Айрин Лакс
Сюрприз для миллиардера

Глава 1

Василиса

Миллиардер, красавчик, бабник и большой весельчак. За пятым столиком столовой «Rational» сидел Кирилл Крестовский. Весь персонал нашей столовки ухахатывался над шуточками миллиардера. Все смотрели на него влюбленными взглядами и даже толстая повариха Кира Анатольевна смущенно поправляла свой замызганный, пожелтевший от времени колпак.

Я обалдела, увидев Кирилла Крестовского, так и застыла с подносом в руках, посередине прохода между столиками. Как он здесь оказался?! И главное, зачем?!

– А вот и она! – сказал кто-то.

В тот же миг все присутствующие посмотрели на меня. Я словно оказалась под светом прожектора. Шепотки и смех смолкли. На смену им пришли громкие щелчки и яркие вспышки фотокамер. Объективы хищно вытянулись в мою сторону.

Я оцепенела от удивления. Не могла поверить, что сам Крестовский находится здесь, в простой столовой. Более того, он не просто зашел перекусить. Такие люди не обедают в паршивых столовках. Определенно, он находился здесь с какой-то целью и… смотрел прямо на меня.

Темно-серые глаза цвета ночного неба взяли меня в прицел взгляда, от которого покраснела бы даже самая фригидная мужененавистница.

Сошедший словно с обложки журнала, одетый с иголочки. Стильная стрижка и еще более модная бородка. Вальяжная, раздевающая улыбка Крестовского скользнула по моему лицу, вниз на грудь, на ножки и снова вверх. Возникло ощущение, что он меня с ног до головы оценил. Оценил не слишком высоко, но все же продолжал улыбаться, мерзавец самовлюбленный.

Крестовский улыбался и ничего не говорил, только кивнул лениво! Типа, привет, что ли?! Голос за него подала девушка, типичной стервозно-ослепительной внешности: яркая брюнетка со скульптурными скулами и пухлыми губами. На удивление, эти подкачанные вареники шлепнули друг об друга и выдали томно:

– Василиса Андреева?

– Да, это я, – ответила внезапно срывающимся голосом.

– Поздравляю! Именно вам выпал редкий шанс пойти на свидание с миллиардером.

– Что-что?! Как это?

– Среди десятков тысяч анкет женщин, матерей-одиночек, господин Крестовский вытянул именно вашу.

Кто женщина?! Я – женщина?! Здрасьте, мне всего двадцать один! Под определение женщины я подхожу с огромной натяжкой!

Мать-одиночка? Ох, черт… Отчасти это так! Все из-за того, что я оформила опеку над дочерью старшей сестры?!

Пусть так… Но какого черта?! Какие свидания?! С этим… парнокопытным!

Два с половиной года назад моя старшая сестра Адель переспала с этим красавчиком на какой-то вечеринке и забеременела. Адель считала, что вытянула счастливый билетик в безбедную жизнь. В мечтах она уже планировала дизайн дома на Рублевке и тратила миллиона на очередную песцовую шубку.

Однако ее мечты не сбылись! Крестовский вышвырнул ее за порог, обозвав аферисткой. Было слишком поздно делать аборт. Моя сестричка дотянула до такого срока, чтобы точно нельзя было избавиться от плода. Она родила, скатилась в депрессию, приобрела дурные наклонности и стала зависимой. Сейчас сестра проходит реабилитацию в специальной клинике.

Я же воспитывала ее полуторагодовалую дочурку. Моя жизнь совершенно не сахар, пришлось оставить учёбу. Мы еле сводили концы с концами!

А это… это неприлично богатое и ещё более неприлично привлекательное парнокопытное, виновник всех наших бед, сидел напротив и улыбался лениво, приглашая меня на свидание под объективами фотокамер. Издевался, что ли?! Или просто не знал, что я – сестра Адель?! Возможно, он обо мне ни разу не слышал и не копался в сведениях о моей семье.

Тем более, пошел бы он на фиг!

– Я понятия не имею, о чем идет речь. В розыгрышах я не участвую! – сухо отчеканила я, крепче сжав поднос с тарелкой борща.

– Никакого розыгрыша нет! Вы отправили свою анкету на Третий канал в передачу, «Завидный холостяк»…

Я?! Анкету?! В передачу?! Да я эту чепуху не смотрю даже, хотела возмутиться во весь голос. Но потом… через секунду я догадалась, кто отправил мою анкету.

Подруга! Подруженька – Ярослава, она от этой передачи была в диком восторге и всегда рассказывала о ней! Она не знала, что я воспитываю не просто дочку своей сестры, но дочку того самого «Завидного холостяка»!

Отец Буси – моей любимой племяшки улыбался мне призывно. Он точно не в курсе того, кто я такая! Иначе бы не лыбился так, словно я ему позволила ему неприлично много. Крестовский смотрел на меня алчно и жадно. Словом, играл на публику.

Эксцентричный, обаятельный, наглый гад. Очень опытный гад, особо крупных размеров, как по секрету шепнула мне однажды сестра.

– Василиса, ты пойдешь со мной на свидание? – промурлыкал миллиардер.

Голосом Крестовского можно было растопить арктические льды. Или, как минимум, прожечь пару десятков трусиков женщин, сбившихся в нашу столовку.

Крестовский позвал меня на свидание. Я молчала, пребывая в ступоре. Рядом оказалась та самая брюнетка с варениками – помощница, продюсер передачи или, бог знает, кем она была на самом деле. На миллиардера Брюнетка Варениковна смотрела с обожанием и готова была облизать с головы до ног, задержавшись языком в особо интересных местах. На меня она посмотрела с раздражением и шепнула:

– Соглашайтесь. Нам еще столько материала отснять нужно! Время, Василиса! За внешность и гардероб не переживайте, вас подготовят. Стилист и визажист уже готовы…

Вот, значит, как! Они ко всему готовы! Меня в известность ставить совсем необязательно?! Они решили, что, по умолчанию, я на все согласна.

– Василиса… – снова позвал меня по имени Крестовский. – Ты пойдешь со мной на свидание?!

Вопрос прозвучал до неприличия волнующе. Миллиардер добавил в голос сладкого сиропа с низкими нотками. Крестовский был красив, сексуален, богат. Словом, живая мечта.

А я… Я же не железная. Под давлением обаяния Крестовского я совсем растерялась.

Я растерялась, стала сама не своя и… убежала.

Но перед этим швырнула в него тарелкой борща.

* * *

Кирилл Крестовский

Борщ стекал по моему лицу. Костюм ценой в стоимость этого блошиного заведения был испорчен. Кислая капуста повисла на бороде.

Наглой рыжей конопатой официантки и след простыл.

– Кирилл Александрович, сейчас я все исправлю! – защебетала помощница.

Паулина или Паолина? Плевать, словом, она забегала вокруг меня. Помощница работала на меня почти три года, но я до сих пор не мог запомнить, как правильно звучало её имя. Помощница с трагическим видом начала снимать с моего лица остатки борща. Вид у нее был на все готовый, она бы и рубашку последнюю отдала, и себя преподнесла на блюдечке!

– Через минуту вам подадут новый костюм! Я хорошо подготовилась и заказала на всякий случай.

Плевать на костюм! Плевать на все. Меня гораздо больше волновал вопрос: что это было?! Почему я весь в борще?!

– Все свободны, покиньте помещение! – сдавленно приказал.

Камеры продолжали снимать. Миг моего позора станет достоянием общественности. Меня, Кирилла Крестовского, ни одна бабенка еще не отшивала. Тем более, таким способом!

– Вон! Съемка окончена! – рявкнул я.

– Вы слышали, что он сказал! – Паулина добавила в свой голос гневных ноток, сердито сверкнула глазами, замахала руками на съемочную группу и сотрудников заведения. – Кыш-кыш-кыш!

Послышался торопливый шорох шагов. Столовка для нищебродов опустела. Давно я в таких заведениях не бывал. И ноги бы моей здесь не было, но… спор есть спор!

Я проспорил одному из своих лучших друзей – Эмину. Такое случалось редко, я почти никогда не проигрывал. Разумеется, мой друг решил воспользоваться этой редкой возможностью и оторваться на полную катушку. Он… потребовал с меня участия в передаче «Завидный холостяк»!

У меня и без этого от девок отбоя никогда не бывает, а сейчас так вообще… Можно сказать, что теперь я до конца своих дней могу лениво перебирать имена в телефонной книжке. Имена девиц, готовых прыгнуть в мою кровать абсолютно голенькими.

– Видел бы ты свою рожу! Аааа… Оооо! – послышался сдавленный голос друга.

Эмин – всегда спокойный, вежливый до неприличия. Но сейчас он рухнул на пол, держался за живот и рыдал от смеха.

– На себя посмотри! – огрызнулся я. – У тебя от смеха рожа покраснела.

– Если она стала цвета борща, который сейчас стекает с тебя на пол… – икнул друг, вытирая слезы смеха. – Это лучшее, что я видел!

– Так это ты все подстроил, да?! – разозлился я. – Ты подкинул идею организаторам передачи, чтобы усложнить задачу… Эти дебильные анкеты секретной участницы перед самым финалом! Дать шанс тем, кому он уже давно не светит! Бла-бла-бла! Все подстава!

Я не поклонник передачи «Завидный холостяк». Но хорошо помню, что в первоначальном сценарии не было никаких анкет участниц мамаш-одиночек, возрастом до двадцати пяти лет!

Продюсер сказал, что так хотят подогреть интерес к передаче, мол, анкетами их просто завалили! Делов-то – крутануть барабан, вытащить одну бумажку из нескольких тысяч и провести одно свидание с простушкой. Все домохозяйки в бигудях прилипнут к экранам… Разумеется, меня успокоили, что на финальный исход это не повлияет никак. Но теперь я начал подозревать, что все было подстроено Эмином с самого начала. Все! Недаром его близкий друг – крупнейший держатель акций того самого «Третьего канала»!

– Твоих рук дело, гаденыш?! Эта девка – утка подсадная? Из какого актерского училища вытащил юное дарование? Отвечай немедленно! – потребовал я.

Друг продолжал рыдать от смеха. Бесполезное создание! Я сам со всем разберусь!

– Приведите ко мне эту рыжую борщеметательницу! Живо!

Заплачу ей денег, больше, чем заплатил Эмин. Или надавлю. Или припугну. Плевать, как, но свое я получу. Она еще ползать за мной будет и просить, чтобы я обратил на нее внимание!

Я был в ярости. О, давно я не был так зол! Я вообще не припомню, чтобы злился настолько сильно, что готов был выпрыгнуть из кожи. Попадись мне эта официантка, ох, я ей устрою!

Эмин, видя, что я предельно серьезен, тоже попытался придать своему лицу нормальное выражение. Вышло плохо. Но он хоть попытался и начал убеждать меня, что никого не подкупал.

– Нет, что ты! Я это не подстроил! Все натурально! – отозвался он хрипло.

– Натурально?! Как бы не так!

Я снял с локтя кусок говядины. Эмин снова засмеялся, как конь.

– Перекуси, дружище.

– Я тобою, дружище, сейчас перекушу! Это подстава!

– Нет же, клянусь совестью. Я не подкупал эту девицу!

– Ты ржешь надо мной, как самая бессовестная в мире гиена! Я тебе не верю…

Я встал, отряхнулся. Нет, это никуда не годится… Борщ на мне, я весь в борще. Провонялся вареной капустой и бульоном на говяжьей косточке!

– Я клянусь, что не подстраивал ничего! Никого не подговаривал! – рыдая от смеха, с трудом выдавил из себя мой друг. – Очевидно, ты не так хорош и совсем не нравишься женщинам, если эта замухрышка-официантка пульнула в тебя борщом! – прохрипел Эмин и снова заржал гиеной. – Жаль, Саня Савицкий этого не видел! Но скоро увидит… – застрочил пальцами по кнопкам. – Отправлю видео нашему другу, а заодно еще кое-кому!

– Постой, что ты делаешь?! А ну, стой!

– Поздно, – улыбнулся Эмин. – Я уже отправил видео. Завтра оно станет вирусным.

– Беги, дружище! – задрожав от гнева, сказал я. – Беги, даю тебе три минуты форы.

– Как щедро, – улыбнулся друг.

– Две с половиной…

Эмин насупился и, увидев выражение моего лица. Наверное, вспомнил, что моя наколка ВДВ сделана не просто так. Эмин начал отступать в сторону и ускорил шаг.

– Две минуты! – рявкнул я ему в спину.

Хлопнула дверь. В огромном помещении столовой остались только я, администратор этого убогого заведения и помощница Паулина, с новым костюмом наготове и полотенцем.

– Кирилл Александрович, в этом заведении есть душ, в служебных помещениях.

– Но вода только холодная. Водонагреватель сломался. Простите, мы не ждали важных гостей, – извинился администратор.

– Плевать. Мне нужно умыться. Любой ценой.

Холодная вода будет весьма кстати! Мне нужно взбодриться. Пришлось умываться холодной водой и дешевым мылом. Словно я был в армии. Борода сразу встала торчком, волосы – на ощупь как пружина.

Переодевшись в новый костюм, я почувствовал себя немного лучше. Но все же недостаточно хорошо, чтобы сказать: я в полном порядке. Конечно, меня едва не убили тарелкой с борщом.

Итак…

Что она себе позволяет! Такие выходки даже дамам из высшего света непростительны! Кто эта пигалица?! Василиса, кажется?! Василиса Андреева. Не знаю таких!

Я точно с ней никогда раньше не пересекался в постели. Значит, не мог обидеть отказом продолжить отношения. Может быть, она просто умалишенная и немного не в себе?! Ну ничего, сейчас я это выясню! Почему эта пигалица еще не ползает передо мной на коленях, умоляя позволить ей загладить вину?!

Почему она еще не здесь?!

– Где она? – рыкнул я. – Где эта вредительница?!

– Сбежала.

– Я в курсе, что она сбежала из столовки. Наверняка эта вредительница прячется в служебных помещениях!

– Уже поискали, Кирилл Александрович. Она совсем сбежала! – трагическим шепотом отозвалась Паулина.

– Так…

Сдаваться я не желал.

– Где она живет?

Администратор, не желая скандалить, мгновенно продиктовал адрес и номер телефона Василисы.

Передо мной встал мучительный выбор, что сделать первым? Начистить рожу другу, который так низко и гнусно подставил меня? Или броситься вдогонку за пигалицей, которая нанесла мне, Кириллу Крестовскому, смертельное оскорбление?!

– Едем, – скомандовал я.

Выбор был очевиден: найти мерзавку и заставить пожалеть, что она выставила меня в таком идиотском свете!

Глава 2

Василиса

Борщ метнула. А дальше что? Я лишь разозлила миллиардера! Вряд ли он это просто так оставит! Но ни в каких передачах я участвовать не собираюсь. На потеху публике стать посмешищем?! Ни за что!

Возле столовки я словила такси и торопливо назвала домашний адрес. Попутно набрала номер подруги Ярославы, чтобы устроить ей разнос. Но она не ответила на звонок. Массажем занята, наверное. У Яськи свой массажный кабинет, она делает массаж детям. Ну ничего, я ей ещё дозвонюсь!

Попутно я вспомнила все, что рассказывала мне Адель о гадком миллиардере. Теперь я поняла, почему сестра на нем так помешалась в прошлом! Фото в сети не передавали и десятой доли его обаяния. Он статный, высокий, спортивного телосложения, с дьявольской улыбкой и зовущим взглядом. Черствый мерзавец, сердцеед проклятый! Но до чего же хорош…

Сердце застучало быстрее! Не думала, что Крестовский может мне понравиться с одного взгляда глаза в глаза, но понравился же. Очевидно, у него совершенно колдовское обаяние, притяжение просто зашкаливает.

– Приехали, – буркнул таксист.

Я расплатилась с ним за услуги, поспешила вылезти из машины. Перебежками добралась до подъезда, сунула руку в карман рюкзака, в поисках ключей.

– Васька! – донеслось в спину.

Я аж подпрыгнула. От страха. Сердце подскочило к самому горлу. На миг мне показалось, будто меня настиг Крестовский. Спустя секунду мозги вернулись на место, я поняла, что голос – совсем другой. Обернувшись, увидела Толю Свиридова – моего одноклассника, друга детства и бывшего фиктивного мужа по совместительству.

Когда нужно было оформить опеку над племяшкой, оказалось, что предпочтение отдают полным семьям. Я попросила Толика об одолжении, он согласился помочь! Я обратилась к другу детства без всяких задних мыслей, а он… он однажды ко мне целоваться полез и начал приставать.

Я же воспринимала его исключительно, как друга, делилась с ним всем, а он… Он все это время ждал удобного случая, чтобы подкатить ко мне! Далеко Толик не залез, я огрела его по уху – сам научил, еще в школе. На этом все и закончилось. Как только я получила опеку над Бусей, сразу же подала на развод!

С тех пор наши отношения с Толиком стали ни то, ни се. Я уже не могла общаться с ним, как раньше, перестала в нем видеть друга, которому могу доверить абсолютно все. В то же время чужим Толика я назвать не могла, ведь я сидела с ним за одной партой начиная с пятого класса!

В общем, все сложно!

– Испугалась?

– Ты подкрался ко мне со спины. Само собой, я испугалась!

Толик нагнулся и поднял мой рюкзак.

– Торопишься, что ли? Или дома что-то случилось?

– Дома все в порядке, не сглазь! – ответила, думая, что Толик после неласкового приветствия отвянет.

Но Толик не отвял, потопал за мной следом, дыша в спину.

– Толя, мне некогда! – застыла у дверей квартиры. – Говори, что хотел.

– Да так, ничего, – начал раскачиваться с носка на пятку. – Хотел пригласить…

– Исключено! Я не хожу на свидания, тем более, с тобой.

– Хотел пригласить погулять с малышней. У тебя – Буся, а мне старшая сестра оставила свою дочку. Ей три, капризная, жесть просто!

– И где же она?

– С мамой, – поморщился Толик. – Но ты же знаешь, какая у меня мама. Ей детворы в школе хватает, а дома она любит отдыхать, наслаждаться тишиной и алмазной вышивкой.

– Аааа, ясно. Хочешь на меня не только Бусю, но и свою Машку свалить.

Толик улыбнулся заразно.

– Я за все аттракционы, детские кафе и игровые площадки плачу. Сюрпризы – само собой прилагаются.

– И такси.

– Даже не обсуждается. Ну как? – спросил с надеждой, поедая меня взглядом.

В другой раз я бы согласилась, потому что игрушки и игровые площадки всегда влетали в копеечку. Для кого-то затраты были несущественные, но для нашей семьи, живущей на мою мизерную заработную плату и бабушкину пенсию, каждая копеечка на счету.

Было бы здорово! На самом деле здорово, но…

Сейчас обстоятельства осложнились моим необдуманным броском тарелкой борща в рожу наглого миллиардера. Вдруг он отомстить захочет? Надо поскорее собрать вещи, забрать Буську от нянечки и уехать на время, как можно быстрее. Пока его миллиардерское высочество не приехало по мою душу! И, не дай боже, он увидит мою малышку… Ой-ой, вдруг каким-то образом узнает в ней черты Адель и черт знает, что тогда случится…

– Я бы с удовольствием пошла, Толь. Но не могу.

– А что так? Планы?

– Не могу сказать, что планы грандиозные, но скорее всего, поедем к тетке в деревню.

– К Павловне? – удивился Толик. – Ты же не любишь к ней ездить. Она жадная и всегда припахивает к работе…

– Ничего страшного. Развеемся. Давно из города никуда не уезжали.

– Ну как знаешь, – расстроился Толик. – Если передумаешь, звони.

– Обязательно! – пообещала я.

Попрощавшись с Толиком, я забежала в квартиру, закрылась на все замки, цепочки и перевела дыхание.

Уф…

Я в безопасности, но это ненадолго! Надо собрать вещи – свои и Бусины. Сначала позвоню тетке, Катерине Павловне, которую все зовут просто Павловна, предупрежу, что хочу приехать. Павловна не ответила на мой телефонный звонок. Но я не стала терять время зря, достала две сумки, начала складывать в них вещи.

Сперва побросала все самое необходимое для Буси – одежду, памперсы, бутылочки, крем, присыпку… Прикинула, вроде бы ничего не забыла. Надо проверить, все ли я с собой взяла. Только потом я взялась за сборы вещей для себя и оказалось, что мне, взрослой девушке, вещей нужно как минимум в половину меньше, чем крошке! Потом я побежала к горшкам с цветами, чтобы полить их перед отъездом и к небольшому аквариуму с рыбками. Воду поменять уже не успею, насыплю корма.

Бабуля обещала вернуться от родственников буквально на днях. Поэтому придется еще и ей позвонить, предупредить. Еще с работы отпроситься, взять отпуск без содержания… Хотя наверное меня уже уволили за эту выходку. Если так, то дела мои плохи, нужно будет срочно найти другую работу.

Но это потом. Буду решать проблемы по мере их поступления. Сейчас главное – это уехать, скрыться! Столько всего надо сделать и ничего не забыть впопыхах!

Дзынь-дзынь-дзынь! Толик, что ли?! Вспомнил что-то или хочет предложить отвезти меня в деревню? У него в деревне есть друг, еще с начальной школы, до переезда в город. Толик хорошо с ним общается до сих пор, часто навещает. Если он предложит поехать вместе, то не откажусь. Все-таки тащить полуторагодовалую девочку и две сумки довольно тяжело, а еще этот автобус…

Подскочила к двери, заглянула в глазок.

Темнота.

Вздохнула. Наверняка опять Савка соседки из квартиры напротив залепил глазок жвачкой! Мелкий поганец! Всегда пакостит в подъезде!

– Толик, это ты? – спросила, прежде чем открыть.

– Ага, – донесся до моего слуха приглушенный ответ, но с азартом.

Точно что-то придумал, пронеслось в голове. Я так торопилась, даже не предположила, что за дверью мог быть не Толик. Распахнув дверь, я ойкнула. Поняла свою фатальную ошибку!

За дверью стоял Крестовский!

Я потянула за ручку на себя. Но было слишком поздно. Наглый тип успел всунуть модный ботинок и рванул дверь, распахнув ее.

Миллиардер дерзко шагнул к квартиру, оттеснил в коридор и нехорошо посмотрел на меня. Узкий коридор стал казаться еще меньше с его появлением. Борща на Крестовском уже не было, костюм тоже изменился. Но в остальном он был все тот же – мужественный и привлекательный образец роскошного мужчины, место которого – на обложке журнала Men’s Health, но никак не в моей хрущевочке.

Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в глаза Крестовскому. Но лучше бы я этого не делала. Его темно-серый взгляд обдал кипятком, заставив дрожать. Он как бы намекал, что миллиардер уходить не собирался.

– Ну привет, – сказал хрипло, защелкнул замок. – Еще раз привет…

* * *

Кирилл Крестовский

Теперь я мог рассмотреть рыжую вредительницу хорошенько. Вблизи. Без посторонних глаз и ощущения, что камеры высверливают дыры вглубь. Там, в дешевой столовке, я словно и не видел эту замухрышку по-настоящему. Хотя я всю ее осмотрел, с головы до ног, навскидку дал слабую троечку. Это было щедро! Весьма щедро!

Однако сейчас я имел возможность смотреть на девчонку и знать, что в этот миг не смотрели на меня. Приятное ощущение! Съемки долбаного ток-шоу изрядно выпили мои силы.

Эмин, гад, оторвался так оторвался! Единожды меня обыграл, но какое выдвинул условие – одним махом перечеркнул все свои прошлые проигрыши.

О, как я над ним за это подшучу! Он запомнит это на всю оставшуюся жизнь. Но это потом… Разработаю план. Спешка ни к чему. На горячую голову ничего путного на ум не приходит. Сейчас гораздо важнее – разобраться с официанткой из столовки. Да кто она такая вообще?!

Я разглядывал ее молча, пронизывал насквозь взглядом и не понимал. Как… она… посмела… швырнуть в меня… Борщом!

Максимум неприязни, которую я получал ранее со стороны девушек – истеричная пощечина и слезливые извинения после нее! Но эта пигалица переплюнула всех, превзошла! О, она разбудила во мне что-то от зверя. От дьявола, черт побери! Крестовский в бешенстве…

Я зыркнул на рыжую, она мелко задрожала. Что, уже страшно, мелкая?!

Задрожала, но отступать не стала, сжала кулачки. Приготовилась что-то сказать.

О, как!

Белые ходят первыми. Дамы, вперед.

Послушаю!

– Что вы здесь делаете? – спросила Василиса, первой переступив черту затянувшейся паузы.

– В гости решил заглянуть.

– А я вас не приглашала. Незваный гость – хуже татарина. Дверь за вашей спиной! – продолжила высоким голосом.

Рыжая воинственно задрала свой курносый нос с конопушками, тряхнула медными волосами. Они рассыпались по ее узким плечикам закрученными мягкими кольцами, блеснули желтым в свете коридорной лампочки. На миг я забыл, что хотел ответить. Никогда мне рыжухи не нравились! И эта – тоже не нравится. Но как красиво тряхнула волосами, ведьма!

– Хуже незваного гостя только гость, которого ты не ждешь, но принять обязана, – парировал я.

– Ах, принять!

– И обслужить, – ухмыльнулся.

Мелкая девица гневно сощурила глаза. Я присмотрелся. В меня плеснуло ядовитой зеленью ее взгляда. Точно – ведьма!

– Аааа… Так вы просто в столовке не наелись? – спросила ехидно. – За добавкой пришли?!

Тявкать пытается? Моська против слона. Но задала тон разговору. Что ж, давай обменяемся приветственными колкостями.

– Не наелся, голодным остался. Как там в сказках говорится? По усам текло, да в рот не попало?

– Бороду стричь не пробовали? – предложила с вызовом. – Меньше еды в ней застревать будет. Хотя…

Василиса сделала паузу и смерила меня взглядом. Я знал, что нравлюсь женщинам, всем без исключения, немного наклонил голову, улыбнулся одним уголком губы. Такой прием всегда работает безотказно…

Девчонка шагнула ко мне и потянулась вверх. Невольно я напрягся. Что еще от нее ожидать?

– Борода для вас, Крестовский, очень удобно. Проголодался, поковырялся, нашел, чем перекусить! Приятного аппетита!

С этими словами Василиса повесила на мои губы кусочек переваренной капусты, которую, очевидно, выудила из моей стильной бороды. Я сплюнул капустку в сторону и шагнул в направлении девушки.

– Накормить меня хочешь?

– Второе, увы, не готово. Пюре съедено, котлетки – тоже, а компот мы сегодня не подаем. Приходите завтра, седьмого никогдабря, в половину «выход-вон-там».

Слишком наглая. Слишком злая. Как она на меня зыркнула! Словно я ей по всей жизни проехался танком…

Впервые я пересекся с Василисой, откуда взяться ненависти? Причина может быть только одна. Я осмотрел ее раздевающим взглядом с головы до ног.

– Признайся, давно у тебя не было отношений с мужчинами?

– Что-что? Причем здесь моя личная жизнь?!

– Притом. У тебя вид ПНЖ.

– Что такое ПНЖ? – насторожилась она.

– Постоянно Неудовлетворенная Женщина. Такой вид бывает лишь у тех, у кого на личном фронте все по нулям.

В ответ Василиса сердито выпалила:

– Проваливайте! Ваши услуги мне не нужны.

Что?! Она решила, будто я хочу с ней романчик закрутить?

– Я мог бы… – посмотрел на нее плотоядно.

Она в ответ покраснела, как редиска.

– Но я пришел сюда не за этим. Для начала тебе придется принять участие в долбаной передаче!

– Не буду! Наймите актрису или замените мою анкету другой анкетой! Я не…

– А ну-ка цыц! – гаркнул я во весь голос, вспомнив старшину Гавриленко, который муштровал меня во времена службы в армии.

Девчонка замерла испуганно и сжалась в комочек, но при этом продолжала сверлить меня пристально-настороженным взглядом. Я бы шагнул к ней и встряхнул хорошенько, но меня остановил блеск ее глаз, как у зверька, загнанного в угол. Не знаю, что у нее на уме, но проверять не захотелось. Нельзя загонять людей в угол. Нужно всегда давать им иллюзию свободы. Проще заманить зайчика в силки морковкой, чем пальбой из ружья, когда косой улепетывает со всех ног от охотника.

Итак, скоро у меня в меню будет дичь – рыжая Василиса, но пока озвучу ей другое.

– Василиса Андреева, ты отправила свою анкету на передачу, тем самым дав согласие на обработку и использование всех персональных данных, приняв условия участия в телевизионном проекте в случае, если твоя анкета попадется на выборке. Именно это и произошло!

– Но я не…

– Цыц, кому сказал! – снова немного повысил голос. – С тебя всего и требуется, что провести со мной одно долбаное, сраное, неудачное и откровенно блевотно-ужасное свидание, чтобы…

– Ужас, – выдохнула она, спросив с недоверием. – Вы настолько кошмарны?!

– Что?

Настал мой черед удивляться.

Кто плох? Я?! Я?!..

Да я, чертов амур, ангел любви во плоти!

– Деточка! Со мной любой свидание – априори удачное, вызывает учащенное сердцебиение и непреодолимое желание…

– Звучит, как прогноз погоды! – фыркнула рыжая, добавив с презрением. – Синоптики часто врут.

– Значит так, женщина. Послушай сюда. Ты проведешь со мной одно свидание. В свете камер. Одно свидание. Для участия в телешоу. Получишь за это солидное вознаграждение и продолжишь жить, как прежде. Все ясно?!

– Если я не желаю?

– Не желаешь? Тебя заставят. Будешь платить неустойку телевизионному каналу… Многомиллионную.

– Вы не можете! Вы не посмеете…

– Посмею!

Я сделал шаг назад, распахнул дверь и впустил в квартиру помощницу Паулину, терпеливо ждущую под дверью моей отмашки. Она взглянула на меня верно-преданным взглядом. Я едва не скомандовал ей «Фас!», но вовремя остановился.

– Паулина, объясни Василисе, что к чему! – приказал.

Потом я обратил внимание на сумку, брошенную на комод. Там женские вещички, виднеются трусы-парашюты в цветочек… Вот это труселя! Кое-кто собирался впопыхах?

– И проследи, чтобы она никуда не уехала!

– Будет сделано! – проворковала Паулина.

– Это будет самое кошмарное свидание, – пообещала Василиса.

Почему-то я ей поверил. Вышел и на всякий случай перекрестился. Но от планов покорить вредину не отказался. Когда она будет бегать за мной, как собачонка, это будет самая заслуженная из всех моих побед!

Глава 3

Василиса

Миллиардер победно хлопнул дверью и вышел. Я опешила! Крестовский ворвался в мою квартиру, как вихрь, смутил меня и исчез так же неожиданно, как появился! У меня, несмотря на все усилия и желание держаться до последнего, от его близости и соблазнительных взглядов ноги стали ватными. Совсем немного, но все же.

Хватит думать о красавчике, разозлилась на саму себя. На повестке дня – общение с помощницей миллиардера. Я осталась один на один Брюнеткой Варениковной, которая вела себя в квартире словно хозяйка! Она процокала каблуками в сторону кухни и даже не подумала разуться, пошла прямиком в обуви по нашей с бабулей квартире, в которой каждый скромный уголок надраенный до блеска!

– Стоять!

Я успела схватить мамзель за модный пиджак в крупную клетку желтого цвета.

– Разувайтесь!

– Что-что?!

Фифа возмущенно пискнула и посмотрела на пол с линолеумом, словно там текли реки говна.

– Вы в квартире, а не в хлеву. Воспитанные люди разуваются.

– Только не здесь!

Фифа попыталась сморщить носик, но так и не смогла этого сделать. Ни одна мышца на лице не дернулась. Ботокс, подумала я. Наглющая девица была намерена разгуливать по моей квартире в обуви. Я никак не могла этого позволить, потому что Буся любила играть на полу, елозила всюду. Только этим утром я вымыла полы и не собиралась делать влажную уборку еще один лишний раз только из-за подкованной в лабутены мамзель.

– У вас два варианта. Либо вы снимаете обувь, либо остаетесь в обуви, но тогда вам придется взять в руки швабру и прибрать за собой.

– Окей, разуваться не стану, – растянула плотоядные вареники в улыбке. – Я пройду обутой, а позднее вызову клининговую компанию.

Кажется, она хотела сказать что-то еще. Вроде: «Этой… конуре не помешает хорошая уборка, а еще лучше – снос». Словом, она хотела сделать так, чтобы последнее слово осталось за ней! Я никак не могла этого позволить.

– Чужие люди шариться в моем доме не будут. Надевайте пакетики!

– Что?! Бахилы? – приободрилась красотка.

Еще чего! Я достала из-за мойки старый добрый пакет с пакетами, который по-любому есть в каждой среднероссийской семье и протянула красотке две большие «маечки». Помощнице Крестовского пришлось надеть их на свои ноги и только после этого я запустила девушку на кухню. Она огляделась, но садиться не стала, предпочла стоять.

– Пройдемся по сценарию свидания, – сказала она. – Но прежде вам нужно подписать вот это! – отщелкнула папку и выудила кипу бумаг.

– Что это? – насторожилась я.

Какие бумаги мне хотят подсунуть?!

– Соглашение о неразглашении личных данных Кирилла Крестовского. Ниже есть еще одно соглашение, но уже от компании Третьего канала.

– Я должна все это подписать? – с ужасом посмотрела на несколько листов.

Подозрительно много мелкого шрифта…

– Если желаете принять участие.

– О, проблема решена! – улыбнулась на сто ватт. – Я не желаю принимать участие в этой авантюре!

– Забавно. Вы желали принять участие. Анкета была, еще и с самыми лучшими фото!

Паулина продемонстрировала мне лист анкеты. Что я могла сказать?! Яся постаралась на славу: и фотки отобрала самые лучшие, и написала о себе, то есть обо мне, душещипательно… Спасибо, подруга, в очередной раз подумала я.

– Что вы ломаетесь? – неожиданно с ядом прошипела Паулина. – Любая девушка на вашем месте была бы рада выпавшему шансу! Шансу показаться на публике. ЛЮ-БА-Я! Тем более, такая, как вы, – посмотрела пренебрежительно. – Без малейшего шанса стать популярной по ряду понятных причин.

– Кажется, вы не понимаете. Известность меня не интересует.

– А! – сказала она с видом, будто видит меня насквозь, и добавила. – Я поняла. Вас интересует материальное вознаграждение. Не переживайте, – усмехнулась. – Разумеется, вам заплатят.

– Сколько я получу за участие в этом дешевом балагане?

– За участие в самой рейтинговой программе Третьего канала, – подчеркнула она, словно не услышала моих уничижительных реплик. – Вы получите разовую выплату за один выход передачи. Если…

– Постойте. Никаких если! – потребовала я. – Одно свидание – и все!

– Вот здесь, – цокнула коготком по папке. – Предусмотрено, что редакция канала может по своему усмотрению расширить или сократить количество съемочных часов и выходов серий.

– В одностороннем порядке?! – возмутилась я.

– Да, но предупредив об этом за сутки до совершения события.

– Ужасно!

Я забеспокоилась. Что, если канал решить затянуть эту Санта-Барбару на несколько серий?! Я рассчитывала отделаться: раз и навсегда!

– Не беспокойтесь, – с солидной толикой презрения выдавила из себя Брюнетка Варениковна. – Основная масса экранного времени достается фаворитам передачи. Вы не из их числа и никогда не встанете на одну ступень с лидерами. Задатки не те! Не забывайтесь, вы просто масса для съемки, небольшой аперитив перед основным блюдом. Цель вашего пребывания на передаче – не выбиться в финал, а всего лишь подогреть интерес и вызвать новую волну обсуждений.

Быть в тени? Настолько, насколько это возможно?! Отлично! Меня устраивает. Вообще-то я категорически против, но если уж так сложилось… Нужно выбрать меньшую из зол.

– Замечательно. Перейдем к вопросу о вознаграждении. Вы так и не сказали, сколько мне заплатят?

Прозвучала сумма. Впечатляющая! Если я получу эту гору деньжищ, часть моих проблем решится сама собой! За такие суммы можно и нахальное лицо красавчика рядом потерпеть. Дальнейшие вопросы отпали сами собой.

– Хорошо, – я протянула ладонь. – Давайте. Я все подпишу.

Я подписала соглашение, выслушала лекцию Варениковны о том, что съемки начнутся со следующей недели, что разговаривать с прессой ни в коем случае нельзя без присутствия контент-менеджера или бренд-помощника или… В общем, я запуталась во всех этих названиях! Это же вам не пюре с киевской котлетой подавать и не тарелки с борщом и ржаными сухариками на столы расставлять. От трескотни Брюнетки Варениковны у меня разболелась голова.

– Если это все, попрошу оставить меня!

Я красноречиво показала рукой на дверь.

– Вам позвонят!

Помощница Крестовского проплыла в сторону выхода, шурша пакетами.

– Если возникнут вопросы или проблемы, звоните сразу же!

Брюнетка протянула двумя холеными пальцами визитку.

– Паулина, – мяукнула она.

Теперь у Варениковны появилось имя, но я упорно продолжала ее называть только Варениковной! Она остановилась в коридоре, рискнула придержаться за комод одной рукой, пока стягивала с лабутенов пакеты. Выпрямившись, Паулина задержалась взглядом на большом семейном портрете, висящим на стене.

На портрете была я, бабуля и моя сестра Адель, на пике своей ослепительной красоты. Я помнила этот момент. Тогда Адель как раз получила приглашение поучаствовать в каких-то съемках.

Паулина сверлила взглядом портрет.

– Что-то не так? – спросила я.

– Все в порядке, – ответила Паулина с ослепительной улыбкой. – Будьте на связи, не уезжайте из города. За вами будут присматривать…

Я могла поспорить, что Паулина смотрела только на Адель с холодным прищуром. Помощница миллиардера смотрела на сестру, но неприятные мурашки побежали по спине – у меня.

* * *

На следующее утро я проснулась знаменитой. Многие тратят годы, чтобы добиться признания и засветиться на больших экранах, а мне понадобилось лишь, что называется, хайпануть. Видео, где я кидаю в лицо Крестовского тарелку с борщом, быстро стало вирусным! После выхода в субботний эфир передачи «Завидный холостяк» известность обрушилась на меня, словно цунами.

Известность со знаком минус! На мою несчастную страничку в инсте подписалось сразу несколько тысяч человек, и это лишь одни сутки. Заявки в друзья посыпались как переспевшие яблоки с дерева.

Не обошлось и без негативных всплесков. Я прочитала несколько сообщений от простого: «Деревенщина, тебе не хватает стиля!» до «Руки прочь от Крестовского, он будет моим мужем…»

Все, на большее меня не хватило! На работу мне не нужно было сегодня выходить. Я попыталась заняться обычными делами. Сначала завтрак для меня и Буси – протертая рисовая каша, которую Буся обожала размазывать всюду.

– Ма-а-а-ам!

– Сейчас покажу тебе маму, – проворковала я, показав на телефоне фото Адель.

Буся упрямо мотнула головкой и стукнула меня по лбу деревянной ложкой.

Улыбнулась:

– Ма-а-а-ама.

Черт…

Я старалась как могла, чтобы Буся знала, кто ее настоящая мама.

В прошлом, после родов Адель сначала была настроена воинственно. Она считала, что стоит только Крестовскому увидеть малышку, как его каменное сердце растопит любовью и жаждой создать семью.

Как бы не так! Адель и на порог не пустили в финансовую корпорацию, которой управлял Крестовский. Ни обманом, ни жалостью Адель не удалось достать пропуск, а на сообщения в соцсети Крестовский не отвечал.

Справедливости ради стоит заметить, что он был популярен еще задолго до выхода злосчастной передачи «Завидный холостяк» и сообщения в стиле «Кирилл, я хочу от тебя ребенка!» были не редкостью.

Когда Адель поняла, что она приплыла к берегу, на котором ее ждало только разбитое корыто, разрушенная карьера модели и забота о малышке, она впала в депрессию, подсела на разные препараты. Сначала на таблетки, потом перешла на более тяжелые вещества. О своей дочери, Агнессе, она совсем не заботилась и как-то вообще решила, что отдаст малышку в детский дом. К тому времени я уже привязалась всем сердцем к малышке и, посовещавшись с бабушкой, решила оформить над ней опеку.

Адель отнеслась к этому с удивительной легкостью, отправилась в очередной длительный загул и едва не умерла. Ее нашли с передозом, еле откачали. Бабушка сняла деньги с депозита и все накопления на черный день, запустила руку даже в деньги, которые собирала на кладбище и определила Адель в крутую клинику для наркоманов и пьяниц. Реабилитация обещала быть длительной…

Адель находилась в клинике вот уже почти целый год, вскоре ее обещали выписать. Что же будет с нашей устоявшейся жизнью? Поначалу я всем сердцем хотела, чтобы как только Адель стала прежней, она вспомнила о своей дочурке и начала о ней заботиться. Но чем ближе подходит срок, когда сестру выпустят из клиники, тем ревностнее я думаю об этом моменте.

Адель столько всего пропустила в жизни малышки: и зубки, и первые шаги, и первое слово «мама» и даже «Буся»! Буся – сокращенно от бабуся, так я ласково называла бабушку. Агнесс услышала это и подхватила, упорно говорила Буся.

Прозвище само собой прикипело к малышке. Теперь она только на него и отзывалась. Редко реагировала, когда ее называли вычурным именем Агнесс, которым ее наградила сестра.

Я чувствую себя ужасной сестрой: я должна хотеть Адель счастья, а сама думаю лишь о том, что Адель может забрать Буську, мою Буську, а я столько всего с ней пережила и стольким пожертвовала, даже бросила учебу мечты в универе, куда поступила на грант…

Я эгоистка, наверное. Нужно как-то с этим бороться. Со страхом думаю о том, чтобы инцидент с Крестовским и шумиха вокруг этого закончились скорее, чем Адель выйдет из клиники.

Сестра живет в клинике, будучи оторванной от социальных сетей и выхода в интернет. Там своя система лечения, довольно жесткая, но действенная! Несколько звезд отечественного шоубиза излечились от пагубных пристрастий и встали на новые рельсы в жизни. Даже телеков нет, чтобы не было соблазнов, пациентов просто водят в кинотеатр, на сеансы, созваниваться можно строго в определенное время…

То есть Адель еще не знает о передаче «Завидный холостяк» и участии в ней Крестовского. И дай боже она никогда не узнает, что я столкнулась с отцом ее малышки и вынуждена пойти с ним на свидание. Я даже боялась представить, какой была бы реакция прежней Адель. Сейчас из общения по телефону у меня сложилось впечатление, что сестра сильно изменилась, стала спокойной, умиротворенной, доброй…

Надеюсь, что это действительно так.

* * *

– Бусь, давай кашу?

– Не-а! – хихикнула проказница и размазала ложкой по детскому столику.

– Я сама все съем! – пригрозила ей и нырнула ложкой в чашечку со львенком, загребла кашу и изобразила крайнее наслаждение.

Рисовую кашу я терпеть не могла! Но чего не сделаешь ради малышки?! Буся застыла, хлопая длинными ресничками. Увидев, как я снова тянусь к ее каше, малышка решительно двинула тарелку в свою сторону и принялась возюкать в ней ложкой. Иногда мимо своего рта, вся мордашка запачкалась в каше, но хитрость удалась. Малышка ела, это главное. Пока она заканчивала с кашей, я помыла грушу, нарезала дольками.

– Дай-дай-дай! – потребовала Буся, сжимая и разжимая пальчики в кулачок.

– Сначала съешь кашу.

Буся надулась, начала похныкивать и ерзать на детском стульчике для кормления. Я посмотрела, что она почти всю кашу съела и решила не заставлять ее. Вытерла мордашку, сняла слюнявчик, дала мелкой шалопайке грушу, отправила играть в зал под любимый мульт и только после этого устало шлепнулась на стул.

Мой чай остыл. В нем уже плавала коричневая пленка. Вот так всегда с Бусей! Забегаешься, кушаешь на ходу. Иногда по три раза прерываясь и возвращаясь к одному и тому же приему пищи. Только я разогрела чай в микроволновке, как раздался звонок от бабушки. Она уезжала на похороны двоюродного брата и должна была вернуться со дня на день.

Честно говоря, без нее я совсем вымоталась: Бусю надо было отвозить к няне, потом бежать на работу, успевать заглянуть в магазин, за продуктами, приготовить поесть, перестирать кучу вещей… Когда бабушка была дома, мне было гораздо легче! Так что я ждала ее возвращения с нетерпением.

– Привет, бабуся, – бодро отозвалась я в телефон. – Мы по тебе соскучились, когда приедешь?

– И тебе доброе утро, красавица. Почему ты не сказала, что участвуешь в модной передаче про холостяка?

Черт.

– Ба, откуда ты знаешь? Ты же там, в селе…

– Ватсап, – важно ответила она. – Мне все отправили.

Будь проклят тот день, когда я научила бабушку пользоваться вотсап. Теперь моя бабуля продвинутее всех и всегда в курсе последних новостей!

– Бабуль, а ты Адель не звонила?

– Звонила. Пять минут назад. Как раз наше время.

Я замерла в панике. Холодный пот выступил на висках. Вдруг бабушка без задних мыслей уже похвасталась Адель, что я «выбилась в люди»?! Бабушка знала, что Адель залетела от богатого мужчины, но имени не знала. Этот секрет Адель рассказала только мне. Так что бабушка могла по неведению разболтать все и…

Ой, блин!

– Ба, надеюсь ты сестре не рассказала ничего, что я в передаче засветилась?!

Глава 4

Василиса

– Чего-чего? – переспросила бабушка. – Говори громче, прошептала что-то, я ничего не разобрала.

– Бабуся, ты сегодня разговаривала с Адель. Как она?

– Все хорошо, бойкая такая, живая! – бабушка всхлипнула. – Скоро вернется наша девочка, даже лучше прежней. Про Агнесс спрашивала, говорит, сильно скучает…

У меня закололо в районе груди. Я постаралась не делать из этого большой трагедии, снова задала вопрос, который бабушка в порыве эмоций, видимо, просто не услышала.

– Бабуля, а ты Адель ничего не говорила про передачу?

– Ничего не говорила. Я дурная, по-твоему, что ли? Она же этими кассетами бредила всегда!

– Кастингами, бабуль.

– Так и говорю, ерундой ширпотребной бредила. Я пока не стала говорить Адель о твоем участии на передаче по телевизору. Думаю, будет лучше, если она узнает об этом от тебя лично!

– Думаешь, стоит рассказывать? Я боюсь ее реакции.

– Она стала совсем другая, такой, какой была до победы в первом конкурсе красоты! – начала охать бабушка. – Говорит, что теперь иначе смотрит на жизнь, и я ей верю. К тому же нет ничего хорошего в том, чтобы скрывать от нее такие важные новости. Адель узнает, рано или поздно, как только выйдет. Даже я в селе узнала, а ты хочешь, чтобы она в городе и не узнала. Как же! Я настаиваю, чтобы ты сама рассказала ей о своем успехе. Но без лишнего хвастовства, – строго добавила бабушка.

– Бабуль, ну, о чем ты?! Какой успех? – произнесла я.

Я надеялась, что все утихнет почти сразу же и не придется соблазнять сестру проклятым именем Кирилл Крестовский, и решила пока ничего не говорить сестре.

– Самый настоящий успех! Я всегда знала, что ты – красавица, ничуть не хуже нашей Адельки, но сильно уж нос не задирай перед сестрой. А в целом, я тобой горжусь, ты такая красавица на экране, даже без бального платья смотришься хорошо! Но я увидела не только это. Я увидела и кое-что еще. Это не дает мне покоя…

– Бабуль, – начала я, зная, что она скажет дальше.

Она и сказала, перебив меня строгим тоном:

– Борщом кидаться нельзя! Ты же знаешь, что твой прадед – из блокадных. Он бы заплакал, узнав, как ты едой швыряешься.

– Ба…

– Больше чтобы такого не было! – пригрозила бабушка. – А то не погляжу на возраст, накажу, как маленькую!

– Это случайно вышло.

– Хорошо, – немного перевела дух бабуля. – А теперь не вешай нос и покажи этим курицам ощипанным! – воинственно начала она.

– Ба, я не хотела участвовать. Это все Яська подстроила!

– Ничего не слышу, – ответила бабушка. – Какие-то помехи!

Вот хитрая!

– Когда приедешь?

– Хотела через день вернуться, но Пашка, брат мой, уговорил съездить на родину, проведаем всех наших…

Ну вот, расстроилась я.

Бабушка решила отправиться в турне, по всем родственникам, а я совсем не знаю, как справиться с малышкой, с работой и с чертовыми съемками!

– Может быть, отложишь? – попросила я. – Здоровье у тебя уже не то, а у меня столько хлопот. Еще и съемки эти дурацкие! Придется опять Бусю отдавать к нянечке.

– Неужели тебе условия не создадут? Я читала, там у всех есть помощницы, работницы. Все пожелания исполняют.

– Ба, ну я же не звезда! Я там случайно…

– Случайностей не бывает, – строго ответила бабушка. – Это твой шанс.

– Я не верю в такие сказки!

Тем более, в этой сказке вместо принца – самовлюбленное и озабоченное парнокопытное! Такой закоренелый козел, даже если его поцелуешь, в принца не превратится, окозлится еще больше!

После разговора с бабушкой пришлось подтирать за Бусей лужи. Я не успела присадить ее на горшок, заболталась. Потом позвонил Толик и спросил, пойду ли я гулять. Подумав немного, я согласилась.

– Тебе ждет приятный сюрприз! – заговорщически сказал Толя.

Интриган чертов! Надеюсь, его сюрприз – это не новый виток приставаний! Кажется, я четко дала понять, что вижу в Толе только друга, почти брата и никого больше!

– Буся, гулять хочешь?

Малышка с важным видом засеменила к двери, схватив мои ботинки, запнулась об один из носков сползающих колгот, шлепнулась и разревелась. Мне пришлось успокаивать малышку, и пока я уговаривала ее не плакать, снова позвонил Толик.

– Выходи! – весело позвал он.

– Пять минут подождешь? Мы сейчас соберемся!

– Я засек время, – пошутил друг.

Сборы заняли не пять минут, ведь нужно было закинуть в рюкзак перекус, сок для Буси, запасные подгузники, одежду, любимую игрушку – единорожку. Времени на то, чтобы нанести макияж, совсем не осталось. Так что пришлось лишь собрать волосы в хвост, натянуть спортивный костюм и выйти из квартиры.

Толик ждал меня у подъезда, стоя возле вишневой Лады.

– Ну как тебе? – спросил с гордостью, похлопав по крыше.

– Ты купил машину?

– Да. Нравится?

– Ого! Это и есть твой сюрприз?

– Да, теперь на такси не нужно тратиться!

Толик распахнул дверь и продемонстрировал заднее сиденье. Там уже сидела его племянница Маша и было установлено еще одно детское кресло.

– Для Буси, – пояснил он. – Все равно вы часто у меня в машине будете кататься, – сказал небрежно.

Как ни крути, но Толик – большой молодец и добряк. Я обняла парня за плечо, передала Бусю, чтобы он усадил ее, как полагается, сама заняла место рядом с водительским и улыбнулась.

– Едем?

– Едем, – согласилась я.

День пройдет прекрасно, сказала сама себе. Однако неприятности поджидали нас буквально за углом.

* * *

Проехав две улицы, Лада неожиданно начала чихать и… встала. Прямо посередине дороги, ведущей в небольшой пригорок.

– Твою же мать! – выматерился Толик.

– Толь, ты бы не матерился. У тебя Машка все повторяет! – шикнула я.

– Твою зе мать! – весело проорала Маша с заднего сиденья.

Буся, слава богу, ничего такого повторить не могла в силу возраста.

– Что-то не так с машиной?

– Вроде все в порядке, – нахмурился Толик, провернув ключ в замке зажигания.

Лада фырчала, надсадно рычала, но глохла.

– Карен… – друг пробормотал крепкое словцо.

– Толя! – остановила я друга.

– Козел… – процедил сквозь зубы Толик. – Намарафетил свою машину, сказал, что она, пять лет без проблем проедет. Мамой поклялся, что она на ходу! – выдохнул. – А это корыто встало! Пойду посмотрю, что там.

В машинах Толик не особо хорошо разбирался, он больше по ремонту бытовой техники был специалист. Поэтому через пятнадцать минут открывания и закрывания капота ровным счетом ничего не изменилось.

– Попробую с толкача! – засучил рукава Толик. – Сядь за руль! Я толкну машину, пару раз, она заведется, вот увидишь.

– Толь, а тебе можно? Как же грыжа межпозвоночная?

– Фигня, я уже курс лечения проходил в этом году. Садись! – рубанул воздух рукой.

Делать нечего, пришлось сесть за руль. Толик занял место сзади, принявшись толкать машину. Ему на помощь пришел сердобольный водитель почти такой же машины. Вместе они пытались толкнуть машину, я изо всех сил выжимала нужные педали.

Ничего не срабатывало! Но потом внезапно машина резко сорвалась с места ракетой, буквально взлетела вверх.

– Ой… – только и успела сказать я, совершенно растерявшись.

Толик побежал за машиной, маша руками. Я отпустила педаль газа, резко нажала на тормоз, но машина отказалась слушаться.

Лада летела вперед, на оживленный перекресток. Прямиком в бочину роскошной иномарки…

Вся жизнь промелькнула перед глазами. В машине на заднем сиденье двое детей. Мне было больше всего страшно за них, а не за себя. Водитель иномарки среагировал чудом, лихо развернул машину. Но Лада успела чиркнуть по заднему бамперу, вмяв его основательно.

Пальцы намертво вросли в меховой руль, с тигровой расцветкой. Все смолкло. В голове гудело. Сердце колотилось как огромный там-там, но, кажется, обошлось без жертв. Я обернулась, посмотрев на детишек. Слава богу, целы, даже испугаться не успели.

– Буся, как ты? – спросила дрожащими губами.

Малышка усердно слюнявила ремень безопасности и никак не отреагировала на меня. Сбоку мелькнула чья-то тень. Дверь с водительской стороны распахнулась.

– Ты, дура, мне тачку разбила. ЧТО?! ТЫ?! – зло рыкнул знакомый мужской голос.

Я посмотрела на говорящего. Крестовский! Именно он сверлил меня глазами цвета грозового неба и источал аромат дорогущего парфюма.

Я, что, влетела в его машину?! Кажется, именно так!

– А ну вылезай, террористка-борщеметательница!

– Бли-и-и-ин! – взывала я.

Крестовский рассмеялся хрипло и обдал меня жарким взглядом.

– Как будешь расплачиваться за ремонт моей тачки, Василиса? – поинтересовался хрипло.

Не успела я и рта раскрыть, как он сразу предложил развязно самый пошлый вариант:

– Могу взять натурой… Но учти, я требовательный. Придется постараться.

* * *

Кирилл Крестовский

– Могу взять натурой… Но учти, я требовательный. Придется постараться.

– Нату-у-у-урой? – переспросила Василиса. – Боюсь, моя натура вам не по душе придется.

– К вопросу о душах я никаких отношений не имею, я больше по телу!

Я скользнул раздевающим взглядом по телу девушки. Василиса была миниатюрная, но ладненькая. Я привык к другим девушкам – более фигуристым и откровенным в поведении, Василиса не из таких. Но все же в ней кое-что есть, цепляющее!

Я снова пригляделся. Уже внимательнее! Я просканировал Василису и от и до, опытным взглядом игрока, знающего толк в женских прелестях.

Я улыбнулся ей. Обычно после такой улыбки девушки млели, даже самые зубастые акулы начинали тушеваться и прятать взгляды в пол.

Стушевалась и Василиса. Есть контакт! Я подобрался к Василисе поближе, почти вплотную. Она начала дышать чаще и стала пунцовой.

Рыжухи всегда так прикольно краснеют, смотреть одно удовольствие. Василиса осмелилась посмотреть мне в лицо. Мазнула взглядом по стильной бороде, едва задела губы и не решилась задержаться.

– Говорю же, моя натура вам не понравится, – произнесла она.

– А что так?

– У меня есть особенность, – замялась она.

– Рудиментарный хвостик? – предположил самое необычное.

– О нет, хвостика у меня нет. Как и у вас – совести. Но есть кое-что другое.

– И что же это? Второй пупок? Пушок на спине? Сросшиеся пальчики на ногах?

Василиса пыталась сжать губы, но все же рассмеялась. Однако потом добавила с ехидцей:

– Не-а. Стригущий лишай. Во все тело. Неизлечимый. Лучше держитесь от меня подальше.

– Ну-ну. Лишайная, так я тебе и поверил! – хохотнул. – Покажи.

– Что?!

– Покажи лишай, говорю. Тачку же мою ты разбила и согласилась отработать натурой. Так что…

Кажется, я немного втянулся, вошел в азарт. До страсти сильно хотелось посмотреть, как эта террористка в спортивном костюме будет задирать безразмерную кофточку и продемонстрирует свое стройное тело. Ох, как я завелся, представляя ее без одежды!

– Если стесняешься, прыгай в мою машину! – продолжил прессинговать Василису.

Я обхватил пальцами Василису за плечи, намереваясь рассказать ей в подробностях, как вдруг между нами втиснулся третий! Пальцы сами разжались. Перед моим носом оказалась темноволосая макушка мужчины, трепетно обнявшего Василису.

– Как ты?! В порядке? Руки-ноги целы? – начал осматривать девушку.

Осматривать, трогать и… лапать.

Да-да, я в этом деле собаку и пуд соли съел! С первого ленивого полувзгляда могу оценить, когда мужчина, воспользовавшись ситуацией, лапает девицу. Этот точно лапал, слюни распустил и даже аварийная ситуация ему не помеха!

– Все хорошо, Толь! – успокоила парня Василиса и ловко вывернулась из его рук. – Не в порядке кое-что другое!

– Дети? – побелел от страха некий Анатолий. – Черт, неужели дети пострадали?!

– Дети? – севшим голосом переспросил я и… заглянул в авто.

У лады были дочерна затонированы задние окна, поэтому я даже не заметил, что в машине сидят дети. Мог бы через передние кое-что разглядеть, но куда мне? Я пытался раскрутить Ваську на свидание и проверял, не растерял ли навыки пикапа. Только настроился на нужную волну, как вмешалось долговязое недоразумение по имени Анатолий.

– Дети? – переспросил я.

– Да, я ехала с двумя детьми, – взволнованно ответила Василиса.

Двое детей?! На сердце похолодело. Дурные воспоминания осколком впились глубоко в сердце. На несколько секунд я потерял возможность дышать и думать, просто стал бездушным куском мяса, почти трупом.

– Маша, ты как? – поинтересовался Толик.

Девчонка на заднем сиденье авто в ответ постарше пропищала что-то.

– А ты, Буся? – спросил парень к сидящей рядом малышке.

Буся?!

Да вы издеваетесь!

Я едва не заматерился вслух и с огромным трудом заставил себя отойти, чтобы успокоиться. Пальцы немного задрожали, пришлось спрятать ладони в карманы брюк, чтобы не выдать свое волнение.

– Ваша машина пострадала, но не слишком сильно. Я вызову полицейских и передам данные в страховую, они оценят ущерб! – заговорил со мной Анатолий.

Я не видел его лица, отвернулся равнодушно и спрятал руки в карманы брюк.

– Дети не пострадали, это главное, вы же понимаете… – начал говорить Анатолий.

Назойливый парень совершенно не хотел оставить меня в покое, наедине со своими мыслями.

– Машина – моя, поэтому разбираться с вами по поводу всех претензий буду я! – заявил он решительно.

Готов поспорить, в этот миг он расправил плечи и выкатил вперед грудную клетку, а рыжая посмотрела на него в ответ с благоговением. Как благородно, фыркнул я мысленно.

– За рулем был не ты, а она! – посмотрел в сторону Василисы.

– Это не имеет ровно никакого значения! – настаивал на своем Анатолий. – Произошедшее – лишь случайность, – заявил горячо и пустился в пространные объяснения, что Василиса села за руль, а он пытался толкнуть машину…

Василиса почти не смотрела в мою сторону, занялась малышкой, вытирала ей слюнявый ротик, поправила шапочку, говорила что-то…

– Так что разбирайтесь со мной!

Анатолий загородил собой машину с Василисой и детьми, чем сильно меня взбесил.

– Отвечать за аварию будет водитель, – обрубил я жестким тоном.

– Но я…

– Толя, я виновата. Я слишком сильно нажала на газ, машина сорвалась с места. Я запаниковала и не сразу отпустила педаль, – раздраженно ответила Василиса. – Тем более, думаю, ты не сможешь расплатиться с господином Крестовским. У него особенные запросы.

Глава 5

Кирилл Крестовский

Толик мог бы отстать, но оказался на редкость прилипчивым и решил сыграть в благородство перед девушкой, которую, очевидно хотел в постель затащить.

– Вася, я хорошо зарабатываю. Если могу позволить себе машину, то морально был готов к подобным ситуациям.

– Толя, не переживай, мы разберемся, – качнула она головой. – Сейчас я просто хочу поехать и погулять с детьми в ТЦ. Твоя машина вроде на ходу!

– Вроде! Но теперь я не рискну снова завести этот драндулет! – выдохнул Толя. – Карен меня надурил с этим ржавым ведром. Ровно сутки я на нем ездил, хватило… Сегодня вон видишь, что творится?! Разваливается на ходу. Позвоню, вызову эвакуатор и дядю Мишу, с автосервиса. Он оценит ущерб, разберемся на месте! – отрубил и отошел позвонить.

– Ты слышала, Василиса, герой хочет разобраться на месте. Так что не задерживай меня! – зло рассмеялся я.

– Гад! – выдохнула Василиса. – Фу, отойдите, меня сейчас от вас стошнит!

– Фу? – поперхнулся удивлением.

Она со мной, как с собакой, что ли?! Фу, сидеть, гулять – и желательно подальше. Да что с ней не так? Она, бракованная, что ли?! Вроде не фригидная, почему же мои намеки на ней не сработали?!

– Можете на меня хоть всех своих страховщиков, юристов и заодно коллекторов спустить. Отношения с вами?! Ни за что!

– Я тебе отношения и не предлагал. Я не встречаюсь с девушками, но на один раз – сойдешь!

В ответ Василиса скривилась, натурально.

– Плохая идея.

– Почему же? Ты против встреч с мужчинами? Считаешь это дурным тоном?

– Нет! – ответила она. – Только с вами встречаться плохо. Вы – плохой парень. Фу с таким водиться.

– Плохой, потому что… – подсказал ей.

– Потому что бабник! – выпалила она.

– Все мужчины такие.

– Не все. Бывают хорошие.

Я рассмеялся.

– Не бывает хороших мужчин, Васька! Бывают мужчины с не выявленными потребностями! Все хотят развлекаться. Все! – подчеркнул я. – Даже твой Толик, – хмыкнул я.

– Не трогайте Толика. Наши отношения вас не касаются.

Отношения?! Еще чего! Конкурентов у меня быть не может, а если есть – всех отправлю на боковую. Отдыхать.

– Отношения? – разозлился еще больше. – Вот с этим повременить придется.

– С чего вдруг?

– С того. Ты контракт подписала?

– Да.

– Но не читала, что ли? – покачал головой и подошел к Василисе близко. – Эх, мир шагает вперед, технологии разные появляются, на Марс скоро полетим! Однако при таком мощном технологическом прогрессе в нашей серой обыденности ничего не меняется. Люди подписывают бумажки, не читая, а потом удивляются, когда за неисполнение условий им прилетает ответочка.

– Что такое?! – побледнела Василиса.

– Вот такое. Сейчас объясню, – со злой радостью произнес я. – На время участия в проекте ты должна быть абсолютно свободна и не поддерживать никаких близких отношений с мужчинами. НИ-КА-КИХ отношений с другими мужиками! Даже на уровне флирта. Никаких мужиков. Есть только Я!

– Офигеть! – возмутилась Василиса. – Но…

– Никаких но! – отрезал как можно увереннее. – Ты уже участница, так что прекращай эти позерские обжимашки на публике, а я постараюсь замять.

– Что замять?

– Конфликт со съемочной группой, – придумал на ходу.

– Где они? – закрутила головой Василиса.

Вот коза недоверчивая! На мое счастье, на обочине тормознула тачка и мужик из салона авто снимал место аварии.

– Вон того мужика с телефоном видишь? – кивнул подбородком. – Он и есть…

– Что?! Не похоже…

– Съемка в полевых условиях. Камеры на последних устройствах позволяют снять отличную картинку.

Василиса сомневалась.

– Почему, как ты думаешь, я оказался в этом вшивеньком районе? – выложил последний фальшивый козырь.

Откровенно говоря, в этом районе я оказался, потому что хотел нанести визит рыжей.

Адрес был известен, я сам не понял, как начал рулить в направлении ее дома, а когда понял куда еду, не мог найти объективных причин, почему решил поехать к этой рыжей. Какие бы причины из глубин подсознательного меня на это не толкнули, факт есть факт. К ней, террористке огненной, я и направлялся, когда она сама в мою тачку въехала.

Насчет съемочной группы я соврал безбожно, блеф всегда мне легко удавался… Василиса приняла все за чистую монету и стояла, будто воды в рот набрала. Боялась штрафных санкций. Присмирела.

– Ради тебя приехал? Нет! – словно сам себе заявил. – Ради проекта… Я могу замять конфликт, даже за машину битую ничего с тебя не потребую. Но…

– Но у вас есть гадкое условие! Не хочу я участвовать ни в чем!

– Хорошо. Другое условие давай. Свидание хочу.

– Что?! – удивилась Васька.

С фланга решил зайти. После грамотно устроенного свидания все девушки тают! Без исключения. Не бывает не отзывчивых девушек. Бывает неправильный подход!

– Но у нас же будет свидание на передаче! – попыталась увернуться.

– Брось, Василиса. Там у нас будет сценарий и игра на публику. Я же от тебя хочу настоящее свидание.

– С вами? – побледнела как смерть.

– Всего одно свидание, и я от тебя отстану. Иначе буду подстерегать на каждом шагу и превращу твою жизнь в ад!

– Всего одно свидание?! – переспросила обреченно.

– Да.

– Без рук и приставаний! – выставила условия.

Я важно кивнул, с самым серьезным выражением лица.

– Давай договоримся так, я к тебе не пристаю на свидании. Но если сама захочешь, камон, будет полный олл инклюзив.

– Хорошо, – согласилась Васька и просияла. – Я ничего не захочу!

– Без сюрпризов. Все будет по плану…

Василиса решила, что выиграла. Тысячу раз «ха-ха»! Я пообещал не приставать к ней только на свидании. ТОЛЬКО НА СВИДАНИИ приставать не буду. Но вне свидания – у меня развязаны руки и наполеоновские планы!

– Хорошо. С этим мы разобрались. Теперь поехали.

– Куда? – насторожилась Василиса.

– Куда вы собирались, туда и поедем, – ответил я.

Настроение поднялось до небес. Я был готов быть щедрым и оказывать услуги. Обработка девушки – дело тонкое, лишь бы терпения хватило. Все-таки я привык, что девушки не ломаются… Забыл, когда в последний раз напрягался.

– А как же ваша разбитая фара и помятый бампер?

– Машина на ходу, как ты и заметила. Только пусть твой рукожоп снимет автокресла со своего корыта.

– Все не поместимся, – мгновенно возразила Василиса.

– А всем и не надо. Отвезу тебя и детей в ТЦ, а твой недо-парень пусть едет на такси. Он же при деньгах, состоятельный, – пустил усмешку.

– Вот не надо этого! – неожиданно решительно заявила Василиса.

Она шагнула ко мне, дернув за лацкан пиджака. Выставила вперед указательный пальчик и покачала им перед моим лицом.

– Не пытайтесь бравировать награбленными миллиардами перед честными работягами. Возможно, кого-то ваши нули впечатляют, но здесь они не работают. Вы в реальной жизни, господин Крестовский!

Мне захотелось укусить мерзавку за этот пальчик. Дерзит! Меня до нутро проняло вопросом: как с ней быть, а?! Кажется, Василиса сама ошалела от дерзости, потому что покачнулась и едва не впечаталась носом мне в грудь.

– Надо же, от запаха моих денег у тебя голова закружилась! – придержал ее за плечи. – А говоришь, не впечатлена. Работает, ещё как работает!

– Я просто на камушек пяткой наступила, – покраснела девушка. – Не принимайте на свой счет!

Василиса отошла к Толику, попросив его заняться детскими автокреслами. Пока они шушукались, улаживали нюансы и обменивались улыбками, я подошел к машине, осторожно заглянул внутрь.

На заднем сиденье было двое девчонок. Так-так, кто из них Буся? Мелкая, разумеется. Я наклонился, с опаской посмотрел в лицо малышки. Она подняла на меня взгляд и улыбнулась.

Глаза темно-серые, большие. Точь-в-точь, как у меня! Сердце едва не выскочило. Это просто смешно, сказал я себе…

Смешно! Столько лет прошло после трагедии? Очень много! Можно и не обходить стороной детишек. Спокойно, дружище. Дышать нужно легкими. Сейчас аварии же не случилось. Дурные мысли – прочь!

Девчушка посмотрела на меня, улыбнулась и неожиданно потянулась к моему пиджаку.

– Дай-дай-дай! – потребовала, уставившись на красный платок, свернутый в грудном кармане.

Словно во сне, я протянул малышке платок, она сразу начала его слюнявить и грызть зубами. Я ничего не понимаю в детском воспитании, но кажется, она либо хочет есть, либо у нее режутся зубы.

– Что вы здесь забыли?! – налетела на меня коршуном Василиса и оттолкнула в сторону. – Отойдите от моей малышки!

Она забрала девочку из салона и трепетно обняла, закрыв от меня.

– Твоя дочь? – кивнул на ребенка.

– Я же мать-одиночка, принявшая участие в передаче. Как думаете, чья это дочь?

Почему нельзя было просто ответить?! Сходство налицо. Значит, ее дочь. Я молча обогнул Василису, снял детское автокресло и прикрепил его в своей машине.

– Знаете, вам совсем необязательно самому возить нас, – осторожно сказала девушка. – Мы можем поехать на такси.

– Я примерно знаю, какой транспорт подъедет. Такое же ржавое ведро с гнилым дном на колесиках, которое себе твой Лосяш купил. Пардоньте, Толяш.

– Лосяш? – рассмеялась Василиса. – Не знала, что вы смотрите «Смешариков».

– Какие «Смешарики»? Просто в рифму пришлось… Перебирайтесь в машину, домчу с комфортом! Тебе понравится проводить со мной время!

Василиса покачала головой, спрятала лицо на плече у девочки. Это смотрелось странно, как будто она выставила малышку в качестве щита и спряталась за ней, чтобы совладать с эмоциями.

– Ну все, я договорился! Дядя Миша с автосервиса скоро подъедет, эвакуатор тоже нашел, – раздался голос Толика.

Внутри я едва не скривился. Поди прочь, насекомое!

– Мы уже решили вопрос, так что жди эвакуатор сам. Для корыта сгодится! – отрезал я.

– Не помню, как вас… – сказал он в мою сторону.

Доходяга что-то осмелился шепнуть? Мне?!

– Толя, это Кирилл Крестовский, – встряла между нами Василиса и придержала его за локоть, как будто Толик мог на меня броситься.

Смешно… стало.

– Крестовский отвезет нас в ТЦ.

– Вась, я сам могу! – надул губы герой.

– Можешь, конечно, но Буська ждать не станет и Машка тоже. Давай я с ними погуляю, а ты к нам подъедешь, как освободишься?

Толик нахмурился, но спорить не стал.

– Толь, твоя Машка сейчас раскапризничается, и день будет испорчен! Переставь ее кресло в машину Крестовского.

Аргументы у Василисы были железные. И я сейчас не про логику, а про ее взгляд с типично ведьминской зеленцой. Очевидно, Толик насквозь этой зеленью был отправлен, потому что согласился с девушкой моментально, в рот ей заглядывая.

Думаю, парень по уши… Нет, по самую макушку втрескался! Гляньте, он же слюни по ней пускает. Ну и видок! Хорошо, что я избавлен от этих иллюзий. Крестовского так просто не пронять.

Пока Толик возился со второй девчонкой и автокреслом, я отошел в сторону. К мужику, который снимал. В блефе главное – не проколоться на мелочах! Поэтому я решил довести фальшивую версию со съемочной группой до полного финала. Подошел к машине, пожал мужчине руку, якобы мы близко знакомы. Затылком почувствовал взгляд Василисы.

– Снимаешь? – спросил я.

– А че?

– А ниче!

Я зажал телефон в его руке, накрыв ладонью, и сунул крупную купюру.

– Удали все, что снял.

– Мужик, ты чего? Я народный активист, снимаю, какие у нас дороги расхлябанные! Вон ту яму у самого перекрестка видишь?! Этой яме лет, как моей бабушке! Куда весь федеральный бюджет утекает? – начал возмущаться.

– Мне плевать. Удаляй. Или пойдешь в кутузку за несанкционированную съемку, – добавил металла в голос.

Народный активист услышал командные нотки, оценил дороговизну моего костюма и вздохнул, прикарманил купюру. Похлопав его по плечу, я отошел вразвалочку и занял место за рулем своей иномарки. Фара разбита, бампер немного помят. Ремонт встанет недорого.

Гораздо важнее, другой вопрос, который взбудоражил и не отпускал ни на секунду. Вопрос, который дышал мне в лучшем случае, в подбородок! Как сделать так, чтобы Василиса оказалась в моей постели?! Мне приходится напрягаться… Давно я сильно не ухлестывал за девушками.

В последнее время имя и лицо играли мне только на руку, девушки сами ко мне прилипали! Я их имен даже не запоминал. Внезапно в голове тренькнул вопрос: а так ли я хорош на самом деле?

Или девушки видят во мне только денежный мешок и поэтому липнут. Но липнут ради денег, как известно, ко всем подряд: и к старикам семидесятилетним.

Посмотрел на себя в зеркало – объективно хорош. Лицо красивое, правильное, глаза привлекательные, с блеском ума, отваги и потрясающего чувства юмора. Борода – в тему. Сейчас модно ходить в образе дровосека! Тело тренированное, не потеряло форму. Я регулярно посещаю спортзал. Краткий техосмотр окончен.

Кажется, все в полном порядке. Фигня, я всем девушкам нравлюсь. Не только из-за денег…

– Вы закончили собой любоваться? Может быть, поедем?

Рыжая задала этот вопрос издалека, словно опасаясь подойти ко мне ближе.

– Поехали. Только горе водителя предупреди!

Пропускаю рыжую вперед, сам кидаю номер жигулей Паулине, снабдив это именем Анатолий и приказом «узнать о нем все». Не успел донести телефон до кармана, как Паулина перезванивает.

– Я только что отправила на почту интересующую вас информацию, Кирилл Александрович.

– Милая, я тебе только что приказ отправил! Минуты не прошло, как ты отчитываешься, будто все разузнала! Халтуришь?

– Долго искать не пришлось, Кирилл Александрович. Интересующий вас мужчина – это бывший муж Василисы Андреевой. Брак был заключен сроком на полгода, недавно был расторгнут. Все в письме. Я уже отсылала вам письмо с информацией о Василисе и ее бывшем муже Анатолии и сейчас отправила информацию повторно.

– Когда ты мне прислала письмо о Василисе и Анатолии?!

– Сразу же, как только стало известно, кто станет случайной девушкой на одно свидание. Я узнала о ней все и отправила вам. Мне пришло уведомление, что вы открывали это письмо.

Да, кажется, что-то такое было. Но я значения этому письму не придал, открыл и закрыл. Не думал, что эта участница осложнит мне жизнь, даже мысли не было!

– Ясно. Значит, Анатолий – бывший муж Василисы.

– Да. Все верно. Мне пересказать вам вкратце сведения?

– Не стоит. Умница, Паулина. Так держать.

– Я стараюсь… для вас, – вздохнула с намеком, что готова на куда большее.

Кажется, она мне уже третий год подряд намекала… Упорная, однако. Но меня Паулина интересует лишь в качестве помощницы. Пробивная, ответственная, всегда доступна и готова выполнить поручение. Вполне хватает! После разговора с ней я залез в свою тачку. Рыжая уже ждала на переднем сиденье и изрядно нервничала. Не успел сесть, как она потребовала:

– Пристегнитесь! И не гоните, как сумасшедший! Оставьте лихачество для поездок с девушками с низкой социальной ответственностью.

– Уж больно ты языкастая. Всегда такая?

– Не надейтесь, Крестовский.

– Завтра будет свидание. Так что… Исход ясен.

Машина стартовала.

– Свидание не означает постель.

– Свидание со мной – означает, – возразил я. – Любая на твоем месте была рада!..

– В машине – дети! – разозлилась Василиса. – Оставьте такие разговорчики. Тем более, Я – не любая. Мне некогда заниматься такими глупостями!

– Ну да. Я тебя понимаю…

Ладонь сама переползла на ее коленку. Перебранка добавила перчинки.

– Иногда отношения с бывшими разочаровывают. Сколько времени прошло с момента расставания?

– С кем? – удивилась Василиса и стукнула меня по ладони. – Клешни прочь, я не заказывала раков.

– С мужем бывшим! – сжал пальцы крепче.

– Ааа, – усмехнулась, отвернувшись в окно. – У нас с Анатолием сохранились замечательные отношения.

– Пересекаетесь в постели по дружбе?

– Причем здесь это? У вас только возле одной темы все разговорчики и крутятся. Что, так сильно шишка болит?! – фыркнула. – К доктору обратиться не пробовали? Говорят, это лечится.

– У меня тоже сыска болит! – подала голос девочка с заднего сиденья.

– Боюсь, у тебя не такая шишка! – хохотнул я.

– А какая? – поинтересовалась мелкая.

– Крестовский, в машине – дети! – яростно прошипела Василиса. – Возможно, для циника и человека без признаков наличия моральных качеств это слово лишено всякого смысла. Но для меня это значит многое! Сейчас в машине едут две замечательные девочки, ангелочки, и я не позволю вам выражаться при них на взрослые темы!

– Я? Я вообще обтекаемо вопросы задавал. Это ты начала упрямиться!

От этих всех разговорчиков и язвительных булавочек я только еще больше захотел покорить строптивую негодяйку!

Глава 6

Кирилл Крестовский

Путь до ТЦ прошел без проблем. Разговор больше не клеился. В моей голове крутились тысячи вариантов, но Василиса сделала вид, что оглохла.

Неожиданно я на нее разозлился. Посмотрите на фифу, на драной козе к ней не подъедешь! Я подкатил на Мерсе премиум-класса. На коцнутом Мерсе. Но, между прочим, коцнутым он стал по ее вине. Однако эта рыжая все равно нос воротит! Ничего! Стоит только проконтактировать напрямую, ее замкнет. Нужно лишь уличить момент, подумал с азартом.

* * *

– Итак, дальше куда? – спросил я, припарковавшись перед ТЦ.

– Дальше мы сами.

– Как? – усмехнулся. – У тебя на руках полуторагодовалая девочка и вертлявая трехлетка! Твой бывший опаздывает.

– Наверное, Толя просто задерживается немного.

– Или ждет приятеля с автосервиса, в надежде сэкономить на…

– Я пойду! – задрала нос Василиса и начала вытаскивать малышей из машины.

Я вышел из машины и принялся наблюдать. Племянница Анатолия едва почуяла свободу, активизировалась! Она увидела аниматора в костюме возле ТЦ с визгом понеслась прямо туда.

– Маша, Маша! – позвала ее Василиса. – Машенька, стой!

Маша уже прыгала вокруг странного человечка с синей башкой и верещала радостно.

– Пошли, самостоятельная, – фыркнул я. – Так уж и быть, я тебе помогу!

– Воздержитесь, ради всего ужасного.

– Ради всего святого ты хотела сказать?

– Это про других людей сказать можно, а про вас только так! – заупрямилась Василиса, подходя к трехлетке.

– Хочу фото! Хочу фото! Хочу фото! – заныла девочка.

– Сколько стоит фото с Фиксиком? – спросила Василиса.

– Вам только с Ноликом или еще Симку пригласить? – пробасил человек с синей головой, показав на другого аниматора, в еще более странном костюме с оранжевой головой.

– Симку. Я хочу Симку! И Нолика! Я всех хочу!

– Всех, – нахмурилась Василиса и потянулась к рюкзаку за кошельком.

– Вставай, сфоткают вас, – подтолкнул Василису.

– Сколько я должна за фото?

– Я заплачу.

– Не надо! – перепуганно побледнела вредина.

– Боишься, что оплату потребую?

– Снимаю! – перебил нашу перепалку фотограф.

– А теперь я одна хочу! – потребовала мелкая.

Фотограф щелкнул ее одну с синим человеком, потом с оранжевым. Потом место мелкой заняла Василиса с девочкой на руках.

Милашка какая! Малышка была просто чудо, большеглазая, спокойная, удивительно хорошо вела себя и позировала на камеру. Красотка… С достоинством! Без капли вредности своей мамочки, подумал я. Но постарался не задерживаться взглядом на ней долго.

– А теперь общее фото! – сказал я.

Василиса замешкалась немного. Я подошел с целью сделать фото. Ничего не планировал, клянусь! Думаю, Василиса ждала от меня чего угодно, но только не… поцелуя.

Я поцеловал ее неожиданно для себя самого. Дотронулся до нежных губ своими. Думал, отравлюсь. Но оказалось, сладко. Только коротнуло что-то внутри, меня словно током дернуло, когда Василиса сама распахнула губки навстречу моему языку.

И я патологически забыл, зачем все это начал. Важнее всего было не разрывать этот поцелуй. НИ ЗА ЧТО! Увлекся, признаюсь честно. Обо всем забыл. Весь мир растворился в этом мгновенном и неожиданно вкусном поцелуе. И только громкие крики разрушили единение.

– Голько! Голько! Голько!

Голос подала племянница Толяша! Неуемная трехлетка жутко картавя начала кричать «горько» и хлопать в ладоши. Очевидно, юное создание недавно побывало на свадьбе и, как водится, самое вредное подхватила! Именно ее картавое «голько» и отрезвило Василису. Она меня укусила! Гадючка зубастая, языкастая… Но все равно сладкая, с каким-то приятным ошизением подумал я.

Василиса замялась, снова засуетилась, покраснела, оттолкнула меня! Она начала поправлять волосы и делать вид будто ничего не произошло, но я улыбнулся самодовольно. Первый шаг к завоеванию крепости был сделан. Никуда ты, рыжая, с подводной лодки не денешься! Первый бой был выигран мной и, клянусь, это было только начало!

– Фото будут готовы через десять минут! – известил фотограф.

– Я сама заплачу, – снова попыталась отвоевать свое право Василиса.

– Остынь, я уже заплатил. Это мужское, не бери в голову. А если настаиваешь, Толяшу счет за услуги выставлю.

Василиса попыталась спрятать улыбку, но я все равно увидел: теплую, без ехиднины. Улыбка преобразила лицо девушки. Все-таки она хорошенькая. Если подкрасить с умом, приодеть, будет красоткой. Вот скоро это и узнаем, подумал я. На передаче ее приведут в нужный вид…

* * *

Едва вошли в ТЦ, как Маша захотела пописать. Василиса без лишних слов повела ее в туалет, я только удивился, как у нее хватало терпения сносить все капризы чужой девочки и при этом еще и своей малышке время уделять.

– Приглядите за Бусей? – попросила Василиса. – Мне нужно помочь Маше сделать необходимое в туалете.

– Конечно! – ответил смело и протянул руки.

Кажется, Василиса сильно нервничала, передавая мне свою малышку и смотрела на меня так странно. Необъяснимо. От этих непонятных взглядов душа встала не на место, а когда на руках оказалась дочка Василисы, внутри что-то екнуло.

Я давно избегал контактировать с детьми так близко. Сердце стремительно сжалось до размеров крохотной точки, а потом резко и сильно начало биться в груди, едва не проламывая ребра изнутри.

– Осторожнее, пожалуйста! – попросила Василиса, боясь, что я не найду с ее дочкой общий язык.

Но малышка любила бывать на руках и сразу же крепко вцепилась ручонками мне в бороду, начав дергать.

– Не надо так делать, Буся. Дяде больно.

– Я писать хочу… – запрыгала Маша. – Писа-а-а-ать!

– Иди, с твоей дочкой ничего не случится. Скажи только, как ее зовут? – спросил севшим голосом.

– Буся.

– Это прозвище, а имя какое?

– Агнесс.

– Буся! – пискнула малышка и улыбнулась мне, еще крепче вцепившись в бороду.

Она начал меня дергать за бороду, что есть мочи, и радостно улыбаться, показывая мне шесть зубов. Возможно, зубов было больше, но я только шесть успел разглядеть.

– Буся! – радостно агукала малышка.

Буся так Буся, обреченно подумал я, стараясь не зацикливаться мыслями на катастрофе из прошлого. Малышка, что была у меня на руках, просто напомнила о грузе вины. Именно по этой причине я сторонился отношений и семьи. Уверился как-то, что это не для меня и жил по накатанной! Над другими посмеивался, кто спешил связать себя узами брака и обзавестись семьей.

Я же знал, что в большинстве случаев все кончается дурно. Хорошее дело браком не назовут, упорно придерживался этой точки зрения. Уверен, буду придерживаться ее и впредь. Ничто не способно поколебать моей уверенности…

* * *

День пролетел как один миг. По ТЦ мы намотали кругов десять. После десятого раза считать перестал! Я, честно, запомнил только десять заходов на нижний этаж в туалет. Машка иногда выдавала ложную тревогу. Но мотать круги от этого мы не переставали.

Посетили детское кафе. Почти с закрытыми глазами прошли мимо магазина игрушек, но Машка упала на пол. Я чуть не поседел, когда она рухнула и рыдать начала. Но Вася остановила меня королевским взмахом руки.

– Спокойно. Она всего лишь хочет купить игрушки, – потом в сторону трехлетки. – Маша, мы не покупаем игрушки. Если будешь канючить, даже на площадку играть не пойдешь.

– И не нааааадааааааа… Я собачку хочу! Как у фиксиков! Кусачку… Купииии! Одну стуку купииии!

Детские истерики для меня были в новинку. Я бы реально полмагазина скупил, лишь бы не слушать эти вопли слезливые.

– И фото с фиксиками не получишь, – добавила особо жестоким тоном Василиса.

Это подействовало. Маша перестала истерить, еще немного всхлипывала, но закатывать концерты перестала. Поплелась за нами.

– Ты зомбировала ее, да? Гипноз применила?!

– Я просто не первый раз с Машкой гуляю, – отмахнулась Василиса. – Уже знаю, как с ней надо.

* * *

Честно говоря, я и понятия не имел, что дети отнимают так много времени, распыляют его в ничто и изматывают.

Уставший, обслюнявленный, избитый! Именно таким я был часа через три. Но не это было главное. Главное было в другом. С каждой минутой, проведенной рядом со мной, Василиса казалась все красивее и привлекательнее. Наверное, в дело вступил мой природный дар самоубеждения. Когда я ставлю перед собой цель, все ресурсы оказываются брошены на ее достижение.

Так проще… Так логичнее объяснить, с чего вдруг Василиса начала казаться мне симпатичной. Мысли о поцелуях с Василисой приятно будоражили. Фантазии забредали офигеть как далеко.

Очередную мысль прервал бросок мяча в лицо. По какой-то причине мелкая, которую звали Машей, выбрала меня своей мишенью. Буся от нее не отставала. При каждом удобном случае дергала меня за бороду! Круглые глазенки малышки только выискивали меня сразу же, а ловкие пальчики хватали крепко, под самый корень.

– Крестовский, шли бы вы в свои миллиардерско-холостяцкие владения закоренелого чайлд-фри! – услышал я новую остроту от Василисы в свой адрес. – Не то без бороды останетесь!

Василиса в очередной раз отцепила ручонки Буси от моей бороды. В ответ малышка разревелась в три ручья и успокоилась лишь в момент, когда снова смогла поймать меня за бороду, а потом еще за нос укусила.

– Буся! Дяде больно. Пожалей его…

В ответ малышка хитро заулыбалась и вытянула губешки, делая вид, что ее за проказы нужно еще и поцеловать. Осторожно поцеловал круглую щечку. Василиса странно на меня посмотрела, ее глаза блеснули.

– Отдайте мне Бусю.

– Ревнуешь? Что ли? Смотри, я ей нравлюсь. Я всем нравлюсь!

– Кроме меня. И отдайте девочку!

– Не съем я твою дочку, – успокоил ее.

Пока мы препирались немножко, самую малость поспорили, упустили из виду Машку.

– Маша? Маша! – начала искать трехлетку Василиса.

– Мася! Мася… – запищала Буся, которая, очевидно, решила поселиться у меня на руках.

– Крестовский, это все из-за вас! Вот куда умчалась эта непоседа?! – начала переживать Василиса.

– Пошли искать! – вздохнул я, крепко перехватив Буську.

Глава 7

Кирилл Крестовский

Василиса сильно переживала, на ней лица не было.

– Не убивайся так, мы обязательно найдем мелкую хулиганку. Давай думать логически…

– Маше всего ТРИ! Какая логика?! – чуть не расплакалась Василиса. – А вдруг ее украли?

– Мы можем пойти в будку к охранникам. Но, не в обиду будет сказано, этот торговый центр не из лучших. Вряд ли здесь много работающих камер видеонаблюдения.

Мои слова сделали только хуже. Василиса готова была разрыдаться.

– Не реви! Машке всего три, она хотела игрушки. Так?! Так. Ты не позволила ей их купить. Значит, она могла пойти за той собакой!

– Может быть…

– Подумай сама! Давай сделаем так: проверим магазин игрушек и этот этаж. Если не найдем Машку, пойдем к охране и посмотрим, что у них с камерами видеонаблюдения.

– Пойдем, – вздохнула Василиса.

В целях поддержания морального боевого духа я приобнял Василису за плечи, опустил ладонь на талию и прижал строптивую красотку к себе.

– Уверен, что Машка там.

– Почему такая уверенность?

– Когда чего-то очень хочется, но не дают, некоторые пойдут на все ради получения желаемого… На все! – красноречиво опустил ладонь с талии на бедро.

– Крестовский! У меня катастрофа, а вы клеитесь!

– Я всего лишь переключаю твое внимание с одной проблемы на приятные мелочи!

Переругиваясь, мы добрались до магазина игрушек. Машка нашлась именно там и ревела, будучи пойманной за руку в момент, когда хотела украсть ту самую собачку.

– Маша! – кинулась к ней Василиса.

– Ваша?! – рявкнула продавщица. – Ваша дочка?!

Некоторым старым женщинам нужно запретить пользоваться косметикой. Стрелки этой продавщицы были видны даже на расстоянии метров ста! Неудивительно, что Машка ревела по-настоящему. Испугалась ведьму!

– Молодые люди, ваша девочка украла собачку!

– ЧТО?! Мы не пара! – возмутилась Василиса, покраснев. – У нас нет дочерей, сыновей… Детей совсем нет!

– Платить будете? – раздался голос продавщицы. – За украденное!

– Украла? Просто взяла посмотреть, – поправил я. – Осмотр перед покупкой. Хватит пугать девочку! – фыркнул я, заплатил за несчастную мягкую игрушку.

– Спасибо! – заулыбалась Машка и обняла за ногу. – Купи фиксика? Настоящего. Я тебе конфету дам, – протянула замусоленный остаток шоколадной конфеты.

– Настоящего еще заслужить надо, – я попытался придать тон воспитателя, как у Василисы.

В ответ Машка показала мне язык. Не быть мне воспитателем!

Василиса посмотрела на часы. Она старалась не подавать виду, но беготня ее тоже измотала. Мы вернулись на детскую площадку. Все равно там был уплачен безлимит.

– Что-то Толи долго нет, – вздохнула Василиса, устало присев на пуф.

– Слился твой Толик.

– Это не в его стиле. Он очень хороший, ответственный мужчина. Не то что некоторые гулящие мужчины!

– Что же твой хороший развелся и дочку оставил?

– Кто?! – удивилась Василиса. – Толик? С чего вы взяли, что Толик – отец Буси?

– То есть он не отец? А кто тебе он тогда? Какую роль играет?

– Лучший друг со школьной поры, друг нашей семьи, мой бывший муж! – перечислила Василиса. – Все, допрос окончен?

– Значит, он не отец. А кто же отец Буси? – спросил я и потер бороду.

– Кто отец?

Василиса внимательно посмотрела мне прямо в глаза со странным выражением, через секунду стерла его усмешкой.

– Никто. Прочерк. Пустое место.

– Не бывает такого.

– Бывает.

– Так-так-так… Я сейчас угадаю, как было дело. Давай сыграем в холодно-горячо?

– Не буду я с вами играть!

– Сыграешь.

Я заставил мозги работать на полную катушку.

– Кажется, я знаю, в чем дело. Ты хорошая девочка. Очень хорошая. Но как всяких хороших девочек, тебя тоже однажды потянуло на плохое. Холодно или горячо?

– Очень холодно, Крестовский.

– Не врать. Ты же хорошая девочка?

– Наверное.

– Хорошая. Значит, я в чем-то прав и «очень холодно» быть не может. Так?

– Возможно, – вздохнула. – Все, больше не играю.

– Но-но, поздно уже! Тебя на плохое потянуло, правда?

Василиса попыталась отвернуться, но я притянул ее за плечи и заглянул в глаза.

– Правда или нет?

Она скользнула взглядом на мои губы, признавшись.

– Вы правы. На плохое меня потянуло. Я бы даже сказала, на гадкое потянуло. Очевидно, я была не в себе.

– Вот и разгадка! Ты согрешила и плодом грешной ночи стала дочурка Агнесс. Ну как, угадал я? Горячо, Васька?

– Очень горячо. Кипяток просто. Только не называйте меня Васькой! – рассердилась девушка и достала телефон.

Очевидно, чтобы в сотый раз позвонить Толику, который, кстати, появился перед нами почти в ту же секунду.

– Извини, что так долго, Вась, – выдохнул он, рухнув рядом. – Дядька подвел, блин! Вы как тут? – огляделся. – Маша тебя не достала еще?

Увидев меня, Толик нахмурился. Очевидно, не ожидал застать меня рядом со своей ненаглядной пассией.

– Он тебя Васей назвал, – толкнул я плечом Василису.

– Ему, в отличии от вас, позволено многое! – фыркнула, гордо задрав нос.

В ответ Толик засиял как начищенный самовар.

– Машка нормально себя вела. Но мне кажется, она чуточку избалована.

– Скажи, как есть, возиться с ней – это треш! – махнул рукой Толик. – Вась, ты героиня. С меня причитается…

– Только извозом оплату не бери, Василиса! – посоветовал я. – С таким извозом, как у Анатолия, далеко не уедешь…

Василиса удостоила меня сердитого взгляда, но в глубине промелькнули смешинки, которые она усердно пыталась погасить.

– Спасибо за то, что помогли справиться с двумя детками, уважаемый господин Крестовский. Но как вы могли заметить, Анатолий вернулся и помощь больше не требуется. Можете смело вернуть Анатолию детские автокресла!

– Дядь Толь! – рядом возникла Маша. – Купи молозеное!

– Не покупай, – шепнула Василиса. – Она уже штуки три слопала.

– Купи, дядь Толь! – потребовала Маша. – Или буду плакать. Гломко буду плакать!

– Куплю, – вздохнул Анатолий. – Я-то знаю эту шантажистку, точно истерику закатит!

Маша радостно потянула Анатолию к ларьку с мороженым и внезапно заявила:

– У меня есть секлет! – поделилась с Толиком и таким же громким голосом добавила. – Я говолила сегодня «голько»!

– Не бойся! Я тебе сладкое мороженое куплю!

– Нет! Я говолила! – Маша показала на меня и Василису. – Я говолила, – заявила важно. – Как на свадьбе!

Толик помрачнел, крепче перехватил Машу за запястье и ушел. Но перед этим метнул на меня взгляд, полный ревности.

– Кажись, тебя ждет сцена, Василиса.

– Прекратите паясничать. Устала от вас, – растерла виски Василиса.

– Лучше всего расслабляет массаж.

– В вашем исполнении?

– И с продолжением.

– Мечтайте…

– Зачем мечтать? Планировать гораздо интереснее!

– Ах да, – улыбнулась устало. – У нас свидание на носу!

– Свидание? – мертвым голосом переспросил Анатолий.

Мы синхронно обернулись. Василиса покраснела.

– Толя, кажется, ты ушел за мороженым, – растерялась она.

– Маша уже передумала, – вздохнул он.

– Свидание состоится. Разрешаю опоздать на пять минут, припудри свой носик хорошенько, Василиса! – поднялся я.

Хотел уйти, но внезапно услышал рев дочурки Василисы, которая спешила с игровой площадки в нашу сторону. Буся торопилась со всех своих ножек и запнулась, упав на мягкое ковровое покрытие. Меня к ней потянуло непреодолимо. Екнуло что-то в груди и никак не желало успокаиваться. Я успел первым перешагнуть через небольшой заборчик, отделяющий зону ожидания для родителей от игровой зоны. Поднял кроху, прижал к груди и не захотел отпускать.

Противоестественно…

– Бусь, пойдем? – попробовала уговорить ее Василиса.

Фиг там! Малышка вцепилась в мою бороду так, словно хотела ее оторвать, и при каждой попытке Василисы забрать малышку, начинала орать еще громче.

– Пусть успокоится немного, потом заберешь, – я сделал вид, будто заставил себя это сказать.

Василиса отвернулась, смахивая слезинки с ресниц.

– Крестовский, я очень устала. Буся – тоже. Нам пора домой, – сказала севшим голосом.

Неразумно.

Девчушка же мне чужая, но отдавать не хотелось.

Глава 8

Кирилл Крестовский

Почему-то у меня самого ком в горле встал, не желая проходить. Нужно было идти, уходить. Но не хотел я. Меня придавило к тому месту, где я стоял, сильнейшей гравитацией.

– Толик, ты на машине? – спросила Василиса.

Черт побери, Толик! Я о нем почти забыл, но он о себе забывать не давал, постоянно встревал. Всего несколько раз на глаза мне попался, но я успел вспомнить все известные мне приемы рукопашного боя с врагом и даже применил мысленно парочку из них.

С особой жестокостью. Жаль, что только мысленно…

– Нет, я на такси приехал. Сейчас вызову.

– Расслабься, – фыркнул я. – Я своего водителя сейчас вызову, развезет всех по домам.

Василиса даже перечить не стала, лишь кивнула, на Бусю смотрела уже не скрывая слез. Меня это задело неожиданно сильно, хоть бери, отворачивайся и плачь. Что за фигня такая? Я никогда не страдал излишней сентиментальностью, но сейчас накрыло стеклянным колпаком, перекрыв доступ кислорода к легким.

Я не часто пользовался услугами водителя. Только когда не мог сидеть за рулем сам. В первое время после катастрофы которая унесла несколько жизней, было реально сложно садиться за руль. До усрачки страшно! Но я не пасовал перед сложностями, садился за руль. Поначалу это было вроде вызова самому себе, а потом я перестал думать о дурном.

Кто-то говорит, что нельзя жить с виной на сердце, что она съедает живьем, но мне удавалось. Хотя, может быть, она меня давно уже сожрала изнутри, а все остальное – лишь гнилая труха, но сейчас что-то зацепило и не отпускало.

Оторвать Бусю от себя было просто нереально. Ее глаза напомнили мне глаза дочурки, которую я потерял. Хорошее дело браком не назовут, но дочка должна была стать самым лучшим, что можно было получить от этого брака.

И прозвище… Точно такое же. Это не соль на открытую рану, но острым ножом по зарубцевавшимся шрамам. Я даже с какой-то ревностью подумал, что придется эту козявку отдать рано или поздно, а пока… с чистой совестью вызвал водителя.

* * *

Сначала мы отвезли к дому Толика и Машку. Трехлетка, чрезмерно активная и не по годам развитая, совсем не хотела покидать салон комфортного джипа, но совместными уговорами согласилась выйти. Василиса поцеловала Машу, было видно, что она тепло относится к детям, даже к такой неугомонной и капризной девочке, как Маша.

– Валиса, а мы еще погуляем?

Имя Василиса было для Маши слишком сложным, она сократила его иначе, превратив в «Валису».

– Конечно, погуляем. С дядей Толей в следующий раз погуляем, – погладила по голове Машу.

– Я хочу с ним! – бросила в мою сторону взгляд Маша.

– Пока нужно идти домой с дядей Толей. Как-нибудь в другой раз с дядей Кириллом погуляем. Если у него будет время, ведь он очень много работает.

– Маша, что нужно сказать дяде Кириллу на прощание? – спросил Анатолий, решив проявить чудеса воспитательного процесса.

– Ты на мне позенисся? – выдала трехлетка, посмотрев на меня в упор.

Картавила она и шепелявила, конечно, со страшной силой. Не выговаривая некоторые буквы…

– Если только к тому времени не буду старым, – пообещал я.

– Ты подозди немнозко, я выласту! – еще более важно пообещала Маша. – Обязательно выласту и полечу твою сыску.

– Какую шишку?! – возмутился Толик и посмотрел на меня почти с ненавистью.

– Больсую сыску! – не унималась Маша. – Валиса сказала, что только у него такая есть. Больсая сыска. Особенная! Очень болит.

Василиса бледнела и краснела, не зная, куда себя деть. Я пытался не ржать. Мое лицо свело судорогой. Трехлетка расценила мою гримасу, как болезненную, погладила по колену.

– Не пелезывай, я тебя полечу. Я умею быть доктолом.

– Пойдем, невеста-доктор, нам пора ужинать! – приказал Толик и с подозрением поинтересовался у Василисы. – Ты не покупала ей, случайно, клубничное мороженое? Что-то она чешется подозрительно часто. Как бы не диатез…

– Не покупала, – успокоила своего приятеля Василиса. – Пока, Толь, еще увидимся!

Мне кажется, он был даже раздосадован, что на руках у него была Маша. Он же взглядом Ваську пожирал, как человек, который год не ел и оказался перед шведским столом. Я с радостью закрыл перед его носом дверь и ревностно подумал: «Этот шведский стол не для тебя, приятель!»

* * *

Василиса

Как бы поскорее отделаться от Крестовского? Почему он прилип как банный лист к известному месту? А Буся?! Почему она так к нему льнет?! Неужели родного в нем почувствовала, так и тянет спросить. Я едва не шлепнула себя по губам. Так и есть: Крестовский для Буси родной отец! Может быть, детки это чувствуют острее?

Я зла на этого расфуфыренного богача, которому еще не надоело находиться возле меня. Но больше зла на себя. Потому что ответила на тот дурацкий поцелуй и на какие-то доли секунды забыла обо всем. Просто растаяла, как молочный шоколад в горячих руках миллиардера. И если бы не вопли Маши «Голько! Голько!» одному черту известно, чем все это могло закончиться.

Намерения Крестовского яснее ясного – охмурить еще одну дурочку. Наверное, список девиц, которых Крестовский успел использовать, можно читать ночь напролет и не дойти даже до середины. Где-то там, в этом списке есть имя моей сестры. Я очень сильно надеялась, что мое имя в этом списке не появится. НИ ЗА ЧТО! Но до чего же хорошо он целуется, подумала, вздохнув, и снова украдкой посмотрела на Крестовского.

Он запеленговал мой взгляд и мгновенно ответил жарким взором.

– Вопрос к тебе или ко мне сегодня не стоит. Мы поедем к тебе.

Я на миг растерялась. Зачем-то мозг подкинул информацию, которой со мной по секрету делилась Адель, а именно восторги по поводу того, как хорошо сложен Крестовский, какое у него роскошное тело. К тому же я знала, что он потрясающе целуется. Хватит, сердито оборвала себя.

Я почувствовала себя неуютно, заерзала на сиденье и попыталась взять себя в руки. Крестовский придвинулся плотнее, задел меня плечом, создав опасную искру трением.

– Ты думаешь обо мне, Василиса, не отрицай.

Я взмолилась, обратив к боженьке с просьбой, чтобы он убавил в Крестовском толику дьявольского обаяния. Но просьба не достигла цели. Очевидно, в этом вопросе боженька был бессилен, переадресовал мой запрос прямиком в адское пекло. Там, как известно, ответ мог быть только один: поддайся искушению.

– Ну же, признайся, я хорош, – не отставал от меня миллиардер. – Не хочешь пригласить меня на чашечку позднего, крепкого, терпкого кофе, пока твоя малышка спит?

Терпкий кофе ему подавай. Ууу, зла не хватает!

Буся посапывала на руках Крестовского. Невероятно! Почему она так потянулась к нему, снова подумала я. Почему этому мерзавцу так легко далось доверие дочери, о существовании которой он даже не подозревает?

Всего на секунду я испытала желание бросить Крестовскому правду в лицо и посмотреть, какой будет его реакция. Что он сделает? Удивится? Разозлится? Рассмеется?! Обвинит меня во лжи? Растеряется ли он хотя бы на миг?!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.