Доминик Леви
Я, Марсель

Часть Первая. Меня зовут Марсель!

Глава 1. Пижон-карманник

– Да что ж такое! Опять на метро нет!

Я судорожно перетряхивала сумку и карманы в попытках найти завалявшуюся мелочь.

– Ну конечно, – скрипела я зубами, – зарплата капнула и плевать на все! Мы богаты! Оооооо, подарочное издание любимой книги! Берееем! Заверните!

Я продолжала рыться по карманам, разговаривая сама с собой.

– А если сегодня зарплаты не будет, как домой ехать!? И так почти каждый месяц! Копошение по сумкам в надежде наскрести на метро!

Я была зла на весь мир! На себя, что не проверила с вечера наличку в кошельке (на карте все давно иссякло), на подругу, что оставалась ночевать несколько раз и извела весь мой дорогущий шампунь, еще раз на себя, что не решаюсь попросить прибавки к зарплате, на эти долбанные тротуары, в которых застревают набойки, снова на себя, что снова накупила кучу книг – я была зла. Очень. Очень зла.

Наконец, я наскребла на билет в метро, схватила сумку, книжку, чтобы почитать в дороге и вышла в свежее утро.

Автомат не принимал мелочь, поэтому я вывалила свое богатство в лоток билетера. Конечно, я уже опаздываю. И, конечно, с первого раза верно пересчитать мои жестянки не удалось. И со второго тоже.

На третий перебор монет мне удалось заполучить билет и, минуя турникет, я стала полноправным пользователем подземки.

Опаздываю. Сильно. Причем, опаздываю на встречу с представителями банка: я курирую новый зарплатный проект, и сегодня назначено подписание контракта! Если он будет заключен на моих условиях – повышение гарантировано!

Поэтому мне кровь из носа надо быть на встрече вовремя: я припасла несколько козырей, и просто необходимо их ввернуть в нужный момент! Тогда эти холеные надменные мужики из банка согласятся со всеми пунктами договора! Только надо успеть!

Я втиснулась в вагон. Чем сильнее опаздываешь, тем больше давка в метро.

С усилием вытащила книжку и, зажав в руках телефон, написала сообщение коллеге: «задержусь минут на двадцать, предупреди и прикрой».

Светка не сильно меня любит, я знаю, но уж слишком часто я прикрываю ее некомпетентность. Теперь ей, наконец, представится шанс вернуть долги. Тем более, ее любит начальство. Она умеет так «продать» свое ничегонеделание, что, кажется, это она тянет на себе весь отдел. Хотя девчонки всегда бегут за советами ко мне. И если случается пожар, то тушу его я.

И проект по зарплатным картам не просто так мне отдали.

– Черт! Под ноги смотри! – я взвыла от боли в ноге, на которую с силой опустился громадный ботинок.

Мужчина в солнцезащитных очках и розовой рубашке под идеально сидящем костюмом убрал ногу, но не проговорил ни слова.

«Пижон недоделанный. В очках в метро. Все деньги на шмотки спустил, идиот, теперь корчит из себя важного», – я окатила его взглядом, полным презрения, и попыталась открыть книжку, которая уткнулась в чью-то спину.

Поезд остановился на станции. Толпа начала выносить меня на перрон, хотя мне выходить лишь через две остановки.

«Если я сейчас выйду – обратно не войду! – пронеслось у меня в голове, – у меня нет и пары минут лишних!»

Я начала бороться с потоком, чтобы попасть обратно в вагон. Мне почти удалось, но тут моя сумка зацепилась за что-то, и все ее содержимое выкатилось на перрон.

– Чтоб тебя! – краем глаза я увидела, за что зацепилась ручка сумки: зонт этого пижона в очках!

Я кое-как сгребла свое барахло в сумку, уворачиваясь от ног толпы, схватила книжку и рванула в вагон. Двери хлопнули меня по плечам и закрылись.

Я держала в руках сумку и книжку.

Телефона не было.

Глава 2. Вы – козел!

«Идиот паршивый! Пижон недоделанный! Раскорячился со своим зонтом! – я бежала от метро к офису и посылала проклятия парню из метро, – новый телефон теперь покупать! Теперь понятно, чего он так вырядился! Внимание отвлекал! Карманник! Специально зонтом зацепил и телефон стибрил! Гад! Чтоб ему пусто было!»

Я неслась сквозь толпу, рыча и чертыхаясь.

Наконец вижу офис. С меня течет. Кажется, к телу прилипла не только рубашка, но даже пальто!

Я ворвалась в здание и влетела в лифт. Пятый этаж. Ну давай же, поднимайся скорее, жестянка ленивая!

Лечу к своему столу. Надо взять распечатку с финальными тезисами, что я вчера вечером приготовила! Где же она? Я ведь ее прямо на клавиатуру положила!

Роюсь на столе. Нету!

Ну и ладно! И так все помню!

Мчусь дальше по коридору.

Вот она. ВИП-Переговорная!

Скидываю пальто. Кидаю секретарю Наташе, она что-то говорит, но я мотаю головой и, сделав вдох, захожу в переговорную.

На меня устремляются удивленные взгляды: наш гендиректор Виктор Степанович Зазубнов, главбух, юристы, Светка (что она тут забыла? Это не ее уровень!) и эти зазнайки-мужики из банка.

– Господа, благодарю, что подождали, – я деловито улыбаюсь, но внутри все трясется и ходит ходуном, – я задержалась и сейчас готова продолжить вместе с вами! На чем мы остановились?

– Эмм… Марсель, спасибо, но мы уже закончили, – нарушил возникшую паузу гендиректор, – подожди за дверью.

Меня передернуло.

Во-первых, я ненавижу свое имя. Все это вокруг знают и зовут меня просто Маша. А тут на тебе – как в паспорте (я обязательно поменяю имя, как только руки дойдут!) – Марсель.

Во-вторых, это мой проект! И вот так выставлять меня за дверь, как какую-то девчонку!

Я сглотнула.

– Господа, у меня есть некоторые соображения относительно пунктов договора… – я почувствовала, что мой голос звучит не так уверенно, как хотелось бы.

– Марсель, – повторил Виктор Степанович, – пожалуйста.

Я увидела, как Светка опустила глаза в стол. У меня в голове зароились нехорошие мысли.

Я медленно развернулась и вышла. Мне хотелось вернуться и послать их всех. На три буквы.

Но я не могу. Мне нужна эта работа.

Именно в этой компании я кем-то стала.

Я закончила какой-то потрепанный юрфак в никому неизвестном ВУЗе. Пока училась, работала то тут, то там. И вот нашла эту компанию. И как-то довольно быстро стала «экспертом по пожарам»: как только приходит оповещение о проверках – я готовлю документы. И готовлю их так, что комар носа не подточит. Ни одного штрафа.

Никто не понимает, как называется моя должность (официально я работаю в отделе кадров), но по факту я прохожу проверки и еще занимаюсь кучей всего.

Кадровикам я рассказываю, какие документы у них должны быть, чтобы можно было кого угодно уволить. Айтишникам – какой код им надо было написать еще вчера, чтобы у бухгалтеров быстро выгружались документы и отчеты.

В общем, я очень нужный «хрен знает, кто». Но довольно ценный «хрен знает, кто»: размер одних только штрафов, от которых я ушла, составляет заоблачную (для меня) сумму.

Недавно на меня повесили зарплатный проект. Я сначала не хотела его брать, а потом мне стало интересно.

И вот теперь, после того, как я почти месяц разбиралась в нюансах, продавливала этих банковских зазнаек и, наконец, нашла решение – меня взять и выкинуть?! Буквально вчера я ушла с работы в полночь, потому что расписала все тезисы для сегодняшней встречи!…

Стоп. А что за бумага лежала перед Светкой?..

– Маш! Ты меня слышишь вообще? – я очнулась от голоса Наташи.

– А? Что? Ты что-то говорила, Наташ? – я повернулась к секретарю.

– Ты как? Света сказала, что ты уже не приедешь сегодня! Виктор Степаныч был вне себя!

– В смысле Света сказала… – меня прервали голоса коллег, выходящих из переговорной.

Я смотрела на прощающихся с Генеральным директором сотрудников банка как в тумане. Увидела, как они жмут руку Светке, улыбаются главбуху. Уходят. На меня никто не обращает внимания.

– Маш! Пойдем со мной, – я вздрогнула от голоса Зазубнова.

Мы оказались в переговорной.

– Знаешь, я долго думал, что ты незаменима, – задумчиво начал Генеральный директор, – что ты, мало того, что экономишь деньги компании, координируя отделы во время прохождения очередных проверок после жалоб сотрудников, так еще и изобретаешь всякие прибамбасы с айти-отделом. Бухи и кадровики такие дифирамбы тебе всегда пели… Но сегодня я, наконец, понял, что ты… Знаешь, тебе в маркетинг надо. Ведь это Светлана все придумывала, а ты нахрапом все ее идеи… Сегодня у меня открылись глаза. Мне и раньше Светлана говорила, что ты… Присваиваешь все ее идеи. Но вот сегодня я увидел, как она четко все разложила на встрече. Все тезисно, по полочкам…

Я поняла, что отключаюсь: пазл сложился. Света украла мои распечатки, присвоила мои идеи и наплела, что я сегодня не приду. От возмущения перед глазами и в голове все поплыло. Голос Виктора Степановича откуда-то издалека хвалил Светку, рассказывая, как круто она подготовилась, упрекал меня в том, что я ничего не делаю, только выдаю Светкину работу за свою.

Мне стало противно, грязно. Он продолжал говорить, а я повернулась спиной и вышла из переговорной.

Да, наверно, надо было кричать, что это мои распечатки, что Светка – змея, но… Я не могла. Мне стало так безразлично на них на всех. Тем более на идиота Зазубнова. И это его тупую задницу я прикрывала все годы?

Я постояла в коридоре и зашла в переговорную обратно:

– Я увольняюсь. Вы – козел. Видеть Вас больше не хочу. Заявление сами за меня напишете. Проверку не натравлю. Обещаю.

Я закрыла дверь в переговорную, не обращая внимания на вытянувшееся лицо Виктора Степановича, взяла у хлопающей глазами Наташи пальто и пошла к лифту.

Четвертый этаж, третий, второй, первый.

Свежий воздух начала весны принес мне совершенно ненужную свободу.

Глава 3. История Марсель

Я бродила по городу. Внутри была пустота.

Я осталась без ничего. Без работы, без денег, без телефона даже.

У меня не было эмоций. Думать о работе, о змее Светке было противно. Я просто смотрела на дома и ходила.

«Наверно, надо идти в сторону дома, – вяло подумала я, – денег нет, телефона нет. Как раз к вечеру приду».

Близился вечер. Скоро кончится рабочий день, и толпы народу вынырнут из офисов, поплывут по домам.

– А у меня нет денег даже на билет на метро! – вслух громко сказала я.

И тут на меня нахлынуло все.

Я как будто убрала защитную стену, и на меня обрушилась действительность моей никчемной жизни: Светка, которую я жалела и прикрывала ее задницу, и которая меня так предала, тупой гендир, который не может понять, кто в его компании соображает, а кто змея; отсутствие денег, отсутствие ИСТОЧНИКА денег.

Отсутствие перспектив!

Что я скажу потенциальному работодателю? Я смогу вас отмазать от любой проверки?

Так может, этот работодатель – не такая свинья и у него нет столько жалоб от недовольных сотрудников?!

Я села на ступени какого-то бизнес-центра и закрыла лицо руками. Пальто испачкается… да и пес с ним! Что мне делать? Куда идти?

Были бы живы родители…

Я давно уже запретила себе даже в голове произносить эту фразу – и вот. Она всплыла.

Горе с новой силой накрыло меня. Да, прошло уже больше пяти лет… Мне скоро 24, а их не стало сразу после моего совершеннолетия…

Тот звонок не забыть. Он делит жизнь на «до» и «после».

Все рухнуло в тот день. Но еще держа в руках трубку, я пыталась отменить эту новую реальность: вы ОШИБЛИСЬ!

Нет, вы что! У нас элитный дом, он не мог взорваться из-за утечки газа! Вы ОШИБЛИСЬ!

Потом звонки родителям. По очереди. Постоянно. Но «абонент временно недоступен».

Ошибка.

Ошибка!

Они просто забыли зарядить телефон! Да, оба!

Срочно домой! А там… Там нет той части дома, в которой была наша квартира… Там, где были мама и папа…

Папа так любил маму, он был идеальным мужчиной. Уж если и иметь в жизни кого-то, то лишь такого, как он! Как он смотрел на маму! А как она танцевала! Она обожала французскую музыку. Она свободно говорила на французском, каждое лето они с папой проводили на Средиземном море – она любила Марсель. А еще она очень любила меня.

Она любила меня так нежно и так… по-настоящему. Так понимающе!

Я могла сделать что угодно, выкинуть любой трюк! А мама, вместо того, чтобы ругать, обнимала меня и спрашивала, чем она может мне помочь. Ведь если я поступила так, что сделала ей больно, значит, у меня что-то стряслось.

И вот, их не стало.

У меня осталась бабушка.

Мне полагались какие-то страховые выплаты, но, видимо, я что-то неверно оформила и денег хватило на… Похороны бабушки.

Она слегла почти сразу: не смогла пережить кончину дочери.

Я забросила Университет, занималась бумажной волокитой…

И в результате моих дурных манипуляций с продажей бабушкиного дома и родительских машин, я осталась одна с не очень большой суммой денег.

Меня отчислили из Университета, я жила в съемных квартирах. Я плохо помню тот период.

Мне было пусто.

Однажды, закупаясь продуктами и сверяясь с суммой, что я выделила себе на месяц, я поняла…

Что меня везде надули!

Что я лохушка, и меня обвели вокруг пальца буквально все: те, кто занимались страховыми выплатами после взрыва; те, кто обещал продать бабушкин громадный загородный дом и подыскать квартиру в равной стоимости; те, кто продавал машины родителей… Все эти люди меня надули, и я осталась без квартир, машин и почти без денег.

И тогда я поняла, что в этом лишь моя вина: это Я позволила себя обмануть!

Это Я не обладала достаточными знаниями, чтобы обеспечить свою жизнь и свое будущее!

Осознав это, я подыскала себе приемлемый по цене ВУЗ и поступила на юрфак.

Попутно пошла работать.

Я работала то продавцом, то секретарем.

И вот, последние два года я трудилась в крупной сети ритейлера одежды – в «Золушке». И я многого добилась. Со мной советовались Главный бухгалтер и Генеральный директор в том, что касалось оплаты труда и увольнений. Я придумывала, как организовать бюрократию так, чтобы она работала как шестеренки в швейцарских часах. На меня молился весь IT отдел, потому что, по их словам, они никогда не встречали столь понятных технических заданий.

Правда, в трудовой книжке написано, что я кадровик.

Недавно я защитила диплом.

А сегодня я стала безработной.

И я вообще не знаю, что мне делать дальше.

Глава 4. Неожиданное предложение

– Да потому что он ее уволил, а мне теперь это разгребать! И сказал никаких выплат! Это нормально? Что мне теперь делать? Меня совет директоров потом сожрет! Не его! Она сходила в прокуратуру! Они начали проверку! Ты понимаешь, в какое дерьмо я теперь вляпалась??!! Я не знаю, что мне делать! – мои мысли прервали завывания женщины, что опустилась на скамейку недалеко от меня.

– Если она не ходит на работу, вы можете уволить ее за прогул, – на автомате сказала я и вернулась к обдумыванию своих бед.

– Что вы сказали? – женщина лет тридцати пяти в узком костюме убрала телефон и встала со скамейки.

– Вы можете уволить ее за прогул, – я пожала плечами. Ситуация, на мой взгляд, и яйца выеденного не стоила.

– Как так, за прогул? – женщина пыталась найти положение, чтобы и костюм не испачкать и слова странного вида рыжеволосой девушки услышать.

– Ну, она ж на работу не ходит. Акт о прогуле составьте. Двух будет достаточно. И все.

– В смысле, «все»? – женщина попыталась пристроиться на корточках рядом со мной.

– Слушайте, Ваш босс разозлился на сотрудницу и уволил ее. Она тоже разозлилась и пошла в прокуратуру. Но на работу она ходит?

– Нет, – женщина заинтересованно уставилась на меня и почти опустилась на ступеньки.

– Ну вот, прогуливает, значит, – устало сказала я, – документы оформляйте, и можно увольнять по статье за прогул.

– А какие документы надо оформить? – женщина уже сидела рядом со мной.

Мне очень не хотелось давать советы, моя голова была занята совершенно другим. Но это был способ отвлечься от мрачных мыслей, поэтому я сухо набросала ей список бумаг.

– А этого достаточно? Вы уверены? А как их правильно оформить? – я почувствовала себя спасательным кругом возле утопающего. Честно скажу, роль не для меня.

– У вас же есть юрист, – устало ответила я, – уверена, он справится.

– Я только что разговаривала с руководителем департамента! Он вообще ничего не смыслит в трудовом праве! Дайте мне Ваш номер, пожалуйста! Я заплачу Вам за консультацию! – женщина откинула каштановые волосы и открыла вкладку «контакты» в своем смартфоне.

– У меня сегодня украли телефон, – я усмехнулась, – а еще меня сегодня уволили. Точнее, я уволилась сама. Но в контексте произошедшего это равносильно увольнению. Вряд ли такая, как я, сможет вам помочь.

– У Вас идея возникла спустя секунду! Вы издеваетесь? Я беру Вас на работу! Раз уж Вы свободны! Минимум на месяц, а дальше посмотрим. Идемте со мной! Я введу Вас в курс дела! – женщина бодро встала и потянула меня за локоть.

Я чувствовала себя мешком с отсыревшим сеном. Мне не хотелось ни вставать, ни куда-то идти.

– Идемте же! – она тянула меня за рукав, – идемте!

Я нехотя поддалась и встала, хрустя затекшими суставами. Она потащила меня в бизнес-центр, что-то рассказывая по дороге. Мы миновали громадную приемную в холле, прошли сквозь какие-то турникеты и оказались у лифтов.

Я вспомнила сегодняшнее утро. Как бежала на встречу и была уверена в своей победе. И чем это все обернулось.

– Я думаю, это плохая идея, – сказала я, – я лучше пойду.

– Вы с ума сошли! Идемте! Вы сами сказали, что сегодня лишились работы! Я нужна Вам, а Вы – мне! Едем!

Раскрылись створки лифта, она втащила меня в кабину, и мы понеслись наверх. От скорости у меня аж дух захватило – я вспомнила, что этот бизнес-центр очень высокий и попыталась прикинуть, за сколько долей секунд кабина преодолевает один этаж.

– Приехали! – выдохнула женщина и снова потянула меня куда-то, – я покажу Вам все документы по Жанне… по этой сотруднице.

Через полчаса я сидела за столом перед сформированной пачкой документов. Сверху лежал листок с моими заметками.

– Вот, – сказала я, указывая на свой список, – эти документы необходимо…

Я не смогла закончить фразу, потому что за стеклянной перегородкой увидела пижона в розовой рубашке! Того самого, что украл мой телефон!

Глава 5. «Не надо меня злить!»

Я кинулась с места и бросилась к парню в очках (да, он их не снял).

Растолкав толпившихся зачем-то возле него людей, я рванула его за пиджак:

– Стой, гад! А ну, верни мой телефон, карманник поганый!

Вокруг повисла оглушительная тишина. Люди, стоявшие вокруг нас, взирали на меня как на террориста. Под их взглядами в звенящей тишине я услышала, как завершила свое падение пуговица, отлетевшая от пиджака пижона.

– Добрый вечер, – произнес Пижон тихим голосом, – Ваш телефон у меня в машине. Чуть позже Вы его получите.

После этого он развернулся и собрался уходить. Но я не собиралась оставлять это так. Мне уже терять нечего! И что, вообще, значит «позже получите»?!

– Не надо мне тут зубы заговаривать! – выпалила я, – верните телефон! Если, конечно, Вы – не карманник!

Я увидела, как ко мне приближаются двое внушительных мужчин в черных костюмах. Явно охрана. Краем глаза я заметила ту женщину со ступенек – уж как она наверно сейчас не рада, что притащила меня сюда.

Плевать! Я буду говорить то, что считаю нужным! Сколько я терпела и молчала? Хватит! Я не знаю всех этих людей, но у одного из них мой телефон! И мне он нужен!

– Я к Вам обращаюсь! – я сделала шаг к уходящему Пижону под выражающие ужас взгляды окружающих, – верните мне телефон немедленно!

Тут меня подхватили руки подоспевших мужчин в костюмах.

– Я не поняла, у Вас хобби что ль такое – в метро карманы чистить?

Пижон остановился.

Повернулся ко мне и сделал знак рукой охране. Те ослабили хватку.

– Я действительно подобрал Ваш телефон, – все так же тихо проговорил мужчина в очках. Сейчас я разглядела, что на вид ему лет тридцать, – После того, как Вы сами оставили его на перроне. Вероятно, это Ваш способ знакомства.

Я заметила, как надменно дернулась его бровь.

– Чтооо? – я силой вырвалась от мужиков-охранников и шагнула к Пижону, – Вы нормальный? Вы своим зонтом двухметровым мою сумку зацепили и распотрошили! А теперь телефон не отдаете!

Я заметила, что народу вокруг собралось раз в пять больше, чем было, и вся публика наблюдает с изумлением и интересом. От Пижона тоже не укрылась повышенная концентрация внимания, поэтому он резко сменил тактику:

– Ладно. Пошли.

Он прошел мимо меня к лифтам. Я ошарашенно последовала за ним. Столь сильная перемена меня обескуражила.

– Мы идем за моим телефоном? – уточнила я у его спины.

Пижон слегка качнул головой и снова сделал знак охранникам.

Мы вошли в лифт вдвоем. Мой гнев разбивался о странное поведение мужчины и таял с каждой секундой.

«А что, если он маньяк? – закружилась мысли в моей голове, – и теперь он везет меня в подвал, чтобы…»

– Куда мы едем? – я сурово сдвинула брови и сложила руки на груди, чтобы не выдать нарастающего беспокойства.

– За Вашим телефоном. Он в машине на парковке.

– А где парковка?

– Внизу.

Из-за его негромких сухих ответов у меня начиналась паника.

– Вы что, в подвал меня везете?

Пижон лишь бросил на меня взгляд и, кажется, закатил глаза.

Тут дверцы лифта распахнулись, и мы оказались на парковке. Пижон твердым шагом направился к одной из машин.

«Сарай на колесах, – подумала я, глядя на черную махину, – у меня квартира меньше».

Пижон открыл заднюю дверцу и остановился.

– Что ты тут делаешь? – сказал он кому-то в машине.

Из-за открытой дверцы мне не было видно, что происходит внутри, но я услышала взволнованный женский голос:

– Ооо, я… Я просто хотела…

Пижон шагнул на подножку и на мгновение почти исчез в салоне. Секундой позже он снова стоял рядом с машиной, держа в руках открытый ноутбук.

– Секретные проекты изучаешь и бухгалтерию. И воруешь файлы. Флешку я забираю. Она поможет выяснить, кому ты меня решила сдать!

– Ты не можешь! – в женском голосе было отчаяние.

– Выйди из машины и сделай так, чтобы я тебя больше не видел, – голос Пижона был так же тих и спокоен, как пять минут наверху в офисе, хотя я понимала, что ситуация явно из разряда форс-мажора.

– Ден, послушай, – взмолился женский голос, – я просто хотела сделать тебе сюрприз! Это не то, что ты думаешь!

– Тебе удалось. Я действительно немного удивлен, что ты решила укусить руку, что тебя кормит, – кивнул Пижон, – на выход.

На пол опустилась тонкая женская ножка в черной туфле на каблуке, кажется, сантиметров в пятнадцать. Затем показалось все остальное: точеная фигура, платиновые волосы и алый рот.

– Ден, я прошу тебя! – белокурая богиня положила руку на плечо Пижону, – давай поговорим! И потом, нам ведь с тобой сегодня на прием еще идти! Ну, Ден!

– Если в машине остались твои вещи – они будут утилизированы. Рекомендую ничего не забывать.

– А это еще кто? – блондинка увидела меня, и лицо ее скривилось презрением, – это из-за нее ты сейчас не на Совете директоров?

Мое восхищение белокурой богиней тут же исчезло.

– Скорее, благодаря ей, – Пижон усмехнулся, – тебе нужна помощь, чтобы покинуть здание?

– Ден, пожалуйста, верни флешку!

Пижон достал телефон.

– Тут не ловит, – блондинка победно вскинула руки, – что, сам меня выволакивать будешь? Или этой мымре прикажешь?

Это она зря.

– Я ничьи приказания не выполняю, – подала голос я.

Как мне уже осточертели за сегодняшний день хамы, лицемеры и люди, считающие себя выше других! Я весь день копила злобу, и, кажется, появился достойный кандидат, на которого можно вылить все!

– Тебе, по-моему, доходчиво объяснили, что пора бы скрыться отсюда! – мне было плевать на разборки Пижона с этой белобрысой дылдой, но мне очень хотелось спустить пар, – и я честно тебя предупреждаю: меня настолько сегодня все достало, что боксерская груша – это то, что мне больше всего сейчас надо! А если она еще и из разряда таких вот как ты напыщенных тупиц – так это вообще подарок!

Я говорила свою речь и медленно подходила к белокурой богине. Я ее почти не видела. Перед глазами проплевали образы Зазубнова, Светки и всех остальных, кто за моей спиной плел интриги.

– Ден, убери эту курицу бешеную от меня!

– Милая, – я подошла к блондинке вплотную, – ты прямо сейчас чешешь отсюда на своих ходулях. Или я за себя не отвечаю!

Я действительно чувствовала необъятную ярость. Понятно, мне было плевать на эту девушку, а уж тем более, что она там сделала. Но в ней я сейчас видела всех своих обидчиков, вся несправедливость последних лет собралась в ее фигуре.

Блондинка хлопала глазами и смотрела на меня. Меня еще больше взбесило, что мне не отвечают!

– ПОШЛА ОТСЮДА! – рявкнула я на всю парковку и со всей силы шлепнула рукой по машине.

Заревела сигнализация соседнего автомобиля, богиня заорала (совершенно земным и неприятным голосом) и бросилась бежать, то и дело спотыкаясь.

Пижон с нескрываемым интересом смотрел на меня. А из лифта неслись шкафы-охранники.

– Удалить абсолютно все доступы для Карины. Немедленно, – обычным ровным голосом сказал Пижон.

Мужчины в костюмах поспешили обратно к лифтам.

– Хороший удар. Вы в порядке?

Мне показалось, или в голосе Пижона появилось что-то человеческое?

– Эмм… Да… Вы… Простите за машину, я… У меня был тяжелый день, как бы банально это ни звучало, – я попыталась взъерошить себе волосы, но пальцы запутались в нечесаных с самого утра прядях.

– Вам спасибо, – я увидела намек на улыбку, – Вы меня выручили. Вот Ваш телефон.

Он протянул мне мой гаджет. Я взяла телефон и тут же с криком выронила его на пол!

– Что случилось? – Пижон наклонился за моим телефоном, не сводя с меня озабоченного взгляда.

Левую кисть пронзила жуткая боль!

– Садитесь в машину! – скомандовал Пижон, – если это перелом, лучше не медлить!

Я хотела было возразить, но разрастающаяся боль в руке заставила прикусить язык, и я юркнула на переднее сиденье.

Мы быстро оказались на улице.

– Пристегнитесь, – скомандовал Пижон, перестраиваясь в крайний левый ряд.

Я попыталась одной рукой затолкать заглушку в паз, но ремень выскакивал. Тогда Пижон, нагнувшись ко мне, подхватил ремень и легко его защелкнул.

На то мгновение, когда его рука слегка коснулась моего подбородка, я услышала легкий аромат его духов! По телу пробежали мурашки, и я провалилась в секунду блаженства: это парфюм моего отца! На какие-то доли секунды мне стало легко, спокойно и как дома.

Я закрыла глаза.

– Позвони Бердяеву, хирургу, и скажи, что я приеду через двадцать минут, понадобится рентген кисти, – голос Пижона вырвал меня из неги воспоминаний, – нет, это не мне, но приеду я… Нет, не перебивай. Проконтролируй, чтобы Карину полностью отрубили от всего. От всех программ… Да, полная блокировка… Выясни все ее контакты, вскройте почту, изучите переписку. Проверьте все компьютеры, к которым она имела доступ. Она могла заходить в личную почту или создать новую. Проверьте все. Она на кого-то шпионила – я должен знать, на кого.

Голос Пижона был абсолютно спокоен. Как у робота. По звуку его речи, казалось, что он читает в книжке описание природы. А вот по содержанию – я недоумевала, какие заковыристые идеи приходили ему в голову.

Боль усиливалась, и я уже не могла вникать в постоянные разговоры по телефону моего водителя, хотя вроде он говорил что-то про меня. Я начала погружаться в туман: от боли, усталости и, вероятно, голода (я ведь ничего не ела за весь день, только воды попила, когда документы по этой несчастной Жанне разбирала). Я отключилась.

Глава 6. Рыжая – бестия!

Денис.

«Что это еще за сумасшедшая? И кто ее сюда пустил?» – я смотрел, как отлетает моя пуговица, когда какая-то ненормальная лохматая рыжая девица, обзываясь, дернула меня за борт пиджака. Я с трудом узнал в ней девушку из метро, которой придавил ногу. В давке ее вынесло на перрон, а сумка зацепилась за мой зонт и свалилась на пол под ноги толпе. Эта растеряша в суматохе спасла книгу по арбитражу, а телефон оставила на перроне.

– Добрый вечер, – сказал я, – Ваш телефон у меня в машине. Чуть позже Вы его получите.

Девица продолжила изрыгать какие-то ругательства, а вокруг начали собираться любопытные сотрудники. Только этого мне еще не хватало: бесплатный цирк устраивать, да еще и главным героем этой квазидрамы быть! Надо уводить отсюда эту оголтелую! Вроде выглядит она безопасно, тем более, по всей видимости, у нас работает: на этом этаже посторонних людей нет.

Придется впервые опоздать на Совет директоров. Но репутация важнее – если уйти на совет, она может продолжить орать.

– Ладно. Пошли, – сказал я и быстрым шагом направился к лифтам.

Надо поскорее покончить с этим. Я оставил ее телефон в машине в кейсе со своим ноутбуком.

Пока мы ехали в лифте, я обдумывал вечер: остался только совет директоров и благотворительный ужин. Уж не знаю, что важнее. На ужине будет много нужных людей. А главное, вход только парами. Карина должна суметь подружиться с женой Юсупова или хотя бы…

Я заметил, что рыжая бестия явно волнуется. Задает глупые вопросы и мешает мне думать. Бойкости у нее заметно поубавилось.

Я подошел к машине и открыл дверцу. И чуть не ахнул: Карина сидит на заднем сиденье и роется в моем ноутбуке! Из которого еще и флешка торчит! Она ворует мои файлы!

Так, избавиться от этой белобрысой и срочно найти ей замену для ужина! Мой мозг начал перебирать варианты кандидатур, но Карина отвлекала своими воплями.

И тут в дело вмешалась рыжая бестия!

Она медленно приближалась к Карине и тихим голосом бубнила угрозы. Зрелище немного жутковатое. Она реально похожа на сумасшедшую с этой чуть склоненной лохматой головой! Хотя утром, помню, она показалась мне довольно симпатичной! Что она там говорит? Тяжелый день у нее был? В общем-то, заметно.

Вдруг Рыжая со всей дури вмочила левой ладонью по моей машине! Вот это силища!

Заревела сигнализация, а Карина, визжа, бросилась наутек.

Отлично. Одна проблема пока решена. Что ж, спасибо Рыжей.

Надо отдать ей телефон и мчаться на Совет директоров. И я так и не придумал, кого…

Хм… А может, эту Рыжую взять с собой? Только надо бы понять степень ее адекватности, и кто она в нашей компании. С одной стороны, она излишне импульсивна и несколько грубовата, с другой стороны, это можно назвать эксцентричностью. А главное, у меня с ней ничего не было и явно не будет – идеальная кандидатура, чтобы оказать мне услугу.

Я наблюдал за Рыжей, и в голове уже практически сложился план действий: передать ее сейчас Вике, моей ассистентке – она все организует и это рыжее лохматое нечто через пару часов будет хорошо выглядеть…

Что еще, почему она визжит?

Ну конечно, либо вывихнула запястье, либо что-то сломала!

Как с ней что-то планировать?! Срочно ее к Бердяеву, он все сделает! По дороге решу остальное. Совет директоров сегодня останется без меня. Что логично – надо выяснить сначала, на кого шпионила Карина, а потом всех собрать!

Рыжая шлепнулась в машину рядом со мной, и я нажал на газ.

– Пристегнитесь, – сказал я.

Она неуклюже пыталась выполнить мою просьбу, но одной рукой это было сделать проблематично. Тогда я сам схватил ремень и воткнул заглушку в паз. Я нечаянно чуть коснулся рукой ее подбородка и меня обдало жаром. Я с удивлением взглянул на Рыжую, но она откинула голову и закрыла глаза. Спит?

Ладно. Это сейчас не важно. Надо решить кучу вопросов. Я достал телефон и позвонил Вике.

– Так, теперь по этой Рыжей, – сказал я в трубку, когда отдал самые важные распоряжения по Карине, – кто она?

– Ее только сегодня взяли на работу. Ирма взяла. Там странная история вообще вышла. Давай я скажу Ирме, чтобы тебе набрала и все рассказала, а я побежала в ай-ти!

Вика отключилась, а я взглянул на Рыжую. Спит. Из нее ничего не вытянешь.

Что за день сегодня? Все с ног на голову с самого утра! Начиная с этой вынужденной поездки на метро!

От мыслей отвлек телефон. Ирма.

– Ну, рассказывай, – сказал я, – кто такая эта Рыжая, откуда и как ее зовут!

– Ой, Ден, я не знаю, как ее зовут! Я встретила ее у здания. Она сидела на ступеньках. На кошку побитую похожа. А я с Владом по телефону разговаривала, обсуждала проблему Жанны. Ты ведь ее уволил, а она в прокуратуру… Ну, ты знаешь. И тут эта Рыжая тихим голосом такая и говорит, что мы можем ее уволить за прогул. Я сначала даже внимания обращать не хотела, но что-то меня дернуло к ней повернуться и расспросить поподробнее. Так она мне такую схему расписала – я аж закачалась! С ходу! Ты, представляешь? Ну, я ее сразу в оборот, притащила к нам, показала доки по Жанне…

– Ты показала корпоративные документы какой-то девчонке с улицы? – перебил я.

Ирма запнулась, но скоро продолжила:

– Ден! Это кадровые документы и нам так и так их прокуратуре скоро показывать! Не надо меня тут в безалаберности обвинять! Слушай дальше! Эта девчонка (опять же, сходу, даже не смотрела никуда) накатала мне список документов, которые нам надо оформить и еще обещала объяснить нюансы, но тут она увидела тебя! Ну, а дальше ты знаешь.

Ирма снова сделала паузу и робко спросила:

– А это правда, что ты в метро нашел ее телефон?

Я ухмыльнулся:

– Правда. Документы ее ты не смотрела?

– Нет, Ден! Я смотрела вместе с ней документы по Жанне! И знаешь, вообще-то все сходится: она еще на ступеньках мне рассказала, что телефон у нее в метро с утра украли…

– Я не крал ее телефон, – раздраженно перебил я.

– Ну, это понятно. Но она-то считала, что украл. А с работы ее уволили. Точнее, там какая-то мутная история: она сказала, что уволилась сама, но это все равно, что уволили. А самое главное, Ден, мы с Владом сразу после Совета разбирались в ее рекомендациях, до сих пор сидим, кучу документов перелопатили: пока все сходится! Она все верно расписала! Я уж не знаю, что там у нее на прошлом месте произошло, но девка – огонь! Я на словах уже сделала ей оффер.

– Ты взяла на работу человека с улицы, даже не проверив его рекомендации и не прогнав через службу безопасности? Что за день-то сегодня?

– Ден! Я как директор по персоналу взяла человека, профессионально в узкой сфере превосходящего руководителя юрдепартамента! Влад говорит, что хороших спецов по трудовому праву по пальцам можно пересчитать! И им лет в два раза больше, чем этой девчонке! И, кстати, где она?

– Со мной в машине, везу ее к Бердяеву, – нехотя сказал я, понимая, сколько вопросов породит мой ответ.

– Чего? Зачем? Вы подрались?

– Нет, Ирма, она ударилась. Мне надо поговорить с Викой. Я отключаюсь.

Я повесил трубку и пока набирал номер Вики с тоской подумал, сколько слухов и толков породит сегодняшний день. Сцена с Рыжей, предательство Карины, мое отсутствие на Совете директоров…

Вика ответила и сразу отчиталась по Карине: все выполнено, информацию ищут.

– Хорошо, – сказал я, – как ты понимаешь, мне на ужин идти не с кем. Поэтому приготовь эту Рыжую. Чтобы она выглядела максимально приемлемо мероприятию, насколько это возможно!

– Ого, – чувствовалось, что Вика ошарашена, – ладно. Понадобится визажист, маникюрщица, одежда, обувь… Какой у нее размер?

– Я не знаю, она спит, – ситуация начинала казаться мне все абсурднее.

– Эммм… – Вика подбирала слова, – ты ведь вроде к хирургу ехал? Я уже там всех на уши поставила в клинике. Так ты сейчас… Ну… Ты не поедешь к Бердяеву?

– Вика, я еду к Бердяеву с этой Рыжей. Она наорала на Карину и повредила руку…

– Она ей врезала? – с придыханием спросила Вика.

– По машине она врезала. И сейчас она, Рыжая эта, спит на пассажирском сиденье! Я не знаю не только ее размера, а даже ее имени! Реши вопрос с одеждой сама.

– Можно я возьму минивэн? – еще не оправленным от шока голосом сказала Вика, – погружу туда всех, кого найду, и мы приедем. Главное, скажи, куда ехать.

– Знал, что ты найдешь решение по любой ситуации. Буду держать тебя в курсе своей локации. Я приехал в клинику.

Я отключился, припарковал машину и начал будить Рыжую. Бестолку. Я даже пощупал пульс, хотя было видно, что она дышит.

Делать нечего, придется тащить на руках. Не зря в зал хожу: наконец, в жизни пригодится.

Я вытащил спящую и, захлопнув ногой дверцу машины, понес ко входу в клинику.

Рыжая оказалась легкой и… держа ее, я почувствовал умиротворение и спокойствие. Эти чувства были настолько непривычны для меня, что, оказавшись внутри клиники, я не сразу опустил свою ношу на оказавшуюся рядом каталку.

«Что-то я совсем сегодня расклеился», – потряс головой я, смахивая с себя странный морок.

– Денис, рад приветстовать, – Бердяев оказался подле меня, – рассказывайте.

Я коротко описал произошедшее, и Рыжую увезли.

Потом сходил в машину, взял ноутбук с флешкой и вернулся в клинику. Заняв одну из переговорных, принялся за работу.

Надежды мои не оправдались. На флешке был лишь перечень документов, которые надо было скачать с моего компьютера. Изучив его, я ни на шаг не смог продвинуться в расследовании, кто же заказал у Карины этот шпионаж. Может, ребята-программисты смогут что-то вытащить?

Но почему Карина так нервничала и умоляла вернуть флешку? Вероятно, лишь потому, что надеялась выкрутиться и что-то наврать, а список не оставлял ей шанса.

«Просто за свою задницу беспокоилась», – зло сказал я себе. Конечно, заказчик наверняка понимал уровень интеллекта Карины и подставляться бы не стал. Остается лишь один путь – выяснить все у самой Карины. Но это противно. Цель не оправдывает средств. Якшаться с предателем – не в моих правилах.

– Денис, все готово! – в дверях показался Бердяев, – несложный перелом двух пальцев, мы наложили гипс, сейчас она под капельницей, приходит в себя. Судя по всему, у нее был сильный стресс, а также состояние, близкое к обезвоживанию.

– Обезвоживанию? – я поморщился, – Иван Павлович, сегодня ей необходимо еще посетить одно мероприятие. Вы можете ее поставить на ноги в кратчайшие сроки?

Бердяев с удивлением взглянул на меня:

– Я бы не рекомендовал пациентке сегодня…

– Иван Павлович, – перебил я, – час назад она была бодра и активна, я не думаю, что перелом пары пальцев несет какую-то угрозу жизни и здоровью. Пожалуйста, помогите ей прийти в себя как можно скорее.

Хирург нахмурился и кивнул.

– Мне нужны ее документы, Денис. Надо ее оформить…

– Хорошо, чуть позже. Пока проводите меня к ней. Нам необходимо обсудить кое-что.

Пикнул телефон. Сообщение от Вики: «мы едем. 30-40 мин».

Бердяев проводил меня к палате.

Рыжая полулежала на кровати и удивлено-вопросительно смотрела на меня.

Глава 7. Палата и феи-крестные

Я открыла глаза и снова зажмурилась.

Это что, больница вокруг? У меня галлюцинации?

Боже, я ведь уволилась! Идиотка! На что я жить-то буду? Чем за квартиру платить?

Так, стоп. Где я сейчас?

– Все хорошо? – женский голос рядом вынудил еще раз раскрыть глаза.

Ну да, больница. Класс. С какого…

Тут я увидела загипсованную руку и катетер – мысли наконец собрались в кучу, и я вспомнила мощный удар по машине-сараю, Пижона, его тупую блондинку… А потом? Потом мы ехали в больницу, и я отключилась.

Запах!

Я вспомнила аромат парфюма, как у моего отца, и снова не смогла сдержать улыбки.

– Рада, что Вам лучше, – снова женский голос вернул меня к реальности. Это медсестра.

– Что со мной? – спросила я, приподнимаюсь в кровати.

– У Вас перелом двух пальцев, умеренное обезвоживание, но сейчас Вы вне опасности, – медсестра доброжелательно перечисляла все процедуры, которым меня подвергали, пока я была в отключке. А я, прикидывая в уме во сколько мне обойдется моя несдержанность, к каждой ее фразе с ужасом прибавляла новую сумму.

К моменту, как она закончила, у меня в голове вместе со стоимостью отдельной палаты набежал размер моей месячной зарплаты. Которой у меня теперь нет.

«Отлично, – с сарказмом подумала я, – отлежусь в больничке, приду в себя и потопаю в тюрьму. Тур по казенным заведениям, так сказать».

Медсестра вышла из палаты, и почти сразу дверь снова отворилась: вошел… Пижон!

Где-то в подсознании я успела за хвост поймать мысль «теперь все будет хорошо». Тут же дала этой глупой фантазии такого же мысленного, но сильного пенделя (мы рассчитываем только на себя – главное жизненное правило) и с интересом уставилась на вошедшего.

Вместе с Пижоном показался человек в белом халате поверх костюма.

– Как Вы себя чувствуете, эмм… Простите, не знаю Вашего имени, – сказал человек в халате.

– Маша, – ответила я и увидела, как по лицу Пижона пробежала едва заметная гримаса, – спасибо, все хорошо.

– Очень рад, Мария, меня зовут Иван Павлович, я Главврач. Вы не могли бы дать мне Ваш паспорт? Нам необходимо оформить Ваши документы.

«А потом упечь меня за решетку за неуплату, – подумала я, – спустят в долговую яму».

– К сожалению, мои документы в сумке, а сумка где-то в офисе этого, – я махнула рукой в сторону Пижона. Я так и не поняла, как его зовут.

– Я пришлю Вам скан, Иван Павлович, – сказал Пижон, – а сейчас могли бы Вы оставить нас?

Я напряглась. Что еще ему от меня надо?

– Да, только скажите Вашу фамилию, – Главврач не торопился уходить, – Мария…

– По паспорту я не Мария, – поморщилась я, – меня зовут Марсель. Марсель Панкратова. И, пожалуйста, не смейтесь!

Я с вызовом взглянула на Главврача. Он с удивлением посмотрел на меня, хотел что-то сказать, но передумал и вышел за дверь.

– Итак, Марсель… – начал было Пижон, но я его перебила.

– Называйте меня Маша.

– Марсель Вам идет, а чтобы стать Машей Вам придется сильно потрудиться.

– Что Вы имеете в виду? – вскинулась я.

– Не важно. Так вот. Мое предложение…

– Сначала объясните про Машу, – снова перебила его я.

Он закатил глаза:

– Имя человеку дается не просто так, Марсель. И будь вы действительно Машей, Вы были бы несколько… – он подбирал слово, – мягче и нежнее. Вернемся к главному. Сегодня у меня запланирован очень важный ужин. Это благотворительное мероприятие для очень узкого круга лиц. Загвоздка в том, что на это мероприятие можно попасть только с парой, которой, у меня вот уже часа два, как нет. Поэтому я предлагаю Вам…

– Пойти вместо той белокурой дылды с Вами? – меня пробил смех, – прям так? С капельницей наперевес, размазанной тушью? А, простите, какой именно узкий круг лиц Вы имели в виду? Собрание психов? Слет бомжей?

– Рад, что Вам весело, – Пижон скривил губы, – Вика поможет Вам привести себя в порядок.

– А Вика – это кто? Медсестра?

– Вика – это мой ассистент. И она уже едет сюда вместе с визажистом…

– Стоп! – я так резко села в кровати, что капельница рванула ко мне и чуть не свалилась мне на голову – благо, Пижон успел ее перехватить. – Я что-то не поняла! Вы уже отрядили бригаду, даже не получив моего согласия? Я Вам что, рабыня? И Вы вообще кто? Я даже имени Вашего не знаю!

– Меня зовут Денис. Денис Нечаев. И я предполагаю, что мы с Вами можем договориться.

– Не можем мы с Вами договориться! – выпалила я, – Вы украли мой телефон, мои документы заперты в Вашем офисе, я в больнице из-за Вас!

– Я не крал Ваш телефон – это раз, – спокойным голосом начал перечислять Пижон, – Вы его сами оставили на перроне, а я поднял. Документы Вы все так же оставили в кабинете сами, когда, сломя голову понеслись хватать меня за одежду и обзывать при сотрудниках. И в больнице Вы находитесь так же по своей инициативе: орать на Карину и, тем более, лупить мою машину я Вас не просил.

– Если бы не я – как бы Вы отделались от этой Вашей дылды белобрысой? – я победно вскинула брови.

– От, как Вы говорите, «дылды белобрысой» меня избавили бы Паша с Лешей, которые были уже готовы избавить меня и от Вас в том числе.

Я поджала губы.

– Вместе с тем, я все же благодарен тем обстоятельствам, которым Вы стали причиной, так как выяснил о шпионаже. Именно поэтому я и прошу Вас о помощи. Так уж сложилось, что Вы заварили эту кашу, впрочем, как я понимаю, выгодную нам обоим. Насколько мне известно, Вы сегодня потеряли работу…

– Это еще откуда?

– Вы умеете не перебивать? Вы сами сказали моей коллеге, что сегодня остались без работы. Я предлагаю Вам место в моей компании, а также оплату за сегодняшнее сопровождение…

– Чтооо?! – я хотела встать с кровати и хорошенько врезать ему, но вспомнила о капельнице, – адресочком не ошиблись? Я не представитель эскорт-услуг!

– Это заметно, – мне показалось, он усмехнулся, – да и все элитные представительницы этого бизнеса могут быть хорошо знакомы некоторым гостям ужина. Именно поэтому я прошу о помощи Вас. Если Вас обижает предложение оплаты – я могу Вам не платить. Для меня это не критично.

«Для меня это не критично, – передразнила я его в своих мыслях, – да мне даже доехать до этого ужина званого, или какого там, не на что».

– Нет, – отрезала я, – исключено! Я поеду домой!

«Твою ж мать! – снова пронеслось в голове, – а на что я домой поеду?»

– Марсель…

– Я Маша!

– Марсель, я прошу Вас еще раз подумать. Вы сможете завести полезные знакомства на этом ужине. Это та ситуация, которая выгодна и мне, и Вам. И это нисколько Вас не унижает.

Вообще-то он прав. Ему нужна пара, чтобы войти на ужин. А мне? Что мне терять? Моя жизнь сегодня в очередной раз сделала кульбит, – так почему бы не продолжить эти сальто?

– Но между нами ничего не… эмм… – я пыталась подобрать слова и прояснить главный для себя вопрос.

– О, можете быть спокойны! Ваша безопасность гарантирована, – мне явно послышалась усмешка в его интонации.

– Это точно? – я пристально посмотрела на него. Брови над карими глазами взметнулись в удивленной гримасе.

– Можете быть уверенны, – еще раз подтвердил Пижон. Мне показалось, что он еле подавил смешок.

– Теперь, когда мы договорились, давайте обсудим нюансы…

– Какие еще нюансы? – снова вспылила я.

– Мне надо, чтобы Вы, по возможности, сблизились с женой одного магната, Юрия Юсупова…

– Что значит «мне нужно»? – перебила я, – и что значит «сблизилась»?

– Нашли возможность поговорить, понравиться…

– Я не стану ни перед кем заискивать!

Пижон закрыл лицо рукой, но быстро оправился и продолжил спокойным голосом:

– Для того, чтобы наше соглашение принесло максимальную пользу, было бы неплохо, если бы Вы попытались сделать несколько вещей.

Он сел на краешек моей кровати (я сразу отодвинулась к другому краю), достал телефон и начал показывать фотографии и рассказывать о гостях грядущего ужина.

В какой-то момент мне стало интересно, я втянулась в его истории. Потом продвинулась чуть ближе, чтобы лучше видеть. Скоро я уже начала задавать задавать вопросы и шутить. Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент я в очередной раз поймала себя на чувстве полного спокойствия и умиротворенности. Так! Не стоит расслабляться рядом с этим проходимцем!

Я снова отодвинулась. Кажется, Пижон тоже как-то весь подтянулся и собрался.

Тут в палату вошли люди. Их было несколько, некоторые с какими-то мешками. Самая первая – жгучая брюнетка со стянутыми в хвост волосами и алой помадой на губах.

– Вика, приветствую! – Пижон вскочил с кровати, – оставляю тебя с Марсель.

– Я Маша! – крикнула я.

– У вас максимум полтора часа вместе с дорогой! Встречаемся у входа, – и Пижон скрылся за дверью.

– Господа, начинаем! – скомандовала Вика, и тут же у капельницы оказалась медсестра.

Наконец-то меня отстегнули от этой штанги! Свобода!

– Привет, я Филипп, – улыбаясь протянул смуглый мужчина с длинными вьющимися волосами, – я сделаю из тебя красотку, но сначала тебе надо в душ! Вот, держи! Это шампунь, это кондиционер. Намылить два раза, кондей подержать хотя бы минуту! Ну все, давай, давай, крошка! Время не ждет! Сейчас тыква превратится в дыньку!

– В карету, вообще-то, – буркнула я, беря банки.

– Момент, – тормознула меня Вика, – вот еще это может понадобиться.

И она протянула мне кулек.

Я ушла в душ и начала расставлять всю привезенную утварь: даже зубную щетку положили! Ох, тут и бритва, какие-то банки с гелями… Да тут чтобы этим всем воспользоваться полчаса уйдет!

– Милаяяя! – нараспев крикнул Филипп, – я не слышу шума воды!

Я закатила глаза и ускорилась. А как мыть голову с гипсом? Сами когда-нибудь пробовали?

Я нашла какие-то штуки, напоминающие шапочки для душа, и намотала вокруг руки: идеально подошло! Даже резиночки какие-то были – я их зубами затянула.

Как же хорошо под душем! Сейчас бы помыться и в кроватку, но… Я ввязалась в какую-то сомнительную авантюру. И уже пообещала. Значит, надо выполнять!

Я вышла из душа и заметила, что народу поубавилось: в палате остались только Вика, Филипп и еще одна женщина. А вся кровать была завалена одеждой. Вика сидела в кресле у окна и что-то печатала на ноутбуке.

– Господа! У нас сорок пять минут до выезда, – сказала она, не отрываясь от экрана.

– Значит, примерим только эти два! – радостно воскликнул Филипп, – они идеальны по цветовой гамме, надо посмотреть, как сядут! Давай, душенька, надевай!

Он сунул мне в руки два платья, и я снова направилась в ванную комнату.

– Нет, стой! Дай волосы тебе подсушу, а то намочишь все! Прическу быстро сделаем, подчеркнем твою молодость легкой небрежностью!

Он что-то еще говорил, но за шумом фена я не разобрала, что именно.

– Вот теперь давай! Иди!

Я снова пошла в душ и развернула платье. Ого! Черное от Alexander McQueen! Я такие только на картинках видела! Я влезла в платье, но не поняла, как его застегнуть.

– Эмм, мне нужна помощь, – сказала я, выйдя из уборной.

– Викуся, ну ты взгляни, как хороша-то, а! – причитал Филипп, застегивая платье и расправляя огромный черный бант на плече.

– Как всегда с девушками Дена, – не отрываясь от набора текста, сказала Вика.

– В смысле «с девушками Дена»? – я отвела руку Филиппа и посмотрела на Вику, – я не его девушка!

– Как скажешь, – Вика даже не подняла на меня глаз, продолжая печатать.

Мне стало липко в этом распрекрасном дорогущем платье.

– Знаете что, «дорогие», вы меня наверно с кем-то спутали! Может, я вашему Дену и обещала, но ничего страшного, переживет! Снимите с меня это платье! И всего доброго! Расплатиться за медицинские услуги пока не смогу – у меня нет не то, что карты или документов, – они все у вас в офисе, – даже телефона! Так что запишите на мой счет!

Вика с интересом подняла на меня глаза.

– Кхм, – наконец сказала она и даже отложила ноутбук, – прости, я действительно к тебе отнеслась, как к одной из…

– Куриц вашего босса? – закончила фразу я, – так вот, я, может, и курица, конечно, но из другого курятника и…

– Да я уж вижу, – Вика улыбнулась, – прости, я измотана, с утра на ногах и мечтаю только о сне. Просто после сегодняшней сцены в офисе, многие подумали, что ты очередная… кхм… брошенная Деном разъяренная пассия.

– Чего? Я из-за него телефон сегодня с утра потеряла и в результате это привело к тому, что заодно и работу потеряла!

– Да, вот тут интересно: я мельком слышала от Ирмы, что вроде как вы с ней сотрудничаете, но не было времени вдаваться в подробности – я так и не поняла ничего.

– Да, если мы говорим об одном человеке, то я ей помогаю уволить одну вашу сотрудницу…

– Дамы. Время идет, – прервал нас Филипп, – может, мы уже продолжим?

Мы с Викой переглянулись и засмеялись: обеим хотелось говорить дальше. Но Филипп снова затолкал меня в душевую с еще одним платьем. О, Valentino, цвета нежной бежево-розовой пудры, простое, струящееся по фигуре.

Я оделась и вышла в палату, превратившуюся в гримерку показа мод.

– Оооооооо, – простонал Филипп, – я в восторге! Это то, что нужно! Ты сливаешься с этим платьем и получается… Такой целомудренный порок! Это идеально! Оставляем! Укладываемся и красимся! Виола! Очнись!

Я и забыла совсем про сидящую на стуле у входа женщину, уткнувшуюся в телефон. Вика и Филипп были настолько умопомрачительно красивыми и энергичными, что заполнили собой все пространство палаты.

– Начинай маникюр! – продолжал командовать Филипп, – я укладываю, крашу и едем!

Когда фен стих, я стала расспрашивать Вику:

– Слушай, а Жанна, уволенная со скандалом – это что, его бывшая?

– Нет, – ответила Вика, – Жанна была нашим рекламщиком. И очень хорошим. Но Ден выяснил, что она продала несколько заказчиков конкурентам. Поэтому, конечно, он ее и выкинул.

– А что значит «продала»?

– Встречалась с заказчиками, которых нашел Ден, и увела их в другую фирму. Наверно, ей там больше заплатили, но это очень подло.

– А Карина кем работала? Может, они вдвоем с Жанной…

– Карина никем не работала, – удивлено ответила Вика, – Карина была девушкой Дена.

Я была поражена. Он что, робот что ли? Совсем никаких чувств не имеет? Та сцена, что я увидела, больше напоминала разборки начальника и провинившейся подчиненной, но уж никак не людей, между которыми были какие-то отношения!

Я высказала свое мнение Вике.

– Да, Ден скуп на чувства. Спутниц меняет каждые два-три месяца. Но преданных делу людей очень ценит. А вот с отношениями в личной жизни… – Вика махнула рукой, – он и раньше был не постоянен, а уж после смерти отца – так и вовсе отгородился.

– Ох, он потерял отца? – спросила я.

– Да, скоро как четыре года. После автокатастрофы, в которую попал Евгений Давидович, врачи допустили ошибки, и лишь один хирург заметил это и начал трубить в колокола. Тогда Ден как-то организовал перевоз Евгения Давидовича сюда, в эту клинику. И взял того хирурга с собой…

– Ивана Павловича, – догадалась я.

– Именно так, Бердяев провел филигранную операцию, это все подтвердили. Но было уже слишком поздно. Евгения Давидовича не стало.

– Дамы, а вы можете о чем-то более позитивном поговорить, а? – Филипп не выдержал дальше слушать наши заупокойные разговоры.

Мы с Викой улыбнулись.

– Ну, дорогая, ты – звезда! – пропел Филипп и подвел меня к зеркалу.

Я ахнула! Это я?

Вот эта красивая стройная девушка – это действительно я? Как такое возможно?

Я покружилась перед зеркалом, любуясь собой.

– Супер! – сказала Вика, – а теперь, помчали! Уже опаздываем, а Ден не опаздывает никогда!

Мы побежали на улицу и погрузились в минивен.

– Вик, а чем компания-то занимается? Я не совсем поняла, – спросила я, пока машина неслась по полупустым улицам города.

– У нас холдинг. Когда-то Евгений Давидович основал строительную фирму и постепенно она росла. Сейчас мы строим коттеджи и отели по всей стране, а также занимаемся рекламой, стройматериалами. Мы занимаем практически половину здания.

– Ого, – выдохнула я, – а Денис давно управляет?

– Официально после смерти отца. Но Евгений Давидович его ввел в курс дела уже давно. Я сама пять лет работаю в компании, и уже тогда Ден вовсю помогал отцу. Ну, а после трагедии, понятно, он встал во главе. Сначала мы очень волновались, что все пойдет прахом – но нет. Наоборот. Ден развивает компанию и даже вырастил из рекламного отдела целую фирму. Ребята мало того, что обслуживают все наши проекты, так еще и много других ведут. Приносят стабильный доход.

– А ты довольна своей работой? – вдруг спросила я.

– Ох, даже не задумывалась об этом никогда, – улыбнулась Вика, – наверно, это значит, что довольна. Знаешь, мне нравится это чувство: быть нужной! У меня, если честно, кроме работы больше и нет ничего. Что логично: сама видишь, сколько сейчас времени, а я не дома. Но мне и правда нравится чувствовать себя феей: я точно знаю, что найду выход из любой ситуации. Найду решение.

– Да, я тебя понимаю! – кивнула я, – у меня так же. Могу уйти с работы под утро, потому что ищу решение. В моем случае, чтобы его найти надо много читать. Но когда ты понимаешь структуру, ты понимаешь, где рыть, в каком направлении работать – и в итоге приходит успех! А его вкус опьяняет и, правда, он становится самым важным аспектом твоей жизни.

Мы болтали с Викой всю дорогу и я бы многое отдала, чтобы продолжить беседу с ней.

Нет, у меня есть подруга Лика, мы еще со школы дружим. Кстати, надо же ей позвонить: она, наверно, с ног сбилась искать меня! Только вот телефон Пижон так и не отдал!

Лика поддерживала меня, когда моя жизнь разделилась на «до» и «после». Правда, она очень обидчивая и всегда подолгу дуется, если я вдруг не хочу идти с ней на вечеринку (которые я ненавижу – это ведь пустая трата времени, денег и сил), но что делать – она единственный близкий человек, который у меня остался.

Но в Вике сейчас я почувствовала родственную душу. С ней было легко и интересно. Можно было быть собой. А главное, я ее понимала.

– Приехали! Вон, Ден стоит, – сказала Вика, – машин куча, уже не припаркуемся, дойдешь сама, тут 15 метров?

– Конечно! Не волнуйся! – ответила я и чуть задержалась у двери, – спасибо тебе, Вик. И тебе, Филипп! Виоле привет! Не помню, когда последний раз маникюр делала.

– Оооооо, дааай я тебя обнимууу, – протянул Филипп и аккуратно, но очень нежно обхватил меня за плечи, – иди, моя дорогая, порви их там всех!

– Так! Я сейчас расплачусь, – засмеялась Вика, – вы навсегда чтоль прощаетесь? Ирма написала мне, и просила тебе передать, что завтра ждет тебя в офисе! Давай, Марсель, топай!

Впервые мне не захотелось поправить имя на Машу. Устами Вики оно было произнесено легко и в то же время с достоинством. Без издевки и насмешки.

Я вышла на улицу и направилась к Пижону.

Он, не отрывая глаз, смотрел на меня.

Глава 8. Девушка с кривой логикой

Денис

«Какая еще Маша?» – поморщился я, когда Рыжая представилась Бердяеву в палате.

Выглядит она вполне бодро. Да я и не сомневался, что она прекрасно выдержит предстоящее мероприятие.

Что она говорит? Сумка у меня в офисе? Какая замечательная у меня система безопасности! Какая-то девка с улицы заходит, оставляет сумку в одном из кабинетов и покидает здание. А сумка остается, и никто на нее не обращает внимания!

«Марсель? Она сказала, ее зовут Марсель? А вот это больше похоже на правду!» – проносится у меня в голове.

– Называйте меня Маша! – заупрямилась Рыжая.

«Детские комплексы пошли», – раздраженно подумал я. Но я не собираюсь называть человека так, как мне не нравится, особенно, когда мне известно его настоящее имя. И особенно, если оно мне нравится.

Когда вопрос с именем, как мне показалось, был решен, я перешел к главной части – ужину.

Но и тут Рыжую заштормило. Ну, какие еще эскорт-услуги? Она себя в зеркало вообще когда последний раз видела? Она, конечно, симпатична, но до ужаса не ухоженна!

Я чувствовал себя на переговорах с подростком. Я представляю тезисы и расписываю бонусы – мне в ответ какой-то юношеский бред и претензии, что я заранее все спланировал! Нет, все само собой из-под земли должно появиться: платье вместо твоих потертых джинс, прическа, вместо этой рыжей охапки сена – фея крестная прилетит (сразу, как ты изволишь согласиться), и наколдует.

Когда я исчерпал все логичные доводы – Рыжая внезапно согласилась. Ничего в ней не понимаю! Что там за кривая логика у нее в голове? Как она рассуждает?

Ладно. Не важно. Теперь нужно ей рассказать про Юсупова. Я сел к ней на кровать и стал показывать фотографии.

И снова произошло что-то странное: в какой-то момент я ловлю себя на том, что улыбаюсь ее шуткам, что наши головы почти соприкасаются над телефоном и мне… спокойно и…

Нет, это я что-то заработался. Усталость. Спать, наверно, хочу!

Надо собраться!

И вообще, где Вика?

Через пару секунд в дверь ввалилась моя ассистентка. С ней еще Филипп – его вроде рекламщики взяли на полный рабочий день – съемки стилизовать.

Я установил Вике тайминг и вышел из клиники.

Сел в машину и направился в офис. Надо оставить флешку айтишникам – может, все-таки смогут найти хоть какие-то следы.

Позвонил Паша, подтвердил наличие сумки с документами на имя Марсель Панкратовой. Не могу сказать, что я удивился или, наоборот, что испытал облегчение – я подсознательно был уверен, что Рыжая говорит правду. Просто потому, что, кажется, она просто не умеет врать. Нет такой опции в ее прошивке.

Я доехал до уже опустевшего офиса и поднялся на нужный этаж. Встретил охранника и забрал у него сумку Рыжей. Достал паспорт и сфотографировал. Вероятно, это не совсем этично, но, раз она у нас теперь работает – копия ее документов так и так кажется у нас. Да и Бердяеву я скан обещал.

Потом я зашел к программистам – все уже разошлись, поэтому я положил флешку в сейф к Феде – самому талантливому парню. Рядом оставил записку, что нужно делать, и запер сейф.

Теперь нужно домой. Переодеться.

Моя квартира встретила меня привычным мраком: домработница знает, что я не люблю свет дома, и в любое время шторы должны быть плотно задернуты. Поначалу она ворчала, что такой вид из окна пропадает, зачем покупать квартиру с панорамным остеклением на двадцать третьем этаже и вечно закрывать окна, но потом привыкла.

Я, наконец, снял костюм с оторванной пуговицей и отправил его вместе с несвежей рубашкой в корзину для химчистки. Подготовил одежду и нырнул под душ.

Через двадцать шесть минут я был в гараже и садился в свой Chevrolet Camaro.

Ровно через полтора часа, как мы расстались с Викой и ее командой, я стоял неподалеку от входа на благотворительный ужин.

Я посмотрел на часы. Вика никогда не опаздывает. Но шла уже вторая минута моего ожидания. Да, сама-то Вика не опаздывает, но она с Рыжей. Я стоял, облокотившись на машину. Если бы что-то случилось – Вика уже дала бы знать, поэтому я постарался взять себя в руки и сдержать раздражение.

Вдруг мой взгляд привлекла идущая по дороге девушка: сначала было даже не ясно – одета ли она. Платье, струящееся по ее телу, настолько повторяло тон кожи, что поначалу казалось, что его и нет вовсе. Ей, наверно, холодно – на улице март, а она лишь в платье. Однако – такой проход того стоит: все взгляды только на нее устремлены. Интересно, с кем она?

Стоп.

У нее рыжие волосы! Они так блестят при свете фонарей…

Это же… Марсель!

Глава 9. Благотворительный ужин

Я подошла к нему. От холода уже начало потряхивать – но что делать-то: пальто осталось в офисе Пижона, Вика сама в одном костюме (на машине же весь день). А Филипп не отдал свое пальто, сказав, что будет изо всех сил мне сочувствовать, но не позволит испортить мой образ неподходящей верхней одеждой.

– Прекрасно выглядишь, – сказал Пижон, – идем внутрь!

Мы что, уже перешли на «ты»? Когда это мы успели? Я что-то упустила опять?

Я пыталась сказать ему это, но мы уже подошли ко входу. Там скопилась очередь, но нас пропустили вперед. Интересно, это потому что Пижон такая важная шишка?

– Это все из-за твоего платья, – шепнул мне на ухо Пижон, будто прочтя мои мысли, – иначе бы еще десять минут на улице стояли.

От его голоса совсем рядом у меня пробежали мурашки по коже. Или это все же от холода?

Мы вошли в зал. В глазах у меня зарябило от блеска украшений на женских шеях и запястьях. Я сглотнула. Зачем я в это ввязалась?

– Не волнуйся, – снова шепнул Пижон, – и помни, о чем я тебя просил.

– Да, помню, попытаться заговорить с Мариной Юсуповой, чтобы ты мог потом подойти к ее мужу, – я поймала себя на мысли, что тоже перешла на «ты».

К нам подошли какие-то люди, по всей видимости, знакомые Пижона. Он нас представил. Официант предложил поднос с напитками, все разобрали по бокалу шампанского. Пижон попросил себе бокал с водой.

– Ты, как обычно, за рулем, Ден? – спросил один из его знакомых, – и чего ты постоянно без водителя?

– Я люблю водить, ты ведь знаешь, – пожал плечами Пижон.

Завязался не обремененный глубиной разговор, я сделала пару глотков шампанского и стало немного легче.

Через десять минут Пижон меня оставил – они куда-то отправились с мужчинами, а я осталась одна.

Шампанское придавало энергии, и я начала ходить меж кружочков болтающих. Вдали я увидела ярко подсвеченный стеклянный бар.

«Да уж, видела бы Лика эту барную стойку, – усмехнулась я, – больше бы не таскала меня по своим любимым подвалам».

Лика! Я ведь так ей и не позвонила! И Пижон опять куда-то скрылся с моим телефоном! Он мне его вообще когда-нибудь отдаст?

Я подошла к бару и поставила пустой бокал на стойку.

Интересно, а тут новый бесплатно дадут?

Вообще, я редко пью что-то крепче грейпфрутового сока – хватило одного раза, скоро после смерти родителей, когда я влила в себя целый коктейль алкогольных напитков. Я поняла, что если они смотрят на меня оттуда, особенно папа, – им будет за меня стыдно. Поэтому с алкоголем я встречаюсь редко. Максимум могу выпить пиво, когда Лика снова притащит меня на какую-нибудь вечеринку. Но лучше всего – это грейпфрутовый сок.

Но сейчас мне очень хотелось выпить еще один бокал шампанского!

Бармен куда-то отошел, и я села на стул возле стойки в ожидании.

– Позвольте Вас угостить! – раздался приятный мужской голос у меня за спиной.

Я оглянулась и от удивления открыла рот – передо мной стоял сам Юсупов! Пижон говорил, что он как крепость неприступен и никогда не разговаривает ни с кем незнакомым!

– Эмм… – в нерешительности протянула я, – да, только бармена нет.

– Не беда, – властно повел бровью мужчина и сделал едва заметный жест рукой.

Тут же подле нас оказался официант с подносом.

Мы взяли по бокалу, и я всмотрелась в мужчину: почти полностью седые волосы, на вид ему лет пятьдесят, очень живые серо-зеленые глаза. В этих глазах была какая-то магия: хотелось перестать смотреть в них, но в то же время невозможно себя заставить отвести взгляд.

– Спасибо, – улыбнулась я.

Во мне боролись несколько мыслей.

Во-первых, я помнила, как Пижону важно обрести возможность заговорить с Юсуповым – поэтому сейчас получается, что я делаю не то, что мне нравится, а то, что мне сказали делать. Такой расклад меня не устраивал.

Во-вторых, когда к тебе подходит человек, за которым бегает толпа супербогатых людей, чтобы хоть на мгновение вступить с ним в контакт, – это немного напрягает. Зачем он ко мне подошел? Что ему от меня нужно? Кажется, явно не профессиональный интерес. А ведь этот Юсупов-то женат!

– Вы впервые здесь? – спросил Юсупов.

– Эмм… да, – мои мысли завершили кувыркаться в голове, и решение стало очевидным: просто быть собой, никем не притворяться и не пытаться понравиться этому богачу. – И, надеюсь, в последний.

– Почему? – явно искренне удивился Юсупов.

– Ну, Вы-то, наверно, уже привыкли, что дернете плечом, а возле Вас сразу официанты появляются, – я сделала глоток, – или что Вы вот пришли сюда, и половина гостей думают, по каким соусом с Вами заговорить…

– Ахахахахах, – вдруг рассмеялся Юсупов, – значит, Вы знаете, кто я?

– Ну, я не очень знаю, кто Вы именно: какой сок любите или какая книжка у Вас любимая; но то, что Вы богаты – да, мне известно, – я снова сделала глоток.

– А Вам и правда интересно, какая у меня любимая книжка? – поднял брови Юсупов.

– По правде сказать – нет. Я же Вас не знаю, – я пожала плечами.

– И у Вас, хотите сказать, нет никакого личного интереса ко мне? – Юсупов прищурился.

– Нет, – я снова пожала плечами и сделала еще один глоток.

– И у Вашего спутника? На сколько мне известно, Вы пришли с Нечаевым.

– Интересы Нечаева – это интересы Нечаева, – улыбнулась я.

– Чем Вы занимаетесь? – Юсупов тоже отпил из бокала.

– Оооо, это хороший вопрос, – засмеялась я, – еще вчера, может, я и смогла бы Вам ответить, и то не уверена. А сегодня и совсем промолчу.

– Вот как? Интригует.

Тут я подумала, что мой ответ мог был истолкован не совсем правильно, и добавила:

– Я специализируюсь на трудовом праве, но сегодня утром я потеряла работу.

– Вы кого-то не того уволили? – улыбнулся Юсупов и многозначительно покосился на мой гипс.

– Нет. Знаете, я не хочу об этом говорить. Потому что у меня на языке вертится много нехороших слов в адрес людей, которых Вы даже не знаете. А злословить за спиной – не мой конек. Спасибо Вам за компанию и за шампанское, – я отсалютовала бокалом и пошла прочь от барной стойки.

Через несколько минут я заметила Пижона.

– Денис, – выдавила я, подойдя к нему (какой из него Денис? – Пижон обыкновенный), – можно тебя?

Он отошел от группы мужчин, с которыми разговаривал, и приблизился ко мне.

– Верни мне телефон, пожалуйста! – выпалила я, – мне нужно позвонить!

– Черт! Твой телефон остался в Tahoe!

– Гдее? – сморщилась я.

– В другой машине, – пояснил Пижон, – на которой я тебя в больницу вез!

– Буржуй хренов, – зашипела я, – и что мне делать теперь?

– Не ругайся хотя бы здесь, пожалуйста, – чуть слышно прорычал Пижон, – ты весь день без телефона провела, можешь еще потерпеть?

– Ты нормальный? Именно поэтому мне и надо позвонить! Или ты хочешь, чтобы меня в розыск объявили?

Пижон закатил глаза:

– Ладно, позвони с моего! На! – он вытащил свой мобильный, ввел пароль и протянул мне, – только отойди куда-нибудь. Пойдем, я провожу тебя.

Мы прошли в небольшой кабинет, отделенный от общих залов дверьми и толстыми шторами.

– Ну, ты выйдешь? – уставилась я на Пижона.

– И оставлю тебя наедине с моим телефоном? И не надейся, – сказал Пижон, усаживаясь в кресло.

– У тебя мания какая-то? – я покрутила пальцем у виска, – говорят тебе: мне позвонить подруге надо! Я не буду рыться в твоих смс-ках!

Пижон как-то пристально посмотрел на меня и сказал:

– Ладно, даю тебе шесть минут, дай-ка телефон.

Я протянула ему мобильник, он что-то потыкал в экране и через минуту вернул мне:

– На, держи. Через шесть минут я жду тебя в общем зале. Не задерживайся, сейчас всех позовут в зал десертов. На ужин мы уже опоздали, десерты – последний шанс.

– Последний шанс на что? – уточнила я.

– Как я тебе уже говорил, на знакомство с Юсуповым! Ты можешь уже не терять время, а начать звонить?

Я закатила глаза и не стала ничего рассказывать Пижону о разговоре у бара. Сам виноват. Я набрала номер Лики и указала Пижону глазами на дверь. Он состроил гримасу и вышел, дернув шторой.

– Лика, привет! Это я, – почти крикнула я в трубку, услышав настороженное «алло».

– Маша! Ты куда пропала? Я тебя весь день ищу! Что случилось? Ты откуда звонишь? Что это за номер? – завалила вопросами подруга.

– Оххх, даже не знаю, с чего начать, – засмеялась я, – но номер не мой! На него не звони и не пиши! А лучше вообще все сразу удали!

– Да что случилось-то?! Можешь уже объяснить?

– Началось все с того, что меня уволили…

– Чегооооо? – ахнула Лика, и я представила ее вытянувшееся лицо.

– Ну, так-то я, конечно, сама уволилась, сказала Виктору, что он козел…

– ЧЕ? Да ладно, так и сказала? – перебила Лика.

– Ага. Это цитата, – я засмеялась, – он тоже, похоже, был в шоке. Но он не оставил мне выбора после того, как задвинул мне длинный спич о том, что это Светка все делает, а я у нее идеи ворую…

– Че?! – снова перебила Лика, – это же неправда! Он охренел совсем?!

– А для него это правда. Светка меня подставила сегодня, я опаздывала на встречу, потом еще телефон в метро потеряла, она там наплела невесть что, потом сперла мои распечатки к встрече и, судя по всему, сидела мои мысли за свои выдавала, овца драная.

– Точно, овца, – подтвердила Лика, – а сейчас-то ты где?

– Слушай, у меня время на исходе. Поэтому я пропущу долгий рассказ о том, как я тут оказалась, но я на благотворительном ужине для каких-то богатых пижонов…

– Тааак, – я почувствовала недовольство в голосе подруги, – и почему ты меня не позвала?

– О, Лик, это невозможно! Тут вход только по парам и я сюда попала случайно…

– То есть для тебя – возможно, а для меня – нет? – Лика начинала злиться.

– Лик, послушай! Тут все большие шишки и тут не танцуют…

– Ага, это то место, где можно подцепить нормального богатого мужика, и ты туда пошла без меня! Ты, которая всю жизнь вещает, что будешь ждать своего единственного! Ну, конечно, единственного лучше искать на тусовке миллионеров!

– Сомневаюсь, что тут есть миллионеры, – я тихо рассмеялась, пытаясь обратить Ликин гнев в шутку, – скорее, миллиардеры.

– Тем более! Подруга называется!

Лика обычно отходчивая, уверена, она быстро успокоится.

– Так, все, мне пора уже! Я завтра уже буду на связи! Не расстраивайся! Тебе бы тут не понравилось: все ходят важные и напыщенные, как индюки, и меряются, у кого важнилка важнее!

– Ой, все! Давай! Иди ищи себе миллиардера, единоличница!

Я улыбнулась и завершила вызов.

Тут дернулась одна из гардин.

– У кого важнилка важнее, говорите? – из-за шторы вышел… Юсупов!

– Вы подслушивали! – воскликнула я.

– Совсем немного: это единственное место, где можно уединиться, поэтому можно сказать, я стоял в очереди.

Мне не захотелось продолжать дискуссию, я прошла мимо Юсупова и покинула кабинет. У дверей я чуть не столкнулась с какой-то брюнеткой, но вовремя сделала маневр и смогла обогнуть ее. Поклонница Юсупова что ли?

Зал уже был полупустой.

– Неужели! – ко мне приблизился Пижон, – идем!

Он взял меня за локоть и потащил ко входу в десертный зал, находу проверяя свой телефон.

– Ты видела Марину? – шепнул мне на ухо Пижон.

Я покачала головой и хотела рассказать про Юсупова, но вокруг уже было довольно много людей и я решила поделиться событиями позже.

Нас провели к нашему столику. Я вернула Пижону телефон и стала с интересом рассматривать разные пирожные и тортики, которыми ломился стол.

Конечно, я бы сейчас с удовольствием лучше бы съела котлету, но и вся эта душистая кремовая радость тоже сильно привлекала. Я оглянулась по сторонам: пока никто не притрагивался к угощениям.

«Чего они ждут?» – подумала я и начала рассматривать гостей.

Некоторые места еще пустовали, но их становилось все меньше. Юсупова видно не было. И тут я ахнула: за одним из столов сидит… Виктор Степанович, мой бывший начальник! Тот самый «козел»! И во все глаза смотрит на меня! Что он тут делает?

Я отвернулась – снова видеть эту рожу мне ой, как не хочется! Виктор Степанович – родственник владельца компании. Только этим он и заслужил свою должность. Однако, у него есть талант: он находит действительно толковых сотрудников. Главный бухгалтер, финансовый директор, управляющие регионами – профессионалы. Поэтому компания приносит стабильную прибыль.

От мыслей меня отвлек голос какого-то мужчины, что выступил с речью. Он поблагодарил присутствующих и стал рассказывать про фонд, в который пойдут все собранные средства с сегодняшнего мероприятия.

Так вот, что значит «благотворительный ужин»! Они собирают деньги для больных детей!

А зачем тогда такой дикий контроль и идиотские условия? Ведь чем больше народу придет – тем лучше! Больше денег можно собрать!

Я перестала слушать оратора и еще раз подумала о том, какие странные и малоприятные все эти богачи. Многие держались очень надменно, особенно женщины – я еще в зале заметила, как они едва удостаивают меня открыто оценивающим взглядом и высокомерно проходят мимо. Мужчины были попроще, но и им передавался от женщин какой-то флер снобизма.

Краем глаза я увидела, как прошел к своему месту Юсупов и сел рядом с брюнеткой в черном платье, той самой, которую я видела после разговора с Ликой. По ней было непонятно, сколько ей лет: то ли 28, то ли 36. Такая женщина без возраста с каменным лицом.

Наконец, засуетились официанты, раскладывая десерты по тарелкам.

Ко мне на блюдо опустился чизкейк, какие-то воздушные корзиночки, крошечные эклеры… Я мельком взглянула на свою соседку: как она будет есть свои угощения? Дама сидела с прямой спиной, сжимая вилку и нож, а на ее тарелке одиноко лежал крошка-эклер. Я тоже чуть выпрямила спину, схватила одну из вилок подле меня и накинулась на десерты.

Божественно вкусно! Пирожные вовсе не требовали ножа: они таяли от одного прикосновения ребра вилки!

Я забыла про все свои неурядицы: ради таких вкусностей можно было и претерпеть столько сегодняшних событий! Есть же в жизни справедливость!

Моя тарелка довольно быстро опустела, и официант наполнил ее новыми угощениями. Мне очень хотелось чая, но передо мной стояла пустая чашка и бокал шампанского. Уподобляться этим чванливым зазнайкам и делать «знак рукой» я не хотела, поэтому запила десерты игристым и продолжила уничтожение эклеров с тарелки.

Скоро гости начали вставать из-за столов и возвращаться в общий зал.

Пижон, что сидел рядом и вел диалог со своим соседом, встал и тронул меня за локоть.

– Идем, – властно сказал он, и я, закинув в рот большой кусок эклера, нехотя повиновалась.

В зале к нам подошел Виктор Степанович.

Меня передернуло.

– Какими судьбами, Марсель? – он, как ему, по всей видимости, казалось, мило улыбнулся. На самом деле, больше походило на оскал.

– Здравствуйте, Виктор Степаныч, – сухо ответила я, – тот же вопрос могу адресовать и Вам.

– Я давно в списке приглашенных, – надменно улыбнулся он и обратился к Пижону, – Виктор Зазубнов, управляю «Золушкой»; должно быть, Вы слышали о нашей сети. Рад познакомиться.

Мой бывший гендиректор протянул руку Пижону.

Тот едва смерил Зазубнова взглядом и пожал ему руку:

– Денис.

– На сколько мне известно, ваша компания занимается стройкой? – продолжал разговор мой бывший начальник, – полагаю, у нас с Вами есть общие интересы. Мы как раз ищем помещения на севере страны для новых магазинов.

Я видела, что Пижону очень не хочется продолжать разговор, и втайне позлорадствовала – пусть помучается!

Выпитое шампанское давало о себе знать, и я покинула беседующих. Надо было найти туалет.

Поблуждав по залу, я, наконец, увидела нужную дверь и юркнула в кабинку.

Я уже собиралась нажать на кнопку слива и выйти к рукомойникам, как услышала голоса вошедших женщин.

– Видела эту рыжую с гипсом, что Нечаев привел? Малолетка какая-то! Видела, как она уминала эклеры? Как с голодного края!

Я поджала губы.

– Да плюнь на нее! Видно, однодневка какая-то! У Нечаева девки надолго не задерживаются! А эта вообще хабалка какая-то! Уверена, это последний раз, когда ее видели! Витя Зазубнов сказал, что она вообще у него раньше секретаршей работала!

Я не могла больше это терпеть и сердито нажала на слив. Когда я уже вышла из кабинки, женщины, наоборот, уже скрылись в своих.

Сначала я хотела подождать их выхода, чтобы посмотреть на их рожи, но потом плюнула и вышла из туалета.

В чем-то они правы: я действительно тут в первый и последний раз! И к моему великому счастью – я их больше не увижу.

Хабалка! Нет, ну надо же! Хабалка, потому что ем эклеры! Вот дуры напыщенные!

Хотя, честно признаться, мне было паршивенько.

Я понимала, что мнение каких-то куриц меня волновать не должно, но все равно был неприятный осадок.

Вдобавок, меня начало мутить.

Я подошла к бару, чтобы взять воды.

Куда опять этот чертов бармен запропастился?

Ко мне подошел официант с подносом из бокалов с шампанским.

Хоть что-то бы попить! Я взяла бокал и жадно выпила половину.

В нос ударили пузырьки.

– Как успехи? – ко мне подошел Пижон. В руках у него был бокал с водой.

– Это что у тебя? Вода? – жадно спросила я, – где ты ее достал? Дай сюда!

Я выхватила фужер из его рук и осушила одним глотком.

– Спасибо, – сказала я, – я пойду выйду на воздух, хорошо?

Только я хотела отойти от бара, как к нам подошла брюнетка в черном платье, спутница Юсупова.

– Добрый вечер. Вы Денис, верно? – это ведь голос той тетки из туалета, что меня хабалкой назвала! – Я – Марина Юсупова.

– Рад познакомиться, Марина, – Пижон пожал руку брюнетке, слегка склонив голову, – позвольте обновить Ваш бокал.

Пижон изящным жестом подхватил фужер у проходившего мимо официанта и протянул его брюнетке.

«Какие они все одинаковые», – подумала я.

Начинало мутить все сильнее, поэтому о разборках с брюнеткой не могло быть и речи. Я оставила Пижона лебезить перед этой стервой и отправилась на поиски балкона.

Тут я увидела, как одна из дальних гардин чуть колышется от ветра. Я направилась к ней и, чуть одернув, обнаружила приоткрытую стеклянную дверь.

Я вышла на морозный воздух.

Уф, вроде лучше!

– Рад Вас видеть, – раздался голос сбоку.

Юсупов! Опять! Тут куча народа! Почему снова он?

– Вам нехорошо? – он подошел ближе.

– Нормально, – огрызнулась я, – не дождусь, когда это все уже кончится!

– Смотря, что, – улыбнулся Юсупов.

– Мое пребывание среди заносчивых людей, – я облокотилась на перила.

– Полагаю, лет шестьдесят как минимум придется еще потерпеть. Они водятся не только в этой гостиной.

– Что-то Вы не похожи на недоступного небожителя, – прищурилась я.

– Обычно я прекращаю общение сразу, как меня начинают о чем-то просить. То есть со второго предложения, – усмехнулся Юсупов.

– А, то есть, чтобы Вы от меня отстали, мне нужно Вас о чем-то попросить? – у меня начала кружиться голова.

– Вообще-то, это Вы сейчас пришли ко мне на балкон.

– Мне казалось, он общий, – я отпустила перила и прицелилась к выходу. Мутило все сильнее, подкатывает тошнота. Скорее всего, я не добегу до туалета.

– Уйдите отсюда, – прохрипела я.

У Юсупова вытянулось лицо, и он с удивлением уставился на меня.

– Уйдите, – почти шепотом повторила я, – меня тошнит.

Вместо того, чтобы исполнить мою просьбу и покинуть балкон, Юсупов, наоборот, сделал шаг ко мне.

Зря.

Очень зря.

Все десерты разом решили покинуть мой желудок. Я согнулась в мощном спазме, и к ногам Юсупова плюхнулась лужа из микса сладостей, забрызгав ему ботинки.

Он чертыхнулся, отступил на шаг и вдруг, как мне показалось, бросился ко мне. Но мне уже было плевать на все: я проваливалась куда-то в темноту.

Глава 10. Ужин глазами Пижона

Денис

Вика с Филиппом справились на «ура»: Рыжая выглядит волшебно!

Теперь главное, чтобы она вела себя подобающе и, что еще важнее, смогла заговорить с Мариной. Мне очень нужен доступ к Юсупову! Все мои прошлые попытки претерпели крах.

Мы вошли.

Пока все складывается хорошо: все взгляды направлены на нас. Точнее, на Рыжую. Но это не суть важно: сегодня, здесь, она – часть меня. Поэтому внимание к ней играет на руку и мне. Многие мужчины шеи сворачивают, глядя на нее. А это значит, что женщины наверняка захотят с ней познакомиться, чтобы поближе узнать новенькую конкурентку. Главное, чтобы Марина захотела.

Я встретил знакомых и представил им Марсель. Один из мужчин – инвестор, и мы решили обсудить мой последний проект стройки в отдельном кабинете. Марсель осталась в зале.

Когда я завершил переговоры (к слову, довольно удачные), я отправился искать Рыжую.

Ну конечно, опять ей что-то приспичило! На сей раз телефон! Подруге видите ли позвонить. Не родственникам – подруге! Ненормальная! А, может, ей нужен доступ к моей почте?

Я проводил ее в кабинет, где несколько минут назад заключил выгодное соглашение, и хотел остаться, чтобы она позвонила при мне. Разумеется, она снова бушует!

Ладно, так и быть. За несколько минут ничего не случится.

Почему я ей доверяю? Это безумие!

На всякий случай выйду из почты и из облака. Осторожность все равно должна быть.

Я вышел в зал, погруженный в мысли. Я не помню, когда в последний раз я был практически уверен, что меня не хотят обмануть.

Ну, кроме Вики, конечно. Она еще у отца работала и за годы доказала свою преданность.

Рыжая, наконец, вышла из кабинета, и мы направились в десертный зал.

Я с интересом наблюдал за ее тарелкой: она не останавливала поток пирожных, что официант щипцами отправлял ей на блюдо. Спасибо, хоть приборы взяла.

Я заметил, как она исподволь оглядывается по сторонам. Волнуется, наверно. Я усмехнулся, краем глаза наблюдая, как она, пытаясь казаться «леди», поглощает пирожные. Леди из нее выходила так себе.

В гостиной к нам подошел какой-то знакомый Рыжей! Этого еще не хватало! Непонятно, к чему это приведет! Я ведь не знаю о ней ничего!

Знакомый оказался директором сети магазинов одежды масс-маркет сегмента. Не интересно. Я оглянулся, ища возможность закончить беседу необходимостью иного разговора. Знакомый Рыжей продолжал что-то говорить – хочет войти в наш торговый центр. Извини, мужик, не наш уровень.

Тем временем Рыжая смылась.

– А вы давно знакомы с Маш… с Марсель? – спросил вдруг мужчина.

– Относительно, – ответил я.

– Будьте аккуратны, она любит воровать идеи.

Я внимательно посмотрел на своего визави. Его фраза совершенно не вязалась с моим представлением о Марсель.

– И много она у Вас своровала? – поинтересовался я.

– Ох, нет! – рассмеялся мужчина, – она мелкая сошка: присваивает работу других сотрудников, выдавая чужие достижения за свои!

– Что ж, значит, Вы можете быть довольны, что она у Вас больше не работает, – сказал я и отошел от мужчины.

Я доверяю мнению Ирмы, а этот директор явно не в курсе способностей своего персонала. Я налил воды из графина в углу зала и увидел Рыжую у бара.

– Это что у тебя? Вода? – жадно спросила она, когда я подошел, – где ты ее достал? Дай сюда!

Она выхватила фужер и одним глотком осушила его. Конечно, пирожных объелась, залила это шампанским, теперь страдает.

– Я пойду выйду на воздух, хорошо? – слабым голосом спросила она.

Видимо, сильно страдает.

Тут к нам подошла Марина Юсупова – вот, это удача!

– Добрый вечер. Вы ведь Денис, верно? – сказала она, глядя на меня, – я – Марина Юсупова.

– Рад познакомиться, Марина, – я галантно пожал ей руку и заметил приближающего к нам официанта, – позвольте обновить Ваш бокал.

Я подхватил фужер и протянул его Марине.

Рыжую совсем как-то перекосило, она, ни слова не говоря, развернулась и ушла.

– Прошу простить мою спутницу, – сказал я Марине, – ей нужен свежий воздух.

– Немудрено, учитывая, сколько она ест и пьет, – Марина скривила рот в усмешке.

«Тебе-то какое дело», – подумал я и сказал:

– У всех нас есть небольшие слабости.

– А она – Ваша слабость, Денис? – прищурилась Марина.

– Женщины не должны быть слабостью. Женщина – сила мужчины, – улыбнулся я.

– Это если их использовать в нужное время в нужном месте, – надменно сказала Марина.

– Вам виднее, – ответил я, чуть склоня голову.

– Относительно Вашей спутницы могу сказать, что это полное непопадание в это правило, – Марина изобразила улыбку.

– Это не мое правило, так что я и не прицеливался, – я изобразил улыбку шире.

– Вот как, – вскинула голову Марина, – что ж, тогда я скажу прямо: я бы не хотела видеть эту девушку на мероприятиях, подобных этому!

– Чем же она Вам так не угодила? – я постарался показаться наивным.

– Денис! Видно, что она не нашего круга, – Марина понизила голос, – я знаю, что Вы хотели бы сблизиться с моим мужем, но приходить на подобные приемы в сопровождении таких женщин – это шаг не навстречу, наоборот!

– Если Вам известны мои намерения, отчего бы Вам мне не помочь с этим? Вы мне, а я Вам, – я улыбнулся и чуть склонил голову на бок.

– Какой Вы! – Марина стрельнула глазами, – Вы меня шантажируете?

– Отнюдь! Если бы Вы и ваша семья вошли бы в круг лиц, чье мнение для меня важно – разумеется, я бы принял его во внимание. С другой же стороны, я не могу руководствоваться советами незнакомых людей.

Марина чуть закусила губу и сказала:

– Ну, хорошо. У нас будет барбекю на выходных в загородном доме. Считайте, что Вы приглашены. Только будьте один.

– Желание хозяйки – закон, – я чуть склонил голову и достал визитку, – я буду ждать детали.

Она взяла мою визитку, сделала фото и протянула мне:

– Не люблю эти бумажки. Прошлый век. Я пришлю Вам всю информацию завтра.

Она грациозно оттолкнулась от бара и скрылась в толпе.

Уж не знаю, чем ей так сильно не угодила Марсель, но со своей задачей она справилась замечательно! О такой удаче я мог мечтать только благодаря Карине! И то, если бы они с Мариной подружились – я бы стал зависим от этой дружбы.

Теперь же у меня карт-бланш на руках: я получил желаемое, не заплатив за это ровным счетом ничего!

И все же, что Марине сделала Марсель?

Тут балконная дверь с грохотом распахнулась, в зал ворвался холодный воздух весенней ночи, а в проеме показался Юсупов… с Рыжей на руках!

Этого еще не хватало! Я под всеобщее аханье рванулся к балкону.

Рыжая без сознания.

– Что произошло? – спросил я, пытаясь забрать ношу у Юсупова.

Мне показалось, или он пытался удержать Рыжую, противясь моим стараниям?

– Ей стало плохо, вероятно, съела слишком много пирожных, и она потеряла сознание.

– Я ей займусь, все будет хорошо, – сказал я, бросив взгляд на перепачканные ботинки Юсупова и все же получив Марсель в свои руки. – Только надо забрать ключи от машины у входа.

– Идемте, я помогу Вам, – сказал Юсупов, и мы вместе направились к выходу.

Второй раз за день таскаю Рыжую на руках! Что ж она хилая такая, вечно сознание теряет!

Мы подошли к моей

Camaro

, рядом уже появился администратор с ключами.

– Так это ваш Бамблби! – с улыбкой сказал Юсупов, складывая переднее кресло.

– Ну, он не один в городе, – пропыхтел я. Рыжая все же не тростинка.

– С такими номерами – один, – засмеялся Юсупов, – мой сын когда видит Вашу машину, всегда шею сворачивает и визжит от радости.

У Юсупова есть сын? Интересно. Не знал.

Мы вдвоем уложили Рыжую на задние сиденья.

– Спасибо, Юрий Николаевич, – я вытер лоб.

– Ей надо много пить, – сказал он, – иии…

Юсупов будто замешкался. Я тем временем собирал передние сиденья.

– А вы не сильно заняты на следующих выходных? – вдруг спросил бизнесмен.

От этого вопроса я ударился головой о крышу машины, вылезая из салона.

– Эмм… нет… – ответил я, уже предполагая, какое приглашение меня может ожидать.

– Тогда буду рад увидеть Вас на Вашей машине и в обществе этой девушки у меня на даче. Будут шашлыки, и мой сын будет очень рад посидеть в Вашем Бамблби. А я удостоверюсь, что Ваша спутница выжила. Вот, возьмите мою визитку, позвоните мне завтра часа в два дня.

Он протянул мне карточку, я машинально ее взял и молча смотрел, как он идет к входу.

Из состояния шока меня вывел стон Рыжей.

Надо отвезти ее…

Куда?

У меня есть фото ее паспорта с фотографией. И все.

Она ведь кому-то звонила!

Я достал телефон – вот номер.

Убрал телефон обратно и сел за руль.

Глава 11. В которой очень нужен таз!

Денис

«Ну что ж ты такая тяжелая?!» – пыхтел я, вытаскивая Рыжую из машины. К счастью, она немного пришла в себя и даже сделала несколько шагов, а потом снова начала заваливаться.

«Да что б тебя! – бурчу я, – эклеров никогда не видела? Это ж надо было так обожраться!»

В ожидании лифта Рыжая опять уснула на мне. Волосы щекотали мне мочки ушей.

Я снова взвалил ее на себя и втащил в лифт.

Наконец, я приволок ее в свою квартиру. Уложил на диван и в изнеможении опустился на пол.

– Пить, – простонала Рыжая, не открывая глаз.

Я поплелся на кухню и налил ей стакан воды.

– Ау! – сказал я высоким голосом возле нее, – вода! На!

Ноль эмоций!

Я поднял ее голову, она полураскрыта глаза и, ухватившись рукой за стакан, начала жадно пить.

Так. Что-то она серая какая-то… Сейчас воды напьется и… Я пошел искать таз.

Где в моей квартире может быть таз? В ванне нет. Туалет? Нет, в туалете только туалет! Гардеробная? И здесь нет. Почему у меня дома нет таза?!

Тут я услышал характерные звуки, когда желудок принудительно избавляется от содержимого.

Да что б тебя! Опоздал!

Я вбежал в гостиную. Пол возле дивана уделан остатками десертов.

МНЕ НУЖЕН ТАЗ!

Как это убрать? Чем?

Я носился по квартире, пытаясь найти нечто подходящее для уборки.

Никаких швабр, тряпок… Как Мария убирается? Чем? Она ведь как-то убирается!

Тут я снова услышал слабое:

– Пиить.

Какого черта я не позвонил ее подруге-другу или кому там она звонила?! Что меня дернуло припереть ее к себе?!

Я снова пошел на кухню за водой.

Снова помог ей выхлебать все содержимое стакана.

Снова будет залп?

Ей ведь лекарство надо какое-то!

У меня дома есть аптечка?

Я пошарил по полочкам на кухне и зачем-то в гардеробе.

Ни намека на аптечку.

Это вообще мой дом? Тут нет ничего для жизни!

Я посмотрел на Рыжую, она ворочалась. Явно намеревается продолжать пачкать пол.

Взял ключи и вышел за дверь. Внизу есть аптека, там что-нибудь посоветуют. Не звонить же Бердяеву в ночи, интересоваться, что влить в обожравшуюся эклерами рыжую пациентку.

Фармацевт выдала мне какие-то банки. Потом оценивающе посмотрела на меня и выдала еще листочек, на котором расписала, что нужно делать. Какая хорошая женщина! Еще я купил одноразовые перчатки и какую-то тряпку. Она сложно называлась, но назначение ее предопределено.

Если бы у них был еще таз…

Я вернулся домой.

Лужа у дивана увеличилась. Запах стоял тот еще.

Вот вляпался-то!

Я прошел на кухню и развел питье. Снова подошел к Рыжей и влил лекарство. Потом открыл окно.

Надел перчатки и приступил к уборке пола.

Через двадцать минут я чувствовал себя так, будто разгрузили вагон с кирпичами.

Влил в Рыжую еще одно лекарство, сходил в душ.

Поставил возле Рыжей стакан с водой и кастрюлю. За неимением таза.

Прошел в спальню и рухнул на кровать.

Величайшим усилием заставил себя встать, влил в Рыжую еще одно лекарство, укрыл ее пледом, вернулся в кровать и тут же уснул.

Глава 12. Утро с Пижоном

Я открыла глаза.

Во рту будто кошки в туалет ходили.

И жутко хочется пить.

О, вот стакан с водой! На полу. Рядом с кастрюлей. (Зачем кастрюля?)

Я пытаюсь понять, где я.

Вокруг темнота, но в щель между плотными занавесками пробивается тусклый свет.

Я взяла стакан и почти залпом осушила его.

Мне надо еще.

Где же я!?

Я с трудом поднялась и подошла к окну.

Распахнула занавески и ахнула: передо мной лежал город как на ладони, залитый рассветным солнцем.

Где я?

Обрывки воспоминаний: меня рвет на Юсупова, а потом? Какие-то размытые ошметки вспышек происходящего: Пижон дает мне пить, меня тошнит… Бррр…

Я, наверно, у кого-то из Пижоновских сотрудников. Может, у Вики?

Я пошла на поиски кого-то живого. Зашла на кухню и налила себе воды из-под крана.

Вернулась в гостиную. И увидела еще одну дверь.

«Наверно, Викина спальня», – подумала я и уже собиралась подойти и постучать, как дверь открылась и в проеме показался… Пижон в одних трусах!

Он заслонил рукой глаза, будто в лицо ему ударил свет софитов, и вдруг увидел меня. Лицо его вытянулось, и он с треском захлопнул дверь прямо перед моим носом.

Я оторопело стояла перед дверью и пыталась сообразить, что мне делать и что вообще происходит. В голове шумело. В теле ощущалась невероятная слабость.

Спустя, как мне кажется, минуту дверь открылась снова.

Снова Пижон в одних трусах.

И снова дверь закрылась.

Он что, думает, у него галлюцинации? Или это такой тонкий намек мне, что я должна уйти?

Я отвернулась от двери, сделала несколько шагов в сторону и в итоге села на диван.

«Я не могу никуда уйти без телефона, денег и верхней одежды в одном этом измятом платье. Которое, к тому же, местами сильно грязное», – подумала я, оглядывая себя.

Я продолжала сидеть на диване, уставившись на кастрюлю перед собой, когда дверь в спальню снова открылась, и краем глаза я заметила, как Пижон прошмыгнул мимо и скрылся за раздвижной дверцей.

Я, пошатываясь, пошла на кухню за водой, пытаясь сообразить, ЧТО ВСЕ-ТАКИ ПРОИСХОДИТ!? И почему он не разговаривает со мной? И почему я у него?

– Лучше налей воду из фильтра, – раздалось за моей спиной и я, взвизгнув от неожиданности, выронила стакан.

Осколки полетели по кафелю кухни.

– Ну почему я даже не удивлен, – скорее простонал, нежели сказал Пижон.

– Эммм… Ты, может, пояснишь, что происходит? – сказала я.

– Что происходит? Что происходит?! – воскликнул Пижон, – происходит то, что ты вчера заблевала Юсупова, свалилась ему на руки, он тебя тащил до моей машины, потом я тебя тащил до своего дома, потом ты заблевала весь мой дом, и вот теперь ты колотишь посуду у меня на кухне!!!!

– Хмм… Ты мог бы не кричать, – тихо попросила я, – голова раскалывается.

– Голова раскалывается? Ты сколько вчера шампанского влила в себя вчера? Я не виноват, что у тебя голова болит! Осколки сама убирай! – сказал он и хлопнул дверью в ванну.

Я пожала плечами и нагнулась за одним из блестящих стеклышек.

– Нет!! Стой! – дверь в ванну распахнулась, на лице у взлохмаченного Пижона читалась паника, – уйди! Я сам уберу! Ты ведь сейчас изрежешься вся, и снова целый день с тобой возиться! Вообще без рук останешься! Все! Замри!

Я с удивлением выпрямилась и хотела уйти с кухни.

– Я ведь сказал – замри! – рявкнул Пижон, – я не готов пускаться в дальнейшие приключения! Сейчас я тут уберу, потом отвезу тебя, куда скажешь, и все на этом! Все! Сделаем так, чтобы я тебя больше не видел! Можешь работать с Ирмой, если она хочет, я готов тебе выделить отдельный кабинет – все, что угодно, только чтоб не видеть тебя!

– Эмммм… У тебя все нормально? – озабоченно спросила я.

Пижон молча собирал осколки, а когда закончил, встал напротив меня и произнес:

– Нет. Видимо, не все в порядке.

После этого развернулся и зашел в ванну, закрыв за собой дверь.

Какой он странный. У него явно какие-то психические заболевания – чего он так распереживался? Я ж не просила его тащить меня к себе домой. Мог бы Лике позвонить – у него ж есть ее номер.

Я налила себе еще воды и уселась на диван.

– Нам надо обсудить план действий, – Пижон в халате вышел из ванной.

Голос его был спокоен, мокрые волосы зачесаны.

– Какой еще план? – поморщилась я, – можно я схожу в душ, а потом ты мне расскажешь, что вчера случилось, и почему я проснулась на диване у тебя дома.

– Сколько тебе времени надо?

– Пятнадцать минут. И еще зубная щетка. И одежда какая-нибудь.

Мне показалось, Пижон закатил глаза. Он зашел за раздвижную дверцу и вернулся со спортивным костюмом в руках.

– Это мой. Чистый. Завяжешь потуже. Зубные щетки в шкафчике в ванной. Время пошло.

Я взяла вещи и шмыгнула в ванну. Нашла груду новых щеток в упаковках, схватила одну и выглянула в гостиную:

– Щетку надо ополоснуть кипятком, поставь, пожалуйста, чайник. И где полотенце?

– Чистые полотенца свернутые лежат на входе в ванне, и давай ты без кипятка обойдешься, – голос его был спокоен, но я уже научилась угадывать зарождающееся раздражение.

Я вернулась в ванну. Начала стаскивать платье.

Нет.

Нет. Не годится!

Я снова вышла и прошла на кухню.

– Что еще? – уставился на меня Пижон.

– Чайник хочу поставить, – ответила я и заметила, как заходили желваки на его щеках, – и еще мне нужен пакет руку замотать.

– Мне скоро в офисе надо быть, – Пижон протянул мне рулон пакетиков для завтраков, – я вызову тебе такси до дома.

– Очень мило с твоей стороны, – прищурилась я, – может, ты еще и телефон мой соизволишь мне отдать? И сумку, что в твоем офисе? С деньгами и документами!

– Я рад, что, судя по всему, ты чувствуешь себя много лучше, чем вчера после эклеров, – Пижон растянул губы в наигранной улыбке.

Я тоже состарилась рожицу, облила щетку кипятком и скрылась в ванной.

Сколько банок для волос-то! У меня аж глаза разбежались! Я про эти средства только в интернете читала, а в магазине и в руки взять боялась!

Я с наслаждением намылила голову и благодарно ощутила, как теплые пенные струи ласкают кожу.

После окончания банных процедур намазала лицо кремом, что нашла на полочке (написано «для мужчин», надеюсь, борода не вырастет), и натянула спортивный костюм. Штаны удалось утянуть, чтобы они не спадали, а вот футболка вполне бы себе сошла за платье.

– Итак, обсудим наши проблемы, – начал Пижон, когда я вышла.

– Какие «наши» проблемы? – удивилась я.

– Ты можешь не перебивать?

– А ты можешь шторы раскрыть? Чего мы как в подвале в темноте сидим? Ты зачем так замуровался?

– Я люблю полумрак, – сказал Пижон.

– Так это не полумрак, это тьма кромешная! Ты не стесняйся, ты нормально выглядишь, особенно в этой голубой рубашке с брюками, а не в трусах.

– Давай вернемся к теме, – сквозь зубы произнес Пижон.

– Давай шторы раздвинем, – я подняла брови.

Пижон рывком встал с барного кухонного стула, пересек гостиную и так же, рывком, дернул гардины. Свет проник в квартиру, залив соединенную с гостиной кухню, где я села на высокий стул.

– Итак, – снова начал откровенно недовольный Пижон, – скажи, пожалуйста, что случилось у вас с Мариной Юсуповой.

– С этой брюнеткой, перед которой ты так лебезил? Ничего, – пожала плечами я, – я лишь услышала, как эта овца в туалете меня за глаза обзывала. Ей крупно повезло, что мне резко поплохело, когда она тогда к тебе подошла.

– Так, а с Юсуповым что?

– Я и сама не знаю, – я развела руками и рассказала о вчерашних разговорах с бизнесменом.

По мере моего рассказа, голова Пижона все сильнее опиралась на руку.

– Что не так? Вообще-то он меня достал и я уже собиралась его послать подальше, но…

– Вместо этого решила на него стошнить, – закончил фразу Пижон.

Я закатила глаза.

– Итак, у меня проблема. Я получил приглашение на дачу к Юсупову. Похоже, это очень тесная тусовка. Место – мечта любого предпринимателя.

– Ура, я рада за тебя! – сказала я вставая, – теперь можешь вернуть мне телефон и попрощаемся.

– Подожди! Сначала я получил приглашение от Марины. В обмен на обещание, что их круг больше тебя не увидит. Как ты понимаешь, пообещать ей это мне было не трудно.

– Значит, я тебе помогла! Отлично, рада сделать доброе дело, – я снова встала со стула.

– Да подожди ты! Когда мы с Юсуповым грузили твое тело в мою машину, он меня тоже пригласил!

– Вдвойне за тебя рада! Тебе не терпится передо мной похвастаться что ли? Поверь, я спокойно бы прожила и без подробностей!

– Загвоздка в том, что он пригласил меня с тобой, – тихо произнес Пижон.

Я опустилась на стул подле которого стояла.

– Со мной?

– Угу. С тобой и на Camaro.

– Чего? – не поняла я.

– На машине на моей. Его сын любит «Трансформеров» и ему хочется посидеть в моей машине. Camaro согласна. Теперь надо как-то тебя уговорить.

– Меня? Ты нормальный? Да я в этот ваш гадюшник больше ни ногой! Тем более, сам говоришь, ты с Мариной договорился…

– Марину мне оставь, – отмахнулся Пижон, – что ты хочешь за поездку к Юсупову на выходных?

– Что? Да ты достал! Я тебе уже говорила, что эскорт-услуги не ко мне! Ты не понял?!

– Марсель…

– Маша я!

– Нет, ты – Марсель. Хоть тут не спорь. Иди паспорт проверь.

– Его легко поменять! – я махнула рукой.

– 23 года не меняла!

– Еще не вечер! – отрезала я.

– Послушай, я прошу тебя мне помочь! У меня на кону сделка на сотни миллионов! И мне для нее нужен Юсупов! Мы можем с тобой договориться о проценте в случае успеха! Тогда мы станем настоящими партнерами, понимаешь? При чем тут эскорт? Я предлагаю тебе договор! На бумаге. Со всеми условиями!

Я задумалась.

Все это со стороны выглядит очень странно. Однако, как это ни странно, я могу понять Пижона: ему нужен Юсупов. Волей обстоятельств во все эти перипетии богатеньких мальчиков затесалась я. Я нужна Пижону. И если он собирается заключить договор… Уж на чем я собаку съела, так это на всяких договорах и соглашениях! Продумывать нюансы – мой конек!

– Хорошо. Я согласна. Но. Сразу могу сказать. Должно быть указано точно: никакой интимной связи! Ни с кем! Никакой обнаженки и вообще ничего, что хоть как-то намекает на отношения!

– Относительно интима и нас с тобой – тут можешь быть уверена на сто процентов. Ты не в моем вкусе, уж прости.

– Да, взаимно, – вставила я.

– Я рад. А с третьими лицами – решение твое. Я не намерен штрафовать тебя в случае…

– В случае чего?? – взвилась я, – ты на что намекаешь?! Что я лягу в постель к женатому старикашке?

– Если ты про Юсупова, то ему 52. Он занимается спортом и я не называл бы его старикашкой, – вставил Пижон.

– Да плевать мне, сколько ему лет! – воскликнула я, – он женат! Как ты вообще мог подумать!

– Я исключительно оговорил тот нюанс, что это твой выбор.

– Фу!

– Я понял. Что касается обнаженки – тут можно поподробнее? Купальник – это обнаженка?

– Если он уместен. Но мне бы не хотелось быть в ситуациях с водой – я не умею плавать.

– Учту, но стопроцентной гарантии прописать не смогу.

Мы еще обсуждали детали сделки, проговаривали нюансы и когда, наконец, многое было оговорено, Пижон поднялся:

– Скажи свой адрес, я вызову тебе такси до твоего дома, а потом до офиса. Ирма уже присылала сообщение, что ждет тебя. Сегодня срок подачи документов по проверке.

Я назвала улицу и номер дома, и мы спустились вниз. В лифте, как мне показалось, неловко стало не только мне: не смотря на то, что Пижон рассказал, как тащил меня на себе, в замкнутом пространстве рядом с ним я чувствовала себя скованной.

Когда двери, наконец, распахнулись, я радостно выбежала на волю.

Такси уже ждало меня, и я прыгнула в салон.

Глава 13. Договор

Машина мчалась по городу.

Улицы были знакомы, но что-то новое мелькало сквозь фасады. Я не могла понять, почему столь иначе воспринимаю привычные места. Неужели во мне что-то изменилось?

Я зашла домой и вспомнила, что телефон так и остался у Пижона!

Да твою ж мать! Сколько можно?!

Я наскоро переоделась, сложила туфли в пакет, чтобы вернуть Вике, схватила зарядку и спустилась в ожидавшую меня машину.

– Марсель! Идем, – как всегда торопила Ирма, – мы все собрали, надо, чтобы ты проверила!

Стоило мне подняться в кабинет, как дела завертелись.

Я скрупулезно проверяла документы, указывала, чего не хватает, инструктировала, какие бумаги надо составить прямо сейчас и отправить по почте.

Через несколько часов у меня был собран комплект для отправки на проверку вместе с сопроводительным письмом, содержащим подробные разъяснения.

Ирма с Владом остались удовлетворены результатом.

Теперь самое время подумать о себе. А точнее, о своем телефоне.

Я узнала, где кабинет Вики, взяла пакет с туфлями и направилась к ней.

– Марсель! – Вика встала из-за стола, – как я рада тебя видеть!

Я протянула ей пакет и в общих чертах рассказала о минувшей ночи.

– О Боже, – прошептала Вика, – чтобы Ден о ком-то заботился! Уму непостижимо! Может, ты ему и правда нравишься?

– Даже не думай, – я отмахнулась, – просто я ему нужна.

– Да, это больше похоже на правду, – кивнула Вика и зашла в кабинет Пижона. Через минуту выглянула и, помахав мне рукой, пригласила войти.

– Вика, надо, чтобы ты организовала для Марсель гардероб для этих выходных. Я тебе пришлю на почту примерный перечень активностей, которые нас ждут.

– Хорошо, – кивнула Вика и вышла.

– Я составил договор, – сказал Пижон, кладя на край стола мой телефон, – сейчас распечатаю и прошу тебя его прочитать. О договоре знаем только мы с тобой и Вика. Если будет утечка – значит, это с твоей стороны. В этом случае я предусмотрел санкции. Пункт о конфиденциальности – важный. Прошу, прочти его внимательно. А главное, уясни.

Я скорчила гримасу, забрала телефон и уселась в кресло читать договор.

– Что значит, «инсценировать отношения, если того потребует контекст»? – я с яростью отложила договор на колени.

– Значит, где надо, добавить объятий…

– Каких еще объятий?! – я вскочила с кресла и швырнула договор на стол, – чего удумал! А потом еще что будет? Ищи другую дурочку! Думаешь, я тебя не раскусила?

Пижон потер лицо и сказал:

– Если у тебя есть хоть капля мозгов среди твоего юношеского максимализма, то, вероятно, ты задумаешься – а в качестве кого ты будешь сопровождать меня на мероприятиях?

– Мероприятиях?! – снова взвилась я, – их что, много будет?

– Я надеюсь, как можно меньше, – сморщился Пижон, – но, как ты знаешь, на этих выходных ты мне нужна. Потребуется ли еще – я не знаю, и, поверь, в моих интересах ни от кого не зависеть. Именно поэтому я попросил тебя пойти со мной на ужин, так как был уверен, что это разовая акция, а ты не будешь меня шантажировать и тянуть деньги с преференциями. Вернемся к вопросу статуса. Кем тебя, на твой взгляд, должны видеть на мероприятиях?

– Человеком! – выпалила я.

– Несомненно, – Пижон снова потер лицо, – но ты, как бы тебе сказать… не самостоятельная единица. Ты пришла со мной. Так кто ты мне?

– Нууу… – протянула я, – ну, знакомая.

– Знакомая? – повторил Пижон, – со знакомыми на такие мероприятия не ходят! Это близкий круг, понимаешь? Это значит, что и мы с тобой близки!

– Мы с тобой не близки! – воскликнула я, – и я этого не хочу!

– Это прекрасно, раз наши желания хотя бы в этой плоскости сходятся, – кивнул Пижон.

– В какой еще плоскости? – чуть ли не взревела я, – вот, на что ты надеешься!

Пижон что-то пробубнил и закрыл лицо руками. Потер глаза и лоб и сказал:

– Ты можешь меня услышать? У нас с тобой ничего нет и не будет! Прими это как аксиому и на основании нее воспринимай дальнейшую информацию! Окружающие должны думать, что мы в отношениях! Поэтому иногда, очень редко, вероятно, мне придется тебя обнять.

– А без объятий никак? – немного успокоившись, спросила я.

– Я постараюсь этого избежать. Давай ты дочитаешь до конца, – Пижон снова протянул мне договор.

Я вернулась в кресло и продолжила чтение.

– Я, конечно, не меркантильная, но ты предлагаешь мне 0,002 процента от суммы сделки по строительству комплекса «Страна мечты»…

– С учетом минимальных вложений с твоей стороны, это будет неплохая сумма. Так же, как ты могла увидеть, я несу все сопутствующие расходы. Даже если сделка не будет заключена – сможешь обновить гардероб, – Пижон смерил глазами мои джинсы.

– Я это и без тебя в состоянии сделать! – огрызнулась я.

– Если тебя интересует финальная сумма, полагающаяся тебе, то это около 10 000 $. Она будет зависеть от количества инвесторов, что войдут в проект. В любом случае, там, как ты видела, есть графа «или будут выполнены условия, достаточные для заключения сделки». Я не буду вдаваться в подробности, но как только будет либо заключена сделка, либо выполнены условия – ты получишь минимум 10 000$. В дальнейшем эта сумма может увеличиться – в зависимости от цены строительства.

Я молчала. Сумма меня потрясла. Просто съездить на дачу к богатому дядьке и получить столько денег? Хотя, он, конечно, что-то мутит про непонятные условия… Однако, я вряд ли пойду в суд с этим контрактом. Поэтому даже не хочу выяснять, что там за условия. Мне важнее понять, почему он хочет отвалить мне кучу денег за, по сути, ни за что!

Что-то тут не чисто. А вдруг он сутенер и таким образом заманивает меня в ловушку…

– Очень важный пункт о конфиденциальности. Никто не должен знать о нашем с тобой договоре. Слышишь? Никто!

Я продолжала молчать.

Вот оно. Я не должна никому рассказывать, держать в секрете. Чтобы меня никто не искал? Конечно, у меня ведь никого нет! Пронюхал, что меня искать-то особо некому – вот и решил меня в рабство взять. Только я не дура! Плавали, знаем! Я больше не дам себя облапошить! Хватило того, что все имущество родителей профукано из-за моей доверчивости!

– Где мой паспорт? – глухо спросила я, откладывая договор.

– В твоей сумке, – с явным удивлением ответил Пижон.

– И где сумка? – я почувствовала, как узел паники перехватывает горло.

– У охраны, скорее всего, – Пижон наблюдал за мной с явным интересом.

Я, не говоря ни слова, встала с кресла, бросила договор на стол и вышла из кабинета. Лишь мельком взглянула на Вику (неужели она с ним заодно в этой секте?) и отправилась искать охрану.

– Марсель! Курьер привез документы! – ко мне подбежала Ирма, – взгляни, пожалуйста, на акты, которые мы составили! Все верно в них?

Я посмотрела на Ирму и сухо спросила:

– Где охрана?

Ирма опешила и несколько раз моргнула, прежде чем ответить:

– Они этажом ниже сидят.

Я молча прошла к лифтам, даже не взглянув на бумаги оторопевшей Ирмы.

Когда лифт привез меня на нужный этаж, я прошла по коридору мимо невзрачных дверей. Ну, и где тут охрана?

Тут одна из дверей распахнулась и на пороге я увидела одного из двух вчерашних шкафов в костюме.

– Я могу помочь? – спросил он.

– Да. Мне нужна моя сумка.

– Конечно, – кивнул мужчина, будто к нему по несколько раз в день приходят люди за своими сумками, – идемте за мной.

Мне было несколько не по себе, но делать нечего – надо забрать документы, пока меня не закрыли в этом офисе навсегда! Хорошо, хоть у Лики сохранился телефон Пижона! Эта мысль придала немного уверенности – зацепка, где меня искать, есть!

Мужчина в костюме открыл одну из дверей, зашел внутрь и открыл сейф. Достал оттуда мою сумку и протянул мне.

Так просто?

Я с удивлением взяла ее в руки и тут же нашла внутри паспорт. Развернула обложку – мой!

– Спасибо, – сказала я и направилась обратно к лифтам.

Тут я услышала за спиной: «Сумку отдал… Хорошо».

Я снова напряглась и ускорила шаг.

– Госпожа Панкратова! – раздалось за спиной, – подождите!

Я бросилась к лифтам. Судорожно нажимая на кнопку вызова, я оглядываясь, наблюдала, как шкаф приближается ко мне.

Глава 14. В ловушке

Дверцы лифта распахнулись, и я отпрянула: внутри стояли Пижон и Вика.

Я бросилась бежать в конец коридора: в торце я увидела дверь! Только бы это оказался выход на лестницу.

Дверь не поддавалась, как я ни дергала ее.

Я в ловушке!

– Марсель! – я обернулась на голос Пижона, – ты можешь объяснить, что происходит?

– Что происходит? – крикнула я, – происходит то, что я все поняла! Чем вы тут занимаетесь! Сутенеры хреновы! Не смей ко мне приближаться! Если ты не помнишь, твой номер есть у моей подруги! И если я пропаду – то ты будешь первым, к кому придут!

Пижон смотрел на меня с нескрываемым удивлением. Воцарилась тишина и я услышала шепот Вики:

– Ден, на нее много навалилось…

– Если ты не успокоишься, я позову психиатра! – сказал Пижон и обратился к своей помощнице: – Вика, возьми вместо меня на встречу Влада. Я буду с этой разбираться!

Вика кивнула и подошла ко мне:

– Марсель, я не знаю, что ты напридумала, но, поверь мне, все в порядке. Если хочешь, вечером поговорим!

После этих слов Вика вскочила в лифт, что-то строча в своем телефоне.

– Ты идешь? – обернулся Пижон, тоже подойдя к панели вызова лифтов и нажимая на кнопку.

– Куда? – спросила я, переминаясь с ноги на ногу. Я что, «напридумала» все что ли? Или Вика мне зубы заговаривает?

– В кабинет ко мне! – повысил голос Пижон, – надо разобраться с твоей головой! Я уже начинаю сомневаться в целесообразности нашего договора, раз ты такая психованная!

Я побрела за Пижоном. В лифте я смотрела в пол, потом поплелась в его кабинет и уселась в кресле.

– Объяснись, – тихим властным голосом приказал Пижон.

– Я не обязана тебе ничего объяснять, – буркнула я, – если тебе что-то не нравится – это не мои проблемы! Это не я хочу к Юсупову на дачу!

– Значит так, – Пижон скрестил руки и облокотился на стол, – слушай и не перебивай!

– Не надо мне тут приказывать! – я с вызовом подалась вперед, сидя в кресле.

– Я сказал – молчать, – Пижон произнес это тихо, но с таким напором, что меня будто вдавило в спинку кресла, – у нас есть взаимные интересы. Ирма хочет взять тебя на работу, я хочу, чтобы ты помогла мне с Юсуповым. На сколько мне известно, ты работу потеряла, так что трудоустройство в твоих же интересах. Моя служба безопасности пробила тебя: все чисто. Ни уголовки, ни административки. И нигде на учете ты не числишься. Вчера даже рекомендацию с твоего прошлого места работы получил. Твой бывший шеф, сам того не понимая, подтвердил, что ты не психованная.

– Ты что, спрашивал у Виктора Степаныча не псих ли я? – нервно засмеялась я.

– Нет. Но он бы с удовольствием об этом мне доложил, имей он хоть какие-то основания. Из этого я могу предположить, что твое поведение – временное помешательство, связанное с переменами в жизни.

– Какое еще помешательство? Ты нормальный? Сам посуди: у меня забрали телефон, документы, карточку и просят подписать какой-то очень странный контракт, о котором чуть ли не под страхом смерти и говорить никому нельзя! Вывод напрашивается сам собой, не находишь?

– Понимаю тебя, – устало кивнул головой Пижон, – я и сам редко кому доверяю. Однако…

Он продолжил свою речь. С каждым его словом мне становилось все больше стыдно за свою панику. В итоге я, чувствуя себя невероятно измотанной, подписала наш с ним договор. На лице Пижона можно было прочесть нескрываемое облегчение.

Я вышла от Пижона и зашла к Ирме.

– О, Марсель, все в порядке? – спросила она, откладывая документы.

– Да, извини. Что-то нервы сдают.

– Понимаю, общение с Нечаевым – нелегкая штука, – прищурившись, сказала она, – посмотришь доки? И я составила договор для тебя.

– Какой еще договор? – спросила я.

– На оказание услуг, – пояснила Ирма, – у нас с тобой будет договор на месяц на консультирование по подготовке документов для проверки. Потом, если всех все будет устраивать, – мы заключим трудовой.

Я взяла договор и пробежалась глазами. Документ был составлен грамотно, причем не был так называемой в народе «рыбой», а учитывал реальные задачи.

Мой взгляд задержался на пункте цены договора: я столько обычно за три месяца зарабатываю! А тут за один месяц?

– Тебя все устраивает? – уточнила Ирма.

– Да, вполне, – сказала я и оставила свою подпись.

– Отлично! Тогда заполни, пожалуйста, свои паспортные данные и мне понадобится твой документ, надо его отдать в кадры, чтобы сняли копию.

– А разве… – я хотела было сказать, что у Пижона есть мои данные, но вспомнила о пункте о неразглашении, – хорошо.

Пока Ирма ушла с моим паспортом, я, наконец, воткнула свой помирающий телефон на зарядку.

Сколько уведомлений! Одно из них очень кстати: мне-таки пришла зарплата из «Золушки»! Какое счастье! Я услышала, как урчит в животе – конечно, я ведь еще не ела ничего тверже воды!

Начали падать сообщения от Лики: «Ты на связи?», «Что происходит?», «Где ты?», «Позвони!!!!».

Через полчаса я распрощалась с Ирмой, забрала свое пальто, подхватила сумку и вышла на улицу.

Позвонила Лике и после долгих причитаний подруги, мы все же смогли с ней договориться о встрече.

Сидя в кафе, я пыталась понять, могу ли я рассказать Лике о соглашении с Пижоном? В договоре написано, что нет.

Но кто узнает-то?

С другой стороны, так нарушить условия, под которыми я подписалась пару часов назад? Но кому Лика может рассказать? Пижону позвонит и ему расскажет про его же собственный договор?

Я набросилась на принесенную мне карбонару, так и не приняв решения.

Глава 15. Разговор с Ликой

Лика появилась с привычным опозданием в пятнадцать мнут. Плюхнулась напротив и вопрошающе уставилась на меня – мол, рассказывай.

Я начала с самого начала – вчерашнего утра. Когда я дошла до примерки платьев, она уточнила:

– А ты в итоге платье себе оставила?

– Это единственное, что тебя интересует? – я помахала левой рукой с гипсом и продолжила рассказ.

– Так этот Юсупов – он безумно богатый мужик! – воскликнула Лика, когда я дошла до ужина, – он там какой-то магнатный магнат!

– Магнатный магнат? – рассмеялась я.

– Че ты ржешь? – осклабилась Лика, – у него и нефть, и металлы – куча всего! Ты, вообще понимаешь, с кем ты так по-хамски общалась?

– Почему по-хамски? – удивилась я, – мне показалось, что он ко мне клеится. А у него жена. Поэтому как-то с ним в кабинете один на один не хотелось оставаться!

– Охххх, ну и дура же ты, – Лика картинно ударила себя ладонью по лбу, – ты хоть понимаешь, какой это шанс?

– Шанс на что? – я подняла брови и уставилась на подругу.

Та замолчала.

– Нет, ты уж договаривай, на что шанс-то? – повторила я свой вопрос, – стать любовницей, ты на это намекаешь?

– Ой, святая ты наша, – отмахнулась Лика, – так девственницей до конца жизни и проходишь в поисках своего Единственного!

– Надо будет – прохожу, – я пожала плечами.

В плане отношения к мужчинам мы с Ликой были двумя противоположностями: она прыгала в постель к новому знакомому после первого свидания и только после этого была готова выносить ему вердикт как личности.

Я же бережно хранила в памяти образ своего отца и то, с какой любовью и заботой он относился к маме. Я не была готова на иное отношение к себе.

Поначалу, когда родителей не стало, мне очень хотелось, чтобы обо мне кто-то заботился, и я даже начала отвечать на ухаживания. Но стоило отношениям перевалить за походы в кино и рестораны, все потенциальные партнеры хотели жить в моей квартире, просили ключи от машины родителей и настойчиво склоняли меня к интиму. Ни один из них не заботился обо мне. Все они постоянно чего-то хотели от меня.

Когда старые ухажеры кончились, новых в свою жизнь я не пускала.

Да и времени-то на это все особо не было: после всех финансовых неурядиц, постигших меня, надо было работать. И учиться.

Учеба стала моим спасением. Мне нравилось рыться в законах, выискивать последовательности и, наоборот, несоответствия…

– Ну, а дальше-то что было? – жующая Лика выдернула меня из омута размышлений.

– Ой… Не знаю, как ты это перенесешь, но… – и я рассказала историю до конца.

– Епрст, заблевала магнатного магната и еще и проснулась у миллионера! Почему я не оказалась на твоем месте?! – Лика всплеснула руками, – этот шатенчик-пижончик просто так из-под меня бы не вырвался!

– Ликааа! – я сморщилась.

– Как, говоришь, его зовут? – Лика вытащила телефон и ввела в поиск имя Пижона. – Огоооооо! Да при такой внешности он и должен быть Пижоном! Какой он вообще шатен? Он больше на блондина смахивает! А эти глазки! Мммм…

Я нагнулась к Ликиному телефону:

– Не, тут освещение наверно такое, у него в жизни волосы темнее.

– Владелец строительного холдинга Денис Нечаев достойно продолжил дело отца, крупного бизнесмена Евгения Нечаева, и вывел «Новострой» в топ-10 строительных компаний страны по версии Ассоциации аудиторов, – зачитала Лика какую-то статью, – ты прикидываешь, сколько у него бабла?

– Да по фиг, – отмахнулась я.

– Отлично! Тебе по фиг, а мне – нет! Это мой шанс! Ты должна сделать так, чтобы мы с ним познакомились!

– Лика, ты нормальная? – я подняла брови и сморщила лоб.

– Ты у него когда ночевала, наверняка что-то забыла! – гнула свое Лика, – я к нему приеду и заберу!

– Я ничего не забыла, потому что у меня ничего не было.

– Там осталось твое платье! – воскликнула подруга.

– Оно не мое! – отрезала я.

– Как это, не твое? Хоть какая-то оплата должна быть? Ну, или, ладно – у тебя его костюм: давай я его ему привезу!

– Лик, я костюм его ассистентке передам и все. Постираю только.

– Сдурела? Не смей! Отдай его мне! – Лика хищно сжала салфетку.

– Зачееееем? – простонала я.

– Я скажу, что костюм ты забыла у меня, а я ему его верну! Я ему позвоню! Телефон-то у меня есть!

– Лик, пожалуйста, – взмолилась я, – уймись, а?! Все, я устала и хочу спать! Поехали по домам!

Мы расплатились и пока ждали такси (ехать на метро не оставалось никаких сил), Лика продолжала ныть. Я не сдалась и предложила ей по максимуму попытаться использовать то, что у нее есть. А именно, номер телефона Пижона. Лика надулась и проворчала, что у нее даже повода позвонить ему нет. Я пожала плечами, чмокнула подругу и села в подъехавшее такси.

Поскорей бы домой. Выспаться в своей постели.

Про договор я Лике не рассказала.

Глава 16. Пятница

Неделя подходила к концу, а это значит – близилась поездка на дачу.

Сказать, что я волновалась – не сказать ничего. Вика предупредила, чтобы на пятничный вечер я ничего не планировала: у нее в графике стояла поездка со мной по магазинам. Изначально она очень хотела привлечь Филиппа, но после долгих раздумий отказалась от этой идеи.

«Чем меньше народу даже косвенно втянуто в происходящее – тем лучше», – заключила она.

Понимая, как Вике нелегко тянуть на себе задачу, поставленную Пижоном, и что она тратит свое личное время на меня, я заставила себя наговорить чего-то невразумительного Лике. Подруга имела на меня планы на выходные, но про пятницу я наболтала, что придется задержаться на новой работе. Я надеялась, что кто-то из ее бывших или нынешних мужчин возымеет на нее какие-нибудь намерения. Такое случалось нередко, когда наши с Ликой планы расстраивались ее очередным бойфрендом.

Я уговорила Вику ограничиться торговым центром, а не ехать на одну из самых дорогих улиц города, где размещены сплошь магазины люксовых брендов.

– Мы ведь на дачу поедем, – аргументировала я, – не обязательно ведь там в Шанель ходить! И вообще, можно посмотреть, что у меня есть!

– Этот вариант нам точно не подходит, – отрезала Вика, – побуду твоим стилистом, так и быть!

В торговом центре Вика не пустила меня ни в один из магазинов, в которые я обычно хожу. Зато потащила меня на тот этаж, на который я лишь смотрю издалека.

Через пару часов мы плюхнулись в кресла кафе. Рядом стояли мешки с покупками.

– Если честно, я чувствую себя… – начала я, когда мы сделали заказ, – содержанкой какой-то!

Вика улыбнулась:

– Понимаю тебя. Однако, все же с привычной содержанкой не сходится: ведь тебе не приходится… эммм…

– Спать с ним? – помогла я.

Вика кивнула и жадно опустошила бокал с водой, поставленный перед ней.

– Слушай, – продолжила она, – вообще-то я личный ассистент владельца очень крутого строительного холдинга. А посмотри, чем я занимаюсь?

Я поступила глаза и почувствовала себя виноватой.

– Нет-нет, – Вика взмахнула руками, – я не в укор тебе. Ты тут не при чем. Это моя работа: делать так, чтобы бизнес моего руководителя шел в гору. И вот, сейчас для этого мне нужно сходить по магазинам. Значит ли это, что я стала помощницей по хозяйству? Нет, конечно! Я осталась на своей должности, и несколько часов назад я разруливала вопросы, касающиеся поставок, встреч с подрядчиками и косячного расписания Дена. Ведь он решил назначить встречу лично, со мной не посоветовавшись. И сказать об этом, естественно, забыл. Я делаю то, что могу и умею (а если не умею, то учусь и пробую), чтобы компания, где я работаю, получала прибыль. Я кручу свой шарнир, понимаешь? И чтобы ты не так сильно чувствовала себя содержанкой – если мне надо сопровождать Дена в поездках и чтобы соблюсти дресс-код мне нужно в магазин – уж поверь, я это делаю не из своего кармана. Ден это знает и совершенно нормально к этому относится.

– У богатых свои причуды, – покачала я головой.

– Это не причуды, Марсель, – улыбнулась Вика, – это как раз то, что определяет деловые отношения.

– А у вас с Денисом… – я замялась, потому что поняла, что вопрос получился слишком личным и бестактным.

– Были ли личные отношения? – засмеялась Вика, – нет, конечно! Именно поэтому нам комфортно работать! Да и вступить с Деном в отношения может либо круглая дура, либо очень расчетливая девушка.

– Почему? – я поймала себя на мысли, что мне жутко интересно.

– Ден не умеет ни о ком заботиться. Я поэтому сначала выпала в осадок, когда узнала, что он тебя без чувств к себе домой приволок. Но когда выяснились подробности – все стало на свои места: ты ему нужна, чтобы подружиться с Юсуповым. Он не умеет заботиться, – повторила Вика, – и абсолютно не умеет доверять. Понятно, у него есть основания: буквально за несколько дней перед аварией, в которую попал его отец, в сети появились снимки его матери с другим мужчиной…

– Чтоо? – ахнула я.

– Мда, это такая, довольно известная история, – покачала головой Вика, – Евгений Давидович, конечно, был потрясен. К сожалению, фото были довольно откровенными и… В общем, это был удар. На Евгении Давидовиче лица не было. Ну, а Ден, как я понимаю, больше с матерью не общался и считает ее виновной в смерти отца. Хоть на деле его родители уже много лет не жили вместе.

– Да уж… – выдохнула я.

– С тех самых пор к каждой из последующих своих спутниц он относился все циничнее. И, я думаю, это уже стало частью его личности – подобное отношение к девушкам. Он не испытывает к ним сильной привязанности и легко расстается.

– В общем, я его понимаю, – задумчиво сказала я, – только у меня в другую сторону. Я вовсе не хочу никаких отношений!

– Тебя бросили?

– Нет. Но я вблизи увидела несколько мужчин: как они думают только о себе, почувствовала, насколько им плевать на мои эмоции… Понимаешь, у меня родители любили друг друга очень сильно: папа заботился о маме, мама вечно с ним флиртовала. Меж ними искры летали, даже когда я уже взрослая была! А как они любили устраивать друг другу сюрпризы! – я не могла сдержать улыбки, вспоминая родителей, – когда я подросла, я порой помогала то папе, то маме готовить всякие штуки. Однажды мы с папой рисовали на асфальте под окнами признание в любви, а с мамой делали для папы карту сокровищ, по которой папа потом искал артефакты из их прошлого…

– Как это здорово! – воскликнула Вика и смущенно добавила, – неужели они развелись?

– Нет, – улыбка слетела и к горлу подступил ком, – они погибли.

– О, Боже, – выдохнула Вика, со страданием глядя на скатившиеся по моему лицу слезы, – Марсель! Прости, пожалуйста!

– Ничего, – я провела ладонями по щекам, – я просто… ну, очень редко с кем-то о них говорю и… Давай сменим тему просто.

Вика как можно непринужденнее начала болтать о магазинах, в которых мы были, а потом провела инструктаж, какая форма одежды негласно положена к той или иной активности, что меня завтра ожидают.

Я рухнула на диван, бросив пакеты в прихожей. Тут в сумке раздался раздражающий звонок мобильника. Собрав последние силы, я сделала несколько шагов и добралась до телефона.

Лика. У меня вырвался вздох, и я взяла трубку.

– Привет! Ты где? – Ликин голос был взбудоражен, и это мне не понравилось.

– Дома. Только пришла.

– Супер! Я уже еду к тебе! План такой! Сейчас мы собираемся, дашь мне что-то переодеть, а то я еще дома после работы не была, и едем тусить! А то завтра я не смогу – мы с Лешиком договорились встретиться!

– О, поздравляю, он тебе написал…

– Ага, еще бы день молчания и был бы послан далеко и надолго! Короче, готовься! Сегодня туса!

– Лик, я не могу…

– В смысле не можешь? – оторопела Лика.

– Ну, мне завтра на работу надо, я выспаться хочу…

– Ой, все! Щас приеду и все решим! – подруга отключилась.

Ну вот что за человек, а? Я оглядела пакеты.

Если Лика увидит, что я пошла по магазинам (а тем более, по таким магазинам) без нее – она такой скандал мне устроит! Надо куда-то спрятать покупки!

Так. А с чем я завтра поеду? У меня ведь даже чемодана нет! Твою ж мать! Надо написать Пижону, чтобы захватил сумку для меня! Вика сказала, что он заедет завтра в 7 утра. Только номера его у меня нет! Как и Викиного.

Ладно, позже разберемся.

Сейчас надо спрятать пакеты.

Я сгребла все в охапку и запихала покупки в шкаф под рейл с одеждой, и тут раздался звонок в дверь.

Я поплелась открывать.

Лика влетела на всех порах, швырнула сумку на пуф и прошла на кухню:

– Та-дам!

Она победно поставила на стол бутылку шампанского.

– Какой повод? – улыбнулась я.

– Будем отмечать звонок Лешика и твое увольнение!

Увольнение. Очередная головная боль. С тех пор как мой бывший Генеральный директор узнал, что я пошла работать к Пижону, он как-то не особо спешит меня увольнять. Очень может быть, он хочет через меня выйти на Нечаева, но все никак не найдет способа на меня нажать. На следующей неделе он лично ждет меня для обсуждения моего же увольнения!

– Давай, открывай, – скомандовала Лика, – а я в душ.

Я невольно усмехнулась бесшабашности подруги и поставила бутылку в холодильник – пусть остынет. И от тряски неугомонной Лики в том числе. Сама я это шампанское даже нюхать не могу, поэтому пока Лика плещется, я решила сходить за грейпфрутами.

– Спущусь в магазин! – крикнула я подруге, приоткрыв дверь в ванну.

– Клубники купи! – раздалось в ответ.

Я спустилась вниз, набрала себе грейпфрутов и схватила для Лики маленькую корзинку клубники. Сначала я испугалась стоимости, но потом вспомнила, сколько теперь зарабатываю, и даже хотела взять корзинку покрупнее, но все же остановила свой порыв.

– Клубника прибыла! – крикнула я, закрывая за собой дверь.

Лика не торопилась меня встречать, и я сама отнесла покупки на кухню.

Как-то подозрительно тихо дома. Обычно, когда подруга у меня в гостях – все ходит ходуном.

Я вошла в свою единственную комнату, что служила мне и гостиной, и спальней, и гардеробной (в отличие от Пижона у меня не было отдельной комнаты для одежды).

И почувствовала значение фразы «у меня все упало».

Именно так. Что-то в районе груди начало падать куда-то в район пяток.

Лика стояла в свежекупленном нами с Викой платье.

– Не расскажешь, откуда добро? – Лика была в ярости, которую тщетно пыталась подавить.

– Эммм… – я пыталась нащупать черту между приемлемым враньем и безопасной правдой, – купила.

– Да, я вижу по чекам, что не своровала. Ты ничего не хочешь мне рассказать? – у Лики меж бровями пролегли две глубокие морщины.

– Я сегодня ездила за покупками. Мне нужна новая одежда для работы.

– Вечернее платье тебе тоже нужно? – Лика скрестила руки на груди, – или с этим твоим Пижоном у тебя что-то все-таки было?

– Лика! Ничего у меня не было! Просто пока есть возможность, я решила купить все, что может понадобиться! Мало ли, корпоратив там…

– А зачем ты мне наврала, что на работе задержишься? Что, ущербную Лику стыдно брать с собой в дорогие магазины? Или не хотела меня обижать своим новым статусом? Ты теперь у нас босс, да? В BOSS’е же одеваешься!

– Лик, ты ведь знаешь, как я не люблю магазины! – сказала я сущую правду, – я покупаю себе две пары джинс раз в год и несколько рубашек!

– Ага! Я в курсе, что ты ходишь хрен пойми в чем! А тут, я смотрю, в тебе дизайнер проснулся?

– Посмотрела картинки в интернете, – сказала я и мне стало тошно. Я начала врать.

– Если ты хочешь со мной общаться, то будь добра впредь говорить правду, – процедила Лика, – а платье это я пока себе забираю. Тебе оно до понедельника все равно не нужно.

– Лика! – выдохнула я, с ужасом понимая, как подставлю Вику, когда не смогу выглядеть должным образом в глазах Пижона и ему подобных.

– Что? Жалко шмотки, да? – подруга выжидающе смотрела на меня.

– Нет, не жалко, – пожала плечами я, стараясь выглядеть непринужденно, – бери, конечно.

– Класс! – Лика повеселела, – Лешик упадет! Кстати, а сколько ты теперь зарабатываешь?

– Не знаю пока, у меня договор пока только на месяц, но сумма в два раза больше, чем была в «Золушке», – снова зачем-то соврала я.

– Крутяк! Значит, ты сегодня проставляешься! – заключила подруга и пошла к моей косметичке, – у тебя тональник на исходе, кстати, ты в курсе?

– Угу, – буркнула я, пытаясь сообразить, чем заменить платье. Вика сказала, что субботним вечером будет банкет, на который надо красиво одеться.

– Давай, собирайся уже! – поторопила Лика.

Я пошла на кухню и начала давить себе сок.

– Шампанское откроешь? – послышалось из комнаты.

Я покорно потянулась за бутылкой, кое-как удерживая ее левой загипсованной рукой.

Как же мне было паршиво. Я точно не понимала почему, но по отношению к Лике накатывала злость и обида.

Но все же она – мой единственный близкий человек! И, понятно, что идеальных людей не существует. Она меня поддерживала с самого момента гибели родителей. Всегда была рядом. Помогала отшивать парней, которые хотели мной воспользоваться, открывала глаза на них.

Скорее всего, сейчас я злюсь на себя. Мне никогда раньше не приходилось врать Лике. И сейчас на душе было противно.

Я вошла в комнату, сжимая в руке два фужера: с шампанским и соком.

– Ты опять не со мной? – сморщила лоб Лика, беря бокал.

– Мне завтра рано вставать, на работу надо съездить, – практически не соврала я. Это ведь действительно рабочая поездка.

– Тогда первый тост за тебя! – отсалютовала Лика, – за трудоголика! Пусть твоя карьерная лестница круто идет в гору!

Звон бокалов.

– И чтобы два раза не вставать, – продолжила Лика, – за Лешика! Пусть его хватит хотя бы на месяц, а еще лучше на три – тогда я смогу развести его на отпуск! На море хочу!

– Давай уж за полгода, – рассмеялась я, чокаясь с Ликой.

– Не уверена, что выдержу его столько! У него сложности с потенцией, и я готова это потерпеть только ради одного совместного путешествия!

Я задумалась, похоже ли намерение Лики на мой договор с Пижоном. И что из этого честнее.

Подруга готова провести какое-то время с Лешиком в обмен на определенные блага. Он ей – поездку, она ему – интим, который ей не сильно нравится. Открыто они об этом не говорят, условия «сделки» читаются как бы между строк. Но по факту каждый получает желаемое.

У нас с Пижоном все прописано четко, никаких недосказанностей. Однако желаемое получает лишь он, а я просто согласилась, ради… Ради чего? По правде сказать, я поставила подпись на договоре, когда поняла, что ему нужна моя помощь. Что он таким образом не пытается затащить меня в постель, не хочет тайно использовать, а прямо говорит, чего от меня ждет.

Наверно, это и есть причина моего согласия – быть кому-то нужной. А что до денег, которые он мне обещал… Откровенно говоря, мне было бы легче, если бы их не было. Потому что деньги как бы «закрывают» мою помощь. И уже не надо ждать «спасибо». А мне, вероятно, очень нужно это пресловутое «Спасибо».

С другой стороны, деньги тоже не помешают: я бы с удовольствием тоже съездила на море. Во Францию. Я мечтательно закрыла глаза, вспоминая наши путешествия с родителями.

– Ты одеваться собираешься? – прервал мои размышления голос Лики.

– А, да… Да, – вздрогнула я и пошла менять рубашку на футболку.

***

Лика отплясывала на танцполе, а я тянула газировку у бара, с грустью поглядывая на часы. Почти два часа ночи. Вставать уже скоро. А пока Лика не познакомится с кем-нибудь и не найдет себе компанию, мне не смыться отсюда.

Я снова погрузилась в мысли, как исправить ситуацию с платьем. Мне было плевать на публику у Юсупова, на мнение Пижона, но я очень не хотела подводить Вику: она скрупулезно проинструктировала меня, как я должна выглядеть в течение всего мероприятия. Что подумает о ней Пижон, если я не буду соответствовать?

На антресолях у меня лежали два предмета… Нет. Не так. Два артефакта.

Мамино платье, которое она как-то оставила у бабушки, и ее сумочка Dior, что я нашла в машине.

Они для меня были неприкосновенны. Я просто перевозила эти реликвии из квартиры в квартиру, даже ни разу не открыв коробки. Слишком уж тяжело было смотреть на частичку маминой жизни. Мне нужно было просто знать, что эти вещи где-то рядом.

Придется достать платье.

От одной только мысли об этом перехватило дыхание, а к горлу подкатился ком.

Я залпом выпила газировку и зажмурилась от ударивших в нос пузырьков.

– Что пьешь? Давай угощу! – прокричал мне в ухо мужской голос.

Я обернулась и увидела парня примерно моего возраста со стянутыми в хвост волосами.

– Не надо, – я замотала головой и повернулась к бармену, делая знак повторить содовую.

– Пойдем, потанцуем! – снова крикнул мне в ухо парень.

Я вновь отрицательно замотала головой и расплатилась за газировку.

– Ты как тут? – Лика навалилась на меня, заключив в объятиия, и тут же повернулась к парню, – о, привет! Я – Лика!

– Артем! – крикнул парень, – тебе что-то заказать?

– Шампанское!

Я отодвинулась от бара, прихватив свой стакан, и прошла к выходу. У двери взяла плед и, закутавшись, вышла на улицу.

Ночной морозный воздух освежил, и я начала мысленно собираться. Времени оставалось в обрез. Я сосредоточенно обдумывала, что надо взять с собой, чтобы по прибытию домой покидать все по составленному списку.

Стоп. Куда покидать?

– Черт! – вырвалось у меня. У меня ведь нет сумки! Придется свалить все по пакетам из магазина!

– Что-то не так? – на улицу вышел Артем, тоже закутанный в плед.

– Нет, все в порядке, – кивнула я, – задумалась просто.

Артем прикурил сигарету и протянул мне пачку:

– Будешь?

– Нет, я не курю, – ответила я и сделала шаг в сторону.

– Оооо! Вот, вы где! – Лика буквально выбежала на улицу, чуть накинув плед, чтобы не закрывать новое платье, взятое у меня, – можно мне тоже?

Я с удивлением смотрела как некурящая Лика берет у Артема сигарету и, накрыв своей ладонью его руку с зажигалкой, прикуривает.

– Часто тут бываешь, Артем? – спросила Лика, выдыхая дым.

Я перестала слушать их разговор и достала из сумки телефон, чтобы вызвать такси.

– Ребят, я вас покину, мне пора уже, – сказала я, опасливо глядя на Лику.

– Спокойной ночи, дорогая, – Лика потянулась ко мне, отставив руку с сигаретой, обняла и чмокнула в щеку.

– Ты нормально доедешь? – как мне показалось, с искренним беспокойством спросил Артем, глядя на мой гипс.

– Она сегодня шампанское открывала! Машка везде справится! – воскликнула Лика, а я впервые почувствовала, что меня покоробило это вроде бы столь привычное «Машка».

– Да, все в порядке, – кивнула я, – хорошей ночи, ребят!

Я зашла в бар за пальто и снова прошла мимо подруги. Лика увлеченно что-то рассказывала вновь попрощавшемуся со мной Артему.

Глава 17. Поездка

Я резко открыла глаза от настойчивых звонков в дверь. Еще осоловевшая от сна, я вскочила и бросилась в коридор. На пороге стоял Пижон.

Ожидать кого-то другого в этот час было немыслимо, но все же от неожиданности (Пижон – здесь! В моем обшарпанном подъезде, звонит в мою квартиру!) я тут же захлопнула дверь перед его носом.

Так. Успокоились. Мы договаривались. И потом он ведь сам предупреждал, что его служба безопасности пробила меня – вероятно, от них он и номер квартиры узнал.

Я снова открыла дверь и натянула улыбку.

– Я уже три минуты жду тебя внизу, – от спокойного голоса Пижона у меня похолодело внутри, – спускайся, пожалуйста.

– Пять минут! – выдохнула я и снова захлопнула дверь.

Вот черт! Я проспала! Вещи не собраны! О чем я думала вчера? Хорошо, хоть в душ хватило мозгов сходить. Хотя, именно эта волокита с заматыванием гипса и добила меня окончательно!

Я натянула на себя новый спортивный костюм, визуализировала в голове составленный ночью список, и начала закидывать все в пакет из-под костюма. Потом вытряхнула новую обувь из коробок (какое счастье, что Лика не заметила, а то бы я и без туфель осталась). Не хватало только… платья.

«Я ведь могу его просто забыть! – осенило меня, – не обязательно брать мамино платье, можно обойтись и без него! А просто его забыть! И Вика не будет виновата!»

Радуясь своей идее, я схватила пакеты и бросилась вниз к Пижону.

– Ты умеешь вовремя приходить? – спросил Пижон, открывая багажник, – и что это за пакеты? Почему в сумку не сложила?

– Эммм, у меня нет сумки, – как можно беспечнее ответила я.

Пижон заглянул в один из пакетов и наугад вытащил одну из маек:

– Ты даже бирки не потрудилась снять?

– Нууу, не подумала, что это обязательно заранее…

– Так, быстро пробежимся по списку. Вика сказала проверить, что ты ничего не забыла, – Пижон достал телефон и начал зачитывать, – спортивный костюм и кроссовки… Вижу, на тебе. Брюки, майка, рубашка для зоны дома. Есть.

– Угу, – кивнула я и поняла, что за платьем вернуться все же придется, – я уже помню, что забыла платье.

– У тебя две минуты.

Я побежала обратно домой, утопая в мыслях. Надо достать мамино платье. Но как! При каких обстоятельствах: в спешке! Не подготовившись! Совершенно иначе я представляла себе миг встречи с прошлым: вечером, после долгих мыслей, вероятно, с бокалом вина и при свечах…

«Ну, уж Вика, – думала я, отпирая дверь, – все предусмотрела, а!»

Я скинула кроссовки и поднесла к шкафу стул. Вот она, эта невзрачная коробка. Дрожащими руками я опустила ее на пол. Ножницами разрезала скотч.

Сумка и платье. Всего две вещи.

Но какие… Родные.

Мне показалось, что я чувствую мамин запах.

Нетвердой рукой я взяла невесомое мамино платье и прижала к себе свое сокровище. Взглянула на сумочку, одиноко оставшуюся лежать на дне коробки, и выбежала за дверь.

– Все, садись уже и поехали! – скомандовал Пижон, заводя машину.

– Больше ничего проверять не будешь? – ехидно прищуриваясь я.

– Остальное уже проверил, – ответил Пижон.

– Ты рылся в моих вещах? – вскипела я, все еще прижимая к груди мамино платье.

– Пункт шестой части третьей раздела «Права и обязанности Сторон», – как ни в чем не бывало ответил Пижон, – я могу и должен знать, что у тебя с собой в случае совместного выезда. Банальная предосторожность.

– Ты и сумку мою будешь обыскивать?

– Ты договор читала? – Пижон взглянул на меня и снова повернулся к дороге.

– Читала! – рявкнула я и поджала губы: на самом деле я снова пропустила детали. Как тогда, пять лет назад. И ведь я никогда ничего не упускаю, когда дело идет о работе! Почему я такая безалаберная, как только вопрос касается меня?!

– Платье, может, уберешь уже? – прервал Пижон мои мысли.

– А, да, – рассеянно кивнула я и повернулась к заднему сиденью, чтобы аккуратно положить на него платье.

Аромат парфюма отца от оказавшегося так близко Пижона снова вскружил голову, и я закрыла глаза: в руках еще ощущалась нежность ткани маминого платья, запах папы… Я провалилась в давно забытое время легких мыслей; туда, где в моей жизни еще не было боли…

– Эй, что с тобой? – голос Пижона вывел из сладкого небытия: кажется, я надолго замерла, привалившись к задним креслам. Я оперлась рукой на спинку водительского сиденья как раз в тот момент, когда Пижон повернулся ко мне. Наши взгляды встретились, лица были так близко, что я почувствовала дыхание на своей коже.

Машина резко вильнула, и я навалилась на Пижона, моя щека оказалась на его плече… На долю секунды мне стало настолько хорошо, что я в ужасе отпрянула и села ровно на своем кресле.

– Пристегнись, пожалуйста, – хрипловатым голосом проворчал Пижон.

Я молча защелкнула заглушку и снова закрыла глаза. Хочу мечтать о маме. И папе. Вспоминать, как мы ездили на море…

Помню, как мы ездили фотографироваться на лавандовые поля. Тогда еще не было социальных сетей, я была совсем маленькая, но вижу, будто это было вчера, как мама позирует среди лаванды папе, придерживаясь шляпку, а потом бежит к нему. Ее легкое платье развевается по ласковому ветру. Я тогда подумала: «как мне повезло, что у меня мама – фея!». Вот мама приближается к папе, он спешно кладет фотоаппарат на землю и подхватывает ее на руки. И я до сих пор помню, как думаю о том, как маме повезло, что мой папа – настоящий принц. Потому что быть таким красивым, умным, нежным и элегантным мог только настоящий Принц! А потом они повернулись ко мне, протягивая руки:

– Марсель!

– Марсель! – голос отца превратился в голос Пижона, и я с ужасом распахнула глаза.

– Марсель, что с тобой? Ты вся в слезах, – мне послышались озабоченные нотки в интонации Пижона.

– Нет, все хорошо, – я помотала головой, незаметно вытирая мокрые щеки.

– И часто тебя кошмары навещают? – Пижон вновь посмотрел на меня.

– Это был не кошмар! Это были очень счастливые воспоминания…

– Такие счастливые, что ты ревела? – спросил Пижон.

– Просто я знаю, что это никогда не повторится, – почти прошептала я.

Пижон промолчал, и я была благодарна ему, что он не продолжал расспросов.

– Мы будем на месте минут через пятнадцать. Пожалуйста, постарайся без срывов!

– Это будет нелегко, учитывая эту ведьму черную!

– Не думай о ней, на людях она будет тебе улыбаться. Вечером я отправлю тебя домой.

– А сам не поедешь? – я с удивлением посмотрела на Пижона.

– Еще не знаю. Но в любом случае, если нам вдвоем с тобой оставаться – то ночевать придется в одной комнате. Это не лучшая идея; поэтому у тебя сегодня ужин с родителями, который вы запланировали еще пару месяцев назад, и ты не можешь не… – Пижон прервал речь, потому как увидел мое лицо.

– Мои родители умерли больше пяти лет назад, – прошептала я, с ужасом глядя на Пижона.

Я увидела, как он сглотнул. Потом замедлил ход и припарковался у обочины.

– Прости меня, я не знал, – сказал он, повернувшись ко мне, – то есть… я должен был знать. Служба безопасности мне передала твое досье, и сведения о семье там наверняка были, но мне это было не интересно, так что я не читал… Прости.

– Ничего, – кивнула я не смотря на него, – это было давно.

– А у тебя… – Пижон замялся, – у тебя кто-нибудь есть? Ну, кто о тебе заботится?

Я с удивлением повернула голову и уставилась на Пижона. Он смутился и отвел взгляд.

– У меня есть я, – сказала я с гордостью, – этого более, чем достаточно!

– Да, я заметил, – усмехнулся Пижон и нажал на газ, – тогда давай придумывай, почему тебе надо вечером обязательно уехать!

– А просто сказать, что у меня дела – не достаточно? – развела я руками.

– Иногда достаточно, а иногда нет, – глубокомысленно сказал Пижон.

– Что за глупости! Если тебе нужны подробности, то сам придумывай! Только, пожалуйста, с живыми участниками!

– Видишь ворота? – указал Пижон на литую ограду сразу за которой густо разрослись кусты, будто стражи спокойствия тех, кто живет за ними, – мы приехали!

– Волнуешься? – отчего-то спросила я.

Пижон с удивлением, смешанным с озабоченностью, посмотрел на меня:

– По правде сказать, да.

Глава 18. Рептилия у Юсупова

Ворота отворились, и машина вкатилась на территорию. Перед нами через роскошную лужайку с неработающим фонтаном раскинулся громадный трехэтажный дом. Хотя нет, больше он походил на дворец: боковые пристройки напоминали флигели. Тогда как основной корпус представлял собой довольно современное здание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.