# Его сладкая малышка

Аля Алая

– У меня столько нет, – говорю тихо.

– Знаю, – ухмыляется мерзавец.

– Я могу взять кредит.

– Тебе не дадут.

– Тогда, как ты видишь решение вопроса?

– Думаю, ты знаешь. Я хочу тебя. Зацепила.

– Я с тобой спать не буду!

– Будешь, у тебя нет вариантов.

#классные герои

#шикарный мужик с характером

#сладкая девочка с огоньком

#искры будут лететь, а металл плавиться

#жарко, вкусно, горячо. Настоящая ваниль с перцем

## Глава

Глава 01

– Маш, я еду. Мне осталось буквально пять минут, – кусаю губы, нервно посматривая на светофор, который упорно горит красным. Откидываю козырек, проверяю в зеркальце макияж. Красные губы, идеальные стрелки и уложенные волной волосы. Потратила на себя лишние полчаса и выгляжу шикарно, но в результате опаздываю. – Задержи его, сделай кофе, поулыбайся. Да что угодно, только задержи до моего приезда. – С досадой ударяю по рулю. – Где эта чертова стрелка?!

– Инна, я попробую, – помощница отвечает неуверенно, – но он нервный какой-то. Не знаю, получится ли.

– Все, еду, – не обращаю внимания на ее вздохи и жму на газ, как только загорается зеленый. Сбоку раздается резкий звук, затем удар, в глазах на мгновение темнеет. – О боже!

Отталкиваюсь рукой от чего-то упругого перед собой, осматриваюсь. Все плывет, звенит, трещит и резкие окрики окружают со всех сторон.

Глубоко вдыхаю и отклоняюсь на сиденье, зажмуриваю на секунду глаза, открываю. Перед собой вижу выстрелившую подушку безопасности.

– Черт.

– Девушка, – за ручку моей двери настойчиво дергают, и я резко поворачиваю голову. Опять звон, морщусь, но на кнопку открывания двери нажимаю.

– Вы как? – в салон заглядывает мужчина с короткой темной стрижкой. Внимательно осматривает меня с ног до головы.

– В порядке, – неуверенно отвечаю, зацепившись взглядом за его безукоризненный пиджак и золотой зажим для галстука, – наверное.

Пальцами прикасаюсь к саднящей губе, тут же отдёргиваю ее, скривившись от боли.

– У вас кровь, – он протягивает ладонь и убирает с моего лица прядь. Вместе с его появлением в салон врывается резковатый аромат дорогого мужского парфюма. Хороший запах, я такой бывшему мужу покупала.

– Подушка выстрелила, – все еще слегка дезориентировано смотрю ему за плечо, где собралась толпа зевак. – Я никого не покалечила? Там все живы?

До меня, наконец, доходит, что авария – это минимум две машины. В той, что въехала в меня, тоже могут быть пострадавшие.

– Я жив, – он усмехается и отклоняется назад, взявшись рукой с идеально ухоженными пальцами за дверцу моей машины, – но вот тачку мою ты рассадила отлично.

– Что? – слежу за его взглядом и хочется материться распоследними словами. Новенький мерс. – Я виновата, да?

– Ты не пропустила на красный, – он вытащил из кармана оживший стандартной мелодией айфон.

– У меня горела стрелка, – качаю я головой.

– Она была в дополнительной секции, – его взгляд останавливается на моей помаде, падает в декольте и губы дергает наглая ухмылка. – Я уже еду, меня тут подрезали на проспекте, прикинь. Весь бок всмятку, – мужчина прижимает телефон к уху и достает пачку сигарет. – Нет, думаю, обойдемся без разборок, девушка на вид благоразумная, – он щелкает дорогой зажигалкой и прикуривает, – никуда не денется.

Его тон звучит насмешливо, царапает по нервам. Я и так понимаю, что попала по полной. Зачем добавлять?

– Надеюсь, у тебя хорошая страховая, сладкая, – он выключает телефон и продолжает рыться там же в сообщениях, – потому что у меня отличная.

– Влад, – раздается откуда-то сбоку, – поехали, менты сами разберутся. Тебя ждут.

– Подождут, – тот самый Влад окидывает меня последним цепким взглядом и разворачивается к подбегающему парню. На меня больше внимания не обращает. Бросает сигарету под ноги, спешит к ожидающему в нескольких метрах внедорожнику.

– Говорил тебе, возьми что-нибудь более надежное. Чуть какая-то баба не угробила, – косится на меня подоспевший парень. Тоже в костюме и тоже не из дешевых.

– Потом, Дима, поехали, – уже не обращая внимания на него, Влад хлопает задней дверью внедорожника, скрываясь за тонированным стеклом.

Внутренне холодею, потому что въехала я в очень непростого человека. Мой телефон, затерявшийся где-то под сиденьем, начинает разрываться мелодией поставленной на помощницу, но мне не до нее. Страховка явно не покроет сумму, в которую выльется ремонт тачки этого Влада. От того, сколько могут насчитать, становится страшно.

А у меня кредит за квартиру огромный. Аренда помещения под офис оплачена лишь до конца месяца, и клиента я, похоже, уже потеряла.

– Черт, – ударяю кулаком по подушке безопасности, которая практически сдулась. Расстроено обнимаю руль. За что? Только жить более-менее начала и с долгами после развода рассчиталась.

– Ну что? – плечо трогает полицейский. Смотрит на меня с явной жалостью в глазах. – Пошли оформлять?

– Пошли, – вытираю выступившие слезы тыльной стороной ладони. Медленно выбираюсь из машины. Делать нечего… Плачь не плачь, уже ничего не поможет.

Белая полоса в жизни как-то совсем быстро кончилась. Вздыхаю и отвожу взгляд от билборда, прямо надо мной предлагающего дешевые туры в Турцию. Этим летом я никуда не еду. Как и в предыдущие три года. И, похоже, следующие.

После оформления всех бумаг, просмотра видео с четырех видеорегистраторов свидетелей, которые проезжали мимо, и подписания полного признания собственной вины в произошедшем, отправляюсь в офис.

– Ничего себе, – пышечка Маша обмахивается небольшим веером из бумаг, рассматривая в окно покореженное Пежо, – страховка покроет?

Ее слова бьют прямо в цель, и я беззвучно рыдаю над кофе.

– Иннусь, все наладится, – она отлипает от окна, обнимает меня за плечи. – Может, тебе коньячка плеснуть?

– Чтобы заодно и права отобрали, когда домой поеду? – размазываю пальцами стрелки, от которых ничего практически не осталось. – Блин, Маш, ну почему я все время в заднице? Может, меня кто проклял?

– Мишаня твой, – она присаживается своими пышными формами на край моего стола, смачно отхлебывает кофе. – Ну что ты его бросила?

– Этот скот мне изменил, – сминаю в руках салфетку и вынимаю зеркальце из полки стола, – это я его проклясть должна была. А вместо этого совместно выплачивала оставшиеся после развода долги.

– Мда, тогда бывшая свекровь. Она у тебя та еще стерва. Помнишь, как ходила по твоим соседям в новом доме и рассказывала, что ты шалава? – Маша хохотнула.

– Не вспоминай, – мрачно смотрю на свое отражение в зеркале и пытаюсь поправить безнадежно испорченный макияж, – у нее до сих пор запрет на приближение ко мне.

– Так а в кого ты въехала? – помощница оживляется. – Может, получится договориться?

– С такими не договариваются, – мне вспомнился Влад в дорогущем костюме и его последние слова, – им просто отдают все до копейки.

Глава 02

Дома снимаю с себя всю одежду и долго отмокаю в ванной. С тоской думаю о кредитных квадратных метрах, за которые мне платить и платить. Теперь процесс станет еще неподъёмнее, учитывая, что на ремонт разбитой машины придется взять еще один кредит. Если его дадут, учитывая уже имеющийся, конечно.

Если не дадут, как расплачиваться, не знаю.

«20.00. Надень что-нибудь красивое».

Очень долго смотрю на сообщение с неизвестного номера. Почему-то сразу приходит понимание, что номером никто не ошибся. Слишком красноречиво Влад пялился на мое декольте в машине. Стиль его общения я видела. Четко, по делу, прямо в лоб.

Можно, проигнорировать, конечно, но это его только разозлит. И что тогда? Пошлет ко мне одного из своих подручных?

А что, если я себе накручиваю? Может, мы просто поговорим? Обсудим вариант рассрочки?

Я бы даже надавила своим непростым жизненным положением. Развод, кредит, трещащий по швам бизнес. Я слабая женщина, меня нельзя прессовать.

– Пошлет, – отвожу взгляд от себя в зеркале. Нет, у таких, как этот Влад, жалости. И деньги отберет и на тушку мою бедную позарится.

А я, может, не хочу с ним спать. Может, он вообще психопат какой с ненормальными наклонностями. Извращенец богатый.

– Надень что-нибудь красивое, – кривляюсь. – Красивое – это что? Платье? Что сразу про белье не написал? Или может, сразу без белья?

Уныло вздыхаю, вынимая из шкафа элегантное черное платье. Купила по поводу развода, чтоб Миша видел, что потерял. С тех пор ни разу не надевала.

– Настало твое время, – натягиваю его вместе с высокими шпильками. Делаю такой же макияж, как утром, укладываю волосы. Все на автомате.

Потом еще сорок минут сижу на диване, выжидая время до восьми. Когда часы застывают на двадцати ноль-ноль, на телефон приходит еще одно сообщение:

«Жду внизу»

– Да чтоб тебя! – сжимаю в руке гаджет. – Больше не буду на машине ездить, одни неприятности от нее. А на общественном транспорте хорошо – на дорогу смотреть не надо, за бензин платить не надо, ни в какого козла не въедешь и потом своей лотерейкой расплачиваться не будешь.*

Хватаю лаковую черную сумочку, зажимаю под мышкой и спускаюсь к подъезду.

Так и есть… Влад.

Стоит, прислонившись задницей к морде нового красного «Лексуса», курит.

– А ты не дура, Инна, – комментирует мое платье и свежий макияж. – Голодная?

– Нет, – складываю руки на груди. В свой взгляд вкладываю максимальную порцию осуждения.

– Сразу ко мне? – выдувает дым через ноздри. – Неожиданно. Ты смелая.

– Нет, – мои глаза расширяются. К щекам мимо воли приклеивается румянец. На этого мерзавца и провокатора невозможно не отреагировать.

– Тогда я не понимаю, – разводит руками, – сладкая, я вконец заебанный за сегодня. Давай ты не будешь делать мне мозг.

– Есть хочу, передумала, – прохожу мимо него и сажусь в машину. Дверью хлопаю, словно в запорожец села.

Влад докуривает, созванивается с кем-то и только после этого садится в машину.

– Японская, русская или итальянская?

– Итальянская.

Запах нового салона щекочет нос. По виду тут полная люксовая комплектация, все в коже. Живут же люди, не тужат. Разбил машину – купил новую. Где научиться так вести дела? Мне бы хоть десятую долю их умения и смекалки.

– Нравится? Хочешь себе такую? – поворачивается ко мне. Телефон отправляется в держатель рядом с рулем.

– Нет, – качаю головой.

– Зря, отличная, если для девочки. Мне никак, завтра возьму что-нибудь посерьезнее.

Молчу, потому что не понимаю, чего он добивается.

– Влад, давай обсудим, – начинаю я.

– После еды, не люблю о проблемах на голодный желудок, – выворачивает руль и ударяет по газам. Машину ведет агрессивно, хотя выглядит расслабленным. В мою сторону не смотрит. На консоли включает радио с трепом телеведущих. Шутки, стендап, легкая музычка. Пару раз Влад даже улыбается, когда шутят особенно хорошо.

– Прошу, – протягивает мне ладонь, помогая выйти. На ощупь крепкая и теплая, к нему приятно прикасаться. – Шикарно выглядишь, забыл сказать, – дергает на себя, сталкивая наши тела, – и духи зачетные.

– Спасибо, – блею растерянно.

– Такой ты мне нравишься больше, чем когда изображаешь стерву, – обнимает за талию без спроса. Мой пульс зашкаливает и от его близости, и слов. Самоуверенная скотина. Уже уверен, что я у него в кармане. – Слишком громко думаешь, – шепчет на ушко, – у меня от твоего возмущения даже привстал.

– Влад, ты… – пытаюсь подобрать слова, – слишком самонадеянный и грубый.

– Тебе так только кажется, Инна, – придерживает дверь, позволяя мне войти в ресторан первой, – я ласковый котик.

– Угу, так думают все твои подчиненные, – саркастично усмехаюсь.

– А мне нравится твое чувство юмора. Сразу понял, что ты девочка с огоньком. Так резво в меня въехать, ммм.

Администратор проводит нас к столику, отгороженному от основного зала зеркальной серебряной ширмой. Тут свет приглушен сильнее, стол сервирован на две персоны.

Вместо стульев удобные диванчики.

Влад опускается на один, не настаивая, чтобы я села рядом. Поэтому я присаживаюсь напротив.

Закуски приносят сразу: салаты с морепродуктами, брускетты, сырная тарелка. Официант открывает при нас бутылку белого вина, передавая Владу бокал на дегустацию.

– Отлично, – отпив глоток, Влад одобрительно кивает. – Расскажи о себе, – просит, когда персонал удаляется и оставляет нас наедине.

– А ты не все узнал? – поднимаю бровь, ковыряясь в салате.

– Там обычные сухие цифры, имена, даты, а хочется эмоций, знаешь ли.

– Тебе с садика начать или пропустить часть биографии до института?

– Осторожнее, Инна, – прикончив салат, Влад бросает салфетку в тарелку и показывает официанту, чтобы приносил основное блюдо, – я не терплю заносчивости. Некоторый вызов допустим, но стоит знать меру. Ты же не хочешь, чтобы я тоже начал язвить в ответ?

– У меня все, как у всех, – вздыхаю, отодвигая от себя тарелку, – школа, институт, замужество, развод. Квартира в кредит, маленький бизнес на издыхании. Ах да, на балансе разбитая машина и долг тебе, размер которого я пока не знаю.

– Мда, получилось так же сухо, как в досье, можно было и не спрашивать, – Влад переключается на огромный стейк с кровью. – Кстати, насчет долга – уже посчитали.

– Страховая так быстро не работает.

– Любой работает быстрее, если его хорошенько пнуть.

– И сколько? – складываю руки на столе в замок. Внутри холодею.

– Вот, – бумажка из нагрудного кармана Влада перекочевывает на стол, – заключение не официальное, но поверь, суммы после повторной оценки если и будут отличаться, то только в большую сторону.

Это, я так понимаю, было сказано для устрашения и моей большей сговорчивости.

Раскрываю бумагу и складываю обратно. Твою мать! Она у него что, совсем новая была? Что это за пиздец? Я эту сумму быстро соберу, только если почки продам. Обе.

– У меня столько нет, – отвечаю тихо.

– Знаю, – улыбается мерзавец. Так бы морду его довольную и расцарапала.

– Я могу взять кредит.

– Тебе не дадут.

– Тогда, как ты видишь решение вопроса?

– Думаю, ты знаешь. Я хочу твое внимание. Зацепила.

– Я с тобой спать не буду, – упрямлюсь. Что я, шлюха какая-то? – Найду вариант, как отдать деньги. Спасибо за ужин, но я пойду.

– Будешь, у тебя нет вариантов, – Влад сверлит меня своим тяжелым взглядом. – Зачем упираться, если можно приятно провести время. А если будешь хороша, подарю новую машинку вместо старой. Хотя бы ту, на которой приехали.

– Я что на шалаву похожа? – поднимаюсь на ноги. Меня от возмущения знатно трясет.

– Я этого не говорил. – Влад отвлекается на телефон, хмурится. Оглядывается по сторонам. – Блядь.

– Что? – тоже оглядываюсь, но ничего подозрительного не вижу.

Зеркальная стена рядом с нами рассыпается, на столе лопается бокал с вином.

– На пол, – Влад ныряет под стол, а я застываю в ступоре. Огромное панно на стене трескается и падает, вокруг раздаются крики.

– Инна, – меня дергают за ногу, и я оказываюсь на полу задницей. Влад тянет, полностью подминая под себя.

– Что происходит? Влад? Это выстрелы? – доходит до меня. – У тебя кровь! Боже, в тебя попали!

_________

*Анекдот про лотерейку:

Жена приносит домой новые сережки.

Муж:

– Откуда?

– В лотерейку выиграла.

Через некоторое время – новую шубу.

– Откуда?

– В лотерейку выиграла.

Потом – путевку на море.

– Откуда?

– В лотерейку выиграла.

Поехали на курорт. Муж лежит на берегу, пиво пьет. А жена в море плещется, очень долго не выходит. Муж:

– Дорогая, ты бы вышла, погрелась, а то лотерейку застудишь.

(Взято на просторах сети, автор неизвестен)

Глава 03

Меня накрывает волной паники. Рукой упираюсь Владу в грудь, с ужасом разглядывая красное пятно, расползающееся по рубашке.

– Тише, только не кричи, – он набирает здоровой рукой номер на телефоне. – Вы, блядь, где? Какого хуя в меня стреляют? Три часа задницы свои в рест тащить будете? Дима где?

– Влад, – тревожно провожу ладонью по его груди, пытаясь успокоить. Говорит он ровно, но под рубашкой вибрирует от напряжения.

– Гладь, помогает, – смотрит мне в глаза, уголки губ приподнимаются.

– Как ты можешь улыбаться в такой ситуации? – понимаю, что из уголков моих глаз капают слезы. Где-то вдалеке слышу крики и топот. Это испуганные посетители покидают ресторан.

– Тише, малыш. Я буду твоим рыцарем на белом коне и спасу, – утыкается мне в декольте лицом. При этом параллельно слушает, что там ему по телефону говорят. – Убью всех. Лучше вам прятаться.

– Не надо всех, – едва дышу, зажатая под ним. Нервно поглаживаю волосы. Пусть лучше в сиськах моих мордой торчит, чем убивает. Божечки, куда я влезла? Куда попала со своим вечным невезением?

Через пару минут к нашему столику прорываются люди. Они в защитной одежде, в руках оружие.

– Владислав Сергеевич, вы где? – раздаются окрики сверху.

– Вниз посмотри, – Влад вскидывает голову, но с меня слазить не спешит.

– Вы как там? – к нам под стол заглядывает мужик в маске. Через прорези вижу, что ухмыляется. Еще одна сволочь!

– Неплохо, – бросив телефон на пол, Влад с его помощью выбирается. От моего тела отрывается с явным сожалением. – Присмотрите за девочкой.

– Что? А скорая? А полиция? – сажусь на попу и поджимаю под себя ноги.

– Прискачут, но как всегда поздно. – Влад ведет раненой рукой. Отходит в сторону, разговаривая все с тем же мужиком. Потом что-то показывает пальцами остальным. – Едем.

– А я? – тревожно мечусь взглядом между высокими фигурами в камуфляже. Страшно в этой куче мужиков. Домой хочу!

– Едешь со мной, тебя видели, – нахмурившись, Влад отдает последние указания. Меня в это время провожают к его машине, которая так и осталась припаркованной у входа.

– Может, все-таки в полицию? – с надежной смотрю через прорези маски в глаза какого-то парня.

– Владислав Сергеевич сам с ними разберется. А вам оно надо? Сидеть в полиции? Давать показания до утра? Они вас только замучают.

И смотрит на меня, как на ребенка глупого и нерадивого.

– Но как же, так ведь положено.

– Не положено, а покладено, – Влад садится за руль. – Пристегнись, а то дрожишь вся.

– У меня ПТСР*, в меня стреляли!

– Слабовата, но на первый раз простительно, – он нажимает на газ.

– Их поймали, тех, кто стрелял? – сглатываю, разглядывая дырку от пули у него на пиджакею – Ты ранен. Надо в больницу.

– Не поймали пока, – морщится, ведя раненой рукой, – поэтому нам временно нужно спрятаться.

– А в полиции? Они могут посадить нас в камеру, там точно не достанут.

– Инна, – Влад округляет глаза, – я в камеру по доброй воле не войду. Не надо.

– А квартиры конспиративные? Я знаю, такие бывают!

– У меня своя конспиративная есть, туда и поедем, – отрезает, выруливая на дорогу. Ведет так, будто за нами погоня. Несколько машин охраны, что следуют с нами, держатся уверенно в нескольких десятках метрах позади.

– А мне обязательно с тобой? – уточняю.

– Нет, конечно, – он не отвлекается от дороги, – но если тебя выследят, а потом будут пытать, где я, не жалуйся.

– Но я тебя не знаю, – шиплю, еле сдерживаясь.

– Это объяснишь тем, кто будет загонять иголки под твои красивые длинные ноготочки.

– Не надо, – хриплю, снимая кулаки.

– Тогда не жужжи, а то высажу.

Киваю, тихо отворачиваясь к окну.

Как я могла так встрять? Почему?

Ну, где я свернула не туда в этой жизни?

Влад прикладывает к уху мобильный, прижимает его плечом. Мало говорит, в основном слушает. И курит. Много.

– Кто ты такой? – подаю голос. Осознаю себя сжавшейся в комочек у самой двери.

– Думаешь, тебе действительно нужно знать? – Пальцы крепче сжимают сигарету, пока Влад затягивается и выпускает облако белого дыма в приоткрытое окно. Его взгляд прикован к дороге. Забитую автостраду сменили полупустые улицы спальных районов. Мы уезжаем все дальше от центра.

– Ты бандит? – спрашиваю то, о чем в ужасе думала последние полчаса. Урка, точно! В кого еще стреляют в наше время? Только в тех, кто привык к разборкам еще в какие-нибудь девяностые. Ну, или их дети с такими же привычками. Владу навскидку около сорока.

– Страшно? – уголок его губы дергается и ползет вверх.

– Да, – признаюсь честно.

– Не бандит, – стряхнув пепел с сигареты в окно, он вставляет ее между губ. Опять потихоньку затягивается. – Разочаровал?

– Кто ты? – повторяю свой вопрос.

– Обычный бизнесмен.

– Обычных бизнесменов не пытаются пристрелить в ресторане.

– Согласен, – Влад ведет ногтем по шее вдоль адамового яблока. Расфокусированно смотрит перед собой. – Где–то явно подвох.

– Не издевайся!

– Малыш, я пока сам не разобрался, что за уроды. Как узнаю, кто на меня всего такого честного и кристально чистого пытается грязно наехать, сразу поставлю тебя в известность.

– А если я уеду на время? У меня мама в области.

– Найдут. Пока самое безопасное место для тебя – рядом со мной. Но… ты можешь рискнуть и проверить.

– Боже…

Вынимаю из сумочки пачку бумажных салфеток. Нервно выдергиваю одну и сморкаюсь без стеснения. Вот вам, товарищ кристальный, такая же кристальная на манеры золушка. Бросаю использованную салфетку в сумочку, выдёргиваю еще парочку и вытираю под глазами потекшую тушь. Сбрасываю с ног каблуки, оцениваю поехавшие черные колготки.

– Мы как-то быстро перешли от первого знакомства к стадии давно женаты, – Влад тоскливо осмотрел салфетки в моих руках.

– Потерпи. Обычно после нее наступает стадия развода. А там и свобода, соответственно.

– Ууу, и как оно? Ни разу не был женат, так что и разводиться не приходилось.

– Что? Не берут такого честного и хорошего?

– Не поверишь, так и есть. Вот ты за меня пойдешь?

– Нет.

– Ну вот… приехали.

– Что? Куда? – осматриваюсь по сторонам. Мы в каком-то старом темном дворе. Всего два фонаря, в центре валяется алкаш. Или труп, но я ставлю на первое.

– Пойдем, не будем светиться.

Мы выбираемся из машины, и ее тут же забирает охрана Влада. Он сжимает мою ладонь в своей, пока идем к облупившемуся подъезду с полуразрушенными ступеньками. Внутри так же ужасно, к тому же добавляется запах бомжатника.

Влад поворачивает ключ в металлической поцарапанной двери, толкает меня внутрь.

– Располагайся и ни в чем себе не отказывай, – включает свет и захлопывает за нами дверь.

Перед моими глазами неожиданно светлая чистая квартира. Ремонт современный, с претензией на модные тенденции.

– Сколько здесь комнат?

– Спальня одна, – проходя мимо, Влад усмехается.

– Я и на диване поспать могу, – осторожно прохожу в незнакомое пространство. Гостиная небольшая, справа виднеется вход в спальню, прямо кухня. Именно там скрылся Влад.

– Инна, нужна твоя помощь, – доносится оттуда.

Какая интересно?

Заглядываю в кухню, где мужчина возится с аптечкой. На столе открытая бутылка виски.

– Где-то в твоей биографии значатся курсы первой помощи, – он разворачивает стул, садится. – Самое время оценить твои навыки. – Видя, что я мешкаю, добавляет: – Или оставишь меня истекать кровью? Хочешь остаться в квартире у черта на куличках ночью одна с трупом?

– Уверена, не все так плохо, – закатываю глаза к натяжному потолку, – иначе мы давно были бы в больнице.

Подхожу ближе, заглядывая в аптечку, – пластырь, бинт, вата, перекись. Пара таблеток от головной боли, йод, презервативы в придачу.

Помогаю Владу избавиться от пиджака и морщусь. Весь рукав рубашки пропитался кровью. Немного есть и на груди.

Сосредоточенно расстегиваю пуговицы, пока он пьет виски из горлышка. В серые глаза, бесстыдно заглядывающие мне в декольте, благоразумно не смотрю.

– У тебя дрожат пальцы.

– В нас стреляли, – задерживаю дыхание.

– Да, – его дыхание обжигает мою щеку, – будоражит, правда?

– Тебя ранили!

– Но не убили. Пожалуй, этот день будет моим третьим днем рождения.

– Третьим? – мои глаза расширяются. – В тебя уже стреляли раньше?

– Нет, но я чуть не сгорел при пожаре. Сейчас ты увидишь шрам, не пугайся.

Продолжаю расстегивать пуговицы, вытягиваю рубашку из его брюк и помогаю снять. Справа на ребрах большой застарелый шрам. Он тянется от места под грудью до самых брюк.

Осторожно касаюсь его, чувствуя, как Влад напрягается. Потом перевожу внимание на руку.

Там есть приличная царапина, из которой вытекло неожиданно много крови, но никакой опасности для жизни она не представляет.

Протираю перекисью, закрываю царапину большим пластырем и выдыхаю с облегчением. Все неплохо. Он жив, я тоже. Тех сволочей найдут.

– Инна, – Влад забирает пропитанную перекисью и кровью вату, бросает ее на пол, – разденься.

*ПТСР – посттравматический синдром.

Глава 04

– Нет, – все тело обливает удушливой волной жара. Влад совсем спятил, нас только что чуть не убили, его ранили! Какое разденься?

– Я мечтаю увидеть твое белье, – нахальные ладони накрывают мои ягодицы, заставляя податься вперед и оседлать Влада. Рана его больше не беспокоит. – Безбожно вру, Инна. Я мечтаю увидеть тебя без него.

Начинаю дышать быстрее, заворожённая его близостью. Полуголый, наглый, пахнущий кровью и опасностью. В моей жизни никогда не было таких мужчин.

После встречи с Владом, я переместилась в какую-то новую реальность, полную новых острых ощущений и опасностей. Я чувствую себя загипнотизированной, в его власти – зависимой, растерянной.

Знание, что где-то там его и меня ищут, что нам грозит опасность, подстегивает адреналин, бушующий внутри.

– Пиздец, я таких красивых еще не видел, – проводит языком по моим губам, позволяя почувствовать горьковатый вкус виски и сигарет. По моей коже разбегаются мурашки.

– Врешь, – криво усмехаюсь.

– Нет, – рывком прижимает к своему паху, – понял, что будешь моей, как только увидел.

– Ты слишком наглый.

Упираюсь ладонями в его голые плечи, в попытке оттолкнуть. Влад на мое несмелое сопротивление внимания не обращает. Тянет сзади за собачку молнии и стягивает платье вниз. Красное белье, которое на мне надето, явно нравится ему. Влад даже прицокивает.

Щелкает застежкой лифчика, перемещает мое тело на стол. Спину холодит глянцевая поверхность.

– Влад…

– Мне нравится, как ты произносишь мое имя, – он срывает с меня остатки одежды.

Лежать совершенно голой напоказ под ярким светом лампы слишком для меня, но я не смею прикрываться под его пожирающим взглядом. Влад нависает, упираясь ладонью в стол рядом со мной, щелкает пряжкой ремня, приспуская брюки и белье. Цепляет из аптечки презерватив, разрывает его зубами.

Одевает, не смущаясь и не отрываясь от меня. Рассматривает жадно, отчего возбуждение бешено бежит по венам. Внизу живота ноет от понимания, что будет дальше.

Всхлипываю, когда Влад вторгается в меня своим немаленьким прибором, накрывает тренированной грудью, впивается ртом в губы.

Его движения резкие, адреналиновые, глубокие. Влад совсем не жалеет меня и не дает подстроиться.

– Влад, Влад, Влад, – как заведенная, повторяю его имя. Все тело распирает от переизбытка эмоций и ощущений. Наверное, это именно то, что мне было нужно, чтобы отпустило.

Он двигается, сжимая мои волосы на затылке. Тянет их назад, заставляя смотреть на себя и выгибаться. Насаживает на себя, словно бабочку, бьет бедрами, высекая удовольствие.

Теряюсь в накатывающих волнах удовольствия, затихаю, вскрикиваю.

Оргазм, словно тонкая игла, прошивает меня до горла. Спазм выкручивает, заставляя все тело оцепенеть. Пытаюсь вдохнуть, но Влад добивает снова и снова, продлевая сумасшествие, творящееся с моим телом.

Наконец обмякаю под ним, осознавая, что в процессе расцарапала Владу грудь и ребра. Он делает еще пару мощных движений, кончая в презерватив.

– Дикая кошка, – смеется мне в шею. Целует, прижимая к себе. Разворачивает нас и тащит в спальню, не забывая прихватить оставшиеся презервативы из аптечки. – А ты с сюрпризом.

– Извини, – касаюсь царапин на его груди. Я вообще не осознавала, что делаю это.

– Мне нравится.

Влад стягивает использованный презерватив, избавляется от одежды. Я уже рассмотрела его полностью. Есть несколько шрамов – на ребрах, ноге и спине. Но они нисколько не портят его, только добавляю мужественности.

У Влада совершенно гладкая грудь, ни одного волоска. От пупка к члену уходит темная аккуратная дорожка, пах выбрит и ухожен.

Он весь такой – от идеальных ногтей до стрижки. Красивый, опасный, порочный.

Влад опускается коленями на кровать, лаская рукой член. Тянет ко мне раскрытую ладонь.

Между нами больше нет слов. Остались лишь оголенные инстинкты, требующие удовлетворения. Секс с ним жесткий и неконтролируемый. Влад просто берет.

А я подчиняюсь, осознавая, что быть слабой рядом с ним очень приятно. После одно из очередных оргазмов вырубаюсь. Перед глазами гаснет свет, знаменуя конец этого сумасшедшего дня.

***

Открываю глаза, застигнутая врасплох лучом солнца. Он пробился через зазор между плотными шторами и попал именно в меня.

Осматриваюсь, пытаясь понять, где я и что происходит. Тут же натыкаюсь на Влада, мирно спящего рядом.

Он обнял подушку, подгреб ее под себя и сопит в матрас. Не отказываю себе в удовольствии осмотреть его мощную красивую спину и подтянутую задницу.

Класс. Переспала даже не знаю с кем после того, как нас чуть не убили.

Соскальзываю с постели, в шкафу рядом нахожу чистую мужскую рубашку, которую набрасываю себе на плечи. Прикрываю за собой дверь спальни и перебираюсь на кухню.

Окровавленная одежда летит в урну, убираю вату, перекись и аптечку. В животе ощущаю слышимое бурление.

После ночи с Владом мне срочно требуется пополнение энергии в организме.

– Пусто, – с тоской смотрю в холодильник. Тут только бутылка вина, острый соус. Еды нет.

Переключаюсь на кофемашину, где кофейные зерна оказываются в наличии. Хотя бы это радует. Нажимаю на кнопку, готовя себе чашку бодрящего напитка, пытаюсь придумать, как смотреть Владу в глаза. И что теперь будет между нами?

Нет, я не питаю иллюзий, будто после спонтанного секса мужчина что-то мне предложит. Только что сейчас? Нас все еще ищут? Сколько я буду рядом с ним? Как себя вести?

– Доброе утро, – раздается хрипло в затылок.

– Доброе, – вздрагиваю, ощущая его обнаженное тело за собой.

– Тебе удивительно идут мои вещи, – Влад собирает ткань на моей заднице. – Идеальная женщина. Всю ночь трахал и еще хочу.

– Кофе? – кусаю губы. Он задирает рубашку, ягодицы оказываются прижатыми к его напряженному члену. – Презервативы кончились.

– Нет, – Влад со смехом открывает кухонный ящик рядом с нами. Там валяется невскрытая пачка. – Тут десять. С ними я могу тебя до смерти затрахать.

Я быстро оказываюсь без рубашки. Влад распластывает меня по столешнице задницей кверху и вжимается бедрами.

– Трахаемся и едем в ресторан, – озвучивает свой план. Толкается в меня в своем стиле – резко, бескомпромиссно. Принимаю и расслабляюсь. Оказалось, мне нравится так.

– Инна, бля, – сжав мои руки над головой, Влад входит и выходит на всю длину. Стонет мне в затылок, касается свободной рукой моей кожи. – Пиздец, ты сладкая.

– Пожалуйста, Влад, аххх, – мое тело содрогается под ним. После всех оргазмов ночью я была уверена, что мне нужен будет перерыв. Мое тело пресыщено.

Сюрприз. С Владом хочется еще и еще. Он слишком хорош.

После секса мужчина усаживает меня на столешницу. Долго рассматривает, пьет кофе из моих рук. Тянется к телефону, который разрывается на столе.

– Есть новости? – спрашиваю после того, как он завершает разговор.

– Пока никаких, – отбрасывает от себя гаджет.

– Как думаешь, этих людей вообще поймают? – Мне страшно, что моя жизнь меняется под давлением таких ужасных обстоятельств. Теперь я не чувствую безопасности вовне. Только рядом с Владом.

– Не знаю пока, – Влад обнимает мою ладонь с чашкой кофе и осушает ее до дна. – Возможно, через пару недель.

– И что мне делать все это время? – растерянно смотрю на него.

– Будешь рядом со мной, потом решим.

– У меня работа, обязательства. Мне нужно будет быть здесь?

– Нет, поедешь со мной в Питер. У меня там дела, – смотрит прямо мне в глаза. По нему видно, что вариантов Влад мне не предоставляет.

Я же в полной растерянности. Питер? Две недели? А моя жизнь?

Влад опять отвлекается на телефон, а я собираюсь и тащу свою задницу в душ. Нужно срочно подумать над тем, как разрулить свою жизнь, предупредить помощницу, решить с арендой офиса. Отменить пару встреч и мой поход на день рождения подруги. И как все это объяснять?

Заворачиваюсь в халат, выскальзывая в спальню. Дверь в гостиную открыта, так что до меня доносятся голоса – Влада и еще кого-то. Неслышно ступая, иду туда. В кухне вижу Влада и спину второго мужчины, сама остаюсь незамеченной.

– Дилетант, Владислав Сергеевич. Быстро раскололся и сдал заказчика.

– Туманов? – Влад вздыхает. – Как он достал.

– Да. Что будем делать?

– Разбираться. Что при стрелявшем нашли?

– Ствол, телефон с левой симкой. В нем всего один номер, который не отследить.

– Успел с Тумановым связаться?

– Где там, – усмехается второй голос, – взяли сразу, даже пикнуть не успел. Он в подсобке думал отсидеться, идиот.

– Идиот, – тянет Влад. – Ладно, пусть сидит. Держи в курсе по расследованию. К следователю когда? Адвокат занимается?

– Да, завтра.

– Девочку не светите. Даже свидетельницей.

Вот значит как… его сразу взяли. В груди бурлит от злости. Повелась на слова Влада, как полная идиотка. Опасно, меня будут искать. Да, конечно…

Ему плевать было, что мне страшно. Хотел трахнуть и не погнушался врать. Мерзавец, скотина!

Сбегаю в спальню, где быстро разыскиваю свое платье и белье. Судорожно натягиваю на себя.

– Инна, – Влад застывает в проходе, – что ты делаешь?

– Ухожу, – с трудом дотягиваюсь до замка на спине и тяну вверх. – И когда ты собирался мне сказать, что стрелявшего поймали?

– Подслушивать нехорошо, – он виновато прикусывает губу.

– Да пошел ты, – зло тычу ему пальцем в грудь, – сволочь.

– Прекрати истерику, – он ловит мое запястье и сжимает. Глаза опасно блестят.

– А то что? – вырываю руку из захвата. – Закопаешь, на счетчик поставишь? Что вы там еще делаете с теми, кто вам должен.

– Инна, не неси херни, – Влад сжимает челюсть. – Давай поговорим нормально.

– Не хочу, – прохожу мимо него из спальни. В прихожей на диване нахожу свою сумочку, которую потеряла в ресторане. Наверное, тот бугай, что разговаривал с Владом, принес. – Надеюсь, наш с тобой взаиморасчёт закончен, – выплевываю ядовито. – Или тебе мало?

– Блядь, ты можешь остановиться и послушать? – он идет следом, сжимая кулак и тихонько ударяя по лбу.

– Не хочу я ничего слушать, – вставляю ноги в туфли, – и знаешь, если тебе, чтобы затащить женщину в постель, требуется ее запугивать и шантажировать, то у тебя конкретные такие проблемы.

– Остынешь, поговорим, – заключает тихо.

Размечтался! Больше он меня не увидит!

Трясущимися руками проворачиваю замок под тяжелым взглядом Влада. Выскакиваю на лестничную клетку, сбегаю по ступеням вниз. Все, чего хочется – добраться домой и забыть случившееся за последние сутки.

Мерзавец! Сволочь! Тварь последняя!

Меня чуть не убили из-за него! А он еще посмел воспользоваться ситуацией и залезть ко мне в трусы.

Мужчины поистине не видят берегов в своих хотелках.

– Инна, я вас отвезу, – у подъезда мне преграждает дорогу тот самый мужчина. Я его по голосу узнала.

– Не надо, я вызову такси, – пытаюсь его обогнуть.

– Нет, Владислав Сергеевич настоял, чтобы я о вас позаботился.

– Чтоб его, – смотрю на насупившегося лба в костюме. – Домой, – поднимаю голову наверх. В окнах Влада не видно, но я все равно показываю ему фак. Сука! Сволочь!

До самого дома так и не успокаиваюсь. Все внутри кипит. Ненавижу предателей и тех, кто мной пользуется.

Чтоб им всем!

Квартира встречает тишиной. Тут все ровно так, как я привыкла. Переодеваюсь, пряча проклятое платье в дальний ящик шкафа. Оно ко мне только неприятности и боль притягивает.

Бывший муж в день развода все нервы вытрепал, чуть не убили вчера. Оно точно проклято. Его только спалить ночью где-нибудь на перекрёстке, а золу закопать на кладбище.

К вечеру немного успокаиваюсь, убеждая себя, что ничего ужасного не произошло. Просто еще один козел в моей жизни. С кем не бывает. К черту все, поеду на отдых, мне терапия океаном и солнцем нужна, чтобы с ума не сойти.

А с Владом решу, если он будет настаивать на возврате долга. Только все через суд, больше никаких встреч.

Глава 05

– Цветы, – торжественно объявляет Маша, выглядывая из-за шикарного букета лилий.

– Выбрось, – даже не спрашиваю, от кого они, утыкаюсь обратно в бумаги и начинаю неистово строчить слезное письмо арендодателю. Мне не до всякой ерунды.

Влад присылает по три букета в день уже две недели – утром и днем на работу, вечером домой.

К утреннему букету прилагается стаканчик с кофе, от запаха которого у меня внутри сладко сжимается. Судя по нотке ванили, это раф. Маша также подтверждает мое подозрение насчет вкуса. Сама я его ни разу не пила, отказываюсь. Далее к кофе всегда прилагается коробочка с пирожными. Или эклерами. Или кусочком торта. Иногда даже ПП. Все из очень дорогой и модной кондитерской на другом конце города.

Я и сладкое не ем. Во-первых, вредно. А во-вторых, ничего от этой сволочи не возьму! Чтоб его с его подарками!

– А суши? – помощница отодвинула букет. Ах да, уже время обеда…

– Тоже выбрось, – мне еще хочется добавить «в пропасть», как в «Кавказской пленнице» с шашлыком было. Кстати, его на обед привозили вчера. Не знаю, насколько был хорош, Маша говорит приличный.

– Без проблем, – развернувшись, Машка ушла обедать моими сушами. Вся ее диета полетела в тартарары. И главное, не Влад виноват в том, что столько калорий ежедневно шлет, а я, потому что их не ем, а ей приходится.

Вариант отдавать еду бомжу, квартирующему под лестницей нашего ТЦ, она отмела как преступный.

Сам Влад тоже появляется. Первую неделю, видимо, чтобы дать остыть, в мою сторону метались букеты, еда и подарки. А вот когда платформа была подготовлена, он начал являться сам.

В своих шикарных костюмах, весь занятой, на крутой тачке.

Первая встреча была крайне напряженной. Мы долго играли в гляделки, я скрежетала зубами и тыкала пальцем на дверь. Влад вербальные и невербальные сигналы игнорил, затем просто сказал: «Извини, был не прав».

А я не извинила. Нет и все! Не дождется. Мое попранное женское достоинство восстало. Он же меня практически принудил, поставил в условия, в которых я и отказать ему не могла. А понравилось или нет потом, так это вообще неважно!

Не дождавшись благосклонности, Влад предложил после работы подвезти меня домой. Отказ принял стойко, с нечитаемой миной. Я думала, отстанет, а он через день опять явился.

Проигнорировал то, что я его игнорирую, развалился у меня на диване. И!!! Устроил из него свой выездной офис. Звонил, занимался документами, раздавал указания через своего Диму.

На мое возражение пожал плечами:

– Это офис. Должен же хоть кто-то тут работать.

И видела я в его глазах где-то на самом донышке ехидство. Наверняка он давно все знает – и почему у меня клиентов теперь нет, и кто в этом виноват.

Я от злости сломала карандаш и запулила им в наглеца.

– Может, тогда и за аренду платить будешь?

– Без проблем, – Влад закурил, тягуче разглядывая мою офисную блузку. Прикусил губу, видя, как я прикусываю свою. – Я за все заплачу, – пошло так, блудливо.

– Вон! – на том разговор и закончился. Но Влад не ушел, опять прогноирил и занялся своими делами.

Вчера пришла бумага из страховой – ко мне у них нет никаких претензий. Мне бы выдохнуть, а я сильнее подобралась. Слишком много связей у моего настойчивого поклонника. И какие из них он решит использовать, если я продолжу упрямиться и не пойду навстречу его желаниям, непонятно.

Отбрасываю от себя ручку, не сработает мое жалостливое письмо. Не даст мне Арсен отсрочку. Ему от меня только одно надо – деньги. И то вперед за три месяца, больше он мне не верит.

Где мне нужную сумму взять, если клиенты разбежались, как тараканы?

Я коуч, помогающий большим командам и отдельным людям распознавать прокрастинацию и бороться с ней. Не пугайтесь только, к инфоцыганам я отношения никакого не имею, все очень серьезно. Мои консультации предупреждают профессиональное выгорание, спасая рабочие места и специалистов. Своей будущей работой я загорелась еще на первом курсе института, даже на обучение очень дорогое за границу скаталась. За пять лет наработала неплохую базу, меня рекомендовали. От меня был толк. Но потом развод все испортил. Точнее не он сам, а моя бывшая свекровь, которая залезла в рабочий ежедневник и позвонила всем моим клиентам с россказнями, что я на самом деле проститутка и со мной связываться нельзя. Как подобная идея в ее голове родилась, для меня до сих пор загадка.

Зинаида Степановна вообще оказалась жуткой стервой, хотя в браке все время казалась идеальной свекровью и поддерживала наши с Мишей отношения. В измене своего сыночка обвинила меня – мол, плохая жена значит, если его потребностей не удовлетворяю. А раз так, то лучше Мишин мелкий проступок забыть, стараться больше и вообще молиться на ее сына, что не бросил такую фригидную из жалости.

Угу, конечно. В чем-то я, безусловно, дура – кредит на машину Миши на себя взяла, деньги ему постоянно давала, верила сказкам, какая я у него красивая, талантливая, самая лучшая, как ему повезло. В ответ любила мужа слепо, отдавалась всегда душой и телом, старалась соответствовать его ожиданиям. Готовила, содержала дом в чистоте, придумывала нам поездки и развлечения, в спортзал ходила. Сбивалась с ног, стараясь быть идеальной. И была! Так что вину за его измену на меня не повесить.

Мишины слова о том, что я своим доходом на него давила, принять не могу. Что значит, он со мной себя мужиком не чувствовал? Пошел бы на вторую работу вместо того, чтобы в танчики играть вечерами. Или на учебу и повышение. Ан нет, нашел способ поднять свою самооценку попроще – любовницу восемнадцатилетнюю.

В постель нашу ее таскал, пока я на работе была. В ту самую, в которую белье я сама выбирала, стирала, гладила! Халат мой шелковый своей простимашке дал надеть после душа и тапочки из Парижа привезенные.

Увидела их во всей красе за тем самым, когда с температурой однажды домой раньше времени приползла. Разревелась, как идиотка, растерялась, но поняла – не прощают такое. Никогда!

Как подтвердила моя подруга-психолог:

– Твой Мишка – кусок трусливого говна, и с этим уже ничего не сделать. Разводись».

Она знает толк в семейной терапии, двадцать пар спасла от расставания в прошлом году.

Ладно, что вспоминать прошлое, если ничего не изменить. Надо как-то двигаться вперед. Может быть, даже рассмотреть вариант перепродажи квартиры и переезда в другой город. Там можно будет начать все сначала и не опасаться, что Зинаида Степановна, Миша или тоже Влад, будь он неладен, как черт из табакерки могут выскочить.

– Я домой, – сдаюсь за два часа до конца рабочего дня. Никто не звонит, в офисе унылая тишина. От Влада ни слуху ни духу, даже не привычно. Только удушливый запах цветов, которые Маша расставила у себя в приемной, похожей на оранжерею, витает в воздухе и вызывает головную боль. И воспоминания, да. Об их хозяине и том, как он трудился над моим телом. Всю ночь, а потом еще и утро.

Да блин! Мне эти воспоминания в голову лезут, потому что она работой не занята! Забудь, Инна. Ты же взрослая женщина! Тебя хорошим сексом не обаять. Хотя «хорошим» – это неправильное слово. Идеальным. Классным. Шикарным. Неповторимым. Незабываемым.

– Хорошо, Иннусь. Если будут звонить – переведу на мобильный.

– Спасибо, – сбегаю из офиса, стараясь не смотреть на сиротливо притаившееся в углу парковки «Пежо». Прости, машинка, на тебя сейчас денег нет. А если вообще начнутся проблемы, прости два раза – уйдешь на запчасти.

Между такси и метро, выбираю второе. Тесно, шумно, долго и плохо пахнет, но намного дешевле… Когда приезжаю домой, рядом с квартирой меня встречает скучающий курьер. У него в руках очередной букет и коробочка. Похоже, сегодня Влада я так и не увижу. Это к лучшему, слишком много его в моей жизни стало.

– Давайте, – смиренно протягиваю руку к планшету и ставлю росчерк. В квартиру вхожу с букетом алых роз под мышкой. Что в тонкой вытянутой коробочке – пока интрига.

Вообще, мне неинтересно. Я даже ее не открою. Пусть пылится в вазочке с ключами.

Так и хожу кругами до позднего вечера. Душ расслабляющий приняла, легким салатом с куриной грудкой перекусила, новости посмотрела. Цветы поставила в вазу. Они не виноваты, что их даритель – Влад. Розы красивые и вкусно пахнут. И да, алые – мои любимые.

Уже в постели долго лежу, рассматривая потолок. И что он там мне решил подарить? В коробочке как будто что-то перекатывалось или даже звенело. Понимаю, что если не удовлетворю любопытство – не усну, поэтому поднимаюсь и по темной квартире бреду в прихожую. Включаю свет, разворачиваю шелестящую алую обертку вместе с бантиком. Браслет.

Тоненький, с рядом мелких камушков и милой застежкой в виде цветочка. Очень красивый. На дне коробочки ручкой размашисто написано: «Самой сладкой». Умеет Влад. Надеваю браслет на запястье, долго рассматриваю. Понимаю, что надо снять и вернуть, но сил моих душевных не хватает. Давно мне никто ничего подобного не дарил.

– Навскидку еще и дорогой, – бурчу себе под нос, – меркантильная ты бабенка, Инна. Ай-яй-яй… И не стыдно тебе. Возьми еще и прости за побрякушку. Отдайся.

Звук дверного звонка разрывает пространство, заставляя меня подпрыгнуть. Резко распахиваю дверь, натыкаясь на Влада. Стоит себе напротив, со спортивной сумкой на плече. Устало улыбается.

– Привет, – произносит хрипло, роняя взгляд на мое запястье, – тебе идет. Рад, что понравился подарок.

– Не понравился, – краснею до корней волос. Примерила, называется, на секундочку. – Я его верну.

– Инна… – Влад несколько раз моргает. В чем дело понимаю, когда смотрю на себя. Отлично, полуголая. В трусах и майке на голое тело. В таком виде только маньякам сексуальным, таким, как Влад, двери и открывать. – Нужно поговорить. Серьезно. – Мужчина поправляет сумку на плече и бочком просачивается ко мне в квартиру. – Ты должна мне помочь.

Глава 06

Влад

– Есть новости? – хлопаю себя по карману пиджака. Там была пачка сигарет, точно помню, но почему-то сейчас я ее не нахожу. – Есть у кого курить?

– Нет, – Матвей сидит напротив в кресле, руки на подлокотниках сложены домиком. На меня словно прокурор смотрит.

– Курить хочу, челюсть сводит, – откидываюсь в мягком кресле, голову роняю на покатую спинку. – Мне кто-нибудь расскажет, что вообще происходит? Чего молчите, а?

В ресторане в меня стреляли, квартиру заминировали и разнесли, в машине подрезали тормоза. Сука, все за последние две недели. Наводка на Туманова оказалась липовой.

– Молот вышел, – мрачно проронил Матвей. Арс в кресле рядом со мной хмыкнул.

– Да ну на хрен! У него еще семера оставалась, – все мое тело словно свинцом наливается. Даже вдохнуть нормально не получается.

Твою же мать! Молот! О нем я думал в последнюю очередь просто потому, что вообще забыл о его существовании. Человек укатил в места не столь отдаленные аж на семнашку. Считай вся жизнь.

Зачем ему был его бизнес на воле тогда. Естественно, я оказался ушлым, быстренько под себя подмял, назначил свою персону гендиром, с несогласным персоналом вопросы проработал. А бывшему владельцу организовал неплохое содержание в тюрьме в качестве комплимента.

Честно собирался по выходу Молотовского из тюрьмы отвалить старичку неплохую сумму в виде пенсии, квартирку подсуетить. Не совсем я скотина.

– Амнистия, брат, – Матвей поднимается из своего кресла. Вынимает из тумбочки пачку тонких сигар и бросает мне на колени. – Кури.

– Как? С какого перепуга? За такое не должны выпускать раньше, – дрожащими пальцами подхватываю пачку. Полиэтиленовая упаковка поддается мне не сразу. Срываю ее вместе с бумажной крышкой, вытаскиваю сигару зубами.

Взрослый мужик, а коленки начинают подрагивать. Молотовский отчаянный и крутой мужик был, к нему никто не совался. Работал он всегда один, сколотил не хилую империю на перепродаже подержанных автомобилей, даже открыл один автосалон с нулевыми тачками. Я был резвый и безголовый, напросился к нему в замы. Дружить всегда лучше с сильными, у них же и учиться. А он возьми и порежь по бухлу какого-то мудака в подпольном казино. За карточный долг. Тот не выжил, откинулся. Молота в каталажку, бизнес без хозяина.

Да кто бы ни воспользовался?

– Раскаялся, вел себя примерно. Плюс сердце слабое, – Матвей поднес к моей сигаре зажигалку и чиркнул. – А по факту нехило бабла отвалил кому надо. Не все его нычки ты нашел, Влад.

– Суу…. – тяну в легкие горький дым. От крепости сигар в глазах темнеет. – Что теперь делать, а? Вы же мне поможете?

Я так-то не трус, вы не думайте. Но все равно … переживаю.

– Нет, – даже не думая, рявкает Арс. – Ты пирогом, который заграбастал себе в одно лицо, ни с кем не поделился. Вот теперь сам и расхлебывай.

– Что он такой злопамятный? – морщусь, сжимая сигарету между пальцами. Тыкаю ею в Арса, поглядывая на Матвея. Есть еще слабый расчет, что двоюродный братишка меня так просто не киданет. – Поможешь сам?

– А я с женой отдыхать улетаю, – мои слова не достигают цели. Зама своего Мот не оправдывает, явно поддерживая. – На остров. Годовщина у нас. Так что не обессудь, не до тебя. Могу только советом помочь, если хочешь.

– А говорят, кровь – не вода, – тру виски пальцами. На Матвея смотрю крайне осуждающе. С ним я тоже не поделился. Да и на хнен, они с Арсом и так отлично поднялись.

– Не в нашем случае, – тот разводит руками, – договаривайся с ним. Отдай все, что просит.

– Какого хрена? Да я за десять лет сделал такое, что Молоту и не снилось. Не отдам!

– Идиот, – Арс зевнул.

– Идиот, но я б тоже не отдал, – Мот пожал плечами и усмехнулся. – Свали куда-нибудь временно, пусть остынет, понюхает свободу, потом попробуй договориться. Сейчас отжать бизнес, как раньше, не получится, тем более у тебя все легально, – он хохотнул. – Кстати, после твоей смерти первым на очереди вообще буду я.

– Сууу….

– Да не нужны мне твои бабки, а Молота тем более. Я жить спокойно хочу. Ты тоже жить хочешь. Молот это понимает, поэтому и попытки такие детские: пугает, загоняет тебя в угол, показывает, кто в городе главный. Хотел бы прикончить – прикончил. Своими бы руками придушил, – Матвей изобразил ладонями сворачивание и отрывание головы. Получилось слишком натурально, меня аж передернуло.

– И долго отсиживаться? – уже представляю, как буду где-нибудь в съемной квартире стены грызть, телевизор смотреть и маяться дурью. Я, который ни дня за последние десять лет в отпуске не был. Даже на отдыхе все время работаю. С девками трахаюсь, а потом еще час или два перед сном работаю. Хз, может, даже во сне работаю, только этого не помню.

– Месяц, может два. Доверенность на Арса временную оформи и сваливай. На одного Диму нельзя все оставлять. Хоть он тебе и друг, а отец его с Молотом с малых лет дружил.

– Дружил, но я Диме верю, как самому себе!

– Матвей, на хрен меня подставлять? Мне еще за тебя как-то справляться, пока ты на солнышке с Инессой жариться будешь.

– Тут пусть Света посидит, – Мот на свое кресло кивает. – Я в ней как-то больше уверен.

– Ну ты и друг, – Арс глаза прикрыл. Обидно, бедному, что жену его ценят больше, оказывается.

– Что друг, что брат, да… – довольный гад потер руки. – Влад, могу документы сделать левые, но по ним только по России. За границу выехать не сможешь.

– Такие я и сам себе сделать могу, – прохаживаюсь до большого панорамного окна в офисе Матвея. Можно и не прятаться, конечно. Но я как слепой котенок сейчас, а Молот запустил свои когти везде. Он покушениями четко показал, что может подобраться вплотную. Мне в ответ тоже надо все разузнать – где Молот тепеть, откуда помощь берет и бабки, на что рассчитывает. Не на весь же бизнес, в самом деле. Прав Мот, надо договориться. Я на мокруху не пойду, отсижусь. Место есть не засвеченное: сладкая Инна – идеальный вариант, вовремя подвернулась. Вотрусь к ней в доверие, обаяю, надавлю на женскую жалость. Чем торчать непонятно где, лучше в хороших условиях и с шикарной девочкой под боком. Тем более зацепила она меня так, что в штанах крутит, стоит только вспомнить.

В ресторане ее не засветили, стрелявший идиот не видел, с кем я. Потом я к Инне ездил только два раза и оба по делам рядом. В том ТЦ на первом этаже у меня еще один салон открыться должен.

Да, был не прав немного. Но я же извинился! Цветы, подарки. Плюс буду радовать девочку ночами, ей после развода очень полезно, чтоб злая не была.

– Помнишь ту схему с бомжом? – оборачиваюсь к Моту. – Поджог в квартире был? Был. Найдите там типа меня, в моргах неизвестные жмурики есть всегда. Молот отвлечется, будет проверять. На Диму и Арса выйдет, на тебя. А я на него.

– Тупая, как рельса, схема, – двоюродный брат отправился к мини-бару. – Поэтому может и сработать, кстати. Телефон возьми левый, банковскими картами не свети. В Москве останешься?

– Да, – киваю, забирая у него из рук стакан с виски, – у одной малышки зависну.

– Надеюсь, она тебе никто, иначе было бы жалко.

– Никто, – жадно осушаю стакан. Пальцы нервно вжимаются в стекло.

– Отлично тогда. Молотовский умным был. До всего. А что с ним стало сейчас, неизвестно. Я бы был очень и очень осторожен, Влад. Ты у него все отобрал, бросал крохи. Я б тебя за такое пришил.

– А брат еще, называется.

– Говорю, как есть, – Матвей склонил голову набок.

До вечера тихо подчищаю дела, оформляю Арса задним числом. Будут вместе с Димой работать, пока я не вернусь. Все вещи в квартире сгорели, так что покупаю по минимуму, пользуясь картой, специально предназначенной для таких случаев. Сумма там неплохая, но на широкую ногу жить не получится.

Ближе к двенадцати приезжаю к Инне. Главное сейчас – это эффект неожиданности. Плюс моя фирменная наглость и женская сердобольность, которая у Инки обязательно должна иметься.

– Привет, – сразу хрипну, стоит увидеть малышку на пороге. Миниатюрные трусики на стройных ногах, полупрозрачная маечка с проступающими сосками, растрепанные темные волосы. Взгляд цепляется за браслет, который я ей прислал с курьером. Надела. Отлично, Инна, ты почти на крючке. – Тебе идет. Рад, что понравился.

– Не понравился, я его верну, – краснеет, накрывая украшение ладонью. В глазах смятенье. Естественно, так поздно она меня увидеть не ожидала.

– Инна, – выдыхаю шумно, – нужно поговорить. Серьезно, – решительно шагаю вглубь квартиры мимо нее. – Ты должна мне помочь.

– Что? – она остается у двери. – Даже не собираюсь. Это новый подкат какой-то?

– Нет, – роняю сумку на пол. Иду сам закрывать дверь, чтобы любопытные соседи не услышали наш разговор. Упирающуюся ногами в пол Инку, двигаю в гостиную.

От нее так вкусно пахнет, что прямо сейчас можно в постель. Только она не согласится, все еще злится на меня.

– В чем дело? Ты вообще можешь объяснить? – Сбрасывает со своих бедер мои наглые ладони.

– Инн, – смотрю прямо в глаза, долго и проникновенно. Нежно касаюсь ее пальчиков своими, устало качаю головой. – Скажу тебе все, как есть. На мою жизнь снова покушались.

– О боже, – она прикрывает ладонью рот, – но стрелявшего поймали.

– Всего лишь мелкая сошка. Мне нужно спрятаться. Временно. И ты мой единственный вариант. Только тебе я могу сейчас довериться.

– Как это? – она хлопает глазками. – У тебя же должна быть какая-то служба безопасности, в полицию можно обратиться.

– Нет, никому доверять не могу, – поднимаю ладонь и провожу ею по нежной щечке. – Инн, жутко устал, до смерти. Давай обсудим все утром.

– Утром? – она растерянно озирается по сторонам.

– Мне некуда идти, совсем.

– А?

– Меня ищут.

– Но!

– Я вел себя, как сволочь, знаю, – прижимаюсь своим лбом к ее, – прости. И помоги, – не отрываю своих глаз от ее. В них тревога. – Сейчас ночь, ты же меня не выгонишь на улицу?

– Эм… только до утра, – шепчет нерешительно. – Влад, я не хочу участвовать в подобных вещах. А если меня найдут, если…

– Для тебя это полностью безопасно. Я бы не пришел, если бы знал, что мое присутствие поставит тебя под угрозу.

– Влад, я…

– Дай мне шанс и поверь хотя бы один раз. Инн… – прижимаюсь к ней вплотную. Божественное тело с мягкой грудью впечатывается в меня. Давай, Инн, впечатляйся, сдавайся моей харизме, жалей. А я взамен тоже в долгу не останусь.