. Неврологов называла нервапаталогами, а хирургов —теми, кто лечит все болезни мира, ну или всей галактики. И сегодня, сидя на свадьбе своего единственного сына, она смотрела на Варфоломея, думая только о том, как же повезло его невесте, уже жене, дочке простолюдинов. Себя же Клеопатра считала человеком из семьи ученых, интеллигентов, так сказать. Ее мать окончила педагогическое училище, но ни дня не работала, она пошла по стопам матери, также окончила педучилище, вышла замуж и ни дня не работала. Ее отец был агрономом, но работал бригадиром в совхозе. Клеопатра считала, что ее сын очень похож на деда. Таким же культурным и умным, послушным и смиренным растёт. Почему родители считают, что послушный ребенок – это хорошо, никто так и не понял. Интересное представление о будущем у мам и пап: «Будь упорным и наглым, никому не уступай». Но как ребенок может стать таковым, если всю жизнь от него требовали выполнять их приказы, не вмешиваться в не свое дело, уступать желанием родителей в ущерб своих?

Клеопатра вытянула свою короткую шею, чтобы лучше разглядеть нарядного и как всегда опрятного сына за столом подиума, к сожалению, танцующие гости мешали обзору. Варфоломей же видел мать и всех остальных прекрасно. На пьедестале со столом жениха и невесты удобно разглядеть абсолютно всех.

Свадебный зал «Мечта» в Адлере по традиции по выходным сразу после окончания летнего сезона наполняется гостями. Это двухэтажный ресторан, где на первом этаже располагается регулярный зал, поменьше, с традиционным обслуживанием гостей или банкетов. На втором этаже исключительный банкетный зал с ажурным восточным оформлением, белый мрамор, блестящие камни, белые лепнины, зеркальные колонны. Два этажа хорошо изолированы друг от друга простым решением: сразу при входе в здание огромный холл, откуда можно попасть в ресторан, а под лестницей на второй этаж располагались вместительные туалетные комнаты, обустроенные так, чтобы можно было делать красивые фото. Еда была как всегда вкусная, традиционно кавказская, по обыкновению обильная. Этот факт и стал причиной выбора свадебного зала, ведь изначально Клеопатра хотела отметить свадьбу сына в зале Георгиевский, где ей не посчастливилось еще побывать, но те, кто был, очернили последнее место тем, что там имеретинский хачапури не вкусный, да и рыбу в сливочном соусе подают холодной. На такие риски будущая свекровь идти не могла, на кону ее репутация.

Варфоломей не хотел большую свадьбу, поэтому, сузив круг родственников и друзей до минимума, сократили их количество с трехсот двадцати до двухсот семидесяти. Под сокращение, конечно же, попали гости со стороны невесты. Почему? Потому что отец жениха взялся оплатить весь банкет полностью, и вместо вольного набора гостей от невесты он выделил ей квоту только на 40 человек. Тогда отец невесты рассердился, приехал из Гагры на разборки, раз так отказываемся от вашей щедрости и сами оплатим любое количество гостей с нашей стороны. Отец Варфоломея, Сережа Варфоломеевич согласился и предложил:

– Предлагаю всех поверх сорока человек оплатить самостоятельно. Иначе не подходит, жених делает свадьбу, все расходы должны быть на нас. С вас только костюм жениха, надеюсь, не сэкономите.

И когда без экономии родители невесты купили костюм жениху, у них остались жалкие гроши, которые даже на нормальное золото бы не хватило. Такое упущение в репутации отец невесты допустить не хотел. Чтобы и на роскошный костюм, и на свадебную подготовку дочери хватило денег, он на все лето перевез семью в отцовский дом в Цандрипш, а свой сдавал отдыхающим. Небывалые жертвы для них, ведь раньше семья противилась сдаче своих комнат из-за отсутствия острой необходимости в деньгах. Сторона невесты на свадьбу никого поверх сорока человек так и не позвала, количество гостей почти не изменилось. Зато с почетом готовились тратить на все остальное остаток семейного бюджета.

На пухлой шее Варфоломея распустился тонкий галстук, который совсем с его фигурой не сочетался. Белая калла в нагрудном кармане потрепалась, волосы промокли от пота. Сентябрь по традиции все еще жаркий. Он еще раз бросает взгляд на гостей, проверяет знает ли всех. Сторона невесты сидела слева от него, ближе к алтарю, посмотрев, он узнал пару человек, не считая семью его новоиспеченной жены. Остальных видел впервые. Иначе обстоят дела с правой от него стороны, где расположились за круглыми столами гости жениха. Лица у них были хозяйские, не то, что у первых. Его гости сияли, как блестки и стеклянные камушки на колоннах свадебного зала. Взгляд Варфоломея остановился на фигуре одноклассницы, что танцевала с мужем.

История у них была почти что мимолетная. А мимолетная она, потому что юный 22-летний Варфоломей после четырех лет окончания школы, на встрече выпускников, необоснованно, а может и обосновано, решил, что Диана в него влюблена. А Диана, из чистой любезности увидев одиноко усевшегося на краю стола пухлого, хотя к тому времени на 4 килограмма и 400 грамм похудевшего школьного товарища, пересела к нему, спросив, как у него дела после окончания теперь еще и ВУЗа.

– Нормально, вот на работу устраиваюсь, – мгновенно вспотевший от волнения ответил Варфоломей.

Кстати, его имя никто никогда не сокращал, потому что некуда, как бы не пытались, но это совсем не интересно.

Диана полюбопытствовала:

– А куда?

– В налоговую.

Диана слегка удивилась, потом вспомнив финансовое положение его родителей, приняла.

Дело в том, что в налоговой стояли в очередь на работу в недалекие «нулевы». Даже давали взятку. Но в 2017 году туда никто не хотел, если нет какого-либо денежного источника со стороны, такие как богатый муж или родители, или гостевой дом. Тогда работа в цивильном заведении и почетна, и дома не сидишь.

– Сколько там зарплата сейчас?

– Не знаю пока, там оклад и премия. – Конечно же, он знал, просто не говорил. – Я для стажа пойду поработаю, и по профессии, чтобы трудовая была.

Диана покивала с открытым ртом, но в душе посмеялась: «Кто сейчас работает по профессии? Парикмахеры и маникюристы?». В чем-то ее мысли были оправданы, даже врач может бросить все и заняться юмором, что касается факультета налогообложения, то мы все знаем, навыки, что дают в ВУЗах, не имеют отношения к реальной практической работе в налоговой, если только поверхностное отношение к законодательству.

В тот вечер «роман» Варфоломея с Дианой для Дианы был завершен, но не для Варфоломея. Он отчаянно искал жену и еще полгода ждал, когда Диана напишет ему под предлогом что-то спросить про налоги. Но чертовка так и не написала, игнорировала его лайки в соцсетях и просмотры ее «историй».

По правде говоря, Диана понятия не имела, что Варфоломей мысленно женился на ней и спланировал примерную дату рождения первого ребенка. Она возможно чуть позже догадалась, но виду не подала, когда тетя Клеопатра, увидев ее на свадьбе общих друзей, отметила ее скромность и воспитанность.

– Вай, Диана, какая ты скромная, – потом повернулась к своей двоюродной сестре и скорбно отметила. – Вот бы моему Варфоломею такую девушку из хорошей семьи. – На этой фразе она обернулась, чтобы посмотреть на реакцию к такому раскладу сюжета в глазах девушки, но от Дианы простыл след.

История не утверждает, ответила бы Диана отказом на предложение Варфоломея или согласием, но сам факт попытки свести сына с ней, ее сильно отпугнул, она ребенок из прогрессивной и интеллигентной армянской семьи, этим все сказано. Спустя время Клеопатра своей сестре скажет, «хорошо, что она тогда не дослушала, иначе вай-вай. Посмотри, как она со своим мужем живет, отделились от его родителей, а он младший сын, как и мой».

Варфоломей родился в 1995 году, третьим ребенком в семье. У его отца никак не получалось передать нужный хромосом, так у них уже были две дочери. В день свадьбы младшего старшая дочь Сережи Варфоломеевича и Клеопатры была замужем, а вторая в разводе с ребенком вернулась от мужа-игромана в родительский дом.

На свадьбе младшего брата она танцевала, не покладая ног, зная, что в следующий раз так будет веселиться на чьей-то другой свадьбе, а когда она будет, кто его знает.

Веселая музыка закончилась, музыканты ушли на перерыв, ведущий включил «медляк», Диана с мужем не ушли с танцпола, остались танцевать. Невеста посмотрела на руки Варфоломея, они не тянулись к ней. Руки не тянулись к ней, а глаза дальше блуждали по залу, пока он не заметил пьяного, спустя 20 минут с начала торжества, брата его новоиспеченной жены, Радика.

Радик – старший сын и единственный брат. Он не был из тех детей, кто считался комом, как первый блин. Красивый, стройный и высокий, умнейший в своем кругу и с непереносимостью алкоголя. Он пьянел, как говорят в народе, понюхав пробку. Но даже в пьяном состоянии он был чертовски хорош. Даже нет литературного героя со схожими чертами, чтобы сравнить.

Варфоломей терпеть его не может со дня их знакомства. Этот день он помнит и никогда не забудет.

Это был летний день 2015 года. Пятое июля, как сегодня перед глазами, когда в очередной раз, по злой традиции, затопило город Сочи. Из-за обильных дождей реки вышли из берегов, в Адлере это была река Херота, которая растеклась по всей улице Гастелло. Варфоломей в этот день должен был остаться дома, на Тюльпановой, но на кануне улицу затопило. Причиной была не река, а отсутствие водостоков и ливневок. В свое время и по сегодняшний день, ремонтируя покрытие, непредусмотрительно работники поднимали уровень дороги выше уровня домов. Нет, не на всей улице, местами дома предусмотрительнее строили выше всего на свете. Жители строили, строили, строили и строят без остановки, а бетон, как мы знаем, не так быстро впитывает воду, как грунт. Трехэтажный гостевой дом нашего героя пострадал, вода залила первый этаж, отец снял утром ламинат и незамедлительно отправился с сыном в Чайсовхоз, где располагаются по сегодняшний день строительные базы, купить поскорее, пока компании не узнали о потопе и не успели поднять цену на все.

Утром в 10 часов отец с сыном уже ехали по Гастелло, дождь со вчерашнего дня продолжался, но ничего не предвещало потопа в городе, где два раза в год такое случается. На стройбазе выяснилось, что ниже по улице на остановке Волна есть еще один магазин, и цены надобно сравнить. Варфоломей сел и поехал один. И в момент, когда он ехал вниз по улице, дорога начала наполняться водой. Его машина стала не управляемой, и его прибило к обочине. Крики и визги шли отовсюду. Кто бежал к машинам, чтобы отогнать их и спасти свой транспорт, кто-то выбегал из машины с детьми на руках. Момент, и пешеходы стояли по пояс в воде, держась хоть за что-то. Новая рабочая «Киа Рио», которую доверили Варфоломею, качалась, но воду не пропускала. Хорошо, что не на «лексусе» приехали за ламинатом. Он, не заглушив мотор, не переключив коробку передач, опустил окно и вылез, однако не подумал о другом, что его машину все равно затопит из окна. Так он стоял по пояс у машины и пытался придержать сколько мог, но долго не смог, машину унесло потоком и прибило к той самой остановке Волна.

Со всех сторон кричали люди, спасать свое имущество уже было невозможно, время спасать себя. Среди криков всех, кто был вокруг, привлек внимание крик женщины:

– Мой ребенок, спасите!

Мимо Варфоломея, который держался за столб уличного освещения, проплыл маленький зеленый «Део Матис». Он встретился глазами с четырёхлетним мальчиком на переднем сидении, который был пристегнут к детскому креслу. Заднее левое стекло отсутствовало, дверь была прилично помята от удара пока неслась. Машина наполнялась, как консервная банка, ее качала по волнам. В эту самую секунду желание Варфоломея сделать героический поступок притупляется голосом его матери.

– Куда ты полез, упадешь! Стой, там опасно! Ты не вмешивайся, пусть они сами сделают. Подожди не спеши, без тебя разберутся.

И ведь так и случалось каждый раз. И в этот раз так случилось. Его руки крепче схватились за столб, и он щекой прижался к холодной и мокрой трубе, как в детстве к ноге мамы. Все это происходило в считанные секунды, поток горной воды на улице Гастелло уносил машины, уровень воды повышался, сила течения замедлялась.

Вокруг никто не понимал, куда зовет на помощь женщина. Да и от шума дождя и криков вокруг не разобрать, что она говорит. Молодая мама пальцем показывает на «Део матис», проплывающий мимо пухлого парня, прижавшегося ко столбу, все, кто мог за что-то держаться и смотреть по сторонам, посмотрели туда. Радик в это время сидел на крыше остановки в шортах и в белой майке, мокрый, как в индийских фильмах, когда зеленая машина уплывала от его будущего зятя.

– Ребенок в машине! – кричит Радик своим басистым голосом.

Откуда он вообще там взялся? Все вокруг оглядываются на него, он встает в полный рост, не помедлив ни секунды, спрыгивает с крыши почти по грудь в грязную жижу, по которой плывут обломки деревьев, чьи-то покрышки, пластиковые тазики, которые поток реки собрал со дворов жителей Чайсовхоза.

За спиной Радика остается «Киа Рио» Варфоломея, когда он бросается, как зверь, на капот «Део Матиса» и пытается удержать машину. Она не останавливалась и уносила Радика вместе с собой. Он поднапрягся, попробовав прижать машину к земле, она наполнилась водой, но голова ребенка была на поверхности. Малолитражка замедлилась, Радик подвинулся направо и толкнул ее в сторону тротуара. «Део Матис» прижался к скученным машинам, но главное он не уплывал. С крыш своих или чужих машин пытались спуститься мужчины, чтобы помочь Радику, но машина наполнялась водой очень быстро, времени ждать помощи не было. Дверь не поддалась, они были закрыты на замок. Обойти машину со стороны отсутствующего стекла шансов не было, проход заблокирован.

– Откройте двери с замка! – кричал он молодой наивной матери, которая закрыла ребенка в машине по неопытности.

Мать ребенка незамедлительно достала пульт, но он был промокший, как и вся электрика ее машины.

Ребенок уже захлебывался, он тянул свой маленький ротик к воздуху, когда молодой, в расцвете сил, герой на этой улице с размаха выбил с первого раза водительское стекло. В момент, когда он вскрывал дверь левой рукой, вокруг уже были мужчины, даже Варфоломей отцепился от своего столба и был на полпути к центру событий. Радик проник в переполненную водой машину, дверь придерживали поспевшие на помощь люди. Ребенок уже почти под водой. Вслепую, на ощупь, отстегнул малыша и вытащил, приподняв его над головой, как трофей.

– Опусти головой вниз, – подсказывали ему вокруг.

Все начали хлопать, звать Бога, хвалить Радика за героизм. Может от их призыва поток еще замедлился, резко уровень вод опустился.

Он сажает ребенка себе на плечи, тот хватается маленькими пальчиками за его подбородок, герой опирается на машину и медленно идет на встречу испугавшейся до смерти матери, которая из последних сил шла к своему мальчику. Она корит себя за то, что оставила мальчика в машине, пока зашла в магазин, но пытается себя успокоить тем, что несмотря на опасность для ее жизни, не замедлив, бросилась в погоню за машиной.

Атлетичный парень спас ее сына и нес его на плечах. Все вокруг успокаивали ее, хлопали Радика по красивым, мускулистым рукам. Варфоломей смотрел на это по-другому, на его месте мог бы быть он, будь посмелее. Позже, все оставшиеся года, он все время будет возвращаться в этот день и менять местами себя и Радика. Но сейчас он, проглотив этот позор, подойдет к нему, чтобы оправдаться:

– Хорошо, что ты там оказался. Я хотел остановить, но не успел, она просто пролетела мимо, я даже не поня… – он иногда проглатывал букву Л, поэтому прозвучало как поняы.

Радик посмотрел на сквозь мокрого Варфоломея и протянул руку. Они поздоровались.

– Радик!

Варфоломей промолчал, не хотел называть свое имя. После этого инцидента они встретились еще раз в спортзале боевых единоборств у вечерней школы, куда Варфоломей пошел заниматься у своего однокурсника Артема. По официальной версии он пошел подкрепить мышцы, по самой вероятной пошел накачаться, чтобы девушки обращали на него внимание.

Но и тут Радик испортил ему жизнь своим превосходством. Когда в зале из-за спины к нему подошел и сказал:

– Здарова, и ты тут?

Варфоломей обомлел и слился с боксерской грушей. До его прихода в этом зале не было звезды, теперь есть. Заниматься к Артему Варфоломей больше не пошел.

Третий раз он увидел Варфоломея у невесты, когда поехали всей семьей знакомиться в Гагру. Радик, как всегда, был приветлив, но на этот раз ситуация была иная, теперь звездой был он сам, но все равно побаивался шурина. И вот они видятся теперь, жених смотрит на красивого гостя с опасением, все внимание достанется опять ему.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.