Александра Белогубова
Море, мальчик, крокодил

Глава I

В узком проходе вагона, крепко сжимая ручки чемоданов, выстроились пассажиры. Всем хотелось побыстрее выпорхнуть наружу, глубоко вздохнуть и набрать полные легкие свежего воздуха, увидеть новые лица ─ а не вот эти, которые за двое суток уже приелись как лапша быстрого приготовления.

Среди обвешанных сумками отпускников особым нетерпением отличался худощавый мальчик в желтой панамке. Он кряхтел так, что его слышали и в начале, и в конце очереди. Он подпихивал рюкзаком впереди стоящего папу, как будто это именно папа создал затор и из-за него потные отдыхающие все еще в вагоне, а не там, где должны быть все отдыхающие: с коктейлем на шезлонге.

─ Родион, прояви терпение, ─ сказал папа, который устал сдерживать натиск сына.

─ Не могу! Скорей бы на свежий воздух. Здесь дышать нечем! ─ запричитал Родион.

Вдруг очередь зашевелилась, и бледнокожие пассажиры, цепляясь пухлыми чемоданами за стены вагона, засеменили к выходу.

Мальчик в желтой панамке выскочил на перрон. Лицо обдало жаром ─ к полудню воздух уже успел нагреться. В носу стало сухо, как будто в ноздри подули из включенного на всю мощность фена. Солнце лезло под панамку и слепило глаза ─ мальчик зажмурился.

─ Смотри, куда идешь! ─ Родя получил удар в плечо. Он приоткрыл глаза и увидел двойняшек из первого купе ─ брата и сестру. Они, прижавшись спинами, крутили рыжими головами и вычисляли в толпе потенциальных грабителей. Рядом с ними возвышалась груда чемоданов. Родион помнил этих веснушчатых подростков: когда в дороге стало особенно скучно, а время игры на телефоне вышло, то папа отправил его прогуляться по вагону ─ вдруг с кем-то познакомится. Родион попытался заговорить с конопатыми, но они только дверь купе перед его носом захлопнули.

─ А сами-то! ─ воскликнул Родион. ─ Типа самые умные?

Девочка скривилась и показала язык, а мальчик ─ кулак.

─ Пока вы со своими чемоданами разберетесь, я уже в море накупаюсь!

─ Это мы еще посмотрим! ─ Девочка собрала губы куриной попкой.

─ Буду первым на пляже!

─ Лучшее место на пляже будет за нами! ─ Ее брат сложил руки на груди.

Родя хотел добавить какую-нибудь гадость, но сразу на ум ничего не пришло. Положение спас папа ─ он позвал Родиона к скамейке, на которую сгрузил рюкзаки.

Да и особо спорить с этими рыжими не хотелось ─ очень надо. Поскорей бы к морю! Выпить освежающий коктейль: а когда сироп закончится, набить рот ледяными кубиками и перекатывать их языком, пока не растают. Бросить надувного крокодила на волны и плескаться, пока в животе не заурчит от голода. А когда заурчит, то впиться зубами в сочную, обильно посыпанную солью горячую кукурузу.

─ Я точно раньше вас доберусь до моря, рыжие! И переплыву его вдоль и поперек! ─ Родион не удержался и крикнул близнецам с безопасного расстояния. Но они его не слушали. Брат и сестра, забыв про чемоданы, во все глаза смотрели на своего папу. Лысоватый мужчина в длинных шортах и натянутых до икр носках спорил с таксистом:

─ Но это дорого! Здесь ехать ─ пять минут.

Таксист цокал языком:

─ Нужен минивэн, дорогой!

─ Мне не нужен дорогой! ─ упирался глава семейства. ─ Что есть подешевле? Чемоданы влезут в салон, дети между. Они худенькие!

Папа ладонями прижал сына и дочь, наглядно демонстрируя, как мало места они займут.

─ Дорогой, дети ─ самое ценное в нашей жизни. Хоть твои дети не мои дети, ─ таксист посмотрел на двойняшек, которые исподлобья наблюдали за неуступчивым водителем, ─ что, между прочим, очень хорошо, я не буду рисковать их здоровьем. Только минивэн с бустером для каждого ребенка, дорогой.

Мужчина презрительно фыркнул. Он перекинул объемную сумку через плечо и в каждую руку взял по чемодану. Из вагона вышла рыжеволосая женщина и поставила перед ним еще клетчатую сумку:

─ Про эту совсем забыли! Я же говорила пересчитать!

Таксист прокрутил на пальце брелок с ключами:

─ А барышню ты на крышу хотел посадить, дорогой?

Родион подумал, что мама двойняшек смотрелась бы забавно на крыше автомобиля среди перевязанных веревкой сумок и чемоданов. Он как-то видел картинку в интернете: в какой-то далекой стране на крыше легковой машины перевозили альпак. Если можно альпак, почему нельзя чью-то маму?

─ Тетя Люда так и не приехала встречать и почему-то не отвечает, ─ папа отвлек внимание Родиона от семьи рыжеволосых. Он еще раз прижал телефон к уху, но гудки остались без ответа. ─ Давай не будем ждать. На месте разберемся.

Папа рассказывал, что тетя Люда, сестра бабушки, приезжала к ним в гости, в Петербург, после рождения Родиона. При упоминании тети Люды мама только тяжело вздыхала, не комментируя причины, по которым разладились отношения. Но папа относился к тете Люде с большой теплотой: в детстве он подолгу гостил у нее, когда его мама и папа решали свои карьерные вопросы. Папа иногда ездил к тете Люде на несколько дней, но всегда один. Он впервые привез Родиона в южный город Приморск.

Родион последний раз глянул на двойняшек: они уже надели рюкзаки и держали маленькие чемоданы.

─ Там ─ кастрюля, ─ рыжая мама объясняла папе в длинных носках, что лежит в клетчатой сумке. ─ Я не знаю, какие в гостевом доме кастрюли. Прошлый раз была с дыркой. Зато ты выбрал номер подешевле!

─ Эх, дорогой! ─ таксист все еще стоял рядом с семейством и неободрительно притопывал ногой.

─ А здесь ─ постельное белье! Потому что прошлый раз оно было серым и вонючим!

─ Белье было нормальным! Не белоснежным, но нормальным! ─ защищался мужчина.

Родя хотел посмотреть, чем все закончится: поедет ли эта семья, как кучерявые альпаки на крыше автомобиля. Но папа дернул за панамку, дав знак, что пора двигаться.

─ Море, я мчу к тебе! ─ воскликнул мальчик и исполнил свой победоносный танец: взмах руками влево (одна рука должна быть вытянута, а другая ─ согнута в локте), потом ─ так же вправо, качнул бедрами из стороны в сторону и в прыжке сделал поворот.

─ Идем! ─ поторопил танцора папа.

Родион подхватил свой увесистый рюкзак и побежал за папой, который удалялся от него по опустевшему перрону. Поезд все еще стоял на пути, но двери вагонов были закрыты. В окнах кое-где мелькали проводники, которые пересчитывали подушки и одеяла. Снаружи редкие пассажиры тащили чемоданы, и они громыхали колесиками о потрескавшийся асфальт. В тени дебаркадера, то есть навеса над перроном, в ожидании следующего состава с отпускниками зевали таксисты и грузчики. Продавщица мороженого хлопнула крышкой холодильника, достала табличку с надписью «перерыв» и ушла в прохладный зал ожидания. Вокзал провинциального южного города Приморска впал в полудрему.

─ Очень хочется пить, ─ Родион задержался у автомата, внутри которого рядами лежали алюминиевые баночки с газировкой.

─ Возьми воду из бокового кармана, ─ сказал папа. Он достал телефон и что-то рассматривал на экране.

─ Но она уже нагрелась!

─ Зато горло не заболит. Самое опасное для северного человека на юге ─ это в первый день напиться ледяной воды, а потом весь отпуск пролежать с ангиной.

─ Я помню, ─ настроение Родиона упало, как температура в первые заморозки. ─ И еще обязательно тщательно мыть руки перед едой. Мама об этом сказала раз сто. Антисептик у меня в каждом кармане. Я даже запомнил, что «ротавирус» пишется через «а». Хотя зачем мне это знание?

─ Знаний мало не бывает, ─ буркнул папа. ─ Вот приложение не показывает расписание общественного транспорта. И сразу незнание: пешком идти или ждать.

─ Может, на такси?

─ Тут две остановки. ─ По взгляду папы Родион понял, что такси не будет.

─ Мы договаривались, что поживем эту неделю аборигенами. Сомневаюсь, что местные ездят на такси две остановки. Я уверен, что они ходят пешком.

─ Потому что ты ходил.

─ Да, я ходил.

─ В детстве.

─ Да, в детстве, ─ папа качнулся с пятки на носок.

─ Я знаю, что в доисторические времена все ходили пешком. У динозавров не было такси…

─ Но я не настолько старый. Я совсем не старый. Я не динозавр, ─ перебил мальчика папа.

─ Тогда на такси!

Папа тяжело вздохнул. Родион расценил этот вздох как согласие. Но для полной победы ему не хватало одного:

─ Но сначала ─ газировку! Пока ты вызываешь такси, я успею купить.

─ Нет! Пешком и вода из сумки, ─ опомнился папа.

Но Родион успел нажать кнопку, которая отвечала за оранжевую баночку.

─ Я не дам тебе денег! ─ Родион знал, что папа бывает упрям без причины. Вот как упрется в свое «нет» и не свернуть, хоть до потолка подпрыгни, хоть пол пробей, хоть обрыдайся.

─ А мама мне на карманные расходы выдала!

Никогда еще Родион не запихивал купюру в автомат с таким удовольствием. Внутри холодильника зажужжало, мальчик опустился на корточки ─ в отверстие выкатилась баночка газировки. Он подставил ладошку ─ и на нее звонко высыпались монеты.

Мальчик прижал прохладную оранжевую баночку ко лбу и замер от блаженства. Он специально подольше постоял с закрытыми глазами, чтобы растянуть удовольствие от независимости. Хорошо, что мама дала денег. Только надо аккуратно тратить, помнил наставление мамы мальчик, ─ не растранжирить все в первый день.

Петелька щелкнула, газировка зашипела, и в нос ударил цитрусовый запах. Родион сделал большой глоток ─ такой, что закашлялся. Папа похлопал его по спине:

─ Вот и отлично. Все свои хотелки оплачиваешь сам.

─ Ну нет! ─ Роди скуксился. Он протянул папе газировку. ─ Взбодрись и задобрись.

Папа не стал спорить, а тоже сделал глоток.

Они вышли на пустую привокзальную площадь. Вдалеке медленно полз, цепляясь рогами за провода, троллейбус.

─ Это наш! ─ Папа хлопнул Родиона по рюкзаку. ─ Погнали на остановку!

Роде совсем не хотелось бежать. Солнце распалилось еще сильнее: ни легкого ветерка, ни тени. На такой жаре только под зонтом на пляже лежать.

Двери за Родионом широко распахнулись, и семья рыжеволосых вместе со своими чемоданами вывалилась на ступени.

─ Троллейбус! ─ крикнул глава семейства в длинных носках. ─ Успеем!

Родион помнил свои слова, что он искупается в море раньше этих неприветливых брата и сестры. Он хмыкнул и побежал через ступеньку, чтобы заскочить первым в троллейбус и махать им из окна, когда двери закроются перед их носом.

Ноги мальчика перепрыгнули первую, вторую, третью ступеньки, а потом что-то случилось: то ли нога подвернулась, то ли поскользнулась. Но Родион кубарем полетел вниз. В правую руку как будто ударило током, она огнем запекла изнутри. Мальчик завалился на бок и застонал. К нему подбежал папа, он посадил сына и попытался осмотреть руку. От боли Родион застонал: провалиться бы куда-нибудь, чтобы ни этого троллейбуса, ни ступенек.

Папа вызвал такси до травмпункта. Последнее, что видел Родион, прежде, чем машина отъехала от вокзала, ─ как рыжеволосое семейство садилась в троллейбус. В Приморске они ходили каждые десять минут.

Глава II

В длинном коридоре детского травмпункта еле слышно гудел вентилятор. Это единственный звук, который улавливали немного оттопыренные уши Родиона. Ни орущих детей, ни суетящихся родителей, ни строгих врачей, прикрикивающих на особо активных пациентов. Даже полы никто не протирал.

─ Где-то должна быть регистратура, ─ наморщил лоб папа.

─ Может, пойдем отсюда, ─ хныкнул Родя.

─ Уже не болит?

─ Болит, ─ скривил перевернутой скобкой губы мальчик.

─ Тогда нужен врач.

─ Мне кажется, что уже меньше болит. Практически не болит.

Родион врачей не любил. Он считал, что врачи ─ самые главные обманщики на свете. Сначала говорят, что будет не больно, а потом ставят укол. И укол у них, как укус комарика. А Родиона однажды комар укусил в нос ─ и на носу раздулась целая фасолина, которая страшно чесалась. Малярийных комаров, кстати, никто не отменял. Поэтому врачам стоило бы пересмотреть сравнение укола с укусом комарика.

─ Все равно надо показать.

Папа постучал в первую дверь и дернул ручку. Дверь поддалась ─ папина голова исчезла в кабинете.

─ Какая неожиданная встреча! Ну здравствуй, ─ Родя услышал незнакомый женский голос.

─ Здравствуйте, ─ папа ответил не сразу. И Роде совсем не понравился папин тон: какой-то неуверенный и тихий. Родион попытался пролезть в щель между папой и наличником, но только задел больную руку.

Папа не двигался ни вперед, ни назад. А рука болела, и та боль добралась уже до самого лба и стучала там барабанами. Вот была бы рядом мама, она бы уже давно и таблетку дала, и что-нибудь сделала, чтобы легче стало. Родион очень разозлился на папину спину, которая так и преграждала ему весь обзор.

─ Пап!

Он стукнул кулаком папу в поясницу. Папа вздрогнул и обернулся, Родя воспользовался заминкой и заглянул в кабинет. За столом сидела женщина в белом халате, она смотрела на мальчика и папу поверх очков. Родион знал этот взгляд: так смотрит директор его школы, когда встречает по утрам учеников у турникета. И если школьник не принес сменную обувь, то этим взглядом директор одновременно испепеляет и пригвождает нерадивого ученика, а потом говорит: «Хорошо, что голову не забыл». По мнению Родиона, прийти без головы ─ действительно лучше, чем без сменки. По крайней мере нечем будет смотреть на директора. И ушей нет ─ не надо слушать нудные уроки. Одни преимущества! Без рта, конечно, не съесть булочку, но ее можно отнести в кармане домой. А там ─ прикрутить голову к шее и съесть сахарную трубочку или пирожное «Сластена» до того, как погреется суп.

─ Сын? ─ Врач не сводила глаз с Родиона.

Папа ничего не ответил. Роде показалось, что папа немного побледнел. Мальчик удивился такой реакции: не папе же сейчас будут делать уколы.

─ Значит, сын, ─ врач постучала шариковой ручкой о стол. ─ И что у вас случилось?

─ Упал. ─ Родион подошел к столу. ─ Мы побежали за троллейбусом. И я упал. Хотя мама говорила папе, что надо быть аккуратным: не кормить меня чем попало, не отпускать одного плавать и…

─ Значит, женат, ─ врач снова посмотрела поверх очков на папу. Родиону хотелось еще добавить несколько запретов, которые озвучила мама перед поездкой, но доктор встала и спрятала руки в карманы белого халата. ─ На рентген.

─ А уколы будут? ─ Родион задал вопрос, который волновал его сейчас больше всего.

─ Будут.

Врач вышла из кабинета. Папа взял Родиона за здоровую руку и вывел в коридор.

В рентген-кабинет врач папу не пустила, что Родиону не очень понравилось. Но доктор была так сурова своей немногословностью, что Родион понял: лучше не спорить.

Врач подвела мальчика к рентген-аппарату, уложила его руку и нажала несколько кнопок. Она задержала взгляд на Роде, внимательно рассматривая его лицо. Родион засопел. Он почувствовал, как уши стали горячими.

─ Можешь идти. ─ Доктор громыхнула стулом.

Родион вышел в коридор. Папа подпирал стену и постукивал ногой. Врач подошла к кабинету с табличкой «Процедурная» и кинула через плечо:

─ Перелом.

Папа подскочил и растеряно посмотрел на Родю.

─ Заходи! ─ крикнула врач.

В центре кабинета стояла кушетка, накрытая белой простыней, а на ней ─ лоток с белой смесью и моток бинта. Врач поднесла ко рту резиновую перчатку и дунула в нее. Печатка оттопырилась пятью пальцами. В другой ситуации это развеселило бы Родиона, но сейчас он еле сдерживал слезы.

С гипсом рука стала невозможно тяжелой. Бинт, который поддерживал гипс, впился в шею. Родион уткнулся носом в папин живот.

─ Надолго гипс? ─ спросил папа.

─ Недели на три, ─ ответила доктор. Она оторвалась от бланков, которые заполняла. ─ А вы на сколько приехали?

─ На пять дней.

─ Ясно, ─ врач опустила глаза. ─ Может, и на четыре недели.

─ А вы не знаете, есть ли в частной клинике или в другой травме такой гипс, с которым можно плавать в море?

─ Куда уж Приморску до Питера: в наших краях такого не бывает. За такими диковинками из Приморска и уезжают, ─ она громко щелкнула печатью. ─ Уезжают и не возвращаются.

─ Понятно, ─ папа встал. ─ Спасибо.

Родион и папа уже были в дверях, когда доктор крикнула им вслед:

─ А у меня внуков так и не нет!

Папа ничего не ответил. Он только погладил Родиона по голове, и они вышли из детского травмпункта.

─ Давай позвоним маме, ─ предложил Родион.

─ Попозже, ладно? ─ Папа закинул рюкзак на спину. ─ Сначала доберемся до тети Люды.

Родион посмотрел на гипс, из которого торчали перепачканные белым раствором пальцы. Только сейчас он понял, что повязку ему снимут в Петербурге. А это значит, что весь отпуск он будет загипсованным. И как быть? Он приехал в Приморск, чтобы накупаться в море. Но с гипсом нельзя в воду. Вся поездка ─ насмарку. Это худшее, что могло с ним приключиться!

До дома тети Люды они добрались на такси. В этот раз папа не предлагал пробежаться за автобусом или троллейбусом.

На скамейке у серой пятиэтажки сидела маленькая женщина в сиреневом сарафане. Заметив такси, она подскочила.

─ Митечка, ─ замахала рукой женщина. ─ Наконец-то! Утонул! Он утонул!

Женщина плюхнулась на скамейку. Она прижала руку со стороны сердца и закатила глаза. Папа выскочил из машины, не расплатившись с водителем. Таксист, который тоже видел женщину, вышел следом. Здоровой рукой Родион попробовал открыть дверь, но она не поддалась.

─ Меня забыли! ─ крикнул он через открытое окно со стороны водителя.

Но мужчины стояли у дамы в сиреневом сарафане: папа откручивал крышку с бутылки, водитель проверял пульс на руке.

Родион перелез через сидение, хоть с гипсом это было сложно сделать: тяжелая рука за все цеплялась. Он подошел к скамейке в тот момент, когда папа спросил у женщины:

─ Кто утонул?

─ Телефон, ─ простонала она. ─ Случайно постирала.

Водитель отпустил руку женщины и сплюнул. Папа достал бумажник из кармана и отсчитал несколько купюр:

─ Спасибо, что проявили участие, ─ протянул он деньги водителю.

Таксист буркнул:

─ На здоровье.

─ Подождите! ─ папа кинулся к машине, ─ там ребенок и вещи!

Но Родион уже стоял на тротуаре, рядом с ним на земле валялись рюкзаки. Водитель хлопнул дверцей, зазвучала песня из магнитолы, и, газанув, машина вылетела со двора.

─ Кто это у нас такой хорошенький? ─ Женщина в сиреневом сарафане подошла к Родиону. Она широко улыбалась, и по ее виду никто бы не сказал, что буквально минуту назад ей было плохо с сердцем.

─ Это Родион, ─ папа приобнял сына за плечи.

─ Какой большой! ─ удивилась женщина. ─ Не могу понять, похож на тебя или нет.

─ У меня папино чувство юмора. И еще я умный, как папа. А красотой ─ в маму, ─ Родиону стало обидно, что женщина не заметила их родство.

─ Конечно, конечно! ─ женщина всплеснула руками. ─ Это замечательно, что ты мозгами в папу. Было бы хуже, если бы наоборот. Мне кажется, что нос у тебя от папы. И форма подбородка ─ тоже.

─ Тетя Люда, так что у вас случилось? ─ Папа поднял рюкзаки.

─ Случайно телефон постирала! Пока сообразила, что к чему ─ на вокзал опоздала. Приехала, а вас нет. А где вы были?

Она внимательно посмотрела на папу и Родю.

─ В травме, ─ папа ткнул пальцем в гипс. ─ Вот такая неприятность приключилась на вокзале.

─ Ах ты, бедный мальчик! ─ Тетя Люда в переживаниях закачалась как неваляшка. ─ Как же так? Ой-ой-ой!

Родион загрустил с новой силой: шмыгнул носом и шаркнул сандалией, взбив пыль.

─ Пойдемте скорее домой, ─ засуетилась тетя Люда, ─ отдохнете с дороги. Я вареников с вишней налепила. Настоящая вишня, в наших садах выращенная. А не ваша ─ привозная. Родик, ты любишь вареники с вишней?

Родион утвердительно кивнул, хотя на самом деле он не был до конца уверен, любит ли вареники с вишней. Как и до конца он не понимал, нравится ли ему, что тятя Люда назвала его Родиком. Так его еще никто не называл. Обычно: Родион, если официально или набедокурил, еще Родя ─ это ласково. А вот Родиком ─ никогда. Но и обстановка в целом была непривычная: казалось бы, солнце везде одно, но здесь, в Приморске, оно светило ярче и грело жарче; деревьев было много, но листва не такая сочная, как в Петербурге. А главное ─ воздух. Иногда, при еле заметном дуновении ветерка пробивался запах йода, ─ но не такой сильный, как тот раз, когда мама мазала ссадину на коленке, ─ и соли, если ее много насыпать в теплую воду, чтобы потом полоскать больное горло. Точно был еще один ингредиент, определить который Родион не смог. Что-то очень знакомое, то, что Родион точно знал и уже встречал. Но в тот момент, когда Родя подходил к двери подъезда тети Люды, эта важная нотка аромата была слишком легкой, чтобы Родя уверенно назвал ее и не ошибся.

─ А после вареников к морю? ─ спросил Родион.

─ Там видно будет, ─ ответила тетя Люда и приложила брелок к замку домофона. ─ Митя, тебе надо будет стиральную машину посмотреть ─ что-то гремит ─ и кран на кухне.

Глава III

Тетя Люда доставала из шкафа большую кастрюлю, когда на кухню заглянул Родион.

─ Сначала в душ! ─ скомандовала тетя Люда. ─ Смыть с себя дорожную пыль!

Она стукнула кастрюлей о конфорку и щелкнула зажигалкой с длинным носиком. Родион подумал, что попозже надо будет обязательно испытать эту штуковину, а, может, даже и разобрать, чтобы проверить внутренний механизм.

─ Увижу у плиты ─ уши откручу, ─ грозно сказала тетя Люда. Родион тяжело вздохнул: почему взрослые так легко читают его мысли и разгадывают его замыслы? ─ Пойдем ─ выдам полотенца.

Тетя Люда вышла из кухни, на ходу завязывая фартук вокруг талии. Зажигалка так и манила щелкнуть хоть один раз. Родион прислушался к разговору взрослых, задержал дыхание, протянул левую руку и надавил на курок. Раздался щелчок ─ Родион замер.

─ Родик, ты что там делаешь? ─ крикнула тетя Люда.

─ Ничего, ─ Родион отпустил зажигалку. ─ В окно смотрю!

И для достоверности Родя подскочил к окну. На металлической карусели сидели дети: мальчик и девочка.

─ Будет тебе компания, ─ к Родиону подошел папа. ─ Вдруг захочешь погулять.

─ Но я не хочу гулять! ─ возразил мальчик. ─ Я приехал на море! Надо что-то с этим придумать.

Родя сунул под нос папе загипсованную руку. Папа почесал затылок и наморщил лоб.

─ Давай для начала попробуем пакет намотать. И как раз протестируем на промокаемость в душе, пока будешь мыться.

Родя кинул одежду на пол ванной комнаты. Под предлогом отрегулировать воду к нему зашел папа. Он из-под футболки достал пакет и скотч.

Папа разрезал пакет из магазина и закрутил вокруг гипса, а сверху не пожадничал липкой ленты. Теперь рука напоминала бандероль ─ не хватало только этикетки с именем получателя.

─ Сначала тебя помоем, а потом попробуем намочить руку, ─ сказал папа.

Родиону эта затея не очень понравилась: под гипсом кожа и так чесалась, а сейчас стало еще и жарко. Он запыхтел, но полез в ванну.

─ Так-так, ─ приговаривал папа, намыливая сыну голову. ─ А теперь тщательно промоем уши!

Папа с таким рвением натирал уши сына, что Родион завопил:

─ Ну хватит!

─ Ничего, ничего! ─ поддержал его папа. ─ Зато тете Люде будет нечего отрывать, когда ты снова к зажигалке потянешься.

─ Интересно же! ─ Родя хотел еще добавить, что нельзя ограничивать детей в познании мира, но папа полил на него из душа. Мальчик крепко зажмурился и плотно сжал губы, чтобы мыло не попало в рот.

─ А теперь опробуем конструкцию! ─ Папа протер лицо Роди полотенцем круговыми движениями, как будто протирал забрызганное зубной пастой зеркало. ─ Подставляй!

Родион сунул замотанную в полиэтилен руку под душ и помотал ею из стороны в сторону, как будто плыл.

─ Так не пойдет, ─ остался недоволен папа. ─ Нужен тазик!

Он снял со стены пластмассовый тазик и наполнил его водой. Родион терпеливо ждал, пока папа подготовил плацдарм для исследования. И хотя рука невыносимо чесалась под гипсом и вспотела, ради эксперимента он был готов потерпеть.

─ Вот так лучше! ─ Папа еще сыпанул в тазик мелких кристаллов из банки, на которой было написано «Морская соль для ванны». ─ Условия максимально приближены к реальным. Опускай!

Родя показал «класс» здоровой рукой и погрузил замотанный в полиэтилен гипс в воду.

─ Засекаю три минуты ─ и вытаскиваем, ─ папа выставил таймер. ─ Посмотрим, как поведет себя гипс. Потом еще подержишь, если все пройдет хорошо.

Но довести исследование до конца им не удалось: дверь широко раскрылась и в проеме встала тетя Люда.

─ Мальчики, вареники… ─ она не договорила. ─ Это что такое?

Брови тети Люды подпрыгнули до самого лба, и, если бы не волосы, улетели до потолка.

─ Митя! Но ты-то взрослый человек! ─ воскликнула тетя Люда и отвесила папе подзатыльник. Папа вжал голову в плечи и испуганно посмотрел на тетю Люду. Родион никогда не видел, чтобы папе кто-то отвешивал подзатыльник. Кто-то, кто едва дотягивается до папиного плеча.

Папа, не проронив ни слова, перекрыл воду и протянул Родиону полотенце.

─ Выходи отсюда! ─ скомандовала тетя Люда. Родион занес ногу над ванной, чтобы вылезти. ─ Да не ты! Стой, Родик, спокойно. Мой хороший мальчик! Сейчас ты очень похож на отца в детстве: такой же щекастенький.

Тетя Люда замотала Родиона полотенцем, выглянула в коридор и вернулась с большими ножницами. Она распорола «бандероль» на руке Родиона и осмотрела гипс.

─ Ты решил ребенка без руки оставить? ─ крикнула тетя Люда в приоткрытую дверь. ─ Калекой его сделать? Криворуким?

Родион шмыгнул носом. Ему и папу было жалко, что на него так ругалась тетя Люда, но и себя: папа подверг его такой опасности. И, вообще, все из-за папы! Если бы он не сказал бежать за троллейбусом, то Родион бы не упал и не сломал руку. И вместо гипса было бы море, о котором он так мечтал и к которому так спешил.

─ Папа плохой! ─ Слезы полились из глаз Роди сами по себе. ─ Это он во всем виноват!

Мальчик махнул правой рукой: но вместо того, чтобы вытереть слезы со щек, он ударил себя по носу гипсом.

─ Плохой! ─ повторил с надрывом Родя. ─ Я ведь просил его вызвать такси, а он…

Тетя Люда укутала Родиона в мягкое полотенце и вытерла слезы, которые ручейками бежали по щекам, затекали в рот и капали с подбородка. В этот раз слезы были особенно солеными.

─ Ну не плачь, не плачь, мой внучок, ─ приговаривала тетя Люда. ─ В жизни разное случается. За плохим обязательно произойдет что-то хорошее. Море никуда не денется. Море было до нас и будет после нас. Ты еще миллион раз успеешь искупаться в море. Счастье не в море…

─ А в чем?

─ Счастье, оно … ─ тетя Люда задумалась.

─ В варениках, ─ подсказал папа из-за двери, ─ с вишней.

Судя по его голосу, он точно жевал вареник. И, возможно, не один, а целых два.

На тарелке перед Родионом лежали шесть вареников. Они были в форме полумесяца с ажурным краем. Мальчик ткнул вареник вилкой, и из него брызнул красный сок ─ несколько капель попали на голубую скатерть. Родион передвинул сахарницу на самое крупное пятно – на всякий случай, чтобы взрослые не заметили и не ругали. Но взрослые ничего и не видели: папа, посмотрев на тетю Люду, которая крутилась у плиты и варила новую порцию вареников, облизнул тарелку языком. Он подмигнул сыну: не пропадать же вишневому соку, перемешанному со сметаной и сахаром, за зря?

Родя сметану не любил, но тетя Люда так близко поставила к его тарелке банку с торчащей из нее ложкой, что он засомневался, можно ли отказаться. Сметана выглядела очень подозрительно: магазинная легко выливалась из упаковки, а эта ─ напоминала жидкость Ньютона, только что белого цвета.

─ Бери сметанку, ─ сказала тетя Люда. ─ Или не любишь?

Родя поморщился, подтверждая подозрения тети Люды.

─ Тогда просто сахаром посыпай. Сейчас покажу как, ─ и тетя Люда схватилась за сахарницу до того, как Родя успел что-то сказать. Тетя Люда, заметив вишневое пятно, громко вздохнула и посмотрела на папу, у которого за каждой щекой было по варенику.

─ Митя!

Папа пожал плечами.

─ Очень вкусно, теть Люд! Добавка будет?

Тетя Люда заулыбалась, и Родион понял, что она не будет ругаться. За хороший аппетит тетя Люда все простит.

Мальчик зачерпнул сахар и обильно посыпал вареники. Он аккуратно подцепил полумесяц вилкой, чтобы не поставить новые пятна, и отправил вареник в рот. И вкусовые сосочки его языка запели дифирамбы вареникам с вишней: таким сочным и кисло-сладким.

─ Так лучше, ─ подбадривала тетя Люда. ─ Все домашнее и натуральное! На ваших северных болотах такого нет! Сметана сегодняшняя. Я специально на рынок утром ходила, в одном и том же месте уже десять лет беру. Вишню мне тоже знакомые привезли. Самую лучшую отбирали. Кушай, Родик, а то такой щупленький! В чем только душа держится?! Я твоего папу в детстве всегда откармливала: привозили худым, а увозили ─ пуговки на животике топорщились.

Родион ел и ел вареники, пока ему не показалось, что он сам стал вареником и лопнет, если кто-то случайно до него дотронется.

─ Вам надо отдохнуть! ─ Тетя Люда собрала тарелки и поставили перед папой и Родей кружки с компотом. ─ Вы будете в маленькой комнате. В большой ─ телевизор. Я без него не могу, а вы обойдетесь. Все равно в телефонах сидите.

Родион держал подушки, спрятанные в украшенные белыми цветами наволочки. Они заманчиво пахли чем-то свежим: Родион уткнулся лицом в подушку, шумно вдохнул и почесал нос о наволочку.

Папа разложил диван, застелил простынь с большими белыми лебедями на синем фоне и кинул два зеленых махровых одеяла. Родиону не очень понравилась расцветка постельного белья ─ слишком темное. У него дома ─ лучше: оранжевые и желтые роботы скачут по пододеяльнику или велосипеды летят навстречу приключениям. В квартире тети Люды все было по-взрослому: на полках ─ книги ровным рядом, и все корешками наружу; зеркала блестели ─ без следов пальцев; туго натянутые накидки на креслах и диванах ─ он такие видел в музее, там еще рядом табличка стояла «сидеть запрещено».

Родион провел большим пальцем ноги по бордовому ковру с геометрическим рисунком и поднял ворс, который лег темной полосой. Мальчику показалось это забавным, и он тем же пальцем написал букву «р». В их квартире родители не покрывали полы коврами. Мама говорила, что это дополнительные пылесборники, с ламината мусор убирать проще. В этом Родя видел некоторую несправедливость: небольшой коврик был в детской комнате, и Родион его выносил каждый раз, когда делал уборку. Самое ужасное и нудное занятие на всем свете после уроков!

─ Родик, ты ложишься у стенки.

Тетя Люда взяла подушку из рук мальчика и хорошенько ее взбила. Родя прыгнул на диван, и тот крякнул то ли от неожиданности, то ли от старости.

─ Родион, не дома, ─ сделал замечание папа. Но тетя Люда только махнула рукой: что будет этому дивану?

Не спрашивая папу, тетя Люда открыла рюкзак и вытащила стопку вещей. Папа попытался их перехватить, но тетя Люда отодвинула его в сторону.

─ Что-то несвежим пахнет. Надо простирнуть. ─ Она кинула на кресло несколько футболок. ─ И это с пятном каким-то.

─ А что там со стиральной машиной? ─ уточнил папа. ─ Гремит же?

─ Справится.

Мальчик смотрел, как тетя Люда разбирает рюкзаки. Футболки, шорты, белье ─ практически все оказалось в куче, которую нужно освежить. Родя этому немного удивился, потому что точно помнил, как мама наглаживала его футболки и просила быть аккуратнее: не вытирать руки о пузо и, вообще, менять одежду каждый день. Половину его рюкзака занимали семь трусов («двое запасных»), семь пар носков («но, скорее всего, будет жарко и не пригодятся»), трое шорт и пять футболок («больше не нашлось ─ постираете»).

─ На кладбище когда пойдете? ─ спросила тетя Люда.

─ Завтра утром, ─ ответил папа.

─ Пятнадцать лет, как один день, пролетели. Ведро, веник, краску и секатор в гараже возьмете. Надо порядок там навести, ─ тетя Люда скрутила пустой рюкзак и сунула его на нижнюю полку шкафа. ─ Как ты уехал, так они сразу друг за другом и ушли. Тоска, тоска.

Родион не слышал, что ответил папа. Перед его глазами взмыли ввысь лебеди: белые, красные, желтые, зеленые, с витиеватыми надписями на крыльях и без ─ очень уж напоминающие раскраску его футболок. И летели птицы над морем. А он раскачивался на надувном крокодиле и махал рукой им вслед.

Глава IV

Набитые под завязку нежнейшими сырниками с изюмом папа и Родя выкатились из подъезда дома тети Люды. Родя подумал, что он напоминает контейнер для еды, в который утрамбовали больше, чем он может вместить: еще немного ─ и крышечка отлетит. Но на деле плетеную авоську с пластиковой бутылкой компота и пакетом сдобных булочек нес папа ─ тетя Люда переживала, что они задержатся на кладбище и проголодаются.

Перед кладбищем папа и Родион должны были зайти в гараж, чтобы взять необходимый инвентарь. Тетя Люда предположила, что могилы бабушки и дедушки папы заросли травой, ведь ей тяжело туда ходить

─ Мне самой пора на погост. Никто обо мне не вспомнит, как о них не вспоминают, ─ сказала тетя Люда, не глядя на папу и Родю. Но они все ее слова очень хорошо услышали.

Папа предложил оставить Родиона дома ─ на кладбище с его сломанной рукой все равно никакого толку. Тетя Люда возразила, что Родиону необходимо приобщаться к корням. Родион попытался напомнить, что ему-то надо на море. Но тетя Люда только отмахнулась: море никуда не денется, а трава на могиле за день вырастет в человеческий рост ─ не меньше.

От дома до гаража, как сказал папа, идти минут десять. На страдания Родиона о море он пообещал, что после обеда ─ как раз жара спадет ─ они доберутся до пляжа.

Против гаража Родион ничего не имел. Ему даже было интересно посмотреть, что представляют собой настоящие гаражи, по крышам которых прыгал папа в возрасте своего сына.

Более того, когда папа и Родя разбирали посреди комнаты велосипеды и ремонтировали педали, смазывали цепи и меняли тормозные диски, мама всегда возмущалась и советовала им заниматься этим в гараже. Но гаража у папы и Роди не было, зато была комната. Главным в ремонте велосипедов мама считала не испачкать машинным маслом диван, а папа и Родя ─ прикрутить все детали на свои места, чтобы не осталось лишних.

Папа повел Родиона между серыми пятиэтажками и вывел к асфальтированной дороге, покрытой разного размера заплатками. Мальчик шаркал ногами, поднимая пыль, ─ окружающий пейзаж не вызвал в нем никакого интереса.

Внезапно чириканье невидимых птичек в кустах заглушил рев мотора. Родион оторвал взгляд от пыльных сандалий: к ним приближался желтый спортивный мотоцикл.

Мотоцикл ослепляющей молнией пролетел мимо папы и Родиона. Мальчик с тоской посмотрел ему вслед и подумал, что мотоциклист в желтом шлеме ─ под цвет своего мотоцикла ─ самый счастливый человек на свете. Такой без внимания прохожих не остается.

─ Вот это зверь, ─ присвистнул папа.

─ Везет же кому-то, ─ вздохнул мальчик.

Папа, помахивая авоськой, пошел в сторону гаражей. Родион еще смотрел на деревья, за которыми скрылся мотоцикл, когда рев машины усиливающейся волной снова накатил на путников. Райдер, подняв мотоцикл на заднее колесо, подлетел к пешеходам. Папа рывком дернул сына на себя ─ от неожиданности Родион замахал руками, чтобы удержать равновесие, и ударил гипсом папу прямо в челюсть. Папа выронил пакет и схватился за лицо. Бутылка шлепнулась на дорогу, и из-под крышки тонкой струйкой потек красный компот.

─ Вот вы чудаки, ─ сняв шлем, громко засмеялся мотоциклист. ─ Здорово, Митяй! Давно ты не заезжал на малую родину.

Папа перестал тереть теку и смущенно ответил:

─ Здорово, Колян. Да вот, ─ он отпустил Родиона и поправил на нем желтую панамку, ─ с сыном приехал.

Райдер соскочил с мотоцикла и протянул Родиону руку:

─ И тебе здорово! Как зовут?

─ Родион, ─ мальчик сначала протянул загипсованную руку, но вовремя опомнился и вложил в теплую ладонь папиного знакомого свою ладошку. Он перевел взгляд с лица райдера, который все еще ему не нравился, на мотоцикл. ─ Круто вы гоняете.

Колян только ухмыльнулся. Он оторвался от мальчика и протянул руку папе:

─ Не ожидал тебя увидеть, Митяй! Чего не предупредил?

─ Да как-то времени не было, ─ папа практически вложил ладонь в ладонь Коляна, но тот одернул руку и рассмеялся.

─ Забыл, что ли? Подставляй кулак!

Папа смущенно улыбнулся:

─ Не забыл, конечно.

Они стукнулись кулаками три раза и столкнулись плечами.

─ Вот теперь другое дело! ─ Колян явно был доволен. ─ Хорошо, что ничего не забыто и забыто не будет.

Он похлопал папу по плечу, а потом крепко обнял. Папа растопырил руки в разные стороны ─ он явно не ожидал такого поворота, как показалось, Родиону. Колян крепко сжал папу, что тот ахнул. Папа хлопнул приятеля по спине: сначала легонько, а потом сильнее ─ так, что теперь Колян закряхтел. Родиону надоело смотреть, как двое взрослых мужчин проверяют на прочность ребра друг друга, и он подошел к мотоциклу.

Ярко-желтый кузов, напоминающий профиль хищной птицы, магнитом тянул к себе руку мальчика. Родион провел пальцами по горячему, даже обжигающему металлу. Он принюхался к запаху накалившегося на солнце сидения. Эта терпкая горечь напоминала о кожаной куртке папы, которую, впрочем, он очень редко надевал ─ только по каким-то особым случаям. Чаще всего папа носил спортивную одежду из непромокаемой ткани, в которой удобно гонять на велосипеде или самокате.

В зеркале заднего вида мальчик заметил свое отражение ─ даже удивился, как округлились у него глаза и рот: как будто ему вынесли огромный торт или выдали безлимитный билет на аттракционы. Родион подмигнул сам себе, широко улыбнулся и показал язык: другим кривляться ─ неприлично, а себе ─ можно. Он достал из поясной сумочки мобильный телефон и разблокировал экран. То, что для правой руки было привычным, левая ─ проделывала неуклюже: большой палец не с первой попытки попал по точкам графического кода, промазал по иконке и вместо приложения фотокамеры открыл блокнот.

Все же Родион справился: вытянул левую руку с телефоном, а пальцами правой руки, которые торчали из гипса показал подобие знака «V». Довольный собой, он открыл мессенджер и отправил фото маме, чтобы она оценила, как хорошо рядом с ее сыном смотрится спортивный мотоцикл.

─ Родион, а что ты там делаешь? ─ раздался голос папы.

─ Маме фотку отправляю, ─ ответил Родион, не отрываясь от телефона. Он дописывал комментарий к фото: «Мам, смотри, какой у тебя крутой сынуля!»

Едва Родион успел нажать кнопку «отправить», как папа потянул телефон из его рук.

─ Мы с тобой обсуждали, что в отпуске телефон по минимуму. Особенно, когда мы на свежем воздухе!

─ Но, пап! Снова ты за свое!

─ Мы с мамой попозже поговорим. ─ Папа спрятал телефон Родиона в карман и достал свой смартфон. Родион скривился: со взрослыми всегда так ─ у него телефон отбирают, а сами сидят в мобильниках! Мальчик заметил, что папа отключил звук на своем телефоне. Он даже хотел спросить, зачем папа это сделал, но его отвлек голос Коляна:

─ Хочешь прокатиться?

Родион подпрыгнул от радости. Мальчик быстро-быстро закивал, чтобы не осталось сомнений: он очень хочет погонять на спортивном мотоцикле!

─ Давай кружочек сделаем, ─ сказал Колян и сел на мотоцикл. ─ Цепляйся за спину.

─ Нет-нет! Это небезопасно! ─ папа попытался схватить сына за футболку, но мальчик успел отскочить. Теперь между ним и папой стоял желтый мотоцикл, на котором сидел хохочущий Колян.

─ Ну ты и наседка! ─ хмыкнул Колян. ─ Нормально все будет.

─ Ребенок на мотоцикле ─ это уже ненормально, ─ настаивал папа на своем. ─ Как он сзади будет держаться? У него рука сломана! И без шлема?! Он даже на велосипеде всегда в шлеме. Это базовые правила безопасности.

─ Ты когда успел стать таким нудным, Митяй? ─ На вопрос приятеля папа ничего не ответил. Он только пожевал губы: как будто ответ был на самом кончике его языка, но он предпочел его проглотить. Родион понимал, что папа, как всегда прав: гонять без шлема действительно опасно. Но от этой правоты только еще больше хотелось сесть на мотоцикл.

─ Ладно, ─ Колян провернул ручку мотоцикла, и мотор отозвался рыком. Внутри Родиона все упало: сейчас этот желтый монстр уедет без него. Мальчик перевел взгляд на папу. Он стоял, подперев бока руками, и делал вид, что ничего особенного не происходит: уехал один желтый мотоцикл ─ сейчас приедет следующий. Родион прищурился. Он засопел и оттопырил нижнюю челюсть, раздумывая, что бы такое сказать папе, чтобы тот осознал: нельзя все время запрещать! Но вдруг с Родиона слетела панамка, и его голова погрузилась в мотоциклетный шлем, который аквариумом болтался на тонкой шее мальчика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.